ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Тананайко Ирина Арлекиновна
Проклятье

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
Оценка: 9.40*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Долго сомневалась, в какой раздел отнести этот рассказ: Афган-ведь здесь еще одна искалеченная судьба афганца, или в фантастику. слишком быстро проклятье сработало, но решила остановиться на прозе


   Подвиг, по Далю это поступок. Славное деяние. По мнению большинства людей, подвиг - это поступок, который совершают в неординарной ситуации, таких: как война, стихийное бедствие, терракт. Нужно мужество, чтобы найти силы на Поступок. А потому и преклоняем головы мы перед людьми, нашедшими в себе эти силы. Их Подвиг остается в Памяти людской на века. Их Поступок освещается средствами массовой информации. Но деяние это ежесекундное. А есть подвиг ежедневный, растянутый обстоятельствами на недели, месяцы, годы. Это уже давно не подвиг, а Подвижничество. И если на Подвиг готовы единицы, то к подвижничеству - даже и не могу сказать...
   Мне везет на необычных людей с экстраординарными судьбами. Эту историю я услышала в ноябре 2008 года, она меня поразила и расстроила. Я мучилась этой историей два с половиной месяца, пыталась примерять на себя, отсюда рождение стихотворения "Судьба", на Рождество я поехала к подруге, надеясь, что узнаю, чем закончилась эта история. Очень хотелось счастливого окончания:
  
   Я чудачка, верю в чудо
   В сказки, дружбу, любовь
   А за это жизнь повсюду,
   Дарит нужный Божий кров.
  
   Чудо есть, не сомневайся
   Чудо в том, что ты живешь
   Так живи, и наслаждайся,
   Веря, чудо ты найдешь
   Но сказки не получилось. В общем читайте:
  
  
   Тот вечер был самым обыкновенным, одним из тысячи таких вечеров. Я очень устала за день, и предупредила детей, что меня не для кого нет дома. Сын усмехнулся:
   -А для тети Тани?
   -Для нее сделаю исключение.
   Закутавшись в плед, прилегла на диване, тупо уставившись в телевизор, пытаясь систематизировать перечень необходимых дел на завтра. Я уже практически заснула, когда раздался звонок, и сын подошел с телефонной трубкой.
   -Мариш. Что разбудила?
   -Нечего страшного, ты чего на ночь, глядя, звонишь?
   -Послезавтра сбор одноклассников... Может, ты хоть в этот раз придешь?
   -Зачем? Смысл?
   -Смысл в том, что ты была самой умной. Самой красивой и самой смешливой девчонкой в классе. И я устала врать ребятам, придумывая каждый раз новые причины твоего не прихода на встречу.
   -А ты молчи, тогда не придется врать.
   -Ага. Самой не смешно такое говорить.
   -Ты знаешь, что у меня со смехом давно проблемы.
   -Мариш. Ты умная баба, сходи к психотерапевту, если я не могу тебя убедить в твоей невиновности произошедшего.
   -Тань. Каждая случайность вытекает из определенности происходящего, каждая причина провоцирует следствие.
   -Вот только не надо мне этих философских штучек. Иначе я не поленюсь Зигфирида тебе на уши вешать.
   -Фу, как нехорошо с основателем психоанализа так фамильярно обращаться.
   -Заткнись, подруга. Идешь или нет?
   -Нет.
   -Ну, и флаг тебе в руки, барабан на шею. Достала ты меня... В кардиологию к тебе ходить не буду.
   Подруга со злостью швырнула телефонную трубку. Сын усмехнулся:
   -Опять с теть Таней поругались?
   -Помиримся. Не в первый раз.
   -Мам. А может она права, и хватит уже прятаться от мира?
   -Я не прячусь: каждый день хожу на работу, в магазин, на базар, в больницу.
   -Ну, что случится, страшного, если ты пойдешь на вечер одноклассников?
   -Папа будет не доволен.
   -А что когда то у нас папа чем - то доволен? По - моему, это не аргумент.
   -Родной, мне даже не в чем идти, да и перед ребятами стыдно выглядеть такой старухой.
   -Глупости, ты самая привлекательная и обаятельная. Так что идешь? Я позвоню сейчас тете Тане, она решит твои проблемы.
   И так мне захотелось хоть на пару минут почувствовать себя молодой. Женщиной без проблем, что я согласилась на эту авантюру. Таня - моя школьная подруга, мы с ней просидели десять лет за одной партой. В настоящее время она работает в крупном косметическом салоне. И очередь к ней расписана среди дам нашего высшего света на недели вперед. Но услышав, что я согласилась пойти на встречу, полностью поменяла свой график, чтоб освободить время для меня. После работы я забежала домой, дав сыну указания на все случаи жизни, а затем поехала к Татьяне в салон. Подруга критически осмотрела меня. И хмыкнув, вынесла приговор:
   -Не смертельно, но мы и не таких из комы вытаскивали.
   Я, честно говоря, не скажу, что она со мной делала, но через полтора часа на меня из зеркала смотрела не я. У этой женщины не было проблем, все в ее жизни было пучком...Господи, из чего состоит женщина: кусок ребра, тонна косметики, ворох тряпок, и мужик заглотил наживку. Сколько пролетело веков, но всегда встречают по одежке, а расстаются из - за ума или отсутствия оного. А что творится в душе: кому оно надобно. У каждого найдется своя рубашка к телу, ближе которой у него нет. Боясь передумать, я быстро нацепила какие - то тряпки, что притащила Танька из своего гардероба. Мне претит снобизм, и я бы обошлась тем, что есть. Но не хотелось наводящих вопросов, а потому чтоб не создавать ситуацию узнавания, я решилась обойтись маскировочным костюмом. К кафе мы подъехали на Татьяниной ауди, и сразу попали в водоворот смеха и улыбок. Ребята тормошили меня, и были мне искренне рады:
   -Ну, наконец, из подполья вылезла.
   -Ребят, так Маришка бизнес-леди стала. Пока мы с вами водку пили, она бабки делала.
   -Марин. У тебя вакансий свободных нет?
   Вот с такими возгласами, поцелуями и объятиями, мы зашли и расселись за столики. Вроде и не было этих прожитых лет, мы снова мальчишки и девчонки, без скидок на регалии и возраст. И можно не следить за собой, отпустить на волю. Можно быть раскованной и можно играть словами. Потому что мы одноклассники, и чтобы мы не болтали, это останется просто школьной болтовней, и шар земной не поплывет под нашими ногами. Но первое время я все равно чувствовала себя неуютно: отвыкла отдыхать. Но постепенно алкоголь, хотя я не пила, а скорее лизала коньяк, достал меня, и отпустил на свободу.
   В это время около входа началось какое-то оживление, смех, туда потянулись наши одноклассники. Я тоже собралась посмотреть, что ж там такого интересного, как из толпы ребят вырвалась моя Танька с жутко перекошенным лицом. Она буквально упала на рядом стоящий стул, и дрожащими руками, щедро так плеснула коньяку в наши бокалы.
   -Подруга. Давай до доношка за женское счастье...
   -Так у меня с ним все нормально: оно меня не тревожит, а я о нем не вспоминаю.
   -Тем более, грех не выпить, - с этими словами Таня буквально с силой влила в меня полный бокал коньяка. Когда я раскрыла рот от ожога и возмущения, она быстренько сунула мне в рот кусочек лимона. Механически я начала его жевать, собираясь высказать ей все, что я об этом думаю. Но тут за нашими спинами раздался громкий искренний и заразительный смех.
   -Таньк. Ты зачем нашу гордость спаиваешь? Чем она тебе за эти годы досадила, что ты ее на тот свет решила отправить? Ведь наш комсорг - самый правильный человек на свете. Она, небось, до сих пор кроме шампанского нечего крепче не пьет...
   А вот тут мне действительно стало плохо, и я поняла, почему моя верная подруга влила в меня такое количество спиртного. Это так сказать предстрессовая терапия, вроде фронтовых 100 грамм. Я всегда была правильная, дочка завуча по воспитательной работе. Такая правильная, что хотелось плюнуть в мою сторону. Отличница, но не зануда, зубрилка, но списывать всегда всем давала, с уроков не сбегала. Но остальных не закладывала. Со всеми ладила, только с Гошкой всегда ругались. Как бы мирно не начинался наш разговор. Заканчивался он скандалом, дракой нет, а если дело происходило зимой и на улице, мог и намылить. Жорка - он такой добродушный, веселый, озорной, баламут каких поискать. Он всем нашим девчонкам нравился, а ему нравились старшеклассницы. Да и те не отказывались с ним встречаться. В восьмом классе, он так загулял, что мы его даже на бюро комсомола обсуждали. В общем, сразу после окончания восьмого класса мать отправила его к бабушке в другой город. Чтобы аттестат мог получить. И действительно он его получил, и даже в военное училище с первого раза поступил. Только я, когда он ушел из нашего класса, поняла, что мне без него плохо. Не хватало мне наших с ним споров, дразнилок, подначивания. Больше никто так со мной не смел себя вести. Полгода я так мучилась, пока не поняла, что люблю я его, оказывается. А он хоть бы совсем пропал, так нет как нарочно. Как к родителям приедет, обязательно в школу зайдет, мимо меня без подколки не пройдет. А я, от страха, даже говорить с ним уже не смела. Боялась, что поймет, что я в него влюблена. Только и хватало меня, набрать его телефонный номер, дождаться, когда трубку поднимет и слушать, как он сердится.
   Сразу после школы я в педагогический институт поступила. По стопам мамы пошла. Первые два курса только учебой была занята, а после третьего мама мне начала жениха среди детей своих друзей искать. Я ж девушка из приличной семьи, родители не последние люди в городе: мама-завуч, папа - главный инженер на машиностроительном заводе. Для своей единственной дочери хотели самое лучшее найти. Понятно, что мне их осуждать. Да я в то время только о Гошке думала. Он же как не приедет, другая девчонка у него. Никак не могла с ним встретиться, да объясниться. К тому времени, под действием разговоров и убеждений верной подруги, я была готова к такому шагу. И дождалась.
   Летом стою около газированной будки. Пью воду. Вдруг кто - то подскакивает, хватает за талию и поднимает над землей, я только собралась плеснуть из стакана водичкой. Наглеца на место поставить, и уткнулась взглядом в серые смешливые глаза:
   -Что. командирша, онемела? Что - то ты не смелая стала, ты ж меня испепелить должна была...
   Только собралась сказать, что я не испепелить, а расцеловать готова. Что я только счастлива была бы, если б он меня всю жизнь так держал, как подходит к нам девушка. Симпатичная. Но сердитая_
   -Жор. Ты как маленький, когда только повзрослеешь, вроде женатый человек. А ведешь себя... Что за манеры: людей в неудобное положение ставить...
   Гошка меня отпустил и представил:
   -Мариша - моя одноклассница, а это Люся - моя жена...
   Что мы там говорили после этих слов, я не помню. Как домой попала - не знаю. На следующие сутки меня мама в отделение неврозов положила. А через неделю мы с ней в санаторий уехали. Родители решили, что это у меня реакция после сессии. Переутомилась. Только Танька знала, в чем дело. Через полгода меня выдали замуж за очень красивого парня, сына друзей родителей. Мне было все равно за кого замуж идти, а парень вроде с юмором. Только не знала я тогда: что красивый муж, это чужой муж. Не, сначала мы жили хорошо. Родители сделали нам двухкомнатную квартиру, машину подарили. Свекор со свекровью меня любили, с внуками все бабушки и дедушки возились. Проблемы начались позже, когда как то в одночасье скончались мои родители. Похоронили свекра, развалился Союз, у мужа проблемы с работой начались. Он в КБ у отца моего работал, зав отделом. Стало дома ему не сидеться, начал колымить. Свекровь за детьми присматривала, мы их квартиру обменяли со своей, стали все вместе в четырехкомнатной жить. Квартиру моих родителей сдавали, тоже приработок.
   А в один день пришел мой супруг домой и сказал, что вся наша жизнь - ошибка вместе с двумя детьми, что меня он никогда не любил, да и кто рыбу такую холодную любить бы смог, и вообще его заставили на мне жениться. Так что он едет к своей любимой, а мне с детьми лучше переехать в квартиру моих родителей, потому как жить они собираются в этой четырехкомнатной. Свекровь за сердце схватилась, давай по стенке сползать. Дети за ним кинулись. А он не то что на детей, даже на мать не посмотрел, хлопнул дверью и ушел. Я давай скорую вызывать: оказался обширный инфаркт, в реанимации почти две недели лежала, да и потом два месяца по больницам моталась. Мне дети тогда помогали. Только до этого я про Жорку запретила себе вспоминать, а тут одно только счастливое воспоминание и грело мою душу. Вплоть до сегодняшнего дня. Так что даже и не могу сказать, что я в тот момент, когда Гошу увидела, испытала. Только голова закружилась, а сердце сжалось сильно-сильно, и отпускать не хотело. Гошка меня подхватил, давай Таньку ругать:
   -Ты зачем Маришке коньяк налила? Знаешь у ней сердце слабое, еще подруга называется...
   -Прям уж слабое. Просто всегда освобождение у меня от физкультуры было...
   -Да, спортсменка всегда из тебя была аховая, зато воображала классная... Фу... Как ты меня напугала. Столько лет не виделись, и здрасти, пожалуйста, сразу надо вызывать скорую.
   -Не надо. Мне уже лучше.
   -Это другое дело. Мы с Татьяной пьем, тебе не даем. Зато идем танцевать. Должен же я исполнить свою мечту детства...
   -Что за мечта?
   -Станцевать с самой красивой и правильной девочкой класса, школы, да и всего города.
   После этого, я практически не сидела: мы с Гошкой и вальс, и танго на бис исполнили. И семь сорок танцевали. Даже твист. Да и ребята заразились нашим весельем, никто расходиться не хотел. Уже в два часа ночи нас из кафе попросили. Таня сразу Гошке сказала, что она его отвезет. У нее жена нашего начальника ГАИ постоянная клиентка, так что за права свои она никогда не боится. Так что поехали мы втроем. Только у Таньки, что - то в машине забарахлило, думаю, Жора мог исправить, да видимо тоже атмосфера вечера на него подействовала, не захотел с детством расставаться. Спросил, чем может помочь, подруга сказала, что вызовет аварийку, пусть лучше меня проводит. Пошли мы провожаться, только и слова сразу закончились, и смех пропал, идем за руки держимся, как школьники и молчим. А на сердце так хорошо, спокойно. А потом я его спросила:
   -А мне можно исполнить свое заветное желание детства?
   -Хоть звезду с неба, если в моих силах..
   -Поцелуй меня, - зачем я это сказала, не знаю. Видимо черная дыра в моей душе размером с Галактику тепла потребовала.
   А Гошка, если и удивился, виду не показал, молча, обнял меня за плечи и притронулся к моим губам. Он видимо и сам не ожидал последующего. Думал, будет поцелуй детским... А нас засосало, втянуло в друг друга каким то сумасшедшем турбулентным потоком. Губы прилипли, языки летали, изучая новую взорвавшуюся звезду, и оторвать нас, друг от друга было не возможно. Воздуха не хватало, у нас не было просто сил дышать. Только впитать друг друга. Каким образом мы в таком состоянии, не отрываясь, дошли до дома его родителей не знаю. В квартире, не прекращая целоваться, мы избавились от одежды. Мешала она нам жутко: кожа горит, требует прикосновения свежего воздуха как в пустыне. Только телами прижавшись, облегчение почувствовали, вроде две половинки долго искали себя во Вселенной. И нашли... Мы не сексом, мы любовью занимались. Потому что это в сексе позы, правила. А здесь просто шло понимание, в чем каждый из нас нуждается. Какая клеточка наших тел тепла в первую очередь требовала. Руки соприкасались. Ноги сплетались, тела впечатывались. Души наши от предательства отогревались. Мы же изучали себя в первый и как в последний раз на запах, вкус, цвет. И запах наш сливался со вкусом, и напиться мы не могли. И уже каждая частичка наших тел нами впитана была на генном уровне. И глаз мы не сомкнули до самого утра, боялись глаза закроем и сказка закончится, испарится как мираж...
   Только утро все равно наступило, мне на работу бежать надо было, да просто мне от него сбежать надо было. В самой себе разобраться, понять, что произошло. Поэтому просто выскочила из постели, оделась со скоростью звука, только в дверях бросила:
   -Извини, на работу опаздываю...
   Около школы меня Танька ждала, молча меня, за плечи обняла и повела в кабинет мой. Я там переоделась в сои вещи, отдала ей ее тряпки. Она мне чая с мятой заварила, села напротив, голову на скрещенные руки умостила, смотрит на меня внимательно:
   _Что дальше подруга делать будешь?
   -А что делать, у него семья, так о каком дальше можно разговор вести?
   -Не знаю. Обрадую я тебя или нет, но Гошка в настоящий момент разведенный.
   -А где ж Люся его?
   -Люся, давно прошедший разговор. Его сразу после училища в Афган отправили, и пока он там интернациональный долг выполнял, его жена честно тратила заработанные им деньги на себя и своих кавалеров. Когда он в отпуск приехал, сначала никому не верил. Пока через пару дней к врачу не пришлось обратиться...
   -А ты откуда все знаешь, что свечку держала?
   -Да нет, просто, когда вы ушли вчера, я к кафе вернулась, и подхватила наших одноклассников, кто еще не разъехался. Самой последней Аньку Морину завезла, ты ж знаешь: ее хлебом не корми, дай сплетни собрать, да другим быстренько передать. Так что зашла я к ней на чашку кофе, и все, что она знала о Жорке, из нее вытянула.
   -Я так и знала, что с машиной у тебя все в порядке. Только Анька откуда это знает?
   -У нее двоюродная сестра в их городке жила, замужем за офицером. Весь гарнизонный городок гудел. Ведь он ее чуть не пристрелил. Ребята успели в последнюю минуту пистолет выбить из рук, скрутить, да к коменданту отвести. Тот мужик порядочный оказался, замял дело, помог развод быстро оформить, Гошка обратно в Афган вернулся. Два срока там был. Не хотел в Союз возвращаться.
   -Так он давно разведен и детей нет?
   -Уже после развала Союза второй раз женился, взял женщину с ребенком, девочку удочерил. Второй ребенок народился. Старшую девочку в Америку учиться отправил. Она там замуж вышла, позвала родителей. Только он еще два года не выездной. Но жена ждать не стала, младшую дочь с собой взяла и укатила. Сказала, что хочет видеть своих дочерей счастливыми, и бросили его тут одного. Он, чтоб жене Грин-карту дали, оформил развод, продал все имущество, отправил деньги им туда в Америку. Сам сюда вернулся, кроме родительской квартиры нечего не осталось. Это он с Эдькой случайно встретился, естественно выпили, вот он и жизнь свою рассказал. Эдька его и притащил в кафе. А Анька Эдику всегда нравилась, вот она из него про второй брак все и вытянула.
   -Да уж и не знаю, кто из его жен его сильнее кинул: толи первая по телу прошлась, толи вторая - по душе и сердцу...
   -Ну, меня это не касается, а ты думай...
   Ушла она, дав мне еще один повод для размышлений, только думать мне долго не дали. Звонок прозвенел, на урок идти надо было. А после большой перемены мне дежурная с вахты записку принесла:
   -Маришкин, после уроков жду тебя в кафе, напротив нашей школы.
   Идти я боялась, ноги как в кандалах, не шли. Только ведь все равно надо в глаза взглянуть, чтобы понять, что это было. Просто встретились два одиночества? Или Вселенная решила исправить свою ошибку в отношении нас? Он сидел за столиком в нашей кафешке, такой родной и близкий. Время совсем его не тронуло: стриженный офицерский ежик, только с серебряными нитями. Плотный, раздавшийся в плечах, но без малейшей унции жира. Каменный на ощупь, и тающий как воск при малейшей ласке. Серые глаза в смешливых морщинках. Господи, и откуда у него брались силы улыбаться, после того, что с ним сотворили его жены. Он должен просто возненавидеть мир, и презирать женщин. Как же мне страшно...
   -Здравствуй...
   -Маришкин, какая ты стала красивая...
   -Ты это для того, чтобы подсластить прием пилюли говоришь?
   -Все как всегда, чтоб я не сказал, сразу в штыки
   -Гош, я знаю тебя лучше чем себя, а потому не тяни... Говори, я все выдержу.
   -Маришкин, у меня слов нет таких, за сегодняшнюю ночь. Огромное тебе спасибо за то, что ты есть у меня, вернее была. Но Маришкин, ты замужняя женщина, я не буду разбивать семью...
   -Крепко тебя бабы твои поломали...
   -Ты откуда...
   -Забыл наш городок? Все все знают... Господи, господин офицер, ты всю жизнь не боялся умирать, отдавать свою жизнь ради других. Так чего ж ты испугался жить. Когда судьба тебе такой шанс дала... Замужняя говоришь, это хорошо, что ты о моем муже вспомнил, а то я как то забыла... Все равно через пару дней узнаешь, так что сама расскажу. Десять лет назад мой муж решил уйти от меня к молодой, красивой и богатой. Он приехал домой и предложил мне с детьми убираться из дому, выбежал, хлопнув дверью, даже не захотев помочь умирающей от такого известия матери. А я вслед ему крикнула: "Чтоб ты сдох подонок..." Мое проклятие догнало на ближайшем перекрестке, в его машину врезался пьяный водитель на Камазе. Он остался жив, сначала реанимация. Потом травматология, потом реабилитация. Хорошо, что они со свекровью в одной больнице лежали, я только успевала из травматологии в кардиологию ходить. Квартиру моих родителей, в которую он меня с детьми хотел выпроводить, пришлось продать. Двое больных в доме слишком накладно. Любовница его кинула сразу, узнав диагноз: Спинномозговая травма. Перелом первого и пятого поясничных позвонков. Ходить не может, как мужчина ноль. То есть никому кроме меня, матери его детей он не нужен. Вот и несу я свою епитимью за слова, у меня вырвавшиеся. Так что зря испугался, что семью разобьешь. Невозможно разбить то, что давно разбито. Только и с тобой мы не будем...
   -Маришка...
   -Ты свой выбор сделал. Хороший ты мужик, Гошка, да только не орел...
   А в глаза я его взглянуть так и не решилась. Наверное, хотела, чтобы хоть один шанс из миллиона возможностей для нас оставался...
  
  
   Наверное, кто - то сочтет героиню моего рассказа, слабым, аморфным существом. Но должна сказать, что на Подвижничество способны только очень сильные, мужественные, светлые люди. Другим Господь просто сил не дает. Поверьте уж врачу, который начинал свою медицинскую карьеру в должности санитарки Детского инфекционного отделения, работая с годовалыми детьми из Дома Малютки, медсестре палаты интенсивной терапии, а также матери, выхаживающей своего сына после автокатастрофы, это каторжный труд - выхаживание лежащего больного. Одно дело: когда ты ухаживаешь за любимым, родным, чья жизнь вплотную зависит от твоей собственной. И то наступает в веренице лет время, когда нет уже сил, и нужен еще один вздох, чтобы открылось второе дыхание. А ухаживать за человеком, который растоптал твою жизнь, который выбросил тебя и детей как ненужную вещь. При этом переубеждать своих собственных детей, которые максималисты и не умеют прощать предательство, в данном случае, предательство отца. Да у меня нет слов для этой женщины, есть только молитва:
   Господи будь милостив к детям своим неразумным, в гордыне своей, глупости, совершающим деяния неправедные мысленно, словом, действием. Господи, в милости своей ты не посылаешь нам креста, тяжелее, чем мы можем вынести. И чем больше Ты любишь чад своих неразумных, тем большую ношу посылаешь. Так дай силы, чтобы достойно вынести, выпавшее на нашу долю. Все в Руце Твоей Божьей, Господи, но если дал ты рабе божьей Любовь, то пошли ей в помощь сестер Веру, Надежду и мать их Софью-Мудрость. Аминь.
  
   Ноябрь 2008 год Московская область-январь 2009 год Одесса.

Оценка: 9.40*6  Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2018