ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Карелин Александр Петрович
"Опять жара за шестьдесят..."

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
Оценка: 8.56*11  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Боевая служба в условиях пустыни. И это было под силу советскому солдату...


Из цикла: "Спроси пустыню".

"Опять жара за шестьдесят..."

1

   Подняв тучи жёлтой пыли, вертолёт опустился на ровную площадку. Почти сразу дверь винтокрылой машины отворилась, на землю выпрыгнул старший лейтенант в полевой форме, причём куртка была заправлена в брюки под офицерский ремень (что считалось особым шиком). На офицере был надет бронежилет, а на поясе висел подсумок с четырьмя снаряженными магазинами. В одной руке он держал автомат Калашникова с укороченным стволом (АКСУ), а в другой - тяжёлую медицинскую сумку (десантный вариант), забитую "под завязку". Панаму с головы тут же сдуло вихрем вращающихся лопастей, она заскользила по земле, переворачиваясь многократно. Впрочем, далеко ей не удалось "убежать" - её ловко подхватил совершенно седой, невысокий крепыш с голым торсом, загоревшим до "негритянской черноты".
   Вертолёт встречали несколько таких же полуголых, загоревших парней, но помоложе седого. Подавая панаму хозяину, крепыш улыбнулся и назвал себя:
   - Старшина восьмой роты, прапорщик Койдан Валерий. А вы, товарищ старший лейтенант, наверное, наш новый доктор?
   -Да, направлен в ваш батальон вместо Порохневича Анатолия. Александр Невский. Куда мне идти? Мне нужно комбату представиться.
   -Здесь не заблудитесь,- Валерий рассмеялся, пожимая руку офицеру. Потом он обвел руками вокруг, словно приглашая пройти на экскурсию. - Палаточный городок здесь весь наш, а капитальное здание одно - там и обитает наш комбат, там же и место врача. Правда, Толька Порохневич строил это как медпункт, но "Батя" наш решил иначе, мол, больно "жирно" будет доктору в такой "крепости". Теперь там и "командный пункт", и "штаб", и медицинский пункт. Да вон, под маскировочной сетью это находится. Туда и идите. А мы здесь с хлопцами будем вертолёт разгружать.
   Прапорщик кивнул головой на прощание и заторопился к своим солдатам, которые уже вытаскивали из вертолёта ящики.
   Невский поправил на плече автомат и заспешил в указанном направлении. Еще вчера днём он спокойно занимался своими больными и ранеными солдатами, находящимися на излечении в стационаре Кандагарской Отдельной Медицинской роты. А вечером...
   Вечером начальник медицинской службы 70 ОМСБ (отдельной мотострелковой бригады) капитан Рудов собрал совещание офицеров. Кроме офицеров-медиков Медроты были и все врачи батальонов. Решали текущие вопросы, которых накопилось немало. В заключение Василий Васильевич объявил, что требуется выручить врача третьего батальона старшего лейтенанта Порохневича. Предоставил ему слово.
   Анатолий поднялся. Поминутно извиняясь, он сообщил о немедленном отъезде в отпуск на родину - его мама сильно болеет, вырастила его одна, а теперь боится, что больше не увидит сына. В отпуске он не был ни разу, полтора года уже в Афгане. Комбриг подписал его рапорт на отпуск, и Порохневич сможет завтра уже обнять маму. Но надо найти ему замену в батальон примерно на два месяца, такое условие выдвинул командир батальона.
   - Выручите, мужики,- закончил офицер и сел на место, продолжая теребить свои пышные усы.
   Все знали, что этот батальон ещё с конца января был размещен прямо в пустыне на запад от Кандагара. Кроме тяжелых бытовых условий (пыль, жара, дефицит воды и т.д. и т.п.) подразделения батальона "не вылезали с боевых". Кроме охраны регулярно проходящих колонн, приходилось заниматься проверкой разведданных, прочесывать кишлаки, выставлять блокпосты, наконец, принимать участие во всех рейдах, проводимых Бригадой. Одним словом, батальон жил в удалении, автономно. А раненые оттуда поступали очень часто.
   - Желающие есть? Или мне самому назначить?- Продолжил уже капитан Рудов.
   Врачи Медроты задумались, воцарилось молчание. Каждый прикидывал свои возможности: справлюсь ли? Не хотелось подводить опытного боевого доктора Порохневича. За ним давно закрепилась слава "самого отчаянного и бесстрашного врача батальона".
   Поднялась одна рука, другая, третья. Кажется, Анатолий даже вздохнул с облегчением - его отпуск состоится!
   - Хорошо,- опять заговорил Рудов.- Пусть едет Невский, он первый поднял руку. Опыт имеет по оказанию помощи в боевых условиях. Думаю, справится. Кстати, а почему ты вызвался?
   - Ну, во-первых, я хорошо знаю Толю, знакомы уже почти год; хочется ему помочь. А во-вторых, хочу поближе познакомиться с пустыней. Кажется, сбывается предсказание одного полковника-медика. Я сдавал выпускной экзамен, примерно пять лет назад (в июне будет), это был предмет ОТМС (организация и тактика медицинской службы), один из вопросов мне попал - медицинское обеспечение в пустыне. В целом я билет рассказал хорошо, а на этом вопросе споткнулся, нёс полную "ахинею". Председатель экзаменационной комиссии полковник Абдрашитов тогда меня прервал вопросом: был ли я лично когда-нибудь в пустыне? А, узнав, что не был, он сказал: "Воинская служба тем и интересна, что заранее не знаешь, куда забросит судьба. Так что попадёте в пустыню - там и на практике разберётесь с медицинским обеспечением. А пока я авансом зачту этот ответ". Он улыбнулся и отпустил меня с миром. Позже были объявлены результаты ответов ребят всего нашего взвода. Я получил четверку. Теперь я хочу этот аванс отработать.
   - Исчерпывающий ответ,- капитан Рудов засмеялся, его поддержали остальные.- В таком случае, тебе и "карты в руки". На практике разберешься с этой пустыней. А что касается ОТМС, то я хорошо знаком с "этим зверем" по последней учёбе в Академии. Требовали, чтобы эти знания "от зубов отскакивали". Ладно, Саша, добре. Завтра, 13 мая, вылетишь на вертолёте после пятнадцати часов. Я узнавал - "вертушка" будет. А пока Толя тебя проинструктирует на прощание. Все свободны.
   До поздней ночи Невский записывал всевозможные инструкции и пояснения, которые старательно диктовал ему Порохневич.
  
  
  
   2
  
   Прошагав около двухсот метров, Невский подошёл к "гигантскому шатру" - маскировочная сеть, составленная из коричнево-бурых пятен, надежно скрывала всю конструкцию под собой. Под сетью оказался невысокий забор с единственным входом. Двери не было, но по краям росли два невысоких деревца с зелёной листвой. Внутри ограды стоял деревянный стол, вкопанный в землю, вокруг него на деревянных лавках сидело четверо голых по пояс мужчин, которые азартно играли в домино. Это сильно напоминало деревенские посиделки. Большую часть территории под сетью занимал одноэтажный каменный дом с плоской крышей, почти квадратной формы. Он и, правда, напоминал крепость. Стены были выложены из крупных бетонных блоков, массивная толстая дверь была открыта настежь, внутри просматривались две комнаты. На стенах имелась пара окон, больше похожих на бойницы. Домик был довольно вместительный - не менее 40 квадратных метров.
   Невский кашлянул и громко доложил, обращаясь сразу ко всем (не мог угадать, кто тут комбат):
   - Старший лейтенант Невский! Прибыл для исполнения обязанностей врача батальона.
   Один из игроков посмотрел на пребывшего, неторопливо положил свои "костяшки домино" на стол, поднялся навстречу. Это был коренастый, среднего роста человек с внушительной рельефной мускулатурой. Он был почти чёрным от загара, как и все остальные.
   Крепко пожав руку доктору, он произнес:
   - А мы ждали только завтра. Впрочем, это хорошо! Молодец, Толька, что нашёл быстро себе замену. Комбат-три, майор Тараборин Александр Александрович. Впрочем, в неофициальной обстановке откликаюсь на Сан Саныча. Тебя как зовут?
   - Александр.
   - Тезка, значит. Знакомься с остальными.
   Он по очереди представил своих офицеров: замполита (майор Пястолов Владимир), начальника штаба (капитан Кобылаш Виктор), зампотеха (старший лейтенант Новорук Богдан). Все трое были под стать своему комбату - такие же крепкие, мускулистые, даже у всех троих, как и у комбата, были чёрные усы.
   Каждый раз, пожимая руку, Невский называл себя. Он был несколько смущен - не ожидал такого радужного приёма. Летел сюда, как на "передовую", оделся в "броню", а здесь люди ходят, как на курорте. Словно прочитав его мысли, Сан Саныч торжественно объявил:
   - Итак, ты прибыл в славный гвардейский мотострелковый батальон номер три. Здесь твоей жизни ничего угрожать не будет. Так что снимай бронежилет, оружие будешь хранить в доме, потом покажем где. Кроме того, сразу же раздевайся по пояс. У нас здесь принята такая форма одежды "номер раз". Я даже подписал соответствующий приказ по нашему гарнизону. Во-первых, стоит жара, а во-вторых, загоришь хорошенько, что полезно для укрепления здоровья. Голову рекомендую всегда на солнце укрывать панамой, иначе быстро схлопочешь тепловой удар. Наконец, босиком ходить не рекомендуется: земля горячая, да и всякой твари полно в пустыне. Еще увидишь. Это змеи, скорпионы, фаланги, каракурты и т.д. и т.п. Кстати, сразу можешь ознакомиться с некоторыми яркими образцами. Вон они на столбе приколоты.
   Майор указал на невысокий столб, вкопанный недалеко от стола - там висел умывальник. Невский подошёл поближе. Действительно, было на что посмотреть: английскими булавками были приколоты различные по размерам и окраске фаланги, скорпионы, саранча, была даже одна небольшая гюрза (змея очень натурально обвила собой столб; казалось, что она вот-вот откроет пасть, и поднимет голову). Александра даже невольно передернуло. Он, не спеша, разделся по пояс; успел неплохо загореть, но по сравнению с остальными был всё же "белоснежкой".
   Комбат, довольный впечатлением, которое произвела на доктора его коллекция "тварей", снисходительно улыбнулся. Потом он громко хлопнул в ладоши и крикнул: "Дневальный!" Почти мгновенно из дома выскочил дежурный. Он, как и все, был по пояс голый, на голове - лихо заломлена на затылок панама, а на поясе висел на ремне штык-нож. Солдат скороговоркой назвал себя, правда, Невский совершено не разобрал ни слова.
   - Ты измерял, сколько сегодня градусов было в 14.00? - И уже, повернувшись к доктору, майор Тараборин пояснил.- Я завел специальный журнал, где дежурные записывают показания термометра на улице в 8.00 и 14.00. В мае все данные колеблются от "до шестидесяти" и "за шестьдесят". Конечно, это днём. Утром бывает даже прохладно по нашим меркам. Сам всё на себе почувствуешь. Так сколько было?
   - Опять жара за шестьдесят, товарищ майор.- Бодро доложил солдат. Потом добавил.- Шестьдесят три градуса выше нуля.
   -Вот видишь, док? Конечно, на такой жаре никакой работы быть не может. У нас перерыв на обед с 12 до 16 часов. Впрочем, и в Бригаде ведь такой же распорядок. Так что ты прилетел аккурат в наш перерыв, есть ещё 15 минут. Садись. Отдыхай. Сейчас тебя угостим нашим фирменным квасом. Настоящий хлебный квас, а главное - холодный. Ну-ка, сынок, нацеди нам в бидончик ещё напитка,- обратился комбат к дежурному.
   Солдат тут же исчез в доме. Пока его не было, офицеры продолжили играть в домино, а Сан Саныч неторопливо продолжал рассказывать о жизни здесь, в пустыне. Выходило, что и здесь советский солдат приспособился, освоился. Первые недели, конечно, было очень трудно. Сейчас "попривыкли", "пообтёрлись". А доктор батальона вообще проявил невиданное усердие и настойчивость - смог своими силами и "хапспособом" построить это здание. "Выцыганивал" с проходящих колонн строительный материал, ему понемногу выдавали. Вот за два месяца и построил эту "крепость" (солдат ему выделяли каждый день в необходимом количестве). Честно говоря, никто не верил в успех дела. Но получилось здорово. Теперь здесь своеобразный командный пункт, штаб, даже - офицерский клуб. В доме есть глубокий погреб, там хранятся запасы продуктов. Вот и бочка с квасом там стоит холодная.
   Появился вновь солдат, поставил на стол трехлитровый эмалированный бидон с цветочным рисунком. Именно этот рисунок и напомнил о далёком доме. Бывало, с таким бидончиком бегали за пивом... Квас оказался очень вкусным, в меру - сладким, холодным. Только выпив подряд три стакана, Невский смог остановиться. Вот оно - настоящее блаженство!
  
  
  
  
   3
  
   Ровно в шестнадцать часов из дома снова вышел солдат, в его руке было ведро. Он подошел к большой бочке с водой в углу ограды, зачерпнул, а затем старательно полил оба деревца у входа.
   Майор Тараборин тут же пояснил, что это входит в обязанности дежурного - поливать в дневное время каждые два часа маленькие смоковницы. Иначе нельзя - засохнут бедняжки. Деревца выглядели вполне здоровыми и "довольными жизнью".
   Между тем офицеры отложили домино, поднялись. Пора была приниматься за дело. Замполит Пястолов и зампотех Новорук сразу ушли в подразделения, а комбат Тараборин и начштаба Кобылаш занялись разбором карт и бумаг. Невский решил пройтись по территории, что называется, "провести рекогносцировку местности".
   Из пояснений командира батальона Александр уже знал, что 7 рота размещена в другом месте - в районе Элеватора. Там они и проживают. В их обязанности, наряду с другими задачами, входит охрана проходящих колонн от Кандагара до района Синджарая За успешное выполнение своих задач командир этой роты был удостоен звания Героя Советского Союза.
   Оставшиеся 8 и 9 рота размещены здесь, в пустыне. Они поочерёдно несут боевое охранение лагеря, выезжают на сопровождение колонн на своем участке дороги вплоть до Махаджири. Эти же роты принимают участие в "проческах" кишлаков, в проверке разведданных и т.д. Здесь же размещены все другие подразделения, в том числе приданные: разведчики, сапёры, связисты, миномётчики, артиллеристы, танкисты и т.д.
   Силы здесь находились солидные. Это было видно даже по количеству развёрнутых палаток. Врач побывал на ПХД (пункт хозяйственного довольствия). Повара уже колдовали над ужином, передвигаясь в облаках пара. Жара у котлов была ещё больше, чем на улице. Невский проверил журнал с отметками врача батальона о разрешении выдачи пищи на завтрак-обед-ужин. Теперь эту работу предстояло делать ему. Впрочем, работой это даже не назовёшь - обычный контроль с целью избежать пищевых отравлений бойцов. Но смущало невероятное количество мух в районе ПХД. Как в таких условиях не допустить заражение пищи микробами? Вопрос оставался открытым.
   Обходя территорию, доктор даже к своей великой радости обнаружил баню. Об этом ему сообщил солдат, который как раз привёз воду в большой автомобильной цистерне. Теперь эта вода переливалась в большую бочку, размещенную над крышей. Правда, боец сообщил, что вода для бани специально не греется. Но уже через час-два она будет горячая от такого щедрого солнца.
   Обратно Невский возвращался в приподнятом настроении. Ещё бы - можно и здесь жить!
   Возле маскировочного "шатра" Александр обнаружил санитарный автомобиль УАЗ-452. Он явно подъехал только-только.
   Врач собрался сам зайти под сеть, как оттуда появился комбат, а с ним - двое.
   -Вот, док, знакомься. Это наш санитарный инструктор батальона, младший сержант Рябий Толя, с Полтавы парень. А это - водитель-санитар, рядовой Молодчий Антон, парень из Новгорода. Вроде ничего не перепутал. Память у меня хорошая, пока не жалуюсь. А это, хлопцы, ваш новый начальник, будет заменять врача батальона. Они пригнали санитарный автомобиль, стоял на ремонте в автопарке. Говорят, всё починили. Теперь машина вновь будет здесь стоять. В ней можно и прием вести, так и Порохневич делал. В салоне осматривал больных, перевязки всякие делал. Все тяжелые случаи здесь ведь не лечили, а сразу отправляли в госпиталь, или к вам, в Медроту. Процесс отработан хорошо. Короче, введете доктора в курс дела, покажите ваши запасы медикаментов, носилок и прочее. Так, а мне надо оставить вас. Дела.
   Майор похлопал старшего лейтенанта по плечу и снова скрылся под маскировочной сетью.
   Салон автомобиля был пуст, но санинструктор попросил врача немного пройти. Буквально в десяти метрах от машины оказалась вырыта землянка. Там и хранилось все медицинское имущество батальона. Около часа Невский разбирался с содержимым сумок, ящиков и коробок. Осмотром остался доволен: много перевязочного материала, наборы медикаментов, в том числе и трофейные. Кровоостанавливающие жгуты, носилки, шины для иммобилизации переломов. Да, Анатолий Порохневич не обманул, когда рассказывал о своих запасах.
   Санинструктор сообщил, что в 19 часов будет приём больных, но вроде новых не должно быть: придут только на перевязку, он может и сам справиться. Если будут вопросы, позовет старшего лейтенанта. На том и порешили. Невский отпустил ребят. Они показали ему свою палатку - жили "в двух шагах" от этого штаба.
  
  
  
  
   4
  
   На приём врач всё-таки пришёл - хотелось сразу познакомиться со спецификой больных. Но, действительно, ничего сложного не было. Порезы, потертости, фурункулы и прочие мелкие неприятности на коже. Санитарный инструктор уверенно делал перевязки. Уже через час желающих лечиться не осталось.
   Можно было возвращаться под маскировочную сеть, но решил понаблюдать за жизнью в палаточном городке. По территории то и дело перемещались группы солдат. Приказ комбата выполнялся безупречно - все были раздеты по пояс.
   -Это ещё что за "фрукт"?- раздался вдруг сильный окрик.
   Почти сразу из-под маскировочной сети вынырнул комбат Тараборин, а с ним и замполит Пястолов.
   Невский с изумлением посмотрел на офицеров. Но они смотрели за его спину. Александр оглянулся. Он сразу понял, кто стал причиной недовольства командира и его заместителя по политической части.
   Это был невысокий солдат, который как раз проходил мимо. Он нес, прижимая к животу, танковый трак (часть гусеницы). Что он нарушил?! И вдруг до Невского дошло: парень был одет в майку, некогда синюю, а теперь совершенно выцветшую и очень грязную. Его сильно загоревшие руки, шея, открытая часть груди и спины контрастировала с этой замызганной майкой. Солдат нарушил приказ комбата! Он не был раздет по пояс!! "Вот оно что",- сам себе произнёс доктор.
   Между тем, командир приказал солдатику подойти и назвать себя. Тот положил трак на землю и строевым шагом, поднимая ботинками пыль, прошагал к майору. Вскинув руку к панаме, парень четко произнес:
   -Добрыдень, товарищ майор!
   Если бы он произнёс сейчас ругательство или послал командира, куда подальше, то и тогда, наверное, это бы не имело такого отклика.
   Майор просто "взорвался". Он произнёс длинную фразу, самые приемлемые слова в которой были "Ах, ты..." Немного успокоившись, комбат рявкнул:
   - Как положено докладывать своему командиру батальона?! И потом уже наступил вечер, причём тут добрый день.
   Всё это время солдат продолжал пятиться назад, держа руки по швам. Его лицо выражало крайнее изумление. Наконец, он произнёс:
   - Рядовой Добрыдень, 8 рота, товарищ майор!
   По лицу было видно, что майор Тараборин вновь готов сорваться в крик. Но в последнюю секунду он сообразил:
   -Так это такая у тебя фамилия?! Забавно. Извини, не понял сразу. А откуда родом? Как звать?
   - Рядовой Добрыдень Тарас из Кривого Рога,- четко, по-военному, продолжал отвечать солдат.
   Комбат уже собрался отпустить парня с миром, но тут вспомнил: он одет в майку! Новая порция крика, из которой приличными словами были только "Тарас, Добрыдень".
   Дав выход накопившемуся за долгий день раздражению, Тараборин уже спокойно приказал:
   - Даю тебе десять минут. Об исполнении доложить!
   Солдат подхватил танковый трак и помчался в сторону палаток, вскоре он пропал из виду.
   - Вот, док, видишь с какими "супчиками" имеем дело. Для их же пользы я издал этот приказ, а он и того не хочет выполнить. Итак "через день на ремень" ходят, бронежилет не снимают сутками. Ну, походи пока так, пусть кожа подышит. Не понимаю ни хрена...
   Комбат засек время, мол, специально проконтролирую нарушителя. Замполит и доктор остались стоять рядом. Закурили. Пястолов, вспомнив что-то, рассмеялся:
   -Анекдот мне сегодня рассказали, послушайте. Может, отвлечётесь от проблем насущных. Кстати, тоже о проблемах. "Муж с женой видят, как сосед любуется только что выигранной по лотерее машиной. Муж и говорит жене:
   - Своих проблем хватает, а тут ещё сосед машину выиграл!"
   - Вот, гад! Что творит?! - Неожиданно произнёс комбат. Пястолов и Невский недоуменно переглянулись. Но командир показал рукой за их спины, закончил мысль.- Просто идиот какой-то. Он теперь чистую, белую майку надел.
   В надвигающихся сумерках было хорошо видно подходящего к ним солдата в белой майке. Но это была не майка...
   Офицеры поняли это почти одновременно. Застыли, буквально, "разинув рты". Рядовой Добрыдень приблизился и громко доложил, что приказ выполнен.
   Такой молочно-белой кожи Невский не видел уже давно. Загорелые участки тела чётко оттеняли "белую майку".
   - Что ж ты? - Только и смог сказать комбат. Потом махнул рукой. Отпустил солдата восвояси.
   Поздно вечером была баня. А после пары стаканов крепкого холодного кваса Невский с удовольствием вытянулся на раскладушке в одной из комнат дома-"крепости".
   На душе было легко и спокойно. Свой первый день в пустыне он выдержал.
  
  
   5
  
  
   К вечеру следующего дня рядовой Тарас Добрыдень пришёл на приём к врачу. Вся его некогда "белая майка" была теперь ярко красной, кое-где даже появились пузыри, наполненные прозрачным содержимым. Всё свидетельствовало о солнечном ожоге I-II степени.
   Увидев несчастного солдата, врач только развёл руками. Сказать было нечего. Пришлось лечить. К счастью, мази в запасе было предостаточно - намазывал его толстым слоем. Парень стойко переносил боль, никогда не жаловался. Впрочем, он был не охотник до разговоров. Так и не удалось у него выяснить, почему он ранее всегда ходил в майке.
   На второй или третий день на перевязке пострадавшего увидел сам комбат. Он опять долго и цветасто ругался, правда, на этот раз досталось ему самому. Комбат перевёл рядового Тараса Добрыдень на время лечения в постоянные помощники дежурного при штабе. Правда, главная его задача состояла в поливке деревьев каждые два часа.
   Через неделю обожжённый поправился, вернулся в боевое подразделение и пропал из поля зрения врача и комбата.
   А комбат подписал новый приказ по гарнизону, согласно которому разрешалось ходить по территории военного лагеря в легкой нательной одежде...
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   7
  
  
  
  

Оценка: 8.56*11  Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2017