ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Смирнов Виктор Аркадьевич
Мозги важнее пистолета. 3

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
Оценка: 8.75*6  Ваша оценка:

  Кабинет ярко освещен. Слегка задымлен - начальник позволяет себе курить на рабочем месте. Впрочем, опера тоже курят в кабинетах, хоть топор вешай. В уголовном розыске курят почти все, за редким исключением. Сигарета - успокаивает, помогает сосредоточиться. Хотя все понимают, что это - самообман. Но, закуришь, и вроде становится спокойнее и повод для кратковременной передышки есть. Официально - перекур. Даже на длительных совещаниях объявляют: "Пятнадцать минут времени - перекур". В кабинетах уголовного розыска - не бегают тараканы, их там просто нет. Не заводятся. Не выживают. Может потому, что прокуренный воздух им не нравится. А может и оттого, что психологически здесь - атмосфера весьма неласковая. Эмоции десятков преступников, прошедших через кабинет, создают мощнейшую отрицательную ауру. Какие уж тут тараканы. Здесь, наверное, и микробы на лету дохнут. Опера - выживают.
  Обычное утро, обычного дня. Оперативка. В переводе на цивильный язык - ежедневное утреннее совещание. Опера собрались, как уже говорилось в ярко освещенном, слегка задымленном, кабинете начальника "угла" - уголовного розыска. Заслушивание оперативных сводок, обмен информацией.
  Но это что-то новенькое. Такое случается не каждый день. Сразу шестеро граждан написали заявление аналогичного содержания:
  "МОШЕННИЧЕСТВО-СТ.159 УК РФ - НЕ РАСКРЫТО. 05.12....года в 16.15 ч. в деж. часть поступило сообщение от гр. Панфиловой Марии Павловны 1961 г/р. прож. с. Ивановское ул. Ленина 55, о том, что 26.11...года примерно в 15.00 ч. гр-ка Степаненко Ирина Васильевна представившись главным менеджером ООО "БРИГ" под предлогом продажи квартиры обманным путем завладела деньгами в СУММЕ 65000000 РУБ. Потерпевшая и свидетели прямо указали на гр-ку Степаненко И.В. как на лицо совершившее данное преступление. В настоящее время принимаются меры к установлению местонахождения гр-ки Степаненко И.В. ВЫЕЗЖАЛИ: СО Васильев, ОУР Безуглов".
  
  - Это что за ..... ? - начальник выдал длинную красивую, но непечатную фразу, помахивая в воздухе листком телетайпограммы, обращаясь к Антону Безуглову, дежурившему истекшие сутки.
  - Я тебя спрашиваю, Антон. Это как понимать? - продолжил он, - "терпилы" конкретно указывают имя мошенницы, а по сводке преступление проходит, как нераскрытое? Вы опера или где? Что, совсем нюх потеряли? За сутки не можете эту козу драную найти?
  - Да ерунда какая-то получается, товарищ полковник, - встал со стула Антон.
  - Сядь, не мельтеши и спокойно докладывай, - махнул рукой начальник розыска.
  Антон сел.
  - Мы эту бабу нашли, на которую "терпилы" указывают.
  - Ну, и?!
  - Провели опознание, как положено, а потерпевшие все, как один её не опознают.
  - Как это - не опознают?
  - Не опознают и все. Говорят - похожа очень, но не она.
  - Так колоть надо было. Может, она с мошенницей связана? Знает ее.
  - Непонятно там все, - вздохнул Антон.
  - Хера-ли - непонятно, - опять взвился начальник., - а шесть заяв, шесть тяжких нераскрытых за один день? Ты на сумму ущерба посмотри, там все суммы такие, они на часть четвертую сто пятьдесят девятой тянут! Шесть висяков! Бл-ля...
  Надо заметить, что рубли были неденоминированные, исчислялись миллионами, но легче от этого операм не становилось.
  Начальник вздохнул:
  - Ладно, Безуглов, ты - после суток, свободен, всю информацию передашь Виктору, после совещания.
  Он снова взял в руки сводку, собираясь зачитывать остальные.
  Виктор поднял руку:
  - Товарищ полковник, разрешите я дежурного следака поймаю, у которого материалы. А то потом он тоже сменится, пока это дело другому отпишут - замучаешься ждать.
  - Иди, - отмахнулся начальник, - только потом зайди, расскажешь, что делать думаешь.
  Виктор нашел Олега Васильева в его кабинете. Следователь что-то быстро печатал на раздолбанной пишущей машинке.
  - Здорово, Витя. Тебе чего?
  - Привет, Олег. Мне материальчик посмотреть по вчерашнему мошенничеству.
  - А, вон - на полке с краю, - небрежно махнул рукой Олег.
  - Что там за фигня случилась? - поинтересовался Виктор, забирая с полки тощеватую стопочку листочков, небрежно собранную скрепкой.
  - Такая штука получается, "терпилы" все в один голос называют имя женщины, которая их обманула и забрала деньги в качестве аванса за квартиру. Мало того - они ведь расписки предъявили, написанные от имени Степаненко. Но когда ваш Антон женщину нашел и доставил для опознания - никто ее не опознал. Все в один голос утверждают, что мошенница - не она. А бабе этой, уже на третьем опознании плохо стало, ну, я ее и отпустил. Подписку о невыезде оформил и отправил домой. Не хватало еще, чтобы она здесь в кабинете у меня крякнула. Прокуратура проверками задолбает потом. И не производит она - впечатление мошенницы. Местная, работает воспитательницей в детском садике, с чего бы ей так тупо людей кидать? Ее полгорода знает.
  - Ну, хорошо, а тетка эта, сама - что поясняет?
  - Да поясняет она то же самое, что и терпилы все. Она тоже обращалась в этот долбаный ООО "Бриг" и хотела купить квартиру. Условия там какие-то очень выгодные были. Сдала свой паспорт, справку о составе семьи и заявление написала. Но ей паспорт вернули через пару недель и сказали, что она им не подходит.
  - Я протоколы допросов скопирую? - кивнул в сторону ксерокса Виктор.
  - Копируй, ток бумаги нету.
  - А я с собой взял, знал, что нету или зажмете, - съехидничал Виктор.
  - Да ладно, не глумись, сам знаешь, что бумага, ручки, лента для машинки и все прочее - всегда за свой счет.
  Виктор скопировал все протоколы допросов и отправился обратно.
  Безуглов еще не ушел, ждал его.
  Они вышли на улицу, направившись в маленькую закусочную, рядом с отделом.
  Между собой ее называли "Три мента".
  Безуглов, как отдежуривший сутки, смело заказал себе "колочку".
  - Ты с оружием? - поинтересовался Виктор.
  - Не, в сейф бросил, - небрежно махнул рукой Антон.
  Оружие было у оперов "на постоянке" - постоянном ношении. Но пятьдесят грамм спиртного, превращали табельное оружие в ненужную и даже опасную для самого себя, железку.
  "Колочка" - смесь водки и пепси. Сто грамм водки на пятьдесят грамм пепси-колы. Цвет и пузырьки - соответствуют пепсикольному. И перед случайными посетителями не стыдно. Сидят опера - чинно пепси-колу пьют. Продавщицы были дрессированные, с бесшабашными и слегка безбашенными операми - дружили. С некоторыми - не только через барную стойку. Поэтому наливали с полувзгляда.
  Виктор взял чай, кофе он не пил принципиально.
  - А теперь подробно, Антоша, в лицах.
  - А чё, в лицах? - Антон душевно отхлебнул полстакана и закурил.
  Все терпилы - тетку не опознали. Но! В один голос утверждают, что очень похожа на ту, которая брала у них деньги и писала расписки в их получении.
  - Хорошо, а где они этот гребаный "Бриг" нашли?
  - Да по объявлению в газете.
  - Объявление у кого-нибудь сохранилось?
  - Не знаю. На этом не заострялся. Они по объявлению приходили в контору, маленькую такую. Адрес - Дзержинского 117. Там, в этом здании куча контор всяких, офисов, постоянно сдаются в аренду. Там их встречала тетка. На вид - лет 45-50, низенькая, толстенькая, волосы - короткие, крашенные в рыжий цвет. Одета - очень хорошо, много дорогих золотых украшений. Женщины это дело сразу секут. Тетка с ними беседовала. Условия покупки квартиры были сказочно выгодными: треть - сразу, остальное равными долями в рассрочку, в течении десяти лет. Никакой накрутки, никаких процентов. Да, она еще их возила прямо на дом - квартиры смотреть. То есть - плати, заключай договор и сразу вселяйся.
  - Так они уже что - готовые были? - удивился Виктор.
  - В том-то и дело. Привозила их на готовые квартиры в четвертом микрорайоне.
  Показывала. Терпилы сами себе хаты выбирали. В соответствии с суммой оплаты.
  Виктор задумался. Уж слишком все было красиво.
  - Ну, хорошо, а твое впечатление, чего в протоколах нет?
  Антон задумался.
  - Ты знаешь, Витя. Потерпевшие все, как один, утверждают, что вела она себя очень уверенно. Им и в голову не приходило, что их разводят. Она даже ордера на квартиры показывала. Настоящие, вручала ордера после внесения требуемой суммы. И договоры заключала по купле-продаже квартир. Договоры тоже были отпечатаны типографским способом.
  Дело становилось весьма интересным.
  - Так, а как она им расписки писала?
  - В том-то весь прикол. Она взяла паспорт этой Степаненко, которая сама сдала ей документы на покупку квартиры. Этот паспорт показывала клиентам и писала расписки. Тем более, что они - действительно похожи. А терпилы - лохи. Такие суммы отдавали, и никто не озаботился паспорт дотошно посмотреть. Воспитанные и стеснительные, бл-лин. Теперь стонут и валерьянку литрами хлебают.
  Виктор пожал руку Антону и отправился к начальнику.
  Начальник встретил его молча, жестом пригласив присесть. Он разговаривал по телефону. Договорив, бросил трубку.
  - Ну, что Витя думаешь по данной серии?
  - А что думаю? Здесь есть над чем работать. Разошлю ориентировки по краю, по факту наших мошенничеств и возможного совершения аналогичных у соседей. Узнаю, кому из следователей отписали дело и сразу пойду капать ему на мозги, чтобы всех терпил и неохваченных свидетелей допросил. Опознание помогу ему провести.
  - А там, что опознание не по всем потерпевшим провели? - встрепенулся начальник.
  - Подозреваемой плохо стало, и ее дежурный следователь отпустил по подписке.
  Но я думаю, что это - не она. Реальная подозреваемая ее паспортом воспользовалась.
  Далее - составить фоторобот. Посетить стройку, где она лохам квартиры их будущие показывала. Работы - масса, возможно где зацепку и ухватим.
  - Ладно, иди. Вечером - доклад. И про другие преступления не забывай! - крикнул ему в спину начальник.
  "Забудешь тут" - скривился Виктор. Показатели, мать иху так!
  Палочная система. На милицейском жаргоне "палка" - по аналогии с вертикально нарисованной палочкой-черточкой в блокноте. Срубить палку - раскрыть преступление. Соотношение совершенных преступлений и раскрытых.
  Процент раскрываемости! - вот самое страшное и кровожадное оперское божество.
  В угоду которому немало сотрудников было принесено в жертву. Что никогда не смущало кадровиков. Одних выгоним - других наберем. А то, что рабочие опера, как грибы - не растут, не колышет никого. Лет пять надо, чтобы серьезный опер вырос из зеленого летехи .
  За раскрытыми преступлениями гонялись все службы. Люди незнакомые с милицейской кухней наивно думают, что преступления раскрывают следователи и оперативники. На самом деле следователи преступления не раскрывают - вообще. Нет у них такого показателя - раскрытие преступлений. Оно им нафиг не надо. Наоборот. Нераскрытое преступление - передышка для следователя. Написал задание операм: "проверить лиц, ранее судимых за аналогичные преступления, установить лиц, причастных к данному преступлению", направил на экспертизы изъятые вещдоки и ... два месяца - хоть трава не расти. Другая оценка работы у следователей. Вот если раскроют опера преступление, тогда и начинается у следователя пахота: опознания, сравнительные экспертизы, допросы подозреваемых и так далее. Сроки, ведения следствия, не дай бог просрочить! Тогда - кирдык! И зарплата следователя от количества расследуемых дел - не зависит. Хоть ты пять дел расследуешь, хоть - двадцать.
  Что не умаляет профессионализма следователей в процессе расследования и направления дела в суд. Бестолковый следователь легко и непринужденно запорет уже раскрытое дело и преступник, улыбаясь, будет гулять на свободе. Опера ценили и уважали толковых следаков. Дружили с ними и вместе пили водку. Процент толковых следователей абсолютно такой же, как и толковых оперов. Примерно - треть личного состава.
  Но это - самая страшная тайна министерства внутренних дел, которую высокое начальство никогда не озвучит. Остальные - балласт в погонах. Работают по принципу: "принеси-унеси-подай-иди-нах-не-мешай".
  А вот остальные службы за раскрытыми преступлениями - бегали наперегонки.
  Раскрытие нужно было всем. И гаишникам, и участковым, и патрульно-постовой службе, и, никогда не поверите - паспортно-визовой службе тоже. Как тетеньки-паспортистки будут раскрывать преступления, не выходя из кабинетов - начальство не колыхало. Но дай показатели за месяц! Как паспортно-визовая служба получала эти самые пресловутые палки-раскрытия - это тоже один из самых страшных секретов министерства внутренних дел.
  Проще всех поступали гаишники. Ребята они были незамысловатые и прямые, как их жезлы. Гаишники, конечно, реально задерживали преступников и на угнанных машинах, и с наркотиками в салоне, и после совершения ДТП, когда водитель пытался скрыться. Кому, как повезет. Были реальные и жесткие задержания с перестрелками, раненными и погибшими с обеих сторон. Гаишники задерживали бандитов и убийц, сами нередко становясь окончательно потерпевшими. Статистика эта нигде не публикуется, но опытные менты знают, что гибнут в реале, гаишники чаще, чем оперативники. Почему - это тоже отдельная тема. Но погони и перестрелки, слава всем богам, бывают не каждый день, а отчетность начальство требует ежемесячно. Так вот. Доблестные сотрудники ГАИ напрямую обращались к операм, вступая с ними в сговор. Назвать его преступным - нельзя. Так как сговор этот способствовал раскрытию преступлений и для потерпевших граждан даже был на пользу.
  Гаишники в свободное от дежурства время возили оперов по их - оперским делам, помогали задерживать злодеев. Ведь главная проблема у оперов - наличие автотранспорта. А опера за это - включали сотрудников ГАИ в свои рапорта и просили следователей, чтобы те, указывали сотрудников ГАИ, как участвовавших в раскрытии преступлений.
  Вообще, раскрыл преступление тот, кто написал по этому раскрытию - рапорт. И надо, чтобы потом по данному раскрытому преступлению - следователь, который его ведет, заполнил специальную карточку. Вот в ней и указывается, какое подразделение, служба - раскрыло преступление.
  Некоторые гаишники, которым было лень ездить с операми на задержания - поступали еще проще. Приходили к оперу и говорили: "Сколько?". Сойдясь в цене - отсчитывали оперу необходимую сумму, после чего опер дотошно и старательно диктовал сотруднику ГАИ - рапорт. Кроме того, опер подробно рассказывал гаишнику, как тот работал над раскрытием, куда ездил, кого видел и кого - задерживал.
  Такой своеобразный - мини-инструктаж. Зато гаишник мог ни в одном глазу смело ответствовать начальству, как он лихо раскрывал преступление. После чего - рапорт регистрировался в дежурной части. И - вуаля! В утренней сводке указывалось, что например кражу двух бычков с МТФ Љ 5, в поселке Первомайском - раскрыли доблестные гаишники: старший лейтенант Ивушкин и прапорщик Помогайло.
  Опера, конечно, не отдавали гаишникам убийства и разбои, а мелкие кражи, мордобой, хулиганку - завсегда пожалуйста.
  Причем происходило это примерно так.
  Опер на пару со своим участковым раскалывали очередного злодея на семнадцать краж.
  После чего сидели и считали. Шесть эпизодов - оперу. Шесть эпизодов - участковому.
  Больше, тоже не надо - а то в следующем месяце столько же раскрыть потребуют. Остаток - пять краж. После чего надо было только намекнуть, в "Трех ментах", что есть пять эпизодов на продажу. Желающие находились в течении получаса. Преступление ведь все равно было раскрыто. Потерпевшим - глубоко монопенисуально, какая служба его раскрыла. Для них - все менты одинаковы. Гаишники были с показателями, опер с участковым - имели честно заработанную, дополнительную прибавку к окладу. Всем было хорошо. Плохо было только начальнику уголовного розыска, который, обнаружив в утренней сводке, что очередное преступление раскрыли сотрудники ГАИ - приходил в бешенство.
  - А-а, бл-л... опять гаишникам преступление продали?!!
  На что опера невинно опускали глаза:
  - Но товарищ полковник, они нам помогали, возили нас везде, подозреваемых задерживали с нами вместе. Вот один эпизод на них и записали.
  Матюки рассеивались в воздухе и... все продолжалось по-старому. Опера смеялись по этому поводу: мы - круче, чем ГАИ. Ведь мы с них бабки снимаем.
   Виктор приступил к работе обстоятельно. Сначала встретился со всеми потерпевшими по-новой. Одно дело, когда протокол допроса читаешь. Другое дело, когда вживую разговариваешь с потерпевшим. Но ничего нового, в принципе, он не узнал.
  Попутно был составлен фоторобот. Или, как его правильно назвать - субъективный портрет подозреваемой.
  Встреча с агентурой ничего не дала. Видимо клиентка была - залетной. Хотя фоторобот Виктор всем своим бойцам показал, и приказал пошукать - не появлялась ли такая в городе. Но он сам мало верил, что агентурная информация что-то даст в этом случае. Видимо мошенница была дамой стреляной и работала - в одиночку.
  Следующий день Виктор посвятил разговорам со сторожами того дома-новостройки, на который мошенница привозила потенциальных покупателей. Оказалось, что сторожа, со слов потерпевших встречали мошенницу, как большую начальницу, кланяясь ей до земли.
  Способ оказался прост, элегантен и основывался на прекрасном знании человеческой психологии.
   "Мадам", будем для краткости называть ее так, появилась на стройке в один прекрасный день. Сторожу, дежурившему в эту смену, она представилась старшим менеджером фирмы "Бриг". И сообщила, что ее фирма будет продавать в этом доме - квартиры. Дом уже практически был построен и отделочные работы - завершены. У сторожей, в вагончике находились ключи от запертых подъездов. Или, как их там правильно называть - парадных. А также ключи от квартир. Время было - середина девяностых и квартиры сдавались - не с голыми стенами и торчащими трубками, а с полным набором сантехники и даже газовыми плитами. Сторожам было глубоко наплевать, кто конкретно продает в этом доме - квартиры. Безусловно, сторожа были строго проинструктированы и ни в коем разе не собирались пускать в квартиры всяких прохиндеев. А вдруг, унитаз кто сопрет, али раковину? Отвечай потом. Но милая и вежливая, хорошо одетая "мадам", увешанная множеством золотых украшений не походила на человека, собирающегося воровать унитазы. Ведь для этого и инструмент нужен, которого при ней - не наблюдалось. Кроме того, она презентовала первому сторожу большой пакет. Заглянув в него, тот обнаружил джентльменский набор: "зимняя мечта одинокого сторожа". Две бутылки заводской водки, большую пластиковую бутыль "пепси-колы", кусок сыра, кусок ветчины, баночку маринованных огурчиков, лаваш и даже одноразовые стаканчики. Хотя стаканчики были лишними - сторожа пили водку из любой посуды, и даже при отсутствии таковой. Опыт! Сердце сторожа растаяло, и он самолично водил прекрасную незнакомку по этажам, открывая ей любую квартиру - на выбор. После чего она вежливо попрощалась, попросив сторожа передать сменщику, что завтра она тоже зайдет смотреть квартиры. Извещенный о такой доброй и милой "мадам" сторож с нетерпением ожидал ее прихода. "Мадам" посетила все смены и всегда оставляла сторожу прекрасный набор, с которым коротать дежурство было намного веселее. Надо ли говорить, что на "мадам" у сторожей выработался вполне определенный рефлекс. Как у собак Павлова. Надо отдать ей должное, при любом своем посещении дома-новостройки - "мадам" не забывала о традиционном пакете для сторожа.
  А доверчивые покупатели, видя, с каким пиететом встречают "мадам" все сторожа, как бегом открывают ей - любой подъезд и любую квартиру, однозначно понимали, что она точно имеет отношение и к дому и продаже квартир. И человек она - совсем не случайный.
  Офис, хорошо одетый менеджер, с поставленным голосом и уверенными манерами. Сторожа, подобострастно встречающие менеджера и открывающие по мановению наманикюренного пальчика любую квартиру. Отпечатанные типографским способом договоры и ордера на квартиры. Все говорило о том, что мошенница была дамой серьезной и тщательно готовилась к данному преступлению. Кроме того, она изящно подобрала себе паспорт, который использовала при заключении сделки. Схема мошенничества была четкой, отработанной, не очень сложной, но это и раздражало. Все было продумано и надежно. Простота - залог успеха. Попадаться "мадам" явно не планировала.
  Подробно опросив сторожей, Виктор отметил для себя одну закономерность. "Мадам" всегда появлялась в разное время и на разных машинах. Хорошо шифровалась. То же самое говорили и потерпевшие со свидетелями.
  Дело застопорилось. На запросы, разосланные в соседние районы - результативных ответов не было. По агентуре - пусто. Фоторобот - никто не опознал. Офис для ООО "Бриг" снимался без документов за наличку. Никаких зацепок. Ордера на квартиру, которые мошенница раздавала покупателям - могли быть напечатаны где угодно. За деньги тебе могли нарисовать хоть удостоверение полковника Главного Разведывательного Управления Генштаба и никого это - не колыхало. Полный разгул свободы. Объявление в местной газетенке, под названием "Любимый город", раньше называвшейся "Заря коммунизма", мог дать кто угодно и документов, подтверждающих личность, газетчики не требовали. Плати бабки и публикуй объявление, хоть о наборе команды для полета на Марс. Тоже - пустышка. Зацепок не было, а сидеть на жопе ровно и надеяться что "мадам" всплывет где-нибудь еще - расписаться в собственном бессилии.
  Начальник начал намекать, что неделя - многовато, для раскрытия, а результатов нет.
  Да и потерпевшие бились в истерике, ежедневно доставая следователя своими визитами. Следак - отбрыкивался, отправляя их к оперативникам. Мол, они и занимаются поиском мошенницы. Но Виктор с утра уходил из отдела и его терпилы доставать не могли. Тогда они шли к начальству, которое тихо зверело. Ведь действительно: шесть заявлений плавно превращались в шесть висяков. Шесть нераскрытых тяжких преступлений. Сумма реально была немаленькая. Треть стоимости квартиры. Это от одного заявителя. Дело усугубилось еще и тем, что прослышав о возбужденном уголовном деле - в отдел пришли еще несколько потерпевших. Всего заявлений стало - девять. Обстановка становилась напряженной.
   От одной потерпевшей ушел муж, собрав вещички и заявив, что не собирается жить с дурой-женой и дурой-тещей. Они оказывается, втихаря от него деньги вносили, хотели ему сюрприз сделать. Но деньги эти зарабатывал муж и сюрприза - не получилось. У двух других женщин - мужья забухали с горя. Еще одну бросил любовник. В общем, сплошные головняки. И для терпил и для опера.
   Виктор решил пойти по второму кругу и допросить не самих потерпевших, ими были почему-то только женщины, а их мужей и любовников, которые сопровождали их - на совершение сделки. Следователь допрашивал их весьма формально. Может все-таки они, что интересное расскажут. И вот тут ему улыбнулась удача. Один из мужиков вспомнил, когда они ждали "мадам" возле офиса - она подъехала на знакомой ему машине.
  - Это Вадим был, на гороношной "Волге". Я еще спросил у него - чего это он ее возит? А он засмеялся и сказал, что она его случайно тормознула. А че не подвезти, не подкалымить?
  Ну, хоть что-то. Хотя мужик фамилию Вадима не помнил, но узнать ее - было делом техники.
  Виктор поймал знакомого гаишника, после суточной смены. Женька, зевая отнекивался, но, узнав, что работать надо по многоэпизодному делу - согласился. С условием - после раскрытия, один эпизод - ему. Куда деваться, Виктор пообещал, после раскрытия естессно... Ему нужен был именно реальный инспектор ГАИ. Сначала Женька, используя пароли, быстренько пробил по базе городской отдел народного образования и выяснил, что "Волга" у них числится, одна-единственная. Это радовало. И они отправились отлавливать водилу. Поехали на Женькиной личной "девятке", но гаишник оставался в форме, с белой портупеей и нагрудным знаком.
  Место заняли неподалеку от ГОРОНО и стали ждать. Часам к десяти подъехала серенькая "Волга", выпустившая солидных тетей. Они не стали пасти "Волгу". Просто стояли и наблюдали. В машину садились гороношные работницы, "Волга" уезжала-приезжала. Но когда настало время обеда, водила отправился сам, в сторону ж/д вокзала. Женька аккуратно тронулся следом. Там гороношный "Вадим" поставил машину, за гастрономом, в стороне от стоянки такси, а сам потопал на перрон.
  Вернулся минут через десять, нагруженный сумками, в сопровождении тетки лет сорока.
  - Может родственницу встречает? - выдвинул версию Женька
  - Посмотрим, - отозвался Виктор.
  Но когда "Волга" вырулила на трассу в сторону аэропорта, версия о родственнице стала отодвигаться на задний план. Когда водитель "Волги" добросовестно доставил тетку в аэропорт, получив из ее рук купюру, последние этого сомнения отпали - клиент шабашит.
  Женька резво рванул ему наперерез. Одергивая форму, вылез из машины, прокрутив вокруг кисти жезл, привычно махнул "Волге" в сторону бровки тротуара.
  Водила прижался к обочине и выскочил наружу, доставая документы. Женька внимательно их проверил и, не отдавая хозяину, передал Виктору.
  - Вот, товарищ капитан, злостный нарушитель. Машина - казенная, а он на ней калымит.
  Оформлять надо.
  - Не надо, мужики, может договоримся? - взмолился водила.
  - Так, не ной и сядь в машину, - резко оборвал его Виктор.
  Надо было ломать водилу сразу, пока не опомнился. А то въедет сейчас, что расспрашивает его непонятный тип в гражданке, а инспектор ГАИ - на гражданской машине...
  - Косяк за тобой, - он заглянул в документы - Вадик, признаешь? - водила сокрушенно кивнул головой.
  - Но это нас пока волнует мало. Пока, - подчеркнул он, - вспоминай, как ты пару недель назад тетку, такую - всю в золотишке, к офису на Дзержинского подвозил.
  - Вадим вдохновенно открыл рот, но столкнувшись со взглядом опера - завял
  - Ну, подвозил, ну и что?
  Виктор зарядил по наитию.
  - Еще, еще, куда возил ее?! Ну, быстро!
  - В типографию возил.
  - В какую? - Виктор ускорил темп.
  - Бывшую "Обкомовскую".
  - Где подбирал?
  - На ж/д вокзале, первый раз случайно.
  - А потом?
  - И второй раз, случайно тоже.
  - Где?
  - Да тоже с вокзала.
  - В типографии, что она делала?
  - Да не знаю я! Заказ какой-то делала.
  - Ты ее ждал?
  - Ждал, около часа. Потом обратно на вокзал отвез.
  - Ждал почему?
  - Она заплатила хорошо, просила подождать.
  - Вспоминай быстро, что она говорила, после типографии, что?!
  - Да, вроде, ничего. Бурчала только, что они там все - бюрократы. А к чему это - я так и не понял.
  - Ты ее еще видел?
  - Да видел один раз и тоже на вокзале. Но она ко мне почему-то не подошла, а села в такси. Все, больше не видел ее. А в чем дело-то? - начал прочухиваться водила, - она что террористка какая?
  - Хуже, братан, значительно хуже. Давай свой телефон домашний и рабочий.
  Когда надо, тебя вызовут.
  - А-а, для чего.
  - Тетку эту опознать. И не дай бог, ты ее не опознаешь. Ты же работы не хочешь лишиться. Все понял? - нехорошо прищурился Виктор.
  - Да понял я, понял.
  Виктор вернул ему документы, и водила обрадовано потрусил к родной "Волге".
  - Ну что? - поинтересовался Жека, ходивший за шаурмой, протягивая порцию Виктору.
  - Будем работать, - нейтрально откликнулся Виктор, нацеливаясь на горячую, вкусно пахнущую лепешку.
  В типографию переться не хотелось, он решил пойти туда с утра на следующий день.
  А сегодня сделать себе выходной. Сходить в спортзал, грушу пооколачивать.
  Так и закончился день.
  С утра, на оперативке, Виктор, опережая вопросы начальства, заявил конкретно:
  - Дайте еще один день.
  - Смотри Витя, не раскроешь - дежуришь в воскресенье, - по-доброму улыбнулся начальник и махнул рукой, показывая, что не хочет его лицезреть.
  Сев на "служебный автобус" Виктор отправился в типографию, захватив с собой ксерокопию ордера на получение квартиры и договор, которые "мадам" раздавала лохам.
  В типографии ничего не изменилось с советских времен. Строгая тетенька вахтер придирчиво проверила его служебное удостоверение и спросила:
  - Тебе милок, куда надо?
  - Да я и сам не знаю, - честно признался Виктор.
  - А чего ж пришел тогда? - резонно заметила вахтерша.
  - Где у вас вот такие бумаги печатают? - он показал дотошной тетке копию ордера.
  Тетка оказалась весьма грамотной, видимо не только вахтершей раньше работала.
  - Так это тебе в цех высокой печати надо. Щас я позвоню туда, кого-нибудь пришлют. А то будешь тута бродить, без присмотру.
  И действительно, не прошло и пяти минут, как барышня в синем халате проводила его в кабинет заведующей цехом.
  Виктор представился и объяснил ей ситуацию.
  - Да, это наш заказ, мы выполняли, - моментально определила заведующая, взглянув на ксерокопию. - Небольшой заказик был.
  - А как вы такие серьезные документы печатаете, это ж бланк ордера на квартиру? - заинтересовался Виктор.
  - Да вот так и печатаем, сейчас лишь бы заказывали и деньги платили.
  Видимо что-то отразилось на его лице, и заведующая поспешно добавила:
  - Вы не думайте, у нас - строго. Мы и документы проверяем у заказчиков.
  Она полистала перекидной календарь, лежавший на столе.
  - Вот здесь у меня, ее все данные были записаны, заказчицы этой. Но заказ мы выполнили, и я листочек видимо выкинула.
  Заведующая задумалась.
  - А ведь листок я только сегодня вырвала. Так, корзина пустая. Наверное, Валька уже убрала все. Валентина! Ты где? - заорала заведующая, да так, что у Виктора уши заложило.
  На ее крик, буквально через минуту, появилась женщина лет тридцати, тоже в синем халате.
  - Чего тебе, Петровна?
  - Ты мусор сегодняшний куда дела?
  - Как всегда, в контейнер во дворе.
  Виктор не выдержал:
  - А контейнер уже вывозили?
  - Не-е. Его часа в четыре вывезут, как обычно.
  - А посмотреть можно?
  - Вы что собираетесь весь контейнер перерыть? - не на шутку удивилась заведующая.
  - Да. Вы только покажите, - для себя он еще не решил, что будет делать.
  Они пришли во двор, где рядком стояли четыре стандартных контейнера для мусора.
  - Ты в какой контейнер сегодня мусор выкидывала? - спросила у Валентины заведующая.
  - Вот в этот, - та ткнула пальцем в крайний справа.
  Женщины уставились на Виктора.
  - Дамы, милые, мне этот листочек очень нужен! - взмолился он.
  - Какой листочек? - заинтересовалась уборщица.
  - Да листок из календаря отрывного, что на столе у меня, синенький такой, - ответила Петровна.
  - А-а, этот. Так тот мусор еще в мешке. Я его до контейнера - еще не донесла. Он в цеху стоит, - призналась уборщица.
  Они направились в цех, где Виктор попросил высыпать весь мусор на пол. Уборщица недовольно покосилась на завцехом. Та кивнула - давай мол.
  Трагедия, как это бывает, превращалась в фарс. Раскрытие девяти тяжких преступлений зависело от того - найдется ли отрывной листочек из календаря в мусорном мешке уборщицы. Если - нет, то придется переворачивать и перебирать руками весь контейнер. "Хорошо, хоть это не задворки ресторана, а контейнер типографии, все отходы - бумажные" - с печальным вздохом подумал Виктор. И тут Валентина перевернула мешок! В куче мусора, высыпавшегося из мешка, Петровна безошибочно нашла смятый листок из своего календаря. Развернула.
  - Вот, здесь ее данные.
  Виктор буквально выхватил листок из завцеховской руки.
  Ковалевская Анна Абрамовна 13.12.1950 года рождения, номер паспорта, прописана:
  г. Старопавловск, ул. Тургенева, д.7, кв. 46.
  Нехилую сумму ко дню рождения подарила сама себе Анна Абрамовна, машинально отметил он.
  Есть контакт!
  Дай Бог здоровья всем дотошным и занудным заведующим!
  После обеда Виктор уже ехал в Старопавловск. Он здраво рассудил, что направлять запрос - выйдет дольше, чем съездить. Старопавловск находился от них в ста двадцати километрах. Вез его опять зевающий гаишник Женька. Не повезло ему - Жека опять понадобился Виктору, после своего суточного дежурства. Но возможность заполучить раскрытие нехило его стимулировала.
  Местный горотдел. Он прошел на этаж уголовного розыска, ткнувшись в первую попавшуюся дверь. За ней обнаружились двое оперов, один молодой, другой - постарше.
  Старшего звали - Степан, помоложе - Димой.
  Когда Виктор изложил им суть своего визита - наступила минутная тишина, потом раздался громкий хохот
  - Во, еще один, - отсмеявшись, высказался тот, кто постарше.
  Виктор сразу понял, что не только он интересуется данной "мадам".
  - У вас кафешка поблизости есть какая-нибудь? - по-деловому поинтересовался он, - пойдем по-пятьдесят сделаем, я - угощаю. Там мне подробно про эту даму и расскажете.
  Только данные мне ее точные найдите.
  - Димыч, метнись к информационщикам, распечатай из базы данные на Ковалевскую, и чтобы фото хорошие были - отдельно сделай, а мы за углом в "Бистро" будем, - распорядился Степан.
  Виктор позвал из машины Женьку. Степан покосился, но ничего не сказал, посчитав, что Виктору виднее, кто присутствует при разговоре.
  В кафе они уселись за столик в самом углу, заказали стандартный набор:
  три по-стопятьдесят, три сосиски в тесте и пару бутылок грушевого лимонада.
  Жека взял кофе.
  Закурили.
  Вскоре вернулся Дима, протянул Виктору несколько распечатанных листков.
  "Так вот ты какой - северный олень!" - с черно-белой распечатки на него смотрела коротко стриженая дама лет пятидесяти на вид, с отвислыми щеками и хитренькими глазками.
  В информационном разделе, после стандартных данных значилось, что дама привлекалась к уголовной ответственности за мошенничество и стоит на учете, как ранее судимая.
  Они выпили за знакомство.
  - Так что она у вас натворила? - поинтересовался молодой и нетерпеливый Димон.
  Виктор кратко изложил печальную эпопею с продажей квартир.
  Опера посмеялись. Выпили.
  В качестве ответного тоста Степан рассказал, что "мадам" Ковалевская недавно отметилась и у них.
  История была незатейливой, но поучительной.
  "Мадам" облюбовала себе столик в самом дорогом ресторане города, и каждое утро завтракала там.
  Завтрак был не очень обильный, но изысканный. Кофе, яйцо в мешочек, бутербродик с икрой. Она стала завсегдатаем и ее с поклонами встречали все официанты.
  Однажды, с ней случайно познакомились трое местных торгашей, пришедших в ресторан "Кавказ" похмелиться после обмывания "сделки века". То ли они вагон товара втроем купили, то ли еще что - история об этом умалчивает. Торгаши обратили внимание на хорошо одетую даму, которую с нешуточным почтением обслуживал официант. Чаевые, оставляемые мадам - того стоили. Торгаши были мелкими местными ларечниками, мечтавшими ворваться в "крупный бизнес". Осведомившись у официанта о богато одетой незнакомке, они пригласили ее за свой столик. Хорошо посидели и прониклись уважением к мадам Ковалевской, которая выглядела на все сто и рассуждала о больших сделках и серьезных дивидендах.
  В ходе разговора также выяснилось, что мадам занимается продажей автомобилей и имеет в Тольятти своих людей. Времена были непростые. Машину без маклерской наценки купить было очень сложно. Ковалевская пообещала достать, всем троим, по машине прямо с завода, по заводской цене. Жигули-семерка стоила порядка двадцати пяти миллионов рублей. Торгаши, считавшие себя людьми опытными, хваткими и, вследствие этого, очень недоверчивыми, ни о какой предоплате и слышать не хотели. "Мадам", не моргнув глазом, сказала, что машины по заводской цене пригонят прямо в город. Но взяла с них слово, что торгаши ее не подведут и действительно купят машины.
  Поговорили и расстались, продолжая иногда видеться в ресторане "Кавказ". Недели через три после разговора "мадам" объявила ларечникам, что машины на месте, документы в наличии. Торгаши заплатили договорную сумму, зарегистрировали машины в ГАИ и катались по городу в свое удовольствие. На заинтересованные расспросы своих друзей, о возможности приобрести новую машину - важно надували щеки, намекая на крутые связи и знакомства. Но когда количество вопрошавших превысило второй десяток - друзья призадумались и обратились к "мадам" с просьбой. Во время очередного утреннего завтрака они стали просить "мадам" пригнать для их друзей еще несколько машин.
  Ковалевская мило улыбнулась и заявила:
  - Вы что, мальчики! Мы с вами дружим, вместе отдыхаем, вот я вам и помогла машины по своей цене купить. А так, я партии меньше, чем десять штук - не гоняю.
  Ее слова подтверждали новенькие машины, на которых приехали все трое и безупречные документы, которые прошли проверку в ГАИ.
  Друзья подумали и объявили "мадам", что найдут ей покупателей на партию машин. "Мадам" милостиво кивнула и сказала:
  - Ну что ж, как соберется не меньше десятка - тогда и продолжим разговор.
  Знакомых у ларечников было много. Они кинулись собирать желающих и легко нашли их.
  Кроме того они собирали с людей не по двадцать пять, а по двадцать семь миллионов, резонно рассудив, что должны же и они на этом заработать.
  Каждый из торговцев собрал деньги с десяти человек. Условия "мадам" - они выполнили,
  попутно заработав по двадцать миллионов каждый. Все деньги в соответствии с условиями они передали Ковалевской. По двести пятьдесят миллионов.
  "Мадам" царственно улыбнулась, небрежно запихав деньги в обыкновенный пластиковый пакет, выпила с ними коньячку и укатила на вызванном официантом - такси.
  Торгаши продолжали пировать в "Кавказе". За пару недель беготни они заработали по сумме, на которую можно было купить машину. Перед их глазами мелькали миллионы, а радужные планы туманили голову. Протрезвели они через недельку, когда перестали встречать "мадам" в ресторане и вообще - в городе. Теперь за каждым торгашом бегало по десятку несостоявшихся автовладельцев. Ларечники побежали в милицию, но Ковалевской и след простыл.
  - Так вот куда мадам Ковалевская перебазировалась, - веселились старопавловские
  опера, - а ничо, бодрая тетка, не останавливается на достигнутом.
  - Так у вас тоже висяк, многоэпизодный? - улыбнулся Виктор.
  - Ну, да. Ведь пока ее не задержим - преступление считается нераскрытым, - вздохнул Степан.
  Они заказали еще по-стопятьдесят. Сосиски стыли на столе, но лимонад выпили весь. Пепельница на столе переполнилась окурками - сервис был ненавязчив.
  Мини-совещание закончили на оптимистической ноте. Кто первый "мадам" задерживает - сразу извещает коллег. Обменялись телефонами. Допили водку и Виктор, бережно сжимая в руке листочки с физией мошенницы, отбыл в родной город.
  В отдел он уже не пошел, здраво рассудив, что основная работа - выполнена.
  На следующий день он бодро рапортовал начальнику о результатах. Тот был явно удивлен. Он впоследствии обмолвился, что не верил, в раскрытие Виктором этих мошенничеств.
  Потерпевшие безоговорочно опознали "мадам" по фотографии и работа была практически закончена.
   Все остальное, наверное, уже не так интересно.
   Как Виктор через пару недель вез задержанную "мадам" Ковалевскую в машине внештатника. Внештатники - это сотрудники такие. Предполагается, что они работают за идею, ведь зарплату им не платят. Почему не на служебной? Так опять для опера - свободной машины не нашлось. А гаишник Женька был на усилении. И задерживать "мадам" Виктору пришлось вместе с внештатником, который имел машину.
   Как "мадам" Ковалевская блажила в машине, и устраивала истерику, дергая пухлой рукой, пристегнутой наручниками к руке Виктора. Потом стала умолять отпустить ее за четырнадцать тысяч долларов - "больше сейчас нету, они схоронены у ее любовника - только на минутку заехать надо".
  Как Ковалевской на опознании потерпевшие, словно сговорившись, пытались расцарапать лицо. И у следователя в кабинете еще долго пахло, как в аптеке - валерьянкой и корвалолом.
   Как они втихаря делили эпизоды. По секрету можно сказать: опер забрал себе шесть, два отдал участковому, а один, как обещал - гаишнику Женьке.
   Как опять орало начальство, обнаружив в сводке, что ранее совершенное преступление - мошенничество, раскрыли сотрудники ГАИ.
   Но все это было уже - потом.
  Эту историю, опер иногда вспоминает, улыбаясь.
  Представляя, как вероятно он мог выглядеть со стороны перед работниками типографии, раскапывая весь бумажный хлам контейнера, в поисках мятого листочка отрывного календаря.
  А ведь перерыл бы!..

Оценка: 8.75*6  Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2015