ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева
Смолина Алла
Гимн советским "афганушкам" или oтвет "чекистки" (часть 4)

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
  • Аннотация:
    13-я глава. Три женских правды
    ----- Oт "брошенки"
    ----- От жены советника
    ----- От "афганки"
    14-я глава. К о м а н д и р ы
    15-я глава. Война и свадьбы
    16-я глава. Cлужащие и прапорщицы

  
  
  
  
  
  
  П р е д ы с т о р и я
  
  1-я глава. Моя заходная ступень благодаря одной белорусской писаке
  2-я глава. О пишущих перьях и солдатских матерях
  3-я глава. "Слово не стрела, а пуще стрелы разит" (русская народная поговорка)
  
  ЧАСТЬ 1-я
  
  4-я глава. Кто из девушек ехал в Афганистан? Краткая выборка
  
  a.---- Национальный состав
  b.--- Место рождения
  c.--- О б р а з о в а н и е
  d.--- Возрастная планка
  e.--- Семейное положение
  f.--- Сроки службы
  
  5-я глава. Почему девочки ехали? Неужели за чеками?
  
  a.--- О направленных на войну в приказном порядке
  b.--- Об уехавших на войну Берегинях
  c.--- О заброшенных на войну под прикрытием
  d.--- О дислоцированных на войну в режиме полной секретности
  e.--- О собравших чемодан в Германию, но оказавшихся в Афганистане
  f.--- Жёны военных советников
  j.--- Советские дети на войне
  
  ЧАСТЬ 2-я
  
  6-я глава. Кем служили на войне девочки?
  7-я глава. "Работа и судьба. И подвиг медицинский ежечасный..."
  8-я глава. Девичьи будни на войне
  
  ЧАСТЬ 3-я
  
  9-я глава. Пьянствовали ли девушки на войне?
  10-я глава. Много ли было "чекисток"?
  11-я глава. Была ли возможность встречаться с афганскими дуканщиками?
  12-я глава. Верили ли девочки в Бога?
  
  ЧАСТЬ 4-я
  
  13-я глава. Три женских правды
  
  a.--- Oт "брошенки"
  b.--- От жены советника
  c.--- От "афганки"
  
  14-я глава. К о м а н д и р ы
  15-я глава. Война и свадьбы
  16-я глава. Cлужащие и прапорщицы
  
  ЧАСТЬ 5-я
  
  17-я глава. П р и л о ж е н и е.
  Письмо ветерана афганской войны из Беларуси
  
  
  
  
  

ЧАСТЬ 4-я

  
  
13. Три женских правды
  
=== Вместо предисловия ===
  
  Всё началось с комментария Татьяны "Брошенной" на моей странице ветеранского сайтa "Artofwar". Потом Татьянa прислала письмо:
  "Алла, недавно наткнулась на сайт. Прочитала все записи, какие есть и решила вам написать. Через мою жизнь Афган прошел танком, уничтожил все на своем пути, а под конец загнал на минное поле, по которому я иду с 6 декабря 1986 года. Я, может, вам не написала бы, если б не увидела в альбоме фото мужа с "афганкой", в которой она комментирует его, как "своего". Прошло 26 лет, а рана до сих пор кровоточит. Алла, вы не могли бы написать в своей книге об этом или помогите мне выйти с минного поля. Что вы на это мне ответите?"
  
  С разрешения Татьяны я поставила её письмо в открытый доступ и оно нашло отклик. У каждой стороны - своя правда.
  
  Я тоже хотела вмешаться с темой "Жёны тех, кто воевал в Афганистане". Кто-нибудь назовёт количество распавшихся браков по причине измены жены? Сколько женщин вели вольную весёлую жизнь, пока их мужья проливали кровь в афганских межгорьях? Таких достаточно много, лично знаю трёх ветеранов афганской войны, подавших на развод именно по этой причине.
  
  Вот я и хотела вмешаться. Hо передумала. Слишком грязная тема и её должны поднимать не я, а преданные мужья.
  
  Итак, три горьких женских правды.
  
  
  

=== Правда первая. Oт "брошенки" ===

  
   Ну вот, подруги, сажусь писать "Исповедь Брошенки", так называют в наших краях тех, кого бросают мужья.
  
   Первая часть "Исповеди" будет называться "Довоенной", в которой опишу жизнь до того момента, как отправили мужа на афганскую войну.
  
   Начинать надо с юности. Встретились и полюбили друг друга в 19 лет, мы с мужем - одногодки, нас разделял всего 21 день. Женились в 1974 году, он - военный курсант, я - студентка медучилищa. Снимали квартиру. Простыми словами те времена не описать, насколько была крепкой любовь. Он в "самоволки" бегал через весь город, приносил цветы, сорванные на клумбе. А сколько раз убегал от патруля! Потом мы смеялись над этим до утра.
  
   Было время, когда снимаемую нами времянку нечем было топить. Так муж с другом воровали дрова. Мы снимали времянку недалеко от военного училища, чтоб ему было ближе бегать в "самоволку".
  
   В 1974 году я oкончила медучилище, пошла работать в операционную по переливанию крови в детской соматической больнице. В 1975 году муж тоже oкончил военное училище и сразу получил назначение в Монголию. А через месяц родился первый сын. Муж был очень счастлив, что сын! Это было время взаимного понимания и любви.
  
   Это было время, когда нам завидовали все наши друзья и соседи. Такого заботливого мужа имела не каждая женщина. Он умел пустить пыль в глаза (это я с возрастом поняла).
  
  Потом - вторая беременность, перед родами муж увез меня рожать домой. После родов я узнаю, что имею "половую" инфекцию. Это был настоящий шок!!! Первый сигнал об изменах мужа. Как я пережила, знает один Бог.
  
  Через 3 месяца муж оформил отпуск и приехал за нами. Я виду не подала. Не захотела портить его радость от рождения второго сына. Наверное, это стало первой ошибкой в моей жизни. Не знаю.
  
  Потом у мужа закончился отпуск, и мы всей семьeй вернулись в Монголию.
  
  Ну, вот тут добрые соседи мне все и рассказали. И опять я смолчала, всю боль внутрь спрятала. Правда, мужу намекнула, но он выкрутился очень оригинально. Дескать, разрешил пожить в нашей квартире одной женщинe, а сам в это время жил в казарме.
  
  В 1980 году мужа из Монголии перевели служить в Прибалтику. Жизнь, вроде, шла своим чередом, дети росли, и вот нам уже по 30 лет.
  
  B декабрe 1984 года начались мои первые неприятности.
  
  Муж пришел расстроенный и сообщил, что его забирают в Афган. 18 декабря 1984 года их увезли эшелонам в г. Геоктепе, чтобы учиться передвигаться по горам. Он перед погрузкой просил меня переехать с детьми к его матери, чтоб ему было удобней ездить в отпуск.
  
  И вот я, 30-летняя с двумя детьми на руках, бросаю хорошую квартиру в Прибалтике и еду к свекрови. Чтоб жить на квартире в чужом городе. Правда, свекровь была хорошей, мы с ней жили дружно, она меня любила.
  
  Сняла я квартиру. Cо свекровью в ее однокомнатной жить не могла, у неё был ещё один сын, младше нас с мужем на 10 лет. Устроилась я в медсанчасть старшим медстатистиком. И стали ждать нашего папу из командировки. Так нaм велели говорить, "из командировки".
  
  Пока часть стояла на советской территории в Геоктепе, он прилетал домой посмотреть, как мы с детьми устроились. Потом, совсем скоро, их полк перекинули в Афган.
  
  На этом и заканчивается наша семейная "доафганская" жизнь.
  
  
* * *
  
  Пришел на нашу улицу 1985 год.
  
  Как сложно выжить в чужом городе среди чужих людей другой веры, незнакомых обычаев, да еще жара, к которой мы непривычные. Просто пЕкло иной день, даже нельзя спать. А на работу идти надо, за детьми следить надо. У старшего - проверять уроки, с младшем - заниматься. И большая проблема, куда бы пристроить их в свободное время, чтоб не болтались праздно по городу. Ведь оба мальчики. Но это все рутина, обыденность нашей жизни.
  
  Денег мне хватало. Через военкомат муж посылал 150 руб., да плюс моя зарплата.
  
  Летом 1985 муж приехал в отпуск, был дома аж целых два месяца! Такое случилось впервые за 12 лет совместной жизни. Дети были с ним неотлучно, привязались еще больше, чем прежде.
  
  Но отпуск подошел к концу, мужу нужно было возвращаться в Афган. Ему сообщили когда будет транспорт. Вылетел он в день своего рождения, нам обоим в 1985 году исполнилось по 31 году.
  
  Именно в этот приезд мужа я узнала, что такое "чекистка". В один из вечеров, под бутылочку водки, муж расчувствовался как ему не хочется уезжать от семьи, как ему там без нас плохо, как он нас любит. Как он мечтает о том времени, когда сыновья вырастут, и мы сядем всей семьей за стол. Наши сыновья с семьями и детьми.
  
  А еще он мечтал, что они втроем, то есть, он и сыновья, сядут за стол и будут пить пиво и разговаривать о жизни. Я тоже, глупая, с ним вместе мечтала.
  
  Но муж улетел до Ташкента, откуда летали самолёты в Афган.
  
  Для нас опять пошли дни выживания. Правда, мне здорово помогала свекровь и сестра мужа. Я им по сей день благодарна, но об этом позже. Xотела бы о них подробней написать, я им очень благодарна.
  
  Так мы в хлопотах и заботах жили до конца 1985 года. Я не описываю, как было сложно в областном городе с квартирой. Как было сложно одной везде крутиться. И - постоянные думы о муже. КАК он там? Причeм, все тяжeлые думы держала в себе, а свекрови говорила, что "все будет хорошо, скоро вернется наш папа, а твой сын, домой живым и здоровым" и т.д.
  
  Но время идет, вот уже и Новый 1986 год постучал к нам в окно. Я еще не знала, какую беду он нам принесeт.
  
  Ах да. Я хотела добавить о слове "чекистка". Так вот, когда мы сидели с мужем на лоджии и выпивали (когда он был в отпуске), и после его откровения, как он нас любит и как ему не хочется уезжать, я говорю: "Давай завтра с тобой сходим в военкомат и я уеду работать в Афганистан вместе с тобой, буду работать в госпитале. А за детьми мама посмотрит".
  
  Я впервые его таким увидела и впервые такое услышала от него про женщин. Я не хочу пересказывать, мне противно это вспоминать. Только скажу, что он говорил, мол, в Афганистане женщины всe делают только за деньги, то есть за чеки. Вот поэтому их называют "чекистками". Муж спросил меня: "Ты хочешь, чтоб и про тебя сказали, что ты поехала за чеками? Вообщем, не смей и думать!"
  
  Ах да, ещe вспомнила. Как в Прибалтике мы с мужем и нашими друзьями ходили на охоту на кабана, как сидели в засаде, притаясь. Нам было в то время, наверное, по 27 лет. Муж по тихому в части взял автоматы, чтоб поохотиться. Кабана мы упустили, но шутили до утра. Ездили и на рыбалку. Встречали Новый Год в лесу в укрепрайоне. Я думаю, что Любовь была.
  
  А 1985 год для нас тяжело уходил. У золовки умерла свекровь. Про таких говорят, что у них большое сердце, на всех его хватает. Через 15 дней наступил Новый 1986 год. Мы все родные собрались у них, чисто символически проводить старый и встретить новый. Январь быстро пролетел, то справляли 40 дней после смерти золовкиной свекрови, то - другие хлопоты.
  
  А с февраля 1986 года стала замечать, что пишу мужу одно, а он - отвечает на свои поставленные вопросы. Вобщем, пишет: "Тут есть это, можно купить. Напиши размеры детей". Я ему пишу: "Не нужно нам ничего, не рискуй из-за тряпок, не мотайся лишний раз". Он в следующем письме опять этот же вопрос. То пишет, что от меня нет писем давно. То пишет, что давно ничего про детей я ему не пишу.
  
  Потом он пишет, что я ему совсем не пишу, хотя я писала каждую неделю.
  
  Так продолжалось до декабря 1986 года, как раз начали выводить советские войска из Афганистана. Я думаю: "Может, и он едет с колонной?" Потом сердце не выдержало, позвонила золовке, попросила прийти. Говорю: "Сейчас в военкомат поеду, пусть делают запрос".
  
  А то, что произошло 6 декабря 1986 года потрясло не только нашу семью, но соседей, друзей. Ведь я, глупая, детей учила любить и уважать отца. У нас даже игра такая была, кто о папе скажет больше хорошего. Если бы я немного по другому воспитывала своих детей - все было бы по другому.
  
  Одним словом, я позвонила золовке и попросила ее встретить детей из школы. А сама собралась в военкомат, чтоб сделать на мужа запрос в часть, почему от него нет писем.
  
  Пришла золовка и стоит молча, опустив голову.
  
  Я спрашиваю: "Уж не заболела ли ты?" Она - молчит. А потом как расплачется и протягивает мне письмо. Я ей говорю: "Это письмо маме, а не мне". А она отвечает: "Ты прочти", - а сама плачет все сильней. Я даже испугалась. Спрашиваю: "Он живой?". Она кивает головой, мол, да, живой.
  
  Я взяла это письмо и стала читать. Во мне все обмерло, кровь остановилась. Почти год мы жили в неведении, получая от него странные письма, а потом вообще замолчал.
  
  Что было дальше - помню смутно. Золовка рассказала, что я стояла как каменная и немая, что она меня тормошила, а я стояла и глупо улыбалась. Она засунула мне в рот таблетку "элениума" и заставила лечь. Но я ничего не помню, это всё золовка мне рассказала.
  
  Потом она закрыла меня в квартире и пошла у подъезда детей встречать. Младший пришел, а у старшего было мероприятие, он передал что задержится. Золовка младшего к себе забрала. А я уже спала под действием таблеток.
  
  Одним словом, из письма мужа к матери я узнала, что муж в Афганистане нашёл "девушку" и домой возвращаться не будет. А мне советовал ехать на все 4 стороны.
  
  Мне было плохо и обидно. Сразу в уме: "Как жить?" Я же нашу квартиру в Прибалтике вернула в часть по просьбе мужа. Как с двумя детьми устроиться? Как и где найти работу, чтоб получить квартиру??? Одни вопросы. Но они будут потом, позже.
  
  А тогда золовка дала таблетки и я уснула. А проснулась от жуткого воя, аж волосы дыбом стали. Смотрю, старший сын сидит на полу и держит письмо, и все причитает: "Как скажу ребятам, что отец нас бросил? Ведь мы его любим. Зачем?!!!"
  
  Я пыталась его успокоить, что отец не их бросил, а просто меня разлюбил. А их любит... Много я ему говорила, сейчас толком не помню, а он не слушает меня: то - причитает, то - воет по-волчьи.
  
  Я позвонила свекрови и золовке. Они прибежали, а сынок уже мечется в нервной горячке. Температура за 40, бредит. У меня золовка с мужем - врачи, спасибо им за поддержку.
  
  Но у моего сына произошел нервный срыв, началась нервная горячка, в течении десяти дней он бредил. То на всех бросался, требуя ответа. То метался в забытье и плакал, говоря: "Он не мог так с нами поступить".
  
   Я вынуждена была просить о помощи у мужа. Просила приехать, как можно быстрей и все самому объяснить сыну. Писала и свекровь, и сестра его тоже писала. Золовка, оказывается, писала и командиру. Но муж не приехал, даже не приехал помочь сыну в трудную минуту.
  
  A золовке командир ответил, что муж ему ответил: "Пусть сама справляется".
  
  Это были самые трудные дни в моей жизни. Мы все выхаживали сына. В больницу не ложили, я боялась - отправят в сумасшедший дом. Ведь тогда долго не смотрели, да и сейчас на нас, смертных, смотрят с высокой колокольни.
  
  Золовка с ее мужем от моего сына не отходили. Свекровь убиралась, варила кушать. Кто ел - тех кормила. Вобщем, вся родня мужа помогла мне выжить с детьми в трудную минуту для нас.
  
  Сын стал понемногу поправляться. Жизнь стала понемногу тоже оживать. Через 10 дней я вышла на работу. Ни соседи, ни на работе меня не узнали. Я похудела на 15 кг и стала седой, а было мне в ту пору 32 года.
  
  Сын в школу пошел только после зимних каникул. Стал молчаливым, скрытным и грустным.
  
  Муж с золовкой не общался 10 лет. Сначала - она не хотела, а потом - я не знаю, уже мы разъехались по разным сторонам. Я от них уехала с детьми в 1989 году...
  
  
  
  

=== Прaвда вторая. От жены советника ===

  
  Анна МОРОЗОВА (МИЩЕНКО), Шиндандт, жена советника, бухгалтер вертолетной эскадрильи, 1986-1988, в/ч пп 65235 (302-ОВЭ), 1986-1987:
  
  Не могу не вмешаться, так как я сама ждала два года мужа из Афганистана. Затем ровно через год после его возвращения пришлось поехать с ним на ту же войну в качестве жены военного советника - что бы обеспечить офицеру ВВС надежный тыл.
  
   Мне совершенно не понятна обида женщин, ждавших своих мужей с Афгана. За что можно обижаться на девчонок-афганок??? Если муж 'кoбель' - он и в Союзе мог c успехом изменять жене... С уверенностью могу сказать: только трусливый и лживый мужчина мог пролить грязь на афганских девчонок. Лишь для того, что бы выглядеть в глазах жены 'чистеньким' и верным, из его уст могли пролиться слова: 'Kакие там женщины? Oни все чекистки(проститутки)'. И жёны им верили на слово, не подозревая, что её любящий муж, будучи в Афгане, шептал слова любви другой женщине и при этом обливал грязью свою жену.
  
   Судить никого не берусь, но встану на защиту девчонок-"aфганок".
  
  Мне довелось работать в Шиндандской вертолетной эскадрильe и каждое утро начиналось с большой 'пытки' - зайти в штаб незамеченной. Так как в это время проводилось утреннее построение личного состава части (которое на 98% состояло из офицерского состава). Все мужчины прекрасно знали, что я - жена советника, но все равно каждое утро начштабу или комэске приходилось прерывать свою речь на тот момент, пока личный состав части провожал меня взглядами.
  
  А что уж говорить о незамужних девчонках? Eсли мне, замужней женщине, и то не давали прохода 'влюбленные поклонники'. Так как мой муж был жутко ревнивым (да еще ко всему нужно было помнить, что советники ходили с оружием), то, во избежание конфликтов, приходилось со слезами просить помощи у начштаба.
  
  Иногда встречались настолько 'непонятливые', что даже мне чеки предлагали. И после всего этого можно утверждать, что девчонки сами к мужикам в штаны лезли и в карман за чеками???
  
  Конечно, были случаи и чистой искренней любви, ведь все были молодые. Но не думаю, что кто-нибудь из девчонок, родивших детей от женатых "афганцев", претендовали на своё место в их личной жизни.
  
   Надо сказать, что каждый, кто сталкивается с женщинами-"афганками", отметил про себя их общую черту. Это - гордые, самолюбивые женщины. Не любят они говорить о себе, o своих переживаниях и трудностях.
  
  Но молчаливая сдержанность, их гордость перед лицом испытаний не должны вводить наше общество в заблуждение. Нам бывает больно и горько от незаслуженных оскорблений. Факт, что были и такие 'чекистки', которые оказывали услуги мужчинам. Но это, во первых, их личное дело, а во вторых - особисты (сотрудники Особых Отделов), как правило, отправляли в Союз всех, про кого проскакивал хоть малейший нехороший слух.
  
  А кто-нибудь из 'обиженных жён' задумывался над тем вопросом, что не каждый мужчина чисто физиологически не мог выдержать долгое время без женщины??? Если был спрос, было и предложение.
  
  И не нужно винить во всём девчонок, им и так досталось в этом, Богом забытом, краю - стране афганской. И жуткий холод в зимнее время (кто приехал в летнее время - у того не было с собой теплых вещей, и взять-купить там было негде, а отопительными приборами и печками-'буржуйками' женский состав никто не обеспечивал, мужчины себе забирали). Также в нестерпимую жару летом кондиционеров не было. Нигде, ни на рабочих местах, ни в жилых помещениях. Нехватка воды, скудное питание, а уж про инфекционные болезни и говорить нечего. Хоть одна "афганка" найдётся, не переболевшая тифом, малярией, гепатитотм, а то и холерой? Переболела каждая, и это все при небольшой заработной плате (в Союзе на оборонных предприятиях женщины получали в два раза больше, чем мы на войне).
  
   В заключениe хочу сделать свой вывод. Кто и остался 'обиженным судьбою' во всех этих любовных треугольниках - это дети, зачатые под афганским солнцем. Всё равно, рано или поздно, в своей жизни каждый из них захочет узнать правду о своём отце.
  
   А какую правду смогут рассказать дочке, умершей при родах прапорщика-бухгалтера вещевой службы (к сожалению, фамилии не помню), которая в декабре 1986 года вышла в декретный отпуск и улетела домой. Где-то через месяц, отчетливо помню, как зашёл в службу Юра Ведмецкий и рассказал, что пришло письмо от родителей той самой женщины, которая ушла в декрет. Весть была не из приятных. По приезду в Союз у неё был обнаружен инфекционный гепатит, в больнице начались преждевременные роды, при которых она скончалась. А ребенок остался жив. Вот семидесятилетние старики и обратились в в/часть с просьбой отозваться отцy ребёнка.
  
  Было очень стыдно за наших 'храбрых мужчин', совершавших настоящие подвиги в небе Афганистана, но никто из них так и не сказал старикам, кто отец ребёнка. Так новорожденный малыш остался без матери и отца... Надеюсь, что родственникам удалось вырастить девочку, дать образование, и во всей этой истории как будто никто не виноват - только злодейка судьба...
  
   В нашей мирной жизни намного больше таких случаев, когда распадаются семьи, бывают и служебные романы, и в отпусках, на отдыхе. Так мы же не виним друг друга и не оскорбляем всех женщин бывшего Советского Союза?! Такая уж у нас бабья доля, и виноваты мы сами - что допускаем безответственность наших мужчин. Это мы женщины взяли на себя, на свои плечи ВСЁ, это мы женщины сделали наших мужчин - такими!..
  
  
  

=== Правда третья. От "афганки" ===

  
   Светлана РЫКОВА, Шиндандт, aпрель-июнь 1984 года - артполк в/ч пп 71205. Июнь 1984 года - март 1986 года - управление дивизии:
  
   И я хочу защитить своих сестричек-"афганок"! Моя подруга (назовем ее Татьяной), узнав, что в Афганистан быстро оформляют документы и не надо годами ждать поездку за границу, улетела за романтикой! Там, работая в госпитале 23-х летней девушкoй, встретила свою любовь (назовем его Валерием). Валера - бравый офицер, красиво ухаживал, клялся в вечной любви, просил родить ему наследника.
  
  Так уж судьба распорядилась, на счастье влюбленной Татьяны, к концу контракта Татьяна забеременела! И улетела домой рожать! Все прошло благополучно, родился прекрасный карапуз!
  
  Валера и думать забыл о своей любви, его дома ждала жена! Татьяна рожала сына для себя, ни разу не напомнила Валере о себе и о сыне! Воспитала прекрасного человека, МУЖЧИНУ!!!
  
  Говорю так, потому что очень близко с ними общаюсь, знаю не со слов. Когда мальчик подрос, начал спрашивать про папу... Татьяна не стала ему врать, а рассказала правду. И мальчонка дал себе зарок, что папа, когда узнает какого сына бросил, пожалеет!
  
  Но как же дать папе знать о своем существовании? Мы до сих пор не знаем, как он нашел папу? Загадка и для Татьяны.
  
  Но! Мальчишка позвонил папе... И... Какое было у него разочарование, когда на том конце провода он услышал, что папа знал о сыне, но не хотел его рождения. Поэтому не будет помогать материально ребенку. А у ребенка было все: и компьютер с 1-го класса, и машину мама ему купила к 11-му классу. Не нуждался сын в деньгах. И разговора не заводил о деньгах. Ему папа был нужен.
  
  Когда мальчик закончил школу, Татьяна спросила куда он хочет поступать, может, в военное училище? Как папа? Парень на это сказал: "Прости, мать, не хочу быть подонком!"
  
   Кто виноват в этой истории? И нечего поливать "афганок" помоями! Правильно сказано: если мужик-кобель, для него ничего не помеха! При чем здесь Афганистан? А в Союзе мало разводились? Никуда не выезжая, переезжали из одного подъезда в другой...
  
  
  

=== Несколько дополнительных женских комментариев (вместо послесловия) ===

  
  Тананайко Ирина Арлекиновна 2010/08/11 20:20 [удалить] [ответить]:
   К сожалению, две женщины одновременно - это две стороны медали. Я эту тему в "Подружках" подняла: одна бросилась в Афган спасать рыцарей в блистающих латах, а другая честно ждала дома рыцаря своего. А рыцарю (вчерашнему мальчишке) страшно, ему бы душу свою отогреть. И ведь любил двух женщин одновременно, я не беру другую сторону вопроса, я беру самый идеальный вариант. И кто прав, а кто виноват? Война. Это мое мнение
  
  
  nadezhda (Anna) 2010/08/29 20:42 [удалить] [ответить]:
   Тему затронули, конечно, всегда актуальную, деликатную, но разве есть разница в том, где и как у мужчины и женщины возникают отношения - в школе, на работе, на войне? Любовь, предательство, самопожертвование, надежда - ведь из всего этого и состоит жизнь. Может, и не стоило бы обращать внимание на письмо "обманутой" жены, но даже в комментариях столько реальных историй, которые, на мой взгляд, не только защищают женщин, но и возвеличивают.
  
  
  Корешкова Евгения 2010/10/21 12:47 [удалить] [ответить]:
   Всегда были, есть и будут мужчина и женщина, и нет среди них двух одинаковых. У каждого свой характер и судьба, и мерить всех по одной мерке не получится при всем желании. Неважно, мирное время или война, просто в экстремальных условиях все, в том числе и чувства, проявляются острее.
  
   Кто с кем был, кто кому клялся в вечной любви, все это уже история. Хотя и не всегда чистая и радужная. Часто для мужчин "люблю" и "хочу" являются словами-синонимами. И кому как не женщинам стоит попытаться разобраться, что именно им говорят. Не разобрались - кого винить?
  
  Каждый человек - личность. И у каждой сложившейся и не сложившейся ситуации сотни граней и нюансов, не разобравшись в которых, сложно провести четкую демаркационную линию и расставить всех по должным местам, кто прав кто неправ. Рассудить. Даже на Высший суд надеяться бестолку. Ибо для его свершения требуется выполнить одно очень важное и сложное условие. Простить обидчика. Насовсем. Навсегда. И никогда не вспоминать о прошедшей обиде. Вот тогда и лишь тогда обидчика будет судить Бог. Ибо он никогда не вмешивается, пока люди разбираются меж собой, поливая друг друга грязью. Это проверено на практике.
  
   Люди - вовсе не ангелы. И мужчины в том числе. Им всегда хочется приключений и свежих впечатлений. Приведу свой пример. Мне было 27 лет, когда у меня умер муж. И полтора года меня проверяли на доступность. Все! От пенсионеров и солидных добропорядочных мужей до пацанят-малолеток. Еле-еле я их успокоила, убедив, что здесь никому ничего не обломится. Убеждать приходилось и вежливыми словами и насмешками и, пардон, матом. И пыльным мешком, и дрыном и когтями в рожу... Но поняли таки... Может, я дура, но не в моих правилах - брать чужое.
  
   Женщин после Афганистана близко знакомых у меня нет, но есть мужчины. И один из них, чуть выпив, совсем с катушек слетает. Чуть не в драку лезет, все кругом виноваты и мат с оскорблениями нескончаемым потоком. Довелось пообщаться с ним в таком состоянии. А трезвый - вполне адекватный человек.
  
   Увести мужа могут (и уводят) и в глаза войны не видавшие. И Афганистан - не диагноз и не знак равенства со словом б.... для всех женщин, прошедших войну. Единственное, на что стоит сделать скидку этой сопернице, так это на сорванную войной нервную систему. А на нервных обижаться... Их стараются обходить стороной, не провоцируя.
  
  
  Нина 2011/03/24 21:04 [удалить] [ответить]:
  В нашей жизни есть много историй об изменах мужчин и уходе их от своих жен и семей к любовницам. Не важно к кому и не важно в какое время. Просто у Татьяны это произошло, когда муж ушел на войну в Афган. Но ведь он и до этого не был идеальным мужчиной. А мне хочется рассказать о своей истории.
  
  Когда летела в Афганистан, на пересылке познакомилась с молодым лейтенантом Александром, он был в Союзе в командировке. Ребята везли запчасти для вертолетов в Баграм. Пока ждали борт на Кабул, то болтали обо всем. Из разговора я узнала, что он женат уже как год, а жена не хотела рожать от него ребенка, хотела пожить для себя. И как это часто бывает с посторонними людьми в разговоре было высказано все: и обида на жену, и обида на ее родственников, и то что жить дальше они не будут, и о том что когда будет отпуск он разведется с ней и даст ей свободу - пусть что хочет то и делает.
  
  Так получилось, что впоследствии нам довелось встретиться в Баграме. И вот этот паренек зачастил к нам в батальон. И в его разговорах стали высказываться мысли о скорейшем разводе с женой через запрос воинской части. Причем самое интересное, что повода для подобных разговоров просто не было.
  
  И однажды мне надоело все это слушать. Он забежал, как говориться, на минутку, а проговорили мы с ним часа три. Говорила в основном я. Говорила о том, что он в Союзе оставил жену, и какая бы она по его словам не была, его ждут дома и переживают за него.
  
  Вскоре после нашего разговора Саша улетел в отпуск домой. А через месяц заявился ко мне с конфетами из Союза и бутылкой шампанского. Когда прилетел домой, жена сообщила, что ждет ребенка. И я счастлива, что так сложились обстоятельства и я тоже приложила к этому руки и поспособствовала укреплению этой семьи. Надеюсь что у них все хорошо. А Татьяне хочу дать совет: живи настоящим, не оглядывайся на прошлое. Цени тех, кто протянул тебе руку помощи в трудную минуту. Желаю удачи.
  
  

  
  14. К о м а н д и р ы

  
  Командиры у девчонок были разными: у одних -- отец родной, у других -- кот блудливый.
  
  "Отцы", "бати" поддерживали девочек по мере возможностей, видя в подчинённых своих дочерей или сестёр. Эти были командирами старой формации советской армии в лучшем её понимании. Их было много.
  
  "Коты блудливые" делились на два типа - на подлецов и ответственных.
  
  Ярким примером подлеца был знакомый комбриг, склонивший к сожительству бригадного врача. Ну как "склонивший"? Лживыми речами, дурманящими голову любой одинокой женщины: "Ты - единственная, которую искал всю жизнь", "Хоть и женат, но с женой мы давно чужие люди". Ещё могут придумать "жену больную" или "жену изменницу". И всё. В данной ситуации запас доводов не велик, но имеющиеся достаточно весомы. Измена жены или наличие жены, с которой нет отношений, - серьёзный повод для развода.
  
  И Ирина Сергеевна, кареглазая пухленькая красавица из Западной Украины, верила. А кто бы из нас не поверил, если перед тобой не пацан-ремесленник, а целый полковник советской армии? Народное достояние, национальная гордость. Верила и Ирина Сергеевна, со слезами провожая любимого в горы, отмаливая от вражьей пули или снаряда; со слезами встречая; а в свободное от службы время обстирывая, обглаживая, обкармливая. Многие детали военного быта из моей памяти испарились, но накрахмаленный рушник на тазике с ароматными булочками в руках Ирины Сергеевны, спешащей в сторону командирского модуля, помню по сей день. Эта женщина даже в военно-полевых условиях не растеряла хозяйственных навыков, балуя своего полковника изысканной выпечкой и вкусными блюдами, одно из которых был, конечно же, знаменитый украинский борщ с пампушками. Да-да, с обязательными пампушками в чесночной подливке, а иначе какой это борщ? Многие на войне едят борщи со свежими пампушками? А полковник ел вдоволь, от пуза.
  
  Ну а мы наслаждались чужой идиллией. Замечательная пара: он - рослый усатый дядька, этакий богатырь в погонах, Ирина Сергеевна - рукастая хозяйка с уважаемой профессией врача, и если дальнейшая судьба многих молодых девочек, влюбившихся в младших офицеров, была туманной, то в будущем Ирины Сергеевны никто не сомневался. И комбриг, и врач - оба люди ответственные, взрослые, своей связи они не скрывали, жили открыто, и Ирину Сергеевну чаще называли "комбригшей", чем "врачом".
  
  .......
  .......
  
  Полковнику замена пришла первому. Но Ирина Сергеевна не особо печалилась, ей казалось, что это даже лучше: бракоразводный процесс с опостылевшей женой, о чём постоянно говорилось на протяжении длительного времени, пройдёт без неё, а она, Ирина, прилетит к нему уже в качестве официальной жены. ЕДИНСТВЕННОЙ ЛЮБИМОЙ. Именно такие слова в её ушко изо дня в день нашептывали горячие мужские губы.
  
  И провожать ехала с покоем на душе. А на аэродроме, не отводя в сторону глаз, ничуть не смущаясь, полковник заявил об окончании их романа. Как хладнокровно крушил и рубил в горах моджахедов, так невидимой шашкой невозмутимо полоснул по женской душе. После чего развернулся и неторопливо поднялся по бортовому трапу
  
  ... Женский организм не смог справиться с полученным стрессом, дав сбой на затылочную долю коры больших мозговых полушарий, и Ирину Сергеевну привезли в бригаду незрячей. Услышь я от посторонних о внезапной слепоте, то наверняка бы засомневалось. Разве можно в одну минуту ослепнуть? Оказывается, можно. Преходящая (временная) слепота, которая, к счастью, лечению поддаётся, и какое-то время Ирина Сергеевна лежала в медроте, а по возвращении в модуль долгое время не показывалась никому на глаза, не выходила из своей комнаты, ни с кем не общалась, еду ей носили коллеги, но чаще еда оставалась не тронутой. Те дни чёрными казались для многих обитательниц девичьего модуля. Девчонки просили друг друга не включать громко музыки, не шуметь, вроде в доме лежит покойник.
  
  Не помню сколько прошло времени, пока я не увидела Ирины Сергеевны на улице и это, конечно, была другая Ирина. Почерневшая, осунувшаяся, похудевшая, с заклеенным пластырем одним глазом, она ничем не напоминала живую кареглазую красавицу, какой порхала сколько-то недель назад. Девчонки, как могли, её поддерживали, но разве чужие слова способны заштопать огромную рваную рану в душе? "Алла, - делилась она незадолго перед своим "дембелем", - я взрослый человек, я всё понимаю, и если бы изначально он был со мной честным, то я бы на будущее не претендовала. Но тон ведь на протяжении полутора лет ежедневно клялся в любви..."
  
  Я слушала эту бедную женщину с разорванной в ошметки душой и понимала, что подобного испытания не пожелаешь даже клятому врагу.
  
  ***
  
  ...Потом случилась трагедия с Валентиной. Валентина не ослепла, но она так же не была готова стать жертвой подлеца с большими звёздами, своё предательство так же переносила мучительно, почернев, осунувшись, похудев. Это я рассказала о двух тяжёлых случаях, произошедших на моих глазах: на моих глазах развивались отношения Ирины и Валентины со своими командирами, на моих глазах одна за другой случились их личные трагедии. А сколько таких Валентин и Ирин было по армии?
  
  Правда, иным подлецам карма своё вернула. Догнало ли комбрига-полковника проклятие Ирины Сергеевны, всё-таки она родом из тех краёв, где мольфары и колдуны воспринимаются естественным дополнением к природе. Или так сошлись звёзды? Но совсем скоро после Афганистана он получил тюремный срок. Я знаю за что и по какой статье судил его военный трибунал. Но рассказывать не буду.
  

  * * *

  
  Другая упомянутая категория подлецов - подлецы ответственные. Они так же обманывали девчонок, давая одиноким сердцам надежду на замужество. Но после в жёны не брали. При этом отдельные командиры, дождавшись замены, увозили девчонок с собой к новому месту службы, обеспечивая жильём и работой. Именно таким образом в Москве появились "афганки", никакого отношения не имевшие к столице, чаще родившиеся в деревнях (и не обязательно в российских, а в деревнях союзных республик), но статус "москвичек" получившие в благодарность от своих покровителей, продолживших любовную связь, или прервавшиx, но откупившись за обман и разрушенные надежды.
  
   Москва и московский регион, конечно же, были не единственными, куда вслед за своими командирами ехали "афганки". Их много раскидало по весям постсоветского пространства. Потому к данной мужской категории, несколько лет дуривших голову одиноким женщинам, претензии слабые. Эти хоть как-то смогли наладить быт и устроить судьбу своим бывшим подчинённым.
  

  * * *

  
  Для чего я вставила главу о командирах? Потому что военная тема - это не только о подвигах. Но и о человеческих судьбах с их личными трагедиями, большими или не очень. Отсюда ветераны афганской войны женского пола, в одиночку родившие и воспитавшие ребёнка, зачатого на войне. И я даже принимала участие в розыске одного, кого простыми средствами найти было не возможно - только через высокие кабинеты Москвы. Нашли. Но в списках живых он уже не числился, ушёл, так и не узнав, что, помимо официально зарегистрированного сына, рос сын внебрачный с гражданством страны Узбекистан...
  
  

  .....................................................................................
  .....................................................................................
  
  Глава 15-я "Война и свадьбы"
  
  Сначала хотела поставить отдельной главой.
   A после подумала "А зачем ставить отдельную главу, если уже имеется текст?".
  
  Текст "Афганистан. Война и свадьбы" находится здесь:
   http://artofwar.ru/editors/s/smolina_a/a1.shtml
  
  
  .....................................................................................
  .....................................................................................
  .....................................................................................

  
  
  
  
16. Служащие и прапорщицы
  
  Неприятная тема задела всех "афганок"-служащих и потому не буду замалчивать.
  
  На войне мало кто из девчонок интересовался должностью друг друга. "Таня из столовой", "Люда из аптеки", "Света из хирургии", а кем и на каких должностях числились девочки, особо никого не интересовало. Нет, это не считалось военной тайной, но зачем нагружать память штатными расписаниями чужих подразделений?
  Если и были среди нас девочки-военнослужащие, то внешними отличиями в глаза не бросались. Аккуратная причёска, наглаженное платье, все девочки старались выглядеть достойно, а порой и кокетливо. Честно говоря, я не помню, чтоб кто-то из них носил военную форму, хотя наверняка носили. Меж собой жили дружно, общения не избегали и друг друга не сторонились.
  
  Как вдруг через несколько десятилетий после войны...
  
  С появлением интернета сеть заполонили ветераны боевых действий, регистрировавшиеся на военных сайтах в первую очередь с целью поиска сослуживцев.
  
  Затем, как всегда случается в не совсем идеальном обществе, меж ветеранами афганской войны пошли виртуальные разборки и склоки, и первыми под удар попали "афганки". Точнее, разборки между "афганцами" пошли сразу после окончания войны, реальные разборки, иногда с применением боевых средств, например, взорванный в лифте жилого дома в ноябре 1994 года председатель Фонда инвалидов войны в Афганистане Михаил Лиходей, a после, 10 ноября 1996 года, когда на Котляковском кладбище у у могилы взорванного Лиходея собрались его родные, друзья и знакомые, приведённое в действие взрывное устройство (по различным оценкам от двух до пяти килограммов в тротиловом эквиваленте) унесло жизнь четырнадцати человек и ранило около тридцати.
  
  Но там шла делёжка миллионов, получаемых ветеранским фондом за счёт (странных) льгот на внешнеэкономическую деятельность, когда фонд только за 1994 год с помощью таможенных льгот заработал около 200 миллионов долларов.
  
  И "афганок" в тот период не трогали.
  
  Массовая травля началась с появлением интернета. Сейчас сложно определить: стали тому виной пошлые образы в отдельных книжонках и фильмах, обильными пачками преднамеренно вбрасывающиеся в массы, или в нашем несовершенном обществе испокон веков принято топтать женскую честь, коль даже героини Великой Отечественной прятали свои военные билеты и сжигали пропахшие дымом боевых сражений шинели, дабы не стать объектом насмешек и осуждения. Но факт остаётся фактом.
  
  Началось с пастухов-"афганцев", свинарей, хлеборезов и прочих представителей "боевых" должностей, вслух не упоминаемых, но имеющихся на каждой войне. В своих текстах я часто повторяюсь не по причине возрастной забывчивости или врождённой упёртости, а потому, что, возможно, именно этот текст для кого-то окажется первым моим произведением. Человеку, впервые заглянувшему на страницу незнакомого автора, сложно уловить смысл в недосказанных полуфразах. Потому пишу раз за разом, повторюсь и сейчас: на любой войне воюет около 40% войсковых частей, остальные пекут хлеб, стирают бельё, варят борщи, чистят (пардон) туалеты, то есть поддерживают боевой дух в тех, кто не просыхает от кровопролитных боёв. В 40-й армии, воюющей в Афганистане, служили даже пастухи и свинари в погонах, выращивающие живность для подкорма высших чинов.
  
  Но многие слышали о ветеранах-пастухах или ветеранах-ассенизаторщиках? Кто-нибудь из вас, дорогие читатели, встречал участника боевых действий, например, солдата-банщика или солдата-прачку? Неважно какой войны - ВОВ, афганской, чеченской. Вот то-то ж! Хотя они служат в любой воюющей армии.
  
  Исправно функционировали они и в афганских провинциях, где квартировали советские части. В трудовые книжки гражданских специалистов вписывались настоящие должности, допустим, "машинистка", "прачка", "уборщица", "повар", зато военнослужащие сплошь идут "десантниками", "разведчиками", "танкистами", в зависимости от названия войскового подразделения, к которому прикреплялись. Например, в нашей прокуратуре, где я занимала офицерскую должность начальника канцелярии, постоянно прoживали два солдата-дневальных. В их служебные обязанности входило мыть полы, следить за дворовой территорией, чистить бассейн, охранять помещение, принимать почту и в отсутствие сотрудников прокуратуры отвечать на телефонные звонки. Ещё они ухаживали за огородом, правда, не помню кому принадлежали грядки - офицерам или дневальным, но я точно огородного урожая не пробовала и потому думаю, что витамины дневальные выращивали для себя.
  
   И я их не порицаю, по-крайней мере, несколько матерей получили своих сыновей живыми. Но реалии таковы: в военных билетах наши дневальные записаны мотострелками не просыхающей от боёв 66-й мотострелковой бригады. Гарнизонная прокуратура находилась на её территории, откуда и поступали прикреплённые к нам "срочники".
  
  И вот эта многочисленная прослойка, не нюхавшая военного пороха от слова "совсем", дружно бросилась очернять "афганок". Самое интересное, что, прослужив в Афганистане максимум полтора года (уже писала: у всех "срочников" полгода уходилo на "учебку" в Союзе и лишь после - Афганистан), эти "бравые швейки" способны наплести с три короба в адрес тех, кто пробыл на войне от двух до пяти лет. О сроках службы девочек рассказываю в подразделе главы N 4 "Кто из девушек ехал в Афганистан? Краткая выборка".
  
  Причём большинство "швейков" опираются исключительно на слова "земели". Лично столкнулась, предложив назвать хотя бы должность и войсковую часть той, кого грязно обсуждали на одном из форумов ветеранской группы. В ответ получила: "Сам не встречал, рассказываю со слов земели".
  
  Но удивительным оказалось другое. Когда "афганок", гражданских специалистов по линии МО, принялись терзать "афганки"-прапорщицы, подпевая в унисон мужским голосам. Конечно, не все прапорщицы, но штуки три-четыре резвились особо. И это отдельная тема.
  
  
* * *
  
  В Афганистане стать прапорщицей могла любая девочка. В подразделе "Образование" главы "Кто из девушек ехал в Афганистан? Краткая выборка" я рассказала, что если и встречались среди "афганок" гражданские специалисты со школьными аттестатами, то их было считанные единицы. Лично я не знаю ни одной. Остальные девочки закончили училища, техникумы, институты.
  
  Выпускница ВУЗа имела возможность стать кадровым офицером, что очень приветствовалось - советская армия всегда нуждалась в притоке молодых свежих сил. А дипломы техникумов и тех же медицинских училищ позволяли поменять гражданские платья на форму прапорщика. Вот прямо там, в Афганистане, снимай гражданское платье и облачайся в форму прапорщика. Война сама по себе является надёжной кузницей кадров.
  
  Но желание связать свою жизнь с армией возникало не у многих "афганок" и сейчас постараюсь пояснить причины.
  
  Как уже рассказала в главе "Почему мы поехали? Неужели за чеками?", большинство девочек попали в Афганистан волею случая - это когда шли в военкоматы с единственным страстным желанием уехать в западные группировки советских войск, и получали заверения от военкоматовских работников, а потом вдруг как-то внезапно, кроме афганского направления, других вакансий не оставалось. Без вариантов: или война или потеря мечты на неопределённый срок, грозящий перерасти в бесконечный из-за негласного попадания в "чёрный список". Советские военкоматы не любили особо привередливых и слишком разборчивых. К тому же, знаете ли, достаточно сложно, почти упаковав чемодан и мысленно уже фланируя по тротуарам сказочной заграницы, возвращаться в обрыдшую серую повседневность.
  
  Попади девочки в западные советские группировки, их служебная деятельность, конечно, была бы связана с армией, конечно же, их рабочие часы соответствовали бы определённым армейским графикам. Зато вне работы жизнь протекала бы в приятной суете цивилизованного мира: кино, парки, театры, концерты, магазины, музеи, выставки, ближние и дальние экскурсии.
  
  Чего не сказать о 40-й армии. В Афганистане все находились на военном положении. Пункты постоянной дислокации разрешалось покидать только по очень уважительным причинам, встречались такие, кто выезжал за КПП лишь для поездок на аэродром перед отпуском или на "дембель". То есть без малейшего стремления к службе в армии, без внутреннего настроя, без предварительных психологической и физической подготовок, девочки, поломав ранее строившиеся планы, помимо воли оказались солдатами в юбках, подчинив жизнь безоговорочному выполнению приказов.
  
  Но даже если у кого по прошествии времени, когда смирились со всеми сопутствующими военному положению, когда пригляделись, привыкли, человек ко всему привыкает, и мелькала мысль о продолжении службы, то где гарантии, что после Афганистана не зашлют в какой-нибудь промёрзший таёжный гарнизон или продуваемый всеми ветрами дальневосточный остров? Сколько угодно офицеров из Афганистана ехали по замене в Сибирь, в Забайкалье, на Дальний Восток, на Крайний Север. И это кадровые офицеры. Что тогда говорить о бесправных прапорщиках, да ещё в женском лице?
  
  Или где гарантия, что не попадёшь в подчинение к какому-нибудь деревянному лбу?
  Да разве только деревянные лбы страшны в армии? Вероятность впасть в немилость лишь по причине отказа в сожительстве с каким-нибудь командиром, к сожалению, для женщин в нашей армии была достаточно высокoй. Блудливые коты в погонах весьма изобретательны на месть, особенно когда от них зависят военная карьера, выслуга лет, а то и будущая пенсия. Эта тема раскрыта мной в главе N 14 "К о м а н д и р ы"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/00a10.shtml#14a
  
  Потому многим девчонкам хотелось поскорее дотянуть афганскую лямку, навсегда распрощаться с армией и вернуться в свою привычную уютную мирную жизнь, пропахшую мамиными оладушками и бабушкиными ватрушками. Им было куда возвращаться. Помимо прочего, пребывание в Афганистане давало шанс внеконкурсного поступления в институт. Получить хорошее образование, создать семью, родить детей, построить карьеру - нормальная мечта любой среднестатистической горожанки.
  
  Чего не сказать о выходцах из деревень, занимающих довольно большой процент среди гражданских специалистов 40-й армии. В подразделе "Место рождения" я попыталась сформулировать объяснение, так что да, деревенских на афганской войне хватало. И не возвращаться же им в свои нищие избушки, последним обитателям которых паспорта завершили выдавать на втором году афганской войны, а до этого пребывавшим в конкретном колхозном рабстве среди нескольких поколений алкоголиков-вырожденцев.
  
  Поэтому данной категории вариант со службой в армии, пусть даже в звании "прапорщика" в глухом медвежьем углу, подходил как нельзя лучше. Сродни счастливому билету, подкреплённому ежемесячным продуктовым пайком, казённой крышей над головой, горячей водой в гарнизонной бане, небольшим, зато стабильным окладом, вполне достаточным для покупок бюстгальтеров и заколок. А форменную одежду и обувь выдавало государство.
  
  Итог: большинство прапорщиц-"афганок" имеют деревенские корни и форму надели не по долгу семейной преемственности, когда дед и отец - кадровые офицеры, а из-за отсутствия нормальных жизненных перспектив.
  
  
* * *
  
  Но не стать прапорщиком была и другая причина. В советской армии это звание не уважали. Помню, наши мамы, жёны кадровых офицеров, стращали дочерей: "Если будешь плохо учиться - станешь прапорщицей". Женщина-прапорщик считалась низшей кастой. В военных гарнизонах, доставшихся нашей семье, семьи кадровых офицеров держались особняком, это отражалось и на детях. B дворовой компании, состоящей из детей начальника штаба, начальника политотдела, начальника связи, мы сторонились Вити Г. и его младшей сестрёнки именно по причине звания их папы.
  
  А если вернуться в Афганистан, то в 40-й армии сложилось достаточно семейных пар. Официально, через роспись в посольстве. Где, как не в трудных условиях, можно узнать человека, раскрыть его настоящую сущность? К тому же Афганистан считался пусть и плохонькой, но - заграницей, допуск в которую проходил ряд серьёзных официальных инстанций, что отсекало выбраковку на первоначальном этапе. Кадровые офицеры женились на гражданских специалистах. Знакомый военный юрист взял в жёны простую кастеляншу, штопающую и гладящую постельное бельё, и живут они до сих пор припеваючи. В нашей 66-й бригаде офицеры брали в жёны медсестричек, машинисток, официанток, но не знаю ни одного случая, когда офицер женился бы на прапорщице. И виной тому не сами девочки-прапорщицы, а именно гнилой предрассудок о второсортности прапорщицкого звания. Ни одному кадровому офицеру не хотелось оказаться мишенью для насмешек со стороны сослуживцев. Я по сей день помню реакцию мужа на моё предложение в голодные-холодные-нищие 1990-е надеть погоны прапорщика на случайно подвернувшейся вакансии. Не буду озвучивать слова мужа. A это значит, что и в годы моего детства, и в годы моей юности в нашей армии отношение к этому званию не менялось.
  
  Нашла в Википедии:
  "В советские времена понятие "прапорщик" зачастую было насмешливым обозначением недалёкого, плохо образованного офицера. В связи с поспешностью военно-воспитательной и военно-учебной подготовки их шутливо определяли словами: "Курица - не птица, прапорщик - не офицер".
  В армейском фольклоре советского и постсоветского периода прапорщик, как правило, - недалёкий, грубый, вороватый тип, служащий на должности, связанной с заведованием материальными ценностями и активно эти ценности присваивающий и распродающий. Прапорщиков иначе как "кусок" не называли.
  Подобный стереотип часто находил отражение в искусстве и средствах массовой информации, например, в сериале "Солдаты" - образы прапорщиков Анатолия Даниловича Данилюка и Олега Николаевича Шматко (даже фамилия которого содержит аллюзию к презрительному прозвищу: "шмат" по-украински означает "кусок"). Сатирически-зло, практически издевательски прапорщик ярко представлен в юмористических телесериалах "Осторожно, модерн!", "Осторожно, Задов!" и "Zадов in Rеалити" (прапорщик Василий Петрович Задов в исполнении Дмитрия Нагиева). Таким же примером является "дикий прапор" Казаков из фильма "ДМБ" (роль исполняет Сергей Арцибашев)."
  
  Но, как написала выше, отношение к данной категории я знаю не из фильмов и не понаслышке, а из личного опыта жизни во многих советских гарнизонах. Мои папа и муж были кадровыми офицерами. На словах общество пропагандировалo равенство и дружбу, а на деле даже в армии шло деление на "сословия".
  
  
* * *
  
  Так "афганки" и закончили войну. Одни решили продолжить армейскую службу, ибо возвращаться было некуда, другие выбрали вольную жизнь в родных пенатах. При прощании тепло обнимались, пускали горячую слезу, менялись фотографиями и адресами, обговаривали места и даты ежегодных послевоенных встреч.
  
   Как вдруг через десятилетия камарилья неумных прапорщиц-пенсионерок пошлa оголтело резвиться в адрес своих бывших сослуживиц - гражданских специалистов Министерства Обороны.
  
  Вот эту камарилью и хочется опустить на землю. В моём архиве есть "Список погибших "афганок" по линии Министерства Обороны
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/00003.shtml
  Официально подтверждено 56 погибших девочек. Не учтены те, кого ранили в Афганистане, вывезли в Союз на лечение, где раненные умирали. Эти уже шли небоевыми потерями и их имена забыты навечно.
  
  Так вот, на 56 официально учтённых девичьих фамилий в Списке всего 5 погибших прапорщиц, a 49 - девочки, гражданские специалисты по линии МО (ещё две: жена советника и служащая по линии МВД). Выводы о риске и самоотверженности делайте сами.
  
  А чем занимались некоторые прапорщицы в то время, как гибли гражданские девочки? А некоторые прапорщицы пункты постоянной дислокации покидали только по личным обстоятельствам, например, посетить дукан или встретиться с любимым человеком из другого воинского подразделения. Я уже не говорю о тех, кто заведовал складами, ведь любая война - для кого-то война, "а для кого-то мать родна". Афганская не стала исключением - врагу продавали всё, начиная от продуктов питания и заканчивая оружием и ГСМ. Да-да, заведующие складами, а - это чаще звание прапорщика, наживались в том числе и на крови сослуживцев. Иначе не назвать продажу оружия и боеприпасов, тоннами списываемые горюче-смазочные материалы. Bедь в конечном итоге советское оружие стреляло по советским войскам, а советские бензин, солярка, керосин поддерживали на ходу боевую технику противника.
  
  Как назвать завскладами, продающих врагу военное обмундирование? Привет прапорщице Л. из Кабула, заведующей вещевым складом для старших офицеров, подделывающей подписи в накладных документах и сдающей в дуканы обмундирование в то время, как в гарнизонах ребята спасались при помощи женских байковых панталон (читайте воспоминание бывшей продавщицы из Шиндандта
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/text_00124.shtml#59).
  
  Oб аферистах в погонах прапорщика даже фильмы снимали (не о женщинах, но о мужчинах, хотя разницы нет):
  "Прапорщики и торговцы. Нурсики" (д/ф "Афган")
  https://www.youtube.com/watch?v=W_8hvu8OZpo
  
  Прапорщица Л., воровавшая казённое обмундирование на военном складе Кабула, oтмазалась, конечно, отделалась высылкой в Союз, но сколько их сидело в 40-й армии по военным складам и каптёркам, не просто "откашивая" от боевых действий, но и незаконно обогащаясь в то время, как сослуживцы гибли в кровопролитных боях, а гражданские специалисты пахали по двадцать часов в сутки или взрывались вместе с бортами в воздухе, подрывались на наземных минах, попадали в засады?
  
   Мои тексты:
   - "О девочках-продавцах Министерства Обороны, взрывающихся в афганских межгорьях"
  здесь http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/00007.shtml
  
   - "О девочках-официантках, поварах и остальных, летавших на "боевые"
  здесь http://artofwar.ru/editors/s/smolina_a/text_0610-3a.shtml
  
   - "Танюшa, почему ты меня не послушала?"
  здесь http://artofwar.ru/editors/s/smolina_a/1.shtml
  
   - "О девочках Министерства Обороны, погибших в афганском небе"
  здесь http://artofwar.ru/editors/s/smolina_a/text_0590-1.shtml
  
   На тему героизма гражданских специалистов на афганской войне я много рассуждаю в тексте "Открытое письмо Клинцевичу Францу Адамовичу, на которое я так и не получила ответа"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/0009.shtml
  
  Так что превозношение себя прапорщицами-"афганками" над сослуживицами, не имевших на войне погон, выглядит не очень умно. Да и список погибших (ещё раз привожу примером) достаточно красноречив: на 56 официально учтённых девичьих фамилий из списка - всего 5 погибших прапорщиц, a 49 - девочки, гражданские специалисты по линии МО (ещё две: жена советника и служащая по линии МВД).
  
  
* * *
  
  Глава о прапорщицах родилась после одной горячей дискуссии в сети, точнее, не сразу "после", а несколько лет я терзалась сомнениями. Если сюда заглянет прапорщица-"афганка" Жанна (фамилии не помню), то, возможно, она скажет в каком году мы вели с ней переписку на фоне бурной склоки, устроенной на одном из военных форумов полутрезвыми её подругами. Я не участвовала, получая отдельные сообщения от других, но переписывалась с Жанной. Какой год стоял на дворе? 2010? 2011? 2012?
  
  А глава "Прапорщицы и служащие" появилась в 2019-м.
  
  Да, столько лет я терзалась сомнениями: писать? не писать?
  Если не напишу, значит, косвенно поддерживаю нелепые слухи.
  А если напишу, то могу обидеть всех прапорщиц, прошедших Афганистан, и это будет несправедливым по отношению к настоящим героиням. Ведь многим девочкам досталoсь военного ада, какого не видели даже некоторые офицеры. Судите сами, отрывки из воспоминаний Ирины ГРУЗИНОВОЙ, фельдшер артдивизиона, дислоцирующегося в Рухе:
  
  
   []
  130. Иринa ГРУЗИНОВA
  
  
  "Летом как-то, по страшной жаре, начмед сообщает, что на 28-ом посту раненые. Говорит мне:
   - Пойдёшь?
   Некому больше было. Все мужики кто где, кто в колонне, кто на выходе. Я говорю:
   - Пойду.
   Пришли мы в артдивизион. Мне дали офицера – старшего лейтенанта. Дали двух пацанов с носилками. Я не знаю, я, наверное, придурошная, но я зачем-то ещё взяла автомат с собой. Сумка у меня с медикаментами, я с этим автоматом, в форме и в кроссовках.
  
  И вот мы пошли. Я никогда не думала, что это так тяжело – ходить в горы. Во-первых, нет ни одного кустика, нет ничего и солнце палит. Во-вторых, у меня нет сил. Я понимаю, что надо идти, но у меня ноги стали как ватные. Они не слушаются меня.
   Надо отдать должное этому старшему лейтенанту и этим пацанам. Они у меня забрали автомат, забрали сумку. Но, до конца подъёма было ещё как до Луны. Я говорю тогда старшему лейтенанту:
   - Давайте отдохнём.
   А он молодец такой. Он понял всё. Он говорит мне:
   - Ты посмотри назад.
   Я повернулась и обалдела. За мной шли бойцы и несли на себе кто мешок цемента, кто рюкзак воды. Пост, на который мы шли, его строили. Туда надо было тащить стройматериалы. И вот эти пацаны, по такой жаре, тащат на себе это всё наверх. Мне стало так стыдно. Я подумала, что ж я что ли сволочь такая? Я иду без ничего и ещё буду ныть здесь, что мне тяжело? Я не ныла, я сама себе это говорила. И мы пошли. Я шла, как трактор. Я ничего не видела. Я тупо шла за впереди идущими ногами. Вот так вот. Пот у меня градом. Дыхание у меня со свистом. Сознание у меня от жары и нагрузки скоро отключится. Я, когда зашла на тот пост, первое что я сказала старшему поста, это: - «Дайте мне воды!» Мне дали воды и пока я не выпила всю эту воду, я не могла ничего видеть, слышать, не могла ничего понимать.
   Потом я выпила воду. Пришла в себя. Перевязала раненого и его надо нести вниз. Пошли вниз. Я не знала, что вниз идти ещё хуже, чем наверх. А я не могу показать всем что мне плохо. Я не могу показать, что я «сломалась». Потому что раненого несут, он стонет. Я тоже к нему подхожу, смотрю его. Что будет, если я раскисну? Я не могу себе этого позволить.
   Держалась я, держалась. Кончилось всё тем, что я поскользнулась на мелких камешках и поехала на попе вниз. И мне было уже плевать. Мне было плевать, что я закачусь на мины, мне было плевать, что я разобьюсь об камни, мне было уже на всё плевать.
   Когда я скатилась, я конечно же, поднялась. Отряхнулась. Снова приняла боевой вид. Как будто бы никто ничего не заметил.
   Потом мы принесли раненого в санчасть. Мне сказали: - «Иди ради Бога, ложись и спи». Вот так я ходила по постам..."
  
   Полностью воспоминания Ирины ГРУЗИНОВОЙ, прапорщикa из Рухи, находятся в "Дай cвoй адрeс, "афганка". Часть 45-я"
   здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/z3ta.shtml#478
  
  Многие офицеры и солдаты в тех горах никогда не бывали, а тут девчонка, вооружившись автоматом, в сопровождении трёх мужчин бесстрашно направилась на отдалённый горный пост.
  
  
  
  Или газетная статья о другой "афганке". Наталья МИХАЙЛОВА (СМИРНОВА), ст. прапорщик медслужбы в/ч пп 51884, Аушевский полк возле ТЗБ. Между полком и ТЗБ стоял десант. Была фельдшером на ВСЕЙ Джелалабадской дороге. Ходила на "боевые":
  
  "Потом была война. Два с половиной года страха, ужаса, моральных и физических испытаний. А она такая юная, в жизни ничего подобного не видела и не испытывала. Наталья Геннадьевна о войне, о ратных буднях говорит скупо, только о наиболее запомнившихся эпизодах. Батальон, в котором она служила фельдшером, контролировал дорогу между Кабулом и Джелалабадом. По ней передвигались наши войска, постоянно шли бои, были раненые, которым она с санинструктором, молоденьким солдатиком, оказывала первую медицинскую помощь. И так каждый день, без затишья, без веры душманам, которые часто объявляли перемирие и тут же исподтишка с новой силой шли в атаку. В одном из таких страшных боев Наталья с медбратом, участвуя в рейдах танкового батальона, однажды попали в засаду «духов». 12 наших были убиты, 37 ранены. Под непрерывным огнем она перевязывала раны, вводила обезболивающие и просто поддерживала словом. А потом, в другом бою, уже сама была ранена…"
  
  
   []
  131. Этой фотографией Натальи МИХАЙЛОВОЙ (СМИРНОВОЙ) я предварила текст в самом начале
  
  
  Ну, разве не героини? Свой архив я собираю более десяти лет и не перестаю гордиться мужеством и благородством девочек, служивших в 40-й армии.
  
  
  
  А теперь ставлю отрывки из военных воспоминаний Марины КУДАШЕВОЙ, Кундуз, медсестра 99-го Отдельного медицинского батальона в/ч пп 53355 "Чёрный тюльпан".
  Она - гражданский специалист, то есть погон не имела, но разве её служба чем-то отличалась от двух вышеупомянутых прапорщиц?
  Сравнивайте:
  
  
   []
  132. Маринa КУДАШЕВA.
  Eё воспоминания уже поставлены в главе 7 "Война. Вам, вся родная медслужба", но ставлю и здесь
  
  
  "Медсанбат, перевалочный пункт. Наша задача - привести тяжелораненых в стабильное состояние для эвакуации в госпиталь. Плюс поставить в строй легкораненых. И вот меня отправляют с попутным бортом в Кабульский госпиталь, я сопровождаю двух "черепников" (раненых в голову). Получаю все инструкции от реаниматолога, документы на раненых и - к самолёту. Самолёт транспортный, т.е. без гермокабины, а носилки с моими ребятами - в самом хвосте.
  Вместе с нами летит какой-то ансамбль песни и пляски.
  Взлёт мы перенесли нормально, затем 30 минут полёта и началось снижение над Кабулом.
  И тут мои раненые стали проявлять беспокойство, видимо сказался перепад давления. Одному я сделала укол и он затих, а второй, Андрей, стал биться, кричать, подниматься. Ранение в череп - любое движение опасно. Я встала на колени у носилок, почти легла на раненого и двумя руками держала голову, чтобы он не бился. Ревела над ним и уговаривала. Каких только слов не говорила и молила, чтобы мы быстрее сели. Помню слова бортмеханика: "Терпи, сестрёнка, Кабул не принимает". Я то могу терпеть, а раненный?!!
  Ещё помню глаза одного музыканта. Круглые от ужаса глаза пожилого мужчины, который сидел, прижав к себе какой-то музыкальный инструмент и смотрел на меня.
  Наконец мы сели. Нас ждали, сразу загрузили раненых в машину и увезли в операционную. А я не могу встать с колен, у меня отнялась спина и трясутся ноги. Мне помогают подняться, что-то говорят, дают мою сумку. А я думаю об одном: "УСПЕЛИ!!!!!!!!!" И этот пожилой музыкант подходит ко мне, обнимает и говорит: "Ну, а тебе-то это за что, дочка??!!." И я снова заревела...
  
  ...И вдруг ночью дневальный из "приёмника" (приёмное отделение): "Аврал! Везут раненых! Общий сбор в приёмном отделении!"
  Дальше всё как в аду. Ночь. Темнота. Свет фар и прожекторов. Стрекот "вертушек". И - машины, машины с ранеными. Крики. Стоны. Мат. Носилки с мальчишками. Грязь, пыль и кровь. Кровь повсюду.
  Закончили мы к утру. Сидим с Мариной, второй медсестрой, на ящике около "приёмника", сил совсем не осталось. Мой халат похож на половую тряпку, весь в чёрно-бурых пятнах. Лицо - бело-зелёное, волосы - сосульками. Красотки, да и только....
  Но сидели недолго, нужно было идти в модуль. Умыться, одеть чистый халат и - на службу...
  
  ...Самые страшные - это "челюстники". Это раненые, у которых разбито лицо, выбиты зубы, вместо носа и рта - сплошное месиво...
  Страшны ранения сапёров - это, как правило, слепые глаза и ампутированные руки или ноги. А сапёрам 18-20 лет!!! Или танкисты, механики БТРов, БРДМ - сплошь "спинальники" (травмы спины) с обширными ожогами. За ними нужен особый уход. Им стараешься больше улыбаться, подбадривать. Им нужно чаще перестилать бельё, делать массаж, чтобы не было пролежней.
  А банальные клизмы!?! Как сделать парализованному клизму в общей палате на 15 человек, если ему 20 лет, а мне 22?!! Ведь при других обстоятельствах мы бы дружили, танцевали, целовались... Вот и ревём оба. Он - от злости и стыда, а я - от чувства вины и жалости..."
  
  
  
* * *
  
  Ещё раз: первые два примера - о девочках в погонах, третий - о гражданском специалисте. И таких примеров в моём архиве - сотни. Ведь в нашем Джелалабаде на "боевые" гоняли даже официанток вертолётного полка, о чём можно почитать в тексте "Просто был не мой день"
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/h.shtml
  
  
  

  
  Продолжение здесь:
  http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/00a8.shtml
  

  
  
  
  
  
  
  
  


По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2023