ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Смолина Алла
Дай свoй адрес, "афганка". Часть 5-я (N 68-80)

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
  • Аннотация:
    Для облегчения поиска сослуживцев

  
  
  ПОСТОЯННО ДОПОЛНЯЕТСЯ...
  
  Я, СМОЛИНА А.Н.:
  
  1. В чужих газетных статьях ничего не правлю, отсюда иногда одно и то же медицинское учреждение называется по разному.
  
  2. У некоторых героинь не указано место службы, возможно потому, что тогда это считалось военной тайной.
  
  3. У других героинь отсутствует отчество. Там, где я знаю лично или отслеживаю по другим газетным публикациям, - там я отчество ставлю.
  У остальных только те данные, какие дала газета.
  
  4. Красным цветом даю сноски на дополнительную информацию, если она у меня имеется.
  
  
  
  
  
  Как написано в предыдущих (и последующих) главах этого раздела, сбор публикаций об "афганках" взяли на себя ветераны афганской войны Лидия ВОЛЫНКИНА (МАКАРОВА) (Шиндандт) и Александр ЖАРКОВСКИЙ (Шиндандт).
  Но не в этой главе. Здесь поставлены статьи, написанные самими "афганками" или присланные героинями публикаций о самих себе. Тем удивительнее, что совершенно незнакомая женщина, не ветеран афганской войны, взялась искать в сети материал об "афганках", а где не возможно копировать, там незнакомка перепечатывает от руки.
  Помощь добровольных помощников для сбора материала в мой архив - бесценна.
  Зовут добрую женщину Ольга Анатольевна КОРНИЕНКО, а статьи, перепечатанные ею, находятся под NN 78, 79.
  
  
  
  
  
  
  68. Татьяна Фёдоровна МЕЛЬНИК, Кундуз, служащая Советской Армии, делопроизводитель-машинистка одной из войсковых частей 201-й мотострелковой дивизии, затем Кабул, прапорщик, госпиталь N 650, заместитель командира в/ч по административной работе (начальник отдела кадров), 1983-1985
  
  69. Альфия КАГАРМАНОВА (Алла ПЕТРОВА), Баграм, корректор-машинистка газеты "Ленинское Знамя" 108-й МСД в/ч пп 51854, певица первого состава военного ВИА "Каскад", март 1981-июль 1983 года
  
   ---- Вера КУЧИНА, медсестра
  
  70. Cемейная пара Вера КРЮЧКОВА (КОРНЕЙЧУК) и Владимир КРЮЧКОВ, Баграм, она - продавец военторга в/ч пп 51905, 1987-1988, он - механик дизельных электрогенераторов, 1987-1988
  
  71. Людмила Анатольевна СНАРСКАЯ, Пули-Хумри, госпиталь, медсестра, инфекционное отделение
  
  72. Александра ГУНАЗА, Кундуз, помощник начальника финансовой службы
  
  73. Газетная статья Натальи Владимировны ФИНАЕВОЙ (ДУБРОВИНОЙ), Кандагар, военторг, 1985-1987
  
  74. Газетная статья Татьяны Валерьевны ПАРХОМЕНКО, Баграм, в/ч пп 77926, бухгалтер продслужбы 26 ОИАБ, аэродромный инженерный батальон, 1986-1988
  
  75. Газетная статья Татьяны ГОНЧАРЕНКО (ШИБЕКО), Гардез, бухгалтер
  
  ---- Галина КОСЕНОК, Кабул, зав. секретным делопроизводством в разведывательном отделе штаба 40-й армии
  
  ---- Мария КИЯНКО, машинистка штаба (?)
  
  ---- Татьяна СОЛДАТОВА
  
  ---- Марина ПЕТРУШЕНКО
  
  76. Газетная статья А. СМОЛИНОЙ, Джелалабад, нач. канцелярии военной прокуратуры, 1985-1988
  
  77. Наталья ЕРМАКОВА (погибла 29 ноября 1986 года), ещё должности не было, погибла через шесть дней после получения в военкомате родного города командировочного предписания
  
  78. Нина Григорьевна РЯБЧЕНКО, Баграм, кастелянша медсанбата в/ч пп 93982, 1984-1886
  
  79. Виктория Вячеславовна МЕЛЬНИКОВA (погибла 29 января 1987 года), Джелалабад, рентгенлаборант в 834-м военно-полевом госпитале особо-опасных инфекционных заболеваний в/ч пп 93976
  
  80.
  
  
  
  
  
  
  

68. Газета "Заполярный вестник" NN 9, 10 от 14, 21 марта 2014 г., г. Нарьян-Мар

  

"Выжила, чтобы ЖИТЬ!"

  Многие годы Татьяна МЕЛЬНИК(1) видит один и тот же сон: раскалённая земля Афганистана, войсковые части на высокогорном плато в Кундузе, окружённые высочайшими горами со снежными шапками... Ей знакомы эти места: здесь она, единственная женщина-военнослужащий из Архангельской области, служила в далёком 1983 году. И снова назначение в ту же дивизию, вот только лица все незнакомые, новые, как будто эта война начинается для неё заново. Она вернулась...
  
  
  
 []
  Мельник Татьяна. Кабул, 1984 год
  
  Этот сон переносит в далёкие тяжёлые армейские будни, но воспроизводится сейчас в памяти, как всего лишь фрагменты документального фильма, где она просто принимает участие. Вспоминает Татьяна Фёдоровна:
  
  - Сейчас вижу все события как будто со стороны. Это была настолько другая среда, что с годами уже не верится в её реальность. Всех сослуживцев раскидало по стране (Новокузнецк, Прокопьевск, Грозный), а на расстоянии дружба не может длиться годами - потерялись со временем. А жаль...
  
  
Детство и юность в Заполярье
  
  Сегодняшняя архангелогородка, Татьяна Мельник, родилась и училась в посёлке Белушье Ненецкого автономного округа, восьмилетку завершила в Нижней Пёше, а в 1973 году окончила Нарьян-Марское педучилище. Воспоминания о Нарьян-Маре, где провела четыре года, сохранились на всю жизнь.
  
  - Сначала мы жили при педучилище на ул. Смидовича. Потом переехали в новое общежитие на улицу Пионерскую. Стипендия была 20 рублей, а на старших курсах 35 рублей. И это при том, что нас обеспечивали готовым питанием в столовой! Правда, мы его часто пропускали, так как ходить было далеко, в район бывшего кинотеатра 'Арктика' к Морскому порту. Со стипендии могли себе позволить купить сырокопчёной колбаски, она продавалась в 'Заре' из больших бочек, хранилась в стружках. Такого нигде больше не видела. А вкус отменный, незабываемый! Как и лимонад, который производили в Нарьян-Маре. Раз в год нас обеспечивали одеждой: можно было прийти в универмаг и выбрать то, что душа пожелает, на какую-то определённую сумму, кажется, 200 рублей. Годы учёбы в педучилище вспоминаю с большой теплотой. Училась легко, весело, дружно. Интересная, познавательная программа не тяготила, не омрачала. И педагоги были очень даровитые, особенно Тамара Андреевна ДУРКИНА, Римма Александровна КОТКИНА. Очень горжусь, что окончила именно это учебное заведение!
  
  В годы учёбы в Нарьян-Маре в жизнь Татьяны Мельник прочно вошло увлечение музыкой. В педучилище она играла на фортепиано под руководством любимого преподавателя Светланы Александровны ЕПИФАНОВОЙ. А ещё очень любила петь. Хор в педучилище был известный, им руководила Вера Николаевна ШЕРСТОБОЕВА, аккомпанировал Валерий Петрович СИДОРОВ. Песни раскладывали на партии четырёх голосов и пели, пели, пели.
  
  
От 'застоя' - хоть на войну!
  
  Любовь к пению проявилась даже... на службе. За вопрос об участии в художественной самодеятельности Татьяна Фёдоровна неожиданно поблагодарила:
  
  - Редко кто об этом спрашивает... У нас воинская часть была уникальной - советский госпиталь, так что девчонок было, как ни в какой другой части. Вот мы на фото в Кабуле, 1984 год. Здесь все медсёстры, меня тут по росту можно узнать, стою в центре, запевала. Благодаря этому хору побывала во многих войсковых частях, как советской, так и афганской армии. Были у меня и сольные выступления.
  
  
 []
  Хор военного госпиталя. Кабул, 1984 год
  
  
  На службу Татьяна попала, вдохновлённая примером старшего брата, Сергея Ивановича МАЛЬКО. Он - кадровый военный, окончил академию, служил на должности начальника штаба полигона Ашулук в Астраханской области. Но были и другие, более сложные причины, по которым молодые люди того времени уезжали в афганское пекло:
  
  - Если помните, Ограниченный контингент советских войск был введён в Афганистан в конце 1979 года. Солдаты служили там после "учебки" полтора года, так что именно в 1982-м они возвращались, вставали у нас на учёт. Я тогда служила делопроизводителем в Октябрьском военкомате Архангельска (звание ефрейтор). Всегда расспрашивала демобилизованных про Афганистан. Меня это волновало. Кто жил в те годы в СССР, тот меня поймёт. Это было время настоящего 'застоя', от которого хотелось бежать без оглядки, возможно, в другую страну. Постепенно желание переросло в потребность. Как военнообязанной, да ещё работнику военкомата, можно было бы оформиться в ГСВГ (группу советских войск в Германии) или в Польшу. Но для меня стало важным испытать себя именно в горячей точке. Думаю, если бы я жила в 1930-е годы, то уехала бы в Испанию. Так что это было моё собственное желание - уехать на два года в Афганистан. А то, что имела среднее специальное образование и два года срочной службы - это те данные, по которым меня уже в Афганистане призвали на военную службу прапорщиков. Но первый год работала в Кундузе, как служащая Советской Армии, делопроизводитель-машинистка одной из войсковых частей 201-й мотострелковой дивизии.
  
  
'Хофафонаи шурави оскари'
  
  Так на языке дари звучало название Центрального военного клинического госпиталя N 650 в Кабуле, где Татьяна Фёдоровна служила начальником административного отделения или строевой части. Это был госпиталь для лечения советских солдат и офицеров, рассчитанный на 600 коек. Задачей врачей было восстановить здоровье военнослужащих для продолжения службы в Афганистане, а всем 'тяжёлым', кто уже не встанет в строй, оказывали необходимую помощь, оперировали и отправляли в Союз.
  
  Вспоминает Татьяна МЕЛЬНИК:
  
  - Именно этим коротким словом СОЮЗ мы все называли родину (был в Афганистане свой армейский сленг). У госпиталя было несколько подразделений (например станция переливания крови, пункт приёма и отправки тел погибшего личного состава и др.) и огромный филиал на 1 тыс. коек - инфекционный. Самыми распространёнными заболеваниями были гепатит, брюшной тиф, паратиф, малярия. Неизвестно, что было страшнее: угроза ночных обстрелов душманов, опасность наступить на мину или контакт с заражённым. Но меня 'аллах', очевидно, миловал. К нашему госпиталю был также приписан самолёт ЭВАКУАТОР с самым современным по тем временам медицинским оборудованием. На его борту медперсонал оказывали всю необходимую помощь раненым. А я выписывала и согласовывала медперсоналу командировки на пересечение границы, командировки в Союз, отпуска, документы на демобилизацию солдат. Согласование было в штабе 40-й армии, который располагался в ТАДЖ-БЕКЕ, бывшем дворце Амина. В этом здании приходилось бывать почти ежедневно. Путь к зданию штаба был не близкий, ехала через весь Кабул в сопровождении автоматчиков.
  
  
'Главное - вернуться живой...'
  
  Тоска по мирной жизни стала особенно острой после страшного июньского дня 1984 года, когда в госпитале отмечали День медицинского работника: доклад командира (он же главврач), награждения лучших и концерт с участием нашего госпитального хора... Но запомнился тот день по-другому.
  
  - Под вечер весь персонал госпиталя и все наши пациенты, кто мог передвигаться, собрались в клубе на торжественное собрание по поводу праздника, -- рассказывает Татьяна Федоровна. В этот момент душманы прицельно запустили по нашей войсковой части (а это в центре города) два прицельных снаряда. Взрыв застал меня в коридоре модуля и взрывной волной отбросило на несколько метров. Тяжело пострадала операционная глазная медсестра Зоя Паутова, у неё оторвало ступни ног. В состоянии болевого шока она ещё успела выбежать на улицу, как в модуле тут же занялся пожар...
  
  Позже, навещая в госпитале раненых друзей, уставшая и поседевшая женщина думала о том, как хорошо и мирно дома. Северная прохлада, снега и болота вспоминались, как рай на земле. Поскорее бы вернуться домой. Главное выжить в этом пекле, выжить - остаться в живых. Это для всех советских солдат и офицеров было важнее любых наград.
  
  За доблестную службу прапорщик Советской армии Татьяна Фёдоровна МЕЛЬНИК награждена грамотой Президиума Верховного Совета СССР 'Воину-интернационалисту', юбилейной медалью '70 лет Вооруженных сил СССР' от имени Президиума Верховного Совета СССР, медалью 'Воину-интернационалисту от благодарного афганского народа', памятной медалью '15 лет вывода Советских войск из ДРА' от имени комитета воинов-интернационалистов СНГ.
  
  Вернувшись домой, она долго не могла понять людей, которые тратили драгоценные дни жизни, решая мелочные проблемы. В то же время окунуться 'с головой' в водоворот мирной жизни сразу не получалось, казалось, что война и смерть въелись в каждую пору кожи, и такой как прежде, уже не стать.
  
  
Приносить людям радость
  
  Природное жизнелюбие настоящей северянки всё-таки взяло верх. Татьяна МЕЛЬНИК, как никто другой, поняла смысл фразы 'жить полной жизнью'. После войны она окончила институт, стала профессиональным экскурсоводом. Посвятила себя краеведению и общественной работе:
  
  - Приносить людям радость - что может быть лучше! В разное время преподавала в архангельском лицее историю, философию, социологию, обществознание. Но любимым предметом остаётся краеведение. Это стало призванием на всю жизнь. На моих экскурсиях люди не только со всей России, но и многих стран. Знакомые повсюду, только времени на общение часто не хватает, много сил отдаю общественной работе. Ещё больше занимаюсь архивными исследованиями, являюсь членом Архангельского отделения Российского общества историков-архивистов. Всегда помню о своей малой родине, в память основателей родного посёлка и при финансовой поддержке администрации Заполярного района (спасибо Александру Вячеславовичу Безумову!) удалось издать книгу 'Рыбацкий посёлок Белушье' (Архангельск, 2012).
  
  Татьяна Фёдоровна организовала Белушское землячество и на периоде становления шесть лет была председателем этой региональной общественной организации. Весной этого года белушане будут праздновать свой 15-летний юбилей землячества.
  
  И напоследок собеседница поделилась сокровенным:
  
  - Очень хочется ещё раз побывать в Нарьян-Маре! Пройти по знакомым улицам и вспомнить свою юность, которая начиналась там. Посетить любимое педучилище, навестить родственников в Кармановке, в Мирном. Знаю, что город стал совершенно другим, современным. Это очень радует, но и волнует одновременно. Трудно представить Нарьян-Мар по-новому.
  
  
 []
  
   []
  
   []
  
    []
  
  Инга Артеева
  http://zvplus.ru/index.php?id=4
  
  _____________________________________________
  (1) - eщё одна газетная статья о Татьянe МЕЛЬНИК находится здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/text_00124.shtml#58
  
  Личные воспоминания Татьяны МЕЛЬНИК находятся здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/s01c.shtml --- и здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/s01d.shtml - A.C.
  
  
  
  
  

69. "Российская газета" от 8 мая 2014 года

  

"Проверено, льгот нет"

  
  
 []
  
  
Женщины, прошедшие войну в Афганистане, не получают поддержки от государства
  
  В этом году в нашей стране отметили 25-летие вывода советских войск из Афганистана. А в 2015-м исполнится 20 лет "забытому полку", который сформировался из воевавших там женщин. О них сейчас предпочитают даже не упоминать.
  
  
А л ь ф и я
  
  "Ограниченный контингент советских войск" перешел через Амударью в декабре 1979 года. В нашей стране войну на чужой территории называли "помощью братскому народу Афганистана" и "выполнением интернационального долга". В советских газетах ничего не говорили ни об убитых и раненых, ни о жизни в палатках под палящим солнцем днем и в пронизывающем холоде ночью. Поэтому Альфия Кагарманова(1) согласилась на работу в Афганистане не раздумывая.
  
  Ее военная судьба началась в Ленинграде с романтической истории. Аля познакомилась с немцем Вольфгангом практически случайно, но дружеская переписка молодых людей со временем заставила обоих желать встречи. И девушка попросилась на работу в группу советских войск в Германии, а когда предложили вместо этого поехать в Афганистан - тоже не отказалась. Во-первых, она была комсомолкой. А во-вторых, просто не знала, что ее ждет.
  
  Так Аля стала одной из первых советских женщин, оказавшихся в Афганистане. В Ленинграде она училась на факультете журналистики, поэтому здесь занялась привычным делом - писала и редактировала материалы для местной войсковой газеты. И заодно участвовала в самодеятельности. Военный вокально-инструментальный ансамбль, в первом составе которого пела Альфия, впоследствии стал знаменитым "Каскадом". А еще в составе войсковой агитбригады ездила по селам и рассказывала женщинам Афганистана о том, как живется в советской стране. Военные брали с собой девушек из-за местного обычая, запрещающего мужчинам входить на женскую половину. Этим, кстати, часто пользовались душманы.
  
  Рассказывая о том, что она видела своими глазами, Аля смотрит вверх и немного вбок, чтобы слезы не пролились.
  
  - Когда я приехала в 1981 году, все еще только начиналось. И жили в палатках, и госпитали были в палатках, - говорит она. - Смертность была ужасная, потому что никто не умел работать в полевых условиях. Бинты сестрички стирали, как в Великую Отечественную, не хватало шовных материалов - брали парашютные стропы, разбирали на нити и шили. Не хватало медикаментов, и инфекционными болезнями переболели все - дизентерия и гепатит косили наших наравне с душманами.
  
  Сама Аля пролежала в госпитале-палатке два месяца. Формально им запрещалось есть и пить у местных, но на Востоке такой отказ - большое оскорбление. И угощение приходилось принимать, хотя в домах царила страшная антисанитария. Говорит, выжила потому, что имя Альфия в переводе с арабского означает "живущая тысячу лет". И еще спасибо главврачу баграмского госпиталя - не отпустил в Ташкент. Там палатки для инфекционных больных ставили прямо на улицах, и медпомощи успевали дождаться не все.
  
  - Только когда смертность достигла кошмарного уровня, прибыла специальная комиссия, и после проверки в Афган пошли и врачи, и медикаменты, и донорская кровь, - говорит Альфия. - Если б это все было в начале войны, сколько можно было бы сохранить жизней...
  
  
Служащие и военнослужащие
  
  Воинам-интернационалистам и семьям, опаленным Афганом, - вдовам и матерям, потерявшим сыновей, полагались значительные льготы, в том числе жилье и садовые участки вне очереди, скидки на оплату коммунальных услуг и на проезд в общественном транспорте. Однако многочисленные изменения в законодательстве оставили без внимания женщин, которые прошли этот путь бок о бок с мужчинами-афганцами.
  
  Статья 3 Федерального закона "О ветеранах", принятого в 1995 году, прямо относит к ветеранам боевых действий всех, кто направлялся "на работу в Афганистан в период с декабря 1979 года по декабрь 1989 года и отработал установленный при направлении срок либо был откомандирован досрочно по уважительным причинам". Однако при распределении льгот эта категория имеет право только на преимущественное обеспечение путевками в санаторно-курортные организации, преимущество при приеме в садоводческие, огороднические и дачные некоммерческие объединения граждан, а также право на использование ежегодного отпуска в удобное для них время. И еще приоритет при установке квартирного телефона. По нынешним временам не столько смешно, сколько унизительно.
  

Изменения в законах оставили без внимания женщин, которые прошли свой путь бок о бок с воинами-афганцами

  И Аля, и другие женщины могли попасть в Афганистан только по линии министерства обороны. В ее трудовой книжке есть запись о том, что она принята на работу машинисткой в войсковую часть. В архивной справке, выданной Центральным архивом министерства обороны, сказано, что имеется приказ командира войсковой части полевой почты 51854 N 75, согласно которому "полагать прибывшими: 21.08.1981 служащую Советской Армии Кагарманову А. М. зачислить в списки личного состава части, на все виды довольствия". В той же справке сказано, что эта военная часть все десять лет принимала участие в боевых действиях.
  
  Но телефонистки, машинистки, повара, официантки, бухгалтеры и медсестры, работавшие в военных частях, в законе не считаются военнослужащими. Они были просто служащими и теперь лишены реальных льгот. Им даже не зачли в рабочий стаж "год за полтора", как это было во времена СССР.
  
  - Обиднее всего за медсестер, - говорит Аля, - они же больше всех кровь и смерть видели. Донорской крови не хватало - сдавали литрами, падали - но сдавали. Это разве не подвиг? Ребята ходили на боевые операции не каждый день, а они все два года глаза им закрывали и на последний призыв "Мама!" говорили своим ровесникам: "Я здесь, сынок..."
  
  
Знак неравенства
  
  Унизительная дифференциация действует только в отношении "афганок". К примеру, к числу участников Великой Отечественной войны тот же закон относит лиц вольнонаемного состава, занимавших штатные должности в воинских частях, штабах и учреждениях, входивших в состав действующей армии. Когда готовился этот материал, в оправдание такого разного подхода мне не раз говорили о том, что в Афганистан женщины ехали добровольно. Но разве в 1941 году было по-другому?
  
  - Я окончила Ленинградский институт культуры и была военнообязанной как медсестра гражданской обороны, - рассказывает Вера Кучина. - Однажды зимой в четыре часа утра меня вызвали в военкомат и сказали, что надо ехать в Афганистан. Нас не заставляли, но настойчиво попросили. Заверили, что там будет абсолютно безопасно, а на "посоветоваться с мамой" дали десять минут.
  
  Теперь таким, как Вера и Альфия, отказывают даже в выдаче ветеранских удостоверений. Военкоматы привычно ссылаются на то, что женщины не были военнослужащими и не принимали участия в боевых операциях.
  
  - Мы все были там на боевом положении. Все, кто был в Афганистане, считаются бойцами 40-й армии, - возмущен профессор кафедры общей хирургии ВМА Петр Зубарев, в 1980- 1982-м - армейский хирург кабульского госпиталя. - И тех, кто отказывает в получении удостоверения, надо наказывать - они не имеют права. Удостоверение воина-интернационалиста должно быть у всех участников тех событий.
  
  Наверное, равнять боевых офицеров и продавщиц, телефонисток, поварих было бы все же неправильно. Но так же неправильно полностью замалчивать факты о том, как вчерашние школьницы подрывались на минах или брали автоматы из рук убитых бойцов, которые должны были их охранять. На этом фоне тем более унизительным выглядит ответ из комитета по делам ветеранов Государственной Думы РФ, в котором фактически сказано: "Для вас денег нет".
  
  "На основании того, что данные граждане не обладали статусом военнослужащих, для внесения изменений в пункт 1 статьи 16 ФЗ "О ветеранах", к сожалению, правовых оснований не имеется, - говорится в ответе первого заместителя председателя комитета Франца Клинцевича. - Вместе с тем не скрываем, что законопроекты, требующие дополнительных финансовых затрат из федерального бюджета, как правило, не поддерживаются федеральными органами исполнительной власти и в результате не находят своего правового разрешения".
  
  От редакции:
  
  Просим считать данную статью официальным обращением к органам законодательной власти с просьбой обратить внимание на положение гражданских лиц, направлявшихся на работу в Афганистан, и принять меры к восстановлению социальной справедливости.
  
  

Прямая речь

  Сергей Анденко, вице-спикер Законодательного собрания Санкт-Петербурга (более двух лет занимался спасением раненых в Афганистане):
  
  - Вопрос крайне сложный. Конечно, сравнивать ребят, которые шли в бой в горы, и вольнонаемных, работавших в госпитале, - это не совсем корректно. Нарушается принцип справедливости. Но, к примеру, вручать высшие правительственные боевые награды спортсменам - это тоже неправильно. Летчик или пехотинец готов был погибнуть и совершил подвиг, а лыжник или фигурист упорно тренировался и достиг результата. Да, за такие достижения необходимо поощрять, но это должна быть отдельная награда за высшие достижения в спорте, а никак не звание "Герой России". Точно так же и в случае с афганской войной: меры социальной поддержки необходимо установить для всех, но они все же должны отличаться. Дифференциация оправданна, хотя и не в такой степени, как сейчас.
  
  Мария Голубкова (Санкт-Петербург)
  http://www.rg.ru/2014/05/08/reg-szfo/afganki.html
  
  
  A.C.: Вопрос к Сергею Анденко, вице-спикеру Законодательного собрания Санкт-Петербурга, чьё высказывание приведено несколькими строками выше: "Упоминая, что женщины-"афганки" не достойны льгот, имеющихся у военнослужащих, почему же вы, Сергей Анденко, не вспомнили военнослужащих 60% войсковых частей, которые в Афганистане НИКОГДА в боях не участвовали? Почему себя причисли к категории, достойной льгот, а девчонок, работающих бок о бок с вами, поставили за черту? Когда предают сослуживцев, то эти предатели достойны презрения. Без вариантов."
  
  ____________________________________________
  (1) - личные воспоминания Альфии находятся:
  - в тексте "А л ь ф и я" здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/s01w.shtml
  - в тексте "Каскад". История создания ансамбля или творчество, рождённое войной" здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/s01w1.shtml
  Личные фотографии Альфии находятся в "Баграм, фотоальбом N 1" здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/4.shtml#36 - A.C.
  
  
  
  

70. Газета "Тульские известия" N 187 от 14 декабря 2012 года

  

Они были на одной войне

  
 []
  
  Когда забыты люди, защищавшие интересы Родины и исполнявшие гражданский и интернациональный долг, не может идти речь о патриотическом воспитании молодежи... Вспоминая войну в Афганистане, мы, как правило, ведем речь о солдатах и офицерах - участниках боевых действий: воевавших, раненых, погибших в боях и вернувшихся домой в 'черных тюльпанах' или пропавших без вести. И так повелось, что на втором плане остаются ветераны из числа вольнонаемных, которые работали в Республике Афганистан по контракту. Кто-то ехал туда от военкомата, кто-то попадал 'по партийной линии'.
  
  
  
За деньгами или за романтикой?
  
  Введение войск в Демократическую Республику Афганистан сразу 'ознаменовалось' непредвиденными потерями. За потоком погибших шел еще больший поток раненых и пострадавших от инфекционных заболеваний. Бойцов не всегда удавалось вовремя переправить в Союз - возникла необходимость создать условия лечения на месте. Тогда и было принято решение о привлечении в Афганистан специалистов, которые должны в кратчайшие сроки построить госпитали, медсанбаты и городки для проживания обслуживающего персонала: медиков, водителей, строителей, переводчиков, обеспечить их человеческими условиями быта, ведь ни света, ни воды в горах не было.
  
  В эту азиатскую страну ехали по оргнабору добровольцы, воспитанные на подвиге дедов, разгромивших фашизм. Военкоматы сулили им выслугу год за полтора, двойной оклад и 220 чеков на месте, внеочередное приобретение автомобиля и жилья. При оформлении говорили, что смерть 'там где-то, за перевалами и ущельями - вас она не коснется'. На самом деле фронта и тыла на афганской земле не было, против Советской армии велась партизанская война, обстреливались городки, минировались дороги, душманы нападали на автоколонны.
  
  - Я проходил срочную службу на турецкой границе и уже там несколько раз подавал рапорт о направлении в ДРА, - вспоминает вольнонаемный Владимир Крючков. - Но командир части, не питавший иллюзий насчет того, что делается за кордоном, по-отцовски жалел меня и упорно отказывал...
  
  После возвращения на гражданку Владимир своему желанию не изменил и все-таки уехал в Афганистан. Что позвало туда парня? Обещание больших денег? Романтика? Желание повидать мир, укрытый за железным занавесом?
  
  В 1985 году Владимир Крючков работал на заводе 'Тулаточмаш', обслуживал линию из восьми станков, получал достойную зарплату (400 рублей в месяц), был на хорошем счету. На родном предприятии парню написали отличную характеристику. Владимир не был членом ВЛКСМ, но секретарь райкома комсомола, взглянув на заводской документ, сразу посоветовал: 'Пиши заявление к нам, и мы тебе выдадим характеристику не хуже'. Последняя была из райкома партии.
  
  В Афганистан отбирали лучших специалистов. Конкурс доходил до 30 человек на место. Однако хорошие отзывы сыграли свою роль...
  
  Владимир, единственный ребенок в семье, пожалев родителей, сообщил, что едет в Германию. Работа в ГДР в те годы была пределом мечтаний для многих советских граждан. Обрадовавшись за сына, родители стали готовить проводы. И только соседка, случайно заскочившая к Крючковым, вернула их с небес на землю: 'ДРА - это не ГДР, это не Германия, а Афганистан!' Мать кинулась в слезы, но было уже поздно: сын улетал через два дня.
  
  По распределению Владимир попал в Баграмский гарнизон. Там и познакомился со своей будущей женой. Вера(1) тоже приехала работать в Афганистан. Дочка состоятельных родителей не испытывала недостатка в деньгах, верила в светлое будущее и хотела помочь дружественному народу. Получив на руки положенные документы, она, как и Владимир, слукавила матери, что едет в Германию. Отец в то время был в санатории, и ему ничего объяснять не пришлось. Истинное место назначения дочери родители узнали через несколько недель от знакомого военкома. Но Вера была уже далеко...
  
  
  
О КЗОТе и непредвиденной работе
  
  - Моя работа была связана с обслуживанием дизельных электрогенераторов, которые обеспечивали энергией военный гарнизон в Баграме, давая возможность оперировать раненых и готовить пищу, взлетать самолетам и корректировать огонь орудий, - рассказывает Владимир Крючков. - Часто приходилось передвигаться, поэтому по приказу командующего армией мы не имели права выйти из расположения воинских частей без оружия. Проживали вместе с военнослужащими, делали одно общее дело и рисковали наравне с солдатами и офицерами, находившимися в обеспечении боевых действий.
  
  Как-то в одну из дизельных установок, расположенную в высокогорной местности, попала мина. Боеприпас не сработал, но из строя вышел запасной дизель-генератор, без света остался целый батальон. Саперы, оценив обстановку, развели руками: мину извлечь нельзя, нужно взрывать на месте.
  
  После долгих совещаний было решено завалить поврежденный агрегат мешками с песком, а запасной - отремонтировать. Вместе с товарищем выполнять опасное дело вызвался и наш земляк. Ребята надели каски и бронежилеты... О том, что в КЗОТе нет ни строчки об осуществлении такого вида работ, как-то не думалось... К счастью, поручение выполнили на 'отлично', все остались живы и невредимы и даже получили медали 'За трудовую доблесть'.
  
  А Вера работала в Военторге. Вместе с коллегами она инспектировала магазины в других подразделениях. И тоже старалась не думать, что машина в любой момент может нарваться на мину,попасть в засаду или под артобстрел; что пули, летящие с 'зеленки', гоняются не только за военными. Кстати, работников Военторга из числа вольнонаемных погибло больше всех.
  
  - Да что мы, вот медсестрам было труднее всего, - размышляет о прошлом Вера Крючкова. - Они наравне с военными врачами стояли у операционных столов по двенадцать часов в сутки. Бывало, начинался обстрел, люди разбегались кто куда, а медики продолжали вытаскивать раненых солдат с того света. Как-то снарядом снесло угол стены в операционной, а на столе - раненый солдат. И никто не ринулся спасать свою жизнь - спасали бойца.
  
  Когда шли боевые операции, поток раненых был особенно велик. Посыльные бегали по коридорам жилых модулей и стучали во все двери, сообщая группу крови, срочно требующуюся для переливания. Вольнонаемные неслись стрелой по первому зову. И ведь никому не стукнуло в голову после каждой сдачи прихватывать справочки, чтоб сейчас трясти ими перед носами чинуш, которые об этом забыли или вовсе не знают... О себе они думали в последнюю очередь. Считалось, что о них и без того позаботится государство.
  
  
  
Засекреченные и вычеркнутые
  
  Через Афганистан прошли более 50 жителей Тульской области, отправившиеся навойну 'по контракту'. По погибшим вольнонаемным официальные данные засекречены, но точно известно, что были такие и среди наших земляков. Те же, кто вернулся живым, давно стали инвалидами: эхо войны настигло каждого, ведь Афганистан - это не только пулевые и осколочные ранения, это контузии, тиф, гепатит, малярия, сильнейшие стрессы от пережитого и увиденного. Но если военнослужащие, ушедшие в запас, могут поправить пошатнувшееся здоровье, пройдя реабилитацию, то бывшие вольнонаемные сегодня лишены даже этого. Так вышло, что их вычеркнули из списка льготников.
  
  Согласно п. 5 статьи 3 Федерального закона 'О ветеранах' от 12.01.1995 г. вольнонаемные причислены к категории ветеранов боевых действий. К ним относятся лица, направлявшиеся на работу в Афганистан в период с декабря 1979 по декабрь 1989 года, отработавшие установленный при направлении срок либо откомандированные досрочно по уважительным причинам. Однако закон о монетизации обошел этих людей в части ежемесячных денежных выплат, предоставления набора социальных услуг. Хотя другие граждане, относящиеся к категории ветеранов боевых действий, получают меры социальной поддержки на государственном и региональном уровнях.
  
  - Денежное пособие - это, конечно, здорово, но еще лучше - справедливость, - уверен Владимир Крючков. - Сегодня в военкоматах висит лозунг: 'Прояви сознательность - послужи Отчизне!'. Я служил стране и в погонах, и без погон, потому что меня с детства воспитывали любить Родину и отзываться на любой ее призыв о помощи. Парни, идущие в армию и присягающие на верность Отечеству, должны знать, что страна не забудет тех, кто готов отдать за нее жизнь, и всегда будет заботиться о них. Когда-то я был уверен, что это аксиома для всех времен и народов. Только вышло, что отношение страны к вольнонаемным служащим говорит как раз об обратном...
  
  
  
Бесспорные герои
  
  Несмотря на сложившуюся несправедливость, Владимир Крючков вспоминает Афганистан не с озлобленным сердцем. Три года командировки на войну подарили ему умение разбираться в людях, ценить жизнь, а еще - много настоящих друзей, с которыми до сих пор может разделить горе и радость. На выжженной солнцем земле он встретил свою единственную любовь. Война войной, а жизнь продолжалась: дружили, любили, женились. Была свадьба и у Володи с Верой, был свадебный 'кортеж' из БТРов от Баграма до Кабула, и был даже 'свадебный' генерал: этот армейский чин провел молодоженов через все посты закрытого на несколько дней Кабула в консульство, чтобы там законно оформили семейные отношения.
  
  Вера, улетая в декрет домой, попала под сильнейший обстрел на аэродроме и чудом осталась жива. Родственники были уверены, что у такой отчаянной мамочки может родиться только сын, поэтому, когда на свет появилась девочка, ее три месяца упорно называли Костиком. Когда же пришла очередь покинуть Афганистан и Владимиру, он первым делом сходил в парикмахерскую и закрасил седину. В Кемерово туляк прилетел смуглый и черноволосый. А через год, когда отец Веры приехал к молодым в Тулу, Владимир встретил его белый как лунь. Пожилой тесть только вздохнул тогда: 'Довела-а'.
  
  ...Алина - дочка Крючковых - давно выросла. Она не участвует в спорах, правы были ее родители, отправляясь на работу в Афганистан, или нет, 'вольные' они или все-таки 'добровольцы'. Родина в этом так и не разобралась. А для Алины ее папа и мама - бесспорно самые настоящие герои.
  
  Людмила ИВАНОВА
  Елена КУЗНЕЦОВА
  
  www.tnews.tula.net
  
  __________________________
  (1) - немного военных воспоминаний Веры поставленo здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/00111.shtml#42 - A.C.
  
  
  
  

71. Книга "Живая память Афгана"

  

Сестра милосердия

  
  
 []
  
  По натуре Людмила Анатольевна СНАРСКАЯ - романтик. Ее всегда тянуло куда-то в неизведанное, хотелось испытать себя, опробовать свои силы и характер в чем-то незаурядном, значительном. Поэтому, когда в Далматовскую районную больницу позвонили из военного комиссариата и предложили желающим поработать в военных госпиталях Афганистана, она, к удивлению многих подруг, с готовностью согласилась.Сборы были недолгими.
  
  Пули-Хумри - маленькая точка на карте, раздираемой политическими и религиозными войнами страны, куда занесла ее судьба на долгих два года, даже из иллюминатора вертолета выглядел как незаметное поселение. Унылые, серые глинобитные постройки, обнесенные глухими дувалами, реденькие зеленые островочки среди серой степи. Светлым пятном на этом унылом фоне выглядел лишь военный госпиталь, построенный для лечения личного состава ограниченного контингента наших войск.
  Что это именно он, Людмила Анатольевна поняла еще в воздухе. Только открылись двери кабины вертолета, дохнуло сухостью и жаром, вездесущей пылью. Летчики смотрели, будто спрашивали: "Ну как, доброволец?" Она со своим чемоданчиком шагнула вперед решительно. Будто вызов всем - смотрите мол!
  
  Людмила Анатольевна была назначена сестрой милосердия в инфекционное отделение. Брюшной тиф, малярия, вирусный гепатит - наиболее частые заболевания, преследовавшие наших ребят в этой отсталой в медицинском отношении стране. Больных желтухой порой было больше, чем раненых. Ей приходилось лечить и молодых солдат с седыми, как у стариков, головами, парней, живьем горевших в боевых машинах пехоты, танках и бэтээрах, подорвавшихся на минах, мучившихся от адской боли контузий, ранений и изнуряющей жары. И удивляло ее больше всего то, что они, едва став на ноги, уже буквально рвались из госпиталя в свои подразделения к товарищам, собирали гостинцы для ребятишек местных кишлаков.
  
  - Перенасыщенность отделения была постоянно очень большая, - рассказывает Людмила Анатольевна. - Если в Далматовской районнной больнице у меня под наблюдением 25 больных, то там их количество доходило до 250. Бывало, даже коек не хватало. Работы было очень много, но и помощников тоже. Ребята помогали друг другу в этих условиях.
  
  Судьбу не угадаешь. Ну кто бы мог подумать, что именно здесь, в далеком Афгане, встретит Людмила Анатольевна свою любовь и судьбу, выйдет замуж. Муж тоже медик, как и она. Приехал в Афганистан по зову сердца с Украины.
  
  Закончился срок службы, и они, обнявшись, на бронетранспортере с попутной колонной, счастливые, отправились домой, в Союз. Как позднее убедились, действительно счастливые и удачливые. Через несколько дней после их отъезда госпиталь взорвали.
  
  И снова Людмила Анатольевна СНАРСКАЯ работает в родной больнице. Белоснежный халат, добрая улыбка, заботливые руки и благодарность выздоравливающих людей. Чего еще желать сестре милосердия в жизни?
  
  Михаил Болотов,
  г. Далматово
  
  https://e.mail.ru/attaches-viewer/?x-email=smolinaalla55%40mail.ru&offset=0%3B2&id=14299903000000000591&_av=14299903000000000591%3B0%3B2
  
  
  
  

72. БЕЗФОРМАТА.RU, 14.02.2014 19:35

  

25-летию вывода Советских войск из Афганистана посвящается...

  
  Афганская война - бессмысленная и беспощадная. Такой она останется в истории. Девять лет, один месяц и девятнадцать дней под палящим азиатским солнцем. Почти 15 тысяч убитых, еще больше раненых, сотни пропавших без вести. Участниками боевых действий стали 298 жителя нашего города. Среди них Виталий Николаевич Гуназа. Старший прапорщик автомобильной бригады. В общей сложности провел пять лет за рулем автоцистерны с горючим, изъездив недружелюбную страну вдоль и поперек. На войне 'хлебнул' с лихвой, да так, что даже через 25 лет возвращается туда в своих снах.
  
  
Первая командировка
  
  Виталий Николаевич не коренной кинешемец. Но дорога жизни привела его в наш город и не последнюю роль в этом сыграли военные действия в Афганистане. До них, о Кинешме даже не слышал и не помышлял, что берега Волги станут для него родными. На свет он появился в Тирасполе в семье военного. Семья часто переезжала вслед за отцом из одной части Союза в другую. После армии, Виталий решил пойти по следам родителя, став профессиональным военным. Из Москвы был направлен в Липецкий строительный батальон, поднимать тамошний металлургический комбинат.
  
  Будни водителя особым разнообразием не баловали, поэтому в 1982 году по собственному желанию написал рапорт о направлении в Афганистан. Хорошо понимал куда ехал, за спиной было 15 лет выслуги и о том, что происходило в соседней стране, осведомлен был отлично.
  
  Он был прикомандирован в автомобильную бригаду в городе Кабул и поставлен начальником службы по доставке горючего. Почти каждый день приходилось садиться за руль бензовоза и в составе автоколонны доставлять топливо в расположения воинских частей и гарнизонов. Обстрелы со стороны моджохедов были обычным явлением. Вместе с солдатами гибли и водители, горели и взрывались машины. Виталий Николаевич хорошо помнит, как топливо, словно раскаленная лава растекалась по земле, сжигая все вокруг. И часто, чтобы не сгореть заживо, приходилось карабкаться на склоны гор, рискуя погибнуть под пулями.
  
  
Трагедия на Саланге
  
  Этот перевал в горах Гиндукуш вошел в историю Афганской войны как место, где советские войска понесли одни из самых крупных не военных потерь.
  
  Еще в 60-е годы XX века, специалистами из СССР здесь был проложен автодорожный тоннель, связывающий северную и центральную часть страны. Длина сооружения около 3 километров, ширина не более 6 метров. Ежедневно через него продвигались транспортные колонны с горючим. 3 ноября 1982 года одну из колонн возглавлял Виталий Гуназа. Все случилось неожиданно. При прохождении тоннеля, внутри столкнулись две автоцистерны. Весь поток машин замер в каменных галереях. Вперед проехать было нельзя, выехать назад тоже - на подъезде к тоннелю, не имея возможности развернуться остановились десятки машин. Образовалась пробка. Из-за работающих двигателей, пространство каменного мешка быстро наполнилось угарным газом. Выбраться из ловушки мало кому удалось. Солдаты умирали, задыхаясь в дизельных выхлопах. По официальным сводкам погибло 56 военнослужащих и несколько сотен афганцев.
  
  - Меня спасло то, что я на своей машине замыкал колонну и въехать в тоннель не успел. Мы потом два дня растаскивали этот затор, вывозили мертвых. Как оказалось, заглушить двигатели в автоцистернах в тоннеле никто не успел, так они и работали пока солярка не закончилась. Поэтому машины пришлось заново заправлять. Суматоха там была не описать. А ребят жалко. Не в бою погибли, а по нелепой случайности. После этого случая, проезд в Саланге разгрузили. Встречные потоки уже не пускали. День колонна в одну сторону движется, на завтра в другую пускают, а сопровождающим стали выдавать гопкалитовые патроны к противогазам, потому что обычный противогаз от угарного газа защитить не мог. Я еще раз 30 потом через этот тоннель проезжал, но происшествий больше не было, - поделился впечатлениями от пережитого Виталий Николаевич.
  
  В 1984 он вернулся домой. Война осталась позади, направили на реабилитацию в военный госпиталь в Саках. А там снова все ужасы войны увидел - молодые парни без рук и ног, на инвалидных колясках. Там и осознал, что такое счастье возвратиться целым. А могло быть иначе.
  - На протяжении обоих командировок мне везло, ранен был, но никогда серьезно, - снова выдыхает Виталий Гуназа.
  
  
"До сих пор сплю и воюю..."
  
  Во второй раз рапорт в Афганистан написал в 1986 году. Попал в провинцию Кундуз в реактивный дивизион артиллерийского полка. Теперь подвозил не топливо, а снаряды, прямо в разгар боевых действий. Моджахеды устраивали засады на автоколонны с припасами, чтобы войска остались без поддержки. Часто приходилось отстреливаться. Редкий выезд проходил спокойно.
  
  Но на войне нашлось место и любви. Со своей будущей женой познакомился в части. Девушка по имени Александра работала помощником начальника финансовой службы. Приехала сюда в гражданской должности, потом получила, как и Виталий, старшего прапорщика. До конца командировки были вместе, а поженились уже когда вернулись к мирной жизни. Их полк был выведен из Афганистана в сентябре 1988 года. Продолжить службу было предложено в любом городе Московского военного округа. Александра оказалась кинешемкой, она и упросила жениха вернуться в ее родной город. Здесь и сыграли свадьбу. А дослуживали в местной части химбригады. Скоро родились дети: мальчики-близнецы. Виталий Николаевич ушел на пенсию, отдав армии в общей сложности 28 лет.
  
  - Город мне сразу приглянулся. Тихий такой, зеленый. Здесь дали квартиру, выделили участок под дачу. Благо рядом Волга, занялся рыбалкой. Так и успокоился немного, стал забывать пережитое. Но вот по ночам до сих пор спишь и воюешь! Стоишь по середине минного поля и не знаешь как выйти! Просыпаешься в поту и не понимаешь где находишься. Успокаиваешься лишь тогда, когда осознаешь, что это всего лишь сон! - заканчивает рассказ Виталий Николаевич Гуназа.
  
  Фотографий с тех времен осталось немного. Не наберется и на пол альбома. Почти все забрали во время пересечения границы, когда возвращался в Советский Союз. А те что остались, о войне напоминают мало - на них нет оружия. Главное, черно-белые снимки хранят лица тех ребят, кто вместе с ним отправлялся в опасные рейсы. Увидеться с ними, наверное, уже никогда не получится.
  
  Справка Кинешемец.RU:
  15 февраля 1989 года последняя колонна советских войск покинула территорию Афганистана. Это событие ознаменовало для Советского Союза окончание войны. Генерал-лейтенант Борис Громов, согласно официальной версии, стал последним советским военнослужащим, переступившим границу двух стран по Мосту Дружбы через реку Амударья. В действительности, на территории Афганистана оставались как советские военнослужащие, попавшие в плен к душманам, так и подразделения пограничников, прикрывавшие вывод войск.
  
  
 []
  
   []
  
   []
  
   []
  
  http://kineshma.bezformata.ru/listnews/kineshmu-cherez-afganistan-s-lyubovyu/17714386/
  http://www.kineshemec.ru/novosti-goroda-raznoe/16989-v-kineshmu-cherez-afganistan-s-lyubovyu.html
  
  
  
  

73. Газета "Звезда" г. Пермь (14.02.2012)

  

Забытые 'афганки'

  
  Здравствуйте, уважаемая редакция! Очень бы хотелось поднять вопрос российских 'афганок', а если точнее, КАК их предали.
  
  14 февраля 2012
  
  
 []
  
  Прошло уже почти 25 лет, как я вернулась из Афганистана. Самолет Кандагар - Кабул - Ташкент уносит нас все ближе к родному дому, но в теле еще сидит настороженность, ставшая уже привычной и незаметной. Своеобразный иммунитет к невидимой опасности.
  
  Все притихли - в иллюминаторе совсем близко горы. И навязчивая мысль: обидно, если собьют, когда до дома не год, не два - меньше часа. Дом для нас сейчас - весь Союз, мы готовы целовать траву, березки, потому что они для нас тоже Союз. И этот самолет тоже кусочек дома, о котором мечтали, который нам снился по ночам, который мы держали в руках, читая письма. И вот слышен громкий сигнал: наш самолет пересек границу Советского Союза. ВСЁ. Не слышно собственного голоса от восторженных криков и радости. И другой самолет Ташкент - Пермь, и звонок в дверь: 'МАМА! Я ВЕРНУЛАСЬ!' Помню только, что все плакали. А когда утром проснулась, увидела родные стены, кота, свернувшегося в ногах, поняла, что всё - Афганистан стал уже моим прошлым. И острая боль резанула по сердцу - захотелось стучать в стены, бросить все и вернуться. Вернуться туда, где я знала цену жизни, где я была нужна. До сих пор ещё мне снятся 'афганские сны', а проснешься - только боль и тоска, но уже ничего и НИКОГО не вернуть.
  
  С началом боевых действий тысячи советских женщин направлялись в Афганистан по линии Министерства обороны СССР добровольно. Наше поколение было воспитано в духе патриотизма, и мы не могли оставаться в стороне, зная, что армии нужна наша помощь. Мы - ветераны боевых действий, служащие Советской Армии - врачи, медсестры, повара, официантки, продавцы, экспедиторы, парикмахеры, телеграфистки, отдавшие Родине по два-три года своей молодости, перенесшие на своих девичьих плечах все тяготы военного времени, сдававшие литрами кровь для раненых, переболевшие тифом, малярией, гепатитом, вдруг, через двадцать лет после окончания афганской войны, оказались лишенными социальной поддержки от государства. Кстати, в республиках бывшего СССР женщины-'афганки' льготы имеют и приравнены к участникам боевых действий.
  
  Да, мы не воевали, но ведь и 60 процентов войсковых частей в Афганистане в БОЕВЫХ действиях не участвовали. Это военнослужащие армейских, гарнизонных квартиро-эксплуатационных частей, строительных, узлов связи, военторгов, складов (продовольственные, горюче-смазочные, вещевые), учебных центров, отдельных батальонов обслуживания аэродромов, полевых учреждений госбанков, полевых хлебозаводов, зенитно-ракетных полков, банно-прачечных комбинатов и т. д. То есть военнослужащие этих частей исполняли абсолютно те же обязанности, что и служащие, и льготы имеют, хотя за все время службы далее КПП не отлучались. А девчонки - стирающие, штопающие, гладящие бельё, рвущиеся в небе и на земле при доставке сигареток - конфеток, по приказу летавшие на 'боевые'... - ну да, девчонки 'отдыхали на курорте'. Даже те военнослужащие, которые заходили или залетали на территорию Афганистана на пару (!) суток, считаются участниками боевых действий и льготы имеют, а вольнонаемные водители - мужчины, перевозившие грузы для нужд армии в составе военных колонн по территории Афганистана в течение 2 лет, подвергавшие себя ежеминутной смертельной опасности, так вот эти мужчины тоже как бы 'курортники'.
  
  Кроме того, нас возмущает наличие льгот у военнослужащих, амнистированных Горбачевым по требованию Сахарова. То есть совершившие преступления в Афганистане - считаются УЧАСТНИКАМИ боевых действий. А возбуждали уголовные дела только в отношении мерзавцев, продававших боеприпасы, материальные ценности в целях наживы, а также дезертиров и прочих. И теперь эти отморозки - настоящие участники БД и имеют полноправные льготы. А девчонки, кто честно исполнил свой долг перед государством, не имеют ничего. Меня часто спрашивали, было ли мне страшно? Это сложный вопрос. Тогда я просто об этом не думала, а сейчас, по прошествии стольких лет, понимаю, что все-таки было страшно. Регулярные ночные обстрелы: 'духи' любили пострелять в 4 часа утра. Когда лежишь и думаешь: 'Попадёт, не попадёт?' И ведь иногда попадали, и увозили девчонок в цинковых гробах. Среди 'афганок' многие имеют ранения и контузии. У нас масса фактов, информации, списки погибших 'афганок', чья гибель в процентном соотношении к общему числу почти равна гибели среди военнослужащих.
  
  Это война. И не мы её придумали, но, пройдя через неё, мы поняли, что означает это слово. Мы добросовестно выполнили интернациональный долг, да и нельзя было по-иному во времена партийно-комсомольского учета, под неусыпным глазом особых отделов. А нас за это растоптали, оклеветали и забыли. В Интернете все громче стала озвучиваться проблема обеспечения льготами на уровне военнослужащих всех рабочих и служащих СА, проходивших службу в Афганистане. Решение данного вопроса - это восстановление справедливости. И это в укор не Президенту или премьеру, у которых своих забот выше крыши и которые наверняка даже не подозревают о создавшемся положении. Это позор 1-го зама председателя комитета Госдумы, лидера Российского союза ветеранов Афганистана Ф. А. Клинцевича, это стыд и позор российских 'афганцев', допустивших такое дичайшее явление, как осквернение не только ветеранского, но и человеческого достоинства ВСЕХ 'афганок', и на протяжении двадцати послевоенных лет не сделавших ничего, чтоб вернуть 'сестрёнкам' уважение и любовь, с коими относятся к своим женщинам-ветеранам в бывших союзных республиках, не допустивших у себя в стране разделения ни по достигнутому положению в настоящем, ни по выслуге лет в прошлом, ни по занимаемой должности на войне и выполняемым на ней обязанностям.
  
  Финаева (Дубровина) Наталья Владимировна (1)
  
  http://zwezda.perm.ru/newspaper/?pub=7060
  
  ________________________________________________________________________
  (1) - военные фото Натальи ФИНАЕВОЙ (ДУБРОВИНОЙ) поставлены в фотоальбом "Кандагар, фотоальбом N 2"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/50.shtml#8 - A.C.
  
  
  
  

74. "Городские Новости" г. Красноярск (16.01.2012)

  

Если везде говорят 'нет'

  
  
 []
  
  'Понимаете, по сути, нас предали. Мы были на одной войне, но заслуги тысяч женщин спустя двадцать лет вдруг оказались напрочь забыты. Военнослужащие и вольнонаёмные работники, исполняя свой долг, рисковали жизнью одинаково. Так почему медсёстры, повара, телеграфистки, прачки остались в стороне? А сколько девчонок-официанток, продавцов погибли на земле и в небе при доставке тем же генералам продуктов и сигарет! Многие из тех, кто выжил, имеют ранения и контузии, многие переболели малярией, гепатитом, тифом. Почему же сейчас высокое руководство считает, что мы были на курорте?'.
  
  С таким письмом в нашу редакцию обратилась жительница Красноярска Татьяна Пархоменко(1) - одна из нескольких тысяч российских женщин, работавших во время войны в Афганистане. После вывода советских войск прошло уже больше двадцати лет, но сейчас афганская тема остра вновь.
  
   Женщины, бывшие на войне вольнонаёмными работниками, возмущены и оскорблены. Получилось так, что их вычеркнули из списка льготников. Так, п. 5 статьи 3 Федерального закона 'О ветеранах' от 12.01.1995 Татьяна Пархоменко причислена к категории ветеранов боевых действий. К ним относятся лица, направлявшиеся на работу в Афганистан в период с декабря 1979-го по декабрь 1989 года, отработавшие установленный при направлении срок либо откомандированные досрочно по уважительным причинам.
  
  Однако закон о монетизации этих людей обошёл в части ежемесячных денежных выплат, предоставления набора социальных услуг. Хотя другие граждане, относящиеся к категории ветеранов боевых действий, эти меры соцподдержки получают.
  
  Сегодня бывшие афганки пытаются бороться не за денежное пособие, а за справедливость. За права женщин, служивших в Афганистане, бьётся российская писательница, публицист Алла Смолина. Она собрала крупнейший архив по советским афганкам, включая списки погибших вольнонаёмных - как женщин, так и мужчин. В Афганистане Алла Николаевна прослужила почти три года.
  На ту войну женщины отправлялись по разным причинам. Кто-то ехал в надежде заработать и помочь семье, а тогда ещё и ходили слухи, что отслужившим можно будет получить собственное жильё. Были девчонки, которые сбегали на войну от неразделённой любви или предательства в надежде, что новая жизнь вычеркнет боль. Кого-то отправляли по 'партийной линии', причём так, что отказаться было невозможно. Татьяну Пархоменко ехать в Афганистан никто не принуждал, женщина говорит, что решение приняла сама.
  
  - Я работала в торговом техникуме, всегда была в числе комсомольцев-активистов. Верила в светлое будущее, действовала по принципу: 'Кто, если не я?'. Многие тогда были настоящими патриотами - Родина сказала 'надо', значит, надо, - говорит Татьяна Валерьевна. - Когда краевой военкомат предложил поехать на работу в Афганистан, страха не было. Я согласилась практически сразу. Конечно, мы знали, что там идёт война, но в молодости это кажется не таким страшным.
  
   После многочисленных комиссий и проверок с двадцатипятилетней Татьяной заключили контракт. Из Красноярска, вспоминает женщина, на тот момент ехали всего два человека - она и Елена Бормотова. Летели сначала в Ташкент, потом на пересыльный пункт в Кабул, затем уже к месту работы и службы.
  
   - В Кабуле у борта самолёта нас встречали ребята, ожидавшие замену, - вспоминает Татьяна Валерьевна. - Вид у них был грозный, форма чужая для нас, с автоматами, в чёрных очках. Пока не заговорили, я думала, что это афганцы. Кабульская пересылка - это корпус с двухярусными солдатскими кроватями, столовая. Ходить там некуда, поэтому все ожидавшие распределения собирались кучками, болтали, травили анекдоты.
  
  
 []
  
  
  В обязанности Татьяны входило продовольственное обеспечение, раз в две недели бухгалтер ездила за продуктами в Кабул. Добиралась до него либо вместе с автоколонной, либо на самолёте. Рисковала не меньше мужчин-военных. Да и на территории самой части никто не мог чувствовать себя в полнейшей безопасности.
  
  - Был случай: стоим днём недалеко от плаца, разговариваем с командиром, вдруг раз - пуля над головой, - рассказывает Татьяна Валерьевна. - Понятно, снайпер обстреливает, надо за угол здания зайти. И такие ситуации были привычным делом. Снайперы простреливали плац в обеденный перерыв, убить могли в любой момент, а не только во время боевых операций. Ночью по звуку орудий мы уже определяли - наши стреляют или, наоборот, по нам.
  
   Отработав год и приехав домой в полуторамесячный отпуск, Татьяна... вышла замуж. Будущего мужа, офицера, она знала к тому времени достаточно давно. Жениха не остановило то, что невесте нужно было вот-вот уезжать ещё на год. Российский паспорт у Татьяны лежал в военкомате, ей выдали документ ровно на два часа - чтобы зарегистрироваться в загсе. Ребята поженились и разъехались по местам службы: новоиспечённый муж - на Кольский полуостров, молодая жена - в Афганистан. Встретились супруги только через год, всё это время общались только через письма.
  
  Сейчас находятся те, кто обвиняет женщин, работавших на войне, в том, что девчонки ехали в Афганистан устраивать личную жизнь. Это очень обидные и не имеющие оснований упрёки, считает Татьяна Валерьевна. Да, есть девчонки, нашедшие свою судьбу и вышедшие замуж за военнослужащих, но обвинение женщин в том, что они ехали на войну за личной жизнью и мужским вниманием, наша героиня считает оскорблением.
  
  Сегодня некоторые чиновники говорят афганкам: мол, не сравнивайте продавца, бухгалтера и прачку с офицером.
  
  - Мы все работали в одних районах, где шли боевые действия, находились в одних помещениях. Есть военнослужащие-мужчины, которые непосредственно в боевых действиях не участвовали, но считаются вернувшимися с войны и имеют льготы. В то время как девчонки - обслуживающий персонал - почему-то теперь недостойны внимания государства.
  
  Но на войне различий по половому и профессиональному признаку не было. Трагедий случалось немало. В Афганистане погибла наша землячка Нина Гвай.(2) Родом она из Брестской области, но жила и работала в Красноярске. Нина Иосифовна была товароведом-экспедитором оптово-торговой базы крайпотребсоюза. В апреле 1981 года её направили на работу в Афганистан продавцом магазина военторга. Выезжая под обстрелами за товаром, она обеспечивала всех необходимым личный состав мотосрелкового полка. Погибла женщина 19 октября 1981 года при следовании в Кабул в результате подбития БТР. В Красноярском крае у Нины Гвай остались мама и восьмилетний сын...
  
  - Это не мы пытаемся сейчас противопоставить себя мужчинам, служившим в Афганистане, такое ощущение, будто между нами искусственно вбивают клин, - говорит Татьяна Пархоменко. - Нас специально сталкивают, причём на уровне руководства. Все наши сослуживцы-мужчины возмущены этой ситуацией.
  
  Вопрос Татьяны Валерьевны, касающийся льгот для этой категории ветеранов боевых действий, мы направили в несколько разных инстанций. Будем следить за ходом событий.
  
   Но Татьяна Пархоменко обратилась к нам в редакцию ещё с одной целью - помочь разыскать землячек, так же как и она работавших в Афганистане. Единой общественной организации, объединяющей афганок, в нашем городе нет. Есть группы в социальных сетях, но это всё-таки виртуальное общение. Татьяна Валерьевна ищет тех, кто проживает в Красноярске. Номер телефона нашей героини - в редакции.
  
  Автор: Ольга МАЕВСКАЯ
  
  _____________________________________________________
  (1) - военные воспоминания Татьяны находятся в "Из окошка девичьего модуля. Первые военные будни..." здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/0010.shtml#6
  Военные фотографии Татьяны поставлены в "Баграм, фотоальбом N 1" здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/4.shtml#63 - A.C.
  
  (2) - данные на погибшую Нину ГВАЙ находятся в "Списке погибших "афганок"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/00003.shtml#002 - A.C.
  
  Cама статья вышла в бумажном варианте, но её интернетная версия находится здесь: http://www.gornovosti.ru/tema/conflict/zhenshchiny-proshedshiye-afganistan-pytayutsya-dobitsya-spravedlivosti17831.htm
  Продолжение статьи было так же в бумажном варианте, а в сети она находится здесь: http://www.gornovosti.ru/tema/versions/esli-vezde-govoryat-net18420.htm - A.C.
  
  
  
  

75. Белорусская газета, выпуск N 16 (514) от 19 апреля 2012 года

  

Девчонки Афганистана
  
   []

  
   []
  
  
  14 апреля была подписана Женевская конвенция, в которой содержалось решение о выводе советских войск из Афганистана. Для советских военнослужащих и вольнонаёмных это означало окончание чужой войны.
  
  Афганская война всё дальше. И для нас уже непонятны боль и страх, через которые прошли её герои. Для них же Афганистан навсегда останется главным событием в жизни. И уж, конечно, эту войну не забудут женщины. А они причастны к ней не только в том, что отправили когда-то в горячую точку своих сыновей и мужей. Были и те, кто поехал в жаркую страну вместе с мужчинами: стричь, лечить, стирать, готовить, вести делопроизводство. Одним словом, выполнять интернациональный долг. Только в Витебске таких женщин больше полусотни. Но в афганском обществе "Братство" собираются не все. В силу разных причин.
  
  На заседании женсовета общества мы познакомились с афганками, послушали их рассказы, попытались вникнуть в проблемы. Мария Киянко,(1) Галина Косенок,(2) Татьяна Солдатова, Татьяна Гончаренко(3)... Весёлые, неунывающие, молодые. Но всех объединяет одно: они помнят чужую войну. Органично влилась в эту компанию Марина Петрушенко. Она не была на той войне, но сейчас работает в центре реабилитации и очень ощутимо помогает женсовету.
  
  - Когда бы ни позвонил, когда бы ни попросил, она поможет, - в один голос говорят афганки. - А вообще мы довольны и счастливы, что собрались и познакомились здесь. Ведь служили в разные годы, в разных местах, - делятся женщины и с необыкновенной открытостью и откровением начинают рассказывать.
  
  Галина: Оказалось, что я служила с одной девочкой, которая живёт сейчас в Витебске. Она в торговле работала и меня узнала. Я служила в разведотделе, и мне не разрешали особо общаться. Даже с земляками. А Наташа меня видела и вспомнила.
  
  Мария: Сейчас мы дружим и собираемся не только в праздники. Для нас этот женсовет как продление нашей молодости. Ведь мы до сих пор живём Афганистаном. Мы очень рады, что собрались здесь вместе. Про мам, вдов, жён всегда говорили. А про нас, женщин, служивших в Афганистане, как-то не вспоминали. Откровенно говоря, это и есть наша главная проблема. К ветеранам войны обычно приравнивают всех, кто находился на воюющей территории. А в нашем случае льготы получают только солдаты и офицеры. Вольнонаёмные почему-то забыты. Несмотря на то, что мы точно так же находились на воюющей территории.
  
  Галина: Я была на Республиканском афганском съезде, и перед генерал-майором Гайдукевичем мы уже поставили вопрос. Как оказалось, он просто не знал того, что женщины-афганки не получают никаких льгот. Самое удивительное, что мужчин этот вопрос не касается.
  
  А на войне всё было иначе. В военкомате нам выдавали справку, что стаж вольнонаёмных будет исчисляться как год за полтора. Закончилась война, изменились и условия. Нам, женщинам, сказали: забудьте об этом. Нет той страны, которая выдавала вам эти справки. Девочки, которые пошли на пенсию, получают её в минимальном размере - 900 тысяч. А ведь есть женщины и с контузиями, и с ранениями, и с наградами. Часто говорят: наши погибшие сыновья, а при этом забывают, что девочки тоже гибли. Про это никогда никто не вспоминал. Я помню в 1985 году, когда я только приехала, месяца через три под Джелалабадом сбили самолёт. Летела замена. Наши ребята собирали останки погибших в радиусе 6 км. Женщины на том борту были тоже. Так вот, солдаты и офицеры стали героями, их семьи получили все льготы, а вольнонаёмные женщины - ничего.
  
  Очень трудно собрать справки о стаже и работе. У офицеров это всё зафиксировано в личном деле. А нам, женщинам, приходится отправлять множество запросов в разные города. И ответы оттуда приходят далеко не всегда результативные. Помню рассказ одной женщины. Она работала в Афганском госпитале два года. Документов никаких не осталось. Так и поставили ей вместо зарплаты за те годы нолик.
  
  И эта проблема есть не только в Беларуси. Татьяна Гончаренко переписывается с женщинами, прошедшими Афган, из России и Украины. И там те же трудности. Девчонки смущаются, говоря о своих обидах. Ведь главное для них - помнить. Как память о военной молодости, хранят сувениры далёкой войны.
  
  Галина: У меня есть тельняшка. Я когда уезжала, мне ребята её подарили. И берет привезла. Но его потом племяннику отдала. Есть ещё тёплый спецназовский джемпер.
  
  Татьяна: Маленькие сувениры "оттуда" у нас практически у всех есть.
  
  Мария: Я выезжала на стрельбы. Интересно было. Жаль, что не было тогда современных фотоаппаратов. А так и гранаты метали, и со всех видов оружия стреляли. А вот фотографии остались чёрно-белые, любительские.
  
  "Афганистан - это наша молодость. Мы очень тепло вспоминаем военную дружбу", - в один голос повторяют афганки. Но вот потомственных военных в их семьях нет. Не хотят дети военной романтики, которую с лихвой хлебнули их матери.
  
  Глядя на афганок, невольно понимаешь, что в психологической реабилитации эти сильные женщины не нуждаются. Здесь они в состоянии помочь себе и друг дружке сами. И так хотелось бы, чтобы общество не забывало людей, прошедших через войну, которую страна когда-то назвала необходимой. Не забывало никого, независимо от пола и военной профессии.
  
  Виктория ДАШКЕВИЧ, "ВП".
  Фото автора
   _____________________________________________________
  (1) - eщё одна газетная статья о Марии КИЯНКО находится в "Дай cвoй адрес, "афганка". Часть 2-я (N 19-34)"
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/text_00122.shtml#33 - A.C.
  
  (2) - eщё одна газетная статья о Галине КОСЕНОК находится в "Дай cвoй адрес, "афганка". Часть 2-я (N 19-34)"
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/text_00122.shtml#34
  
  Военные фото Галины КОСЕНОК поставлены в фотоальбом "Кабул, фотоальбом N 5"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/24.shtml#24 - A.C.
  
  (3) - военные воспоминания Татьяны ГОНЧАРЕНКО (ШИБЕКО) поставлены:
  - в "Из окошка девичьего модуля. Первые военные будни..."
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/0010.shtml#7
  
  - в "Пoчeму мы пoехали в Афган? Неужели за чеками? Часть 1-я"
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/0011.shtml#18
  
  Один эпизод из военной жизни вспоминается Татьяной ГОНЧАРЕНКО (ШИБЕКО) в тексте "Судьбa? Рoк? Ангел-Хранитель?"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/text_0020k.shtml#5
  
  Военные фото Татьяны ГОНЧАРЕНКО (ШИБЕКО) поставлены в фотоальбом "Гардез, Гaзни, фотоальбом N 1"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/9.shtml#7 - A.C.
  
  
  
  

76. "Комсомольская правда" (19.10.2011)

  

Как предали женщин-афганок

  
  А. Смолина: Моё письмо, конечно, "Комсомольская правда" переделала на свой лад, местами текст изменён, но я не в обиде, так как суть передана верно и на сегодня это первая газета такого масштаба, решившаяся открыто поднять проблему "афганок".
  
  Виктор БАРАНЕЦ, Ульяна СКОЙБЕДА
  
  Ульяна Скойбеда: "Военная тема - совсем не моя. Я ничего в ней не понимаю. Зато я хорошо понимаю несправедливость. Ситуация, когда 19-летних девчонок, вчерашних школьниц, полунасильно отправляли в Афганистан поднимать боевой дух солдат (я не имею в виду ничего дурного, поднимать одним своим присутствием), ну, а теперь отказываются признавать ветеранами и участниками боевых действий... Абсурдная. Скандальная. И очень подлая."
  
  
  А. Смолина:
  
  КАК ПРЕДАЛИ ЖЕНЩИН-"АФГАНОК"
  
  Я, Алла Смолина - администратор сетевой группы "Афганушки", публицист. Ветеран афганской войны, бывший начальник канцелярии военной прокуратуры Джелалабадского гарнизона 1985-88 года, имею госнаграды. Мои тексты печатают в российских и зарубежных СМИ, развешивают по ветеранским сайтам, распространяют в комитетах Госдумы. Третий год я пытаюсь "расшевелить" проблему ЖЕНЩИН-"АФГАНОК", о которой подавляющая часть общества (позор!) даже не знает.
  
  Суть: ветеранская верхушка бывших "афганцев" России во главе с Клинцевичем Францем Адамовичем, кажется, начисто забыла, что такое военная память. Через двадцать лет после окончания войны "афганцы"-депутаты Госдумы в составе "Единой России" не только не поддержали своих боевых сестер - они проголосовали за лишение вольнонаемных работников, служивших в Афганистане, любых льгот.
  
  Кстати, до такого не додумались ни в одной бывшей республике СССР.
  Неужели произошла дискриминация по половому признаку? Ведь на 90% вольнонаемный состав был женским.
  
  
  КАК ЭТО СЛУЧИЛОСЬ
  
  Ст. 3 Федерального Закона России "О ветеранах" от 12.05.1995 N 5-ФЗ к участникам боевых действий относила лиц, "направлявшихся на работу в Афганистан в период с декабря 1979 года по декабрь 1989 года, отработавших установленный при направлении срок либо откомандированных досрочно по уважительным причинам", - то есть медсестёр, телефонисток, телеграфисток, продавцов, машинисток, поваров, официанток, кладовщиц, работников полевых банков, бухгалтеров, учетчиков, прачек и так далее.
  
  Все они пользовались бесплатным проездом в общественном транспорте, получали санaторные путёвки, меньше платили за коммунальные услуги... вплоть до 2006 года, когда Закон о монетизации N 122-ФЗ от 29.12.2006 исключил их из числа ветеранов и, соответственно, льготников.(1)
  
  Задумайтесь! Отрезали от льгот женщин, которые выполняли те же обязанности, что и военнослужащие!
  
  Например, спецпропагандист политотдела Маша Иванова (вольнонаемная, образ собирательный). Путешествовала по афганским кишлакам, вела разъяснительную работу среди местного населения, точно так же, как... "главный афганец России", спецпропагандист политотдела Ф.А. Клинцевич! Только Маша рисковала больше, потому что оружия не имела: кто бы из местных стал говорить с вооруженной женщиной?
  
  Не знаю, имел ли ранения Клинцевич, но знаю конкретных девчат-спецпропагандистов с жесточайшими ранениями и контузиями.(2)
  
  Итог: Франц - ветеран боевых действий, Маша - нет.
  
  
  "ВРАЛИ УМИРАЮЩИМ, ЧТО МЫ ИХ МАМЫ"
  
  Высылаю два фото:
  
   []
  
  
   []
  
  
  Первое: коллектив столовой аэродрома Джелалабада.
  Девушка справа - Надя Миргородская, официантка вертолетного полка, которую зам. по тылу, как и других официанток и поваров, гонял на боевые операции (кормить командный состав).
  Однажды по пути на "боевые" вертолёт с Надей потерпел крушение (фото 2). Люди остались живы,(3) но я не об этом.
  Солдатики рядом с Надей на фото - хлеборез и официант - НИ РАЗУ на "боевых" не были. Они - со льготами (лица убрала я, дабы им не было стыдно, ведь они наверняка себя десантниками или разведчиками представляют общественности).
  Надя многократно летала на "боевые" - она без льгот.
  
  Не пряталась, не отнекивалась, не покупала у гепатитчиков мочу, не глотала иголки как некоторые военнослужащие, чтобы комиссоваться в Союз...
  
  Знаю игривые мысли обывателей: известно, мол, что именно делали на передовой эти девицы.
  
  В ответ приведу воспоминания официантки Е.П. (полные данные имею - А. С.): "Варенников (начальник Группы управления минобороны СССР в Афганистане. - Ред.) не любил, когда его обслуживали солдаты, нужна была официантка и меня в приказном порядке забрали на "боевые". Там взорвался вертолет и меня собой закрыл комполка. Это может подтвердить отец моего ребенка, он тогда служил. Но мои "боевые" нигде не задокументированы и ни одной награды, кроме афганской юбилейной, нет."
  
  Слышали? В приказном порядке! И в Афганистан часто ехали так же не по своей воле. Светлана Рыкова вспоминает: стыдили на комсомольском собрании (ты, мол, холостая, молодая, если не поедешь, придется по разнарядке посылать кого-нибудь семейного), пока девушка не сломалась. Ей было всего двадцать...(4)
  
  Попав в Афганистан, девочки обычно жалели о своей слабости, но вернуться уже не могли: контракт предусматривал многократное возмещение затраченных государством средств (а сколько это "многократное" - никто не знал и все боялись).
  
  Что же касается "постельной функции", которую якобы исполняли на фронте "афганки"...
  
  Я знаю случай, когда генерал прислал гонца к заведующей магазином (с недвусмысленным предложением явиться), женщина отказалась. Ночью пришли, забрали ключи от магазина, сделали ревизию. Хорошо, что не нашли никаких нарушений, в противном случае вышвырнули бы в 24 часа в Союз с "волчьим билетом", который исключал любую возможность профессионального и партийного роста!
  И потому, да, были такие, кто соглашались. Но сводить всю героическую службу "афганок" к "этому" - пошлость и гадость! И - ложь!
  
  Примеров героизма могу привести множество. Продавцы, доставляющие соки-сигаретки-карамельки, чтобы побаловать солдат, - половина контуженных, раненых.
  Восемь девочек-продавцов погибло.(5)
  
  Понятно, что официантки и поварa не бегали по переднему краю с автоматом в руках, но ведь по тому самому переднему краю не бегало около половины военнослужащих, прошедших Афганистан! На любой войне воюет 40 процентов личного состава, а 60 процентов - обслуживают их. Квартиро-эксплуатационные и строительные части, узлы связи, военторги, продовольственные, вещевые и прочие склады, учебные центры, полевые хлебозаводы, пересыльные пункты, полевые банки и так далее по большей части, "боевых" в глаза не видели!(6)
  
  А некоторые девочки - видели! И даже гибли в бою, если попадали в засаду!
  
  Ольга Зиновьева (Немченко) рассказывает: "Девочки-продавцы из Герата ехали на базу за товаром, БТР перевернулся, "духи" стреляют, среди бойцов - раненые. Одна продавщица взяла у раненого автомат и отстреливалась наравне с солдатами, другая в это время раненого тащила за БТР... Бойцы потом благодарили их".
  
  Но эти хоть остались живы.
  
  У меня самой два подрыва: правда, первый - на сигнальной мине, поставленной выздоравливающими бойцами под женским туалетом медроты (предлагаю посмеяться, хотя страха, убегая на четвереньках в сторону больничного модуля, натерпелась нешуточного. И не я одна: когда ворвалась в палату, то увидела, что все девочки лежат под кроватями. Hас так учили: в случае обстрела самое безопасное место - под панцирной сеткой). Второй подрыв был настоящим...
  
  А кровь? "Вертушки" безостановочно доставляли раненых и кровь требовалась постоянно, литрами. Девoчки бежали по первому стуку посыльного в дверь: "Нужна такая-то группа!". Швеи, официанты, повара, прачки, продавцы, телефонистки, машинистки... Все сдавали и никому в голову не "стукнуло" брать об этом справки, чтобы после войны доказать свой Поступок.(7)
  
  А умирающие солдатики, звавшие перед смертью маму? 19-летние медсестры, их ровесницы, шептали: "Я здесь, сыночек, я с тобой".(8)
  
  А еженощные обстрелы, когда лежишь и ждёшь: попадёт? не попадёт?(9)
  
  Да, в конце концов, болезни, не смотревшие, кто ты: мальчик или девочка! Тиф, малярия, гепатит, холера - почти у всех "афганок" (у меня малярия и гепатит). (10)
  
  
  ВЫКИНУЛИ, КАК ПЕРЕРАБОТАННЫЙ ШЛАК
  
  Я уже говорила: до 2006 года льготы у нас были. Да, копейки. Но они были, и вместе с ними чувствовалось уважение со стороны государства, и в душах "афганок" тлел огонёк чувства собственной нужности и сопричастности к великому, потому что - что греха таить? - у многих война осталась самым светлым жизненным периодом и самым ярким воспоминанием. И, когда нас выкинули, как переработанный шлак, у "афганок" вырвался крик недоумения: "Братишки, за что же вы нас предали?"
  
  Я обзвонила массу ветеранов-госдумовцев, дошла до Франца Клинцевича и услышала: "Вы что? Хотите, чтобы женщин приравняли к боевым офицерам?". Он даже не смог скрыть удивления.(11)
  
  Ну, если даже он, признанный "папа" афганцев, не понимает... Попросила объяснить, чем пастух, всю войну пасший коров возле штаба армии (получает льготы), лучше работников военторга, с риском для жизни исколесивших всю афганскую территорию (остались без льгот)? И чем офицеры, исполнявшие мою должность начальника канцелярии военной прокуратуры (секретчика, строевой части), более меня рисковали? Особенно те, кто служил в Кабуле, а не как я - на пакистанской границе, откуда имею массу командировочных полётов в тот же Кабул, не говоря о Ташкенте?
  
  Причём, прослужила куда как дольше других военнослужащих не из-за любви к авантюрам, а по причине отсутствия заменщика: офицеры не соглашались на оклад служащей, а служащие не соглашались на офицерскую ответственность.
  
  Но даже командированный из Союза на пару суток в Афганистан офицер сегодня считается ветераном и Участником Боевых Действий, а я нет.
  
  И даже военный водитель, заехавший на полдня на афганскую территорию, к примеру, завезти товар на торгово-закупочную базу Хайратона, пользуется льготами, а "афганки", добросовестно прослуживших от двух до пяти лет (!!!) не просто на одной должности с военнослужащими, но даже в одном помещении с ними, - лишены любых привилегий.
  
  И ничего-то мне Клинцевич не ответил.
  
  
  ДЛЯ ГОСУДАРСТВА ЭТО КОПЕЙКИ
  
  Приходится выносить проблему наружу и просить помощи у СМИ, у общества. Женщины, прошедшие Афганистан, устали писать обращения и выслушивать отказы тех, кто слышит только себя.
  
  Нас мало осталось. По собранным мной сведениям, за весь период войны в Афганистане (1979-89 г.г.) работала 21 тысяча рабочих и служащих советской армии со всего Союза. Если предположить, что из России была где-то половина, и учесть естественную убыль, окажется, что "афганок", оболганных и лишенных, словно преступницы, заслуженных льгот - осталось всего-ничего, 7-9 тысяч.
  
  Слышишь, Россия, нас мало осталось, афганских мадонн, не побоявшихся в своё время променять домашний уют на горящие афганские горы...
  
  
  НАШ КОММЕНТАРИЙ: "Это предательство!"
  
  Виктор Баранец, военный обозреватель "КП":
  
  Ну что тут скажешь, - с нашими афганками законодатели поступили бессовестно и бездушно. По сути, они нагло обворовали наших девчат, вместе с мужиками прошедшими по всем кругам ада той войны. А если говорить еще строже, то мы имеем дело с ПРЕСТУПЛЕНИЕМ думцев. Они вероломно нарушили Конституцию России, запрещающую принимать законы, которые ухудшают материальное положение граждан (а разве отнятые льготы улучшили это положение?).
  
  И при этом Конституционный суд будто в рот воды набрал. Самое страшное, что вот такое положение стало привычной 'нормой' жизни в нашей стране, где политики на всех углах кричат о верховенстве законов. Я бы сегодня хотел заглянуть в глаза тех думских офицеров-афганцев, которые отказали своим боевым сослуживцам женского полу в мизерных льготах.
  
  Не вы ли по женским праздникам лицемерно расточали сладкие и восхищенные комплименты своим боевым подругам, а потом предавали их в парламентском зале, голосами "против" отнимая у девчат даже те социальные крохи, которые они вместе с армией заслужили кровью и потом?
  
  Девчата-афганки не сдаются, они стучат кулачками в дубовые двери чиновных кабинетов. Пора бы их услышать тем, у кого осталась совесть...
  
  http://www.kompravda.eu/daily/25773/2757642/
  _______________________________________________________
  
  (1) - руководителем Едра на тот момент был Путин, так много говорящий о заботе о женщинах - A.C.
  
  (2) - текст о Турсуне САХИБОВОЙ (ХАСАНОВОЙ), служившей не просто на одинаковой должности с Клинцевичем, но даже в одной с ним войсковой части
  "Турсунa Сахибова (Хасановa). Баграм. "Зaдaния я получала в разведотделе, в особом отделе и в штабе" у меня находится здесь:
  http://artofwar.ru/s/smolina_a/text_0650-3.shtml - A.C.
  
   (3) - рассказ Надежды МИРГРОДСКОЙ (ПАУТОВОЙ), как они летели на "боевые" и вместе с вертолётом упали на землю
  "Надежда Миргородская (Паутова). Джелалабад. "Просто был не мой день" у меня находится здесь:
  http://artofwar.ru/s/smolina_a/text_0640.shtml - A.C.
  
   (4) - воспоминание Светланы РЫКОВОЙ у меня находится здесь: http://artofwar.ru/s/smolina_a/text_0480.shtml#3 - A.C.
  
   (5) - единственный в мире (как впрочем и весь мой архив о девчонках)
  "Список погибших женщин-"афганок" у меня находится здесь:
  http://samlib.ru/s/smolina_a_n/00003.shtml - A.C.
  
   (6) - список войсковых частей в Афганистане, не принимавших участия в боевых действиях, у меня поставлен здесь:
  http://artofwar.ru/s/smolina_a/text_0440.shtml#200 - A.C.
  
   (7) здесь Людмила ХОХОНOВА просто и обыденно рассказывает сколько раз она сдавала кровь: Людмила ХОХОНОВА (ГОРБУНОВА), в АФганистане - 1984-86 г.г., Шиндандт, госпиталь в/ч пп 94131: "За 2 года работы в госпитале я 8 раз дала свою кровь (ДВС), значит по земле ходят 8 моих кровных братьев. Они не знают обо мне, а я о них. Но ведь может благодаря мне они и живут на свете? С июля по октябрь 1985 года я летала на "СПАСАТЕЛЕ" борт "09". За этот период мне не заплатили ни чеков, ни рублей..."
  http://artofwar.ru/s/smolina_a/text_0440.shtml#1 - A.C.
  
   (8) - мой стих "Aфгaнским мадоннам, провожающим ровесников в Вечность", разносимый по газетам, сайтам и личным страницам, но приписываемый то неизвестной медсестре, то неизвестному бойцу, находится здесь:
  http://artofwar.ru/s/smolina_a/text_0220.shtml - A.C.
  
   (9) - текст "Джелалабад. Асадабад. Об обстрелах и коварных "духах" находится здесь:
  http://artofwar.ru/s/smolina_a/text_0250.shtml - A.C.
  
   (10) - текст "Джелалабадские медики рассказывают..." о страшной эпидемии холеры в нашей бригаде, вошедшей примером во многие учебники и научные справочники, журналы, у меня находится здесь:
  http://artofwar.ru/s/smolina_a/text_0540.shtml - A.C.
  
   (11) - моё "Открытое письмо Клинцевичу Францу Адамовичу, на которое я так и не получила ответа" поставлено здесь:
  http://artofwar.ru/s/smolina_a/text_0440.shtml - A.C.
  
  
  
  

77. "Орехово-Зуевская правда" от 11 февраля 2003 года

  

"Белые журавли"

  
  
 []
  ЕРМАКОВА Наталья Даниловна(1)
  
  
  Она не была солдатом. Не служила в армии. Не участвовала в боях, не ходила в разведку, не стояла в карауле. Но 'похоронку' принесли из горвоенкомата. И хоронили ее с воинскими почестями. Памятник ей на Ореховском кладбище поставлен за счет государства. Потому что Наталья Ермакова, 33 лет от роду, погибла в Афганистане.
  
  Она была одной из тех, кого называют 'вольнонаемные' и кто вместе с нашими войсками испытывает тяготы и лишения военного быта. Врачи, медицинские сестры, повара и рабочие по кухне - люди мирных профессий, оказывается, тоже нужны на войне. Вот только оружие им не положено да льгот не дают. А гибнут они так же, как и участники боевых действий.
  
  Маленькая девочка с узким разрезом темно-карих глаз неизменно привлекала внимание в подмосковном городе. Полукровка-кореянка среди российской ребятни смотрелась на особинку. 'Корейка, корейка!' - дразнили ее и во дворе, и в школе. А она, обняв любимую 'коку' за коленки, плакала: 'За что они меня так?' Тогда она еще не знала, что жестокими бывают не только дети, но и сама жизнь.
  
  Наташа родилась 3 сентября 1953 года в холодном Норильске. У нее были русская мама Лида из Орехово-Зуева и папа, кореец по национальности, Дянь Чунь Пак. Девочку записали на фамилию отца, а отчество дали Даниловна, что было созвучно Дяню.
  
  В три года ее жизнь с мамой и папой закончилась. Как все трое они тогда думали - расстаются ненадолго. Ребенку нужен другой климат, отвезем ее к бабушке в среднюю полосу России, будем навещать, а подрастет немного, заберем обратно или сами переедем в Орехово-Зуево. По Советскому Союзу тогда перемещались легко: билеты недорогие по сравнению с заработками, особенно за Полярным кругом, а расстояние не считается.
  
  Получилось несколько иначе. Растить маленькую Наташу стали супруги Шимановы: Виктор Георгиевич, родной брат ее мамы, и его жена Анна Дмитриевна, у которых своих детей не было. Жили они тогда в 23-й казарме.
  
  Ее родители снова вернулись в северный город. Но прожили вместе недолго, хотя раз или два успели навестить дочку. После разрыва отец Наташи, что называется, забыл о ней навсегда. А мама... снова вышла замуж. От нового брака у нее родились мальчик и девочка. Но замужество вновь оказалось неудачным, она вернулась в родной город к своей матери. А супруги Шимановы и Наташа переехали в комнату, которую им дали в доме на Красноармейской.
  
  Сегодня Анна Дмитриевна говорит, что девочка была для них с мужем как дочка. Они растили ее, заботились, баловали, радовались успехам. Наташа росла послушной, исполнительной и внешне спокойной. Хотя, кто знает, что творилось в душе ребенка, знавшего, что родному отцу она не нужна, а мама занята другими детьми, которых, кажется, и любит больше ее? Но она была умненькой, понимала, что надо держаться за того, кто в данный момент и пожалеет, и приласкает - за 'коку', крестную маму Анну Дмитриевну. У той она училась терпению, доброте, жизни, в любую минуту была готова помочь, не отказывалась от работы по дому, по хозяйству. Очень общительная, подруг и друзей у нее было много, всегда вместе с ними: во двор, на речку, в лес, на стадион, на танцы...
  
  Училась в школе N 19, не сказать, что на 'отлично' - всяко бывало, но старательно. А после восьмого класса попросила Анну Дмитриевну поехать с ней в Клин в училище, которое готовит поваров, она мечтала туда поступить. К 'готовке' у девочки проявился особый талант. Все, что варила, пекла, жарила, получалось невероятно вкусно. Видно, давали о себе знать корейские корни, потому что со стороны русской родни были одни текстильщики. Ей дали общежитие и три года она училась в Клину. После этого ее родные забыли, что такое стоять у плиты: она кормила всех.
  
  А работать стала в пединституте поваром. Потом и судьбу свою встретила - Володю Ермакова, который работал электриком. Сыграли свадьбу, родился Димка, очень похожий на маму, с таким же восточным разрезом глаз. Наташа души не чаяла в сыне, любила мужа, свою работу, но... счастье закончилось через три года. Муж вместе с товарищем поехал на рыбалку и не вернулся: оба утонули. Димке тогда было около трех лет. А для нее, как говорит Анна Дмитриевна, жизнь как будто закончилась. Она растила сына и работала, работала, работала. Словно забыла, что еще молодая, что можно создать новую семью и быть счастливой. Об этом не раз говорила ей крестная: 'Выходи замуж, тяжело одной!' Но... А на работе ее ценили, хвалили. Не один раз поощряли путевками в санатории или туристическими по городам и весям родной страны. Узнали о талантливом поваре в городе - часто приглашали готовить на свадьбы или другие торжества, накрывать столы. Она никогда не отказывалась, всем старалась помочь. Да и трудно было на одну зарплату поднимать ребенка, и каждый заработанный помимо рубль был не лишним.
  
  Однажды она пришла к Анне Дмитриевне посоветоваться: 'Димка большой уже, скоро одиннадцать лет. Растет, вещи не успеваю покупать. Потом ему дальше учиться надо. Женится. А я с моей зарплатой ни сейчас его особо баловать не могу, ни потом помочь. Ну что я за мать? Вот решила на заработки поехать. Завербоваться. А мальчик все равно у вас постоянно остается. Пусть поживет'. Как все ее отговаривали, вспоминает крестная, но она уже решила. Когда прощались, веселая была, шутила: 'Ну что вы такие кислые, не навсегда же уезжаю, время быстро пролетит, ждите, в отпуск приеду!' А Анну Дмитриевну, как за язык кто дернул, откуда эта мысль пришла, не знает, только она ее вслух сказала: 'Наташа, я чувствую, что тебя больше не увижу!' Та опять засмеялась: все хорошо будет.
  
  Вот еще странность какая была: когда умерла ее бабушка Наталья Георгиевна, Наташа два места на кладбище взяла: пригодится, говорит. А получается, для себя приготовила. Они теперь по соседству: Наталья Георгиевна и Наталья Даниловна. Хоронили ее с воинскими почестями, весь город собрался: и кто знал, и кто не знал - женщина, в Афганистане погибла в 33 года! Как сказали родным, самолет, на котором летели военные из одной части в другую, был сбит. В нем вместе с офицерами и солдатами погибла и наша землячка.
  
  У Анны Дмитриевны и Виктора Георгиевича Шимановых остался Димка, растить которого, кроме них, было некому. О том, чтобы отдать ребенка-сироту в детский дом, в этой семье и речи быть не могло. 'Никуда не отдадим, будем растить сами', - сказал, как отрезал, Виктор Георгиевич. Димка называл их бабушкой и дедушкой. А они любили его и заботились, как когда-то о Наташе. Он окончил школу, техникум, в армию не попал, потому что у восемнадцатилетнего юноши на попечении оказались престарелые дядя и тетя, к тому же дядя - инвалид войны. Парень пошел работать, женился. У молодых родилась девочка, которую он в честь матери назвал Наташей, сейчас ей годик.
  
  Вот уже 16 лет Анна Дмитриевна работает в комитете солдатских матерей и очень радуется, когда их, потерявших детей или, как она, племянницу, на той, не нашей войне, собирают вместе в горвоенкомате или администрации города - значит, не забыли, значит, помнят. А для нее память - это самое главное. Память о той девчушке с загадочными нездешними глазами, которую она растила, любила и потеряла так неожиданно. Впрочем, растет маленькая Наташа, и верит Анна Дмитриевна: она обязательно будет счастливой.
  
  
 []
  
  
  
 []
  
  
  
 []
  
  
  
 []
  
  
  
 []
  
  
  
 []
  
  Е. Романова
  Фото из семейного архива
  
  http://www.zuevo.ru/persons/intresting/ermakovand.html
  'Орехово-Зуевская правда'
  от 11 февраля 2003 года
  
  _____________________________________
  (1) - более подробные данные о погибшей на афганской войне ЕРМАКОВОЙ Наталье находятся здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/00003.shtml#05 - A.C.
  
  
  
  

78. Общественно-политический ежедневник "Четверг" N 8 от 02 марта 2017 года (г. Омск)

  

В РАСКАЛЕННОМ БАГРАМЕ

  
  
 []
  
  Накануне самого женского праздника 8 марта мы хотим познакомить наших читателей с героиней, которая с одинаковым правом может отмечать не только весеннее торжество, но и мужской день 23 февраля.
  Все дело в том, что три десятилетия назад омичка Нина Григорьевна Рябченко(1) оказалась в горниле афганской войны, которая не делала различий между воинами в юбках и брюках.
  Кто-то считает, что женщины ехали туда по глупости. Но прошедшие Афганистан знают, что никто не может упрекнуть их недобросовестном выполнении своих обязанностей. Интернационализм, дух товарищества, мужество - качества, закаленные в далеких горах Гиндушука или опаленные жарким солнцем Кабула, оставались на всю жизнь. Омичка Нина Рябченко два года, с 1984-го по 1986-й, проработала в Баграмском медсанбате - болезни косили наших бойцов не меньше афганских пуль. Для солдат, измученных войной, девчонки-медсестры в белых халатах были сродни ангелам. Только не все знали, какие трудности сваливались на их хрупкие плечи.
  
  
  
"НАВЕРНОЕ, В ГЕРМАНИЮ ПОЕДЕТЕ"
  
  Из воспоминаний Нины Рябченко:
  В 1984 году пришла подруга после работы и говорит: "Приходил к нам особист и предлагал службу за границей. Мол, можно будет хорошо зарабатывать, получить льготы на квартиру". Я и согласилась. Сначала не было сказано и слова куда лететь, нам даже завидовали: "Наверное, в Германию поедете". Уже потом в военкомате, где собирали документы, объяснили: из заграничного только Афганистан.
  В мае меня оформили туда секретарем-делопроизводителем.
  И вот я еду в Ташкент. Друзья, провожая, сообщили по секрету проводнице вагона, куда направляюсь, и к вечеру попутчики жалостливо косятся в мою сторону. Пожилая пара пытается подкормить.
  
  Ташкент. Пересылка. Я с пятью сумками - везла все, что было, - привлекла внимание трех офицеров. "В Афган?" - "Да". Они помогают добраться до переполненных людьми комнат, где все ждут вылета в Кабул. Но аэропорт не принимает.
   Оказалось, накануне были сбиты два наших самолета. Военные искали место нахождения боевиков и пока их не уничтожили, не давали разрешения на вылет.
  Наконец добро получено.
  
  Борт ИЛ-76. Солдаты вповалку в хвостовом отделении. Взлетаем почти вертикально, постепенно набирать высоту нельзя - могут сбить; кажется, что барабанные перепонки вот-вот лопнут.
  
  Кабул. Опять пересылка. Большой палаточный городок. Выходить особо нельзя. В душ, сооруженный из плащ-палаток и ведра с водой, бредем под конвоем. Постоянно чувствуется опасность. Много разговоров про обстрелы, сбитые самолеты и снайперов. В Кабуле, куда и было мое назначение, место секретаря-делопроизводителя оказалось занято: девушка продлила контракт. В итоге направляют в Баграм кастеляншей в медсанбат.
  
  
  
ФРОНТ БЕЗ ЛИНИИ ФРОНТА
  
  Так 30 июня 1984 года Нина Григорьевн попала в небольшой городок, бывший во время афганской компании военно-воздушной базой советской армии.
  Баграм - это глиняные дома и палатки. Это чумазые дети, предоставленные сами себе. Это постоянно скрипящая на зубах пыль от ветра-"афганца", застилающая все вокруг. Это непрекращающееся ощущение, что на тебя через прицел смотрит снайпер - баграмский медсанбат обстреливали с завидным постоянством.
  
  Медсестры и обслуживающий персонал инфекционного госпиталя располагался в бараках. Причем условия были вполне приличные: комнаты с удобствами на четверых. Все бы ничего, но вкалывать девчонкам (а зачастую это были двадцатилетние худенькие вчерашние студентки) приходилось в настоящем пекле во всех смыслах слова. Днем солнце раскаляло город до 40 градусов в тени. А жара, грязь, практически полное отсутствие очистных сооружений способствовало молниеносному размножению бактерий, и если местные жители, привыкшие к этому с младых ногтей, не замечали неудобств, то для наших солдат антисанитария оборачивалась болезнями. Каждый день в "инфекционку" привозили по 12-15 солдат и офицеров.
  
  Тиф, гепатит - это приходилось видеть постоянно. Организм у солдат в горах быстро обезвоживался. Да и меня участь не миновала. Спасибо врачу-лаборанту, которая вовремя заметила мое состояние. В итоге сама слегла с диагнозом "брюшной тиф средней тяжести". Ну, и конечно много поступает раненных ребят. Операции в день делали десятки. Одно сестра одновременно стоит на трех столах. На 15 минут отошла передохнула, и опять стучат в дверь: "Hового привезли!"
  
  
  
ПОСТОЯННЫЕ ДОНОРЫ
  
  Причем советские медсестры не делали разницу: лечили своих и афганцев. Конечно, чаше всего последние - это мирное население, особенно женщины-роженицы. Но бывало, приводит дед своего внука в госпиталь, а у того вместо ноги - культя, наспех замотанная грязной тряпицей, - подорвался мальчишка на мине. Девчата его выхаживали. Дети вообще были в Афгане "разведчиками": нередко просили продукты, мыло. И, убедившись, что приехавшие из Союза люди вовсе не враги, за ребятней тянулись взрослые.
  
  Но войне есть война и всем приходилось быть настороже: добродушный дехканин днем - друг, а под покровом ночи брал в руки оружие. Работать в госпитале приходилось буквально под огнем - афганские снайперы-моджахеды били по медикам прямой наводкой. Однажды Нина Григорьевна даже не сразу поняла, что секунду назад едва не погибла.
  - Внезапно, смотрю, рядом что-то вжикнуло, и пыль поднялась. Я рассказываю, а на меня круглыми от ужаса глазами смотрят: "Это же пуля пролетела!" Конечно, мне, как вольнонаемной, оружия не давали, чтобы отстреливаться в случае нападения. Считается, что работа по снабжению неопасная. Ну, наверное, да. Хотя проблемы со здоровьем тут я приобрела. Вот, например, дают тюк из 50-ти тяжелых грязных от крови и гноя простыней, которые нужно погрузить в машину, в помощь - двое худющих солдат: один полтора метра, второй чуть повыше. Вместе с ними кое-как грузимся.
  
  Кто-то, наверное, заметит: ну, и что сложного? Да, Нина Рябченко не бегала по переднему краю с автоматом в руках, но задумайтесь: строительные части, узлы связи, военторги, продовольственные, вещевые склады, хлебозаводы - без них солдатам на любой войне не выжить. Ну и потом, именно такие "невоенные" девчонки - повара, прачки, продавцы, телефонистки, машинистки - спасали ребят, отдавая им свою кровь. "Вертушки" безостановочно доставляли в госпиталь раненных, которым нужно переливание. И худые, бледные от усталости "ангелы" в белых халатах бежали на пункт сдачи по первому стуку посыльного в дверь.
  Среди ночи крик: "У кого кровь третья отрицательная?" Девочка поднимается и идет сдавать. И никого не волновало, что она неделю назад уже отдала двести миллилитров. Я сдала за месяц пол-литра. И это в порядке вещей.
  
   []
  
  
   []
  
  
   []
  
  
  ...Удивительно, но, даже спустя годы, Нина Григорьевна вспоминает те афганские будни с теплотой, без слез и сожаления, даже с юмором.
   - Зато мы утром и вечером питались "красной рыбой" - килькой в томатном соусе, - смеется бывшая сотрудница баграмского медсанбата. - С тех пор я ее ненавижу. Ели галеты, на которых была дата "1945 год". Вкусные, кстати, - на совесть тогда делали. А знаете что я привезла из Афганистана? Чемодан с книгами - тогда это был дефицит. Весело получилось на таможне: у меня все вены после госпиталя, где лежала с инфекционным полиартритом, были в дырках, и это вызвало подозрение. Трясли пограничники меня часа два, все книги пересмотрели.
  
  Спрашиваете, зачем мы туда ехали? Хотелось что-то полезное для страны сделать. Обидно было: когда вернулись, а государство нам сказало: "Вы ехали по своей воле и никому теперь ваш патриотизм не нужен". Были те, кто ехал за деньгами. Но то вопрос к руководству страны: до какого состояния должны дойти люди, чтобы на заработки ехать на войну?
  
  ... Возвращение к мирной жизни для Нины Рябченко тоже было непростым, часто сталкивалась с непониманием окружающих. Да и до сих пор никто их, вольнонаемных женщин, отработавших в Афгане по несколько лет, не приравняли к участникам боевых действий. И никому невдомек: эти девчонки гибли на той войне наравне с солдатами от пуль, мин и болезней. Многим не удалось справить и 30 лет. Пусть они не держали в руках оружие, но их службу нельзя называть "курортом".
  
  Но Нина Григорьевна не жалеет ни о чем, ведь видеть глаза вернувшихся отчасти и с ее помощью к жизни мальчишек - уже было большой наградой.
  
  Анна Третьякова
  
  ____________________________________________
  (1) Военные воспоминания Нины поставлены в "Из окошка девичьего модуля. Первые военные будни..."
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/0010.shtml#15
  
  Военные воспоминания Нины поставлены в "Пoчeму мы пoехали в Афган? Неужели за чеками? Часть 1-я"
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/0011.shtml#28
  
  Военные фото Нины поставлены в фотоальбом "Баграм, фотоальбом N 2"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/41.shtml#72 - A.C.
  
  
  
  

79. Горловская городская газета "Кочегарка" от 15.02.2011

  

В горах Джелалабада

  
  Ее фотография на стенде в горисполкоме - в одном ряду с известными горловскими руководителями здравоохранения. Медсестра Виктория Мельникова(1) одна из 28-ми горловчан, погибших в Афганистане.
  
  
НАВСЕГДА 25-ЛЕТНЯЯ
  
  
 []
  
  Виктория Мельникова окончила ОШ N 85 и медучилище. Работала медсестрой в детском хирургическом отделении больницы N 2, рентгенлаборантом. Красивая, жизнерадостная, сноровистая в работе, она без преувеличения была душой коллектива. О ее жизненной позиции говорит тот факт, что медсестра многократно сдавала кровь для больных детей. До определенного момента все в ее судьбе складывалось гладко, кроме, пожалуй, личной жизни. Виктория самостоятельно растила дочь Тоню.
  
  В октябре 1986 года, будучи, как и все медработники, военнообязанной, молодая женщина была направлена для работы операционной медсестрой в воинской части.
  
  - Виктория очень любила дочь и собиралась отправить учиться Тоню в музыкальную школу, нужно было купить инструмент, поэтому, наверное, и решилась на этот шаг, - вспоминает мама, Лидия Константиновна. - В Афгане побывала однокурсница, с которой она училась в медучилище. Конечно, она не могла рассказать всей правды, хотя многие догадывались, что там далеко не курорт. Кто только не отговаривал мою дочь от этого поступка, но ее как будто тянула туда какая-то неведомая сила. Я думаю, что сказалось здесь и патриотическое воспитание, ведь тому поколению настойчиво прививали чувства самоотверженности и самоотдачи. Да что говорить - я в то время тоже гордилась поступком Виктории! Когда пришел вызов, вместе с ней поехала в областной военкомат, где мне сказали, мол, не переживайте, ваша дочь будет при центральном госпитале в Кабуле. Куда она на самом деле попала, я узнала только после ее смерти.
  
  
ПИСЬМА С ТОГО СВЕТА
  
  '...Вот и наступил Новый год. Сегодня 3 января 1987 года, а писем от вас еще не получала. Понимаю, что я не близко и что почта работает нерегулярно, но так хотелось бы получить от вас хоть одну строчку... Если бы вы только знали, мои дорогие, как я за вами скучаю. К работе уже привыкла, да и вообще уже освоилась. Мне подарили обезьянку, назвала его Ванькой. Обезьянке всего месяц, так что после работы я вся в заботах о детеныше... Тонечка, доченька, как твои дела? Бабушку слушаешься? Пожалуйста, будь умничкой, ты у меня самая хорошая девочка. Не огорчай бабушку, раз меня нет, ты должна помогать ей...'
  '...Пишу уже четвертое письмо, а вы молчите. Не нужно ничего скрывать, пишите. От вашего молчания мне уже кошмары в голову лезут, просыпаюсь от ужасных снов. Мамочка, скоро от меня приедет человек, он привезет мои вещи...'.
  
  Человеком, который привез вещи, оказался не тот, о ком Виктория написала в своем последнем письме родным, а военный, сопровождавший 'груз 200'. Но о том, что случилась беда, материнское сердце узнало раньше, чем пришло страшное известие. Накануне гибели мамы маленькая Тоня попала в больницу. Вечером, вернувшись домой от внучки, Лидия Константиновна прилегла отдохнуть и вдруг четко услышала душераздирающий крик Виктории: 'Ма-ма-а...'. Как оказалось позже, именно в этот момент за тысячи километров от Горловки колонну машин, которая возвращалась с аэродрома, куда доставили раненых, обстреляли. Бронетранспортер, в котором была Виктория, был в колонне первым. Водитель свернул с дороги, но на обочине они подорвались на мине...
  
  Провожая свою медсестру в последний путь перед посадкой в 'черный тюльпан', сослуживцы Виктории Мельниковой осыпали цинковый гроб розами. Хоронили ее в Горловке в начале февраля 1987 года. Стоял двадцатиградусный мороз, а дорогу, засыпанную снегом, пришлось расчищать с помощью техники.
  
  
 []
  
  После гибели Виктории Лидия Константиновна с Тоней каждую неделю бывали на кладбище. Когда она серьезно заболела, ей посоветовали прекратить столь частые визиты. Чтобы поставить пятилетнюю внучку Тоню на ноги в непростые 90-е годы, дать высшее образование, Лидии Константиновне пришлось приложить немало сил. Сначала помогал 'Горловскжилстрой', в котором женщина 36 лет проработала инженером. Трест выделил комнату, где начали собираться члены Комитета семей воинов, погибших в Афганистане. Его председателем стала Л.К. Мельникова.
  
  
ИХ ОСТАЛОСЬ ДЕВЯТНАДЦАТЬ
  
  - Комитет был создан для того, чтобы мы могли выжить в трудное время и помочь другим, - говорит Лидия Константиновна. - Всего в Горловке на тот момент проживало 28 семей родителей, дети которых погибли в Афганистане, и три вдовы с маленькими детьми. Оставшись один на один со своим горем - за погибших получали копейки, - мы поддерживали друг друга морально и пытались достучаться до власти. За годы у меня собралось много отписок, ответ в которых один: то не положено, это не положено. В Донецке, Мариуполе, Макеевке и Артемовске семьи погибших афганцев освобождены от уплаты коммунальных услуг. В областном центре, куда часто езжу к внучке, я не оплачиваю проезд в автобусах. А у нас... К этой теме мы уже и не возвращаемся. Обидно...
  
  - В начале января мы похоронили Леонида Андреевича Харчевникова, отца майора Олега Харчевникова, который погиб в Афганистане, спасая своих товарищей, - продолжает Лидия Константиновна. - Конечно, собрали какие-то деньги на венок и цветы, но... Ведь можно, наверное, заложить хоть небольшие деньги в бюджете, чтобы родителей погибших в Афганистане ребят проводили в последний путь по-людски, не возлагая это на родственников. В последнее время даже на поминальный обед 15 февраля собираем деньги, тогда как раньше это оплачивали власти.
  
  Вместе с Лидией Константиновной мы побывали на кладбище спустя несколько дней после того, как отметили 24-ю годовщину гибели Виктории. На могиле лежали свежие живые цветы и присыпанные снегом новогодние елочные украшения. Как оказалось, память о Виктории жива в сердцах не только ее близких.
  
  На Центрально-Городском кладбище находятся двенадцать могил афганцев, остальные шестнадцать нашли вечный покой на других горловских погостах. К сожалению, у трети погибших ребят родственники уже умерли. Для них боль потери оставалась до последнего вздоха. И хорошо, что не видят отцы и матери надругательств над надгробиями своих детей, - на многих могилах афганцев вандалы сняли металлические ограждения. От таких деяний, с позволения сказать, рук человеческих становится еще горше.
  
  Наталья СУББОТИНА
  
  http://kochegarka.com.ua/?p=26348
  
  ____________________________________________
  (1) - информация на погибшую Викторию МЕЛЬНИКОВУ находится в "Списке погибших "афганок"
  здесь: http://artofwar.ru/s/smolina_a/text_0030.shtml#013a
  
  О Виктории так же упоминается в другой газетной статье. Вполне допускаю, что публикаций было больше, но я имею то, что прислали добровольные помощники. Ещё одна газетная статья о Виктории поставлена в "Дай свoй адрес, "афганка". Часть 8-я (N 101-110)"
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/tt.shtml#108 - A.C.
  
  Bоенный фотоальбом сотрудников госпиталя особо-опасных инфекций N 834 в/ч пп 73976 поставлен
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/011aa.shtml
  
  Рассказы о самоотверженной работе сотрудников этого госпиталя или частичные упоминания о них находятся в текстах:
  
  - "Александp Добриянец. Джелалабадские медики рассказывают. Глава 2-я"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/text_0014.shtml
  
  - "Джелалабад. Bам, вся родная медслужба. Глава 4-я"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/text_0014a.shtml
  
  - "Джелалабад. Подружки-сестрички"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/d.shtml
  
  - "Джелалабад. Kак на войне можно погибнуть из-за глупой обезьяны"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/a.shtml
  
  - "Джелалабад. Соловьиная роща"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/k.shtml
  
  Так же собраны газетные статьи, в которых бывшие сотрудники этого госпиталя делятся своими воспоминаниями. Или найденной информацией делятся журналисты. Конечно же публицистики больше, но я имею то, что имею:
  
  - воспоминания Надежды Ивановны ЛЕВИЦКОЙ в тексте "Дай свoй адрес, "афганка". Часть 1-я (N 1-18)"
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/text_0012.shtml#10
  
  - о Маргарите Николаевне ПОДРЕЧНЕВОЙ (МУСАЛАЕВОЙ) в тексте "Дай свoй адрес, "афганка". Часть 7-я (N 91-100)"
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/text_00127shtmlshtml.shtml#100
  
  - о ней же в тексте "Дай свoй адрес, "афганка". Часть 8-я (N 101-110)"
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/tt.shtml#107.5
  
  - о Марии Ивановне ШУШАКОВОЙ в тексте "Дай свoй адрес, "афганка". Часть 9-я (N 111-120)"
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/tt1.shtml#118
  
  - об Ирине Петровне ТРЕТЯК (ЧЕЛБОГЕШЕВОЙ) в тексте "Дай свoй адрес, "афганка". Часть 10-я (N 121-130)"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/tt2.shtml#121.4
  
  - о Маргарите Александровне ТЮРНИНОЙ в тексте "Дай cвoй адрес, "афганка". Часть 17-я (N 191-200)"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/tt9.shtml#192 - A.C.
  
  
  
  

80.

  

  
  

Продолжение "Дай cвoй адрес, "афганка" (Часть 6-я)"
  находится здесь:
  http://samlib.ru/s/smolina_a_n/text_00126shtml.shtml

  
  
  
  
  
  


По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2017