ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Карпенко Александр
Маленький предатель

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
Оценка: 6.82*7  Ваша оценка:


  
  
   Бача - Сусанин.
  
   Не успели передохнуть - опять боевая операция. Командованию доложили, что в районе Чарикара снова закопошились "духи". Надо проверить, так ли это. Может быть, кто-то нарочно запустил "утку", чтобы мы немного "размялись".
   Проехали километров пятьдесят. Пустынно и тихо. И вдруг навстречу нам едет какой-то размалёванный автобус. Останавливаем его. В автобусе не так много людей - больше старики. Комбат подзывает одного из автобуса и приглашает "в гости" к себе - на броню командирского "бэтээра".
  
  
  -- Это вы у нас гости, а не мы у вас, - говорили его впалые, глубоко посаженные глаза, но само лицо, свисавшее из-под высокой чалмы, оставалось непроницаемым.
  -- На юг идём, - сказал старый кочевник, - морозы гонят. Наши женщины и часть мужчин со скотиной ушли вперёд, ну а мы задержались.
  -- А чей это автобус, - спросил комбат, и тут я заметил неподалёку малолитражный автобус, очевидно, принадлежавший кочевникам.
  -- Наш. Купили у Чёрного Абдуллы. Он же дал нам бачу - водителя, знающего, как с ним обращаться. Удобная штука! И скотина меньше устаёт, вес набирает, и сами понемножку отдыхаем, не молодые. И шатра не надо. Потому и задержались - больно понравился нам автобус Чёрного Абдуллы. Вот только с бензином трудно. Кстати, не поможете?
  -- А кто этот Чёрный Абдулла? - спросил комбат.
  -- О, это знатный человек, много земли имеет, хозяйство большое.
  -- А откуда у него автобус?
  -- Он сказал, что автобус нашли его сыновья - поломанным на дороге. Решили починить. Стали на нём ездить - но будто бы сейчас он им не нужен.
  -- Страшно, наверное, стало теперь по дорогам ездить. Мины кругом. Вот его и отдали, - высказал я предположение.
  -- Ладно, разберёмся, - бросил комбат - и направился к автобусу.
  
  
   Я - за ним. Автобус одновременно привлекал и озадачивал. Конечно, научно-техническая революция проникает всюду. Я сам недавно купил здесь в дукане суперсовременный диктофон с наушниками, чтобы не так страшно было ложиться спать, когда где-то в горах стреляют... Но вот что интересно. Дорог в Афганистане раз, два и обчёлся. И в условиях минной войны бывалые кочевники вряд ли отважатся ехать по дороге, которая периодически минируется, обочины которой сплошь усеяны сгоревшими машинами. Они наверняка предпочтут пройтись пешком, старым верблюжьим или ослиным способом. Если отбросить то наивное предположение, что эти немолодые уже люди - набитые дураки, прельстившиеся новым способом передвижения и, как малые дети, не ведающие о грозящей им отовсюду опасности, остаётся признать одно: кочевники каким-то образом связаны с душманами.
  
   Вскакиваю в раскалённый полуденным зноем автобус. Комбат уже там. "Так они скоро они на троллейбусы перейдут", - подумалось. Тщательно осматриваем автобус. Тщательно, но тщетно. Не нашли даже какой-нибудь мелочишки, компрометирующей кочевников. Всё шито-крыто, аж зло взяло. Придраться не к чему. Но досмотр автобуса не смог окончательно развеять наши подозрения. Доложили в штаб операции. Командование с нами согласилось: мол, дело нечисто, неплохо бы найти этого Чёрного Абдуллу, если он действительно существует. Хоть какая-то была бы зацепка, а то рыщем вокруг, как слепые котята... И тут меня осенило:
  -- Постойте, а ведь с ними его шофёр! Допросить бы его хорошенько!
  -- Даём добро, - откликнулись из штаба. - Действуйте!
   Перевёл комбату. "Хо", - сказал он, что можно было истолковать и как "хорошо", и как "ладно", и как "поживём - увидим". Вернулись к кочевникам.
  -- Кто шофёр? - спросил комбат. Из ряда восседавших на бревне кочевников выделился небольшого роста парнишка, с длинными, слипшимися от пыли волосами и повадками осторожного зверя.
  -- Я шофёр.
  -- Ты? - комбат, казалось, был удивлён его молодостью. И кто же твой хозяин? Парнишка указал на старшего кочевника.
  -- Это твой новый хозяин. А кто старый?
  -- Старый был Чёрный Абдулла.
  -- А где живёт этот Абдулла?
  -- В деревеньке Дурохи, недалеко отсюда.
  -- Покажешь нам дорогу?
  -- Могу показать.
  -- Тогда садись в автобус, а мы поедем за тобой.
  
   Кочевники не стали возражать, и мы двинулись за проводником. Жара стоит нестерпимая, в миллиарды миллиардов солнц. Берегу глаза - на ходу напяливаю солнцезащитные очки: шелушится и краснеет нос, облезает на незащищённых местах кожа, словно выжженная солнцем татуировка. Солнце, как и душманы, действует исподтишка: когда едешь, на броне очень свежо, приятный ветерок, но воздух, хотя и движущийся - только линза, концентрирующая солнечную энергию. Залезаю в бронетранспортёр - там душно, но поспокойнее.
  
   Когда не знаешь дороги и тебя "ведут", в памяти ассоциативно возникает образ Ивана Сусанина: трудно полностью довериться незнакомому проводнику. Проводник - не компас: он, как и всякий человек, пристрастен, и Полярная Звезда у него - своя. К тому же, всякое может быть: чужая душа - потёмки.
  
   Но меры предосторожности приняты: не случайно автобус идёт по дороге первым. Если дорога заминирована, водитель-проводник первым примет на себя этот удар.
  
   Идущие впереди машины предательски пылят. Говорят, за сутки на нашу планету оседает 210 тонн пыли. Такое впечатление, что львиная доза этой пыли оседает на многострадальную землю Афганистана, "присыпая" раны, наносимые ей душманами, - столько дорожной пыли обволакивает каждого из нас. Пыль застилает глаза, затрудняет дыхание, усложняет обзор, создавая своеобразную "дымовую завесу", и эта завеса позволяет за километр "духам" нас обнаружить. Но избежать такого искусственного затемнения сложно: большинство дорог не заасфальтировано, а дожди идут редко... Строить хорошие дороги молодой республике пока не по карману.
  
   На развилке двух дорог останавливаемся. Столб пыли, словно гигантский самолёт, постепенно идёт на снижение. Развидняется. Проводник что-то объясняет комбату. Подхожу к ним. Проводник говорит, что налево - тупик, а истинная дорога идёт направо. Комбат же утверждает, что он уже ездил однажды в Дурохи, и если ему не изменяет память, он ехал именно налево. Со скалы срывается большой орёл, очевидно, вспугнутый кем-то; делает большой круг, высматривая добычу и скрывается за горизонтом, очерченным вершинами гор. Проводник говорит, что он - местный, и кому, как не ему лучше знать маршрут! Но комбат больше доверяет своей интуиции, подсказывающей ему, что здесь может быть ловушка.
  
   И точно: едва мы остановились, как метрах в двухстах отсюда показался конный отряд бандитов. Молодцы ребята, вовремя заметили! Как минимум, человек двадцать. Начинается перестрелка. Конечно, расстояние более чем значительное, попасть в цель не так-то просто. На всякий случай прикрываюсь "бэтээром" и пускаю пару очередей в сторону противника. На лбу выступают капельки пота. Но перестрелка длится недолго. Напуганные шквалом огня, бандиты спешат удалиться на безопасное расстояние - а там и ретироваться восвояси, чтобы не попасть в окружение. Перевес сил не на их стороне, а внезапность была утеряна.
  
   И тут мы вспомнили о проводнике. Поймать гада! Но где же он? Удрал, сволочь, мразь, подонок. Вот и верь после этого людям... Ну да чёрт с ним, могло быть и хуже, главное - не попали в засаду. Можно сказать, просто повезло, что первыми обнаружили противника. А с "проводником" ещё когда-нибудь встретимся - мир тесен.
  

Оценка: 6.82*7  Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2015