ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Паршиков Иван Юрьевич
Таежная быль

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения]
Оценка: 9.00*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Всем служившим в отдаленных...

  Сказка быль, а в ней намек...
  
  
  Всем служившим в отдаленных...
  
  
  
   *
  
  
  
  Командира обидели, или он посчитал, что обидели. Поэтому полковник Сапитов*: высокий, крупный мужчина с львиной осанкой, благородной сединой, такие всегда женщинам нравились, поднял трубку телефона, в душе продолжало кипеть: - Дежурный! Сбор офицерам и прапорщикам, построение в штабе, заместитель пусть мне доложит.
  
  По причине праздника, в части был выходной. Часть стояла в забайкальской тайге, от неё до китайской границы рукой подать. В одну сторону в сорока километрах бурятская деревенька, в другую, на таком же расстоянии тоже деревня, бывшая зона для тех - Кто сидел - Сидит, или - Будет сидеть. В полутора километрах от части, железнодорожная станция, состоящая из трех домиков. Поезда никогда на ней не останавливались, единственной связью с цивилизацией, была электричка из двух вагонов. А вокруг на сотни километров - тайга, тайга, тайга....
  
  Когда в российской армии начались побеги солдат, часть тоже не минуло это явление. Побеги происходили регулярно, но что удивительно, было всего два успешных побега солдат. Первый солдат сбежал в случайно остановившемся товарняке, а другого мама, увидев такую глушь, после присяги, тайно увезла в багажнике своего джипа. Остальные бегуны, погуляв пару дней, сами возвращались. Куда идти, (как Корнет, в знаменитом рассказе Евдокимова) идти было некуда. Наиболее упорные, иногда доходили до бурятской деревни, кстати, в сторону "зонной" деревни солдаты предпочитали не бегать. Молва гласила: разденут, могут и морду лица попортить и тогда, если зимой, придется, до приезда из части сидеть на вокзале, больше никуда не пустят, не смотря на зиму. Есть еще - электричка, но там всегда военные, и 'брода' для личного состава не просматривалось.
  
  Одной из особенностей части, было большее количество служивших в части бурятов, как среди командиров, так и солдат. И автор счел необходимым, остановиться на этом вопросе. Буряты, неплохой народ: добродушный, искренний. Фамилии и имена у всех славянские: Ивановы, Петровы и только одна беда губит их, как все северные народы - неприспособленность организма к спиртному. Служившие, или жившие с бурятами знают, какие они хлебосольные. Стол для гостя будет накрыт всем лучшим, что имеет на данный момент хозяин. А про новогодний праздник (Сагал - Алга) лучше вообще не вспоминать. Солдаты-буряты хорошие солдаты, но только им всё долго нужно объяснять. Так однажды, начальник караула, при проверке несения службы часовыми, на одном из постов, где нес службу, бурят с простой фамилией Иванов, обнаружил автомат с пришпиленной на штык запиской: Товарища капитана, я усталь, один час отдохну и приду. Через полчаса он был на месте. Объяснять, что это делать нельзя - бесполезно. Если он решил, что нужно отдохнуть, он будет отдыхать. Вот такой народ буряты.
  
  Еще часть была знаменита войной с "зоновской" деревней, кстати, название ее созвучно со знаменитым романом о моряках. В середине треклятых девяностых годов исполняющему обязанности командира, по фамилии Зверев, попортили облицовку лица. А так как хмель, помноженный на праведный гнев офицера, был неуправляем, поэтому сразу же часть: 'В Ружьё", говоря по пограничному, а по нашему: "Боевая тревога". Офицерская группа на выезд!
  
  Прибыли, окружили дом виновника порчи 'облицовки' командирского лица, с шумом, опыта то нет. Виновник, увидев такое дело, за ружье и выстрел - попал одному офицеру в бронник:- Ребята в меня попали, - крик офицера. И тут же был открыт ответный огонь на подавление, полдесятка автоматов, снайперка, пулемет. А в поселке действовал закон - Тайга - помощь соседу - святое дело. Ответный огонь по нападавшим из десятка домов. Началась форменная война, которую с горем пополам прервали, прибывшие омоновцы. К счастью убитых не было, что объясняется, везением и неопытностью. Было несколько раненых и пострадали дома, особенно дом виновника торжества. Естественно временного командира в клетку за превышение, из которой он вышел через полтора года, полностью оправданный и восстановленный в должности.
  
  Чтобы охарактеризовать отношения сложившиеся в части, приведу еще случай. Однажды пара солдат, контрактников задолжала "новым русским" из зоновской деревни. Или эти "новые" решили, что им должны, подловив ребят, ввалили по полной, но те не вняли и долг не отдали. Поэтому пятеро лбов, на "японке" протаранив хлипкие ворота КПП (им в то время, якобы было позволено все), прорвались к офицерским домам. И только там поняли, что они 'попали' и 'попали' сильно. В части заревела сирена, сразу же тревожный расчет: пулеметчик и пара автоматчиков блокировали КПП. Согласно боевого расчета, вся часть с оружием в оборону. На защиту части, бросились со своими ружьями и карабинами, даже гражданский персонал. Когда "новенькие" потеряв всю спесь, попытались обратно, то им в лоб смотрел "ПКМ" кто не знает, откройте книгу А. Жука "Стрелковое оружие" и прочитайте ТТХ. Все, аллесс! Окончательно добило этих орлов то, как, небрежно бросив свой карабин с патронташем на полированный капот их тачки, гражданский водитель Колесов, в дымину пьяный, ласково так сказал: - Выходи бляди, поговорим.
  
  Японка простояла в части полтора месяца, с нее сняли все, что снимается, а потом за территорию, тайга то большая. А как вы думали, наши части - это не пулеметные дивизии, стоящие вдоль границы, где, как писала "Комсомолка", группа отморозков держала в страхе целую дивизию. Добавлю только, что этим с "японки", фейсы попортили и отпустили. В округе ходила молва-табу - офицерский состав и контрактников не трогать, а за бегунов солдатиков можно и на магарыч нарваться. Итог - между собой ругаемся, скандалим, деремся, но в случае внешней угрозы - один за всех.
  
  
  
   **
  
  
  
  А теперь вперед. - Здр..ав..жел..тов..пол..к! - поздоровался строй офицеров и прапорщиков.
   - С сего момента, объявляю в части казарменное положение*, в связи с тем, что в подразделениях бардак, процветает неуставные взаимоотношения, офицеры управления работает спустя рукава, постоянно приходят разносы из центра, - это командир: - Заодно ремонт штаба сделаем. Ведь если бы каждый офицер, хотя бы гвоздь вбивал за день, - продолжал командир:- Уже бы США, обогнали, - пауза, командир прошелся взглядом по строю. - Когда я увижу, что дисциплина улучшилась, отработаете все документы, да и штаб отремонтируем, нас смотрите целая рота, а с вами, можно горы свернуть, - кинул кость, командир: - Казарменное положение сниму. Каждый начальник своими руками ремонтирует кабинет, с шести ноль, ноль и до двадцати трех ноль. Работаем в части, потом разрешаю домой, на ночь одни ответственные, а теперь заместитель, ставьте задачу офицерам и прапорщикам, на подготовку час, - поставил точку полковник.
  
  После постановки задачи, немедленно организовалась очередь в магазин. Все во главе с замом закупали джентльменский набор, состоящий из полдюжины бутылок водки, кажется много, но это, кому как, туда же, батон колбасы. Благо в магазине давали в долг. Посадка на казарменное положение, являлась для командного состава поводом: первое - обидеться на командира, хотя его все уважали и второе, что главнее - официальное разрешение 'вдали' от дома, в двухстах метрах, отдохнуть и разгрузиться. Какая никакая, но перемена обстановки.
  
  Тыл открыл склады, выдал необходимые строительные материалы, и в штабе закипела работа. Везде стук, грохот, запах краски, через два часа в штабе явственно потянуло дымком. Даже командир из кабинета вышел на запах. Он исходил из кабинета начальника отдела кадров, майора Шапова, вечно пьяного и вечно молодого с позывным 'Шина'. К характеристике "Шины" можно ещё сказать, что он был специалистом по кроссвордам. На вопрос - Назовите маленького лесного зверька, четыре буквы по вертикали, он написал - слон.
  
  Войдя в кадры, командир увидел, что главный кадровик пилит деревоплиту болгаркой, пилит неровно, хотя солдат посыльный, отчертил ровно. В кабинете стоит визг и полно дыму. Эту картину дополняют два советующих майору офицера, сильно уже подшофе. Со словами: - "Шина" ты заЕбал,- командир выдернул из розетки вилку. Шина, не дав упасть вилке, тут же ее воткнул на место. Тогда командир забрал болгарку:- Пили сцука, ножовкой,- ушел к себе.
  
  Шапов обиженный на командира, объявил перерыв. Во время, которого, он совместно с советниками, побеседовали с 'девушкой' по фамилии Литр, после чего "Шина" направился к командиру. Постучав и спросив разрешения обратиться, попросил у него болгарку назад, ибо ножовкой он пилить не умеет, а вы, товарищ полковник срываете мне всю работу. Читатель, наверное, догадался, что ему сказал командир. А в это время везде продолжалась работа.
  
  Вечером командир, обходя кабинеты, наткнулся на старшину роты, прапорщика Чамбалова (бурята по национальности), который сидя на табуретке, кисточкой красил стену штаба в бежевый цвет. Полковник хлопнул по плечу прапорщика: - Молодец Чамбалов,- и прапорщик упал, ибо был пьян, как могут быть пьяными только люди севера, про которых ученые говорят, что у них какой то ген отсутствует. А держался старшина, только за счет кисточки и естественно воинской дисциплины.
  
  Несмотря на небольшие, по меркам Забайкалья, помарки, первый день закончился почти благоприятно, ибо в это время проходила 'мобилизация', укомплектование 'экипажей', сосредоточение 'боезапаса'. А после двадцатитрехчасового построения, наступило время " боевого слаживания" этих самых экипажей. В течение дня были выкрашены стены первого этажа штаба в бежевый цвет, там же нарисована картина и с горем пополам поставлена перегородка в отделе кадров, хоть "Шина" и говорил, что не может работать ножовкой.
  
  Ночное построение. Командир, окинув всех внимательным взглядом, распустил по домам. Личный состав, за редким исключением, понимая 'важность' казарменного положения и осознавая сложившуюся в части 'тяжелую' обстановку, продолжил работу.
  
  
  
   ***
  
  
  
  День второй. Завтрак, так как казарменное положение, поэтому прием пищи в части. В банкетном (греческом) зале, повара накрывают столы. Командир разбил офицеров и прапорщиков на три группы. Первая - замы и старшие офицеры. Вторая - просто офицеры. А третья - прапорщики, где старшим назначен начальник продовольствия капитан Сукацов. Вопрос на засыпку, где лучше кормили? Естественно ответ ясен, и в этой группе, друг начпрода, местный эскулап Николай Николаевич, кадр еще тот. Так же отторгнутый из других групп с прапорщиками кормился, пожарник, капитан Маслецов, позывной "Шлава", или "Два ноль четыре". Кличка "Шлава", оттого, что не выговаривал букву "С", а "Два ноль четыре" - рост.
  
  Все три группы позавтракали, поочередно, правда, завтрак проходил, скомкано: - просто не лезло - продукты на ветер. Третья группа потянулась на выход и тут забегает опоздавший "Шлава" и к начальнику столовой, зятю командира, прапорщику Заготову: сто пятьдесят роста, громким (а голос у него был действительно громким) - Давай жрать! Маленький прапорщик аж пригнулся, но на справедливое требование капитана среагировал вяло: - Все, поезд ушел. Это было равнозначно приговору, ибо "Шлава" как-то проговорился повару Светлане: - Швета, что поделать, я всегда хочу жрать, и наедаюШь только в отпуШке у мамы с бабушкой. С богом пополам, Шлаву покормили, собрав в котлах остатки. О Шлаве можно еще сказать, что воспитанный только женщинами, за собой не следил, и все это усугублялось болезнью ног, где бы Шлава не появлялся, к нему слетались все мухи и только поэтому, он оказался в третьей группе. А прапорщики, люди 'подневольные', все стерпят.
  
  Точно стерпят, они до того подневольные, что однажды, отдыхая в командирской бане (баня-сруб, бассейн, камин и все остальное, полагающееся хорошей бане), услышав сигнал тревоги - убыли на построение. В это время баня загорелась, все кинулись обратно, но пламя уже было сильное. Все остановились. Но когда прапорщик Остапов крикнул, что там пол ящика водки, Сашка Чамбалов кинулся в огонь и вытащил ее. Пока пожарные тушили, остальные пили, поминая баню. Как- то часть, посетил большой начальник, генерал. Совершая обход, он зашел в котельную, там в это время отдыхали 'ПОДНЕВОЛЬНЫЕ', начальник котельной Остапов и Мишка Булыга, взводный, при виде генерала, даже не встали, они и сами начальники. Что потом было... но это другая история.
  
  Приступили к работам, работы шли не шатко. Все разбились по интересам. Например, кабинет начальника штаба не подавал признаков жизни, хотя жизнь там тоже не замирала. Вокруг стола, несколько офицеров чинно выпивали, тихо беседуя, начштаба сидел во главе. Легендарная личность: двухметровый гигант, косая сажень в плечах, про таких говорят, мол, лучше перепрыгнуть, чем обойти. А как он заходил в штаб, это нужно видеть. В восемь ноль, ноль, подполковник Юква всегда подходил к штабу, где его поджидал друг Мишка, штабной кот. Они вместе заходили, а там начштаба брал кота за шкирку и наводил блеск Мишкиной шкурой на и так блестевших туфлях. После развода, кот первым забегал в кабинет и на стол, на бумаги. У каждого свои привычки, кто-то, для друга не жалеет собственной шкуры, а кто-то бумаг. Такова жизнь. Однажды, Юква поехал в командировку с молодым капитаном и когда налив по стакану, предложил выпить, молодой начал отказываться, мол, закуски нет. На что Юква отреагировал молниеносно, достав "Тик-так" и раскусив его пополам, со словами: - С такой закуской можно ящик выпить,- опрокинул стакан. В этой же компании были и другие легенды части. Зам. по воспитанию подполковник Быков, непьющий: - Свою бочку, ребята, я выпил. Еще майор Войнов, зам. начальника штаба и естественно Пантелеевич, майор. Про таких говорят - дважды рожденные. Потому что, один раз от мамы, второй из внутренних органов, попросту из милиции. Походка у него - знак вопроса, курил сигареты "Прима", усманские, после затяжки ими легкие, сами просятся на воздух. Много ходило про него всего, но недавно был случай, (давление, сердце, легкие) когда Анатолий Пантелеевич был у края:- Все не жилец,- констатировал врач, но тут появилась фельдшер части сержант Пикалова, еще одна легенда части. - Вы ни чего не понимаете, - отодвинув врачей, прикурила "примину" и вставила в рот Пантелеевичу. И чудо, мертвец ожил!
  
  Стол у начальника штаба был лучшим из всех, рыба различных видов, копчености, сало, икра, фрукты, а как вы думали, начальник штаба за десяток лет службы, оброс связями. В кабинете разговор шел о чудесном, в полном смысле воскрешении майора, а так как врачи запретили Пантелеевичу пить, ему не наливали. Тут же вспомнили, как Пантелеевич запускал немецкую АТС, посмеялись, опять налили. Если пройти по штабу, то такая картина была во многих кабинетах. Автор служил много лет в советской, а потом в российской армии, неоднократно сидел на казарме и везде была похожая картина, работа и пьянка, или наоборот.
  
  Перед обедом командир пошел проверять ход работ. В некоторых кабинетах все-таки ремонт шел, правда, не шел, а так, мазки. Дойдя до последнего кабинета, начальника продслужбы, командир толкнул дверь и увидел картину. Вокруг большого стола сидит группа офицеров во главе с замом, из магнитолы льются сказки Шуры Каретного, на столе колбаса, початая бутылка водки и стаканы. На угловом столе в положении эмбриона, правда 'эмбрион', почему-то держит в руке бутылку водки, лежал главный "вор в законе", так иногда в армии, зовут тыловиков, зампотыл.
   - Товарищи офицеры! - последовала команда первого зама командира, реакция была резвой, кроме тыловика, там просто не было ни какой.
   - Виктор Иванович, - обратился командир к заму: - Перерыв?
   - Так точно товарищ полковник, - последовал ответ, а надо сказать, что командир, видя работающего офицера, усугубившего, но выполняющего свою работу, никогда скажем так, не наказывал. И еще в отличие от других командиров, (перестроившихся) никогда не наказывал рублем, ибо говорил: - Вы и так получаете мало.
  
  Вот это был Офицер, но обидели его и чтобы обиду пережить, командир сделал так, как сделал, простим ему, ведь командир, и в Африке, командир. Со словами: - Заканчивайте перерыв, - командир забрал водку у зампотыла, удалился. За ним потянулись для вида, все кроме, ну понятно кого. Когда через пару часов командир вновь оказался в этом кабинете, команды подавать было некому, ибо все..., читатели надеюсь, поймут, что все.... Тут уже посыпались маты, и все кто мог, а кто не мог, были эвакуированы из опасного места, чтобы позднее встретиться в другом, более безопасном. В любой части всегда найдется место, или места встречи. Короче расслаблялись все, но ремонт, судя по иногда раздававшимся стукам, продолжался, а может, это был стук стаканов? Короче, к двадцатитрехчасовому построению, все успели уже проспаться и, и полечиться по русскому обычаю.
  
  А где же прапорщики, кроме старшины, никого не видели. Правильно, на второй день все в каптерке. Стол накрыт хороший, все из домашнего хозяйства, соленья, копчения, сало и самогон. После трех рюмок, закурили и к связисту, прапорщику Рукатову Сергею с просьбой, рассказать, как он вместе с Пантелеевичем запускал немецкую АТС за три миллиона иностранных рублей купленную, из центра прибывшую. Все эту историю слышали, но хотелось еще послушать, некоторые БЫЛИ, сколько не повторяй, слушаются всегда.
  
   - Ладно,- сдался связист: - Привезли в часть немецкую АТС, а инструкции на русском нет. Это только в царские времена офицер знал не менее трех иностранных, правда и сейчас русский офицер в совершенстве владеет тремя языками: русский командный, матерный ну и разговорный. Вот видите, тоже три, а вы все царская, царская! Мы тоже щи не лаптем хлебаем. Итак, специалист- настройщик еще не прибыл. А ручонки, ручонки вот они, и болезнь у них - чесотка (по медицинскому - педикулез) называется. Кто блоху подковал, правильно, Левша, а мы хуже? Приступили к наладке. Два дня - не получается! Тут наслышанный о бедах связистов, шаркающей походкой с постоянным отхаркиванием, нарисовался Пантелеевич, слывший в части мастером на все руки. Со словами:- Вы не разбираетесь,- Пантелеевич выгнал всех с узла связи, паяльник в руки и вперед на мины. Еще два дня и АТС заработала, правда работала странно, если командир на телефоне, то остальные номера не работают и наоборот. Прибывший через несколько дней настройщик, в течение месяца пытался вернуть АТС в первоначальный вид. Но, увы, из многочисленных функций у нее осталась одна - соединять абонентов. С этого момента Пантелеевич стал персоной нон - грата на узле связи. Посмеялись, Мишка Б.та, взводный: - На ужин идем? Все скептически захмыкали и продолжили 'повышение боеготовности' до ночного построения. После построения, все кто куда, ведь уже накапливалась усталость.
  
   ****
  
  День третий. Воскресенье. На завтраке всего несколько несознательных личностей, не берегущих продукты. Восемь тридцать утра. Построение. Напомним читателям, что часть находится у китайской границы, поэтому на построение большинство прибыло с пакетами. Все знают китайскую предприимчивость: пакет с водкой, на любой вкус: можжевеловая, брусничная, кедровая, можно еще вспомнить барбарисовую, от которого шла трубка. Берешь эту трубку и сосешь, как молоко и главное удобно. Надо заметить ещё, что пакет входил в нагрудный карман камуфляжа, китайский сервис налицо. Тут же в строю продолжали похмелку.
  
   - Смирно!- появился командир, он выглядел на все сто, подтянут, выбрит, отглажен. Полковник шел вдоль строя, внимательно осматривая своих офицеров. Вид у всех был плачевный, говорящий, что пора к женам, под контроль. Машинально командир, хлопнул ладошкой капитана Жебцова по груди и из кармана выплеснулся фонтан барбарисовой водки на камуфляж командира. Командир, отряхивая свой камуфляж от водки, вздохнул и произнес: - Все, казарму снимаю, - и в полголоса для себя: - Сволочи!
  Последнее было сказано, скорее, с любовью, а может с завистью, ведь что можно делать капитану, не положено полковнику.
  А ремонт штаба доделали те, кому это полагается, быстро и качественно.
  
  
  
  Автор часто задавал себе вопросы, чего хотят добиться командиры, объявляя казарменное положение, ведь все полковники когда-то были лейтенантами, так же роптали, когда вводилось казарменное положение. Так же, наверное, радовались возможности погулять в хорошей компании и скорей всего полковники, вводя казарменное положение, этот факт держат в уме, подчиненным ведь тоже надо расслабляться, хотя сомневаюсь.
  
  И всем кто служил в таких гарнизонах, мое уважение, ибо кто не был, тот будет, а кто был, не забудет.
  
  А командира потом сгубила женщина.
  
  Примечание:
   Сапитов*- Фамилии изменены.
   Казарменное положение*- При введении казарменного положения, офицеры и прапорщики ставятся на довольствие и питаются в расположении части.

Оценка: 9.00*4  Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2012