ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Романов Владимир Андреевич
Несокрушимая и легендарная: Албанская народная армия ч.2

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
 Ваша оценка:


2. ОТ ВОСХОДА ДО ЗАКАТА: СТРУКТУРА И РАЗВИТИЕ ВООРУЖЕННЫХ СИЛ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ АЛБАНИИ

  
  
  
  

2.1 Высшие органы военного управления

   На протяжении всего времени существования социалистической Албании её органы военного управления видоизменялись не очень существенно. Наиболее законченный вид они приобрели в 70-80-е гг., об этом их периоде стоит рассказать подробнее. Впоследствии, когда речь будет идти о более ранних или более поздних периодах в истории албанских вооруженных сил, в необходимых случаях об изменениях в органах военного управления будет сказано отдельно.
   Как провозглашалось в албанской Конституции, защита Родины и завоеваний социализма обеспечивается вооруженным народом, организованным в Вооруженные Силы, которые состоят из Народной Армии, войск Министерства внутренних дел и Добровольных сил народной самообороны (30).
   Албанская Народная Армия (АНА), которая Конституцией объявлялась "основной силой в деле защиты Родины", объединяла Сухопутные войска, Войска противовоздушной обороны, Военно-воздушные силы и Военно-морской флот. Органом управления армией было Министерство Народной Обороны (МНО).
   В состав Войск МВД входили Республиканская гвардия, Пограничные войска, Специальные части полиции (аналог советских Внутренних войск) и силы Гражданской обороны, которые все в организационном отношении замыкались именно на МВД.
   Добровольные силы народной самообороны были созданы в 60-е гг. и представляли собой добровольческие военизированные формирования, объединявшие мужчин и женщин, которые по тем ли иным причинам не входили в число подлежавших мобилизации в структуры МНО и МВД. Добровольные силы народной самообороны были призваны решать задачи территориальной обороны, в оперативном отношении они подчинялись территориальным органам МНО.
   Как и в других социалистических странах в Албании существовало две параллельных и взаимопроникающих структуры управления, когда наряду с органами государства действовали также иерархически построенные партийные органы. Фактически государственные органы служили исполнительными инструментами для претворения в жизнь тех решений, которые вырабатывались органами партийными. Соответственно, реальная власть в Народной Албании сосредотачивалась в Центральном комитете Албанской партии труда (ЦК АПТ), состоявшем в начале 70-х гг. из 71 члена, занимавших, как правило, основные должности в государственных органах. Средоточием же власти являлось Политбюро ЦК АПТ, состоявшее из 11 членов во главе с первым секретарём ЦК (этот пост с 1943 года и до своей смерти в 1985 году занимал Энвер Ходжа, а в 1985-91 гг. - Рамиз Алия) и решавшее все стратегические вопросы.
   Соответственно албанская Конституция прямо устанавливала, что Вооруженными Силами руководит Албанская партия труда, а первый секретарь ЦК АПТ является Главнокомандующим (Komandant i Pergjithshem) Вооруженными Силами и Председателем Совета обороны.
   Высший Совет обороны (KКshillit te LartК tК Mbrojtjes) представлял собой высший орган государственного управления в сфере обороны, на который возлагались задачи "руководства всеми силами и ресурсами страны, их организации и мобилизации в целях защиты Родины" (30). Например, именно Совет обороны решал вопросы создания воинских формирований от бригады и выше (137). Персональный состав Совета обороны определялся решением законодательного органа страны. Например, в начале 70-х гг. в его состав входили Энвер Ходжа, председатель Совета министров Мехмет Шеху, секретарь ЦК АПТ по обороне Хюсни Капо (Hysni Kapo), заместитель председателя Совета Министров Адиль Чарчани (Adil гarГani), начальник Политуправления Народной Армии Хито Чако (Hito гako) (31), министр внутренних дел Кадри Хизбиу (Kadri Hazbiu) (41). В середине 70-х - начале 80-х гг. в Совет обороны входили пять человек, в том числе Энвер Ходжа, Мехмет Шеху, начальник Генштаба Вели Лакай (Veli Llakaj) (45).
   Для руководства страной и вооружеными силами в военое время в горном массиве Дайти (Dajt) восточнее столицы был сооружен основной командный пункт, представляющий собой защищенную от оружия массового поражения систему пробитых в горной толще тоннелей. За охрану и функционирование командного пункта в мирное время отвечал отдельный армейский батальон охраны (135). Помимо основного командного пункта существовали два запасных командных пункта (ЗКП) - в округе Скрапар (Skrapar) в южной части Албании и в Линци (Linz) в северо-восточной части страны (73, 77). Известно, что ЗКП в округе Скрапар представлял собой убежище тоннельного типа с системой противоатомной и противохимической защиты, построенное в начале 70-х гг. в Guak около окружного центра Чоровода (гorovodКs) для руководства войсками на южном направлении. Этот командный пункт мог быть использован и в качестве центра управления всей страны, для чего рядом с ним было построено несколько специальных объектов, включая четыре виллы для политического руководства Албании - Э.Ходжи, М.Шеху, Х.Капо и Б.Балуку (73).
   Равно как и на все иные сферы жизни страны, система партийного руководства распространялась и на вопросы обороны. В составе ЦК АПТ этим занимался Военный отдел (Sektorit Ushtarak), подчиненный секретарю ЦК по обороне. Этим отделом заведовали Гафур Чучи (Gafur гuГi) ( 49), затем Тани Дурай (Qani Duraj) ( 94).
   Также в непосредственном подчинении ЦК АПТ находилось, в частности, и Политическое управление Народной Армии (Drejtoria Politike tК UshtrisК Popullore), организационно входившее в состав Министерства обороны и замыкавшее на себя вертикаль комиссаров и партийных комитетов в воинских частях и военных учреждениях. В Албанской Народной Армии (в отличие от Советской Армии, но также как в Китайской Народной Армии) на протяжении всего времени её существования в каждом военном формировании (от батальона и до корпуса / командования) руководство осуществляли командир и комиссар, обладавшие, в принципе, равными правами, но выполнявшие различные функции. В военных вопросах последнее слово было за командиром, в вопросах воспитания и политической подготовки - за комиссаром, который, как правило, также имел военное образование и необходимую компетентность в военном деле. В первой половине 70-х гг. было принято решение о получении комиссарами с уровня бригады высшего военного образования в Военной Академии (см. 49, 118). Помимо института комиссаров в воинских частях, соединениях и органах военного управления (до министерства обороны включительно) значительную роль играли партийные комитеты (парткомы) - ячейки Албанской партии труда, объединявшие всех коммунистов соответствующего формирования и направлявшие их деятельность согласно указаниям партийиных нстанций.
   Генеральный штаб (Shtabit tК PКrgjithshКm) был создан 01 июля 1945 года в качестве центрального органа управления вооруженными силами и поначалу подчинялся не военному министру, а непосредственно Верховному главнокомандующему. Сначала в составе Генштаба было два управления (национальной обороны и связи) и восемь отделов (оперативный, информации, топографический, шифровальный, боевой подготовки, аэронавтики, внутренний, экспедиция) (32). Первым начальником Генштаба был генерал-майор Спиро Мойсиу (Spiro Mojsiu), начинавший офицерскую карьеру ещё в 20-е гг. при албанском короле Зогу. В августе 1946 года его сменил генерал-майор Мехмет Шеху. С 01 октября 1946 года была введена новая организация Генштаба: семь управлений (оперативное, организационно-мобилизационное, артиллерии, береговой обороны, инженерное, связи, тыла) и десять отделов (разведки, боевой подготовки, топографический, шифровальный, авиации, автобронетанковый, химический, секретариат, два контрольных) (32).
   В 1948 году в связи с устранением прежнего министра внутренних дел Кочи Дзодзе на его место был назначен Мехмет Шеху, а начальником Генштаба стал генерал-майор Бекир Балуку. Затем в 1952 году Балуку был назначен министром обороны, а должность начальника Генштаба занял генерал-майор Петрит Думе. Он находился в этой должности до своего смещения в июле 1974 года - за исключением 1954-56 гг., когда Петрит Думе обучался в советской Академии Генштаба, эти два года обязанности начальника Генштаба исполнял генерал-майор Ариф Хаско (Arif Hasko). После ликвидации в 1974 году группы "путчистов", в которой оказался и Петрит Думе (расстрелян в 1975 г.), албанский Генштаб короткое время (с июля по декабрь 1974 года) возглавлял Сами Мечолари (Sami MeГollari), затем - Вели Лакай (1975-82), Кичо Мустаки (KiГo Mustaqi) (1982-90) и Халим Абази (Halim Abazi) (1990-91).
   Во время реорганизации армии в 1966 году Генштаб стал органом Министерства обороны. При этом за ним остались функции оперативного управления вооруженными силами, также на него были возложены организация и координация деятельности различных министерств и ведомств по выполнению решений правительства по вопросам обороны. Управления и Командования, связанные с руководством повседневной деятельностью отдельных родов войск, были из Генштаба переданы в Министерство обороны. С этого времени в составе Генштаба находилось четыре управления: оперативное (Operative), разведки (Zbulimit), организационно-мобилизационное (Organizimit), связи (NdКrlidhjes), а также семь отделов: МКК, шифровальный, топографический, административный, экономический, боевой подготовки, службы войск. Эта структура затем не менялась вплоть до 80-х гг. (32).
   Место и функционирование структурных подразделений Генштаба в 60-80-е гг. можно проиллюстрировать на примере его 2-го Управления (Управления разведки). Тогда это Управление возглавляли Андон Шети (Andon Sheti) - в 1965-74 гг., Экерем Османи (Eqerem Osmani) - в 1974-80 гг., Мехмет Муса (Mehmet Musa) - с 1980 г. (41). Управление разведки Генштаба располагалось в здании Дворца бригад в Тиране, в его структуре находились: 1) отдел войсковой разведки (Dega e Zbulimit me trupa), который руководил деятельностью разведорганов в соединениях и частях албанской армии (в штате каждого корпуса находился разведбатальон, в бригаде - разведрота), ему же подчинялся отдельный разведывательный полк в Зал-Херри (Zall-Herr), предназначенный для разведывательно-диверсионных операций как внутри, так и вовне страны; 2) отдел радиоразведки (Dega e radiozbulimit), которому были подчинены школа радиоразведки и 13 спецчастей, в том числе центр пеленгации (в/ч 2908) в Тиране, которые осуществляли разведку путем обнаружения и прослушивания радиосетей управления войсками вероятных противников на сопредельных территориях; 3) отдел информации (Dega e Informacionit) и Центр дешифрования (Qendra e PКrpunimit dhe Deshifrimit), которые вели обработку и расшифровку всей развединформации, что поступала как от спецчастей, так и из других каналов разведки, от авиации, флота, сухопутной и зенитной артиллерии, инженерных войск, иностранных разведок, МВД, погранвойск и т.д. (см. 41). Главной задачей органов разведки была фиксация признаков начала агрессии со стороны противника, вслед за чем должен был вводиться в действие план мобилизационного развертывания албанских вооруженных сил. Как говорил Мехмет Шеху, "получение вовремя предупреждения означает победу в войне" ("Ju siguroni kКtК gatishmКri, t'ju siguroj unК fitoren nК luftК") (69).
   В подчинении управления связи Генштаба находился отдельный полк связи, позднее преобразованный в бригаду связи (Тирана).
   Министерство народной обороны (Ministria sК Mbrojtje Popullore) как и Генштаб было создано 01 июля 1945 года и первоначально именовалось Военным министерством национальной обороны (Ministria e LuftКs dhe e Mbrojtjes KombКtare). В отличие от Генштаба оно как орган управления Народной Армии осуществляло не оперативное, а административное руководство военными формированиями и учреждениями (131). Структурно в его состав входили управления, отделы и службы по основным направлениям деятельности, видам вооруженных сил и родам войск. Генеральный штаб был включен в состав министерства только в 1966 г., до этого он представлял собой самостоятельный орган оперативного управления войсками, подчинявшийся непосредственно Верховному Главнокомандующему (32).
   Министрами обороны Албании в её социалистический период были Энвер Ходжа (1944-53), Бекир Балуку (1953-74 гг., затем арестован и как "путчист" расстрелян), Мехмет Шеху (1974-80 гг, застрелился в 1981 году), Кадри Хизбиу (1980-82 гг., до этого - министр внутренних дел, арестован и в 1983 году расстрелян за подготовку вместе с М.Шеху покушения на Э.Ходжу), Прокоп Мурра (Prokop Murra) (1982-90), Кичо Мустаки (1990-91).
   После реорганизации в середине 60-х гг. у министра обороны первоначально было два заместителя: начальник Генштаба (до 1974 г. - Петрит Думе), отвечавший за вопросы оперативного применения, боеготовности и боевой подготовки войск, а также заместитель по тылу (генерал-майор Нури Арапи (Nuri Arapi)), решавший вопросы тыла, материально-технического снабжения и военной промышленности (33). В начале 70-х гг. статус заместителя министра обороны получил начальник Политического управления Народной Армии (до июля 1974 года - Хито Чако, затем Дилявер Почи (Dilaver PoГi) - до декабря 1974 года). Затем были введены ещё две должности заместителя министра обороны. Один зам курировал артиллерию, авиацию и флот - эту должность сначала занимал Назар Бербери (Nazar Berberi), затем с 1982 г. - Яче Луло (JaГe Lulo). Другой заместитель курировал вопросы фортификации и решал все вопросы, связанные с масштабным строительством укреплений и убежищ по всей стране. Первоначально замом по фортификации был Альфред Моисиу (Alfred Moisiu), затем в 1982 г. его сменил Байрам Мане (Bajram Mane).
   Непосредственно в структуру Министерства обороны входили органы управления, отвечавшие за состояние и развитие соответствующего вида вооруженных сил (рода войск), которые в зависимости от численности и статуса именовались командованиями, управлениями или отделами. Также на соответствующие управления (отделы) замыкались отдельные соединения (части) родов войск центрального подчинения.
   Основными среди них были (32, 33):
   - отдел авиации (первоначально в составе Генштаба), затем вместе с управлением Зенитной артиллерии слит в Командование ПВО страны; в 1975 году из Командования ПВО выделено самостоятельное Командование военной авиации;
   - военно-морской отдел (Seksionit tК MarinКs nК MMP) - создан в январе 1945 года, в 1962 году преобразован в Командование ВМФ; наряду с ним с апреля 1946 года существовало Военно-морское командование (Komanda e MarinКs), вошедшее в 1949 году в оперативное подчинение Командования береговой обороны;
   - командование артиллерии (первоначально в Генштабе), затем преобразовано в артиллерийское управление Министерства обороны;
   - автобронетанковый отдел (первоначально в составе Генштаба), затем управление в Министерстве обороны; в начале 60-х гг. разделено на Автотракторное управление и Командование танковых войск (Komanda te Tankeve), последнее позже преобразовано в Управление (Drejtoria e Tankeve) (89);
   - управление береговой обороны (Drejtoria e Mbrojtjes Bregdetare) - создано в сентябре 1946 года (первоначально в составе Генштаба), затем в 1949 году преобразовано в Командование береговой обороны (Komanda e Mbrojtjes Bregdetare), с 1961-62 гг. - Командование ВМС, в 1967 г. преобразовано в два корпуса береговой обороны;
   - инженерное управление (Drejtoria Xhenjos), в 1975 года из его состава выделено управление фортификации (42);
   - управление химзащиты, в его подчинении находился отдельный полк химзащиты (Тираны), а также подразделения химзащиты в составе остальных частей;
   - управление Добровольных сил самообороны;
   Помимо них в структуре Министерства обороны находились органы управления, отвечавшие за состояние соответствующего направления деятельности общевойсковых соединений, частей и подразделений; основными среди них были (32, 33):
   - политическое управление Народной Армии, в его составе находился ряд самостоятоятельных управлений (например, управление культуры и пропаганды);
   - управление кадров (Drejtoria Kuadrit);
   - управление боевой подготовки;
   - административное управление;
   - управление военных учебных заведений;
   - контрольный отдел;
   - группа военных инспекторов;
   Особое значение играло Главное управление тыла (Drejtoria PrapavijКs) Министерства обороны, тесно связанное с Организацинно-мобилизационым управлением Генштаба. Опубликованы данные о Главном управлении тыла в 70-80-е гг, когда оно структурно объединяло штаб, секретный секретариат и несколько управлений (тыла, снабжения, транспортное, вооружения и боеприпасов, медицинское, финансовое, плановое, продовольствия и др.). В подчинении соответствующих тыловых управлений находились тыловые части и подразделения общевойсковых соединений и частей. В прямом подчинении Главного управления тыла находилось несколько центральных армейских баз снабжения, дислоцированных в Тирана, Дуррес, Эльбасан, Берат, Тепелене, Ръшен. Эти базы предназначались для хранения запасов, необходимых для ведения боевых действий вооруженными силами. Помимо них в Албании функционировали базы Государственного резерва, на которых на военное время были сосредоточены запасы продовольствия, сырья, топлива, медикаментов и др. Публиковались сведения о том, что албанские запасы боеприпасов рассчитывлись на 10-летнюю войну, а запасы продовольствия, топлива, медикаментов и других расходуемых материалов военного времени - на пять лет (51).
   На оперативном уровне управление войсками осуществлялось через штабы оперативно-стратегических объединений (таковыми были, например, Командование ВМС в 1961-67 гг. или три фронтовых командовнаия, созданных в 1982-83 гг.), оперативно-тактических соединений (дивизий и корпусов), которым были подчинены воинские части (бригады, полки и отдельные батальоны).
  
  
  

2.2 Войска МВД и иные вооруженные формирования

  
  
   Помимо Народной Армии согласно Конституции НРСА (1976 года) в состав Вооруженных сил входили также войска Министерства внутренних дел (МВД, Ministria e Brendshme) и Добровольные силы народной самообороны.
   Предназначение войск МВД ясно следует, например, из обращения Политбюро ЦК АПТ (1985 г.), в котром говорилось о том, что органы внутренних дел социалистической Албании представляют собой "мощное оружие диктатуры пролетариата, её военно-политический орган, направляемый Партией труда для обнаружения и пресечения деятельности внутренних и внешних врагов, защиты завоеваний социалистической революции и торжества дела коммунизма".
   Пост министра внутренних дел занимали Кочи Дзодзе (1946-48, казнен), Мехмет Шеху (1948-54), Кадри Хизбиу (1954-80), Фечор Шеху (FeГor Shehu) (1980-82, казнен 15.09.1983 вместе с Хизбиу), Хекуран Исаи (1982-91).
   В системе албанского МВД помимо собственно органов полиции (PolicisК) и следствия (Hetuesia), занимавшихся обеспечением общественной безопасности и расследованием общеуголовных преступлений, кроме органов исполнения уголовного наказания и подразделений пожарной охраны находились также госбезопасность (Sigurimit tК Shtetit), пограничные войска (Kufirit), специальные части полиции (Repartit special tК policisК), республиканская гвардия (Garda e RepublikКs) и гражданская оборона.
   Пограничные войска находились в ведении Управления границ (Drejtoria e Kufirit), их назначением было обеспечение постоянной охраны сухопутных и морских границ Албании. Наименьшим подразделением албанских пограничных войск являлся пограничный пост, личный состав которого отвечал за охрану отведенного ему участка границы. Самой крупной частью погранвойск был пограничный батальон. Всего в составе албанских погранвойск в 1989 г. находилось 7 тыс. военнослужащих (см. 8, стр. 236).
   Органы госбезопасности были в МВД представлены Управлением госбезопасности (Drejtoria e Sigurimit tК Shtetit), игравшим роль политической полиции. Помимо центрального аппарата в столице в каждом из 26-ти округов страны находилось окружное управление госбезопасности. В соединенениях и частях Министерства обороны действовали органы военной контрразведки, которые также входили в систему госбезопасности и замыкались на Отдел военной безопасности (Dega e Sigurimit tК UshtrisК) в структуре Управления госбезопасности. О наличии у албанской госбезопасности собственных воинских частей сведений нет.
   Специальные части полиции (repartit special tК policisК) - по-видимому, такое название в Албании носили военные формирования, аналогичные по своему назначению советским Внутренним войскам МВД. Известно о них немного. Несколько таких частей (в/ч 301, 302, 303, 305, 307) осуществляли охрану исправительно-трудовых лагерей (см. 36). Например, в/ч 303 несла охрану лагеря Kampi i SpaГit в Мирдитских горах, в котором находилось около тысячи заключенных, работавших на добыче медной руды в шахте. В мае 1973 года заключенные этого лагеря подняли мятеж и захватили помещения администрации. После этого лагерь был сначала блокирован, а затем взят штурмом бойцами специального батальона полиции (Batalionet Speciale tК PolicisК), несколько заключенных погибли, один офицер полиции был тяжело ранен. Аналогичный случай повторился 11 лет спустя в лагере QafК-Barit близ Пука (PukК), где выступление заключенных также было подавлено силой (37).
   Помимо уже существующих к тому времени специальных частей полиции в 1982 году был сформирован 326-й батальон МВД (Batalioni 326 i MinistrisК sК Brendshme), предназначенный для борьбы с массовыми беспорядками и демонстрациями. Данное подразделение, также известное как в/ч 326 (Repartin 326), участвовало в апреле 1991 года в подавлении бунта в тюрьме в ShКnkolli, а впоследствии стало ядром для создания албанского антитеррористического спецпоздазделения RENEA (Repartit tК Neutralizimit tК ElementКve tК Armatosur), существующего по сей день (38).
   Республиканская гвардия (Garda e RepublikКs) ведёт свою историю от специального батальона Генштаба (Batalioni Special i Shtabit tК PКrgjithshКm), созданного в 1945 году для охраны и обороны важнейших органов военного и государственного управления, а также представительских функций типа почетного караула. Первоначально эта воинская часть называлась Национальной гвардией (Garda e KombКtares), в 1947 году была переименована в Республиканскую гвардию. В 1951 году функции охраны органов военного управления были переданы армейским подразделениям, а Республиканская гвардия сохранила за собой только охрану органов государственного и партийного руководства и перешла в ведение МВД.
   Помимо воинских подразделений, обеспечивавших охрану мест расположения органов государственного управления (Центральный комитет АПТ, Совет министров, Радио Тираны, Дворец бригад и пр.), в Республиканской гвардии в 50-е гг. появились подразделения телохранителей для физической охраны высших руководителей партии и государства, мест их проживания и отдыха (виллы в Дуррес, Влёра и Поградец, позднее также виллы в Корча, Лежа, Муллет). Они же охраняли построенный в начале 70-х гг. "Блок" - столичный квартал, в котором на отдельных виллах до 1991 года проживали семьи 34-х высших руководителей партии и государства ("Блок" был демонтирован в 1993 г., от него осталась только вилла, занимавшаяся семьёй Энвера Ходжи).
   В 1968 году под влиянием ввода войск ОВД в Чехословакию и опасений повторения такой операции в отношении Албании её Республиканская гвардия была усилена: в её составе был сформирован третий пехотный батальон, а также четыре запасных пехотных батальона: их базы размещались в Цакран (Cakran) в округе Фиери, Лёжан (Lozhan) в округе Корча, Мелёва (MКlovК) в округе Скрапар и в Мулет (Mullet) в округе Тирана. Тогда же в гвардии помимо стрелкового оружия появляется тяжелое вооружение: артиллерия, зенитные установки, танки и БТРы (в 70-е гг. в гвардии был сформирован танковый батальон с 30 танками), инженерные подразделения и подразделения химзащиты.
   Кроме того, в Республиканской гвардии были созданы инженерно-технические подразделения, ответственные за функционирование в мирное и военное время различных укрепленных сооружений и убежищ, в которых располагались командные пункты (КП) и центры управления страной на военное время, а также базы Государственного Резерва.
   Так, Центральный КП для Совета обороны был построен восточнее албанской столицы в скальном массиве Дайти (Dajt), этот ЦКП имел полностью автономную систему жизнеобеспечения и мог функционировать в условиях применения противником оружия массового поражения. В других районах страны - Скрапар (Skrapar), Девриа (Devria), Томорице (Tomorice) также в защищенных тоннелях располагались КП для правительства и партийного руководства. Нужно подчеркнуть, что помимо них существовали разнообразные защищенннные КП в системе вооруженных сил, обеспечивавшиеся силами военных, а не гвардии.
   Численность личного состава Республиканской гвардии мирного времени составляла 5-6 тыс. человек, резервы на военное время достигали 10 тыс. человек (50).
   Гражданская оборона (Mbrojtje Civile) существовала в Албании с 50-х гг. и первоначально именовавалась Местной противовоздушной обороной (Lokale KundКr Ajrore - KLKA). Сначала она находилась в подчинении Министерства обороны, но затем на рубеже 50-60-х гг. была передана в ведение МВД. Основной задачей гражданской обороны ялялась минимизация жертв среди мирного населения и потерь промышленной и транспортной инфраструктуры от авиаударов противника или в условиях применения противником оружия массового поражения.
   Добровольные силы народной самообороны (Forcave Vullnetare tК VetКmbrojtjes Popullore) были созданы в начале 60-х гг. и представляли собой добровольческие военизированные формирования, объединявшие мужчин и женщин, которые по тем ли иным причинам не входили в число подлежавших мобилизации в структуры МНО и МВД. В источниках попадались две цифры численности Добровольных сил народной самообороны - до 230 тыс. (см. 98) и до 400 тыс. (33). В организационном отношении они были представлены отрядами (ГetК) добровольцев в каждой деревне, а в каждом городе, в зависимости от его размера, был батальон или бригада добровольцев. При объявлении мобилизации эти формирования добровольцев должны были решать задачи территориальной обороны и военной охраны объектов в своей местности, оказывать поддержку армейским частям. В оперативном отношении подразделения и части добровольцев подчинялись территориальным органам Министерства обороны, в составе министерства было создано Управление Добровольных сил народной самообороны.
  
  
  
    []
   Высшее командование Албанской Народной Армии, 1952 год, в центре - Энвер Ходжа (см. 70)
  
  

2.3. Албанская Народная Армия

в период становления (1945-61)

  
  
   На рубеже 1944-45 гг. вышедшая из партизанской войны албанская армия была организована в три армейских корпуса, восемь дивизий (всего 24 бригады) и насчитывала до 70 тыс. человек при миллионном населении страны. После войны армия претерпела ряд реорганизаций и была приведена к штату мирного времени. Так, в июле 1945 года было принято решение о сокращении армии до 40 тыс. человек, в декабре 1945 года - до 35 тыс. человек (см. 58), а в 1948 году - до 28 тыс. человек.
   При этом за образец для строительства Албанской Народной Армии (АНА) - так с 1946 года официально стали именоваться албанские вооруженные силы, была принята Советская Армия. Именно в ней албанские коммунисты видели победительницу во Второй мировой войне и имели основания считать, что советские военная наука, организация и вооружение обеспечат становление албанской армии в качестве современной военной организации, способной решать задачи обороны страны.
   В 1945-48 гг. практически всё албанское высшее военное руководство, вышедшее из партизанских командиров, было направлено для обучения в советские военные училища и академии. По возвращении в Албанию представители нового албанского генералитета взращивали свою армию и войска МВД, копируя советские образцы во всех аспектах военного строительства - от военной формы и организации частей и до уставов и оперативного искусства. Например, в 1947 году в Народной Армии была введена советская система воинских званий и военная форма советского типа (113).
   Общая отсталость аграрной страны, что выражалось, в частности, в практически полном отсутствии технических специалистов и крайне небольшом количестве грамотных людей, отразилась на темпах и способах военного строительства послевоенной албанской армии. Следствием общей отсталости (наряду с вынашиванием в первые послевоенные годы идеи вхождения в Югославию) стало относительно позднее появление в составе АНА технически сложных видов вооруженных сил - военной авиации и военно-морского флота. Так, первая албанская авиачасть и управление зенитной артиллерии были созданы только в 1951 году, а сколько-нибудь заметный современный корабельный состав в албанском флоте появился лишь в начале 1954 года.
   По-видимому, по тем же причинам в 50-е гг. в Албании сложилась несколько особенная система подготовки офицерского корпуса. Первым собственно военно-учебным заведением в Албании стала открытая в 1945 году Военная школа пионеров (с 1947 г. - Военная средняя школа имени Скендербега), в которую набирались как солдаты, так и гражданские юноши, им давалось среднее образование и военная подготовка. Чуть позднее школа превратилась в подобие советских суворовских училищ, куда будущие офицеры поступали в подростковом возрасте. В 1946 году в Тиране появилось Военное училище (Shkolla Ushtarake), предназначенное для подготовки младших офицеров по основным специальностям сухопутных войск. Также в 1947 г. в г. Кавая было открыто артиллерийское училище. В 1949 году оба училища были слиты в единое Объединенное офицерское училище имени Энвера Ходжи (Shkolla e Bashkuar OficerКve "Enver Hoxha") с 2-летним курсом обучения. И вплоть до 1962 года это было единственное албанское офицерское училище. Комплектовалось оно в основном за счет выпускников школы имени Скандербега - например, в 1960 году таковых было 60% (90). Престиж офицерской профессии в тогдашнем албанском обществе был крайне высок, и выстроенная в короткие сроки система подготовки позволяла получать АНА хорошо мотивированных и обученных младших офицеров. Типичный офицер АНА состоял на военной службе с 14-ти лет (возраст поступления в школу имени Скандербега), а для относительно небольшого офицерского корпуса была характерна высокая внутригрупповая солидарность. Позднее, в 1966 году, в условиях очередного политического разворота страны, это позволило Энверу Ходже обвинять офицерство в "кастовости" и "отрыве от народных масс".
   Другой особенностью албанской системы военного обучения в 50-е гг. была невозможность подготовки в самой стране офицеров для авиации и флота, и потому албанские офицеры осваивали боевые самолеты и корабли в советских военных училищах и учебных центрах. Только в 1961-62 гг. во Влёре открылись военно-морское и военно-авиационное офицерские училища.
   Высшее военно-учебное заведение появилось в Албании только в 1958 году, когда в Тиране была открыта Высшая военная школа (Shkolla e LartК Ushtarake). С 1961 года она стала называться Военной Академией (Akademia Ushtarake), с 1959 по 1990 годы образование в этой академии получили 3.542 офицера (102). До создания академии высшее военное образование албанские офицеры получали в советских военных академиях, через которые прошел весь генералитет АНА.
   Характерной особенностью АНА конца 40-х - 50-х гг. являлось присутствие в органах управления и войсках советских советников и военных специалистов, которые обеспечивали освоение и эксплуатацию албанцами современного вооружения и военной техники, как правило, советского производства. Помимо этого, на уровне соединений и центральных органов управления АНА советники, несомненно, участвовали в оперативном планировнаии и организации повседневной всесторонней подготовки войск. Руководство советниками в Албании осуществлялось через аппарат Старшего военного советника Министерства обороны СССР при Министерстве обороны Албании, а по линии МВД - через аппарат Старшего советника МВД СССР при МВД Албании. После создания в 1955 году Организации Варшавского Договора (ОВД) - военного блока просоветских стран, участником которого была и Албания, советнический аппарат подчинялся представителю Главного командования Объединенными вооруженными силами ОВД в Албании, которым вплоть до 1961 года был советский генерал-полковник А.М. Андреев (67).
   Структура АНА копировала советскую армию. Уже в 1946 года албанская армия восприняла советскую организационную модель: вместо прежних бригад в составе вновь созданных пехотных дивизий были сформированы пехотные (горнопехотные) и артиллерийские полки, а также части дивизионной основы.
   На оперативном уровне руководство войсками осуществлялось через управления армейских корпусов. Сразу после войны их было три - I-й, II-й (Берат) и III-й (Шкодер), каждое из которых руководило войсками на своём оперативном направлении. Так, II-й корпус (Берат) был нацелен на греческое направление, в его составе помимо корпусных частей находились две дивизии - V-я дивизия в Гирокастра и VIII-я дивизия в Корча (см. 35). В июне 1945 года состоялось решение о ликвидации корпусного зваена управления с подчинением соединений непосредственно Генштабу (35). Однако позднее, во время "августовской провокации" (пограничных боестолкновений АНА и греческой армии в августе 1949 года) оказалось невозможным обеспечить эффективное руководство боевыми действиями из Тираны и близ греческой границы пришлось срочно развертывать временный орган управления войсками - Оперативную группу. И в начале 50-х гг. управления корпусов были воссозданы. Так, на протяжении 50-х гг. штаб одного (VII-го) корпуса находился в Эльбасан и отвечал за греческое направление, штаб другого (II-го) корпуса дислоцировался в Круя и предназначался для руководства войсками на важнейшем приморском направлении (именно с моря ожидался основной удар НАТО). В подчинении каждого корпуса находилось три-четыре пехотных соединения (дивизии и бригады), а также части корпусного подчинения.
   В 1951 году в АНА пехотных дивизий было четыре. Кроме них было несколько отдельных бригад - например, в Шкодер, Эльбасан (см. 35), Влёра (47).
   Затем в первой половине 50-х гг. в условиях "холодной войны" численность АНА мирного времени увеличилась и составляла 33 тыс. человек в 1954 году и 41 тыс. человек в 1955 году (см. 58). Соответственно, возросло и количество соединений: в 1957 году существовало шесть пехотных дивизий со штабами в Тирана (I-я дивизия), Шкодер (II-я дивизия), Пешкопия, Гирокастра (V-я дивизия), Эльбасан и Дуррес (см. 101), а также несколько отдельных пехотных бригад - например, в Корче (8-я горнопехотная бригада) и во Влёре. В организационном отношении албанская дивизия этого времени была близка советской стрелковой дивизии: три пехотных (горнопехотных) и один артиллерийский полки, а также батальоны боевого и тылового обеспечения. В условиях мирного времени большинство албанских частей сухопутных войск содержалось по сокращенным штатам, их развертывание до полного штата предполагалось в короткое время после объявления в стране мобилизации.
   Помимо армейских корпусов имелось созданное в 1946-49 гг. Командование береговой обороны, в его подчинении находились береговые группы, объединявшие как береговую артиллерию, так и другие противодесантные силы. В оперативном отношении этому командованию подчинялся и крайне небольшой албанский флот.
   Кроме соединений и частей корпусного подчинения в 50-е гг. в АНА имелись отдельные части центрального подчинения, предназначенные для обеспечения деятельности вооруженных сил в целом или для усиления корпусов во время боевых действий. К таким частям относились дислоцированные в столице страны Тиране 1-я артиллерийская бригада, 1-й танковый полк (создан в 1948 году), 1-й механизированный полк (создан в 1955 году), полк связи (создан в 1950 г.), отдельный батальон химзащиты (создан в 1953 году, см. 95), размещенная в Эльбасане инженерная бригада и ряд других отдельных частей.
   В 1947 году в Албании были сформированы отдельная рота воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС), решавшая задачи наблюдения за воздушным пространством и обнаружения воздушного противника, и 1-й зенитно-артиллерийский полк (Тирана), обеспечивавший ПВО столицы страны. В 1951 году были созданы первая авиачасть (истребительная авиаэскадрилья на аэродроме Лапрака в Тиране) и управление Зенитной артиллерией. На их основе в 1955 году было создано Командование Войск ПВО страны, объединившее все албанские части радиотехнической разведки (так стали именоваться силы ВНОС после получения радиолокационных станций), зенитной артиллерии, военной авиации.
   В конце 40-х - начале 50-х гг. за счет значительных по объёму поставок из СССР албанские соединения и части удалось оснастить вооружением и военной техникой, соответствующими тому техническому уровню, которым обладали аналогичные советские формирования в конце Второй мировой войны. Так, немногочисленные албанские танковые части были оснащены танками Т-34-85, полевая артиллерия - 76-мм пушками ЗИС-3 и 122-мм гаубицами М-30, а также 60-мм, 82-мм, 107-мм, 120-мм и 160-мм минометами, зенитная артиллерия - 37-мм и 85-мм зенитными пушками, береговая артиллерия - 75-мм и 88-мм (трофейными немецкими) пушками и т.д.
   В мае 1955 года была создана военная Организации Варшавского Договора (ОВД), противостоящая проамериканскому военному блоку НАТО. После этого были существенно пересмотрены принципы и система советско-албанского взаимодействия в военной сфере, и началась вторая волна модернизации албанской армии. Теперь из СССР в Албанию для её армии поставлялись самая современная военная техника и вооружение, требовавшие тщательной подготовки личного состава.
   Результаты периода становления Албанской Народной Армии и перспективы сотрудничества так оценил во время визита в Албанию в октябре 1957 года Министр обороны Советского Союза Георгий Жуков: "Албанская армия боеспособна. Она имеет хорошие кадры офицерского состава, которые на 100 % являются членами партии труда, большинство из них проходило обучение в Советском Союзе. Солдаты, сержанты и офицеры на проведенном учении показали хорошую выносливость и втянутость при действиях в горах. Идеологическое воспитание в армии поставлено хорошо. Очень слабым местом в подготовке армии являются вопросы противовоздушной и противодесантной обороны, а также устаревшие методы тактической подготовки частей армии. Особого внимания заслуживает вопрос обороны морского побережья Албании и использования его для базирования подводных лодок с целью их действий в Средиземном море. Детально осмотрев порт Влера, строющуюся там базу подводных лодок и линию береговой обороны на Адриатическом море с суши и моря, я пришел к выводу о необходимости серьезного усиления береговой обороны албанского побережья, которое со стратегической точки зрения является исключительно выгодным для всего социалистического лагеря. Такое мероприятие позволит надежно защитить побережье с моря, вести борьбу с противолодочной обороной противника в Отранском проливе, что сможет обеспечить проход наших подводных лодок в Средиземное море" (178).
   Последующая модернизация албанской армии совпала с развертыванием в конце 50-х гг. советско-албанской военно-морской базы во Влёрском заливе. Эта база имела для СССР стратегическое значение и в случае конфликта с НАТО должна была обеспечить советскому флоту контроль над центральной частью Средиземного моря. Соответственно, резко возрастало значение албанской армии, призванной в условиях войны обеспечить устойчивость советской базы и развертывание в Албании дополнительных сил и флота ОВД для действий в Средиземноморье. Из Советского Союза на вооружение албанской армии пошло вооружение, соответствовавшее всем требованиям второй половины 50-х гг. Так, албанские сухопутные войска в конце 50-х гг. получали стрелковое вооружение семейства Калашникова (автоматы АК-47 и пулеметы ПК), танки Т-54 и гусеничные бронетранспортеры БТР-50П, 122-мм и 152-мм гаубицы, войска ПВО - 100-мм и 57-мм зенитные пушки КС-19 и С-60 с автоматическим наведением, зенитные ракетные комплексы СА-75, всепогодные истребители-перехватчики МиГ-19ПМ с бортовой РЛС и управляемыми ракетами класса "воздух-воздух", албанский ВМФ получил подводные лодки проекта 613, а также 100-мм и 130-мм береговые пушки с радиолокационными системами управления огнем. Одновременно с модернизацией уменьшилась численность албанской армии мирного времени- до 27 тыс. человек в 1958 году (58).
  
  

 []

   Середина 60-х гг., справа налево: министр обороны генерал-полковник Бекир Балуку, начальник Генштаба генерал-лейтенант Петрит Думе
  
  

2.4 "С опорой на свои и китайские силы":

Народная Армия в 1962-74 гг.

  
  
   Вслед за разрывом в 1961 году отношений с Советским Союзом, пристановлением членства в ОВД и всесторонней переориентацией Албании на Китай существенные количественные и качественные изменения произошли в албанской Народной Армии, организации и дислокации её частей и соединений.
   Первоначально в соответствии с разработанным чрезвычайным планом обороны, требовавшим учета реальных возможностей и опоры на собственные силы, произошла частичная передислокация албанских войск на наиболее значимые в новых условиях для обороны страны направления, и одновременно с этим началась работа над новым статегическим планом обороны страны. Начался существенный рост численности армии (см. 58). Срок обязательной срочной службы на некоторое время увеличился до 3-х лет в сухопутных войсках и до 4,5 лет в ВМФ (в 80-е гг. срок срочной службы в сухопутных войсках составлял 2 года, в ВВС и ВМФ - 3 года).
   Вплоть до разрыва с СССР собственная военная промышленность в Албании отсутствовала. Она возникла сразу же после этого разрыва. Так, уже в 1962 году в Албании были введены в строй три относительно крупных предприятия военной промышленности - завод в Мьекес, комбинат в Поличан и механический завод в Грамши, которые стали основой оборонно-промышленого комплекса страны. На первом из них велось производство взрывчатых веществ, на втором - боеприпасов (патронов, мин, гранат), на третьем - стрелкового вооружения (сначала выпускались карабины СКС, с 1974 года - автоматы АК-47 в китайской модификации тип 56).
   На протяжении 60-70-х гг. албанское политические руководство ориентировало своих военных на возможность военной агрессии против Албании как со стороны блока НАТО, так и со стороны Организации Варшавского Договора (ОВД). Предполагалось, что Югославия в случае агрессии НАТО останется нейтральной, а войска США, Италии и Греции с поддержкой 6-го флота США будет вести решительные боевые действия на главном направлении Дуррес - Тирана, комбинируя морской и воздушный десанты, а также сухопутными войсками на вспомогательном направлении со стороны Греции.
   Агрессия со стороны ОВД с целью оккупации страны и насаждения просоветского режима ожидалась албанскими военными (особенно после ввода войск ОВД в Чехословакию в 1968 году) в форме внезапного воздушного десанта силами нескольких советских воздушно-десантных дивизий в наиболее важных участках албанской территории. Такой десант, как ожидали албанцы, должен был предшествовать морскому десанту и массированному сухопутному вторжению войск ОВД через территорию Югославии силами в 20-25 мотострелковых и танковых дивизий с задействованием основных оперативных направлений Дебар - Каптина - Тирана, Призрен - Кукес - Решени, а также Дуррес - Вора - Тирана (71).
   Исходя из такого понимания предстоящей войны с качествено и количественно превосходящим противником албанское руководство предприняло меры к коренному преобразованию в 60-е гг. всей системы обороны страны. Несмотря на имевший место в начале 70-х гг. конфликт между министром обороны Бекиром Балуку и председателем правительства Мехметом Шеху, который формально происходил вокруг вопросов военной стратегии (об этом конфликте повествуется в следующей главе), именно в 60-е гг. были выработаны основные принципы строительства албанских вооруженных сил, которые определили их облик вплоть до крушения социализма в Албании в 1990-91 гг.
   Албания не могла содержать в мирное время армию, развернутую для отражения внезапной агрессии со стороны противника. Поэтому была выдвинута стратегия заблаговременной всесторонней подготовки всей страны к обороне в условиях мирного времени с тем, чтобы путем всеобщей мобилизации непосредственно после фиксации признаков начала агрессии в чрезвычайно сжатые сроки поставить в армейские ряды всё население, способное держать в руках оружие, и нанести силам вторжения поражение.
   Соответственно, при строительстве в Народной Албании любых объектов гражданского назначения (дорог, каналов, дамб и пр.) уже изначально учитывались интересы обороны, а в систему военной подготовки было вовлечено всё население от школьников до людей старших возрастов. Например, в конце 60-х гг. учебные планы в школе отводили на военно-физическую подготовку до 20% учебного времени (см. 1, 22). Мужчины, прошедшие срочную службу в армии, были приписаны к частям в районе своего проживания и регулярно проходили на их базе военные сборы, во время которых помимо индивидуального восстановления навыков резервистов отрабатывались элементы развертывания частей в условиях мобилизации. Остальное население (как мужчины, так и женщины) было охвачено военной подготовкой в составе формирований Добровольных сил народной самообороны (Forcave Vullnetare tК VetКmbrojtjes Popullore), созданных в 60-е гг. Самооборона после мобилизации могла насчитывать, по разным источникам, от 230 тыс. до 400 тыс. человек (33). Фактически в каждой деревне существовал отряд, а в городе, в зависимости от размера, - батальон или бригада самообороны, которые предназначались для охраны важных объектов, обеспечения порядка в тылу регулярной армии и борьбы с диверсионными группами противника, они находились в оперативном подчинении территориальных органов власти.
   Народная Армия (сухопутные войска, ВВС, ПВО, ВМФ), которая по-прежнему составляла хребет оборонительных сил, в 60-е гг. также преобразилась во всех аспектах своей деятельности и организации и по существу окончательно превратилась в территориальную армию. В подавляющем большинстве воинские формирования теперь представляли собой части, полностью укомплектованные воружением и техникой, но с сокращенной численостью личного состава. Например, в середине 80-х гг. численость мирного времени артиллерийского полка на острове Сазан, представлявшего собой соединение постоянной боеготовности, составляла только 45% от штата военого времени (125). По штатам военого времени воинские части должны были развертываться за счет резервистов в считанные часы после объявления мобилизации. Так, в 70-е гг. утвержденые на высшем уровне нормативы мобилизационного развертывания предусматривали приведение в боеготовность танковой бригады в течение 2 часов, пехотной бригады - за 6 часов с момента объявления мобилизации, а всех частей пехотного корпуса - за 8 часов (69, 162). Для обеспечения возможности столь стремительного развертывания подразделений и частей при мобилизации за счет резервистов, проживающих в прилегающей местности, а также для быстрого перекрытия войсками всей территории страны (для борьбы с воздушными десантами), армейские подразделения располагались максимально рассредоточено (и потому максимально близко к месту жительства или работы резервистов).
   При этом наиболее боеспособные части сухопутных войск и артиллерии ПВО уже в мирное время должны были располагаться в районах, которые по своим военно-географическим характеристикам были наиболее благоприятны для высадки и действий воздушного и морского десантов. Предполагалось, что в этом случае вражеский десант встретит жесткое сопротивление уже в момент высадки, не сможет консолидироваться в зоне высадки и будет в кратчайшее время разгромлен превосходящими частями албанской армии, отмобилизованными и быстро стянутыми к месту боёв из окружающих территорий. Другая часть армии должна была стойко вести оборонительные бои в приграничье и на побережье против вторгшихся войск агрессора с тем, чтобы создать возможности для выявления основных группировок и направления главных ударов противника, концентрации своих войск и перехода их в решительное контрнаступление с целью разгрома противника и отбрасывания его за пределы страны.
   Применительно к изложенному представлению о наиболее вероятных действиях противника и способах им противодействовать албанске военно-политическое руководство пересмотрело взгляды на организацию Народной Армии и место различных родов войск. Генштабом были разработаны и приняты Советом обороны изменения в организацию войск с целью оптимизации управления ими в боевых условиях (35). Прежнюю организацию по схеме "дивизия - полк - батальон" в первой половине 60-х гг. сменила новая в виде "корпус - бригада - батальон". Была пересмотрена прежняя концепция танковых войск, и с 1963 г. началось их взрывное развитие за счет масштабных поставок китайской бронетанковой техники. Если ранее танки были представлены лишь в отдельных батальонах на уровне дивизий и в танковом полку центрального подчинения, то в 1963-73 гг. в Албании было сформировано десять новых танковых бригад, оснащенных средними танками Т-59 китайского производства (в 80-е гг. в Народной Армии насчитывалось 11-12 танковых бригад). Танковые бригады предполагалось использовать как основу высокоподвижных и обладающих большой огневой мощью оперативно-тактических группировок, способных в кратчайшие сроки разгромить десант противника или усилить маломобильные пехотные и артиллерийские части в обороне на участках вторжения противника и нанести ему поражение.
   В середине 60-х гг. несколько групп албанских офицеров через Китай побывали во Вьетнаме с целью ознакомления с опытом боевых действий Вьетнамской Народной Армии против войск США и их союзников (180). Полученный опыт учитывался в строительстве албанской армии. Так, именно по опыту корейской и вьетнамской войн в албанской армии в конце 1965 - начале 1966 года были созданы качественно новые формирования - 13 ударных бригад (Brigada Sulmuese), подчиненных самостоятельному Командованию ударных сил (Komanda e Forcave Sulmuese) в Тиране, которое возглавил генерал-лейтенант Ариф Хаско. По сути эти бригады представляли собой легковооруженные части специального назначения, предназначенные для скрытного проникновения (просачивания) в тыл противника для организации там партизанской войны и проведения диверсионно-штурмовых операций. Характерен, однако, момент создания и принцип формирования ударных бригад. Они были сформированы непосредственно перед появлением в марте 1966 года Открытого письма ЦК АПТ, провозглашавшего намерение партийного руководства "революционизировать" все стороны жизни албанского общества и называвшего принципы такой "революционизации". При формировании ударных бригад их личный состав на 100% был укомплектован за счет призыва на службу резервистов в возрасте до 35-ти лет, специально отобранных с учетом повышенных требований к их морально-волевым и физическим данным (95). Наверняка то обстоятельство, что создание отборных ударных бригад предшествовало началу компании по "революционизации" всего и вся, не было случайным - фактически албанское политическое руководство создало в армии специальные части центрального подчинения, на которые можно было бы опереться в ходе проведения неоднозначных преобразований.
   Реорганизация командования на оперативном уровне заключалась в следующем.
   Вместо прежних оперативно-тактических соединений в виде пехотных дивизий было признано наиболее оптимальным создание оперативных соединений в виде пехотных корпусов (Korpusi i kКmbКsorisК) сначала в составе трёх-пяти пехотных бригад с корпусными частями полевой и зенитной артиллерии, танков, обеспечения (35). Пехотные корпуса должны были прикрыть сухопутные границы страны на отдельных оперативных направлениях, их штабы были сформированы в 1963 году и разместились в Гирокастра (2-й пехотный корпус), Корча (3-й пехотный корпус), Буррели (7-й пехотный корпус) и Шкодер (9-й пехотный корпус). В начале 70-х гг. управление ещё одного (5-го) корпуса было образовано в Пука, приняв часть войск от Шкодерского корпуса.
   Наиболее опасным признавалось приморское направление, которое по своим характеристикам было наиболее удобным для осуществления комбинированных морских и воздушных десантов. Эффективность таких десантов странами НАТО демонстрировалась в войнах в Корее (1950 г.) и Египте (1956 г.). Именно с побережья открывался прямой путь к расположенной неподалеку (45 км) столице страны. Поэтому ещё в 1961 году (по некоторым данным, ещё до разрыва отношений с СССР) на приморском направлении было создано специальное Командование военно-морских сил (Komanda e Forcave Ushtarako-Detare, FUD). Оно представляло собой, по сути, межвидовое объединение сил, в составе которого находились формирования всех родов войск за исключенем авиации. Численность войск, подчиненных Командованию ВМС, в начале 60-х гг. достигала трети всего личного состава регулярной армии мирного времени, насчитывавшей тогда 42 тыс. человек (35). Во второй половине 60-х гг. Командующему ВМС подчинялись пять пехотных и две танковые бригады, береговая артиллерия, части занитной артиллерии и инженерных войск, а также и собственно Военно-Морской Флот (FlotКn Ushtarako-Detare). Командующий флотом являлся заместителем командующего ВМС (35).
   Впоследствии Командование ВМС было признано слишком громоздким и в 1967 году его расформировали, создав взамен два отдельных корпуса береговой обороны (Korpusi i Mbrojtjes Bregdetare) с управлениями в Фиери (1-й КБО) и Тирана (4-й КБО). Для противодесантной обороны в их подчинении помимо береговой артиллерии находились пехотные, танковые и артиллерийские бригады (100, 123). Военно-Морской Флот приобрел самостоятельность, но в его составе были образованы две флотилии с управлениями во Влёра и Дуррес, в которые были сведены боевые корабли. Флотилии находились в оперативном подчинении командиров соответствующих корпусов береговой обороны и должны были решать задачи в своих морских оперативных зонах, примыкающих к корпусным районам обороны на побережье.
   Помимо войск, входивших в состав пехотных корпусов и Командования ВМС, часть войск в 60-е гг. была выделена в состав Резерва Главного Командования (РГК, RezervК e KomandКs sК PКrgjithshme), который представлял собой оперативно-стратегический резерв всей Народной Армии. В составе РГК в середине 60-х гг. находилось пять пехотных, три артиллерийских и две танковые бригады. Они были вооружены наиболее современным вооружением и в полной мере оснащены автотранспортом, что позволяло быстро перебрасывать их на любое угрожаемое направление (33). В последующем единая группировка войск РГК в 1971-72 гг. (40) была преобразована в два самостоятельных оперативных соединения, которые обладали статусом корпуса, но именовались оперативными группами (Grupimi Operativ). Управление 6-й ОГ находилось в Тиране, 8-й ОГ - в Эльбасан. В следующее десятилетие количество частей в этих двух оперативных группах практически удвоилось в сравнении с прежним составом РГК: в 1979 году в их составе суммарно находились восемь пехотных, пять танковых и пять артиллерийских бригад, противотанковая артбригада и противотанковый артполк.
   Результаты такого интенсивного военного строительства в 60-70-е гг. можно проиллюстрировать несколькими примерами. Так, в конце 50-х гг. на оперативном направлении Поградец - Корча дислоцировалась VIII-я пехотная дивизия (по другим сведениям - 8-я горнопехотная бригада), то есть возможности Народной Армии на этом направлении исчерпывались одной-двумя расчетными бригадами. В 1969 году на том же самом оперативном направлении постоянно дислоцировался 3-й пехотный корпус (Корча) в составе семи пехотных (горнопехотных) и одной артиллерийской бригады (44), в дополнение к которым здесь затем была сформирована ещё одна танковая бригада.
   Если в 1957-58 гг. на приморском направлении от границы с Югославией до бухты Каравастасе в центральной части албанского побережья была развернута одна пехотная дивизия (штаб - Дуррес) из трёх пехотных полков и крайне немногочисленный флот и береговая артиллерия, опиравшиеся на единственную военно-морскую базу Дуррес, то в начале 70-х гг. в районе ответственности 4-го корпуса береговой обороны (штаб - Тирана), простиравшегося от устья реки Буна на севере до бухты Каравастасе, находилось две воено-морские базы (Дуррес и Шенгини), два полка береговой артиллерии, семь пехотных бригад, одна танковая бригада, одна тяжелая артиллерийская бригада, два полка ПВО и одна зенитно-ракетная группа (100).
   В конце 70-х гг. албанский Генштаб исходил из того, что через 12 часов после объявления всеобщей мобилизации численность албанских вооруженных сил могла вырасти на порядок и достичь 800 тысяч человек (включая Добровольческие силы народной самообороны) при 3-миллионном населении страны (69).
   Огромная часть подготовительных мероприятий в интересах обороны была выполнена в условиях мирного времени. При этом такие мероприятия не ограничивались складированием вооружения, техники и запасов боеприпасов, продовольствия и снаряжения, подготовкой огневых сооружений и позиций, а также инфраструктуры гражданского назначения к использовнаию в военных целях. В мирное время выполнялись и мероприятия боевого обеспечения. Например, на ключевых участках сухопутной границы албанцами уже в мирное время были выставлены минные поля из боевых (а не сигнальных) противопехотных и противотанковых мин. То же было и с отдельными участками морской акватории - в албанских прибрежных водах уже в мирное время могли стоять морские мины (2).
   Ввиду масштабных преобразований видоизменилась и система подготовки офицерских кадров. В дополнение к существующим с конца 40-х гг. в Тиране Военной школе имени Скендербега (аналог суворовских военных училищ в СССР) и Объединенному военному училищу имени Энвера Ходжи (готовило кадровых офицеров для всех родов сухопутных войск) в 1962 году во Влёре были открыты Военно-авиационное офицерское училище (готовило летный и технический состав для военной авиации) и Военно-морское офицерское училище имени Хюсни Капо (готовило офицерские кадры для ВМФ). В 1972 году офицерские училища перешли с 2-летнего на 3-летний срок обучения с выдачей выпускникам диплома университетского уровня. Высшее военное образование албанские офицеры получали в Военной академии имени Мехмета Шеху в Тиране. Офицеров по некоторым специальностям тылового обеспечения готовили гражданские вузы. Кроме того, помимо системы подготовки кадровых офицеров в Албании функционировала также и система подготовки офицеров резерва. Главной её частью были пятимесячные курсы офицеров резерва при университете в Тиране (см. 103).
   Нужно отметить и то, что именно на конец 60-х - начало 70-х гг. приходится максимальная активность албанской армии в отношении боевой подготовки. Она особенно усилилась после ввода в августе 1968 года войск Организации Варшавского Договора (ОВД) в Чехословакию для блокирования неприемлемого для Советского Союза развития политической ситуации в этой стране. Албанцы посчитали, что вероятность агрессии ОВД против них возрасла и нужно интинсифицировать военые приготовления. С этого момента началась череда крупных ежегодных учений албанской армии, наиболее значимыми из которых были "Tomorri" (1968), "Bodeja" (1968), "Shpiragu" (1969), "Drini" (1971), "Peza" (1972), "Kaptina" (1973), "Semani" (1974).
  
  
  
    []
   (фотография с Интернет-ресурса http://www.forumishqiptar.com/threads/104727-Nevzat-Haznedari-ekzekutuesi-i-Beqir-Ballukut-Petrit-Dume-Hito-%C3%87ako хорошо иллюстрирует трагедию высшего слоя коммунистической элиты Албании): Тирана, 1965 год. Лидер партии Энвер Ходжа с руководством "силового блока" страны. Слева направо: генерал-майор Садык Бектеши (в то время член ЦК АПТ и начальник политуправления армии, в 1974 г. арестован и осужден на 20 лет), генерал-майор Спиро Мойсиу (мирно умер в отставке в 1980 г.), Кадри Хизбиу (министр внутренних дел, с 1980 г. - министр обороны, в 1982 г. арестован по обвинению в подготовке к покушению на Э.Ходжу и расстрелян), Бекир Балуку (министр обороны, расстрелян в 1975 г.), Энвер Ходжа (первый секретарь ЦК АПТ и главнокомандующий албанскими Вооруженными Силами), Мехмет Шеху (председатель Совета министров, закончил самубийством в 1981 г.), генерал-лейтенант Петрит Думе (начальник Генштаба, расстрелян в 1975 г.), Михаллак Цичишти (заместитель министра внутренних дел, осужден в 1982 г., его брат министр здравоохранения Ламби Цичишти расстрелян в 1983 г. по обвинению в подготовке покушения на Э.Ходжу), Аранит Челя (председатель Верховного Суда, лично председательствовал на всех политических судебных процессах).
  
  

2.5 Партия и армия: несостоявшийся "путч"

  
  
   С приходом к власти в Албании в 1944 году коммунистов и вплоть до начала 80-х гг. партийно-государственную элиту страны составляли бывшие руководители антифашистского партизанского движения. Как сказал в интервью Тани Дурай (Qani Duraj), возглавлявший в 80-е гг. военный отдел ЦК АПТ, албанское государство создала команда военных, вышедших из горнила войны. Они, даже став министрами и гражданскими руководителями, остались генералами, и создали общественную систему, ориентированную на военные методы как в борьбе с внешними и внутреними врагами, так и в организации всех сторон мирной жизни страны. И когда настоящие враги отступили, жертвами этой системы, в которой только "партия и Энвер" могли опредялять врагов, стали сами генералы (94).
   Политическая борьба в условиях господства в стране одной политической партии, являвшейся стержнем всего государственного механизма и контролером всех общественных процессов, а также в условиях принятия сталинских политических практик, чем дальше, тем больше принимала форму скрытой борьбы политических или административных кланов внутри единой элитной прослойки. Поражение в борьбе лидера или группы лидеров такого клана резко ухудшало позиции всех связанных с ними членов клана вплоть до изгнания их из элитной страты и физического уничтожения. Например, конфликт в албанском руководстве по вопросу интеграции с Югославией привел к поражению в 1948-49 гг. группы во главе с ответственным секретарём албанской компартии и министром внутренних дел генерал-лейтенантом Кочи Дзодзе. Вслед за осуждением его политической линии на партсъезде он и его сторонники были исключены из партии, а суд приговорил Кочи Дзодзе к казни как врага партии и народа. Различным репрессиям подверглись и его сторонники.
   Албанская народная армия строилась жестоко, без сантиментов. Например, известен случай расстрела в 1947 году 26-ти офицеров 18-го горнопехотного полка в Дельвина (DelvinК) из-за утраты секретной документации (25). Начальник армейской разведки Хамит Кечи, выразивший после начала боестолкновений на албано-греческой границе в августе 1949 г. мнение о неспособности албанской армии самостоятельно справиться с агрессией, был немедленно арестован как "враг народа" из-за пораженческих настроений (26).
   Армия и МВД находились под непосредственным управлением и надзором партийного руководства, в каждом воинском подразделении уровня батальона и во всех воинских частях и военных учреждениях наряду с командиром действовал комиссар, который подчинялся не военному командованию, а партийному руководству. Для политического руководства армией в структуре Министерства обороны существовало Политическое управление, подчиненное как министру обороны, так и ЦК АПТ. Значительную роль в воинских частях играли партийные комитеты, организовывавшие и контролировавшие деятельность всех военнослужащих-членов партии.
   Практически каждый поворот в политической линии АПТ сопровождался предварительным и показательным процессом зачистки в армии, которая справедливо рассматривалась политическим руководством как реальная сила, способная повлиять на выбор дальнейшего пути страны. Например, в 1960 году в период начала конфликта с СССР врагом партии и народа был объявлен командующий албанским ВМФ контр-адмирал Теме Сейко (Teme Sejko). В то время развертывалась советско-албанская военно-морская база во Влёрском заливе, в связи с чем ускоренно велась модернизация албанского флота и его командующий в максимальной степени из всех албанских военачальников взаимодействовал с советскими военными в Албании. Теме Сейко был обвинен в том, что был завербован греческой разведкой через своего старшего брата и в составе шпионско-террористической группы "Сосна" готовил покушение на Энвера Ходжу. По приговору суда в 1961 году они были расстреляны.
   Народная Армия достаточно болезненно переносила разрыв с Советским Союзом, равно как и последовавшую за разрывом зачистку албанской элиты, включая часть элиты военной. Зачистка коснулась не только "Сосны", но и ряда других албанских военачальников. В тюрьме оказался, например, и бывший начальник оперативного управления Генштаба, а затем командующий береговой обороной генерал-майор Неджип Винчани (Nexhip VinГani). Первый командующий албанской ПВО и Народный Герой генерал-лейтенант Гюн Марку (Gjin Marku) в июле 1961 года из командующего местной ПВО (аналог гражданской обороны) превратился в директора совхоза, в 1963 году за "антипартийную агитацию" оказался в исправительном лагере, в 1967 году был осужден и в 1986 году умер в тюрьме. С другой стороны, не нужно и преувеличивать масштабы репрессий. В последние годы в отечественной печати появлялись материалы о том, что репрессированы были почти все албанские офицеры, которые прошли обучение в СССР. Но на 1961 год учеба в советских училищах и академиях была за плечами у ВСЕГО албанского генералитета, ВСЕХ летчиков и офицеров албанского флота. И репрессии в 60-е гг. в отношении всех их просто поставили бы крест на албанской армии. Поэтому масштабных репрессий в отношении военных в 60-е гг. и не было.
   Провозглашенное в 1966 году обновление путем революционизации всего и вся не могло не задеть албанскую армию, от которой партийное руководство потребовало "выйти из казарм" и всемерно присоединиться к созидательному труду общества. Последнее означало, в том числе, и необходимость для воинских частей опираться на собственные силы в повседневном обеспечении. Началось создание при частях подсобных хозяйств, в которых сами военнослужащие выращивали сельскохозяйственные культуры и скот (100). В 1966 году в армии были отменены воинские звания, парткомы и комиссары получили расширенные полномочия, а партийное руководство - дополнительные рычаги контроля за армейским сообществом и его настроениями.
   Однако определенная идеологическая дезориентация от разрыва связей с СССР вместе с воздействием на армейское сообщество новой линии на "революционизацию", а также количественное увеличение армии в ущерб качеству в последующие годы повлекли за собой ухудшение ситуации в армии, что выразилось, в частности, в падении дисциплины и социального престижа военной и офицерской службы, увеличении преступности, распространении кумовства (100), фактическом снижении боеготовности частей и подразделений, выхолащивания содержания военной службы. В таких условиях и при ограниченности ресурсов широкое распространение, например, получила неофициально поощряемая практика, когда боеготовность части оценивалась по итогам проверки только отдельного её подразделения, в которое по умолчанию отбирались лучшие солдаты и офицеры, с которыми и проводилась усиленная подготовка в ущерб подготовке других подразделений части.
   Вопреки мнению советского руководства, ожидавшего дрейфа Албании в стан его западных противников, албанцы, прервав отношения с блоком соцстран во главе с СССР, тем не менее, остались в конфликтном состоянии с блоком стран во главе с США. В этих условиях разрыва с СССР и выпадения из ОВД в ситуацию повсеместного вражеского окружения перед албанским военно-политическим руководством встала задача выработки адекватной долговременной оборонительной стратегии и изменения теории и практики боевых действий. В связи с этим Энвер Ходжа поставил перед албанской военно-политической верхушкой стратегическую задачу обеспечить возможность противостояния военной агрессии против Албании со стороны любого из этих двух мощнейших блоков и даже против их совместной агрессии. Как писал впоследствии бывший заместитель министра обороны Рахман Парлаку, освобожденный в 1991 году после 17-летнего пребывания в тюрьме, авантюрность этого замысла в полной мере осознавалась всеми офицерами с минимальным военным образованием, и потому в 60-е - начале 70-х гг. албанские министерство обороны и генеральный штаб фактически планировали не войну против двух сверхдержав, а оборону против возможного нападения со стороны соседних государств, которые, как ожидалось, могли использовать в своих интересах внутренние проблемы Албании, возникшие в связи с уходом из советского блока (35, стр. 142).
   Тем не менее, на фоне этой стратегической задачи в 1963-74 гг. происходила внутренняя борьба за влияние на Энвера Ходжу между близкими к нему лидерами партийно-хозяйственной и военной групп в албанском руководстве. Эта борьба в конечном итоге вылилась в острый конфликт между руководством страны и армии, который был разрешен ликвидацией верхушки армии, обвиненной в подготовке военного путча с целью свержения коммунистической власти. Одновременно на репрессированных военачальников были списаны и те реальные недостатки и просчеты в военном строительстве объективного и субъективного характера, которые были обусловлены выпадением Албании из советского блока и авантюрностью курса на изоляционизм.
   В ответ на поступивший от Энвера Ходжи запрос на новую военную стратегию политическое руководство Албании в лице председателя Совета Министров Мехмета Шеху выдвинуло в 1963 г. концепцию "народной войны", подразумевающую отражение агрессии со стороны какой-либо сверхдержавы путем проведения всеохватывающих подготовительных мероприятий по подготовке к войне всего народного хозяйства, вооружения всего народа и использования всех средств и способов вооруженной борьбы вплоть до заблаговременной подготовке к переходу к партизанской войне.
   Профессиональные албанские военные сложно принимали такую концепцию и, обогащенные знаниями о локальных войнах и о наличии у вероятного противника ядерного и управляемого оружия, скептически относились к "народной войне", её формам и способам, а также необходимости бросать все силы и средства на её подготовку. В том же 1963 году высшее военное руководство представило т.н. "записку Министерства обороны", подготовленную ведущими албанскими военными теоретиками генералами Тома Джиджо (Thoma Xhixho), Спиро Шалеси (Spiro ShalКsi) и Эрнест Якова (Ernest Jakova) - они последовательно занимали должность начальника албанской Военной академии в период с её основания в 1958 году и до 1967 года. В целом, именно на основе их предложений в 1963-66 гг. была проведена реорганизация албанской армии и, несмотря на привнесенные в 1966 году политические поправки, продолжалось дальнейшее военное строительство. Несмотря на внешнюю "китаезацию" армии в конце 60-х гг., подготовка войск строилась по прежним канонам, унаследованным от советской армии (позже высшее руководство албанской армии обвинялось в том, что использовавшиеся для обучения в начале 70-х гг. материалы на 90% являлись либо советскими по происхождению, либо переводами советских источников) (64).
   В 1967 году Мехмет Шеху представил новые разработки в русле "народной войны", в которых, в частности, шла речь о "стратегической операции перехода от обычной войны к войне партизанской". Этот документ обсуждался на Совете обороны и в целом был принят за основу для дальнейшей работы, после чего получил название "тезисы Совета обороны" (Tezat e KКshillit tК Mbrojtjes). Министр обороны Бекир Балуку, тогда ещё конкурировавший с Шеху за влияние на Энвера Ходжу, высказывался против ряда его положений, аргументируя, например, неэффективность всеобщей 8-часовой мобилизации тем, что советской десантной дивизии необходим час для переброски из Болгарии и десантирования в Албании.
   Фактическое игнорирование идей Мехмета Шеху военными продолжалось. Также по вопросу развития армии возник конфликт между Бекиром Балуку и начальником Генштаба Петрит Думе. В 1970 году появилась идея самого Энвера Ходжи о создании в армейских подразделениях т.н. "свободных военных школ" ("ShkollК e LirК Ushtarake"), где военные изучали бы теорию и практику "революционизации". Реализация этой идеи армейским руководством, как оказалось позже, проводилась недостаточно настойчиво.
   В начале 1971 года состоялся XII-й Пленум ЦК АПТ, целиком посвященный проблематике военного строительства, концепции "народной войны" и реализации предлагаемого Мехметом Шеху масштабного проекта возведения фортификационных сооружений по всей стране. Балуку вновь упрекал Шеху, что тот "снова бросает их в ущелья и горы", а Шеху выдвинул идею разделения армии на "силы блокирования" и "оперативно-стратегические силы" (первые в виде пулеметно-артиллерийских частей должны были остановить врага на границах и дать возможность вторым подговиться для последующего его разгрома). В итоге Пленум в лице Энвера Ходжи указал на необходимость "разработки форм и способов боевых действий, наиболее подходящих для народной войны", чтобы Народная армия, "являясь армией народной диктатуры, оставаясь небольшой по численности и опираясь на собственные силы, решила грандиозную задачу как противостояния большим по численности и хорошо вооруженным силам противника, так и победы над ними". Для этого нужно "не только совершенствовать структуру, но и разработать абсолютно новую стратегию и концепции строительства армии" (26).
   Разработать такую стратегию и концепции было поручено министру обороны Бекиру Балуку. Над проблемой работала группа высших офицеров, которую сначала составили Спиро Шалеси, Агрон Чомо (Agron гomo), Илё Фурджи (Ilo Furxhi), Хюсен Бурба (Hysen Burba), а затем новая группа в составе Рахмана Парлаку, Спиро Шалеси и Эрнеста Якова. В итоге их работы в начале 1974 года появился отчет, названный затем Энвером Ходжа "черными тезисами" (tezat e zeza). Содержание отчета толком неизвестно, его современные оценки в среде бывших албанских военных разнятся от восторженных до негативных. По свидетельству Вели Лакай (в 1974 году - командир 1-го корпуса береговой обороны, затем начальник Генштаба), в отчете, в частности, предлагалось при сохранении корпусов ввести управления дивизий, что облегчило бы руководство войсками (к тому времени управление корпуса руководило 11-25 боевыми частями), а также отнести передовую линию обороны, развернутую непосредственно по морскому побережью, к естественным препятствиям несколько в глубине страны. Большое внимание в отчете уделялось маневренной обороне, которая, по мнению Альфреда Моисиу (в 1974 г. начальник инженерного управления Минобороны, затем замминистра обороны), была в Албании неприменима ввиду небольших размеров страны.
   "Чёрные тезисы", хотя в целом и пересматривали прежнюю теорию и практику, однако же, как посчитали Энвер Ходжа и его стороннники, находились в противоречии с "тезисами Совета обороны" и ненаучно опирались на классическое военное искусство вместо того, чтобы творчески развивать единственно верную теорию "народной войны" (35, стр. 148).
   К этому времени вызрел конфликт между албанским политическим руководством и его прежними союзниками в Китае. Наметившееся в 1972 году сближение Китая и США было крайне негативно воспринято в Албании. Китай стал сначала высказывать замечания в отношении крайне затратной индустриальной стратегии албанцев, направленной на создание в стране и развитие отраслей тяжелой промышленности, а затем китайцы прямо стали отказывать в кредитовании наиболее экономически необоснованных проектов. То же самое стало происходить и в области военно-технического сотрудничества (22). Так, во время визита военно-правительственной делегации Албании во главе с Бекиром Балуку в Китай в 1972 году китайский премьер-министр Чжоу Эньлай отказал в поставке новейшей военной техники, выразив мнение о том, что "не имеет значения, какое оружие будет поставлено, так как Албания в любом случае не выстоит против советской военной мощи, и лучший способ сопротивления - уходить в горы". Тогда же Чжоу Эньлай высказал мнение о необходимости для Албании строить "антимосковский вал Тирана - Белград - Бухарест" (127). Последнее означало союз Албании с Югославией, что для албанского руководства представлялось абсолютно неприемлемым. Теснейшие связи албанских и китайских военных, обусловленные масштабным военно-техничесим сотрудничеством, заставляли албанское политическое руководство во главе с Энвером Ходжой серьёзно относиться к вопросу о том, как может повести себя армия в случае попытки разрыва отношений с Китаем.
   Вопрос о ситуации с армейским руководством был вынесен на рассмотрение ЦК АПТ, который в июле 1974 года отрешил от должностей всю верхушку Народной Армии - министра обороны Бекира Балуку, начальника Генштаба Петрит Думе, начальника армейского Политуправления Хито Чако, признав, что они "в течение длительного времени саботировали подготовку армии к войне, вследствие чего вооруженные силы остаются неготовыми воевать методом народной войны, не могут справиться с агрессией внешних врагов". В вину военачальникам были поставлены также ухудшение дисциплины и боеспособности армии, устаревшие методы её подготовки, опирающиеся на "ревизионистские" (советские) источники. Вскоре бывшие руководители армии оказались в заключении и в конечном итоге были преданы суду по обвинению в заговоре с целью организации "военного путча" для свержения народной власти и убийства Энвера Ходжи. Бекир Балуку, Петрит Думе и Хито Чако были по приговору суда в 1975 году расстреляны. Бекир Балуку шел на расстрел с фотографией Энвера Ходжи на груди (22), а последними словами Петрит Думе были "Да здравствует партия!" (86). Оказавшийся вместе с ними в одном судебном процессе начальник боевой подготовки министерства обороны Рахман Парлаку был приговорен к 25-ти годам тюрьмы и освобожден только в 1991 году.
   Как до, так и особенно после декабрьского пленума ЦК АПТ 1974 года, на котором было заявлено о подготовке прежним армейским руководством "военного путча", на военных высшего звена обрушились репрессии. Результатом стало почти полное обновление кадров высшего военного руководства, бывший генералитет (звания были отменены ещё в 1966 году) подвергся самой масштабной зачистке, включающей увольнение из армии с последующим направлением части приближенных к казненным военачальникам высших офицеров армии в исправительные лагеря и тюрьмы. По современным данным, помимо ресстрелянных высших военачальников под репрессии попали ещё около двух десятков высших офицеров (28, 64), множество приближенных к "путчистам" лишились своих должностей. Например, назначенные в июне 1974 года вместо Петрит Думе и Хито Чако начальниками Генштаба и армейского политуправления Сами Мечолари и Дилявер Почи в декабре 1974 года были сняты с должностей, а Дилявер Почи оказался в заключении. Замначальника Военно-исследовательского института Спиро Шалеси был в 1974 году уволен и помещен в лагерь, где умер в том же году. "Ввиду непригодности к службе в рядах вооруженых сил" 12 декабря 1974 года одновременно были уволены начальник оперативного управления Генштаба Мухамет Продани (Muhamet Prodani), его заместитель и начальник Военно-исследовательского института Садик Бектеши (Sadik Bekteshi), начальник управления разведки Генштаба Андон Шети (Andon Sheti), главный военный инспектор Тоди Начо (Todi NaГo), начальник Военной Академии Васка Гино (VaskК Gjino), начальник танковых войск Абаз Фейзо, командующий ПВО страны Кичо Янку (KiГo Janku) и ряд других военачальников (41). Практичски все они в 1975-76 гг. были обвинены в причастности к деятельности "путчистов" и осуждены.
   Министром обороны был назначен Мехмет Шеху, за которым остался пост председателя Совета министров. На место частью уволенных из армии, а частью попавших в лагерь или тюрьму высших офицеров пришли новые люди, отфильтрованные Э.Ходжа и М.Шеху и ещё не имевшие сколько-нибудь значимого веса и авторитета в армейской среде. Например, начальником Генштаба стал Вели Лакай, до того командовавший 1-м корпусом береговой обороны, а заместителем министра обороны по артиллерии, авиации и флоту - Назар Бербери, до этого занимавший должность начальника артиллерии пехотного корпуса и входивший в состав суда, приговорившего прежнюю верхушку министерства обороны к казни (27).
   Стоит заметить, что примерно в то же самое время с помощью аналогичных методов и обвинений в саботаже был осуществлен разгром руководства албанской экономики, на которое списали ряд провалов в народном хозяйстве и экономической жизни страны, - в 1975 году за "саботаж и извращение экономической линии партии" были осуждены и затем казнены председатель Госплана Адиль Келэзи, министр промышленности Кочо Теодоси, министр торговли Кичо Нгеле (22, 70).
   Под непосредственным руководством Мехмета Шеху начался новый этап жизни Албанской Народной Армии. Этот этап закончился во многом так же, как и прежний, - в 1982 году клан Мехмета Шеху был обвинен в заговоре против Энвера Ходжи и подготовке нового "военного путча" и сметен с политической авансцены Албании.
  
  

2.6. От "путча" до "путча":

Народная Армия в 1975-82 гг.

  
  
   Параллельно с расправой над "путчистами" и их сослуживцами Министерство обороны было реорганизовано (см. 42), а его новым руководством был разработан и в 1975 году принят "подготовленный на научный основе стратегический план обороны страны", по-видимому, исчерпывающим образом воплощавший идеи "народной войны" и лозунг "все люди - солдаты" (tК gjithК popullit ushtar) (47).
   Как составная часть этого плана была, наконец, запущена грандиозная по своим масштабам программа возведения по всей стране защищенных железобетоном огневых точек, артиллерийских позиций и командных пунктов, а также различных железобетонных укрытий и убежищ для личного состава и боевой техники, которые стали бы непреодолимыми препятствиями для противника и обеспечили бы сохранение боеспособности отмобилизованной албанской армии. Идея фортификации всего и вся в стране исходила от Мехмета Шеху, обосновывавшего её опытом войны в Корее и Вьетнаме, и в целом была санкционирована 12-м пленумом ЦК АПТ (1971 г.) (28). Однако "путчисты" реализацию программы откладывали под предлогами разработки и испытаний наиболее оптимальных конструкций железобетонных сооружений. Исследовательские и опытно-конструкторские работы над проектами сооружений велись всю первую половину 70-х гг. и включали в себя натурные обстрелы образцов всеми средствами поражения, что находились на вооружении албанской армии (43, 44).
   После прихода к руководству армией Мехмета Шеху программа была реализована в полной мере. Из инженерного управления Министерства обороны было выделено новое управление фортификации (Drejtoria e fortifikimit), создан Научно-исследовательский институт оборонительных работ (Instituti I Projektimeve Ushtarake te Veprave Mbrojtese), в котором разрабатывались конструкции различных укреплений и убежищ. Техника и оборудование для производства специального высокопрочного бетона были приобретены в Швеции, Индии и Франции, развернуты необходимые производственные мощности и автопарки. Для выполнения работ по строительству бетонных огневых позиций и укрытий были сформированы специальные строительные части, получившие название батальонов фортификации (batalione te fortifikimit). Первоначально их создали шесть, затем их количество возросло до девяти, а потом часть из них развернули в полки фортификации. Кроме них в возведении бетонных укреплений и убежищ по всей стране в массовом порядке привлекались военнослужащие и всех других частей Народной Армии (28).
   Строились три вида типовых железобетонных конструкций: "огневые точки" (Qendrat e Zjarrit - QZ), представлявшие собой разновидность дотов - куполообразные укрытия с бойницами для размещения личного состава, вооружения и техники; "укрепленные артиллерийские огневые позиции" (Pozicione Zjarri artilerie tК fortifikuara - PZ) - вписанные в местность укрытия казематного или тоннельного типа для размещения в них орудий или танков; "укрепленные базы" - убежища, как правило, тоннельного типа с системой защиты от ОМП, в которых размещались командные пункты, центры связи, склады и прочие объекты обеспечения. Предполагалось, что огневые центры и огневые позиции могут выдержать обстрел 152-мм снарядами и попадания 500-кг авиабомб, а отдельные КП высшего руководства были рассчитаны на продолжение функционирования даже после применения по ним ядерного боеприпаса мощностью в 20 КТ (28).
   По словам бывшего начальника управления фортификации и заместителя министра обороны по фортификации Альфреда Мойсиу, первоначально предполагалось строить "огневые точки" из расчета 500 единиц на район обороны каждого батальона. Но затем прошел более реалистичный план, согласно которому районы обороны были разделены на три категории, в зависимости от которой в таком районе возводилось 100, 200 и 500 "огневых точек" (42). Комиссар инженерной дивизии Тома Лякра (Thoma Lakra) сообщал, что только в 1975-80 гг. по всей стране было построено более 100.000 "огневых точек" (134). Всего же, по утверждению Альфреда Мойсиу, по всей стране было построено 168.000 "огневых точек" (42). Именно они в настоящее время повсеместно называются "бункерами" и в некотором смысле являются одной из визитных карточек Албании. Есть другие сведения из официального источника, что их было возведено 176.000 (43). В любом случае цифры в 600 тыс. и более, которые "гуляют" в Интернете и путеводителях по Албании, достоверными не являются (117).
   "Огневые точки" масштабно возводились в 1976-81 гг. (43). Затем, после самоубийства Мехмета Шеху (1981 г.) объём работ по строительству "бункеров" резко упал, а после смерти Энвера Ходжи (1985 г.) их возведение и вовсе прекратилось.
   Помимо "огневых точек" в это же время по всей стране было построено 3.264 "укрепленых артиллерийских огневых позиций", а также более 1.000 подземных укрепленных убежищ (многие с несколькими залами), сотни подземных тоннелей и тысячи коллективных убежищ для населения (48). Из числа "укрепленных баз", в большинстве своём созданных тогда же, наиболее масштабными являются подземные железобетонные сооружения военных аэродромов Гядри (Gjader) и Сталин, военно-морских баз Шенгини и Порто-Палермо, оружейных заводов в Грамши и Поличан, склады в Вермш-Гербе (Vermsh Gjerbes), Кафа-Штама (QafК-ShtamК), радиостанции в Грамши, Биза (BizК), Livadhe e Hamet, Пука (Puke), Teqe e Dushkut и др. (43).
   Вдоль албанских границ из "бункеров" фактически был образован сплошной пояс укрепленных районов, предназначенных для ведения долговременной обороны силами специальных воинских формирований - пулеметно-артиллерийских батальонов во взаимодействии с общевойсковыми частями и соединениями. По два-три пулеметно-артиллерийских батальона наряду с обычными пехотными батальонами входили в состав пехотных бригад первой линии обороны или объединялись в пулеметно-артиллерийский полк корпусного (позже дивизионного) подчинения. По штату пулеметно-артиллерийский батальон помимо некоторого количества пушек располагал 54-мя тяжелыми пулеметами калибра 12,7-мм, которые либо уже были установлены в "бункерах", либо могли быть там размещены в короткое время, а время готовности к открытию огня составляло 2 минуты (59). Есть данные, что перед позициями приграничных пулеметно-артиллерийских батальонов уже в мирное время были установлены минные поля ( ).
   Высшее руководство Албании считало, что врагу нельзя отдавать ни пяди родной земли. И потому укрепрайоны строились даже в тех местах, где ведение боевых действий было затруднено самой природой. Например, укрепрайоны вдоль албано-югославской границы были построены также и в Северо-Албанских Альпах - чрезвычайно труднодоступных горах на самом севере Албании. Предназначенный для ведения боевых действий в этих горах альпийский полк (штаб - Маргегай) имел в своём составе пулеметно-артиллерийский батальон (штаб - Черем).
   Фактически после разрыва отношений с Китаем (1978 г.) Албания ощущала себя осажденной врагами крепостью, и возведенные во второй половине 70-х гг. бетонные укрепрайоны как на границах, так и в глубине страны тогда в наибольшей степени соответствовали этому мироощущению большинства албанцев. В настоящее время в албанской печати даже высказывается мнение, что грандиозная по масштабам и затраченным ресурсам программа фортификации 70-х гг. в глазах албанского руководства имела не столько военное значение, сколько являлась инструментом пропаганды по отношению к своему собственному населению (28). Повсеместное и многолетнее возведение укреплений очень наглядно убеждало население в постоянстве военной угрозы со стороны внешних врагов и служило оправданием как для лишений, с которыми сталкивалось албанское население, так и для необходимости жесткой внутренней политики.
  
    []
   Два вида типовых "огневых точек" (http://lifeglobe.net/entry/2637)
  
    []
   А это "огневая точка" в разрезе... оцените толщину железобетона...
    []
  
   Кроме трансформации страны в огромный укрепрайон и создания новых пулеметно-артиллерийских частей организационная структура албанских вооруженных сил в описываемый период в целом не претерпела существенных изменений. На оперативном уровне руководство войсками осуществлялось через девять корпусных управлений (пять пехотных, два береговой обороны, два оперативных групп) и пять отдельных командований: Командование ВМФ, Командование ПВО, Командование военной авиации (выделено из ПВО в 1975 г.), Командование обороны столицы и Командование обороны острова Сазан (61, 104). Последние два командования, очевидно, представляли собой межвидовые объединения, в оперативном отношении им подчинялись формирования, выделенные для обеспечения военной безопасности столицы и Влёрского залива, в котором размещались основные албанские порты и военно-морские базы.
   Командованию пехотного корпуса подчинялись, в основном, малоподвижные пехотные (горнопехотные) бригады почти без средств моторизации и без бронетехники, которые в своём районе обороны опирались на заранее подготовленые в инженерном отношении позиции, вписанные в рельеф местности. Вдоль границы, а также в ключевых узлах корпусного района обороны долговременные огневые сооружения занимали не пехотные, а пулеметно-артиллерийские батальоны. В резерве пехотного корпуса находились высокомобильные части - танковая бригада (танковый полк или танковый батальон), артиллерийская бригада и противотанковый артполк (артгруппа). Огневые возможности такого корпуса можно оценить на примере 5-го пехотного корпуса (Пука), части которого располагались в районах, прилегающих к албано-югославской границе напротив Косово. В 1980 г. в зоне ответственности корпуса были заранее оборудованы 41 позиция для 4-6-орудийных батарей полевой артиллерии, 546 огневых позиций для противотанковых пушек и 7.760 пулеметных дотов (из них 3.769 дотов на наиболее опасном направлении Морине - Кукес), а также 135 км траншей. В составе частей 5-го корпуса находилось 12 артиллерийских групп (дивизионов) трёхбатарейного состава, 19 минометных рот и 15 противотанковых батарей, на вооружении которых находилось 360 артиллерийских орудий и минометов, а также 104 противотанковые пушки (52). Из числа этих частей и подразделений в мирное время были развернуты 8 артгрупп и 5 батарей пулеметно-артиллерийских батальонов (53).
   В отличие от пехотных корпусов, дислоцировавшихся в горном приграничье, два корпуса береговой обороны готовились противодействовать морским и воздушным десантам противника в условиях благоприятной для десантов приморской равнины, вблизи основных административно-промышленных центров страны, в связи с чем их задачи считались более сложными. Наиболее вероятными районами воздушных десантов считались Тумана (ThumanК), Фуше-Круя (FushК-KrujК), Тирана с пригородами, Сукти (Sukthi), Шияку (Shijaku), Кавая (Kavaja), Крюэвиди (Kryevidhit), Рогожина (RrogozhinК), Тербуфит (TКrbuf), Люшня (LushnjК), Росковеци (Rroskoveci), Берат (Berat), Кучова (KuГovК), Фиери (Fier), Новоселя (NovoselК), Влёра (VlorК) (см. 72).
   Недостаток естественных препятствий здесь восполняли всё те же заранее подготовленные огневые сооружения и заблаговременное "вписывание" в систему обороны различных объектов народнохозяйственной инфрастурктуры (дороги, каналы, дамбы и пр.), которые изначально строились уже с учетом нужд обороны. Корпус береговой обороны помимо береговых пехотных бригад, обладавшими усиленным вооружением в сравнении с обычными бригадами, включал в свой состав значительное количество артиллерии и танков. Последние в случае начала боевых действий должны были сыграть роль высокоподвижных группировок с большой огневой мощью для поражения как морского, так и воздушного десанта противника во взаимодействии со своими пехотными частями в районе его высадки.
   Оперативные группы имели в своём составе наиболее мобильные и мощные части (моторизованные пехотные, танковые, тяжелые артиллерийские и реактивные бригады) и были предназначены для усиления приграничных корпусов с целью быстрого перелома хода боевых действий и разгрома противника.
   Всего в 1980 году в Албанской Народной Армии насчитывалось 72 тыс. человек личного состава (по штатам мирного времени). В организационном отношении в её составе находилось 74 пехотные бригады, 19 ударных бригад, 11 танковых бригад, 13 артиллерийских бригад, 23 зенитно-артиллерийских полка, 3 инженерные бригады, 1 бригада связи, 1 разведывательный полк, 6 противотанковых полков, 4  береговых артиллерийских полка, 5  авиационных полков, 1  зенитно-ракетный полк, 1 радиотехнический полк, 1  полк химической защиты, 5 центральных баз снабжения и 6 бригад Добровольческих сил (69, 104, 132, 163).
   На вооружении Народной Армии в 1980 году находилось (69, 104, 110):
   легких и тяжелых пулеметов - 36.052,
   противотанковых гранатометов - 1.370,
   противотанковых пушек: калибра 75-мм - 6.345; 107-мм - 296, 85-мм - 970;
   минометов: 60-мм - 7.100, 82-мм - 3.712, 120-мм - 1.710 и 160-мм - 76,
   гаубиц калибра 122-мм - 1.892,
   пушек: 100-мм - 120; 57-мм - 120, 130-мм - 24;
   реактивная артиллерия - 72 пусковые установки;
   зенитных пулеметов: 12,7-мм - 1.485, 14.5 мм (двух- и четырёхствольных) - 896;
   зенитных пушек: калибра 37-мм - 1.820, калибра 57-мм и 100-мм - 1.210;
   пусковых установок ракет "земля - воздух" - 16;
   в военной авиации - 175 самолетов и 36 вертолетов;
   автомобилей - 14.120,
   бронетранспортеров - 638,
   танков - 1.060,
   надводных кораблей различного назначения - 85, подлодок - 4.
   Для снабжения войск в боевых условиях предназначались центральные базы снабжения (Baza furnizimi). Во второй половине 60-х гг. существовали три такие базы - в округах Берат, Тирана и Мирдит (MirditК) (см. 33). В 70-е гг. их количество возросло до пяти, назывались места их дислокации в районе Кафа Мула - Дайти (QafК MollК-Dajt) в округе Тирана, Решени (RrКshen) в округе Мирдит, а также в Эльбасан и Берат (см. 59).
   Состав группировки албанских сухопутных войск приведен в таблице.
   Стоит привестии некоторые данные и о вооруженных силах соседей Албании. Так, согласно информации албанского Генштаба в 1981-82 гг. в составе всей Югославской Народной Армии находилось шесть армейских и два корпусных управлений, 12 дивизий (из них 11 пехотных и 1 механизированная) и 35 отдельных бригад (из них 19 пехотных, 4 механизированные, 10 танковых и 2 парашютные), 264 тыс. человек, 2.100 танков, 7.346 орудий и минометов, 383 боевых самолета и 125 боевых кораблей. При этом в прилежащих к албанской границе югославских республиках Черногории и Македонии, а также в автономном крае Косово югославская армия держала 22 воинских соединения (две пехотные дивизии, 15 пехотных бригад, 3 танковые бригады и 2 парашютные бригады) - всего 92,5 тыс. военослужащих (38,2% числености югославских сухопутных войск) и 758 танков (32,5% общего югославского танкового парка). Применительно к этим данным албанский Генштаб обоснованно считал, что югославские силы недостаточны для успешной наступательной операции против Албании (124).
  
   Таблица. Состав оперативных соединений АНА в конце 70-х гг.
  
   соединение (дислокация его управления)
   тип в/формирований в составе соединения
   кол-во
   дислокация штабов
  
   1-й корпус береговой обороны (Фиери)
  
   пехотные бригады
  
  
   танковые бригады
   артиллерийская бригада
   береговые арт.полки

6+

2

1

2

  
   Влёра (5-я пех. бр), Патоси (6-я пех. бр), Ререси (32-я пех. бр), Фиери (58-я пех. бр), Цакран, Семани, ...
   Коленя, Koшовице (52-я танк.бр)
   Фиери
   Влера, Фиери
   2-й пехотный корпус (Гирокастра) (2)
   пехотные бригады
  
  
   танковая бригада
   артиллерийская бригада
   береговой арт.полк

6+

1

1

1

   Химара (72-я пех. бр), Саранде (15-я пех. бр), Дельвина, Гирокастра, Поличани, Пермети (?),
   Аршиленго
   Гирокастра
   Саранде
   3-й пехотный корпус (Корча) (3)
   пехотные бригады
  
   танковая бригада
   артиллерийская бригада
   артиллерийский полк

7

1

1

1

   Корча (8-я горнопех.бр), Поградец, Земблаку, Любонику, Билишти, Эрсека, ...
   Поцеста
   Корча
   Поградец
   4-й корпус береговой обороны (Тирана) (4)
   пехотные бригады
   танковые бригады
   артиллерийский полк
   береговые арт.полки

7

2

1

3

   Дуррес, Шияку, Кавая, Maнеза, Сукти, ...
   Вора (36-я танк. бр), Лячи
   Рогожина
   Шенгини, Дуррес, Кавая
   5-й пехотный корпус (Пука)
   пехотные бригады
   танковый полк
   артиллерийская бригада
   артиллерийский полк

4+

1

1

1

   Крума, Тропоя, Пука, Кукес
   Тропоя
   Бицай
   Тропоя
   6-я оперативная группа (Тирана) (6)
   пехотные бригады
   танковые бригады
   артиллерийские бригады
   реактивная арт. бригада
   противотанковая бригада

4

2

2

1

1

   Тирана (1-я пех. бр), Валиаси, Решени....
   Зал-Херри (1-я танк. бр), Сауку
   Бабрруя, Линза
   Пеза
   Фуша-Круя
   7-й пехотный корпус (Буррели)
   пехотные бригады
   артиллерийская бригада

+

1

   Буррели, Сучи, Преняси
   Буррели
   8-я оперативная группа (Эльбасан)
   пехотные бригады
  
   танковые бригады
   артиллерийские бригады
   реактивная арт. бригада
   противотанков. артполк

4

2

2

1

1

   Люшня (132-я пбр), Церрик (в/ч 3366), Грамши, Пекини (?)
   Белеши, Пошня
   Эльбасан, Берат
   Эльбасан
   9-й пехотный корпус (Шкодер)
   пехотные бригады
   танковая бригада
   артиллерийская бригада

4+

1

1

   Шкодер, Вау-и-Дьес, Бушати
   Мельгуши (36-я танк.бр)
   Рендзи
  
  
   На протяжении всего периода с 1974 по 1982 гг. происходило неуклонное наращивание количества боевых частей в составе этих корпусов (оперативных групп, командований) за счет создания всё новых бригад и полков и вооружения их относительно современными для 60-х гг. вооружением и боевой техникой китайского производства.
   Система подготовки кадровых офицеров Народной Армии в этот период в целом осталась прежней, но видоизменилась подготовка офицеров резерва из числа гражданских лиц. Если в предшествующий период офицеры резерва готовилсь на пятимесячных курсах в университете Тираны, то с середины 70-х гг. они стали гоовиться в специальных училищах подготовки офицеров резерва (Shkolla tК pКrgatitjes OficerКve kuadrit Rezervist). Всего таких училищ было создано три, первое из них в Зал-Херри (Zall-Herr) около Тираны было открыто в 1975 году (103).
   Рубеж 70-80-х гг. характерен ещё и тем, что тогда албанское руководство впервые стало планировать вторжение Народной Армии в соседнее государство. Тогда резко ухудшилась социально-политическая ситуация в югославском автономном районе Косово, где большинство населения составляли этнические албанцы. И политическое руководство Албании рассматривало различные варианты влияния на эту ситуацию. В качестве крайней меры предполагалось прямое военное вторжение албанской армии в Косово и другие населенные албанцами приграничные районы союзных республик Югославии (Черногория и Македония) и фактическая их оккупация. На этот случай к январю 1980 года албанским Генштабом в глубокой тайне был разработан оперативный план "Shperthimi" (Взрыв), который Энвер Ходжа счёл приемлемым, но не подлежащим реализации в конкретной политической ситуации. Соглано плана, в операции вторжения и боевых действиях от албанской армии должны были задействоваться 22 пехотные, 12 ударных, 6 танковых, 7 артиллерийских и 2 инженерные бригады, 6 противотанковых, 3 авиационных и 12 зенитных полков, а также части боевого и тылового обеспечения - всего 200-220 тыс. человек личного состава. Из числа этих сил 65% предполагалось использоваться в Косово, а 35% - в Македонии и Черногории. План предполагал широкое применение разведывательно-штурмовых групп, создаваемых на основе подразделений разведки и ударных бригад, против объектов тыла противника (было намечено 27 объектов и районов для действий таких групп), а также поддержку албанских войск повстанцами, численность которых в Косово оценивалась до 30 тыс. (впоследствии количество вооруженных "косоваров" предполагалось довести до 150 тыс.), в Македонии - 6 тыс. и в Черногории - 4 тыс. человек (46, 53).
   Общий замысел плана "Shperthimi" и его отдельные элементы проверялись в 1980 году во время трёхуровневых командно-штабных учений "KКshtjella" (Замок) с темой "Действия войсковой группировки против массированного вторжения вражеских войск с задачей восстановления положения на госгранице", а затем также в крупномасштабных полевых двусторонних учениях "Shebeniku 80", которые проводились в конце 1980 года в восточной части Албании, вблизи югославской границы. В этих полевых учениях, которые оказались крупнейшими в истории албанской армии, тогда приняли участие более 50 тыс. человек - всего 22 бригады из состава Тиранской и Эльбасанской оперативных групп и пехотного корпуса в Буррели, две инженерные бригады, подразделения Добровольческих сил самообороны, местные органы власти (см. 49, 118, 211). Из той информации, что опубликована об учениях "Shebeniku 80", можно составить представление об их легенде и отрабатываемых задачах. Согласно легенде противник захватил часть албанской территории и укрепился на естественном рубеже, албанской армии необходимо выбить его со своей территории. Во время учений отрабатывались задачи мобилизационного и оперативного развертывания войск и органов управления, выход войск в районы боевых действий, а также собственно боевые действия. Отмобилизованные войска должны были в зимних условиях прорвать сильно укрепленную оборону противника в горной местности по рубежу реки (части, выступавшие за "противника", держали оборону на правом берегу реки Шкумбини от перевала Кафа-Тана (Qafa e Thanе) до Либражди (Librazhd), развить наступление с целью разгрома противника и закрепиться на рубеже государственной границы (см. 49).
   В следующем 1981 году в Албании были проведены масштабные учения "А-81" по отработке массированной переброски войск на угрожаемый участок северо-восточного и восточного приграничья (53).
   Применительно к плану "Shperthimi" крайний интерес представляет факт, о котором упоминает сегодняшний албанский автор Куйтим Боричи (Kujtim BoriГi) в своей монографии о тогдашнем начальнике албанского Генштаба Вели Лакай (см. 46). Ссылаясь на исходящие от последнего документы автор монографии сообщает о двух встречах Мехмета Шеху и Вели Лакай с командующим Объединенными вооруженными силами Варшавского Договора маршалом Виктором Куликовым, на которых обсуждались условия допустимости для ОВД операции албанской армии против Югославии. Так или иначе, но реализация плана "Shperthimi" албанским военно-полтическим руководством была отставлена. Однако сам по себе факт наличия контактов военного руководства "самоизолированной" Албании с военным руководством СССР и ОВД (протоколы встреч с Куликовым, кстати, вел ещё один албанский замминистра обороны Малик Садуши - см. 46) говорит о многом. По-видимому, после разрыва Албании с Китаем в 1978 году какие-то взаимные действия к возобновлению албано-советских контактов, в том числе (а может быть, и, прежде всего) в военной сфере имели место. Однако, вполне вероятно, что условия, на которых могло бы возобновиться некое взаимодействие, оказались неприемлимы для политического руководства двух стран или хотя бы одной из них.
   26 апреля 1980 года Мехмет Шеху был освобожден от поста министра обороны, оставшись председателем албанского правительства. Вместо Шеху министром обороны стал его шурин Кадри Хизбиу, занимавший до этого на протяжении 26-ти лет пост министра внутренних дел и руководивший албанской госбезопасностью. Спустя два года после этого спокойное время для Народной Армии опять закончилось.
  
  
    []
   Энвер Шеху в воинской части, начало 80-х гг.: в первом ряду (слева направо): министр обороны Прокоп Мурра, первый секретарь ЦК АПТ Энвер Ходжа, начальник Генштаба Кичо Мустаки.
  
  

2.7. На закате: Албанская Народная Армия в 80-е гг.

  
  
   17 декабря 1981 года Мехмет Шеху, второе лицо в албанской властной иерархии после Э.Ходжи и бессменный председатель Совета министров с 1954 года, завершил свою жизнь самоубийством. Вскоре после этого последовало официальное заявление о том, что непосредственно перед самоубийством Мехмет Шеху был разоблачен как "полиагент" нескольких иностранных разведок. Албанский политический олимп подвергся очередной зачистке, направленной на этот раз против членов клана Шеху.
   В октябре 1982 году также, как и в 1974 году снова полностью обновилось руководство военного министерства. Кадри Хизбиу, родственник и сторонник Шеху, был смещен с должности министра обороны. Затем он, министр внутренних дел Фечор Шеху (племянник Мехмета Шеху) и министр здравоохранения Ламбети Цичишти были обвинены в том, что совместно с Шеху готовили покушение на Э.Ходжу и "военный путч", по приговору суда их расстреляли.
   Вместо Кадри Хизбиу министром обороны впервые в Албании было назначено гражданское лицо - Прокоп Мурра, занимавший до этого пост первого секретаря столичного горкома АПТ. Одновременно от своих должностей с формулировкой "за нарушение линии партии в деле обороны страны" были отстранены все пять заместителей министра обороны - начальник Генштаба Вели Лакай (его сменил Кичо Мустаки, прежде - начальник Управления боевой подготовки Минобороны), Малик Садуши (на его место заступил Симон Балабани, прежний командир 6-й оперативной группы в Тиране), зам по артиллерии, авиации и флоту Назар Бербери (на его должность назначен Яче Луло, командир 7-го корпуса в Буррели), зам по фортификации Альфред Моисиу (вместо него был назначен Байрам Мане, командир 3-го корпуса в Корча) и зам по тылу Менду Бацка (Mendu Backa) (см. 29, 34, 42). При этом Малик Садуши и Менду Бацка были отправлены в отставку, Назар Бербери обвинен в причастности к подготовке к покушению на Энвера Ходжу и получил тюремный срок. Вели Лакай продолжил свою трудовую деятельность в Церрик. Альфред Моисиу оказался в Буррели - сначала в должности начальника инженерной службы корпуса, затем бригады и, наконец, командира инженерной роты (см. 42). В армейской среде прошла очередная зачистка, под её каток попали не только действующие, но и уже давно отставные военные. Так, например, в 1982 году были арестованы и получили тюремные срока за саботаж политики партии в военном строительстве бывшие командующий танковых войск Абаз Фейзо, командующий авиацией Эдип Охри и командующий ударными войсками Ариф Хаско, находившиеся в отставке с 1974, 1975 и 1976 гг. (140). Всего под арест попало 28 военачальников (139).
   Энвер Ходжа поставил перед обновленным руководством Министерства народной обороны во главе с гражданским министром задачу провести реформы в армии с тем, чтобы существенно снизить издержки на её содержание при сохранении боеспособности на необходимом для обороны страны уровне. И новый министр обороны Прокоп Мурра большую часть усилий сосредоточил именно на экономических вопросах функцинирования армии (29). Последовали преобразования, затрагивающие как организационную, так и функциональную стороны деятельности АНА. Так, например, в прямое подчинение Министерства народной обороны были переданы все 19 предприятий албанской оборонной промышленности, руководство которыми осуществлялось через Управление военной промышленности (DrejtorinК e IndustrisК Ushtarake) (29).
   Замедлилось, а после смерти Энвера Ходжи (1985 г.) и вовсе прекратилось строительство новых фортификационных сооружений.
   В организационной структуре АНА произошли существенные изменения. Так, в 1983 году были расформированы все семь управлений корпусов и два управления оперативных групп. Вместо них были созданы три фронтовых управления - Северо-Восточного, Южного и Западного (Приморского) фронтов, - ориентированных, соответственно, на югославское, греческое и приморское оперативно-стратегические направления. Кроме фронтов были сформированы 21 управление дивизий, которым были переподчинены бригады и отдельные части сухопутных войск (105). Тогда же в 1983 г. было ликвидировано Командование обороны острова Сазан, его части вошли в состав Влёрской дивизии (61, 107). Помимо пехотных дивизий в 1983 году была создана также одна инженерная дивизия (145), поэтому общее количество дивизий АНА составило 22 единицы.
   Три фронтовых управления в мирное время существовали в виде трёх управлений дивизий, командиры которых помимо руководства частями конкретной дивизии также выполняли функции командующих фронтами и являлись заместителями начальника Генштаба. Функции командующего Северо-Восточного фронта выполнял Исмаил Шулку (Ismail Shulku) - командир дивизии в Буррели; командующего Приморским фронтом - Куйтум Даляни (Kujtum Daljani), командир дивизии в Тиране; командующего Южным фронтом - Ндричим Каракаши (NdriГim Karakashi), командир дивизии в Берат. Такая система существовала вплоть до упразднения фронтов в 1989 году (109).
   Соответствующим фронтам были подчинены вновь образованные пехотные дивизии. Например, в состав Северо-Восточного фронта, отвечавшего за границу протяженностью 474 км от перевала Кафа-Тана (Qafa Tane) близ Охридского озера и до н/п Велиполе (Velipoje) недалеко от Шкодера, вошли шесть дивизий со штабами в Либражди, Буррели, Пешкопи, Кукес, Тропоя и Шкодер (109). Новые дивизии, как и прежние корпуса, не имели одинакового состава и фактически представляли собой общевойсковые оперативно-тактические соединения, объединявшие в своем составе части различных родов войск, предназначенных для действий на определенном оперативном направлении и (или) в пределах ограниченной территории.
   Так, в дивизии "Тарабоши" ("Taraboshi", условный номер в/ч 8001) со штабом в г. Шкодер, которая закрывала, как считалось, одно из самых опасных и удобных для вторжения со стороны Югославии направление в районе Скадарского озера на севере Албании, находилось восемь бригад (четыре пехотные, две ударные, одна артиллерийская и одна танковая) и три полка (два ПВО и один пулеметно-артиллерийский), отдельные батальоны боевого обеспечения (связи, разведывательный, химзащиты, ПВО, инженерный), а также части и подразделения тыла (99). А в состав 28-й дивизии "Семани" ("Semani") со штабом в г. Люшня входили три пехотные и одна ударная бригады, а также четыре полка (105).
   В таблице ниже сведены известные сведения о дислокации и составе 21 пехотной дивизии албанских сухопутных войск в 80-е гг. (см. 35, 40, 61, 99, 105, 107, 111, 166-168, 205, 207, 210). Нужно отметить, что приводимые сведения далеко не полные. То же относится и к приводимой схеме, иллюстрирующей дислокацию соединений и частей на территории Албани.
  
  

Таблица. Состав оперативных соединений АНА в 80-х гг.

  
   соединение (дислокация его управления)
   тип в/формирований в составе соединения
   кол-во
   дислокация штабов
  

СЕВЕРО-ВОСТОЧНЫЙ ФРОНТ

  
   дивизия "Tарабоши" (Шкодер)
  
   пехотные бригады
   ударные бригады
   танковая бригада
   артиллерийская бригада
   полки ПВО
   пулеметно-арт. полк

4

2

1

1

2

1

   Шкодер, Бушати, Грузмира, Вау-и-Деяс
   Шкодер, ...
   Мельгуши (36-я танковая бр.)
   Рендзи
   Шкодер, ...
   ...
   дивизия (Тропоя)
   пехотные бригады
   ударные бригады
   альпийский полк
   танковый полк
   артиллерийский полк

3

1

1

1

1

   Байрам-Цурри (?), Буяри, Тропоя
   Тропоя
   Маргегай
   Тропоя (?)
   Тропоя
   дивизия (Кукес)
   пехотные бригады
   ударные бригады
   артиллерийская бригада

5+

1

1

   Крума, Кольши, Кукес, Пука, Хельшани...
   Кукес
   Бицай
   дивизия (Пешкопия)
   пехотные бригады
   ударные бригады

+

1

   Пешкопия, Кастриоти, ...
   Пешкопия
   дивизия (Буррели)
   пехотные бригады
   ударные бригады
   артиллерирйская бригада

+

?

1

   Буррели, Колай, Решени, Сучи
  
   Буррели
   дивизия (Булькиза)
   пехотные бригады
  

+

   Булькиза, Пелядия (?)...
   дивизия (Либражди)
   пехотные бригады

4

   Бабья, Либражди, Хотолишти, Преняси
  

ЗАПАДНЫЙ ФРОНТ

  
   дивизия им. Войо Куши (Лячи)
   пехотные бригады
   ударные бригады
   танковая бригада
   береговой арт. полк

2+

?

1

   Лежа, Катунди-Ри,
  
   Лячи
   Шенгини
   1-я дивизия (Тирана)
   5-я дивизия (Тирана)
   пехотные бригады
  
   ударные бригады
   танковые бригады
   артиллерийские бригады

+

+

2

4

   Тирана (1-я пех.бр), Валияси, Фуше-Круя...
   Тирана
   Зал-Херри (1-я танков.бр), Сауку
   Бабрруя, Линза, Фуше-Круя, Пеза
   дивизия (Дуррес)
   пехотные бригады
   ударные бригады
   танковая бригада
   артиллерийская бригада
   береговой арт. полк

4+

1

1

1

1

   Шияку, Дуррес, Сукти, Манеза
   Дуррес
   Вора или Сукти
   Дуррес или Гердеци
   Дуррес
   дивизия (Эльбасан)
   пехотные бригады
   ударные бригады
   танковая бригада
   артиллерийская бригада

+

+

1

+

   Эльбасан, Церрик, ...
   Эльбасан
   Белеши
   Эльбасан
   дивизия (Пекини)
   пехотные бригады

+

   Пекини, Кавая,
   28-я дивизия "Семани" (Люшня)
   пехотные бригады
   ударная бригада
   полки

3

1

4

   Люшня,
  
  
   дивизия (Фиери)
   пехотные бригады
  
   ударные бригады
   танковая бригада
   артиллерийская бригада
   береговой арт. полк

7

+

1

1

1

   Портези, Потоси, Ререси, Росковеци (?), Семани, Фиери, Цакрани, ...
   Балши
   Коленя
   Фиери
   Фиери
   дивизия им. Селама Мусай (Влёра)
   пехотные бригады
   ударные бригады
   танковая бригада
   береговой арт. полк

+

+

1

1

   Влёра,
   Влёра (Маврова?)
   Кошовице или Влера
   остров Сазан - Влёра
  

ЮЖНЫЙ ФРОНТ

  
   дивизия (Берат)
   пехотные бригады
   ударные бригады
   танковая бригада
   артиллерийская бригада

3+

+

1

1

   Берат, Грамши, Гербеси...
   Берат (Донофрос)
   Белеши
   Берат
   дивизия (Корча)
   пехотные бригады
  
   ударные бригады
   танковая бригада
   артиллерийские полки
   полк ПВО

+

1

1

2

1

   Корча, Поградец, Зёмблаку, Любонику, Билишти, Дреново,
   Корча
   Поцеста
   Барчи, Поградец
   Корча
   дивизия (Пермети)
   пехотные бригады
   ударные бригады

+

+

   Пермети, Лесковику, Эрсека
  
   дивизия (Гирокастра)
   пехотные бригады
   ударная бригада
   танковая бригада
   артиллерийская бригада

+

+

1

+

   Гирокастра, Поличани, Тепелена,
   Гирокастра
   Аршиленго
   Гирокастра
   дивизия "Laberia" (Саранде)
   пехотные бригады
   ударная бригада
   береговой арт. полк

3

1

1

   Саранде, Дельвина, Химара
   Саранде
   Саранде
  
  
   Командования Военной авиации, Войск ПВО и ВМФ были сохранены в прямом подчинении МНО (Генштаба), однако в остальном их статус в АНА теперь стал равнозначен статусу управлений дивизий сухопутных войск. При этом доминирование сухопутных войск наиболее вопиюще отразилось на ВМФ, где традиционные "военно-морские" наименования воинских формирований были заменены на сухопутные: две прежние флотилии стали морскими дивизиями, а входившие в них ранее военно-морские базы и эскадры превратились в морские полки - например, в состав 2-й морской дивизии входили Влёрский морской полк и Полк торпедных катеров (190, 198, 199).
   В отличие от предшествовавшего периода в АНА в 80-е гг. практически не происходило обновление сколько-нибудь сложных образцов вооружения и военной техники ввиду политики самоизоляции и разрыва военно-технического сотрудничества с другими странами. Албанская оборонная промышленность в этот период могла обеспечить свою армию лишь некоторыми образцами стрелкового вооружения (карабины СКС, автоматы АК-47), боеприпасами для него и части артиллерийских систем малого калибра (например, для 60-мм и 82-мм минометов), а также текущий ремонт бронетехники и отдельных типов авиатехники. С учетом устаревания и изнашивания военной техники, а также того, что и в 70-е гг. АНА получала из Китая военную технику, представлявшую собой в основном опрощенные копии советских образцов разработки 50-х гг., в военно-техническом отношении АНА в 80-е гг. быстро деградировала в сравнении с армиями её ближайших соседей.
   Нарастание в Албании экономических трудностей отразилось на её армии ещё и тем, что именно в 80-е гг. армейские части и подразделения как никогда ранее масштабно стали привлекаться к выполнению различных работ в интересах народного хозяйства - от проведения ирригационных работ и до сбора лекарственных трав. К таким работам всё в большей степени привлекались не только профильные воинские части (например, инженерные или строительные), но и общевойсковые соединения по всей стране.
   В стесненных условиях 80-х гг. албанское руководство пыталось решить задачи обороны страны, как и прежде, в основном экстенсивными методами, наращивая количество частей и численность военнослужащих. Так, например, продолжалось формирование новых пехотных бригад (см. 106), хотя их структура и вооружение уже не сооответвовали современным требованиям. По некоторым сведениям, количество бригад всех типов в албанской армии к концу 80-х гг. достигло 185-ти (110, 132). Очевидно, что подавляющее большинство воинских частей содержались по сокращенным штатам мирного времени или вовсе являлись кадрированными, но всё равно масштабы военных приготовлений в сравнительно небольшой европейской стране (в Албании в 1991 году было 3,5 млн. человек населения) впечатляют.
   Есть различные сведения о численности АНА перед концом социализма в начале 90-х гг. Согласно опубликованным в 2004 году в албанском официальном органе министерства обороны газете "Армия" сведениям, в 1991 году в регулярной армии находилось 61 тыс. человек (более 2% населения страны), подготовленный резерв составлял 360 тыс. человек, добровольческие силы самообороны - более 200 тыс. человек, на военные расходы тратилось 10-11% государственного бюджета (см. 58). Впрочем, есть и другие цифры, также исходящие от албанских официальных лиц: численность армии мирного времени в 1991 году достигала 85,5 тыс. военнослужащих (в том числе 16,5 тыс. офицеров, 9 тыс. подофицеров и 60 тыс. солдат) и 8 тыс. гражданских служащих. В подготовленном резерве, подлежавшем призыву в случае мобилизации, находилось около 450 тыс. человек, в Добровольческих силах - ещё 230 тыс. человек (см. 77, 87, 98). При мобилизации численность вооруженых сил за трое суток могла быть доведена до 750 тыс. человек (134).
   В начале 90-х гг. в составе албанской армии находилось 22 управления дивизий, Войска ПВО, ВМФ, ВВС, в сухопутных войсках имелось 127 пехотных, ударных и артиллерийских бригад, 34 полка тяжелой и зенитной артиллерии. В составе девяти танковых бригад и нескольких отдельных танковых батальонов находилось 1.050 танков (по другому источнику в 1983 году албанские танковые войска, состоявшие из 12 танковых бригад и 4 отдельных танковых батальонов, имели на вооружении более 1.200 танков (см. 142)). В артиллерийских частях имелось около 4.000 стволов тяжелой полевой артиллерии. В авиации - 240 самолетов и вертолетов. В ВМФ - 80 торпедных катеров, 4 подводные лодки, 4 больших и 6 малых охотников за подлодками, 2 больших и 6 малых тральщиков, а также суда обеспечения (77, 87).
   Военно-учебные заведения были представлены школой им. Сканденберга, объединеным военым училищем (оба в Тиране), воено-воздушным и военно-морским училищами (оба во Влёра), Военной академией (Тирана), войсковой школой (Vaqar, TiranК). В системе министерства обороны находилось несколько научных заведений - институт топографии, институт метеорологии, военно-пректный институт (77).
  
  
  

2.8. Военная промышленность

  
  
   Начало военной промышлености в Албании было положено созданием в 50-х гг. небольших ремонтных мастерских вооружения и военной техники. Но очень скоро из-за разрыва Албании с СССР и удаленностью её китайского стратегического союзника начался второй этап развития албанской военной промышленности. Для этого этапа характерно, во-первых, строительство нескольких оборонных заводов в подчинении специально сформированной управленческой структуры при албанском правительстве и, во-вторых, создание в структуре Министерства обороны ремонтных предприятий по видам и родам вооруженых сил.
   Так, в 1962 году были построены три завода, ставших основой албанской отрасли производства боеприпасов и вооружения. В Мьекес (Mjekеs) близ Эльбасана был возведен химический завод (Uzina Kimike), где осуществлялось производство взрывчатых веществ (см. 81). В Поличани (PoliГan) в округе Скапар начал работать завод по производству боеприпасов (Uzina e Prodhimit tК Municioneve), на котором в 1962-67 гг. были запущены линии по производству 7,62-мм патронов (7,62 х 39 мм) для стрелкового оружия, ручных гранат, противопехотных мин, боеприпасов для 82-мм миннометов, капсюлей и детонаторов (см. 83), а в 1972 году - противотанковых мин (см. 84). Наконец, в Грамши (Gramsh) стал действовать оружейный завод (Uzina e armatimit), где с 1962 или с 1966 года было организовано производство 7,62-мм карабинов СКС (самозарядных карабинов Симонова) советской разработки, а затем с 1974 года - также и автоматов Калашникова АК-47 (см. 84, 119, 132). Правда, и карабины, и автоматы представляли собой китайские варианты советских образцов. Позднее в Албании выпускались несколько улучшенных вариантов автомата под обозначениями ASH-78 и ASH-82, а также созданный на их базе ручной пулемет с дисковым магазином.
   В системе Министерства обороны во второй половине 60-х гг. были созданы авиаремонтный завод (Uzina e Aviacionit) на аэродроме Сталин, судоремонтный завод (Uzina e riparimit tК anijeve) в Паша-Лиман (Pashaliman), на которых был организован ремонт авиационной и военно-морской техники. В столице страны Тиране появились несколько заводов, предназначенных для ремонта артиллерийской техники (Uzina e ArtilerisК), бронетехники (Uzina e Tankeve), а также для производства запчастей и агрегатов автомобильной техники (Uzina e riparimit tК automjeteve dhe agregateve) (77).
   Часть военно-ремонтных предприятий были развернуты на базе прежних мастерских. Например, в июле 1972 года на основе трёх мастерских (связи, радиолокации, химзащиты) был создан Радиолокационный завод (Uzina e Radiolokacionit) первоначально с персоналом в 360 человек, на котором в последующие несколько лет сумели наладить производство запчастей и электромеханических устройств и, как результат, обеспечить сначала средний, а затем и капитальный ремонт радиолокационной техники и техники связи. А уже в 1977-79 гг. на этом предприятии был освоен массовый выпуск телефонных аппаратов и магнитных индукторов для них, армейских радиостанций, аппаратуры химической разведки, дымовых гранат, армейских противогазов (их выпускали до 100 тыс. штук ежегодно) и другой продукции для войск химзащиты и связи (80).
   В итоге к концу 70-х гг., когда произошел разрыв албано-китайских отношений, Албания располагала военно-промышленным комплексом, предприятия которого оказались в состоянии обеспечить работоспособность всей боевой техники и вооружения албанской армии, а также частичное их снабжение боеприпасами и расходными материалами. Показательно, что за счет кооперации между албанскими гражданскими и военными предприятиями удалось с 1979 года организовать ремонт зенитных управляемых ракет для комплексов СА-75 (80), регенерацию их топлива, замену окислителя. Эти ракеты состояли в Албании на вооружении вплоть до 2008 года.
   После разрыва отношений с Китаем начался очередной этап развития албанской военной промышленности, которая достигла пика своего специфического развития именно в 80-е гг., когда албанское руководство ставило перед ней амбициозные задачи обеспечить армию собственными образцами вооружения и снаряжения, восполнив прекращение военно-технического сотрудничества с Китаем. Но в отсутствие ряда необходимых для этого отраслей экономики, а также в условиях политики изоляционизма реализовать такие установки было уже нереально. Тем не менее, соответствующие военно-научные коллективы и группы на ряде албанских предприятий создавались и в тесном сотрудничестве с внешней разведкой вели исследования и опытные работы.
   Уже достаточно известным примером такой работы является история с созданием албанского бронетранспортера, над которым с 1978 года работали специалисты танкоремонтного и тракторного заводов в Тиране. Правда, со смертью Мехмета Шеху в 1981 году работы над БТРом были свернуты.
   На оружейном заводе в Грамши помимо семейства автоматическогои оружия на базе автомата Калашникова (ASH-78/82) был разработан и в середине 80-х гг. запущен в мелкосерийное производство пистолет-путемет Р-84. Есть сведения о том, что мощности завода в Грамши в то время позволяли выпускать до 26 тыс. автоматов ежегодно (119).
   Наряду с этим принимались меры к модернизации уже существующих оборонных предприятий и расширению номенклатуры выпускаемой ими военной продукции.
   Для модернизации оборудования военных заводов широко закупалась техника в нейтральных странах - в Австрии, Швеции (84), Индии. В 1982 году в Мьекес началось производство более совершенного взрывчатого вещества по лицензии шведского концерна "Бофорс" (81, 119). В 1977-85 гг. за счет закупки австрийского и шведского оборудования был модернизирован завод по производству боеприпасов в Поличани, после чего там оказалось в общей сложности 12 специализированных производственных линий для выпуска боеприпасов. На этих линиях помимо боеприпасов, ранее уже освоенных в производстве, оказался возможен выпуск боеприпасов ко всем видам минометов албанской армии (калибра 60-мм, 82-мм, 107-мм и 120-мм), а также весь спектр боеприпасов к стрелковому оружию, включая патроны к 9-мм пистолетам Макарова и Парабеллум, 12,7-мм и 14,5-мм патроны к крупнокалиберным пулеметам (83, 119).
   Одновременно с увеличением производственных мощностей и численности трудовых коллективов - например, только на предприятии в Поличани в 1986 году число занятых достигло 3.200 человек (83) - изменялась организационно-техническая структура оборонных предприятий, в их состав вводились научно-исследовательские подразделения. Так, разросшийся завод в Поличани был сначала преобразован в Механический комбинат (Kombinati Mekanik PoliГan), а затем в 1986 году - в Индустриальный комбинат (Kombinatit Industrial tК PoliГanit), в структуре которого находилось четыре отдельных механических и химических завода (83, 85).
   По образцу уже существующего с начала 70-х гг. Научно-исследовательского института оборонительных работ, занимавшегося разработкой фортификационных сооружений, в начале 80-х гг. в Тиране был создан Научно-исследовательский институт N 6 (ISP Nr. 6), полное наименование которого звучало как "Научно-исследовательский институт военой промышлености" (Instituti i Studimeve dhe Projektimeve Industriale Ushtarake) (85). По-видимому, задачей нового института и стала организация научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ по ряду важнейших направлений создания новых образцов воружения для Народной Армии, а также развертыванию их серийного производства на албанских предприятиях. Во главе института вплоть до начала 90-х гг. стоял Илир Ходжа (Ilir Hoxha), сын Энвера Ходжи. Об Илире Ходже известно, что свою степень доктора технических наук он защитил в Швеции (85).
   В НИИ N 6 было несколько исследовательских групп, каждая из которых занималась определенным вооружением. Из недавно опубликованного интервью бывшего работника института можно составить представление о работе одной такой группы во главе с военым инженером Гезим Цане (GКzim Cane), чьей задачей было создание 250-кг авиабомб и ракет классов "воздух-воздух" и "воздух-земля" для истребителей МиГ-19 и МиГ-21, находящихся на вооружении албанских ВВС, а также координация деятельности албанских предприятий механической и электротехнической промышлености для производства такого вооружения. В 1982 году сбросом с истребителя МиГ-19 были испытаны образцы созданных группой авиабомб, а в 1983 году проведены пуски противотанковых ракет "воздух-земля". Обнадеживающие результаты испытаний позволили было начать проектирование завода для серийного производства авиабомб и ракет, которое предполагалось вести на предприятии в Поличани. Однако проблемы в албанской экономике в середине 80-х гг. не позволили реализовать такие планы (85).
   Ни один из проектов, над которыми на протяжении 80-х гг. трудился НИИ N 6 и сосредоточенный в нём цвет албанской инженерии, так и не был реализован. Никакое напряжение сил уже не могло компенсировать в целом всё-таки невысокий технический уровень развития относительно небольшой албанской промышленности, а также отсутствие в ней целых отраслей, необходимых для создания современного вооружения.
  
  

 []

   Колонны танков Т-59 китайского производства на параде в Тиране, вдали виден главный корпус госуниверситета (фотография из фотоальбома "Наша Народная Армия", Тирана, 1983)
  

 Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2018