ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Смолина Алла
Дай cвoй адрес, "афганка". Часть 14-я (N 161-170)

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
  • Аннотация:
    Для облегчения поиска сослуживиц

  ПОСТОЯННО ДОПОЛНЯЕТСЯ...
  
  Я, СМОЛИНА А.Н.:
  
  1. В чужих газетных статьях ничего не правлю, отсюда иногда одно и то же медицинское учреждение называется по разному.
  
  2. У некоторых героинь не указано место службы, возможно потому, что тогда это считалось военной тайной.
  
  3. У других героинь отсутствует отчество. Там, где я знаю лично или отслеживаю по другим газетным публикациям, - там я отчество ставлю.
  У остальных только те данные, какие дала газета.
  
  4. Красным цветом даю сноски на дополнительную информацию, если она у меня имеется.
  
  
  
  
  
  
  Этот раздел собран удивительным человеком. Ольга Анатольевна КОРНИЕНКО, добровольная помощница, изъявившая желание отыскивать информацию об "афганцах" и "афганках", живых и погибших. Она не только добывает информацию, но, когда невозможно скопировать, перепечатывает материал вручную.
  
  Благодаря Ольге Анатольевне мой военный архив пополнился многочисленными фактами о тех, чьи подвиги упоминаются не так часто - о служащих (вольнонаёмных) советской армии, прошедших горнило афганской войны.
  И неважно, что Ольга Анатольевна - не ветеран войны, что проживает она не в РФ, а в одной из бывших советских республик, - афганская война не делила своих участников по нациям.
  
  Хотелось бы иметь больше таких помощников, однако, как показал многолетний опыт по сбору архивных данных, серьёзные ответственные альтруисты на жизненном пути встречаются не часто. Можно сказать, моему архиву повезло.
  
  
  
  
  
  161. Камелия Нарулловна ФАЙЗУЛИНА, Кабул, ст. медсестра, 1981-1982
  
  162. Ольга Ивановна ЛАПТЕВА, Шиндандт, прапорщик медицинской службы, фельдшер третьего дивизиона "Ураган" в/ч пп 85615 (28-й армейский реактивный артиллерийский полк), 1985–1986
  
  163. Маргарита Константиновна КОСОВСКАЯ, Баграм, медсестра
  
  ----- Алла Александровна КУЧЕРЕНКО, медсестра госпиталя, отделение анестезиологии и реанимации
  
  164. Наталья Дмитриевна ФОМЧЕНКО, Кабул, главный бухгалтер в представительстве МВД СССР в Афганистане, 1986-1988
  
  165. Галина Калениковна КУКЛИЧ, Кабул, ст. медсестра хирургического, а потом и урологического отделений, центральный военный госпиталь в/ч пп 94777, осень 1985-осень 1987
  
  166. Светлана Ивановна СИДОРОВА, Кандагар, ст. медсестра, госпиталь, инфекционне отделение, ноябрь 1986-1988
  
  167. Наталия ЧУГУНОВА, прапорщик медицинской службы, фельдшер 149-го гвардейского мотострелкового полка, 1986-1988
  
  168. Марина Геннадьевна НИКИШИНА, Кундуз, медсанчасть, 26.01.1987-1989
  
  169. Людмила Макаровна КАЗАНЦЕВА, Джелалабад, медсестра терапевтического отделения, ст. медсестра операционно-перевязочного отделения, 1987-1988
  
  170. Любовь КЛОКОВА, Кабул, медсестра, центральный военный госпиталь в/ч пп 94777, 1987-1988
  
  
  
  
  
  
  
  

161. "Сигнал" (N 2 (15255) февраль 2014 года)

  

Те, кто выжил в Афгане

  Камелия Нарулловна Файзулина – невролог заводской медицинской службы в 1981 году работала в омской психиатрической больнице медицинской сестрой, по повестке была вызвана в военкомат, отправили в Афганистан. В военкомате молодой медсестре-комсомолке объяснили, что «нужны ее руки» и интернациональная помощь афганскому народу. Как можно было не согласиться или уклониться от воинской обязанности? Тем более, что каждый медицинский работник должен был по первому требованию явиться в военкомат.
  
  Санитарная часть, где проходила службу Камелия Нарулловна, располагалась рядом с дворцом лидера оппозиции Амина, рядом был штаб армии и батальон охраны, казалось бы, Кабул - столица, а обстрелы велись регулярно, как только солнце опускалось за горы. Работы было много, проверяли даже приготовление обедов, пища была, надо сказать, скудная - консервы и крупа, вода привозная. Климат жаркий. Солдаты болели гепатитом (таких отправляли в Ташкент), брюшной тиф лечили на месте. Научилась сама раны зашивать, вела контроль за санитарным состоянием перевязочного кабинета, за работой младшего и среднего персонала, так как службу проходила старшей медицинской сестрой.
  
  Афганистан научил многому, например, очень хорошо стрелять из автомата. На стрельбы выезжали постоянно, любой военнослужащий должен уметь стрелять. А как без этого? Научил дружить. Люди, с которыми пришлось служить, все подобрались добрые, сердечные. Со многими и сейчас поддерживается связь, встречаются, вспоминают молодые годы…
  
  За исполнение интернационального долга на территории Демократической Республики Афганистан Камелия Файзулина награждена двумя медалями: «За мужество и гуманизм» и юбилейной медалью «15 лет вывода советских войск из Афганистана».
  
  Отсюда (стр. 8, там есть фото): http://www.relero.ru/sites/default/files/content/magazine/2_2014.pdf
  
  
  
  
  

162. "Алтай Мед" (05.05.2017)

  

Человек и профессия. Медицинская сестра из СССР

  Редактору информационного портала Алтай Мед Инфо удалось побеседовать с человеком уникальной судьбы. Судьбы, по которой можно изучать не только географию нашей Великой Родины - Союза Советских Социалистических Республик, но и её историю.
  
  
   []
  
  Медицинская сестра из СССР. Лаптева Ольга Ивановна - прапорщик медицинской службы (1)
  
  В каждом городе Советского Союза было великое множество учебных заведений, образование было бесплатным. Что привело Вас в приемную комиссию медицинского училища? Кто был Вашим кумиром при выборе профессии, кем вы себя видели в будующем, когда переступили порог медицинского училища?
  
  
  Кумиров не было, просто хотела помогать людям, с раннего детства мечтала научиться делать хирургические операции. У меня даже зверушки все и игрушки были здоровенькими, вылеченными, зашитыми – заштопанными. Вот поэтому и поступила в городе Алма-Ата в Республиканское медицинское училище Казахского министерства здравоохранения на специальность – медицинская сестра. Окончила училище в 1973 году.
  
  
  Вы родились и выросли в Алма-Ата?
  
  Да, я родилась и выросла в столице Казахской ССР, городе Алма-Ата. Но моя мама родом с Алтая, родилась в Усть-Калманке. Когда ей было всего 3 годика ее семья, моя прабабка, переехали в Казахстан. Время было лихое, семья имела крепкое хозяйство, ну и, как это в те годы было принято, попали под раскулачивание. Чтобы спасти семью от дальнейших преследований и голода, да и просто спасти.., решили бежать… Бежали в «никуда» - ночью тайком всей семьей сели на первый проезжавший мимо поезд и уехали. Поезд шёл в Казахстан, доехали до границы с Казахстаном, опасаясь проверок, вышли на каком-то полустанке и дальше на лошади. Лошадь с телегой выменяли на свое имущество, часть доплатили деньгами. Так тайными тропами на своей уже лошадке и приехали в Казахстан. А через какое-то время оказались мои предки в светлом и теплом городе Алма-Ата.
  
  
  Вы давно были в Алма-Ата, куда бы пошли в первую очередь?
  
  Конечно, очень люблю город моего детства и юности Алма-Ата. Каждый год там бываю, приезжаю маму навестить, ей ведь уже 90 лет. Люблю прогуливаться по городу, по аллее на улице Гагарина... Высокогорный каток "Медео" мне очень нравиться.
  
  
  Чем увлекались в школе?
  
  Наверное, как и многие – любила математику. Увлекалась шитьем, ходила на танцы, на плаванье. Имела очень хорошие результаты в легкой атлетике – всё это очень пригодилось в жизни, особенно хорошая физическая подготовка в годы военной службы.
  
  
  Кто были Ваши родители?
  
  Папа – фронтовик, инвалид Великой Отечественной войны первой группы, работал внештатным инспектором ОБХСС, учил не бояться трудностей, прививал уважение к военной службе и особенно к медицинским работникам. Помню его рассказ про то, как их забрасывали в тыл врага. Самолетов было мало и те маленькие, так их с парашютом привязывали под крылом самолета. По сигналу пилота развязывали веревки, и они падали – а перед землей (что бы их не засекли немцы) раскрывали парашют и всё это ночью, со снаряжением, боеприпасами, плюс радиостанция… Мама трудилась в Управлении Казахской железной дороги начальником отдела статистики и учета. Мой дед Василий Рязанцев - тоже фронтовик.
  
  
  Откуда началась Ваша трудовая медицинская деятельность?
  
  После училища я поехала в Магадан, это были 1974-1975 годы.
  
  
  Песня Владимира Высоцкого про Вас..?
  
  Мой друг уехал в Магадан.
  Снимите шляпу, снимите шляпу!
  Уехал сам, уехал сам,
  Не по этапу, не по этапу.
  
  Не то чтоб другу не везло,
  Не чтоб кому-нибудь назло,
  Не для молвы, что, мол, чудак,
  А просто так, а просто так.
  
  
  Песни Высоцкого, я как-то немного недолюбливаю, не знаю почему, но эта песня, наверное, и про меня тоже...
  
  В Магадане собрались две категории людей – лагерные (зеки и те, кто занимался их перевоспитанием) и те, кто работал на благо СССР. Мы, комсомольцы, устраивали концерты для особо опасных заключенных в праздничные даты нашей страны. Оказывали медицинскую помощь населению поселка и иногда заключенным.
  
   []
  Kоллектив амбулатории поселка Талый, Магаданская область
  
  
  Поселок Талый там был и, наверное, сейчас есть, там уже в те годы был курорт знаменитый своими целебными источниками. Со всей страны туда ехали за здоровьем и экзотикой, как к нам в Белокуриху. Отдыхали и лечились в Талом разные люди. Одни – в санатории здоровье поправляли под наблюдением врачей, а другие «отдыхали и лечились» за колючей проволокой под усиленной охраной. Эти оба государственных учреждения находились довольно близко одно от другого, по-крайней мере, по Магаданским меркам.
  
  Я работала и жила в поселковой амбулатории. Жила в самой амбулатории в физиокабинете. В соседней комнате жила семья водителя амбулатории, его жена работала санитаркой амбулатории. Настоящая коммуналка на рабочем месте. Через некоторое время я открыла поселковую детскую молочную кухню, потом в ней же и работала. В Магадане это была не военная служба, а гражданская работа в посёлке рядом с которым располагалась тюрьма для особо опасных преступников. Сидели там со сроками до 25 лет тюрьмы.
  
  Были в тюрьме свои медики, но однажды… Стояла хорошая солнечная погода и все свободные от дежурства, из администрации тюрьмы, включая медицинских работников, уехали на заготовку грибов и за ягодами. Надзор за заключенными ослаб и возникший между ними конфликт перерос в драку. Получилась так, что некому было оказать помощь истекающему кровью заключенному. А я в это время, как всегда бессменно, дежурила у себя в амбулатории. Попросили помочь, я прибежала, вижу ножевое ранение в шею большая потеря крови. Затампонировала рану, поставила капельницу и вызвала санитарную авиацию. Пострадавшего, на этот раз, удалось спасти…
  
   []
   Комната санчасти тюрьмы пос. Талый
  
  
  Kогда-то в этой тюрьме «мотал срок» знаменитый Вячеслав Иваньков, он же «Япончик», «чалился» там и известный в диссидентской среде писатель-публицист Андрей Амальрик…
  
   []
  Тюрьма в пос. Талый
  
  
  В Магадане всегда очень холодно до 64 градусов мороза доходит. Конечно, после Алма-Атинского климата мне там не очень-то понравилось - холодно. Полностью закутанные ходили, 50-ти градусный мороз – это вообще норма для тех мест. Считалось что холодно – это когда ниже 60-ти температура опускается.
  
  Природа там, конечно, очень своеобразная, непроходимая тайга. Вокруг сопки, а на сопках лиственницы, все лето они зелёные, а зимой они желтеют и осыпаются – стоят без единой иголочки словно засохшие. Вообще там всё карликовое - берёзы карликовые, растения все карликовые, да и лето тоже карликовое – малюсенькое. Однако же, несмотря на то, что лето в Магадане очень короткое, и ягоды, и грибы, и орехи, хотя и мелкие, но за месяц успевают созреть. Как-то успевает поспевать и голубика, и брусника и жимолость.
  
  
  После Магадана, судьба куда Вас забросила?
  
  После Магаданских морозов вернулась отогреваться в Алма-Ата. Мне всегда нравилась хирургия, и я устроилась работать в институт хирургии. Самая интересная работа - это работа операционной медицинской сестры. Я была одной из ведущих операционных медицинских сестер в институте. К нам приезжали оперироваться со всего Советского Союза, настолько высоко котировалось мастерство хирургов нашего института.
  
   []
  
  
  
   []
  
  
  Однако хорошее быстро заканчивается, - умер директор института хирургии - коллектив распался, уволилась. Потом один год работала операционной медицинской сестрой в урологическом отделении железнодорожной больницы. Стали звонить из военкомата, приглашать на военную службу…
  
  
  И... Вы согласились?
  
  Служила в Афганистане 1985–1986 г.г., полевая почта 85615 – 28-й армейский реактивный артиллерийский полк. Прапорщик медицинской службы, должность моя по штату - фельдшер третьего дивизиона «Ураган». В мои обязанности входило оказание медицинской помощи, контроль, за выполнением санитарно-гигиенических мероприятий, соблюдением санитарного состояния помещений воинской части, пищеблока, территории.
  
  
  В боевых операциях участвовали?
  
  1985 год - Джабаль, Баграм; 1986 год - старый Шинданд. Колонны две в Тургунди, одна в Кандагар, одна в Лашкаргах. Командировки в Кандагар, Лашкаргах, Кабул. Участвовала в основном в масштабных боевых действиях - это боевые операции армейского, дивизионного масштаба, иногда полковые. Такая была специфика нашего дивизиона, оснащенного уникальными по своей мощи, реактивными системами залпового огня «Ураган». Батареи участвовали в реализации разведданных путем нанесения внезапных артиллерийских ударов по позициям афганских моджахедов, их базам. Дистанционно минировали местность на путях движения караванов и путей подхода к пунктам временной дислокации советских войск.
  
  Выезжала периодически на сопровождение колонн – в составе колонны обязательно должен быть фельдшер. Посадят в машину и трясёшься по разбитым дорогам как по стиральной доске, а рядом гладенькая грунтовая дорожка. Так и манит свернуть туда с раскаленной солнцем разбитой, но проверенной саперами основной дороги. И обочины и грунтовые дороги были заминированы. От постоянной многочасовой тряски и жуткой жары голова болит, водители, особенно молодые, неопытные, все время норовили свернуть на грунтовку. Приходилось объяснять, что пусть лучше голова болит чем подорваться на мине и приехать домой с оторванными ногами, и то если повезёт.
  
  
   []
  
  
  
  Моя личная экипировка на период боевых действий: бронежилет, автомат, 4 рожка патронов, пистолет, 4 гранаты, сумка с медикаментами, фляга с водой, фляга со спиртом, ну и остальное личное имущество, как у всех на войне…
  
  Меня все время почему-то на огнеопасную машину сажали – на топливозаправщик или транспортно-заряжающую (перевозящую боеприпасы), я не боялась - я знала, что меня не убьют. Была, какая-то внутренняя уверенность, что всё будет хорошо.
  
  
   []
  
  
  Боевые операции выглядели таким образом: выдвижение колонной в район огневых позиций, под охраной мотострелковых подразделений и в сопровождении саперов, развертывание, залп и поехали дальше. Я обычно на огневой позиции «Ураганов» находилась…
  
  Однажды «вертушку» чуть не сбили, когда летела в командировку. «Вертушки» всегда парами летали, и при загрузке меня несколько раз с одного борта на другой пересаживали. Во время полета над горами попали под обстрел, и у соседнего вертолёта в воздухе оторвало шасси. Его потом кое-как посадили… А еще говорят дама на борту к несчастью.., ну, это, видимо, какая дама.
  
  
  После Афганистана - Преднестровье?
  
  1986 год - Тирасполь, Приднестровье. Муж служил в ВВС, а я в мотострелковом полку, на должности фельдшера - начальника аптеки. В центре Тирасполя памятник Суворову. Церковь староверов, много цветов, садов - зеленый красивый городок на берегу Днестра.
  Забайкалье. В 1987 году мужа перевели на новое место службы - поселок Джида, в Джидинском районе Бурятии, 14 лет служили в Забалькалье. Жили и служили в закрытом военном городке. Мне там очень нравилось - озеро Байкал, тайга…
  Служила сначала в должности фельдшера воинской части. Потом перевелась на должность начальника хранилища авиационного вооружения и боеприпасов в авиационный полк вооруженный современными СУ-24м. Детей рожала дома в Алма-Ата.
  
  
   []
  
  
  Ваша медицинская судьба в той или иной степени звучит в песнях, рассказах, стихах, фильмах. Какие из них вы больше любите?
  
  Я просто живу и работаю, детей вырастила, никогда не считала свою судьбу какой-то особенной. Песни слушать люблю - очень нравятся песни в исполнении Яака Йоалы, песни из кинофильмов - особенно люблю Зацепина - "31 июня". С большим уважением отношусь к медицинским работникам и к фронтовым медикам. Знаю и помню таких легендарных личностей, как Вера Кащеева - Герой Советского Союза - фельдшер.
  
  
  Как сложилась личная жизнь медицинской сестры из СССР?
  
  Личная жизнь сложилась: муж Сергей - майор запаса; инженер механик, окончил МАМИ (знаменитый Московский автомеханический институт); присвоили звание лейтенанта и отправили в Афганистан - в 1984-1985 годах. Дети - сын Василий, дочь Анна.
  
  
  Трудитесь участковой медицинской сестрой, работа хлопотная - трудней, наверное только фельдшер на скорой помощи. "Потеплеё местечка" почему не ищете?
  
  Действительно, фельдшер скорой помощи работа более трудная, но и участковая медицинская сестра - это тоже "на передовой". Помогать людям - была моя детская мечта - помогаю... лёгких путей не ищу. Считаю что свою детскую мечту, с которой поступала в медицинское училище - помогать людям, не обманула, и реализовала её в полной мере.
  
  Pедактор информационного портала Алтай Мед Инфо - Светлана Новокрещенова
  
  Отсюда: http://www.altaimed.info/news/society/people_and_profession_nurse_from_the_soviet_union/
  
  _________________________________________________________
   (1) - военные фото Ольги поставлены в "Шиндандт, фотоальбом N 2"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/30.shtml#50
  
  Военные воспоминания Ольги поставлены в "Пoчeму мы поехали в Афган? Неужели за чеками? Часть 2-я"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/00111.shtml#41 - A.C.
  
  
  
  
  

163. "Новости Челябинска" (19.03.2014)

  Через 25 лет после вывода советских войск из Афганистана на Южном Урале впервые собрали медиков, которые в 80-е годы служили в этой стране
  
  Интернационалисты в белых халатах
  
  В Челябинск в медуниверситет приехали 18 врачей и медицинских сестер, выполнявших гуманную миссию в горячей точке. Среди них челябинские доктора: Михаил Малевич (ОКБ N 3), Анатолий Сауткин (ГКБ N 6), Алексей Суворов (ГКБ N 5), Владимир Тележинский (ОКБ N 2), Александр Троценко (ЧОКБ). А в городской клинической поликлинике N 7 работает сразу три медицинских работника, прошедших Афганистан, — настоящее боевое братство.
  
  Военно-полевой роман
  
   []
  
  
  Офицер медицинской службы Владимир Косовский (на фото в центре) прослужил в горячей точке 27 месяцев. В Афганистан его направили с Украины, из родного Луганска.
  
  — Из Ташкента на самолете вылетели прямо к месту назначения — в город Баграм. 4 ноября 1984 года пересекли границу, — вспоминает доктор.
  
  Работать приходилось в боевой обстановке, под постоянными обстрелами, в суровом, непривычном климате.
  
  — Жара… Многие военнослужащие из-за этого ранения получали: бронежилет и каску не надевали, а потому оказывались совсем беззащитными перед снайперскими пулями, — о трудностях службы Владимир Казимирович говорит сдержанно. Объясняет это тем, что тяготы быстро забываются, тем более столько лет прошло… Зато о курьезах вспоминает охотно.
  
  — Были в моей афганской практике такие смешные случаи. Хотите, расскажу? — оживляется наш собеседник. — Как-то приходит ко мне один офицер, показывает язык. А он ярко-фиолетового цвета, аж в темноте светится. Я сразу начинаю вспоминать все инфекционные болезни, которые учили в институте. В Афганистане столько инфекций — многие болели гепатитом, брюшным тифом, малярией. Десять процентов личного состава постоянно находились в инфекционных госпиталях. Встречались и экзотические болезни. Принял я решение госпитализировать офицера в инфекционный госпиталь, чтобы разобраться, какая беда случилась. Километров десять ехали под обстрелом. Добрались до места, а к тому времени язык у нашего пациента стал обычным, розовым. Тут только он вспомнил, что афганских леденцов наелся…
  
  О подвигах, спасенных жизнях Владимир Казимирович скромно молчит. На войне как на войне — будничный повседневный труд.
  
  — Идем в колонне, солдата пуля зацепила. Моя задача — остановить кровотечение… Иначе от простейшей раны человек может погибнуть. Вот я и выполнял свою работу.
  
  — А награду за что получили? — замечаю на лацкане пиджака у доктора медаль «За боевые заслуги».
  
  — Когда шли из Кундуза в Файзабад — на полпути в нижний Баграм там очень опасное место, — машину спалили. Ну, вот я вытащил водителя из горящего КамАЗа. Спас, получается, ему жизнь…
  
  — И это не единственный случай. Таких десятки были, — вступает в разговор Маргарита Косовская (на снимке слева). Именно в Афганистане она познакомилась с будущим мужем.
  
  Когда слово дороже золота
  
  Маргарита Константиновна поехала в «горячее» государство добровольцем. К тому времени она уже была опытной медсестрой, работала в Челябинской областной больнице N 2 (ныне госпиталь ветеранов войн). Служить пришлось в военно-полевых условиях, принимать в медпункте вблизи передовой раненых и под огнем эвакуировать их в госпиталь.
  
  — Оказывали помощь и местному населению, — рассказывает Маргарита Константиновна.
  
  — Языковой барьер не мешал?
  
  — Вы знаете, афганцы хорошо говорили по-русски. Особенно дети, они часто помогали нам как переводчики, — улыбается Косовская.
  
  Служба в Афганистане для Маргариты Константиновны и Владимира Казимировича завершилась свадьбой. Сыграли ее на родине мужа — в Луганске. А оттуда молодожены отправились в Челябинск. С тех пор тут и живут. Вместе работают в одной поликлинике. Он — врачом-офтальмологом, она — старшей медицинской сестрой.
  
  В одном лечебном учреждении с Косовскими работает еще одна бывшая «афганка». Сегодня Алла Кучеренко (на снимке справа) — медсестра на участке врача общей практики. А в середине 80-х молоденькая сестричка служила на самом тяжелом посту — в отделении анестезиологии и реанимации советского госпиталя в Афганистане.
  
  — Мы забыли о нормированном рабочем дне, — говорит Алла Александровна. — Иногда по полтора суток не уходили со своего поста. Бывало, уходишь со смены — прилетает вертушка. Встаешь и идешь к раненым. А тут и ожоги, и огнестрельные ранения, и ампутации. Приходилось и утешать бойцов, и радоваться, когда они шли на поправку. Помню юного солдатика — совсем мальчишка. Он у нас в коме 18 дней лежал. Мы думали — не жилец. А когда он произнес первое слово, мы всем отделением кричали от радости. В это время в наш госпиталь приехала бригада артистов с концертом. Они вбегают к нам в реанимацию: «Что случилось?» А у нас счастье: пациент первое слово сказал!
  
  За спасенные жизни
  
  Вице-губернатор Челябинской области Евгений Редин и зампредседателя правительства региона Ирина Гехт вручили южноуральским медикам, выполнявшим интернациональный долг в Афганистане, почетные грамоты Минздрава РФ, поблагодарив врачей за спасение жизней.
  
  — На личном опыте больше 25 лет назад убедился, как работают медики в условиях, в которых не дай бог кому оказаться, — выразил искреннюю признательность медикам Евгений Редин. — Хочется сказать огромнейшее спасибо за спасенные жизни наших ребят.
  
  К поздравлениям присоединился министр здравоохранения области Дмитрий Тарасов:
  
  — Ваш профессионализм и храбрость позволили спасти не одну человеческую жизнь. Вы сделали все возможное ради тех, кто оказался в эпицентре боевых действий, не обращая внимания на собственную безопасность.
  
  На торжественном мероприятии были также вручены государственные награды. Почетные грамоты Министерства здравоохранения РФ получили двадцать сотрудников медучреждений региона за профессиональный добросовестный труд. За многолетний труд и в связи с юбилеем двум сотрудникам уральских здравниц вручили почетные грамоты губернатора Челябинской области. И еще два медика в этой же номинации были удостоены почетных грамот регионального минздрава. Нагрудным знаком «Отличник здравоохранения» награждена замглавного врача областной больницы № 3 города Челябинска Наталья Михалькова.
  
  Фото Вячеслава НИКУЛИНА
  
  Источник: http://vecherka.su
  
  Отсюда: http://chelyabinsk-news.net/society/2014/03/19/13781.html
  
  
  
  
  

164. «На страже» МВД РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ (13.02.2015)

  

Чтобы душа не очерствела

  Среди тех, кто побывал в Афганистане в годы военных действий, были не только мужчины в погонах, но и хрупкие девушки. Одна из них - могилевчанка Наталья Фомченко.
  
  - Родилась я в Климовичах, но большую часть детства провела в деревне в Чериковском районе, куда переехала наша семья, - рассказывает Наталья Дмитриевна, ныне работающая в Могилевском областном управлении Департамента охраны МВД. - Папы уже нет на этом свете, маме 92 года. Бабушка и вовсе была долгожителем - прожила 116 лет.
  
  Окончив восемь классов деревенской школы, сельскохозяйственный техникум в Бобруйске, Наталья получила профессию бухгалтера. Три года отработала по специальности в областной больнице в Могилеве, а потом ей, 20-летней девчонке, предложили должность главного бухгалтера в поликлинике УВД.
  
  - В одночасье на меня свалилась огромная ответственность. По ходу дела набиралась опыта и знаний, овладевала всеми премудростями профессии, - признается Наталья Фомченко. - Тем временем началась война в Афганистане, и настал час, когда там потребовалась сотрудница из Беларуси - молодая, свободная, имеющая навыки самостоятельной работы. Искали такого человека довольно долго. Я подошла по всем критериям - к тому времени 10 лет работала главбухом, была на хорошем счету.
  
  Словом, ее вызвали в УВД и попросили (приказать-то формально не могли) отправиться в командировку в воюющую страну. Она не могла отказать, хотя начальник медицинской службы поликлиники по-отечески отговаривал девушку. Она, как признается, возможно, и хотела бы пойти на попятную, но не сделала этого, ведь уже дала слово.
  
  А чуть раньше в том же году она поступила в нархоз на заочное отделение, но не успела сдать ни одной сессии. После возвращения на Родину в институт больше не пошла - мечта о высшем образовании так мечтой и осталась.
  
  Когда согласие на командировку было получено, девушка отправилась в Москву на собеседование. Побывала и на Петровке, 38, и в горкоме партии. Сдав годовой отчет на работе, в начале февраля 1986-го она отправилась в Кабул. Трудиться предстояло главным бухгалтером в представительстве МВД СССР в Афганистане.
  
  - Наш маленький коллектив составляли начальник финансовой части, я и еще одна девушка-бухгалтер, два советника и переводчик. Отработала там ровно два года, как и оговаривалось заранее. В 1988-м мне предлагали остаться в Кабуле до вывода войск, но я не согласилась. Во-первых, дома ждали пожилые родители, которые очень переживали за меня, забрасывали письмами. Во-вторых, хотя мы и были в относительной безопасности, но прекрасно понимали, что в воюющей стране может случиться что угодно.
  
  Год трудилась в УВД старшим бухгалтером, потом появилась возможность вернуться на прежнее место, и она ей воспользовалась. Работала в поликлинике УВД до 2012 года, в общей сложности 37 лет, а затем перешла в областное управление охраны на должность заведующей складом. Здесь ее приняли очень хорошо - работа хотя и ответственная, но более спокойная, хороший коллектив, грамотный понимающий руководитель, доброжелательная атмосфера. «Нисколько не преувеличу, говоря, что хожу на работу, как на праздник», - подчеркивает Наталья Дмитриевна.
  
  Она признается, что отправляться на войну было страшно. Афганские события практически не освещались в прессе, так что ехала, по сути, в неизвестность. Да, удалось пообщаться с теми, кто вернулся оттуда, но это были военные люди, у которых всё по-другому.
  
  - Из более 700 сотрудников представительства, работавших в разных провинциях страны, девушек оказалось всего восемь - медсестры, машинистки, врач и мы, два бухгалтера, - продолжает Наталья Фомченко. - Причем я - единственная из Беларуси, остальные москвички. Поселили нас всех на одном этаже трехэтажного здания, где у каждой была однокомнатная квартира с кухней, ванной комнатой и необходимой мебелью.(1) Внизу размещался пост охраны - солдат из местных. Как сейчас помню, под балконом моей квартиры росло персиковое дерево. Пейзаж вокруг исключительный - горы, бирюзовое небо, на котором очень редко появлялись облака. А еще жара, сумасшедшие ветра и ежедневный слой пыли на балконе в палец толщиной. Зимы как таковой там не было - если с утра и выпадал снег, к полудню он таял без следа. Теплые вещи в итоге не понадобились - обходилась осенним пальто.
  
  По словам Натальи Фомченко, явного дыхания войны в тот период в Кабуле не ощущалось. Вокруг кипела обычная, почти мирная жизнь. Впрочем, меры предосторожности все советские специалисты соблюдали свято. И если к ларькам со всевозможными товарами, в окружении которых находилось их общежитие, девушки ходили свободно (правда, никогда поодиночке), то на работу, на обед и в город (в поликлинику, в больницу, в посольство) выезжали только в сопровождении вооруженных коллег. Представительство МВД СССР также было под охраной - забор, КПП, дежурные.
  
  - Местное население относилось к нам доброжелательно, - признается женщина. - Никакой враждебности не было и в помине. Мы все для афганцев были «шурави» (советские). График работы оказался непривычным для нас, с четырехчасовым дневным перерывом. Трудились с 8 до 12, потом с 16 до 18 с одним выходным. Поначалу вести бухгалтерию было непросто - всё новое, незнакомое. Денежное содержание сотрудников зависело от курса доллара, который менялся чуть ли не каждый день. Часть суммы перечислялась на счет в банке, другая выдавалась на руки в местной валюте. Плюс каждую пятницу люди уезжали и приезжали - происходила ротация, сотрудники отбывали в отпуска. Всех их нужно было рассчитать.
  
  К слову, зарплаты платили достойные(2). Я без ущерба для собственного кошелька могла позволить себе приобретать подарки родственникам, коллегам. Вернувшись домой, даже на какое-то время ощутила себя богатым человеком. Успела купить кое-что из дефицитной по тем временам техники, а потом в одночасье, как и миллионы соотечественников, практически всё потеряла. Но я не унывала, не делала из этого трагедии. Главное, что вернулась не раненой, не контуженной, с нормальной психикой.
  
  Им, девчонкам, коллеги не рассказывали о войне. Они и не спрашивали - всё было очевидно. В госпиталях, куда они организованно выезжали навестить раненых, обстановка была гнетущей - молодые парни с оторванными конечностями, израненные, покалеченные.
  
  - Советники, с которыми вместе работали, нередко отправлялись на вертолетах в регионы, - продолжает Наталья Дмитриевна. - Переживали за них - провожали, ждали возвращения. Вскоре после моего приезда в Афганистан в представительство МВД привезли из одной из провинций для прощания тело молодого парня из Украины. Погиб он не во время операции - его оставили «на хозяйстве» готовить еду, и там его настиг снаряд… За те два года, что я находилась в Афгане, это был единственный трагический случай среди наших сотрудников. Не застала я и обстрелов Кабула, хотя девчонки, которые приехали раньше, рассказывали, что подобное случалось. Так что мне повезло - всё было спокойно.(3)
  
  По словам Натальи Фомченко, жизнь у работавших в Кабуле советских специалистов была интересной, насыщенной, скучать не приходилось. Они занимались спортом - даже собрали волейбольную команду, посещали концерты (артисты из Союза, в том числе знаменитости, нередко наведывались в эту страну). Кипела профсоюзная, комсомольская жизнь, проводились интересные мероприятия. В свободное время девчонки занимали себя чтением, вязанием, шитьем.
  
  - Вспоминая то время, думаю, что те годы были одними из лучших в моей жизни. Мы были молодыми, дружными, сплоченными. У нас не было склок и дрязг, каждый старался помочь другому. Ребята нередко обращались к нам за помощью - просили научить готовить в скороварке, записывали рецепты. Все праздники, дни рождения отмечали вместе. Собирались в представительстве или во Дворце культуры. Заранее готовили программу, пели, танцевали, сочиняли стихи, музыку, исполняли свои произведения под гитару.
  
  Они не чувствовали себя оторванными от Родины - благодаря тому, что у каждого в комнате стоял телевизор с отечественными каналами, и регулярно приходили газеты, были в курсе всего происходящего. Да и новенькие, а также те, кто приезжал из отпусков, делились последними новостями.
  
  - Столько писем, сколько я отправила домой из Афганистана, не писала ни до, ни после, - уверена Наталья Дмитриевна. - Успокаивала родителей, уверяла, что всё хорошо. Оно и на самом деле так было. А еще мы звонили домой, старались передать весточку с теми, кто туда отправлялся. А потом сама приехала в отпуск, и мама с папой смогли убедиться, что я жива-здорова.
  
  Условия для жизни советских специалистов были неплохими, но специфическими. Например, горячая вода появлялась в кранах только один раз в неделю. Но главное, во избежание заболеваний гепатитом, надлежало придерживаться строжайшего санитарного режима. Фрукты и овощи, которых было в изобилии, прежде чем съесть, нужно было замачивать в марганцовке, затем тщательно мыть хозяйственным мылом. Воду разрешалось использовать только кипяченую.
  
  - Нам очень хотелось домашней пищи, - вспоминает Наталья Фомченко. - Но, например, яиц не было вовсе, говядина если и появлялась, варить ее в условиях высокогорья нужно было не менее 12 часов. Как-то хотели приготовить курицу - она совсем не прожарилась. Выручало то, что девчонкам-москвичкам каждую неделю с приезжающими передавали из дома посылки - рыбу, вареную колбасу, творог. (4) Они всегда делились. А основные продукты мы покупали в магазине в представительстве. Там были крупы, мука, черная и красная икра, сухое молоко, масло, сыры, консервы, конфеты, печенье. Из мясных консервов получались вкуснейшие пельмени, блинчики с мясом, макароны по-флотски. Угощала подруг и нашими национальными блюдами - драниками и колдунами.
  
  С одной из своих бывших коллег, москвичкой, Наталья Дмитриевна дружит до сих пор. Женщины регулярно созваниваются, приезжают друг к другу в гости на дни рождения.
  
  - Когда попадаю в Москву, подруга продумывает для меня культурную программу, - говорит женщина. - Мы ходим в театры, на выставки. Несколько раз встречались с ребятами и девушками, с которыми вместе работали в Афганистане. У всех семьи, взрослые дети. Нам есть о чем поговорить, что вспомнить.
  
  День вывода войск из Афганистана все эти годы для нее особенная дата. Вместе с другими могилевчанами, побывавшими там, она приходит к обелиску, чтобы вспомнить тех, кто не выжил, не дожил до нынешнего времени. Дома к этому дню обязательно печет торт, приглашает сестру с семьей, соседей по лестничной площадке, с которыми дружит долгие годы. Обязательно созванивается с Москвой.
  
  - Моя семья - это 20-летний сын Кирилл и я, - продолжает Наталья Фомченко. - Он у меня студент, будущий юрист. Ему нравится его выбор. Мы дружны, сын со мной делится своими радостями и проблемами. Мне важно знать, чем он живет. Как каждая мать, мечтаю, чтобы сын вырос добрым, порядочным человеком, чтобы всё в жизни у него сложилось, главное - чтобы душа не очерствела.
  
  Наталья ИЗОТОВА
  
  Отсюда: http://mvd.gov.by/main.aspx?guid=91295
  
  ____________________________________________________________________
  (1) - в отличие от других министерств (МВД, КГБ, с/х, здравоохранения, строительства и т.д.), старающихся создать своим работникам достойные бытовые условия, гражданские специалисты Министерства Обороны порой жили в скотских условиях, начиная с военных палаток времён Второй Мировой войны. И в результате гражданские специалисты от МО, прошедшие афганскую войну, путинским режимом в 2006 году лишены основных льгот - A.C.
  
  (2) - в отличие от других министерств (МВД, КГБ, с/х, здравоохранения, строительства и т.д.), достойно оплачивающих труд своих работников, гражданские специалисты Министерства Обороны получали нищенские оклады, которые приходилось тратить на продукты питания, покупаемые в магазине военторга. Прожить несколько лет на тушёнке и сгущёнке невозможно даже самому выносливому организму. А нормальные продукты если не разворовывались проходимцами из продуктовых служб, как случилось в нашем Джелалабаде, где начальника продслужбы вертолётного полка поймали с КАМАЗом ворованных продуктов, приготовленных для продажи моджахедам, то порой исчезали в горных ущельях вместе с автоколонной, попавшей в коварную вражескую засаду. И в результате гражданские специалисты от МО, прошедшие афганскую войну, путинским режимом в 2006 году лишены основных льгот - A.C.
  
  (3) - в отличие от других министерств (МВД, КГБ, с/х, здравоохранения, строительства и т.д.), гражданские специалисты Министерства Обороны шли нескончаемым потоком груза "200". И после этого твари в чиновничьих креслах, лишив в 2006 году гражданских "афганцев" основных льгот, смеют заявлять: "Если давать льготы вольнонаёмным "афганцам", тогда нужно давать льготы всем вольнонаёмным разных министерств в разных военных группировках за границей.
  
  - "Список погибших "афганок" поставлен
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/00003.shtml
  
  - "Списoк мужчин, гражданских специалистов, погибших в годы афганской войны" поставлен
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/00004.shtml - A.C.
  
  (4) - смотри сноску под N 2: если продукты не украли, то они могли пропасть при транспортировке по горным дорогам. А там поди докажи: действительно машина попала в засаду и улетела в пропасть или была оформлена удачная сделка на несколько миллионов. Так же в войсковых частях порой кормили продуктами послевоенных годов, где на упаковках стояло: "СССР, дата производства 1947 год" - A.C.
  
  
  
  
  

165. Житомирянка. Info (14.02.2013)

  

Афганистан женскими глазами

  «Пусть кто-то внятно объяснит мою задачу.
  Зачем мы здесь,
  зачем мы здесь?
  зачем мы здесь?
  Который год страна с Афгана плачет»
  
  Война страшна уже сама по себе, чувство страха и тревоги испытывают даже самые смелые и мужественные бойцы. А уж для женщины кошмар войны еще более глобальный, ведь Смерть на поле брани жестоко истребляет то самое святое, что дарит женщина миру – Жизнь. Наша история о женщине, которая пережила афганский ад непосредственно. Галина Калениковна Куклич добровольно отправилась в Афганистан осенью 1985 года.
  
  Закончив Житомирское медучилище, Галина Калениковна стала работать медсестрой в областной больнице. А через год продолжила свою профессиональную деятельность на должности медсестры в только что созданном комплексе поликлиники с больницей (сегодня – отдел медицинского обеспечения) тогда еще УВД в Житомирской области.
  
  – Я хорошо помню ноябрь 1985 года, когда пришла в областной военкомат и записалась в добровольцы на службу в Афганистане, - рассказывает Галина Калениковна. – Тогда я уже была в разводе с мужем, а моя дочь училась на втором курсе Житомирского пединститута. Страха перед предстоящей поездкой не было, только необъяснимое ощущение огромной тревоги. Я осознавала, что еду на войну, что там будет трудно. А еще я была уверена, что меня, 40-летнюю женщину с 20-летним медицинским стажем, уже трудно будет чем-то удивить. Как же я ошибалась…
  
  Самолет, в котором в Афганистан прибыли добровольцы, приземлился в Кабуле. Именно там находился советский госпиталь, располагавшийся в бывшей королевской конюшне. Общее количество медперсонала составляло около полторы тысячи человек, а сам госпиталь, где функционировали 18 отделений, вмещал до двух тысяч пациентов. Селили прибывших добровольцев неподалеку от самого военного медучреждения в деревянных домиках. По словам Галины Калениковны, афганский климат более, чем суров. Например, летом, когда температура воздуха достигала 50-ти градусов, спасения в жилищах было не сыскать. Зато желанная прохлада царила в глиняных стенах госпиталя, где их толщина составляла до полутора метров. А вот ночью, когда спадала жара и в горах выпадал снег, наступал такой холод, что без теплого кожуха было не обойтись. И еще одна особенная сложность возникала в периоды, когда дул ветер «афганец», приносящий с собой тонны пыли и песка. Спрятаться от него где-либо было невозможно: даже в помещении песок попадал в глаза, скрипел на зубах, а ноги увязали в наметенных курганах по самую щиколотку.
  
  
   []
  
  
  – Выходить в город по одиночке было небезопасно, - продолжает Галина Куклич. – Госпиталь охранялся двойной охраной – внешней и внутренней. В Кабул же, в основном, нас выводили группами. Готовые к неожиданностям, мы во все глаза рассматривали ту удивительную жизнь, которая нас окружала. Мы видели, что афганский народ очень несчастный и во многом обделен. Нас поражала их бедность: ни воды, ни канализации – ничего. Были конечно и красивые блестящие виллы, принадлежащие торговцам. А по своей сути афганцы – довольно дружелюбны. Они помнят оказанное им добро, но в равной степени запоминают и зло.
  
  Галину Калениковну, старшую медсестру хирургического, а потом и урологического отделений в госпитале ласково называли «мамой Галей». И совершенно не случайно. Добрая и чуткая женщина переживала за каждого поступавшего раненого бойца, ведь каждый из них годился ей в сыновья. А легко ли матери смотреть на страдания своих детей?
  
  
   []
  
  
  – Когда после очередного побоища в госпиталь везли раненных, специальным звонком тревоги за час до их прибытия сообщали нам. И все до одного работники уже были начеку, готовые к приему ребят по своим отделениям.
  
  И тут начиналось. Нескончаемым потоком в приемный покой заносили раненных безусых юнцов. Крик, стон, кровь, застывший в глазах ужас и мольба о спасении… Каково это все выдержать женщине, пусть даже опытнейшему медику, но все же – женщине? Чего стоит в таких условиях держать себя в руках, хладнокровно делать свою нелегкую работу во имя спасения жизни, уверять тяжело раненого в том, что он останется жить, чтобы при этом не дрогнул ни единый мускул?.. Не сломаться, не зарыдать, не сдаться самой и не позволить сдаться молодым раненным бойцам, не сойти с ума, в конце концов…
  
  И мужественная, сильная «мама Галя» вместе с другими медсестрами вступала в нелегкий бой со смертью за жизнь этих ни в чем неповинных мальчишек, которых злая доля закинула в самую пасть ада.
  
  – Бывало, в хирургию поступали стразу несколько тяжело раненных ребят, которым в равной степени требовалась неотложная медицинская помощь, иначе… - Галина Калениковна с болью в голосе и со слезами на глазах вспоминает те тяжелые минуты. – А потом наступали шальные несколько суток – без сна, даже без намека на малейший отдых. Благо, медикаментов было вдосталь, обеспечение лекарствами было на высшем уровне.
  
  И так пролетели два года. Золотые руки «мамы Гали» спасли жизни не одной тысячи подорвавшихся на минах, попавших в огненную ловушку и обстрелянных вражескими пулями юнцов. Осенью 1987 года Галина Калениковна Куклич возвратилась обратно на родину с исполненным болью сердцем, измученной душой и печальными глазами, повидавшими ужасы войны и смерти.
  
  – Это сейчас только, - признается Галина Калениковна, - по истечению более чем 20-ти лет, афганская боль хоть немного притупилась. А раньше – просыпаешься среди ночи, а перед глазами – мигающая красная лампочка, предвещающая поток раненных бойцов. И только через какое-то время понимаешь, что уже дома, что все прошло. Кошмарные сны, тяжкие воспоминания – все это очень долгое время не уходило. Да и до конца не ушло до сих пор. Даже фильмы про Афганистан не могла смотреть последующий десяток лет…
  
  Галина Куклич вернулась на свою прежнюю работу – медсестрой в больницу с поликлиникой УМВД Украины в Житомирской области, а потом, выйдя на пенсию, перешла работать в приемник-распределитель для несовершеннолетних при УМВД.
  
  Сечас Галина Калениковна на заслуженном отдыхе и все время посвящает своему любимому делу - выращиванию цветов на даче.
  
  Эта хрупкая и в то же время необычайно сильная женщина награждена двумя медалями «Защитник отечества» и медалью Украинского сообщества ветеранов Афганистана «Ветеран-интернационалист». Но осознание того, что она сохранила множество жизней для нее превыше всех наград и почестей.
  
  Ольга Номерчук, ССО УМВД Украины в Житомирской области
  
  Отсюда: http://ladyportal.info/news/top_news/11940-afganistan-zhenskimi-glazami-foto.html
  
  
  
  
  

166. "Рыбинские известия" (16.02.2011)

  

Кандагар: не женское лицо?

  В Рыбинске живут 440 ветеранов боевых действий в Афганистане, и только один из них никогда не держал в руках оружия. Светлана Ивановна Сидорова почти два года служила медсестрой в госпитале под Кандагаром
  
  «Над Кандагаром бескрайнее небо, непокоренная земля, а на ней война» никогда не понять до конца строк этой песни нам тем, кто не был там, в пекле Афганистана. Двадцать пять лет назад вчерашняя выпускница рыбинского медучилища Светлана тоже не знала, что такое обстрелы и как тяжело видеть глаза мальчишек, подорвавшихся на мине. И не представляла, с каким чувством будет спустя годы смотреть на медали «За трудовую доблесть» и афганскую «10 лет апрельской революции».
  
  В 1982 году она получила специальность акушерки и по распределению попала в родильный дом в Тутаеве, а потом вернулась в Рыбинск, где устроилась медсестрой в кабинет функциональной диагностики одной из городских поликлиник. На тот момент военные действия в Афганистане шли уже несколько лет. «Моя знакомая сагитировала меня ехать поработать в Афганистан: мол, практика большая плюс внеконкурсное зачисление в мединститут, - вспоминает Светлана Ивановна. - Молоденькие были, бесстрашные. Да ведь кто там не был, и не поймет… Но подружка в результате не поехала, и я отправилась одна. Это был ноябрь 1986-го. Меня направили в Кандагар».
  
  Госпиталь с аэродромом при воинской части находился не в самом городе, а где-­то за его чертой среди гор и пустыни. От остального мира (вернее от войны) он был защищен лишь забором и взводом охраны. Здесь рыбинской девушке с белокурой косой до пояса суждено было провести год и восемь месяцев.
  
  «Пустыня, очень жарко, пот градом; я до сих пор солнце не люблю, первые впечатления не стираются из памяти. В госпитале меня встретили очень хорошо. Девчонки приезжали сюда со всего Союза: из Челябинска, Костромы, Белоруссии, Казахстана…» И для каждой из них комсомол стал не просто чередой конкурсов и взносов, но в первую очередь запомнился дружбой крепкой, фронтовой. Ведь это и был фронт, самая настоящая война.
  
  «Госпиталь был большой: хирургическое, терапевтическое отделения, инфекционная зона, куда я и попала. Сначала работала медсестрой, спустя год старшей медсестрой. Малярия, тиф, дизентерия, желтуха… практика действительно была обширная. Для дезинфекции рук обязательное полотенце с хлорамином на поясе. Постоянно сдавали кровь, даже не сосчитать сколько раз. Там не было слов «хочу не хочу». Приходят и говорят: нужна такая-то группа, такой­-то резус. И все».
  
  Независимо от того, в каком отделении работали медики, во время массового поступления раненых в приемном отделении собирались все. «Первые месяца три было очень тяжело: во-первых, и опыта маловато, и, конечно, сильно переживала. Когда случались большие подрывы, привозили человек по пятнадцать… при этих словах у моей собеседницы на глаза наворачивается слеза. Война есть война. Это кровь, раненые, среди них тяжелые, которых врачи вытаскивали с того света. Начальник госпиталя Мищенко за каждого боролся, как за родных детей. Слов нет, как жалко ребят! Как смотреть в глаза человеку, получившему увечья, оставшемуся без руки, без ноги? Лучше не смотреть…
  
  Война это еще и обстрелы. Первый раз при мне обстреляли госпиталь, когда я была еще новенькой, помню, как это страшно. Я раньше фильмы смотрела про войну, там при бомбежке солдаты в землю готовы зарыться. А тут никуда не спрячешься и не уйдешь: в реанимации ведь раненые лежат под капельницей. В трудную минуту больные, видя, как я переживаю, поддерживали, шутили, подбадривали». Однажды снаряд попал в модули, где жили врачи, начался пожар, но, к счастью, потушили.
  
  По пятницам наши медики официально принимали местное население. У КПП стояла большая палатка, к ней афганцы выстраивались очередями, в основном женщины и дети. Общались через переводчика­-таджика. Акушерке по образованию, Светлане приходилось здесь и роды принимать. А что касается мужчин: может, сейчас он лечится, а ночью в горы уйдет стрелять - об этом старались не думать. В целом местные к русским врачам относились с большой благодарностью.
  
  Уезжала из Кандагара Светлана Ивановна с выводом войск, в 1988 году. Потом переписывались, встречались, афганское братство это навсегда. По возвращении в Рыбинск она пошла работать в ЦОиЗ «Кстово», где трудится уже более двадцати лет физиомедсестрой. Наверняка мало кто из ее теперешних пациентов догадывается, что у этой улыбчивой, обаятельной женщины за плечами Афганистан. И только совсем недавно она получила удостоверение ветерана боевых действий. Пришлось писать в министерство обороны, в архив. А вот в мединститут поступать так и не стала.
  
  …Если повернуть время вспять, как бы вы поступили? задаю ей вопрос. «Все равно бы поехала», - с уверенностью отвечает женщина. У Светланы Ивановны почти взрослый сын, скоро шестнадцать, а значит, и армия не за горами. Но от службы в вооруженных силах она сына не отговаривает, не выбивает правдами и неправдами «волчий билет». «Постоянно где­то неспокойно: то Афганистан, то Чечня, то Осетия… Конечно, сердце матери тревожится, говорит она. Поэтому для меня самое главное только бы не было войны».
  
  Автор: ОЛЬГА ГРЖИБОВСКАЯ
  
  Отсюда: http://gazeta-rybinsk.ru/2011/02/16/341
  
  
  
  
  

167. Город-курорт Пятигорск. Официальный сайт (11.02.2014)

  

Афганистан: боль, честь и слава

  Урок мужества, посвященный Дню воина-интернационалиста, прошел в пятигорском Центре военно-патриотического воспитания молодежи. В канун Дня воина-итернационалиста (напомним, ровно 25 лет назад, 15 февраля 1989 последняя колонна советских войск покинула Афганистан) в музее Центра собрались представители двух поколений россиян – те, кто прошел горнило афганской войны, и те, сегодня несет вахту памяти на пятигорском Посту N 1.
  
  - Часто школьники, молодые ребята спрашивают: страшно ли было? Мы говорим правду. Каждому было страшно. В мирное время мы, ровесники сегодняшних постовцев, узнали ад и кровь чужой войны, и всё же наши парни оставались верными присяге до конца. Родина поставила задачу, и мы ее достойно выполнили, – говорит Юрий Таранец, генеральный директор пятигорского Фонда реабилитации ветеранов локальных войн и вооруженных конфликтов, гвардии сержант, в 1986-1987 проходивший срочную службу в Кабуле. – Такие встречи нужны - чтобы донести правду, не дать никому шанса «замылить» факты, исказить историю. Нам до сих пор есть что рассказать, чем поделиться!
  
  О своей службе в Афганистане Наталия Чугунова, прапорщик медицинской службы, фельдшер 149-го гвардейского мотострелкового полка, говорит просто:
  - Подвигов никаких не совершала. Работала – вот и всё. Но там, в чужих песках, каждый день такой работы был истинным подвигом. Приходилось оказывать экстренную медпомощь раненым ребятам, а тех, кто был ранен тяжело – сопровождать в госпиталь.
  
  С 1986 по 1988 прапорщик Чугунова в составе медицинской службы передвигалась за советским полком, который вел боевые действия, а затем охранял вывод советских войск из Афганистана. - Женщин на службе было мало. Нас берегли, как могли, - говорит Наталья. - Со временем многое забылось, конечно. Остались только те воспоминания, которые со мной навсегда. Она вспоминает: целый месяц мимо проходили колонны советской техники – это возвращались на Родину первые полки. «Поехали домой!» - кричали с проезжающих танков и БТРов солдаты. Но она пока не могла. В Афганистане еще оставалась «простая работа, без подвигов».
  
  Медаль «За боевые заслуги» получила прапорщик Чугунова за «свой Афган». Такую же, как на гимнастерке ее отца – он защищал Родину в Великую Отечественную. Ветераны-афганцы и школьники договорились о следующей встрече – 15 февраля, в День памяти, у мемориала «Черный тюльпан».
  
  
   []
  
  
  
  Отсюда: http://pyatigorsk.org/1552
  
  
  
  
  

168. Газета «Речь» (16.02.2017)

  

«Я нашла любовь на Афганской войне»

  
   []
  
  
  15 февраля 1989 года последняя колонна советских войск покинула Афганистан. Накануне памятной даты мы поговорили с череповчанкой Мариной Никишиной, которая два года — с 1987 по 1989-й — работала в военных частях в Афганистане и встретила там любовь.
  
  
Сама захотела
  
  В конце 1986 года 26-летняя Марина подала заявление в череповецкий военкомат — она хотела поехать в Афганистан. Почему? Как она говорит, сама до конца не может себе объяснить свое желание — просто чувствовала, что в жизни ей чего-то не хватает. По образованию Марина Геннадьевна закройщик, работала в Санкт-Петербурге, потом вернулась в Череповец, чтобы поддерживать заболевшую мать, устроилась в сортопрокатный цех меткомбината.
  
  — Как родители отреагировали на ваше решение ехать в Афганистан? — спрашиваю я.
  
  — Конечно, были против. Но я очень хотела. 13 января 1987 года, на старый Новый год, я гадала на жженой бумаге и увидела гору и танк, перевернула бумагу, а там кровать и две головы. На следующее утро пришла на работу, мне говорят: тебе пришел ответ из военкомата, нужно за неделю все дела сдать. А в Афганистане я встретила Женю, который стал моим мужем. Гадание полностью сбылось.
  
  26 января Марина Геннадьевна прилетела в Кабул, а оттуда отправилась в часть, располагавшуюся в провинции Кундуз. Там окончила сестринские курсы и работала в санчасти.
  
  — В России в конце января было минус 30, — рассказывает она. — А в Кабуле все в свитерах ходили. Там зимы совсем другие: температура не падает меньше чем до минус одного градуса, и то такая погода не длится дольше двух недель. Дождей тоже немного, зато бывают песчаные бури.
  Марина Геннадьевна говорит, что афганский климат ей сразу пришелся по душе. И работа тоже нравилась, настолько, что даже в выходной она спешила в санчасть. В госпитале и познакомилась с будущим мужем.
  
  
Пуля разбила стекло
  
  В Афганистане русских буквально косила желтуха. Будущий муж Марины, Евгений, как раз с желтухой и попал в госпиталь.
  
  — Женя оканчивал в Костроме военное училище, после этого его направили в Златоуст Челябинской области, а через полгода службы он попал в Афганистан в качестве начальника химслужбы. Родителям говорить о назначении не стал, они так и были в неведении до вывода войск.
  В санчасти произошла их первая встреча. Они сразу обратили друг на друга внимание. В августе Евгений сделал Марине предложение.
  
  — И как прошла ваша свадьба в военной части? — спрашиваю я.
  
  Марина Геннадьевна смеется: до свадьбы нужно было собрать документы, а регистрировать брак требовалось в советском консульстве, куда еще нужно было попасть. Сначала будущие супруги планировали добраться до консульства в Кабуле на попутной «вертушке», но вылет два раза отменяли. Тогда командир батальона предложил им поехать в другое консульство — в городе Мазари-Шариф, в ту сторону из части отправлялась автоколонна.
  
  — Колонна — это боевые машины, которые едут под охраной нескольких БТР. И в дорогу командир даже выписал мне настоящий боевой пистолет ТТ, — рассказывает Марина Никишина.
  Два раза будущим супругам и водителю, который их сопровождал, приходилось делать остановки — в местечках Пули-Хумри и Ташкурган. Колонна сопровождала их только до Пули-Хумри, а оттуда они, вопреки военному запрету, отправились в путь только на одной машине, без защиты БТР. Марина Геннадьевна показывает снимки из «афганского» альбома, где стекло машины прошито пулей.
  
  — Это была снайперская пуля, мы даже не заметили, как она просвистела, — говорит она. — Когда снайпер стреляет, пуля летит так быстро и звук — словно птичка свистнула. Потом, когда мы уже дальше ехали, заметили, что по нам стреляли.
  В общей сложности дорога молодых до консульства и обратно заняла четыре дня. Вернулись 4 ноября, а 5-го, в День разведчика, праздновали свадьбу.
  
  
«Они женаты уже целый год!»
  
  В августе 1988 года часть в Кундузе расформировали, и Евгений с Мариной перевелись в Ташкурган, где и служили до вывода войск из Афганистана. При переводе начальство не указало в документах, что они семейная пара, и их поселили в разных общежитиях. Марина жила в десятиместной комнате, а муж ее даже получил взыскание от ничего не подозревавшего командира дивизии за то, что «ходит в гости к женщинам на ночь», — нравы были строгие.
  
  — Прямо на плацу ему это все высказали, но он промолчал. А потом командир еще и на собрании среди гражданских начал делать замечания. Я долго терпела, потом встала и сказала, что мы супруги. А Женин командир батальона подтвердил: «Да, они женаты уже целый год!»
  Но комнату им выделить все равно не смогли: мест в домиках, которые назывались модулями, не было. Предложили им отдельное место в коридоре между комнатами. За неделю Марина сделала из прохода комнату — поставила кровать, сделанную из снарядных ящиков, оборудовала отдельный будуар из парашютов. Правда, довелось им прожить в комнате всего две недели — в модуль попала фугасная мина, и дом сгорел дотла. Тогда они перебрались в грузовой кузов машины — КУНГ, где поставили еще и печку-буржуйку для обогрева.
  
  
Люди там другие
  
  Мы говорим с Мариной Геннадьевной уже целый час. Я узнаю, что после вывода советских войск из Афганистана они с мужем жили в Сибири, потом вернулись в Череповец, где она вновь пошла на меткомбинат, он стал пожарным. Во время нашего разговора он как раз был на работе.
  
  — Вы говорите о времени работы в Афганистане с большой любовью и практически не упоминаете об опасностях… — начинаю я.
  
  — Так и есть. Когда мы с мужем поехали после свадьбы к его родителям, не дотерпели до конца отпуска — вернулись в Афганистан. Знаю, что тем, кто там не был, этого не понять, но мне очень нравилось то время. Я не считаю его ни тяжелым, ни сложным. Многие из тех, кто приезжал работать, уезжали через несколько месяцев. Там нужен был особенный характер, ведь люди там становятся другими. Жесткими, но справедливыми. Такие и мы с Женей, поэтому нам было хорошо. В Афганистане мы не видели обмана.
  
  Алена Сеничева
  
  Отсюда: http://www.35media.ru/articles/2017/02/16/ya-nashla-lyubov-na-afganskoj-vojne
  
  
  
  
  

169. "News.21.BY" - "Жодзiнскiя навiны" (10.02.2011)

  

Людмила Казанцева: «Не забывается такое никогда…»

  
   []
  
  «Война – дело мужское». Это утверждение всегда принималось за аксиому и, разумеется, не случайно: на протяжении человеческой истории война действительно была прерогативой мужчин. Между тем в войнах участвуют и женщины… Среди них, добровольно ушедших на войну в Афганистан, и Людмила Казанцева – фельдшер городской поликлиники, которая в далеком 1987 году сама написала рапорт с просьбой отправить ее в Афганистан. Людмила ни разу не пожалела, что подвергла себя риску. Она убеждена: то, что она и ее сестры по крови делали там, за речкой, было крайне важно и необходимо.
  
  Людмила Казанцева: «Не забывается такое никогда…»
  
  – Медицинская сестра – это не столько профессия, сколько образ жизни. Там, где идет война, в нашей помощи нуждается гораздо больше людей, чем здесь, в мирной жизни. И я тогда подумала, что должна быть там, должна помогать солдатам выжить, – делится Людмила Казанцева.
  
  Родилась она в Сибири, в Тайшете. Здесь же окончила медицинское училище, работала в больнице старшей медсестрой. Когда ей было чуть больше тридцати, она с дочерью переехала в Жодино, поближе к старшей сестре.
  
  Сразу по приезду в наши края Людмила устроилась в здравпункт стройтреста N 29. А в 1987 году решила для себя (уж так была воспитана!), что должна ехать в Афганистан. Отправив дочь к родственникам в Сибирь, Людмила пошла в военкомат.
  
  – Меня уговаривал офицер: поезжай в Польшу, в другие соцстраны, но не в Афганистан. Помню как сейчас свой ответ: «Я там принесу больше пользы!»
  
  И уехала. С первыми трудностями столкнулась еще на пересылке в Ташкенте, когда самолеты не могли лететь из-за обстрела на афганской территории. Дело в том, что Людмила никогда не курила, неприемлемо для нее было и употребление алкоголя. А тут от скуки и ожидания отправки все дымили и бездельничали.
  
  Рассказывает Людмила Казанцева:
  – Прилетели мы в Кабул. Здесь дали распределение в штаб армии – старшей медсестрой в медроту в Джелалабад. Прилетела, думала, что меня тут ждут… Ночь, темень. Подъезжает летучка, что-то выносят из нее. Позже узнала, что это был «груз 200». Назавтра, кое-как умывшись холодной водой, прибыла в штаб. Иду, кругом – страшная грязь. Как пояснили, сезон дождей. Выясняется, что моя должность старшей медсестры занята. «Хочешь, возвращайся в Кабул», – сказали мне в штабе. Но я была готова на любую работу, лишь бы никуда больше не лететь. Меня назначили медсестрой в терапевтическое отделение. А когда в отпуск уходила старшая медсестра операционно-перевязочного отделения меня поставили на ее место.
  
  Людмила знала свою работу и любила в ней порядок. Первое, что сделала, заставила ободрать пузырящуюся краску на стенах и все покрасить. Чтобы оборудовать моечное отделение, пришлось… украсть ванну и срочно ее приварить. Когда обнаружилась пропажа, то было уже поздно.
  
  Людмиле Казанцевой было 36 лет, когда она попала в Афганистан. Она сразу всем объявила: «Я старая, больная женщина. Я ваша мать». И ее действительно называли Мать. Неудивительно, ведь всех солдат она воспринимала как сыновей, чувствовала ответственность за каждого.
  
  Из воспоминаний:
  – Я очень любила этих мальчишек. Казалось, все отдала бы, чтобы они выжили. И старалась помочь, поддержать боевой дух. Я и сегодня помню каждого раненого, помню, где он лежал, какое было ранение. Такое не забывается. У меня в отделении с бронхитом лежал мальчик Ваня из Витебской области, беленький такой, хороший, добрый, все двери в отделении отремонтировал. Вылечился, ушел на войну.
  
  Как-то прилетела «вертушка» с ранеными. Бежим, разбираем их, чтобы быстрее оказать помощь. Слышу: «Людмила Макаровна, вы меня не узнали?». Это был Ванечка. Увы, ему пришлось отнять руку. Разве можно это забыть…
  
  И таких рассказов о своих подопечных у Людмилы множество. Вот один из них. Юра из Запорожья сначала лежал в хирургии, затем был переведен в инфекционку – обнаружили гепатит. Приходит к Людмиле медсестра и говорит: «Мать, сегодня у Юры день рождения – 20 лет!» Собрали ему подарки и пошли проведать парня. Потом он уехал, поступили другие. А тут на воинскую часть приходит письмо. Командир говорит: «Ты, Казанцева, всегда умеешь отличиться. На тебя тут письмо пришло…» И зачитывает благодарность от имени родителей Юры, который вернулся в родное Запорожье и рассказал своей маме о другой Матери, которая помогла ему выжить. Такое дорогого стоит.
  
  Людмила Казанцева жалеет сегодня лишь об одном: очень уж строго относилась к своим медсестричкам. «У нас в хирургии тяжелая была работа. Бывало, прилетает вертолет к вечеру, привозят раненых. И все – хирурги, медсестры – становятся и делают свою работу, не считаясь со временем, не жалея сил», – делится она.
  
  А вообще, когда Людмила была старшей медсестрой, она многое изменила в отделении. Так, не гнушалась приготовить завтрак хирургам, ведь они, выходя из операционной, буквально валились с ног от усталости. Прошло полгода, один из них и говорит: «Мы думали-думали, что этой женщине от нас надо? А теперь поняли: ты просто уникальный и добрый человечек, который любит людей и заботится о них».
  
  – Было ли страшно на войне? Я не могу сказать этого, так как в боевых действиях мы не участвовали. Приказ по штабу 40-ой армии гласил: женщин за пределы части не выпускать.(1) Так что охраняли, дай Бог каждому. Почувствовала страх, когда выводили нашу часть из Афганистана. Я не полетела самолетом, а пошла со всеми колонной. Вот тогда-то и поняла, что эти юные мальчики испытывали каждый день, каждый час. Когда мы колонной шли через зеленку (цитрусовые сады после Кабула), когда со всех сторон обстреливали, солдаты стали грудью, чтобы защитить нас. А ведь эти мальчики рисковали жизнью каждый день.
  
  …После Афганистана Людмила вернулась в родной стройтрест, где и трудилась до его реорганизации. Затем некоторое время работала сиделкой и нянечкой в Польше. Сегодня, будучи на пенсии, она по-прежнему в строю – работает фельдшером в поликлинике. И не представляет свою жизнь без людей, без коллектива. «Пойду уборщицей, если меня уволят. Только бы находиться среди тех, с кем давно работаю и дружу», – сказала она.
  
   в Афганистане была удостоена медали «За доблестный труд» и считает эту награду самой значимой в своей жизни.
  
  Лилия АЛЕХНОВИЧ
  
  Отсюда: http://news.21.by/other-news/2011/02/10/251837.html
  
  ____________________________________________________
  (1) - этот приказ не соблюдался. Например, в нашем Джелалабаде девчонок гоняли на боевые действия в приказном порядке. И не только в Джелалабаде.
  Мои тексты на эту тему:
  
  - "Надежда Миргородская (Паутова). Джелалабад. "Просто был не мой день"
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/h.shtml
  
  - "Турсунa Сахибовa (Хасановa). Баграм. "Зaдaния я получала в разведотделе, в особом отделе и в штабе"
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/s01a.shtml
  
  - "Джелалабад. Лариса-парикмахерша"
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/i.shtml
  
  - "Чем служба спецпропагандиста политотдела Ф.A. Клинцевича была рискованнее службы спецпропагандистки того же политотдела Маши Ивановой?"
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/0009a.shtml
  
  - "Джелалабад. Танюшa, почему ты меня не послушала?"
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/l.shtml
  
  - "О девочках-продавцах, взрывающихся в афганских межгорьях"
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/00007.shtml
  
  - "О девочках, погибших в афганском небе"
  здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/00006.shtml - A.C.
  
  
  

170. spbmedsestra.narod.ru

  

ПОЛЕВАЯ ПОЧТА В/Ч 94777

  Клокова Л.Х., главная медсестра СПб ГУЗ «Городская наркологическая больница»
  
  «Кабул... Кто хоть раз повидал Кабул в эти девять военных лет, кто вдохнул его сладких дымов, его смрадных зловоний, восхитился изразцами мечетей, ужаснулся клоакой трущоб, тот больше его не забудет». (Из дневника писателя. А.Проханов)
  
  «…ХОТЕЛОСЬ ИСПЫТАТЬ СЕБЯ, ЛУЧШЕ УЗНАТЬ СВОЮ РАБОТУ, УВИДЕТЬ СЛОЖНОСТИ, ПРИМЕНИТЬ ЗНАНИЯ, ПОЛУЧИТЬ ОПЫТ…»
  
  Страна знала, что происходит в ДРА (Демократическая Республика Афганистан), с волнением и тревогой смотрели телевизионные репортажи военного корреспондента Лещинского с боевых действий. Когда началась война, мне учиться оставался еще 1 год, совсем никто и ничто, требовался опыт работы, но никаких лирических рассуждений – зачем, для чего и ради кого – об этом не думалось, очень хотелось осуществить эту грустную, далеко не романтическую мечту. В жизни всегда есть место подвигу, его можно совершать ежедневно, об этом говорили родители, так они воспитывали своих пятерых детей. Этим понятием было заложено в нас желание ответственности, жизненной стойкости, верности своему делу, перед людьми, перед односельчанами. Очень хотелось испытать себя, лучше узнать свою работу, видеть сложности, применить знания, получить опыт. Мелочей в нашем деле нет – важно все, к работе относиться красиво, уважительно и разносторонне.
  
  Первоначальный опыт операционной медсестры был получен в Городской больнице N 3, ныне Елизаветинская, откуда я и отправилась на 2 года в 1987 г. в ДРА. Ленинградская школа оправдала себя, можно сказать, попали в точку. Вся медицинская команда работала слаженно и четко. Это незабываемое чувство сплоченности, содружества, взаимной поддержки, уверенности и симпатиях ко всем коллегам, с которыми пришлось работать, осталось навсегда.
  
  «…СПАСИБО ЗА ЩЕДРОСТЬ ДУШИ… СПАСИБО ЗА ТО, ЧТО ЖИВУ…»
  
  Письма в медсанбатах, военных госпиталях читались всем коллективом. Не всегда на конвертах писались конкретные имена, фамилии, просто номер полевой почты и слова «Врачам и медсестрам». Обращены такие письма чаще всего не к одному конкретному человеку – ко всем «людям в белых халатах». Не раз в Кабульском Советском Военном Госпитале приходилось слушать и читать самые теплые, идущие от сердца слова: «Дорогое сестрички! Низкий поклон вам с Родины. Спасибо за щедрость души, за заботу, спасибо за то, что живу…».
  
  Нас объединяло одно событие, и причастны были к одному очень важному и дорогому – выжить, выстоять, сохранить жизнь всех ребят, которым необходима была медицинская помощь. Они мужественно переносили боль, старались быстрей поправиться и вернуться в строй, в свою роту. Кому было назначено лечебно-восстановительное лечение в СССР, расставание было трудным, переживали и мы, как они долетят, как быстро пойдет улучшение, грустны были и ребята – не дослужили со своими. У них чувство военного патриотизма, братства было развито чрезвычайно.
  
  Нет, мужество случайным не бывает,
  Оно в душе солдата родилось,
  Когда он о друзьях не забывает
  И с Родиной себя не мыслит врозь.
  
  Писали часто, мы отвечали тоже, нельзя было оставить письмо без ответа, чувствовали, что этим тоже помогаем и поддерживаем их в трудные моменты.
  
  «ОЩУЩЕНИЕ ЖИЗНЕННОЙ ПРАВДЫ, ЛЮБВИ К МИРУ И ЛЮДЯМ, НАДЕЖНОСТЬ И ТВЕРДОСТЬ ПОСТУПКА – ВОТ, ЧТО МЫ ИСПЫТЫВАЛИ В ТОТ ПЕРИОД РАБОТЫ».
  
  Ощущение жизненной правды, любви к миру и людям, надежность и твердость поступка – вот, что мы испытывали и имели в тот период работы. У нас есть «модель» сестринского дела и конечный результат был всегда веским.
  
  Если прервутся вдруг мирные версты,
  Если случится где-то беда,
  Я знаю, что вы, медицинские сестры,
  На помощь придете везде и всегда.
  
  «ПЛАКАТЬ БУДУ ПОТОМ…»
  
  Минуты слабости приближались к тебе, но не овладевали, волна слез невидимой силой откатывалась обратно: «Буду плакать потом, обязательно». После прилета из Кандагара, где 2 дня казались вечностью, вернувшись в госпиталь, ведущий хирург, полковник медицинской службы Леонид Георгиевич Курочко спрашивает:
  - Ну, как вы там?
  
  Опустила глаза, он ведь все знает, хочет видеть, как буду рассказывать, а говорить невозможно. Поняв мое состояние, отправляет отдохнуть:
  - Иди - поспи.
  Этого-то и невозможно сделать, все равно не уснуть, лучше буду помогать девчонкам в операционной. Старались в такие минуты не оставаться наедине с собой, не накапливать бурю эмоций и переживаний, вместе все разгладится и даже отодвинется куда-то на «потом». Боялись показывать свою слабость.
  
  «…НЕОБХОДИМО БЫЛО ВСЕГДА БЫТЬ В ПОЛНОЙ ГОТОВНОСТИ…»
  
  Операций было всегда много, раненых чаще привозили в темное время суток, значит, работа шла ночью. Днем перевязки, уход, автоклавирование, необходимо было быть всегда в полной готовности, также шли плановые операции. Хорошо помогали друг другу, никогда никто не оставался в своей комнате, если чья-то смена могла испытать повышенную нагрузку в работе. Мы предвидели это, вернее надо уметь это предвидеть, даже сквозь сон.
  
  «…ЗАБОТА И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ДРУГ ЗА ДРУГА ОБЪЕДИНЯЛИ НАС…»
  
  Забота и ответственность друг за друга объединяло нас, доверие было абсолютным. Ночью поздно, девчонки спят, на столе заботливо стоит твой ужин из столовой, горит настольная лампа, прикрытая полотенцем, рядом лежат письма из дома в ожидании тебя. Садишься с трудом за стол, есть не хочется совсем, и читать письма сразу не удаeтся, чтобы прочитать письмо надо настроиться, сейчас не получится, пока все мысли о прошедшей операции, погружена до «клеточки», ведь работали 14 часов, сделано все, что можно, ранение сочетанное, кровопотеря большая. Сижу не двигаясь, тело онемело и не чувствую его, с кровати поднялась Татьяна, наверняка не спит, ждет. Она у нас в комнате самая-самая заботливая:
  - Любаня, поешь.
  - Спасибо, Тань, не хочу.
  - А письма читать будем?
  
  Уже половина четвертого утра, наши письма читались все вместе, мы делились домашними новостями, знали обо всех событиях, которые происходили в семьях на родине. Родители писали часто, в конверте приносился запах отцовской тумбочки, мои неиспользованные школьные тетради хранились в том же ящике. Откроешь конверт - и сразу дома. Мы очень бережно относились друг к другу - что делается в ДРА и чем мы занимаемся, а также как они переживали – эти моменты никто не раскрывал.
  
  Содержание нашей переписки было самое миролюбивое и обыкновенное, даже с юмором. У отца это всегда было нормой, а в конце письма припишет: папа, мама и я - самая спортивная семья. Девчонки смеялись, нам было весело и хорошо в эти минуты. После вывода войск из Афганистана не представляла себе, что этот ежедневный подвиг продолжится в тебе самой. Как же пришлось внутренне бороться и выправлять «осанку» в жизненном водовороте. На глаза попались строки А. Ахматовой, за которые ухватилась и которых держалась:
  
  У меня сегодня мало дела,
  Надо память до конца убить,
  Надо, чтоб душа переболела,
  Надо снова научиться жить.
  
  Послесловие: " Слушаю ее, смотрю, как слезы текут, как дрожат ее плечи... Хочется ее утешить, высушить ее слезы..." (Из дневника писателя. А.Проханов)
  
  Отсюда (там же и фото): http://spbmedsestra.narod.ru/olderfiles/1/conf_9_dec.pdf
  
  
  

Продолжение "Дай cвoй адрес, "афганка" (Часть 15-я)"
  находится здесь:
  http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/tt7.shtml

  
  
  
  


По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2017