ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Смолина Алла
Дай cвoй адрeс, "афганка". Часть 38-я (N 401-410)

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
  • Аннотация:
    Для облегчения поиска сослуживиц

  ПОСТОЯННО ДОПОЛНЯЕТСЯ...
  
  Я, СМОЛИНА А.Н.:
  
  1. В чужих газетных статьях ничего не правлю, отсюда иногда одно и то же медицинское учреждение называется по разному.
  
  2. У некоторых героинь не указано место службы, возможно потому, что тогда это считалось военной тайной.
  
  3. У других героинь отсутствует отчество. Там, где я знаю лично или отслеживаю по другим газетным публикациям, - там я отчество ставлю.
  У остальных только те данные, какие дала газета.
  
  4. Красным цветом даю сноски на дополнительную информацию, если она у меня имеется.
  
  
  
  
  
  
  
  Этот раздел собран удивительным человеком. Ольга Анатольевна КОРНИЕНКО, добровольная помощница, изъявившая желание отыскивать информацию об "афганцах" и "афганках", живых и погибших. Она не только добывает информацию, но, когда невозможно скопировать, перепечатывает материал вручную.
  
  И неважно, что Ольга Анатольевна - не ветеран войны, благодаря ей мой военный архив пополнился многочисленными фактами о тех, чьи подвиги упоминаются не так часто - о служащих (вольнонаёмных) советской армии, прошедших горнило афганской войны.
  
  Хотелось бы иметь больше таких помощников, однако, как показал многолетний опыт по сбору архивных данных, серьёзные ответственные альтруисты на жизненном пути встречаются не часто. Можно сказать, моему архиву повезло.
  
  
  
  
  
  401. Людмила Витальевна САМАРИНА, Баграм, медсестра мeдсанбата, 1985-1987
  
  402. Елена ЧУВАТОВА, Шиндандт, медсестра (хирургическая?),
  госпиталь, 1980-1982
  
  403. Гульжанар ЖУМАХАН, Шиндандт, медсестра,
  госпиталь, отделение интенсивной терапии, 1986-1989
  
  404. Гульжанар Асановна САДЫКОВА, ст. медсестра,
  операционно-перевязочное отделение
  
  405. Бахит (Бахыт) Рахимжановна КАЛИЕВА, Пули-Хумри, медсестра,
  хирургическое отделение, 1984-1985
  
  ----- Махбуба ФАЙЗРАХАНОВА, Шиндандт, медсестра,
  госпиталь, инфекционноe отделениe
  
  ----- Алма АБЫЛКАСЫМОВА, Кабул, медсестра, реанимационное отделение
  
  406. Людмила Витальевна ГОРОДИЛОВА, Кабул, медсестра,
  Центральный советский военный госпиталь, отделение неврологии, 1986-1988
  
  407. Татьяна Сергеевна АКИМЧЕНКОВА (САХАРОВА), Кабул, операционная медсестра,
  Центральный военный госпиталь, 1986-1988
  
  408. Веслава Владимировна ТОЛОЧКО, Кабул ("Тёплый стан"), 58-я автомобильная бригада,
  сначала продслужба, позднее - зав. столовой
  
  409. Галина Султановна СУЛТАНОВА (ТУРОВСКАЯ), Шиндандт, медсестра, 1979-1980
  
  ----- Антонина ШУВАЛОВА, Шиндандт, медсестра, 1979-1980
  
  ----- Тамара ЦАЛОЕВА, Шиндандт, медсестра, 1979-1980
  
  410. Галина Михайловнa ХУДЯКОВА, Кабул, медсестра-анестезист, медсанбат,
  103-я гв. воздушно-десантная дивизия, 1982-1983
  
  ----- Наталья Владимировна ВЛАДИМИРОВА, Кабул, медсестра,
  отделение интенсивной терапии и реанимации инфекционного госпиталя, 1986-1988
  
  ----- Тамара Васильевна ШИРИКОВА, Кабул, медсестра черепно–лицевой хирургии,
  центральный военный госпиталь
  
  
  
  
  
  

401. "Призыв" (15.02.2019)

  

Воспоминания, опалённые войной

  
   []
  Людмила САМАРИНА (четвёртая слева или третья справа)
  
  
   []
  Людмила Витальевна САМАРИНА
  
  
   Сегодня исполняется 30 лет со дня вывода советских войск из республики Афганистан. Своими воспоминаниями о боевой жизни вдали от дома поделились участники Крымского отделения «Российского союза ветеранов Афганистана» Людмила Самарина и Олег Мартьянов.
  
  Афганская война – долгая, тяжёлая, засекреченная. Десять лет жестоких сражений в чужом краю. В далёком Афганистане советские воины проявили лучшие человеческие качества – мужество, стойкость, благородство. В тяжёлых условиях, ежеминутно подвергаясь опасности, подчас смертельной, они сохранили верность военной присяге, воинскому и человеческому долгу. Тем, кто много лет назад прошёл эту школу мужества, до сих пор нелегко вспоминать и говорить об Афганистане. Но для нынешних молодых людей любые воспоминания ветеранов – это суровая и бесценная правда о той войне.
  
  «Мы понимали и чувствовали, что нужны»
  
  Людмиле было всего 22 года, когда в военкомат пришла разнарядка в Афганистан. Юная медсестра подала заявку и стала служащей медсанбата.
  
  – Первое время скрывалась информация о том, что идёт война. Я попала в Афганистан в 1985 году, когда о войне уже было известно. Три года я работала в Баграмском медсанбате. Очень запомнился тот момент, когда нас в Кабуле высадили из самолёта, мы с дикими глазами сбились в кучку. Вокруг - горы и больше ничего. Было, конечно, страшно. Первое ощущение: «Куда вообще прилетели?». Потом это ощущение прошло, потому что мы понимали и чувствовали, что мы там нужны. Ну как без нас? – вспоминает Людмила Витальевна. – Мы сразу повзрослели. Характер сильно изменился. Но бояться было некогда. Была дисциплина. Всё было строго. Солдаты всё понимали. Там была война, и отношение ко всему было другое.
  Дома у Людмилы остались папа и брат. Почта работала с перебоями, семья долго не получала вестей из Афганистана.
   – Они ходили в военкомат, узнавали. Переживали, конечно. Долго никаких сведений о нас не было. Позже я даже несколько раз смогла приехать домой.
  
  Там, в Афганистане, в палатах медсанбата, Людмила видела много боли и страданий. Но, к счастью, боевых товарищей ей терять не довелось.
  – При мне из нашего батальона выезжали офицеры и солдаты на боевые действия, и прямо над нами сбивали самолёты, наших потерь не было. Но мы видели много раненых солдат, видели и другие страшные вещи. В медсанбате был морг, куда привозили много погибших солдат.
  
  По сей день Людмила Витальевна поддерживает связь с теми, с кем прошла войну.
  – Общаемся в социальных сетях. Впервые мы встретились в 1991 году, в первое воскресенье июля. После распада Советского Союза ненадолго потерялись. Сейчас каждый год наш батальон встречается в Москве. Я на встречу попала только один раз, к сожалению. Но в Крымске очень часто проходят встречи нашего местного общества ветеранов Афганистана. Обязательно навещаем матерей тех солдат, которых уже с нами нет. Если кому-то нужна медицинская или ещё какая-то помощь, всегда стараемся помочь. Хоть и трудно сейчас, но помогаем. Ещё каждый год 15 февраля проходит служба в церкви, потом церемония возложения венков и цветом к памятнику, потом идём на кладбище к ребятам, – говорит ветеран.
  Сражения кончаются, а история вечна. Ушла в историю и афганская война. Но в памяти людей она будет жить долго. Поколение, опалённое её огнем, как никто усвоило военные и нравственные уроки той никем и никому не объявленной, героической и трагической афганской войны. В преддверии праздника Людмила Самарина и Олег Мартьянов пожелали всем ветеранам афганской войны здоровья, благополучия в семьях, а всем нынешним защитникам Родины нести службу с достоинством.
  
  Инна МАСЛЕНИКОВА
  
  Отсюда: http://xn--24-dlcte5bh4g.xn--p1ai/node/13525/
  
  _____________________________________________________________________________
  (1) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Баграм, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц Людмилы находится
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/4.shtml - А.С.
  
  
  
  
  
  

402. "Петербургский дневник" (15.02.2019)

  

Медсестра, помогавшая советским солдатам в Афганистане, поделилась воспоминаниями о своей работе

  
   []
  Елена ЧУВАТОВА
  
  
  Сегодня она пришла на Серафимовское кладбище на акцию памяти, посвященную 30-летию вывода советских войск из Афганистана
  
  Ещё до того, как СССР ввёл войска в Афганистан, молодая медсестра Елена Чуватова, мечтая о лучшей жизни, хотела уехать куда-нибудь на заработки. С этим вопросом девушка обратилась в военкомат.
  Рассказывает, года три ей не отвечали. И вот в январе 80-го – долгожданная повестка. Объяснили: формируется полевой госпиталь для отправки в Шинданд. Тогда Елена даже и не знала, что в Афганистане уже воюют советские солдаты.
  
  «Я тогда в Куйбышеве (сейчас Самара - прим.ред.) на скорой помощи работала. В военкомате мне сказали, что за сутки меня уволят, быстро сделают загранпаспорт и через неделю уже отправят, - поясняет Елена. – 10 дней наш эшелон ехал. Когда уже подъезжали к месту назначения, по ночам стрельбу слышали. Страшно было».
  
  Полевой госпиталь развернули быстро, и он сразу же начал принимать раненых. Едва сдерживая эмоции, Елена вспоминает: на больничные койки попадали совсем молодые ребята 19-20 лет. Чаще всего те, кто подорвался на мине или получил пулю. Госпиталь, рассчитанный на 200 человек, с трудом справлялся. Только в инфекционном отделении лечились свыше сотни солдат, рассказывает Елена. Кроме того, были проблемы с медикаментами. Вплоть до того, что приходилось стирать бинты.
  
  «У меня столько ребят на руках умерло! Всех их помню. Разве забудешь такое? – со слезами на глазах говорит Елена. – Парень с артериальным кровотечением спрашивает меня: «Лена, я буду жить?», а я говорю: «Да, только поспишь…». Он глазки закрывал, ему делали укол обезболивающего и он уже не просыпался. А те, кто на минах подрывался! Оставались без ног и слепли. Вот и как им скажешь, что они навсегда инвалидами останутся?».
  
  Служба Елены должна была закончиться через два года, но заведующий хирургическим отделением умолял её остаться до прибытия нового состава. Медики были в дефиците. И она осталась. Ещё на полгода. А сегодня пришла на Серафимовское кладбище. На акцию памяти, посвященную 30-летию вывода советских войск из Афганистана.
  
  В этот день здесь, у мемориала воинам-интернационалистам, собрались сотни людей. Церемония началась с минуты молчания. Затем - возложение цветов. Участие в памятной акции принял и врио губернатора Санкт-Петербурга Александр Беглов.
  
  "Афганистан - это не просто точка на карте. Это наша история, - отметил глава города. - Я хочу высказать слова благодарности ветеранам, которые прошли через эти трудности. Спасибо, что занимаетесь воспитанием подрастающего поколения и сохраняете боевое братство. Спасибо вдовам и матерям погибших в той войне. Вы подарили нам настоящих граждан СССР, России и нашего города. Низкий вам поклон".
  
  Венки и цветы к мемориалу возложили также члены правительства города, депутаты Заксобрания, командование Западного военного округа, представители общественных организаций, духовенства, родные и близкие погибших в Афганистане.
  
  А потом многие из них разбрелись по кладбищу - к могилам своих родственников и товарищей.
  
  
   []
  
  
   []
  
  
   []
  
  
  Алина Чемерис
  
  Отсюда: https://news.myseldon.com/ru/news/index/204122872
  
  _____________________________________________________________________________
  (1) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Шиндандт, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц Елены находится
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/3.shtml - А.С.
  
  
  
  
  
  

403. "Казахстанская правда" (15.02.2019)

  

Сестра милосердия

  
   []
  Гульжанар ЖУМАХАН
  
  
  Как говорится, «у войны не женское лицо», и о слабой половине человечества, делившей вместе с мужчинами тяготы афганских будней, много не говорят и не пишут. Та война оставила глубокие раны и в сердцах девушек, которые выполняли там свой интернациональный долг.
  
  Через войну в Афганистане, летопись которой исчисляется 110 месяцами, прошло немало казахстанцев. Сколько молодых бойцов мы потеряли, есть и пропавшие без вести, а сколько вернулось инвалидами! Но правда в том, что вместе с ними в той войне участвовали и девушки. Одна из них Гульжанар Жумахан.
  
  «Никогда не думала, что увижу войну собственными глазами, я представить себе не могла, что могу оказаться в Афганистане. Но человек предполагает, а Бог располагает, – вспоминает участница тех далеких событий.
  
  – Историю не перепишешь, с судьбой не поспоришь. Так как же все-таки Вы оказались в Афганистане?
  
  – Я родилась и выросла в Сарканде в Жетысу, окончила талдыкорганское медучилище и вернулась домой. Тогда начиналась «перестройка» Горбачева, и я в погоне за мечтой уехала в Талдыкорган. Нашла работу по специальности, встала на учет в военном комиссариате. Работала себе, ни о чем не беспокоилась. И тут неожиданно в декабре 1985 года меня вызвали в военный комиссариат, как раз еще продолжался осенний призыв на срочную службу в армию. Военком буквально огорошил но­востью: «Поступила спе­циальная бумага из Москвы, Вы направляетесь в Афганистан». Не дал даже слова сказать, спросить, мол, где мой дом, где я сама, а где Афганистан, не нашлось что ли других. «В Ограниченный контингент советских войск в Афганистане срочно требуются врачи и медсестры, даем три дня на сборы», – с этими словами комиссар проводил меня, похлопав на прощание по спине.
  
  – Родина позвала, партия сказала: «Надо!», комсомол ответил: «Есть!», так что ли?
  
  – Отец мой был ветераном войны, очень сильно расстроился. Дома все переживали. Пробыла с родными неделю. Проводов в армию, как призывники, не устраивала. По прибытии в Ташкент попала на перевалочный пункт, где была тьма народу. В тот же день стали примеряться «покупатели». Мы задержались на несколько дней, потому что в районе нашего расположения в Афганистане шли бои. После получения разрешения на вылет в ночь мы вскоре оказались в Шинданте. Эту площадку, расположенную в отрогах Гиндукуша, еще называют «долиной смерти». Безводная местность, подобная нашей Бетпак дале.
  
  – Каково было Ваше первое впечатление?
  
  – Сложно передать словами. Это нужно видеть. В Шинданте располагались санчасть, медсанбат и госпиталь. Не забыть никогда афганский ветер – есть такое явление. Поднимается сильный, горячий ветер, все в Шинданте становится вверх дном. Сила ветра такова, что ничего вокруг не видно.
  
  – Чем Вы занимались по месту службы?
  
  – По направлению я попала в отделение интенсивной терапии. Рядом с нами располагалась реанимация. Вот на этих двух участках и протекала наша жизнь. Сколько человек прошло через мои руки! Скольких молодых солдат проводила в мир иной, один бог знает. Вертолет приземляется прямо рядом с нами. Слышны крики, стоны раненых. Однажды привезли солдата, подорвавшегося на мине: ноги его висели в нос­ках. Не выдержал, скончался по дороге в медсанбат.
  
  – Война не бывает без потерь. Что Вы испытывали, когда боролись жизнь и смерть?
  
  – Мне тогда было 24 года. Что было предначертано судьбой, то и пришлось пережить. Погибших укладывали в цинковые гробы и провожали к самолету. Раненых условно называли «трехсотыми», погибших – «двухсотыми». Некоторые раненые, хоть и инвалидами, но живыми возвращались домой.
  
  – Какими были у Вас взаимоотношения с бойцами?
  
  – График был очень плотным, чихнуть некогда. Взводные, ротные командиры приходили и уходили, уточняя списки погибших солдат. Потом сопровождали их домой. Самым тяжелым было передавать погибших родным. В Афганистане строго наказывали за потерю оружия. Поэтому раненые крепко сжимали оружие и не отдавали. Отнимали силой. Ответственность у них была высокая. Умиравшие просили: «Сохраните мое оружие». А уже не имевшие сил что-либо сказать, так и умирали в обнимку с автоматом. Воинам-«афганцам» разрешалось уезжать домой лишь с одним дипломатом. Бойцы, находившиеся в медсанчасти, готовили «дембельскую» форму. Поправившихся при тревоге оперативно забирали в бой. Некоторые из них возвращались обратно, кто-то погибал.
  
  – А с местными жителями Вы были в добрососедских отношениях?
  
  – Вначале афганцы не доверяли нам заболевших детей, мы для них были «неверными». Противились, выгоняли нас, говорили, мол, пусть умрут на руках родных. Мы приходили с солдатами и силой забирали больных детей. Я пыталась образумить их, убеждая, что я мусульманка. Позже, когда дети начали поправляться, стали мне доверять, отношение их изменилось, потом они сами стали приводить заболевших.
  
  Так мы нашли общий язык с местными жителями. Стали общаться с девушками-афганками. Познакомились с тремя джигитами-казахами, служившими в афганской армии.
  
  – Вы прошли через горнило войны. Какие выводы для себя сделали?
  
  – В нашей семье десять детей. Согласно законам того времени, из одной семьи нельзя было призывать на войну двоих. Но в отношении нашей семьи этот закон не сработал. Мой младший брат тоже попал в Афганистан. Там я была с 1986 по 1989 год. За эти три года один раз была в отпуске. 13 января 1989 года вылетела в Ташкент, передала раненых соответствующим учреждениям. Бережно, из рук в руки отдала их истории болезни, документы. Там меня встретила подруга – такая же, как нас тогда называли, «афганка». Она и проводила меня на самолет в Талдыкорган. О своем возвращении я никому не сообщила! Все друзья и родственники были в шоке. Ругают, мол, могли бы встретить, если бы написала. Они были правы, но я ни на кого не в обиде.
  
  Шокан Шужеев
  
  Отсюда: https://www.kazpravda.kz/fresh/view/sestra-miloserdiya
  
  _____________________________________________________________________________
  (1) - следующая статья так же о Гульжанар - A.C.
  
  
* * *
  
  

"inalmaty.kz" (05.03.2019)

  

Не женское дело: алматинка 3 года отслужила в Афганистане

  
  
  Гульжанар Жумахан мы застали на рабочем месте в Городской клинической больнице N 4 г. Алматы, она медсестра реаниматолог-анестезист.
  
  
   []
  Гульжанар ЖУМАХАН
  
  
  33 года назад навыки и умение работать в экстремальных ситуациях привели её в Афганистан. Гульжанар не любит вспоминать годы службы в горячей точке и практически не даёт интервью, в беседе inAlmaty.kz она расскажет, как будучи 23 летней девушкой получила в руки приказ отправиться в расположение военного госпиталя на территории провинции Шиндант.
  
  «Бомбили страшно. Когда афганскую границу перелетели, сразу выключи освещение в самолёте, кислород выключили, у всех началось носовое кровотечение, давление, люди падали на пол - теряли сознание. Еле сели тогда, потому что страшно обстреливали самолеты, страшно», - это был январь 1986 года - Гульжанар Жумахан вспоминает, как в составе советского военного контингента медиков переплавляли в Афганистан.
  
  
   []
  
  
  Самолёт с тремя десятками юных медсестёр, опытных врачей и ещё сотней солдат всё-таки приземлился в провинции Шиндат между городами Герат и Кабул, это было знаком свыше – остаться в живых. Тот борт доставил в горячую точку медиков из Казахстана, Узбекистана, Таджикистана, Грузии, Белоруссии, Украины и России.
  
  
   []
  
  
  - Гульжанар, как вы вообще попали в Афганистан?
  
  - Эта история начинается с детства. Я родилась в большой семье, нас 10 детей, и, у меня часто были проблемы со здоровьем. Отец настоял, чтобы я выучилась на медика. К тому времени старшие брат и сестра уже учились в ВУЗах, а мне пришлось пойти в медицинское училище города Талды-Курган. Поступила я в 1979 году, окончила в 1981-ом. По состоянию здоровья мамы уехала работать в село Бакалы Саркандского района Талды-Курганской области, вскоре произошло объединение районов, сельскую больницу расформировали и оставили только медпункт, многие попали под сокращение, своё рабочее место я уступила коллеге, у которой к тому времени была семья и дети. Работы в селе больше не было, пришлось уехать в Талды-Курган. В 1982 году я устроилась на работу в городскую больницу, в отделение неврологии, позже начала подрабатывать в отделении хирургии. Я тогда ещё не знала, что наша больница прикреплена к военкомату, сказали пойти в военкомат и встать на учёт…
  
  А после, Гульжанар и ещё две медсестры, пройдут подготовку к работе в отделении реанимации. Дополнительные смены, стажировка, курсы и девушки получили одобрение на перевод в отделение интенсивной терапии.
  
  - Был декабрь 1985 года, пришла принимать вечернюю смену, заведующая отделением Халида Шалимовна сообщила, что мне срочно нужно быть в военкомате: «Девочки подождут, сбегай, пожалуйста». Народу было много, я попросилась пройти без очереди. Военком достал из сейфа папку с моей фамилией, внутри были паспорта, вручил мне со словами: «Это пришли ваши документы из Москвы, 6 января вы должны быть в пересылочном пункте в Ташкенте, далее направляетесь на работу в госпиталь Афганистана».
  
  Слушать аргументы молодой медсестры никто не собирался. Военком тщательно объяснил девушке о её долге и необходимости служить медицинским работником в Афганистане, слёзы и мольба, о том, что она не сможет бросить родителей не дали результатов. Младшего брата Гульжанар - Омарова Муратхана, который служил в Украине, уже забрали в Афганистан в 1985 году, родители каждый день молились за сына и теперь она.
  
  Провожали Гульжанар сухо, едва сдерживая слёзы, родные обнимали девушку у автобуса.
  
  - На сборы дали три дня, отец сильно заболел в эти дни, практически со мной не разговаривал, попрощаться он не смог, отвернувшись, смотрел в противоположную сторону. Из автобуса я кричала ему: «Папа, папа!», он не обернулся.
  
  28 декабря 1985 года Гульжанар прилетела в Ташкент, в пересылочном пункте до 6 января ожидали прибытия командиров и руководителей военных госпиталей, которые отбирали себе команду. Гульжанар попала в провинцию Афганистана Шиндант, где были размещены дивизии и госпиталь на 700 человек. Из пересылочного пункта в Кабул летели 30 человек из стран СССР.
  
  - С собой разрешили взять первое необходимое. Я вылетала зимой, взяла с собой пальто и теплые вещи, а там (в Афганистане – прим. ред.) песок и холодный ветер, в сапогах уже не походишь, в пальто тоже неудобно. Были барачные квартиры – модули называются, я поняла то, что человек и на войне старался обживать место вокруг себя, комнату обустраивали по-домашнему, цветы сажали, деревья у окна, всё выглядело словно просто общий дом. Меня привели в комнату, где жили девчонки по 3-4 человека. Я каждый день плакала, тяжело и невозможно было.
  
  
   []
  
  
  В первый день сослуживцы обеспечили её вещами, и только получив первую зарплату, она смогла купить солдатское белье в военторге. Из него медсестры шили себе спецодежду. Девушки брали вещи 52 размера, перекраивали под себя, не смотря на боевые действия медицинскую форму, крахмалили без перебоев.
  
  - Гульжанар, были случаи, когда вы помогали местным жителям?
  
  - Это был очень редкий случай, они нам не поддавались, только если их медики приходили и говорили, что они не в силах вылечить и ребёнок умирает. Они не давали лечить себя даже своим врачам. Мы силком отбирали, привозили к себе, вылечивали и даже тогда местные были не довольны – ведь какую-то роль мы сыграли в их жизни. У нас не должна была быть связь с местными жителями, в 18.00 наступал комендантский час, вечером проверяли со списками комнаты. Там так страшно было, у меня самая открытая вещь была - футболка, я боялась себя показывать. Но жизнь продолжается, шли годы, люди свыкались с обстановкой, некоторые девушки пытались загорать на камнях во дворе барака, местные, когда видели раздетую женщину, как дикари становились, наши солдаты пару раз в воздух пальнут, они убегали.
  
  
   []
  
  
  Ещё десятки случаев из своей афганской жизни расскажет Гульжанар, за 3 года службы она насмотрелась ужасов войны, видела, как ценят солдаты вечер накануне боевого рейда.
  
  - В Шинданте был не только госпиталь, рядом располагался пехотный полк, танковый и разведрота, мы друг с другом общались: «Завтра в рейд? Давайте, живыми возвращайтесь!» - эту фразу мы говорили, словно они едут в другой город по делам. Дважды в месяц солдаты ходили в рейд, а потом поступали раненными. Парень, 24 года, я помню, как сказала ему вечером: «Возвращайся живым!», он погиб в том рейде. Был командиром разведроты, и шёл позади, замыкающим, снайпер выстрелил в затылок - снайперы поражают либо первого идущего, либо замыкающего. Он даже год не отслужил.
  
  
   []
  
  
  - У нас был вначале маленький госпиталь, как палаты интенсивной терапии, мы принимали тяжело раненных. Бумажных дел было много, анализы сдаёшь, пока не будут результаты, не знаешь - от желтухи сознание отяжелело или от чего. Несли мы раненных солдат сами, на одеялах, на носилках. Большинство умирали от кровопотери, не успевали их нам во время доставить, обстреливали машины, не дают довезти. Или они завоюют воду, перекроют её нам, и не было воды. Они ходили в тех местах, от чего мы зависим: электричество перерезали, воду травили в водосборниках, поэтому много было случаев тифа, желтухи, малярии, многие умирали от малярии. Пока наши освободят территорию, пока очистят водосборники, пока обработают, потом только поступала вода, а медикаменты многоразовые – их нужно было кипятить.
  
  
   []
  
  
  
   []
  
  
  Гульжанар дважды получала отпуск и приезжала к родителям в Казахстан. Её миссией было доставить весточку о своих сослуживцах, это было святой традицией афганцев – навестить семью товарища.
  
  - Передачи отправляли сослуживцы, мы передавали родным. Рядом с госпиталем находился дукан (магазин в Афганистане – прим. ред.), нас туда водили в сопровождении вооруженных солдат, командир давал машину, был ещё базар, мы быстро покупали и возвращались в расположение. Там нечего было покупать, разве что отрезы тканей, мужского ничего не было, мужское у себя брали в чековых магазинах.
  
  
   []
  
  
  Окончательно Гульжанар вернулась из Афганистана 13 января 1989 года, уже 27-летней девушкой.
  
  
   []
  
  
  - В 1988 году я должна была вылететь, но нас каждый раз на два месяца заставляли писать заявление. Братишка демобилизовался раньше меня – в 1988 году.
  
  - Вы помните первые минуты на родной земле?
  
  - Долетели до Ташкента. Я привезла много раненных солдат и несла ответственность за их личные документы, в аэропорту нас ждали машины, они должны были забрать раненных в госпиталь Ташкента, сразу после приземления в спешке грузили раненных, нужно было передать их истории болезни. Когда всех погрузили, я говорю командирам: «А нам куда?». А там уже было не до нас. Мы сами добирались из военного аэропорта в гражданский, я дозвонилась сослуживицы, которая живет в Ташкенте, она прибежала с работы, встретила, я день у неё провела, потом вылетела в Алматы. До конца развала Союза мы общались, письма писали, созванивались, на свадьбу друг друга приглашали. После развала связь оборвалась.
  
  Гульжанар вернулась в областную больницу Талды-Кургана, пробовала себя в должностях медсестры, старшей и главной медсестры, казалось бы, надо радоваться, рост по карьерной лестнице, коллектив ценит, жизнь налаживается. Нет, она решила стать полезной. В 2001 году она устроилась на работу в Больницу скорой медицинской помощи города Алматы и попала в команду замечательных врачей Айман Байзолдановой, Рустема Кадырбаева и Владимира Лапина, которые были заведующими отделениями, работала в команде медиков с большой буквы - Амантая Биртанова и Жанат Касымжановой.
  
  В 2007 году началось строительство нового здания Больницы скорой неотложной помощи, почти весь коллектив был переведён в Городскую клиническую больницу N 4, с тех пор Гульжанар Жумахан работает здесь медсестрой-анестезистом. Учитывая её опыт, администрация больницы неоднократно предлагала ей руководящую должность, однако она осталась верна профессии медсестры.
  
  
   []
  
  
  - Каждый год в день вывода войск из Афганистана меня чествуют родные, приходят сослуживцы, коллеги и друзья. Все желают здоровья, но парадоксально, что именно к этой дате у меня повышается давление, случается невралгия, я конечно виду не показываю, чтобы не расстраивать их.
  
  
   []
  
  
  Заместитель главного врача Городской клинической больницы N 4 Байзолданова Айман:
  - Мы гордимся, что у нас такая замечательная коллега. Она в реанимации чувствует каждого пациента, ориентируется не хуже врача. За опыт и профессионализм Гульжанар уважает весь медперсонал. Когда она надевает свои ордена и медали, чувствуешь, что рядом с тобой настоящий герой.
  
  Жанар Комбаева
  
  Отсюда: https://www.inalmaty.kz/news/2321485/ne-zenskoe-delo-almatinka-3-goda-otsluzila-v-afganistane
  
  _____________________________________________________________________________
  (1) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Шиндандт, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц Гульжанар находится
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/3.shtml - А.С.
  
  (2) - предыдущая статья была так же о Гульжанар - A.C.
  
  
  
  
  
  

404. "Sarbaz" (15.02.2019)

  Садыкова Гульжанар Асановна: «Больно вспоминать об этом даже сейчас»

  
   []
  Гульжанар Асановна САДЫКОВА
  
  
  - Я родом из Костаная, города Рудный. Мне было 23, когда я уехала в Афганистан. До этого я энное количество времени работала в пульмонологии постовой медсестрой. Помню тот день, когда ко мне домой пришли с военкомата и сказали, что нужно отправить медсестру в Афганистан и меня порекомендовали. Понимаете, в то время, когда патриотизм жил в нас, в молодежи - это было делом чести, и я согласилась.
  
  Буквально за месяц, пройдя все проверки, среди которых не раз проскальзывал вопрос: «Почему я согласилась и, что думают мои родители», я стояла на афганской земле. Конечно, родителям и речи ни шло говорить об Афганистане, поэтому я сказала им о том, что еду в Польшу, в нее тоже отправляли.
  
  Контракт заключили на 2 года. В будущем при выводе советских войск нескольких человек, в том числе и меня, вызвав штаб и попросили остаться подольше. Так что общая служба длилась 2,5 года. Я выполняла обязанности старшей медсестры операционно-перевязочного отделения. Эх, как сейчас вспомню. Большой поток раненых. Неокрепшие мальчики, едва державшие в руках оружие. Дети, случайно подорвавшиеся на минах.
  
  Буквально за год я полностью поседела. Тем не менее, понимаете, мы не имели право показывать свои слезы, боль. Мы с врачами были одной семьей. Жили организованно, но у нас не было так называемого графика. К этому было сложно привыкнуть. Вот, кажется, что день завершен, можно выдохнуть, но тут же подвозят раненых без конечностей, с колотыми ранами, в критическом состоянии. Молодые бойцы тащили на себе с поле боя товарищей без половины черепа, надеясь, что они выживут…
  
  Не было никаких психологов, которые бы оказали помощь, поэтому мы, женщины врачи, были для молодых ребят и мамами, и сестрами. Раненые часто просили за них писать письма домой, что скоро вернутся, но это были тяжбы войны, реалии оказались суровы.
  
  Как сейчас помню эту историю. 1987. Его звали Женей. Ему уже невозможно было наложить швы, c ежедневной периодичностью ему меняли бинты. А он все спрашивал: «Когда мне наложат швы?». Рассказывал о том, что поехал в Афганистан показать какой он смелый, отдать долг, вернуться героем, его ждут друзья и верная подруга… Он умер через полмесяца, но навсегда остался в моей памяти.
  
  На нас, на врачей, сами местные афганцы смотрели, как на бога. В их глазах прочитывалась мольба о выздоровлении, но не всегда мы были всесильны. На сегодняшний день я работаю в Городской больнице № 2 в отделении пульмонологии, мой медицинский стаж составляет около 40 лет.
  
  СОЦКАЯ ОКСАНА
  
  Отсюда: https://sarbaz.kz/ru/country/ob-ugasah-afganskoy-voyny-istorii-uchastnikov-sobytiy---19451816/
  
  
  
  
  
  

405. "Zakon.kz" (18.02.2019)

  

Что пришлось пережить казахстанкам на Афганской войне

  
   []
  
  
  Истории Бахыт, Махбубы и Алмы, - яркий пример стойкости, человечности и доброты.
  
  15 февраля было 30 лет со дня вывода советских войск из Афганистана. Военные действия обычно ассоциируются с уходом на фронт мужчин, но на передовую выходили и женщины. Каково это, попадать под обстрелы, получать травмы, жить за колючей проволокой рядом с моргом, без благ цивилизации, в окружении крыс в стране со знойным климатом и при этом спасать сотни жизней и через десятки лет оставаться на передовой, показано в сюжете Atameken Business.
  
  По примерным подсчетам, в зону боевых действий отправились больше 22 тысяч казахстанцев. 928 - погибли, около двух тысяч получили ранения и 21 человек по сей день числятся пропавшими без вести. В память о героях, на отечественных стелах и обелисках изображены суровые мужские лица стойких солдат. Но у этой войны есть и другой, более хрупкий облик. Истории Алмы, Бахыт и Махбубы - яркий пример стойкости, человечности и доброты.
  
  Путь к войне для тогда еще 28-летней медсестры Бахыт Калиевой,(1) выдался долгим. Из Целинограда в Ташкент, затем в Кабул, Кундуз и только потом она добралась до расположенной в горах провинции Пули-Хумри. По распоряжению командования и заключенному контракту, ей предстояло служить в горячей точке два года.
  
  
   []
  Фото при помощи Ольги КОРНИЕНКО взято из этого ролика: https://www.youtube.com/watch?v=8KidlOxm6u0&feature=youtu.be
  Думаю, что Бахит (Бахыт) Рахимжановна КАЛИЕВА стоит в первом ряду - пятая слева (или третья справа)
  
  
  - Первое я увидела в Кундузе уже. Когда я пересылку прошла, там женщин не было, я одна. И меня поместил начальник пересылки себе в кабинет. Говорит, женщин нет, переночуешь здесь, пока будет самолет. И тогда грохот, вот эту войну я тогда почувствовала. Конечно, испугалась, под окном села и плакала даже, куда приехала, - вспоминала участница Афганской войны Бахыт Калиева.
  
  Добравшись до места службы, военная медсестра приступила к работе. Принимала раненых, ассистировала на операциях и дежурила в палатах.
  
  - Работала в хирургическом отделении. Видели все эти ранения. И череп, и легкие, и ампутации были. Там один на один принимать решения – это очень тяжело. Мы сутками работали, - рассказала Бахыт.
  
  Тогда медики не считали количество спасенных. Больше им запоминались моменты боли и отчаяния, когда человека спасти не удавалось, и Бахыт молилась, чтобы на ее смене никто не умер.
  
  Еще одну казахстанку Махбубу Файзраханову(2) отправили в госпиталь провинции Шиндант, там она работала медсестрой инфекционного отделения.
  
   []
  Махбуба ФАЙЗРАХАНОВА
  Фото при помощи Ольги КОРНИЕНКО взято из этого ролика: https://www.youtube.com/watch?v=8KidlOxm6u0&feature=youtu.be
  
  
   []
  Махбуба ФАЙЗРАХАНОВА (слева)
  Фото при помощи Ольги КОРНИЕНКО взято из этого ролика: https://www.youtube.com/watch?v=8KidlOxm6u0&feature=youtu.be
  
  
  - По приезду там наши девчонки были. Из Тараза была, из Алматы две девочки. Казашек было достаточно, я особо не мучилась. В палатках были трехъярусные кровати, на этих трехъярусных кроватях были солдаты, офицеры. Ребята были молодые, 18 лет. Считайте, что это мои братья младшие. Одновременно они могли болеть: брюшной тиф, паратиф, гепатит – это осенью. Весной – малярия, температура под 40. Им было тяжело, и нам было тяжело вместе с ними, - поведала Махбуба Файзраханова.
  
  Сейчас, спустя десятилетия, на груди Махбубы сияют медали и юбилейные награды. А тогда, во время войны она попала под обстрел и получила травмы.
  
   []
  Махбуба ФАЙЗРАХАНОВА
  
  
  - Знаете, от того, что мы не выходим с территории нашего госпиталя, зависели наши жизни. У нас за 20 километров была медсанчасть. И наши гепатитники реабилитационные, в основном, находились там. Там медиков не было, были только саниструктора. И в две недели раз мы приезжали и проверяли своих больных. Ехала туда, только подъезжаем, и обстрел. Ребята меня схватили, выбросили в кювет, а сами на меня упали. Вот тогда у меня перелом был тазовых костей, палец я потеряла там, - поделилась Махбуба.
  Несмотря на опасность жизни и здоровью, медсестры не жалеют, что оказались в Афганистане. Там они увидели другую жизнь, узнали цену дружбе и поняли, как важно быть полезным для других. Сил придавали и письма от родных и 30-дневный отпуск, во время которого они возвращались на родину. Алма рассказывает, что именно стремление быть нужной повлияло на выбор профессии и добровольное желание служить в зоне боевых действий.
  
  - Я пошла сама по своей доброй воле в военкомат. Я помню, военком удивленными глазами посмотрел и говорит, хорошо, в Афганистан. Но я могу отправить тебя в Польшу или Германию. Я сказала, нет, я именно туда хочу, в Афганистан. Он так удивленно спросил, а почему именно в Афганистан, я говорю, ну там же идет война. Может, моя помощь нужна? – сказала участница Афганской войны Алма Абылкасымова.(3)
  
   []
  Алма АБЫЛКАСЫМОВА (слева)
  Фото при помощи Ольги КОРНИЕНКО взято из этого ролика: https://www.youtube.com/watch?v=8KidlOxm6u0&feature=youtu.be
  
  
  
   []
  Алма АБЫЛКАСЫМОВА (слева)
  Фото при помощи Ольги КОРНИЕНКО взято из этого ролика: https://www.youtube.com/watch?v=8KidlOxm6u0&feature=youtu.be
  
  
  В реанимационном отделении больницы в Кабуле Алма работала три года. Жить за колючей проволокой рядом с моргом, без благ цивилизации, в окружении крыс и в стране со знойным климатом не так легко. Но главным для медиков было спасти других, поэтому они не обращали внимания на личные трудности.
  
  - Одного солдата привезли раненого. Через носилки, носилки у них были брезентовые, прямо сочилась кровь, представляете. Его сразу в операционную взяли, врачи стали оперировать, и уже практически, когда врач все уже сделал, закончилась операция, последний шов, у него остановилось сердце. Вот тогда мы сидели, навзрыд все рыдали. Представьте, врачи сделали все свое, и мы всю работу сделали и не смогли, потому что сердце не справилось с этой нагрузкой, - вспоминала Алма Абылкасымова.
  За тридцать лет их подвиги широко не освещались. Участницы афганского конфликта впервые на камеру рассказывают о том, как для них началась, а главное - чем закончилась война.
  
  Медсестры и сегодня на передовой. Работают в столичных больницах и продолжают спасать людей. 15 февраля Алма, Бахыт и Махбуба, как и остальные “войны-интернационалисты” отметили тридцатилетие вывода советских войск из Афганистана. Ведь для них эта дата – не просто исторический факт, это целая глава их жизни.
  
  Отсюда: https://www.zakon.kz/4958468-chto-prishlos-perezhit-kazahstankam-na.html
  
  _____________________________________________________________________________
  (1) - следующая статья также о Бахыт (Бахит) КАЛИЕВОЙ - А.С.
  
  (2) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Шиндандт, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц Махбубы ФАЙЗРАХАНОВОЙ находится
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/3.shtml - А.С.
  
  (3) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Кабул, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц Алмы АБЫЛКАСЫМОВОЙ находится
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/2.shtml - А.С.
  
  
* * *
  

  Калиева Бахит Рахимжановна: «Вернуться на половине пройденного пути было стыдно»

  
   []
  
  
  - До призыва я работала медсестрой операционного отделения. Мне было 30. Помню, как пришли с военкомата и спросили про Афганистан, я была из тех, кто написал заявление.
  
  А дальше… все события развивались стремительно. Меня быстро оформили. Через закрытые аэродромы я добралась до Ташкента, где через секретный пароль на грузовом самолете отправилась в Кабул.
  Сразу же по приезду состоялся разнаряд, я попала в город на севере Афганистана, центр провинции Баглан - Пули-Хумри. Будучи медсестрой, имевшей опыт в хирургии, 2,5 года врачебной деятельности Афганистана провела в хирургическом отделении.
  
  Многое, конечно, повидала, было тяжело. Через месяц я приняла военную присягу. Нас было 4 врачей, для которых это стало не просто работой, а образом жизнью, спасали и днем, и ночью. Город Пули - Хумри находится на пересечении главных транспортных магистралей. Здесь был расположен выход к тоннелю Саланг – самому короткому пути на Кабул и чаще всего он оказывался под обстрелами. В такие периоды, мы ставили палатки и оказывали помощь уже там.
  
  В первые месяцы я плакала, удерживало то, что в тогдашние времена чувство долга и патриотизм не были пустым звуком, эти принципы помогали мне вставать по утрам и идти «в бой». Все врачи, находившиеся в тяжелые годы войны, объединились в одну большую семью, мы до сих пор поддерживаем связь.
  На сегодня я около 15 лет работаю диетсестрой лечебного питания. Совсем недавно получила юбилейную медаль, приуроченную к выводу советских войск из Афганистана в акимате Байконурского района Астаны.
  
  СОЦКАЯ ОКСАНА
  
  Отсюда: https://sarbaz.kz/ru/country/ob-ugasah-afganskoy-voyny-istorii-uchastnikov-sobytiy---19451816/
  
  _____________________________________________________________________________
  (1) - Бахит (Бахыт) Рахимжановна КАЛИЕВА так же упоминается в предыдущей статье - А.С.
  
  (2) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Пули-Хумри, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц Бахит (Бахыт) Рахимжановны КАЛИЕВОЙ находится
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/8.shtml - А.С.
  
  
  
  
  
  

406. "Городская газета. Архангельск" (15.02.2019)

  

Госпиталь хорошо охранялся, душманы туда не проникали

  
   []
  Людмила Витальевна ГОРОДИЛОВА
  
  
  Людмила Городилова тридцать лет назад работала медсестрой в Кабуле.
  
  Сегодня Людмила Витальевна трудится в отделении флюорографии второй городской поликлиники. И два года, проведенные в Афганистане, воспринимаются уже как далекое прошлое канувшей в Лету советской эпохи. Разве что старые фотоснимки напомнят иногда о том времени.
  
  А еще как память – значок Центрального советского военного госпиталя, где в отделении неврологии архангельская медсестра ставила на ноги наших солдат, и медаль «От благодарного афганского народа», на корочках удостоверения к которой написано по-афгански.
  
  Не на курорт ехали
  
  Она попала туда в 1986 году, вернулась в 88-м, когда всего год оставался до вывода советских войск из Афганистана. В 32 года женщине рвануть на войну – как решилась на такое? Неужели страха не было?
  
  – Да не по своей инициативе, конечно, – говорит Людмила Городилова. – Я тогда работала медсестрой во второй поликлинике, пришла разнарядка: одного человека из среднего медперсонала направить в Афганистан. Собственно, кандидатур подходящих не так и много – чтобы человек был несемейным, без детей, все же не на курорт ехал. И я как-то сразу согласилась, хотя могла бы и отказаться. Отправляли только с согласия сотрудника. Но страха не было. Ведь когда ехали в Афганистан, не осознавали, что будем находиться на территории боевых действий, советские люди вообще не представляли весь масштаб этой операции. Мы как медики-интернационалисты в заграничную командировку направлялись работать, и все. Мне повезло – попала в Кабул, в Центральный советский военный госпиталь, отделение неврологии. По сравнению с провинциями Афганистана у нас было более спокойно и безопасно. Это же не на передовой в медсанчасти – вот там реально страшно. Госпиталь хорошо охранялся, душманы туда не проникали. Делали, конечно, мелкие пакости – то гранату в баню бросят, то забор взорвут. Один раз подорвали машину возле индийского посольства неподалеку. Как-то всем госпиталем не спали всю ночь, потому что видны были отблески взрывов, грохот. Но так, чтобы военные действия – этого не было. Кабул все же столица. Нас никуда не выпускали – работа и работа.
  
  Территория госпиталя огромная, отделений много: две терапии, неврология, несколько хирургий, нейрохирургия, урология, даже психиатрия. Жили медсестры там же, на территории, в модулях (что-то вроде общежитий). Весь периметр под охраной. Если белье повесил сушиться и днем не успел снять, вечером туда не подойти – у забора патруль.
  
  Медсестер, как тогда говорили «с Союза», присылали много, жили по четыре человека в комнате. Дежурили сменами, сутки отработал – двое дома. А иногда и чаще выходили, но никто не роптал.
  
  – Тяжело было больше морально, – рассказывает медик. – Представьте: каждый день раненые ребята, совсем еще молоденькие мальчишки, лет по 18-20. У меня там чуть крышу не снесло. У нас в отделении – минно-взрывные травмы, контузии. Нам еще полегче, в хирургии вообще тяжело на все это было смотреть. Самое обидное, что многие ребята гибли не на передовой, а из-за собственной бравады или, того хуже, глупости. Увидели неизвестную мину и тянут. А потом их на БТРах в госпиталь без рук, без ног везут. Жалко было их до ужаса, дети же еще.
  
  Десантура рвалась в бой
  
  Сами солдаты воспринимали войну и ранения по-разному. Кто-то раскисал, кто-то, наоборот, проявлял мужество.
  
  – Очень нравились ребята, которые в десантуре служили. Такие молодцы, у них такой духовный стержень! Им 20-ти нет, а они казались такими зрелыми, мудрыми, воспринимали все очень правильно. Были, конечно, и хлюпики. Но большинство даже не задавалось этим вопросом – Родина послала, значит, надо. Не помню, чтобы кого-то надо было поддерживать, агитировать. Они воевали, мы работали. Те, кто вылечивался, шли обратно на передовую. С тяжелыми патологиями отправляли из Кабула в ташкентский госпиталь. Десантура, конечно, рвалась в бой, а «маменькины сынки» все что угодно делали, лишь бы не поехать обратно в часть. Их жалели, старались подольше оставить в госпитале, они работали санитарами. И разве можно их судить – ведь особой подготовки у наших солдат не было, ребят необученных сразу кидали в бой, – Людмила Витальевна и сегодня жалеет этих мальчишек.
  
  Медикаментами госпиталь обеспечивался хорошо, там были такие лекарства, о которых в Союзе даже не мечтали. Например, хорошие снотворные препараты, медперсонал их даже на себе пробовал. Мази при радикулитах опять же – в те времена у нас о «Финалгоне» даже не слышали, а там он эффективно применялся.
  
  И с бытовым обеспечением особых проблем не было. Если, конечно, не брать в расчет такие мелочи, как, например, застиранное постельное белье. Медсестры свое отдельно стирали, кипятили. Плиты не было – вставляли в ведро кипятильник и так добивались белизны.
  
  – А вот с питанием похуже, я лично в столовую почти не ходила, не могла уже есть эту путассу и перловку (солдат тоже, кстати, так кормили). Значительную часть зарплаты, которая там выплачивалась нам в виде чеков Внешпосылторга, тратила на еду и минералку. В столовой давали местные фрукты: арбузы – огромные и безвкусные, а вот бананы, наоборот, очень сладкие. Была гуманитарная помощь из разных стран – яблоки, апельсины, мандарины. На каждый праздник нам давали пайки – икра, настоящие крабы, кофе, майонез и прочее. Еще посылки из дома приходили, но не по почте. Схема была такова: кто-то из наших едет в отпуск, дает свой адрес в Союзе, я пишу своим родственникам, и они на этот адрес высылают посылку. Потом наша коллега возвращается обратно в госпиталь и привозит мне передачку от родных.
  
  Звонить родным было нельзя
  
  С родными общались только по переписке, звонить было нельзя. А письма шли долго, вероятно, их проверяла цензура. Но никто и не стремился писать правду – не будешь же родителям рассказывать, что здесь стреляют и ребята гибнут. Наоборот, старались успокоить, мол, все хорошо, мы в командировке.
  
  Отпуск медсестрам предоставляли раз в году. Людмила Городилова уехала в Афганистан в конце марта 1986-го, а только летом 1987-го попала домой. Два месяца побыла в Архангельске, и обратно. И хотя мать очень не хотела отпускать ее, она рвалась в Кабул, даже на два дня раньше прилетела. Говорит, затягивает, как-то вживаешься в эту атмосферу, разные люди, работа кипит. Интересно было.
  
  И, потом, медсестры знали, что война должна скоро закончиться. Им говорили, что наши войска не могут находиться более десяти лет в чужой стране, иначе это будет уже считаться оккупацией. Войска были введены в 1979-м, поэтому их должны были вот-вот вывести.
  
  – Зачем мы туда ехали? Не за деньги точно, – уверена Людмила Витальевна. – Это раньше, когда медики ездили за границу по линии Красного Креста, им платили приличную сумму в валюте. А у нас была обычная зарплата медсестры, только чеками Внешпосылторга. И в Архангельске оставался оклад в поликлинике, мы числились в служебной командировке. Я ничего не заработала. Вернулась в марте 1988 года, а летом «Березки», в которых отоваривались чеки, закрылись. Мы успели съездить в Ленинград, там полупустые прилавки перед закрытием. Накупили какой-то ерунды – лишь бы потратить куда-то эти чеки. А денег, что заработала, помню, хватило только на немецкую стенку.
  
  Им скучно, а тут тетенька мышек боится…
  
  Несмотря на то что рядом шла война, молодость брала свое.
  
  – Мы интересно жили, веселились, смеялись, праздники отмечали. В клубе каждый вечер кино. Много концертов, известные артисты приезжали – Розенбаум, Лещенко, Кобзон, Винокур и другие. На территории госпиталя соорудили сцену, поставили скамейки, раненых на колясках и каталках вывозили. И концерты шли не час-полтора, Иосиф Кобзон шесть часов пел, представляете! Лев Лещенко четыре часа выступал – они все выкладывались по полной. Были выезды в Дом советско-афганской дружбы, где проводились совместные мероприятия. Но это очень редко, когда в окрестностях не шли боевые действия.
  
  Праздники, Новый год отмечали обязательно. Со спиртным плохо было, старались приберечь то, что привезли из Союза, – можно было провозить две бутылки на человека. По телевизору с русским каналом «Голубой огонек» в новогоднюю ночь смотрели, все как положено.
  
  Много читали, в Кабуле можно было купить хорошие книги. А еще медсестры бегали в дуканы – местные магазинчики типа наших ларьков. Но это случалось редко, и то в сопровождении военных. Дуканщики прекрасно говорили по-русски, их дети-подростки тоже – за эти годы они успели выучить язык. Местное население вообще очень хорошо относилось к советским людям, никакой враждебности. Можно было торговаться, чеки и рубли дуканщики брали охотно – ведь у многих афганцев дети учились в нашей стране, и они отправляли им деньги.
  
  – Вообще, в Афганистане нищета и роскошь соседствуют. Где живут богатые – там дворцы, а так – трущобы, на улицах грязь, помои выливают прямо тут же. Быт меня беспокоил больше всего, к жизни в тех условиях очень тяжело привыкнуть. Там же жара жуткая, спать невозможно, никаких кондиционеров, естественно. Днем – летний душ, по выходным – в баню. Еще там были огромные черные тараканы. Ночью просыпаюсь – мало того что в луже сплю, так еще и какое-то шуршание вокруг. Свет включили – полчища тараканов врассыпную. Визгу было! Но мы их вывели, потихоньку наладили свой быт.
  
  А еще в госпитале бегали маленькие мышки, почему-то светлые. А я мышей ужасно боюсь. Сидишь на посту, а она по плинтусу – шмыг. Я в крик. Думаете, что придумали ребята? Молодые же мальчишки лежат в палатах, скучно им, а тут тетенька мышек боится. Они этих грызунов наловили, связали их друг с другом, сделали из них упряжку и погнали по коридору мимо моего поста. Как я оттуда удирала – надо было видеть! Закрылась в процедурной и не выходила долго, – со смехом рассказывает Людмила Витальевна.
  
  Инфекции шли валом – жара, антисанитария вокруг, вода некачественная. В Кабуле был даже специальный инфекционный госпиталь, кстати, именно оттуда отправляли груз 200 в Союз. Инфекционные болезни всевозможные – гепатит, кишечные, весь персонал переболел. Людмилу Бог миловал, как раз уехала в отпуск, а в госпитале – гепатит. А может, спасло и то, что никогда воду не пила ни в столовых, ни в госпитале (ее же из-под крана брали и кипятили). Покупала минералку, соки разные в бутылочках, газированные напитки.
  
  И все же, несмотря на все эти трудности, сегодня о времени работы в Афганистане Людмила Городилова вспоминает с ностальгией.
  
  – Я два года отработала и домой рвалась, хотя у нас многие оставались там до конца. Но когда в Архангельск вернулась, сложно было влиться в мирную жизнь, чувство такое, будто чего-то не хватает, ходила как потерянная, работать не могла. Потом все наладилось. Но и сегодня, спустя тридцать лет, могу сказать: ни разу не пожалела, что поехала. И сейчас, если бы назад вернуться, поступила бы точно так же.
  
  
   []
  
  
  
   []
  
  
  Софья ЦАРЕВА
  
  Отсюда: http://xn--80aec1d.xn--p1ai/archives/18078
  _____________________________________________________________________________________
  (1) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Кабул, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц Людмилы находится
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/2.shtml - А.С.
  
  
  
  
  
  

407. "Вяземские вести" (14.02.2019)

  

Война была рядом

  
   []
  Татьяна Сергеевна АКИМЧЕНКОВА (САХАРОВА)
  
  
   Более девяти лет продолжалась война в Афганистане. В военных действиях со стороны СССР принимали участие более 600 тысяч человек, около 15 тысяч погибли, в том числе 59 жителей Хабаровского края.
  О том, какой страшной была война, мы беседуем с ветераном боевых действий Татьяной Сергеевной Сахаровой (Акимченковой). С 1986 по 1988 год она служила операционной медсестрой в военном госпитале Кабула.
  
  - В то время на наших южных границах сложилась сложная ситуация, - вспоминает Татьяна, - граница СССР с Афганистаном составляла две с половиной тысячи километров. И кто будет контролировать ситуацию в этой стране, было очень важно, потому что в любой момент там могли появиться американские ракеты. По обращению правительства Афганистана руководство СССР ввело в эту страну наши войска для наведения порядка.
  
  Выбор профессии
  
   - Я попала на афганскую войну не случайно, а вполне осознанно, - рассказывает Татьяна. - Родом я из Брянской области, о подвигах брянских партизан и о Второй мировой войне знала с детства. Была комсомолкой, и в школе нас воспитывали в духе патриотизма. В семье многое было связано с войной. В Великую Отечественную мой дед по линии отца Пётр командовал партизанским отрядом. Дед по линии матери Куприян возил по «Дороге жизни» через Ладожское озеро грузы в блокадный Ленинград. Везли на подводах: сильный ветер, плохая одежда, он получил обморожение и вскоре умер. Осознанным стал для меня и выбор профессии, когда в 1979 году началась война в Афганистане. Попасть туда могли женщины с медицинским образованием.
  
  После окончания Смоленского медучилища в 1983 году Татьяна сразу решила поехать в Афганистан, но ей нужно было три года отработать по распределению. Направили её в Харьковскую больницу скорой неотложной помощи, три года проработала в хирургическом отделении. В апреле 1986 года произошла авария на Чернобыльской АЭС, родина девушки попала в зону облучения. И сама она получила дозу, которая не могла не повлиять на здоровье.
  
  Кабульский госпиталь
  
   Отработав по распределению положенное время, Татьяна пришла в военкомат, чтобы добровольно отправиться на афганскую войну. Из Харькова до Ташкента летела на гражданском самолёте, а вот в Кабул добиралась на грузовом – транспортном Ил-76. Если Ташкент Татьяну поразил своей красотой и богатым восточным рынком, то Кабул встретил 50-градусной жарой и раскалённым ветром с песком. Этот ветер называют «кабулец» за противный нрав, он забивает пылью и песком все щелочки.
  
  - Впервые я почувствовала, что попала на настоящую войну, когда приехала в Кабульский госпиталь, – вспоминает Татьяна Сергеевна. - Меня поразило большое количество молодых ребят с глазами полными тоски и боли. Я до сих пор не могу без слёз вспоминать этих забинтованных, неподвижно лежащих юношей, которым надо радоваться жизни, а они лежат неподвижно на кровати.
  
  Наставником по Кабульскому госпиталю у Татьяны стал полковник медслужбы Роман Леонидович Трояновский. Сегодня он профессор военно-медицинской академии имени С.М. Кирова в Санкт-Петербурге. А на афганской войне возглавлял офтальмологическое отделение военного госпиталя. Обладал высочайшей квалификацией и большим опытом работы, которые помогали излечивать тяжёлые травмы. Зачастую приходилось сталкиваться с минно-взрывными ранениями с нарушением органов зрения.
  
  Ранение и смерть – спутники всех сражений и войн
  
   Путь в Кабульский госпиталь начинался с аэродрома, откуда доставляли военнослужащих, получивших ранения различной степени тяжести, с целью – срочного проведения сложных хирургических операций, с дальнейшей эвакуацией в Союз. Транспортные самолёты с ранеными приходили ночью, по темноте было безопаснее, что не подстрелят борт в пути. За раз привозили от 15 до 30 раненых, в основном везли тяжёлых.
  
  Татьяну определили операционной сестрой в отделение, куда поступали раненные в голову, лицо, глаза. Работала с хирургами: лорами, окулистами, стоматологами, нейрохирургами. Это были виртуозы своего дела, которые делали сложнейшие операции. – По 5-6 и более часов приходилось стоять на ногах в постоянном напряжении, - говорит Татьяна.- После многочасовой борьбы за солдатскую жизнь буквально с ног валились от усталости, но не сдавались и снова шли оперировать. После срочной операции Татьяна делала перевязки раненым, мыла инструменты, потом снова участвовала в плановых операциях. Насмотрелась за два года такого, что не всякий здоровый мужик выдержит.
  
  - Однажды УАЗик вёз бочки с серной кислотой, подорвался на мине, перевернулся, - вспоминает Татьяна. - В госпиталь привезли двух офицеров и солдатика в таком виде, что мне, уже повидавшей немало, сделалось плохо. Никто из них не выжил. Вот ещё случай. В штабе армии служил паренёк, полез он за яблоками в соседний сад, а там – мина, он тоже подорвался. Ампутировали ноги, мы делали ему операцию на глаза. Но и он умер.
  
  Татьяна тяжело переживала смерть каждого раненого и радовалась чудесным спасениям. Снайпер попал в голову нашему солдату. Думали, что не выживет. Шестнадцать часов длилась операция, в ней были задействованы две бригады медиков. Верхнее нёбо, которого не было, «слепили» из ребра. И парень выжил. – Нашим хирургам по плечу были сложнейшие операции, - говорит Татьяна. – Оперировали сетчатку глаз, меняли хрусталики. Мне самой приходилось пришивать уши, на глубокие раны накладывать швы.
  
  Кроме Кабула Татьяне пришлось поработать в операционных Кундуза, где шли боевые действия, и Файзабаде. В Кундуз летела на самолёте, который вёз снаряды нашим войскам. - Было много раненых, - вспоминает Татьяна. – Оперировали ночью, в основном бойцов с ранением лица. Потом на вертолёте нас переправили в Файзабад, он расположен на севере Афганистана. С вертушки я хорошо разглядела горы, караваны с грузами и реку Кокча, на правом берегу которой и был построен Файзабад.
  
   Когда было много раненых, оперировали сутками, меняясь с другой бригадой. Короткий сон, и снова в бой за жизнь!
  
   «Афганский синдром»
  
   Любая война – это стресс, она оставляет свой негативный след. По возвращении в мирную жизнь, «афганский синдром» не миновал нашу героиню. - Я долго не могла говорить о войне, замкнулась в себе, - рассказывает Татьяна. – Не видела смысла в мирной жизни, мне хотелось вернуться назад. Всё казалось мелким, чужим, ненужным.
  
  Вышла замуж за офицера, с которым служили вместе, правда потом быстро разошлись. В Харькове одно время работала в реанимации, но там платили мало. Подрабатывала в роддоме. Всё было не то. Жизнью не дорожила совершенно. Могла с плохими тормозами поехать на «дышащей на ладан» машине. После Афганистана появилась какая-то бесшабашность. Сама за собой это замечала, но поделать ничего не могла, слишком много повидала страшного. Два года в Афгане – это целая жизнь. Не жалею, что побывала на войне, - отмечает Татьяна. - Дух патриотизма в армии был очень высок, не знаю примеров трусости и предательства, все - от солдата до генерала с честью выполняли свой воинский долг.
  
   Дальний Восток стал домом
  
   В трудные девяностые Татьяна переезжает на Дальний Восток к родственникам. Одно время работает в Хорской районной больнице старшей медсестрой. В 1999 году её домом становится село Видное Вяземского района.
  
  Сегодня Т.С. Сахарова работает фельдшером в ФАПе села Видного. Два раза в неделю ездит в Глебово, где пока нет своего фельдшера.
  
  12 февраля Татьяна едет на встречу ветеранов Афганской войны в город Санкт-Петербург. Она уже получила приглашение от боевых товарищей и готовится к знаменательной поездке. Особенно её радует предстоящая встреча с профессором Романом Леонидовичем Трояновским.
  
  Не могли мы обойти стороной и тему войны в Сирии. – Если бы была молодая, то уже была бы там, - говорит в завершение разговора Татьяна Сахарова.
  
  Наталья Бельцова
  
  Отсюда: http://vzm-vesti.ru/news/2019-02-14/9818/
  
  _____________________________________________________________________________
  (1) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Кабул, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц Татьяны находится
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/2.shtml - А.С.
  
  (2) - военные воспоминания Татьяны поставлены в текст "Почему мы поехали в Афган? Неужели за чеками? Часть 3-я"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/00111a.shtml#55
  
  
  
  
  
  

408. "Зара над Нёманом" (15.02.2019)

  

Тёплые поздравления от Мостовской районной женской организации

  
   []
  Веслава Владимировна ТОЛОЧКО (справа)
  
  
  В День 30-летия вывода советских войск из Афганистана представители районной организации Белорусского союза женщин работники Мостовского центра социального обслуживания населения Ирина Евдокимова и Татьяна Логвиненко поздравили бывшую коллегу Веславу Владимировну Толочко и вручили ей подарок.
  
  В Афганистане служили не только мужчины. Работали там и женщины. Они кормили солдат и офицеров, работали медсёстрами и связистами, помогали наладить военный быт в частях. Они исправно выполняли свою работу, стойко переносили лишения и опасности жизни на войне. Трудилась там и Веслава Владимировна. После тёплых слов поздравления с юбилейной датой и вручения подарка, мы попросили её вспомнить о времени проведённом в Афганистане.
  
  - Конечно, это и память, и боль, и тёплые воспоминания о тех, кто с честью выполнял свой долг. Для меня Афганистан начался с Ташкента. Город встретил нас тёплой солнечной погодой. В воздухе стоял какой-то медовый аромат. Понравились красивые здания в восточном стиле, широкие улицы, зелёные скверы. Не верилось, что мы едем на войну. В Кабул нас доставил военно-транспортный самолёт. В чреве его около 300 нас, пассажиров, разместилось прямо на своих чемоданах. Уже через час были над столицей Афганистана. Протиснулась к иллюминатору. Внизу, как гигантская чара, расположился город, обнесённый хребтами, на которые, казалось, карабкаются многочисленные домики. В середине города находится гора, на склонах которой разместились саманные и глиняные домики. Меня, живущую в Беларуси, очень поразили такие ландшафты.
  
  От аэропорта до штаба бригады – чуть больше километра. По пути попадались серые глиняные жилища с плоскими крышами, босые пешеходы, везде песок, пыль. У самой дороги идёт торговля мясом верблюда. Здесь же торгуют дровами, их продают на самодельных весах килограммами. Чуть дальше три женщины в покрытых с головы до ног черных одеяниях в парандже несут на головах кувшины с водой. А над головой безоблачное небо и палящее солнце. Здесь придётся жить и работать, привыкать к незнакомой и очень сложной обстановке.
  
  Подъехали к воротам военного городка «Тёплый стан». Его так окрестили наши солдаты. Здесь разместилась 58 автомобильная бригада – пять отдельных автомобильных батальонов, строительный батальон, рота тяжёлых машин, взводы связи, охраны, бригадный медпункт. Городок находился на окраине Кабула в северной его части. Рядом начинались отроги гор, поэтому часть находилась под уклоном, что создавало немалые неудобства. Выше городка под самой горой находился аул, недалеко было мусульманское кладбище, украшенное мусульманскими знамёнами.
  
  В управлении нашей бригады работало 22 вольнонаёмные женщины. Бытовые условия, как для Афгана, были сносными, жили мы в небольшом общежитии по 2-4 человека в комнате. Меня зачислили в продовольственную службу. В её состав входили механизированный хлебозавод, который выпекал 12 тонн хлеба в сутки, офицерская столовая на 80 посадочных мест, продовольственный склад. Работу всего этого хозяйства мы и должны были обеспечивать. Хорошо, что в части была своя электростанция и уже пробурённая скважина, откуда поступала вода.
  
  Вскоре мне доверили руководить столовой. На мирное время работа не была похожей. Всё было в движении, офицеры не задерживались за завтраком или обедом, быстро кушали и отправлялись на задание. Никогда невозможно было предвидеть, сколько человек сегодня придёт питаться и в какое время, ведь части находились в движении. Моджахеды могли напасть и открыть огонь в любой момент. Мы женщины, переживали за наших ребят, которые уходили в горы, и сами при приближении моджахедов к части принимали меры безопасности.
  
  Довелось побывать в Кабуле, увидеть прекрасные мечети с высокими минаретами, многочисленные восточные базары на центральном проспекте. Познакомились и с местным населением. Питалось оно в основном бараниной, рисом, мясом верблюда, пили зелёный чай, кушали лепёшки и фрукты. Но в основном население живёт бедно.
  
  На наших глазах проходила ежедневная жизнь солдат и офицеров части. Они выполняли поставленные боевые задачи, не жалуясь на трудности и невзгоды. Мы, вольнонаёмные, вспоминали о своей родине, также помогали друг другу. С некоторыми поддерживаем связь и теперь.
  
  С.ЗВЕРОВИЧ
  Фото автора
  
  Отсюда: http://www.mosty-zara.by/ru/news/teplye-pozdravleniya-ot-mostovskoj-rajonnoj-zhenskoj-organizacii.html
  
  _____________________________________________________________________________
  (1) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Кабул, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц Веславы находится
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/2.shtml - А.С.
  
  
  
  
  
  

409. "Слава працы" (17.02.2019)

  

Галина Туровская служила медсестрой во время войны в Афганистане

  
   []
  Галина Султановна СУЛТАНОВА (ТУРОВСКАЯ)
  
   []
  
  
  Галина Султановна Туровская — дочь офицера Советской Армии в запасе, прошедшего Великую Отечественную войну, поэтому о чести и долге перед Родиной знает не понаслышке.
  
  Галина Султанова (Туровской она станет позже, после переезда в 1985 году на Копыльщину) в медицину пришла по совету отца, выбрав Марыйское республиканское медицинское училище в Туркменской ССР, которое и окончила в 1968 году. Первое место работы — палата новорожденных в Марыйской областной больнице, позже — отделение реанимации. Об афганской войне в военном билете в графе «Прохождение учебных сборов» скромно указано: «41 день. Звание: младший сержант. Квалификация: старшая операционная сестра. Военная часть 16961».
  
  …В Афганистан медсестра Султанова попала в числе первых. 28 декабря 1979 года вместе с другими операционными медицинскими сестрами Галину направили в составе второй колонны советских войск со стороны Кушки. Никакой конкретной информации, куда и зачем двигаются войска, не было. Дорога в Шинданд заняла несколько дней. В колонне по горному серпантину шло много машин. Случалось, из-за крутых поворотов не было видно ни предыдущей, ни следующей сзади. Местные жители встречали советских людей спокойно, не выказывая никакой агрессии. Прибыв на указанное место, начали разворачивать военный госпиталь. Условий для комфортной жизни не было никаких. На улице по ночам -5. Галина вместе с двумя другими медсестрами Антониной Шуваловой и Тамарой Цалоевой ночевала в машине. Надеялись, что войска выведут в скором времени. Приближался Новый год, все готовились хоть в военно-полевых условиях, но все-таки отметить праздник. И тут неожиданно открылась хаотичная стрельба.
  
  — Со всех сторон на нас посыпались огни! — не сдерживая эмоций, рассказывает Галина Султановна. — Мы очень испугались. Майор Алексей Данин — его мы просто называли Комбат — крикнул: «Ложись!!!» Мы упали на землю и, лишь немного приподняв головы, поглядывали вокруг. Когда утихли выстрелы, нам наконец разрешили подняться. И тут же позвали в операционную, куда в тяжелом состоянии принесли солдата: ранение пришлось в брюшную полость. Это было наше первое боевое крещение. У меня к тому времени уже был достаточный опыт и как анестезистки, и как операционной сестры, поэтому я не только могла оказывать квалифицированную помощь, но и подсказывала врачу. В палатке, где размещался госпиталь, было тоже холодно, а уже прооперированному раненому требовались тепло и уход. Мы с Тоней по очереди дежурили возле него, следили за огнем в буржуйке.
  
  Не единожды мы оказывали необходимую помощь солдатам. То ранение в бедро, то повреждена кисть руки. И как нельзя кстати всегда были полученные в мирной жизни знания и опыт.
  
  Позже наш медсанбатальон перевели в Герат. Там хотя бы была вода, можно было умыться. Да и условия пусть не на много, но все-таки лучше. Хотя и здесь пища, которую подавали и командирам, и солдатам, оставляла желать лучшего». «Это война. Здесь главное не качество, а количество», — утверждал комбат.
  
  Вскоре Галине вместе с другими медсестрами пришлось сопровождать раненых в Советский Союз. Вернувшись в мирную жизнь, она опять приступила к выполнению своих прямых медицинских обязанностей. После переезда в Беларусь долгое время работала перевязочной сестрой в хирургическом отделении Копыльской ЦРБ, а затем — в отделении переливания крови.
  
  Диана ТКАЧЕНКО
  
  Отсюда: http://www.kopyl.by/?p=74414
  
  _____________________________________________________________________________________
  
  (1) - поначалу я усомнилась в правдивости вышеизложенного, так как не смогла найти в 40-й армии полевую почту, указанную в статье.
  Чему явилось объяснение:
  
  1007. *Воронин Анатолий Яковлевич (voronin1435@msn.com) 2019/02/25 00:14
  Алла, под номером 16961 значился военный госпиталь располагавшийся на территории Туркмении, о чем есть соответствующая информация в сети.
  Вполне возможно, что врачей и медицинских сестер из этого госпиталя направляли в краткосрочные командировки в Афганистан, где они работали в составе находящегося там военного госпиталя. Но могло и так быть, что военный госпиталь в Шинданде только-только разворачивался, и номер полевой почты ему был присвоен чуть позже, когда данная медицинская сестра оттуда уже уехала. Да и что можно было успеть за 41 день. Именно поэтому, в её военнике указан не номер полевой почты, а номер воинской части дислоцирующейся на территории СССР.
  Она пишет, что при выдвижении на территорию Афганистана, они ехали в составе колонны и преодолевали горные серпантины. Я в тех краях никогда не был, и не знаю, были ли эти серпантины по дороге из Кушки в Шинданд.
  
  Дополнение в тему 1. 1 2019/02/26 00:23:
  Анфисочка Ваструкова 20 мар 2015 в 17:11:
  Здравствуйте! Мой отец Сотников Виталий Матвеевич ищет сослуживцев войсковая часть 16961 (Шинданд 1979-1982).
  Медсанбатальонным командиром был майор Данин. Если кто-то прочитает это сообщение, прошу: отзовитесь, пожалуйста! (пишите на мою лс) папа будет очень рад! https://vk.com/id25461395
  
  в/ч пп 93977 --------- 46-й отдельный медицинский батальон 5-й гв. мсд - Шиндант (28.12.1979-15.02.1989),
  (до 01.07.1981 - 46-й отдельный медико-санитарный батальон),
  (до ввода в/ч ? - Кушка, ТуркВО)
  ================ командиры: майор м/с Данин Владимир Алексеевич 1979-1981,
  майор м/с Сафонов Анатолий Васильевич, ??? 1981-1985,
  майор*подполковник м/с Литвиненко Николай отчество? 1985,
  звание? Лапухин С.Г. 1985,
  майор*подполковник м/с Попов Олег Александрович 1986-12.1987 ВМА-77 (назначен н1138виг),
  подполковник м/с Мищенко Вячеслав Михайлович 1987-1989
  
  в/ч пп 93977 ---------- 46-й отдельный медицинский батальон 5-й гв. мсд - Шиндант (до 01.07.1981 - 46-й отдельный медико-санитарный батальон);
  зкб: майор Чекирка Валерий Иванович 01.1980-11.1981,
  майор Ширшов Николай Николаевич 1985-1987,
  
  зкбт: майор Скотников имя? отчество?,
  начсклада (какого?) ст. прапорщик Шмырев Петр Михайлович,
  начСЧ прапорщик Руссков Вячеслав Леонидович;
  кто по должности? Колошеин Михаил отчество?,
  Корецкий В. отчество? 1984-1986,
  Слободченко А. 1984-1986,
  Лифоренко В. 1984-1986,
  Маковей А. 1984-1986,
  Севостьянов К. 1984-1986,
  Клименко В. 1984-1986,
  Беляев И. 1984-1986,
  капитан Никашин Геннадий Николаевич,
  майор Булатов Станислав Геннадьевич,
  капитан Гасанов Т.Г. 1981,
  майор Абиякин А.Г. 1981,
  капитан Семёнов Ю.В. 1981,
  лейтенант Чухарев С.И. 1981;
  кто по должности? Мальцев Виктор 1982-1984,
  токсико-радиолог Антонов Владимир 1982-1984
  (Отсюда: http://samlib.ru/comment/s/smolina_a_n/tt9p1) - А.С.
  
  (2) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Шиндандт, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц всех троих героинь статьи находится
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/3.shtml - А.С.
  
  
  
  
  
  

410. "Премьер" (N 7 (1108) от 19.02.2019)

  

ВОЙНА – СТРАШНОЕ ДЕЛО

  
   []
  Своих пациентов Галина ХУДЯКОВА называла «детками», хотя сама была лишь не намного их старше, и никогда не бросала их, даже в самой тяжелой ситуации
  
  
   []
  Галина ХУДЯКОВА (на фото в центре) организовала в Тарногском районном музее выставку, посвященную войне в Афганистане. Она назвала ее «Я мерил войну километрами дней, что прожиты были вдали от России» (строки из стихотворения поэта-«афганца» Сергея Антонова)
  
  
  15 февраля исполнилось 30 лет со дня вывода советских войск из Афганистана. В Афганской войне приняло участие немало вологжан-мужчин, но важную роль в ней сыграли и вологодские женщины, которые служили медсестрами в военных госпиталях и спасли жизни многим раненым солдатам и офицерам.
  
  «В Афганистан я попала в 1982 году, — вспоминает Галина Худякова.(1) — В те времена было престижно работать за границей — группы наших войск стояли везде: в Венгрии, Германии, Чехословакии. Попав туда, можно было и мир посмотреть, и заработать, и купить дефицитные вещи, так что многие медработники подавали заявки в военкоматы. Я тоже подала. Но когда пришла разнарядка, выяснилось, что ни в Германии, ни в Венгрии рабочих мест нет, зато в Афганистане — сколько угодно».
  
  Галину Михайловну направили в легендарную 103-ю гвардейскую воздушно-десантную дивизию. Ее медсанбату в тот момент требовалась медсестра-анестезист, а у вологжанки как раз была специальность «анестезиология и реанимация».
  
  СПАСАЯ ЖИЗНИ
  
  Медсанбат, где Галина Худякова отслужила полных два года старшей медсестрой, располагался на территории Кабульского аэропорта.
  
  «Шел поток раненых, а мы занимались их приемом и сортировкой. Кто ранен тяжело — того как можно быстрее везли в центральный госпиталь Кабула, кто средне — тех в Россию. А самых тяжелых и самых легких оставляли в медсанбате. Первых — из-за нетранспортабельности: их сначала надо было стабилизировать и только потом везти на эвакуацию. А у вторых срок выздоровления короткий, до месяца, поэтому после него их сразу отправляли обратно в строй».
  
  «Случалось, что с этой стороны горит, с этой стреляют, все отправились в укрытие, а я одна с пациентом осталась и дожидаюсь, когда всё кончится, — улыбается она. — Потому что анестезистки никогда не должны оставлять больных».
  
  Медики искренне радовались, когда бойцы, уходившие на боевые задания, возвращались живыми и невредимыми или только с легкими ранениями. Но таких дней было немного, и обычно подразделения нес­ли потери. Отдельные ранения удивляли даже видавших виды спецов.
  
  «У нас был один пациент.— Мы не могли понять, откуда у него такая флегмона (разлитое гнойное воспаление клетчатки. — Прим. ред.) на руке. Когда ее вскрыли, то там оказался клок горюче-смазочных материалов размером почти с кулак. Дело в том, что во время боя неподалеку от солдата произошел взрыв, и этот кусок ГСМ летел с такой скоростью, что проник в его мягкие ткани, словно в тесто. Случай из разряда «верю — не верю».
  
  НЕВОСПОЛНИМЫЕ ПОТЕРИ
  
  Некоторые погибшие запомнились вологжанке особенно сильно.
  
  «У нас лежал один старший лейтенант — очень интеллигентный, умный, харизматичный человек. Хорошо разбирался в астрономии и по вечерам показывал нам звезды, рассказывал про созвездия, — говорит она. — У него было нетяжелое сотрясение мозга, но нужно было соблюдать режим — вот и пришлось лежать в медсанбате. Он очень этим тяготился и был рад выписаться. Сказал нам: «Девчонки, ухожу, не могу: мой взвод идет на боевые, а я не с ними. Сам себя уважать не буду, если не пойду. Но я вернусь». И ушел. А через четыре часа его привезли обратно «грузом 200».
  
  Каждый погибший тогда военнослужащий, уверена Галина Худякова, стал настоящей утратой для страны.
  
  «Вы представляете, какая у десантников была подготовка: физическая, интеллектуальная? — спрашивает она. — Эти люди являлись генофондом нации, их утрата невосполнима».
  
  
  ВОЙНА С ИНФЕКЦИЕЙ
  
   []
  Наталья Владимировна ВЛАДИМИРОВА уехала работать хирургической сестрой в Афганистан добровольно
  
  
  Медсестра наркодиспансера, фельдшер высшей категории Наталья Владимирова(2) отправилась в Афганистан добровольно — ей, выросшей в семье боевых офицеров, искренне хотелось помочь родной стране. Советско-афганскую границу она пересекла 5 апреля 1986 года.
  
  «Ехала я как хирургическая сестра, но мне предложили место в отделении интенсивной терапии и реанимации Кабульского инфекционного госпиталя, — говорит она. — Назначили старшей сестрой приемно-диагностического отделения. Ею я и проработала до конца августа 1988 года». Если бы не работа инфекционного госпиталя, от небоевых потерь советские войска страдали бы не меньше, чем от боевых: ведь Афганистан — это жара, пыль, нехватка воды и антисанитария. Благодаря им бойцы нередко заболевали дизентерией, гепатитом, а порой и тифом. Но военные медики свое дело знали хорошо, так что большинство солдат и офицеров успешно возвращались в строй.
  
  ДЕРЕВО И ШОПИНГ
  
  Одним из наиболее сильных потрясений для вологжанок, выросших в лесном регионе, стал острый дефицит в Афганистане дерева и деревянных материалов, которые стоили на вес золота. «На перекрестках стояли весы выше человеческого роста с чашами метра полтора в диаметре, — делится впечатлениями Наталья Владимирова. — На одну чашу клали гири, на вторую — доски, бревна и даже палки».
  
  У советских же медработниц спросом пользовались местные ткани, одежда, украшения. В их поисках они регулярно выезжали «на шопинг». Выход за пределы части считался грубым нарушением, но жажда покупок пересиливала страх. Поэтому граждане СССР регулярно ездили на рынок в Советский район Кабула — впрочем, только организованными группами, а порой и в сопровождении автоматчиков.
  
  «Продукты нам брать было запрещено, — говорят волог­жанки. — В конце 80-х даже был приказ ни в коем случае не покупать фрукты манго — по разведданным, из Пакистана поступила большая партия отравленных манго. Но иногда мы всё же покупали зелень, потому что жить на тушенке и гречневой каше было тяжело».
  
  Впрочем, афганские овощи и фрукты были невкусными. «Разрезаешь дыню, ешь — а она по вкусу, как сырая картошка, — вспоминает Наталья Владимирова. — То ли сорта у них такие, то ли земля настолько скудная».
  
  НАСТОЯЩАЯ ДРУЖБА
  
  Галина Худякова с неподдельным теплом рассказывает о гастролях в Афганистане советских артистов: «Кобзон давал замечательные концерты, Розенбаум. Приезжал Театр Советской армии, и у меня до сих пор хранятся автографы Людмилы Чурсиной, Алины Покровской, Владимира Зельдина. Зельдину уже тогда было 70 лет, а он вовсю танцевал на сцене».
  «Звездное небо над Кабулом словами передать невозможно, у нас такого нет, — утверждает Наталья Владимирова. — Абсолютно черное, бездонное, и россыпь звезд — как будто кисея наброшена. Млечный Путь видно каждую ночь».
  
  Но больше всего им запомнились по-настоящему человеческие отношения между советскими людьми.
  
  «Дружба была действительно дружбой, на выручку бросались все и моментально, — вспоминает Наталья Владимирова. — А земляки были нам как родные. Солдат, поступавших из Вологодской области, подкармливали лакомыми кусочками, делали им поблажки по режиму».
  
  «Война — страшное дело, а вспоминается в основном хорошее. Я горжусь тем, что имела отношение именно к ВДВ, — говорит Галина Худякова. — Десантники умеют и отлично воевать, и крепко дружить. Счастлива, что помогала этим людям».
  
  Дмитрий Катаев
  
  Отсюда: https://premier.region35.ru/peoplesfaces/voyna-strashnoe-delo
  
  _____________________________________________________________________________
  (1) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Кабул, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц обеих героинь статьи находится
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/2.shtml - А.С.
  
  (2) - Наталья Владимировна ВЛАДИМИРОВА упоминается в следующей статье - А.С.
  
  
* * *
  
  

"Вологодский областной медицинский колледж" (02.02.2018)

  

«УРОК МУЖЕСТВА»

  
   []
  Тамара Васильевна ШИРИКОВА (слева) и Наталья Владимировна ВЛАДИМИРОВА (справа)
  
  2 февраля на встречу со студентами 2 курса отделения «Лечебное дело» были приглашены ветераны Афганской войны, Владимирова Наталья Владимировна (фельдшер)(1) и Ширикова Тамара Васильевна (медицинская сестра). Обе женщины закончили Вологодское медицинское училище. Разговор шёл о профессии, вспоминали учителей и наставников. Особый интерес слушателей вызвали их воспоминания о жарком Афганистане, где они проходили военно - медицинскую службу в течение 2 лет.
  
  Наталья Владимировна работала главной медицинской сестрой Центрального инфекционного госпиталя г. Кабул, Тамара Васильевна - медицинской сестрой на черепно–лицевой хирургии. Ветераны рассказывали о самых ярких впечатлениях, событиях, встречах. Студенты слушали их рассказ с неподдельным, искренним интересом, задавали вопросы и долго не отпускали.
  
  Эта была встреча не ветеранов и студентов, а людей одной профессии, которым есть, что рассказать друг другу, чем поделиться.
  
  Встреча стала началом дружбы Вологодского областного отделения «Всероссийская организация «БОЕВОЕ БРАТСТВО» со студенческим коллективом Вологодского областного медицинского колледжа.
  
  
   []
  Тамара Васильевна ШИРИКОВА (слева) и Наталья Владимировна ВЛАДИМИРОВА (справа)
  
  
   []
  Тамара Васильевна ШИРИКОВА (слева) и Наталья Владимировна ВЛАДИМИРОВА (справа)
  
  Отсюда: http://vlgmedcol.ru/novosti/urok-muzhestva
  
  _____________________________________________________________________________
  (1) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Кабул, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц Натальи Владимировны ВЛАДИМИРОВОЙ находится
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/2.shtml
  
  Видеоролик с интервью Натальи ВЛАДИМИРОВОЙ находится
  здесь: https://www.youtube.com/watch?v=l39WbrX6poc - А.С.
  
  (2) - интервью с Тамарой Васильевной ШИРИКОВОЙ в ютубе находится
  здесь: https://www.youtube.com/watch?v=6IKaHsNocpY
  
  Распечатка интервью с Тамарой Васильевной ШИРИКОВОЙ находится в "Пoчeму мы пoехали в Афган? Неужели за чеками? Часть 38-я"
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/tt9p1.shtml#410b
  
  Первый (там же и продолжения) фотоальбом "Кабул, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц Тамары Васильевны ШИРИКОВОЙ находится
  здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/2.shtml - А.С.
  
  
  
  
  
  

Продолжение "Дай cвoй адрес, "афганка" (Часть 39-я)"
  находится здесь:
  http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/tt9p2.shtml

  
  
  
  


По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2018