ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Aletum
Медный котелок или война все спишет

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
Оценка: 7.43*12  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Каждый день отдаляет нас от нашей "беззаботной" юности. Но каждый день прибавляет нам "мудрости" годов. Как же необходима она была там тогда, наша сегодняшняя "мудрость". И как нам не хватает её сейчас, не достает той - афганской "беззаботной" юности...

  
   Уже и не припоминается откуда эта летучая фраза. Но врезалась она в память навсегда - мысли Туманова лихорадочно пытались зацепиться за подсказку из детства, юности, зрелости...Но нет, снова и снова перед глазами горы, пустыня, родной батальон и... госпитальная койка с капельницей.
  
   Может "по-малолетке", не осмысливши в захлеб расказывая деду про то, что был "убит" после игры в "наших и немцев". А после её озвучивания, тут же усаженным на лавку в деревенской хате, серьёзно посмотрев маленькому внучёнку в глаза, дед, кряхтя, держась одной рукой за поясницу, другой пошарив за иконой в углу светлицы достал красненькую картонную коробочку. Открыв её, разложил на столе перед внуком поочередно рубиновую звезду, не ту, которую на школьной форме октябрята носят, да "горсть" медалей с танками и скрещенными шашками с трехлинейками да "усатым дядей" в придачу - тяжело вздохнул и сказал, как отрезал: "Запамятай унучок! Война, вона ніколи и нічого не зписуе. Заруби себе это на носі!"
  
   На всю жизнь отпечаталась та горница дедова и переливающийся всеми цветами радуги металл на столе.
  
   А может после очередного "шухера", когда мальчишкой в Группе войск с корефанами гарнизонными "пробравшись" на военные склады через все караулы и "затарившись" там по самое не могу "пистолями и автоматами" трофейными... А отцов наших после по одиночке к дяде в "черной" фуражке водили на допрос. Скорее всего, тогда впервые и появилась "любовь" к "особическим" и к всякого рода актам, рапортам и объяснительным с "утрусками и усушками..."
  
  
   А дальше, в училище военном, подписан "священный" лист под названием - "присяга" и началась над тобой "работа" в обтесывании. Стамеской по живому. Жёстко без сантиментов,
  
   Словно рубанок по брусу, туда-сюда, стружка за стружкой. Удаляя цивильный слой один за другим, придавая военный лоск будущему изделию.
  
   Грубо - да.
   Больно - да.
  
   Прижав уши понимаешь, что детство осталось позади и "сказки", которые бередили и согревали сердце, необходимо запрятать глубоко вовнутрь, или, по крайней мере, выкинуть их и забыть. Но это твой выбор. Ты его сам определил. А если нет - то два года "срочки" почетной обязанности гражданина и забудь о том, что из тебя ничего "путного" не вышло.
  
   Далее, из обструганной заготовки начинают "лепить" машину, машину для убийства... Ой, только не надо пацифических заламываний рук. Просто задайте себе вопрос и честно на него ответьте. Погоны на плечи одевают не только для того чтобы на парадах красоваться, а оружие чистят не для того, чтобы оно раз в сто лет стреляло.
  
   Тут уже и фуганочек задействован и шкурка-нулёвочка, которая самые малейшие шероховатости убирает и сравнивавает.
  
   Целый цех, называемый государственной машиной, направлен только на то, чтобы привести изделие к товарному виду.
  
   Любое государственное учреждение, в названии которого встречается слово - война, или, по крайней мере, производное от него, "заточено" под единственную цель - защиту того государства, на верность которому присягают. А если оно, государство, хочет серьезной защиты для себя, то и учит оно на совесть, остальное зависит лишь от желания обучаемых и возможностей обучающих.
  
   Хотя и так тоже можно: "Не можешь - научим, не хочешь - заставим".
  
   Четыре-пять лет обучения и очередной "оловянный солдатик, деревянный по пояс" готов к употреблению, в пригоршне таких же "выточенных и ошкуренных" сотен и тысяч гладеньких чурбачков..
  
   Для государства эти шлифованные заготовки - пыль. Песок. Песчинка. Пока так.
  
   И только боевые действия показатель того, как "нарезан" узор на изделии, как отшпаклёвана и отшлифована основа. Только они - критерий. Не шарканье брюками навыпуск в районе арбатских военных округов, а не отмывающиеся пудовые сапоги от глины учебных полей и полигонов. Сбитые в кровь пальцы и стоптанные по пояс ноги, кирзовое от летнего зноя и пронизывающего мороза лицо - вот показатель того, что человек готов, хотя бы теоретически, к тому, что он может встретить на своём пути, называемой - военной стезёй.
  
   Кем-то из великих сказано: "Человек - звучит гордо". Дополним : "Но нет ничего легче, чем "списать" его".
  
   Да, да. Это не описка - именно списать.
  
   Один "умный правитель" сквозь усы однажды промолвил, покусывая мундштук курительной трубки: "Нет человека - нет проблемы". И только в районах, где "иногда" свистят пули и ты наяву, а не на словах и пальцах применяешь всё то, чему тебя обучали в "автошколе" - только тут приходишь к пониманию, что в масштабах страны ты действительно - песчинка.
  
   Первый раненный, погибший - всё "на автомате". Доклад, в лучшем случае объяснительная, естественно, если в состоянии написать её. И резиночкой стерта фамилия в ротной штатно-должностной книге... А далее, полистав странички, записываешь: "Исключен из списков, Приказ командира в/ч п.п. такой-то" и всё, это о том, кто рядом с тобой был ещё сегодня, а вот дальше... Кроме отпечатка памяти, начинаются "зигзаги бытия".
  
   Вот и поведём сказ об ответственности, той про которую не любят упоминать. Материальной она называется.
  
   ***
  
   Итак, кроме всякой "чепухи" - парадки , повседневки, которую обязан был взять выпускник училища Туманов с собой в "южную страну" для прохождения дальнейшей службы, двух "пузырей" водки и двух литров коньячного спирта закрашенных под компот, колбасы копченной, дефицит - вынесенной любимым родителем через заднее крыльцо ЦКовской столовки на проспекте Ленина стольного града Кишинёва, на самое дно чемодана, кроме "маршальского жезла" уложены училищные конспекты и методички: "Лейтенант, принимая взвод, ты обязан: Сверить "журнал боевой подготовки" с ротной ШДК... Принимая вооружение... обрати внимание... технику принимай следующим образом... Встань возле правой фары и, обходя левым плечом по борту, отмечай все недостатки... тебе на прием согласно устава, не более трёх суток... Составь ведомости и акты, зарегистрируй в службе воинской части."
  
   28 августа 1981 года. Провинция Кундуз, н.п. Имамм-Сахиб(6км южнее советско-афганской границы)
  
   Ха! Занесло же тебя. Бригада вон где, аж в Кундузе, в восьмидесяти километрах от ротного расположения, какие тебе тут службы и рода войск - невесело почесал маковку новоиспеченный выпускник ВОКУ - Союз в шести километрах, "почтовые голуби" с красными звездами и пропеллерами, только по вызову, да колоны за припасами, раз в месяц и то - по согласованию.
  
   - Александр Марестович! - обратился Туманов к командиру роты - проинструктируйте, с чего начать и как принять взвод в наших условиях.
  
   - Нах.. Сам роту принимаю, как ты взвод, все вопросы к Пархоменко. Он замкомвзвод твой и вместо меня уже полгода взводом рулит, пока я ротой. Скоро Виталий Михайлович("старый" ротный) из госпиталя прибудет, хотя на него уже есть приказ на бригадного "разведчика" и к нам, в Сахибку, он уже хрен, когда вернется. Так что, лейтенант, дерзай - достойный ответ "старослужащего", заслуживающий такого же внимания "сопливого" взводного.
  
   Дерзать так, дерзать.
  
   - Пархоменко, Юр, давай-ка, разберемся, что к чему.
   - ...
   - Понятно. Сколько по штату, по списку. Ага, автоматы на спинках кроватей, вместе с РД, пулемёты , гранатомёты разборные десантические, АПСы, снайперка... Вещевка с техимуществом в кладовке навалом. Пошли технику смотреть. БээМДэшки - три. Ну, с башней и с пушками "Громами" всё понятно. А где ПТУРы? Ага! Ух, ты! Движок сзади! На БээМПэшке, которую как пять пальцев знаю - спереди. Вот блин, а у машины ещё и клиренс меняется. Ладно, как-никак инженер - "допетрю". У механа - рычаги, а пехота-царица полей, например, давно уж за штурвалами сидит...
  
   - Товарищ старший лейтенант - через полчасика, обратился к Саше Портнягину, пока исполняющему обязанности командира роты - лейтенант Туманов взвод принял.
  
   И рапорт на стол. Всё - "потекли" чеки внешпосылторга и "закапало" на расчётный счёт полевого банка, хотя официально, начинают они отсчет после печати в загранпаспорте, в Тузеле ташкентском. Но нужен "официальный докУмент" - рапорт, дополнение к приказу о "вводе в строй".
  
   Пока Туманову взводным "работалось", вопрос о материальной ответственности меньше всего его заботил, а требования о сбережении и сохранении вверенного имущества затрагивался только старшиной на ротных совещаниях с постоянной формулировкой: " Ну товарищ старший лейтенант(капитан), опять на выходе прое...али( читай - потеряли, продали, обменяли и т.д.)шмотки у меня уже и сил нет, постоянно имущество рожать, я что вам свиноматка? Печень таких нагрузок от "кавы" (читай самогона) у вещевиков не выдерживает".
  
   Старшина во все века основной "накопитель" роты и все ротные припасы, называемые ротным хозяйством, прямой обязанностью ложатся на его плечи.
  
   ***
  
   Рота - уже "другой" уровень. Здесь командир роты уже за всё и вся отвечает. От мизинца на левой ноге рядового Турбандурдыева, до верхнего "колена" антены Р-123 на броне. Как организуешь, то и получишь. Недаром испокон веков повелось, армия состоит из частей, а части из рот. И только на этих должностях и "держатся" все вооруженные силы. А ещё на лицах материально-ответственных. Без них человек в погонах ничто и никто!
  
  
   Как же это хорошо и чудесно, когда ты "чист" перед Законом и не давит на тебя груз ответственности и не только за людей, а ещё и за то, чем "нагрузило" тебя государство, объявив тебя этим самым лицом - ответственным материально...
  
  
   25 февраля 1982 года. 3 десантно-штурмовой батальон 56 бригады. Провинция Логар. Прибыл Туманов после госпиталя и двухмесячного отсутствия в батальон. А тут новый ротный, Николай Николаевич, из 40 одшбр "николаевской", уже в течение месяца "рулит", "рубя" шашкой налево и направо.
  
   - Саш, а ты чего не в Союзе, заменщик твой уже "обкатан" - обратился он к "старому" ротному, ст. л-ту Портнягину, взглядом указывая на "нового".
  
   - Та в Сахибке, на подрыве два автомата разметало, и хрен знает, где они, с деревьев только ошметки мяса с лоскутками одежи поснимали под обстрелом. А документов на списание нет, хотя тонна макулатуры исписана. Вот и мечусь между особистами и службой РАВ. А как списать никто не знает - ответственность на себя никто не берёт, у нас же "войны" нет... Все подтверждают - да, подрыв, да - два трупа, да - два автомата. Ребята уже год как в земле, а их оружие по инстанциям ходит... Объяснили вот - списывается оно МО только тогда, когда номер будет обнаружен, а пока "висит" за нами.
  
   Только в апреле, "закрыв" полглаза, отпустили Портнягина в Союз, к новому месту службы.
  
   Николаев Серёжа - командир 9 роты.
  
   - Серёг, ты чё, замене не рад?
  
   - Так, слава богу, не посадили, за "особо крупные размеры" - вот 812 рублей насчитали, до тысячи не дотянул. Да и мать их так, главное "дубленка" целая. Когда эти акты на списание оформлять?
  
   Прилетают перед выходом на строевой смотр "лампасы".
  
   - Почему нет простыней? - ротный - взыскание.
  
   - Где матрасы? - опять взыскание.
  
   - Ротный с зампотылом - не обеспечите - с должностей долой.
  
   Все на "цырлах". На головы, как манна небесная, с неба всё сыпется,... А на хрена оно, такое счастье на выходах? Простыни "нулевые" быстренько на подшиву, матрасы после выхода - на ветошь.
  Начинаешь разбираться.
  Тебе дулю под нос: Вертушки были? Были.
  Имущество скидывали? Скидывали.
  Роспись твоя? АХЗ (а йух его знает). Наверное.
  А сколько скинуто, кто считает. А вешают на тебя по полной программе, хотя на выходах не более сорока-пятидесяти процентов роты. В остальном же "усушка... утруска... мыши".
  
   ***
  
   Нет, Туманов не жлоб, но - живём-то пока при социализме, а это учет и контроль.
  
   Построение батальона. Замкомбата "зациклился" на Туманове. "Разминает" его как пластилин. Всё ему не так. И боец в первом взводе "глазами не ест", и панама "3,14здой" и стропы на ботинках вместо шнурков, и старшина не на левом фланге, не на своём месте находится. Ну, скажи прямо, что гандон, а так - на тебе, все мозги через трубочку высасывает. А делов-то. Поступил он так. Короче, как должен поступать любой ротный командир.
  
   - Старшина, куда это ты "лыжи смазываешь"? - задаёт вопрос Туманов накануне в офицерском кубрике, после ужина.
  
   - Да вот посыльный, прибежал, замкомбата вызывает.
  
   - А? Ну, тогда "пиляй". Костенко ждать не любит.
  
   Проходит минут десять, в кубрик, матюгаясь, заходит Ромка. Офицеры вопросительно уставились на него.
  
   - Да пошел он. Принеси ему это, это и это. "Шестерку" нашёл - снимая портупею и зашвыривая её под кровать, бурчал наш Рафаэль...
  
   Ромка(правильно Рафаэль) из "спецов" чирчикских, их ещё "мусульманами" с чьей-то легкой руки прозвали. Сколько в роте не "раскручивали" его, так и не смогли узнать, за что это ему наградной на орден Ленина посылало начальство при вводе войск.
  
   - Так Рома, ты остынь. Что положено, нет проблем. Только вот с собой Книжонку возьми и пусть распишется за всё, что во временном пользовании - и всего-то делов. "Книгу учета материальных средств".
  
   - Командир, да понимаю я всё, и я ему об этом. А он орет, что я "оху..ший" прапорюга. Был замкомгруппы - никаких проблем, а тут тебе не успеваешь задницу вазелином смазывать, да от очередного "члена" увертываться.
  
   Кубрик зашёлся от хохота. У всех сразу перед глазами всплыл недавно "отшитый" на смотре перед очередным "выходом на реализацию" зам. "члена" Военного Совета. ЗамначПО 40 А - по нашенски. Ротный, ещё до своего ранения, за ним с ПМом погнался на плацу перед строем. Ну действительно, достали ироды! Тот за походные ленкомнаты вопросы "умные" задавал. Политбюро, видите-ли, расположено не в том порядке как требует того партия и правительство, а на "кремлевских старцев" в эти годы мор напал, "падёж" другими словами - не успевали, в связи со сложной политической обстановкой в стране, портреты менять, согласно сложившейся иерархии. А потом к его ПМу доеб..лся( читать - обратил внимание), не на том месте висит и не с той стороны: "Нам эСэСовцев в Советской Армии не надо".
  
   Личный состав батальона на смотре полуголодный стоит, а тебе тут про нитки на подшиве не того цвета и за узелки на шнурках к ботинкам голову беременную делают...Вот и не выдержал. А комбату, как рефери на ринге, приходится разводить "брейком" клинчующиеся стороны.
  
   - Ромка, а вазелина больше нету. Надо к Вовке Бондареву в медпункт сгонять. И то вопрос - остался ли. На батальон бочки, на месяц не хватает - смеясь "подлил огня" "пулеметчик" Валерка Перхайло.
  
   - Да идите вы - вспыхнул старшина - Хрен ему, а не "обнова", каждую неделю новье ему подавай, а я что баба - рожу что ль... Постирайся в арыке, высуши и ходи как все. Нет, ему подавай только "нулёвое". Простыни, наволочки, полотенца.
  
   - Ладно, Ром, не кипятись, пойду с ним потолкую - поднялся с койки Туманов, направляясь к двери.
  
   - Товарищ капитан! Когда Вы ротой командовали, Вы, как относились к разного рода "левым" приказаниям?
  
   - Я не понял, старлей, ты меня "застраивать" собрался? - вопросом на вопрос встретил замкомбата.
  
   - Да нет, просто в роте командую пока я, и старшина - пока мой подчиненный и приказы ему я отдавать буду, а вот Вы приказывайте - старшему лейтенанту Туманову и никаких проблем со мной никогда не будет. На этом и порешим, а через голову, не по-офицерски как-то. Разрешите идти?
  
   - Ну-ну, посмотрим...
  
   С вещёвкой вопрос порешали, а вот с бойцами, которых он хотел из роты "к себе" в группу "рейнджеров-головорезов" набрать, тут Туманов "костьми лёг". Так и "ходил на ножах" Туманов с ним до замены.
  
   Но "шкурные" вопросы с себя снял.
  
  
   ***
  
  
   В ППД батальон напоминает паука, плетущего паутину на всю провинцию Логар. В любую секунду, готовый "выбросить" свои жалящие щупальца на "раздражитель" в виде реализации разведданных, сопровождения колонн, засадных действий, да и просто "прочески". А ещё , не сходя с места, ядом артиллерийского огня, "поплевать" на близлежащие кишлачки. Вредные мы тарантулы до безобразия, если нас постоянно "в норке" шурудить. За лишние "телодвижения" мы не прощаем. Долг платежом красен и всё на миру должно быть взаимно. Вы нам "говнеца", в виде эРэСика, на плац батальонный закинули. А мы вам ведро с "клистиром" авиционным на сборище ваших главных духовских аболдуев, вместо пилюль выпишем, в виде бомбочек авиационных. Так и живём : "ты мене - я тебе". Военный пинг-понг.
  
  
   Сегодня из Кабула "полтинник"(350пдп "витебской" дивизии) тянет "ниточку".
  
   От Кабула до Мухамед-Ага-Вулусвали пустыня, а затем "наша" любимая зеленка начинается. Батальон у себя дома, провинция Логар - эта батальонная зона ответственности, дорога до выхода из "зеленки" прощупана "кротами", все в ожидании встречи с колонной. По отработанной схеме, постами выставляются вдоль бетонки роты на БМД, в "Мухамедке" перехватывается она нашей БТРовской ротой и проводится в Гардез, в бригаду. Обычная процедура для любой колонны. После её прохода батальон, собирая посты уходит в ППД.
  
   За поворотом, у разрушенной гостиницы, "неприятности". Ну очень сильно там стреляют. Прям своего голоса услышать нельзя. "Витебчане" поджав хвосты из "зеленки" в пустыню - юрк. В "чужой" зоне ответственности нести потери - добровольно подписать себе приговор.
  
   А нам куда?
  
   Только в свою "берлогу". Перефразируя "знаменитого политрука Клочкова" - "За Бараками - для нас земли нет. Позади только бригада - НАША".
  
   Комбат таких "залипух" от духов не прощает, сердце у него неровно стучать начинает, ежели сдачи не выдаст в зад. Правоверным сей завет незнаком : Ударили по одной щеке - подставь другую. Вот и он его не выполняет...Он в Баку учился военному ремеслу. А в кавказских ВОКУ офицеры "твёрдым членом" деланы.
  
   Что есть в его подчинении: авиация , реактивщики, ствольники, да еще и батальон - всей огневой мощью "разгуляляются" по обидчику. У противоборствующей стороны после - стрижка "чубчик"...и молчок на бетонке-дороге , как минимум на недельку-две.... "Не трожь дерьмо, оно и вонять не будет"
  
   Вот те раз. На бетонке два бронежилета в кювете - новьё, "муха не сидела". В Одессе прибаутка такая есть: "Быстро подобранное - не считается упавшим". Для батальона это диковинка, не было ещё у нас такого добра. А с ними мороки - "мама не горюй". Но это для "витебчан", они сегодня "маши-растеряши", а не для нашедшего.
  
  Кратенькое разъяснение:
  
   Стоимость одного "броника" - 1017 рубчиков. До 50 руб. стоимости любой "шмотки" в армии имеет право списывать командир части, до 100 рублей - комдив. 1000 - округ, а что свыше - только Москва. Вот и судите сами, сколько документы "гулять" по инстанциям будут, чтобы что-нибудь списать с Книг учета. Годы! А интернациональный долг у кого как исчисляется: кому днями, кому месяцами. Летом 83 года "разродились" и опустили цену "броников" до 998 рублей, а это уже Ташкент списывает, на один "рычаг" меньше. Не "мармелад", но всё же . Зато кровушки попито по самое не могу.
  
   Ладно, забираем - в хозяйстве всё сгодится. Да и с начвещем бригадным вопросы недостачи вещёвки в роте "закрыть" можно все , покрыв её суммами от бронников. А как же - усушка, утруска, мыши".
  
   ***
  
  
  
   ...Ближе к вечеру рота вернулась с сопровождения. Сняты последние посты, броня "на галстуке" приволокла 374 БТР, черпая пыль передним развороченным мостом, тот всё "упирался" в землю, оставляя за собой шлейф непроглядной пыли. "Медики" на стрёме. Встречают. Комбат на крыльце штаба.
  
   Уже возвращались домой, от Мухамедки, за ущельем. Расслабуха, день как никак без "сюрпризов". Улыбки на ширину японского приклада и на тебе. "Итальянка". Все живые, чертяки - это главное. Во втором взводе один перелом и двое контуженных. Троценко до сих пор блюёт, позеленел весь, наизнанку его выворачивает. Попову шину наложили. Завтра вертушками в Гардез заберут, пусть замполит "посуетится", он сегодня "на базе" интернациональный долг выполнял.
  
   Как всё-таки хорошо иметь высокий бэтээровский клиренс, да резину вместо "траков".
   Перед казармой "выбиваем" друг из друга пыль, шлемофонами по крыльцу, дежурному по роте скинут лифчик:
  
   - Замполит! После сдачи оружия построение. Обед накрыт? Без меня не отправляй. Я к комбату - Туманов посеменил к штабу, доставая из широкой штанины вазелин.
  
   Перво-наперво на доклад, а затем и сами в порядок приведёмся.
  
   - Хреново конечно, подрыв - моя вина - невесёлые думы прокручивались в голове - сам расслабился, а на бойцов раслабон моментально передается. Сколько раз долдонил : улыбнуться можно только в батальоне и то, после доклада дежурного, что все оружие и люди на месте. А так, трахать, трахать и трахать, и себя и "бобров" - и сам себе же изменил, мудак.
  
   - Товарищ майор, на выходе из ущелья на обратном пути 374 "итальянку" словил. Тут два варианта: или саперы её сразу не обнаружили, или пока мы ходили до Мухамедки духи в этот промежуток её подсунули.
  
   Комбат ехидно улыбнулся, хотя офицеры друг друга поняли.
  
   - Ясный пень! Наградные на ребят напиши. Как машина, восстановлению подлежит?
  
   - Есть! - фуу, пропиздон миновал - За дня три-четыре сделаем, товарищ майор, с раннее подорванного 373 передний мост перекинем, там только редуктор оборвало, а всё остальное в норме.
  
   - Раз сам всё сделаешь, я в бригаду не докладываю. Но смотри мне, больше жалеть не буду и за "разгильдяйство" распишу по полной. Иди отдыхай!
  
   Да я сам себе больше спуску не дам, "задушу и сгною в зародыше" - слова Туманов на ветер не бросал. И расправив плечи уже широкой походкой покинул штаб.
  
   Так, сейчас к Бондареву в санчасть.
  
   - Володя, как мои? - уточнил у "пилюлькина" в медпункте.
  
   - Да нормально, отделались лёгким испугом, но жить будут - улыбается Володька - Ты себя в зеркало видел?
  
   - Да иди ты! Думаешь, умылся, так на других "скалиться" можно, ладно Володь, если что - "три зеленых свистка".
  
  
   - Смирно!
  
   - Что хохлы прищурились - заходя в расположение, Туманов обратился застывшему к строю - Дежурный, оружие?
  
   - В наличии.
  
   - Хорошо. Старшина, после приёма пищи роту в баню, замкомвзвода в канцелярию.
  
   Пять сержантов потянулись в офицерский кубрик.
  
   Подведение любого мероприятия надо проводить "по горячему". Да и доходчивее это всегда.
  
   - А что, в роте комбат совещание решил провести? - Туманов обвёл в кубрике взглядом рассевшихся на кроватях офицеров из других рот. И вопросительно уставился на своих офицеров.
  
   Почему-то все батальонные командиры подразделений собрались в офицерском кубрике роты, пока Туманов на докладе был.
  
   - Так сержанты, догонять роту, после поверки разбор полётов проведем.
  
   Те довольные, "очко-то" оно всё чует, сразу исчезли.
  
   Серега Комаров (командир минометки) начал издалека, но бидончик с "кавой"(брагой) сразу на стол:
  
   - Сань, у тебя БэТэР "подлетел", а нас тут такая, мысля, осенила и комбат не против.
  
   - Ну, наливай, чтоб попонятнее было.
  
   Володька Контио (командир восьмёрки) вместе с Лесшишиным Серегой (командир взвода в восьмёрке), "свой" бидончик из бушлата солдатского "раскутывают".
  
   Все по кругу, по кружечке. Мы тоже не лыком шиты, наш "мебельный гарнитурчик мадам Грицацуевой" к бою: буханочка хлеба, тушняк, что там ещё. Ага, баночка бекону пятого эталона, луковиц пару штук, от цинги - всё на стол, видимо "базар" серьёзным будет.
  
   Серёга продолжил:
  
   - У всех замена не за горами, а вот имущество списывать надо, а как его спишешь, в день не более 50 рублей и то бригада, а не мы.
  
   - Ну-ка ещё плескани, что-то я после колонны не врублюсь - пока не "отбрили", Туманов нахальничать начал. Почуяв "откат", быстро протянул пустую кружку "раздатчику".
  
   - Ваша "семерка" больше всех по дорогам шастает и подрывы у вас чаще. Так вот на эти подрывы и списывать имущество всё подчистую.
  
   - Так ребята, серьёзные дела с кандачка не делаются, давайте перенесем всё в парилку, там и порешаем. Помыться надо, а то псиной провонялись за сегодня.- Туманов всем предложил к артиллеристам "на батарею" в баньку наведаться.
  
   - Димыч (зкрпч) - обратился он к замполиту - ты сегодня ответственный, до отбоя рота "на тебе". Наградные "накатай", и сразу "на мост" Коняева (техник) кинь. Ему пару дней с Черневским (кдшв-2), с 373 - он знает, на "кладбище", снять редуктор, пусть посмотрят обязательно торсион, вряд ли после подрыва старый сгодится, и агрегатами, не разбирая, пусть меняют всё что можно, через месяц траулеры обещают, мы после бани подтянемся. После обеда все на чистку оружия, и дневальные на тумбочке пусть свое "пидарасят". Завтра роте в парк. С "замками" разбери сегодняшнюю колонну. "Сработали" сегодня неплохо, но пропиздон сделай за расслабуху. Давай на обед с ротой, а мы пока тут перекусим. Ну благословляй быстренько, с тобой во главе - уже и не пьянка...
  
   У артиллеристов Валеры Ларионова на огневых позициях, находившихся сразу за каменным забором, при любых батальонных "телодвижениях"(выходах), баня всегда была на пару.
  
   Сколько этих "ниточек"(колонн) проведено, только один батальонный Журнал боевых действий знает. А если кроме проводки колонны роты распылялись ещё и по отдельным задачам, то вероятность управления с "брони" батальоном, типа подвижного КП, увеличивалась. Тут свои, там "зеленые", там засада, там "мирная" помощь дружественному народу. А сегодня - колонна.
  
   Из батальонного начальства, которое всегда "забивало" после выходов эту баню, на сопровождении сегодня никого не было. Сопровождение "нашей" колонны батальонным начальством происходило "не вставая с койки", то есть из пункта постоянной дислокации. Посему и баня сегодня была в нашем безраздельном распоряжении.
  
  
   Еще по кружечке.
  
  Сладковата - не до конца выстоялась, крепости ещё не набрала.
  
   "Выстраиваем" колонну в направлении батарейной бани и уже с продуктовыми "авоськами" шествуем к Ларионову - "на батарею".
  
   Валера с распростертыми объятиями встречает "нежданных" гостей.
  
   - Здравствуйте гости дорогие! С чем пожаловали. Зачет сдан - после осмотра "наших" тормозков констатирует он - мы тоже в носу недаром ковыряемся! Заходите, будьте как дома, но не забывайте, что в гостях. Оружие, я надеюсь, с собой не брали?
  
   - Как это, а вот - показываем на гармошку, все смеются, заранее зная, что Валера после "парилки" под марш "Славянки" начинает "резко замечать" на горизонте несметные караваны в пустыне с иностранными вооружениями.
  
   На лицах дежурной смены на огневых позициях - уныние. Снова в батарее ночные "учения" грядут. Позиции располагаются всего-то в пару метрах от душевой. С наступлением сумерек, всё что движется - короче, это время называется "комендантским часом", а комендантом гарнизона, естественно, является самый старый по возрасту ротный, то есть Валерка, он же "бог войны" - разносилось под орех.
  
   У "пехоты" всегда зависть к "глушенным". Но это начинаешь понимать лишь после первых выходов. "Качколазы" ноги до задницы стирают, а они подворотнички на огневых меняют два раза на дню. Кто на что учился. Таблички, планшетики. Все цели пристреляны, погоду "посчитали" и "шмоляй" без пыли и шуму.
  
  
   В насыпь арыка, протекающего по верхней кромке батальона, "врезана" баня. Труба с камнями на металлических подвязках находится внутри парилки, а "сосок, " по которому соляра капает - снаружи. "Поларис" - называется. Прямо перед входом в баню РДВ-5000(резиновый презервуар на пять тонн). Раздевалка, она же предбанник, оббита тарой из-под снарядов, да ещё "умельцы" русалок с Нептунами паяльными лампами на стенах "нашкрябали".
  
   - Серёга, это тебе не "Подносы" за нами таскать в горы, а артиллерия с большой буквы - подначиваем нашего ротного миномётчика, Сергея Антошкина - Скажи, ты о таких серьёзных системах как 2Б14 у своих Тбилисях слыхивал?
  
   - Нее. Это сов. секретное - раздеваясь, гоготал наш "Антоша"(он закончил ТбилискоеВАКУ).
  
   Ну что вам рассказать про наши "тушки". В глазах резью засверкали белые, как Снегурочка, ягодицы. Кощеи Бессмертные полезли на полки, кряхтение показное приветствовалось
  
   - Охах, ахах! Ещё поддай.
  
   Начинаем покрываться мелким бисером пота.
  
   - Я уже не могу - через пару минут, сползая с самой низкой полки, вопит Сережа и выскакивает в предбанник.
  
   А там Валеркины бойцы столик накрыли, простыни, полотенца разложили. Чё не так, Валера парень резкий. Боятся его в батарее, боятся - значит уважают.
  
   Остальные степенно, не солидна в нашем возрасте суета, мимо "презервуара" с водой прямо в арык горный. Вот оно счастье! Тысячу иголок пронизывает тело. Оно от перепада температур покрываеся красными пятнами, а по всем членам - истома. О! "Колокольчики-бубенчики" застучали, главное кощеево бессмертие не застудить - пора опять на полку. И так до изнеможения. В промежутках, естественно, брагулька, сдобренная Валеркиным "самопалом".
  
   Ну, вот теперь можно и о делах.
  
   - Так что там, Комарик, ты о списании "базарил"? - переходим плавно к "четвёртому" вопросу любого совещания.
  
   - Так это, у тебя, к примеру, подрыв, а ты наших бойцов со своими перевозил, вот и вместе документы готовим. А там ещё пару групп восьмерки или девятки. Я к чему, комбат не против общие ведомости на списание подписывать, хоть и не его это дело.
  
   - Мысль дельная. Короче решим так. Завтра с утра Черневский с писарем оформляет документы, а вы все подсылайте писарей и общей ведомостью за подписью комбата отправляем в бригаду. Только, чур, я Ваши каптерки не перевозил. Матрасы с койками на подрывы не списывают. Всё, тему закрыли.
  
   - Всем в парилку!
  
   - Ха! Вспомнил, сидим как-то в "Весне", Санёк, ты помнишь нашу "Портупею" на Панфилова? - обратился Валера Ларионов к разомлевшему на полке Туманову, они с одного города в Союзе и уже полузаплетающимся языком поведал всем парившимся одну историю про списание имущества. Он служил в Союзе в 300 кишинёвском полку ВДВшном, а рядом с этой кафэшкой родители Туманова проживали.
  
   ... " Перед сдачей батареи вещевой службе я "поляну" накрывал. Сидим значит там с начвещем полка. Тоже по поводу списания, а с нами за столом "дядя Флора" - начальник вещевого склада. Ему этак лет под шестьдесят будет, он и говорит мне: "Сынок, я тебя научу всё списывать". Хоть он и прапорюга, но "батя" (командущий ВДВ - Маргелов В.Ф.) при инспектировании полка всегда с ним первым обнимется, они вместе на фронте воевали, а потом уж дивизионное с полковым начальство к себе подпустит на заслушивание... Вот скажи - говорит он - что в армии списанию не подлежит? Хрен ответишь! Думай, не думай, а вот ЛОМ от БМД списанию не подлежит и срок службы для него не действует, сдаётся он только "наличманом", а не по актам. Вон, гляди начвещ улыбается, а знаешь почему? А потому, что мы все ломы в полку с ним списали. Ведь платить за "железо" никому не хочется.
  
   - У меня шары естественно по-полтинику. - Валера пальцами начал показывать какого размера стали его глаза -
  
   - Как? Научи, прошу... пришлось ещё "графинчик винчика" выставить.
  
   - Кхе, кхе - прокашлявшись, продолжал он - Вот скажи "индейцы" твои к хозработам привлекаются?
  
   - Не без этого. Да и что вы спрашиваете, сами в батарею каждый день за ними приходите.
  
   - То-то же, вот и в акте на списание пишешь, что "ломы металлические" в результате "интенсивной" эксплуатации "стерлись" до толщины иголок, а они списываются по вещёвке. У нас документы в верхах все "прошли". Видишь вон сидит "главная полковая портянка" и "лыбится""
  
   ...после затянувшейся паузы вся парилка скатилась с полок от хохота. Ломы - иголки. Логика железная!
   ----
   2Б14 - 82мм миномет
  
   ****
  
   Не видел Туманов "цинков" за речкой, не сопровождал их. Как-то так получалось, что это было без него. "Борты" по вызову, пришли - ушли. "Броня" в горах подошла к пешим группам - загрузила и "укатила".
  
   Сами "вышли" на плащ-палатках, в санчасти "последние почести". И снова в строй, а ребят уже "другие" оприходовали. Писали наградные, "вымучивали" подвиги, составляли донесения, но это без "рабочих лошадок афганской войны". Рядовых, сержантов, взводных и ротных - непосредственных участников событий.
  
  
  
   Где-то слышал Туманов , что "Афган - это "война комбатов"" Но со своей колокольни - ответ у него другой. Это - война взводных и ротных.
  
   Командир батальона и батальон - основная тактическая единица, но это по уставу, на равнине, когда на поле боя разыгрывается "классика". А в "наших" горно-пустынных условиях, вопрос жизни и смерти, выполнения боевой задачи ложился на плечи тех должностей, о которых упоминалось выше. Сержант-взводный-ротный.
  
   Зададимся вопросом.
  
   Зачем пишут ветераны?
  
   Как же на него трудно ответить, и в то же время нет ничего проще - "выпалил" из себя всё что думаешь и всего-то делов.
  
   Так и Туманов, переписал бы тонны бумаги, заплатил бы все свои "недостачи". Лишь бы никогда бы не видеть бы ребят с закрытыми навеки глазами. Никогда не складывать на груди им руки. Никогда не "подбирать" их берцы и кисти. Никогда не видеть бы рыданий матерей и вдов на могилах в Союзе. Чтоб не поднимать за них - третий...
  
   Есть такая поговорка - "Служить тебе, как медному котелку" На себе это прочувствовал Туманов, так же как и тысячи других. Но только одну тяжесть вынес он с этой войны.
  
   Нет, не физических нагрузок и моральных лишений, ни отсутствия элементарного быта и "цивильного" бытия. На всю жизнь осталась тяжесть потерь.
  
   Понимаешь сердцем, что сделано всё возможное, а иногда и невозможное.
  
   Выложился весь наизнанку, до кровавых соплей. Понимаешь разумом, что война без потерь не бывает, а вот душа не принимает. Противоестественно это в двадцать лет. Противоестественно, когда родители стоят у могил своих детей. Нет, Туманов совсем не герой. И ему было так же страшно, как и всем, пусть кто-то скажет, что на войне не страшно. Он или "дятел", как говорят дети или дурак. Он "делал" так как его учили, но может и величество случай помогал ему иногда и то чувство ответственности, которое легло на плечи с офицерскими погонами - ответственность за своих бойцов.
  
   Не было за всю его долгую последующую офицерскую службу такой близости со своими подчиненными, как здесь - в Афгане. Ему повезло, что здесь он её прошел в должностях взводного и ротного. Это печатью отштамповалось и на всю оставшуюся жизнь. Ни толики панибратства, а только "ратная" полная невзгод и радости, тяжести нагрузок и горечи потерь, счастья получаемых писем и стрекота долгожданных вертушек - это на всю жизнь.
  
   Медный котелок - аллегория.
  
   Не видел он медных, всё больше алюминиевые были, сначала с кружками и ложками внутри, потом комбинированные пошли. Подкотельники для каши. Так же и они, только что "выпестованные" военными училищами. Со склада новые, с глянцевой защитной красочкой. А первый привал, первый выход в поле и начинает стираться тот первоначальный блеск. Над костром подержишь, в цинке с солярой разогреешь пищу и покрывается он гарью и сажей. А тут и смотр строевой, надраишь его песочком, красочкой новой подкрасишь , свой номерок "по списку" нанесёшь и вот опять готов к употреблению.
  
   Только там, за речкой, сто раз убеждался в правоте слов песен Булата Окуджавы: "Пулею пробито днище котелка, маркитантка юная убита." Его песни, это песни "его величества пехоты". Ничего придумывать не надо.
  
   Пехоты - царицы полей...А он был взодным на ВЕЛИКОЙ ВОЙНЕ!
  
   ***
  
  
   Офицерский кубрик роты к "особическому" самый ближний, поэтому все новости, в пределах разумного естественно, офицеры роты первые узнавали от Володи Малькова - батальонного "молчи-молчи". Кто на что учился, но он тоже "танкист" по образованию, и все человеческое ему тоже не чуждо. Нормальный мужик был - без "выеб..нов".
  
   - Ребята - после подъёма, заходя в кубрик, сказал он - снимайте с разбитых машин всё что нужно, завтра будет поздно.
  
   Из Гардеза приходят трейлеры. Сначала из Кабула их гнали в бригаду, через наш батальон, в нашем исполнении - мы вели колонну, рискуя водилами на каждой кочке и повороте. Затем, решив, что в нашем батальоне тоже техника есть, часть "пустых" и нам в батальон выделили из Гардеза. Как-будто нельзя было сразу у нас оставить часть прибывающих машин.
  
   - Добре, спасибо Володь - подшиваясь, и одновременно, обведя взводных, взглядом, продолжил ротный Деткин - Всем всё понятно.
  
   К вечеру "кладбище" батальонной техники сияло словно у кота мошонка, после того, как "пехота" с водилами на животах "изъелозила" все мыслимые и немыслимые щели в подорванных машинах.
  
   Утро. Подходит бригадная колонна из Гардеза, сопровождаемая первым батальоном. Комбат у КПП встречает старшего колоны, обнимаются. Это начальник броннетанковой службы бригады майор Донец. Он ведёт колонну на Союз.
  
   - Да Вы что? Смеётесь? - первые слова начальника колонны, после осмотра готовой к погрузке техники - Они у Вас как игрушки. Печайко (зкбтч), я такую технику в Союз не повезу. Делай что хочешь, но "броня" пока не готова для сдачи.
  
   А что с ней делать?
  
   - Николаич, твои БэТэРы идут на Союз - зампотех батальона нашему ротному - Вот и решай "проблемы" с Донцом.
  
   Николаич не лыком шит, с улыбкой к Вовке Малькову, что-то уже придумал.
  
   - Володь, поможешь, а? Что-то этот БэТэР действительно клёво смотрится.
  
   - Да нет проблем.
  
   - Санёк - к Туманову - надо пару-тройку "Мух". Я каждому БТРу под башенку засандалю... и будет им кирдык.
  
   Дежурный по роте исчез и через пару минут бежит назад с тремя тубусами. Две за спину закинул, а одну под мышкой держит.
  
   В войсках как заведено. Если на "сабантуйчике" с употреблением "политический" присутствует, а еще не дай бог и разливает, то в первом случае называется уже не пьянкой, а мероприятием, а во втором - торжественным. Так и у нас, ежели "особический" с нами - уже не преступление. А ежели и сам участие принимает - расценивай как подвиг.
  
   К "кладбищу" машин, расположенному за мечетью, слева от расположения казармы восьмой и девятой роты потянулись любопытные. Словами анекдота - " Почему в Львове бабу "трахнуть" на центральной площади невозможно?". Каждый считал своим долгом дать самый необходимый совет.
  
   - Ну, Володь, давай! - раздвигая тубус, щурится Николаич, открывая пошире рот.
  
   Бабах! Место выстрела окутано пылью. Пыжи вышибного заряда вылетают назад. Как бы нехотя выстрел выползает из трубы и, вращая стабилизаторами, набирая скорость, встречается с броней машины. Дзинь. Рикошет. И взмывает вверх. Через пару секунд срабатывает самоликвидатор. Пердец!
  
   Второй выстрел. Бабах, Дзинь и "те же яйца". Слава богу, хоть не в сторону казарм.
  
   - Слышь Николаич, какое-то оружие неправильное - хватая ртом, воздух орет Мальков.
  
   Они с ротным одну бурсу заканчивали, там где "броня крепка и танки наши быстры" - ульяновское танковое.
  
   Дежурный, просёкши, что одним рейдом казарму не закончится, метнулся опять в ружпарк, за очередной партией "одноразовых" изделий.
  
   - Изучайте матчасть, не лишайте своих будущих детей отцов! - только и буркнул под нос уходя от такого позора на глазах у всего батальона комбат в штаб.
  
   - Так это, Николаич отойди чуток и будет тебе счастье - "лыбятся" батальонные взводники-общевойсковики. "Рязанцы", так те вообще "броню" за людей не считают, сплюнув и махнув рукой, уходят - представление сорвано.
  
   "Цирк уехал - клоуны остались". "Двадцать сантиметров лобовой брони", "Да у них на лбу х... вырос" - это тот скромный набор эпитетов, посыпавшийся на "бедные" головы танкистов.
  
   Николаич с Мальковым, уже наученные, что с близкого расстояния только рикошеты, отошли подальше. Выстрел. Доля секунды. Взрыв. Трещина по борту.
   Еще выстрел. Взрыв - башня съехала с погона.
   А дальше, наперегонки расправились и с остальной техникой.
  
   - Как мы их!
  
   - Вот теперь нормалек - улыбаясь, согласился и зампотех - Костя Печайко, прикладывая к актам на списание и фотографии отправляемой техники (фотки-скороспелки делал замполит), которая уже "респектабельно" выглядела для сдачи в Союз.
  
   Никто даже не предполагал, что через пару часов, по дороге "наша" техника ещё раз будет "убита", подорвавшись на двух фугасах в районе Мухамед-Ага-Вулусвали, но уже "сидя верхом" на трейлерах. У нас-же в батальоне не было ни средств для их эвакуации, а, честно говоря, и желания их "вызволять". Наверное, и до сих пор в кюветах ржавеют.
  
  
   ****
  
   Война. Если её всё время вспоминать, свихнет крышу набрекень - отсюда "течи" в ней и необратимые последствия для "Келдыша".
  
   Бой - это песня для офицера, "мелодия" его предназначения. А как звучит красиво?
  
   "Мы туда, а там - бабах, они сюда - а мы их, они назад, а мы их уже тут и опять бабах, а потом они нам - ух! Одно слово - гады. А этого мужика, конечно, жаль, но сам дурак." Ну что-то приблизительно в таком роде.
  
   Бой - это когда всё спланировано, всё предусмотрено, когда задачи до всех исполнителей доведены, когда каждый знает "свой маневр", но все-то от противника пляшут... А у нас что? Стычки, вооруженные столкновения. А противник? Вот тут и нужна та "суходрочка" армейская, доведенная до автоматизма, по которой обо всей армии сейчас судят. Чтобы дурных вопросов не возникало.
  
   Зачем и почему?
  
   Приказ - выполнение.
  
   Вопрос не по делу - убит. По-другому не получается. Их (вопросы), если жив, останешься, на политзанятиях будешь задавать или на совещаниях, на то она и ППР (посидели, по3,14здели, разошлись).
  
   Но кроме войны в Афгане была и простая служба, рутинная в своем понимании. Почета от неё не было, но без неё никак. Вот тут-то на первый план и вступают, почему-то неуважаемые всеми "боевиками" виды обеспечения, а их о-го-го сколько, и тыловое и техническое, про боевые совсем молчу, а по каждому виду ещё и своё имущество, свои части и подразделения.
  
   Объяснить я объясню, но вот логику эту нам никогда не понять, сколько бы не старались. К примеру, почему БТР, весь из себя "железный" относится к автослужбе, а вот К-750, мотоцикл с коляской, к бронетанковой технике. Спирт списывается не в литрах, а в килограммах. БСЛ-110(большая саперная лопата длиною 110см) с боевой техники - списывается не по инженерной, а по БТслужбе, а комплектуется опять-таки, инженерной. А БЛА (беспилотный летательный аппарат) "закреплен" за начальником разведки.
  
   Вывод один. Противника надо запутать до такой степени, что он плюнет на наши "катаклизмы" и никогда с нами воевать не начнёт - самому дороже. А вот ежели "супостат" официально войну объявит и не начнёт, то тут мы сами себя "победим" - строевыми смотрами задрючим. Сдадимся на радость победителя, уйдя в леса и тайгу.
  
   "Да они, крысы тыловые! Штабники - зачухоненные. Да что они видели! Да мы кровь мешками! Да мы, да нас, да их". Но это лишь до тех пор, пока сам не начнешь "рулить" этими видами обеспечения. Их организовывать и за них нести ответственность.
  
   А эти "ребята-тихони", совсем незаметно делают свое дело и приворовывают конечно - ну как без этого. Чтобы "банда батьки Махно" смогла в поле выйти, ей ой как много необходимого с собою взять надо было, а тут и существует войсковой механизм со своими шестереночками, винтиками и шурупчиками. Чего-то упустишь, недовернешь, недотянешь, недоглядишь и получи себе "гранату в штаны", перефразируя слова фельдмаршала: "маркитанта через год или на повышение или на плаху".
  
   Ну, незачем им на себе тельники рвать, для этого есть другие. Кто на что учился. Хотя зависть "белая", вот что движет мыслями командира. Посчитали и прослезились как-то седые головы с лампасами - сколько их, частей и подразделений у нас в армии для обеспечения боя. Не ведения, а именно обеспечения - аж восемнадцать процентов от общей численности войск. У "супостата" например, не буду акцентировать внимание какого, лишь - пятьдесят два. Предложения и выводы сами напрашиваются. И чем будут дополнительно нагружены боевые части? Правильно - решением этих самых задач, называемых обеспечением. А кто боем заниматься будет? Кто с берданкой наперевес в цепи пойдёт? Пересчитать - пальцев рук и ног вполне будет достаточно.
  
  
   ***
  
   Весть эта в считанные секунды облетела батальон. "Главное батальонное ухо", в лице начальника связи, Женьки Сивакова, по секрету доложило: "Одному из офицеров нашего батальона необходимо убыть в командировку, в Союз, для получения БТСов.".
  
   Последняя декада января 83года. Батальон только-только вернулся с армейских "зимних Бараков"
  
   Кто? Кто тот счастливец, который может "лишний" раз побывать дома. Ведь ни для кого не секрет, что любая поездка - туда, это обязательный заезд домой. Кто бы и как бы не увещевал, но я себя уважать перестану, если хотя бы с пяток минут дома не побуду, что мне сделают... но эти мысли могли зародиться только на втором году пребывания "за речкой" и никак не раньше.
  
   "The mature" - "взросление" налицо. "Заматерели" все, мхом поросли и огрубела не только наша кожа, но и душа. Цинизм - не тот гражданский, который лез из всех щелей по прибытию в бригаду, а уже наш - "закаленный", в боях заработанный, на лицах застывший. Только по нему и определяешь человека. Оттуда.
  
   Кто же? Из батальонного звена - только замкомбата по воздушно-десантной подготовке... но он, тут в Афгане, и так практически не бывает. Такое чувство, что он не здесь, у нас в штате числится, а в Союзе служит, а к нам, к своему месту службы - только в командировки прибывает. За полтора года, я его пару раз и видел, и то в горизонтальном положении.
  
   При вводе, когда бригада только в Афган вошла, у нас две "полёвки" было... "Чирчик-1" - это те, кто "чеки" получал, выполняя интернациональный долг и "Чирчик-2", а "эти" были на базе, в Азатбаше. Была такая нештатная группка людишек, которые якобы и были, но которых в подразделениях никто никогда не видел. Ну, навскидку - начхим с батальонными инструкторами, начфиз, ВэДэСники со своими аппаратами, комсомольцы, партайгеноссе со своими, продолжать не буду, сами знают.
  
   Как-то раз передернуло, услышав, как один из таких "вояк" хвастался, что он больше цинков отвез в Союз, чем другой.
  
   "Кому живется весело, вольготно на Руси - начальнику физической, начальнику химической и зам. по строевой" - слов из песни не выкинешь. Но, на "войне" - зам. командира, та "затычка" - где тонко и всегда рвётся. Это в Союзе, кроме целины и стрельбища с танкодромом его нигде и не встретишь, да ещё на плацу во время смотра. А здесь - это старший при любом выходе. Кстати, химику потом, положенные ему по штату, огнеметы с огнеметчиками "навесили".
  
  
   Необходимы эти должности я не спорю, только у строевых командиров они улыбку вызывают и ещё лишнюю головную боль, особенно, когда не за них, а за их поступки "люлей" получаешь, хорошо еще, когда только "словесно", а если в приказах, то тут долго отмываться приходится. Эти "деятели" обычно свое "геройство" напоказ. То пулю себе в живот спьяну, то, не зная матчасти - "поковырять" в том месте, где низзя, то "погулять" - сходить к "друганам" за лишним пакетом кишмишовки. Такими "поступками" все армейские трибуналы забиты.
  
   Вспомнился Туманову и такой "герой" в палате кабульского госпиталя. Все на койках с поднимающимися половинками, а это "чудо" в углу на матраце скулит. С культяпкой вместо ноги. Первый порыв - пойти "фэйс" начистить эскулапу за такое отношение к раненному. Костыли в зубы, ротного под руку, в разных палатах с ним лежали, он в первой, а Туманов во второй хирургии, "пошкандыбали" на разборки.
  
   Увы, не мы первые.
  
   В ординаторской, слёту нам в лицо историю болезни раненного - получи!
  
   "Ранение получено в результате..."
  
   "Ах! Ёпть твою мать! Подорвался! Так ты ещё сцука и скулишь. На 66-м солдатские шмотки продавать возил. Хрен с тобой, тебя бог наказал, а водила-то причем - он родителям живой нужен, был!". Сейчас, небось, где-то о подвигах своих вспоминает.
  
   Всегда умилял такой подход, этакий "воспитательный момент" в работе с командирскими кадрами батальона бригадными начальниками. Особенно по соблюдению штатной дисциплины.
  
   Каждый "свисток" через своих начальников в управлении бригады "выбивал" себе "землЯка" из боевых рот в виде помощника. Свинаря, дизелиста, художника - продлжать можно долго. А после приказ - немедля такого-то из роты в бригаду... Проходит время...
  
   - Старлей, у тебя Пупкин совершил кражу!
  
   - Who is Pupkin? Кто это?
  
   - Ах, да ты и людей своих не знаешь. В роте порядка нет, люди не обучены, политико-вопитательной работы не проводится.
  
   - А где кража - то?
  
   - Как где, на продскладе.
  
   - А продсклад где? У нас вроде бы вчера замок висел, а прапорщик Вареньев (командир хозвзвода) внутри на складе живет.
  
   - Как где? А ты откуда, из Бараков. Ааа, ну всё равно - непорядок, придешь в приказе распишешься - там тебе выговорешник.
  
   - Спасибо!
  
   - Ты гляди, какой наглец? - приблизительно в таком ключе происходили бригадные диалоги при нашем любом появлении в стольном граде Гардезе.
  
   Ну да ладно, это прелюдия.
  
   Итак, мы могли тешиться только догадками. Взводных в ротах "покосило", раз два и обчелся. - Госпиталя и отпуска. Ротных никто не тронет, только "естественная" убыль. Замы? В каждой роте по два - "политический" и "ВэДэПэшник". В нашей - два на месте. В восьмерке - замполит - вакант, а Саню Медведева хрен кто отпустит, на нём все засады в батальоне "держатся" - "пролет". Девятка - на место Славки Ключникова ждёт замполита, а Мишка Гусев в первый батальон ротным ушёл - тоже нет. У минометчиков СОБ - Серега Береговой - отпадает, тоже два офицера.
  
   Оберчмо батальонное?
   Кому-то дежурными по батальону ходить надо - зенитчик - Серега Листопад, АГСник - Володя Шергин - полгода как в госпитале. Связист - он и так постоянно в режиме "stand by".
  
   Совсем "зарапортовался" - замполита ведь не пошлешь технику принимать, тут не та ответственность нужна, и партией не прикроешься. Железяка - она и есть железяка!
  
   Целый день комбат думал, а мы "изнемогали" от неизвестности и, наконец, вечером на совещании он изрёк:
  
   - Зам по ВДП нашей роты, Кирилл Рингов!
  
   Болельщики киевского "Динамо", при забитом голе в ворота "Баварии" - "щенки"!
  
   ***
  
   Наш Кирилл в батальоне - "Герой Советского Союза".
  
  
   Без базара. Середина декабря 1981года, Туманов по болезни "автостопом" в инфекцию Кабульскую направился, а он в роте представлялся. Ротный рассказывал после: сидим в офицерском кубрике, обсуждаем нашу передислокацию из Иммам-Сахиба на юга гардезские. Бригада уже вся там и батальон наш, в Гардезе.
  
   Дверь нараспашку.
  
   - Товарищи офицеры! Старший лейтенант такой-то, представляюсь по случаю назначения на должность заместителя командира роты по ВДП. Я прибыл в Афган стать Героем Советского Союза! (не больше не меньше) Мертвым или живым, мне все равно.
  
  
   В кубрике повисла мертвая тишина. Прожужжала муха. Как-то такого поворота событий никто не ожидал, хотя элементом внезапности удивить уже никого нельзя было и к случайностям вроде бы все привыкли. Александр Марестович, поперхнувшись и выдавив из себя слезу после сказанного. Только и сумел произнести:
  
   - А ты - прокашлявшись - герой, водяры-то хоть привез?
  
   - Никак нет! По дороге, с Тумановым все выпили.
  
  
  
  
   - Ну, тогда, только брагулька спасет тебя - дрожжи и сахар на рынке в кишлаке. Возьмешь БМДшку и с Мишей Азизбаевым (командир дшв-1) сгоняешь на рынок, "загонишь" чё-нибудь своё, по-другому у нас героями не становятся.
  
   Так и остался у нас героем - батальонным.
  
   ***
  
   Рота ликовала! Наш Кирилл уезжает, а это значит, что львиная доля передач на Родину будет наша... Ему собраться, что нам - время одно. Команда: "Три зеленых свистка!" и бронепоезд остановить невозможно. Пару минут после совещания и он сидит на парашютной сумке, укомплектованной для командировки.
  
   Наш зам - трехкратный призёр ВС СССР по боксу в наилегчайшем весе, поэтому - как все боксеры, сначала (бьёт) делает, а потом думает. Он с восьми лет этому искусству обучался. Поймите меня правильно, если шестнадцать лет по головке методически грамотно тюкать, что там, в "маковке" останется. Вот и я о том же. В кубрике расселись за столом и начали кумекать.
  
   Ротный, Николай Николаевич Деткин, речь держит, взводные поддакивают.
  
   - Да я в Черняховск не поеду - сидя в углу, заявляет Кирилл, про свое крайнее место службы, - мои "предки" все в Ташкенте.
  
   - А тебя никто туда и не посылает - отрезал Николаич - ты живым до Термеза доберись, без ЧэПков, тогда памятник при жизни тебе ставить можно. Ой, что-то чует моя задница, а что - не возьму в толк.
  
   - Давай "героя" инструктировать - это мы, взводные, уже принимаем решение - Ты хоть знаешь что такое БТС? - смеясь, задаем вопросы.
  
   - Нее, а на хрена мне это? В училище мы такое не учили.
  
   - Ты в училище-то учился, или по спортивным сборам, за бабские титьки держался?
  
   - Так то, тоже вещь неплохая - смеясь, переключая разговор на баб, сразу уходит в сторону Кирилл.
  
   - "Ты сцука, с темы не соскакуй" - вспомнив "бородатый" анекдот, рассмеялся Валерка Перхайло (к-р пулвзв).
  
   - Возьми тетрадь и записывай - ротный по порядку, под запись, начал ставить задачи.
  
   - Первое, из роты два человека возьмёшь, из минометчиков - Антоша (ком-р минвзв Сережа Антошкин), укомплектуй и собери бойцов. Борты завтра с утра, в бригаде на инструктаж к начальнику БТС и командиру сапёров. Он тебе механиков даст и уже после - на Союз. Димыч (зкрпч Веточкин Дим Димыч), ты перед отправкой ещё раз проинструктируй, чтобы на таможне никаких эксцессов. Дальше. Бойцов сними с довольствия, получи сухпай. Загранпаспорт получишь в бригаде, проверишь ещё раз все документы. Не забудь продаттестат. Взводные тебе разъяснят, что за "зверь" такой БТС. Так - теперь, что привезти из Союза.
  
   Старший лейтенант, сопя и слюнявя карандаш, что-то крапал в тетрадочке.
  
   - БТС - это такая машина, вся из железа - это уже мы подключились к инструктажу - короче танк без пушки, но с инженерным навесным оборудованием. Слышь, при приёме обрати внимание на укомплектованность. Есть такой "талмуд", запиши, называется он "комплектовочной ведомостью" и всё согласно её и принимай. Потом заведи технику - разрешается "прокатиться", но не более трёх километров. Давление масла проверь и щупы после остановки, чтобы стружки на них не было. Гидравлика. Приборы. Приём трёх единиц техники не более трёх дней - от трех до десяти штук - пять дней.
  
   Вспоминали наперебой требования наставлений "по броне".
  
   И так шаг за шагом, начали "вдалбливать" нашему ВэДэПешнику порядок приёмки. Сначала у него глаза округлялись, а к концу, совсем "потух" наш боевой "товарисч". Это не по скалам "сайгачить" наперевес с автоматом, тут хоть элементарные технические знания нужны, которых как оказалось "в прикупе" - ноль. Удары по голове, в боксе и об землю, при прыжках, они отнюдь ума не прибавляют.
  
   - Всё, всё - запричитал истерично Кирилл - пойду отказываться от Союза, я уж лучше с вами тут. А этих "троглодитов" пусть другие принимают.
  
   - Хрен ты угадал! - вскипает ротный - ты уже в списках "забит". Обратного пути просто нет. Мы тебя здесь и похороним, ежели чё, а старшина цветочки у тебя на могилке поливать будет - в десанте "отказников" не бывает.
  
   Поникнув головой, после глубокого вздоха, бубня себе что-то под нос, ВДПшник продолжил канцелярско-бухгалтерский подход к совершенно иному виду "нашей" служебной деятельности.
  
   "По полям и полигонам, да по скошенным лужайкам" полки водить - ума много не надо... тут только знания, а вот рутинной деятельностью, не каждый может похвастать, тут уже и опыт нужен, волевые и личностные качества проявить - одним словом это всё и называется организаторскими способностями. Не каждому это дано. К сожалению.
  
   ***
  
   "Заставь дурака богу молиться" - не мои сова, комбатовские.
  
   - Ротный, где твой "герой"? - рычит на плацу, при очередном построении уже в конце февраля комбат... А действительно, уже почитай как с месяц наш ВДПшник "булькнул", и ни слуху от него и ни духу. Ни бойцов, ни техники. Случилось чё? А мы в роте как-то все и привыкли к его отсутствию.
  
   - Я на вашего "бабая" рапорт бригадиру накатал, пусть "Линзу"(бригаду) подключают и там разбираются. Ребят из прокуратуры привлекут.
  
   ***
  
   Вчера колонна была, а сегодня после ужина, 27 марта, читка приказов в штабе, уже целый день из бригады сюрприз за сюрпризом, у всех глаза по полтиннику. То им "Героя" подай... нет, не "нашего", а всамделишного, по разнарядке. "Чтоб не меньше года в Афгане, ранен, награжден, коммунист, взводный. И далее по "накатанному тексту".
  
   Кандидатуры батальонных взводных не "удовлетворили" верхних командоров лишь по той причине, что Верховный Совет Союза раз в год заседал по наградам, а наш батальон ещё не получил ни одной, кроме как - посмертных. Отказ. Отослали "отказ" на Кандагар, слухи дошли, что там один из ротных стал - Черножуков.
  
   А далее начальник штаба во всеуслышание зачитывает "квартальный" приказ Командующего ТуркВО. "В лучшую сторону по приёму техники, поставляемой для 40 А, отмечаю представителей от 56 одшбр, где ЗКВ - п-к Дураков, начальник БТС - м-р Донец - им благодарности, а нашему Кириллу - ценный подарок!"
  
   Его третий месяц в батальоне нет, и на тебе. Ценный подарок! Значит, опять где-то "набедокурил", если на таком уровне "засветился"! Ой, не зря ротный на свой зад, что-то чуял, а он у него, не хуже барометра. За километр бурю чует. Все офицеры во главе с комбатом покатом! В нашем понимании, по нем нары плачут - а он "округ" на уши ставит, "выбивая" подарки.
  
   - Николаич, тут что-то не то и не так - уходя с совещания, обращаемся к ротному. И, присев всем командным составом в курилке, возле нашего расположения, начинаем строить предположения.
  
   - Или нам он "лапшу вешал" на счет своих знаний или... - терялись мы в догадках.
  
   Ладно, готовимся, завтра опять колонна из Кабула. Из Гардеза "ниточки" не будет. Да и ротный на колонне в отпуск убывает.
  
  
   ***
  
   Утро. Подъём. Завтрак на шесть. Всё как обычно. Туманов в ООД, за ним "броня" восьмой и девятой рот, на посты, минометчики с семеркой в "замке" (замыкании). До одиннадцати "управились". Сегодня без музыки. Ждем колонну, заранее распределившись "по десяткам".
  
   Колонна в Мухамедке не останавливается, в месте передачи "ниточек" она снижает скорость, а "броня" сразу в неё "вписывается". Быстрей, быстрей. Всё на ходу. "Профессионализм не пропьёшь" - отработанно до автоматизма... два БэТэРа Туманова вперед, в направлении Гардеза, "кабульцы" тут же, съезжая с дороги, развертывают свою "броню" на Кабул. Пять минут, и "семёрка" "подхватив" колонну, делая "столичным дядям" ручкой, тянет её дальше, к батальону, вдоль постов восьмой и девятой роты. Никаких задержек.
  
   "Чулок" с утра напялили на трассу, а теперь снимаем.
  
   За "колёсами" все сразу сворачиваются. Ну, ещё "Комарик" (Серега Комаров, командир минбатр) пару мин для острастки в зеленку закинет. Чтоб нескучно было. В батальоне маленький "перекур". И...
  
   В "говорящей шапке" Туманова - визг, аж "зафонило":
  
   - Не понял.
  
   Похлопывает Туманов шлемофону ладонью, подтягивая "шлейки" на ларингофонах.
  
   - Пропажа наша! ВДПшник наш! Кирилл! В ниточке три БэТээСа и он! - по связи орет Игорёк Черневский.
  
   Вот ёкарный "бабай". Такое может только он. БэТээСы и в середине колонны. А настроиться на ротную частоту - ума не хватило. Ладно, главное жив чертяка, а остальное в батальоне выясним!
  
   Колонна проходит разрушенные дуканы, до батальона метров триста. По связи: "Разрядить оружие!". По-очереди пошли доклады.
  
   "Семьдесят первый - разряжено!".
  
   "Семьдесят четвертый - разряжено!".
  
   Тра-та-та - очередь вверх. Тишина.
  
   "Семьдесят пятый - Разряжено!".
  
   "Я тебе. Епть твою мать - на базе сделаю - разряжено!".
  
   "Семьдесят девятый - разряжено!".
  
   Вот мы и дома. Шлагбаум и каменная стена расположения батальона отделяет от той черты, за которой остались требования боевых уставов. Рота уже на своей территории, где вступают в действие - общевоинские. Тут "война" не ведётся - это Туманов от прокурорских работничков узнал. "Спасибочки" им огромное.
  
   Пыля, БТРы заруливают в батальон. И лихо, левым разворотом по тормозам, а потом, с таким же шиком, на задней передаче пятятся на свои "отведенные" места. Лихачи.
  
   Перегазовка.
  
   Тумблера - щёлк, щелк.
  
   "Зажигание" выключено. Удар по "массе".
  
   На сегодня - всё.
  
   Не обращая внимания, машинально Туманов отсоединил тангенту, уложил в кармашек над радиостанцией, шлемак с головы долой.
  
   Рядом, изрыгая из себя две струи сизого раскаленного воздуха вперемежку с пылью застыл на одной линии 372-й, а затем поочерёдно и вся рота.
  
   Пыль медленно оседает на броню.
  
   Весь табун в "стойле".
  
   С "375" слышна ругань и хохот пехоты Это Игорёк Черневский по десантному отделению досыльником Халилова "гоняет" - за рязряжание. А вот и рёв танковых движков под стенами батальона. Черно-сизый выхлоп несгоревшего топлива поплыл над парком и - тишина. Только вдалеке за изгибом дороги возле Комитета афганского слышен лязг гусениц. Подтягиваются восьмая и девятая роты, снимая посты и батальонный "Замок"(техническое замыкание) с минометчиками.
  
   Столичная колонна с полчаса постоит. Необходимое - под разгрузку. Письма, документы, отпускников и больных, всё на Гардез далее первый батальон поведет. Они уже как час в батальоне отираются. Комбаты - наш третий и первый "порешали" сегодня обменяться "сопровождением" в батальоне, а не как обычно, на перевале Терра, у царандоевцев.
  
   Бойцы с "брони" потянулась по расположениям. Смех, подколки - сегодня можно. Дежурный на входе встречает. В кубрике оружие на спинку кровати. "Лифчик" под кровать. К вечеру ближе разберу и почищу - планирует Туманов.
  
   Дверь нараспашку.
  
   - Заноси!
  
   Незнакомый боец с двумя вещмешками мнется на пороге. За ним наш ВДСник мельтешит.
  
   - Я же сказал - заноси. Что сцуки не ждали? А вот я и приперся.
  
   Ну что с ним сделаешь. Кирилл во всей свой красе.
  
   - Ты чё на связи не был? Не мог сообщить, что в колонне?
  
   - Санёк, да хрен её знает эту станцию. Она какая-то не такая - с кнопочками.
  
   - На транзисторах, что ли? - опять Валерчик подначивает старлея.
  
   - Неее, на бронепоезде - подхватывает "игру" Антоха.
  
   - Да идите вы - только и выдавливает Кирюха - это новая модель - 173-я, а не 123-я! Я вот два мешка "Чашмы" привез. Всё боец - свободен. Через полчаса на Гардез пойдём. Один мешок комбату, а один в бригаду передать надо. Ребята по кружке за возвращение, а я дальше "попер". Приеду, расскажу, не поверите - залпом пригубив солдатскую кружку с теплым вином, взахлёб начал зам.
  
   - Давай, давай. Там в бригаде тебя "ценный подарок" ждёт, а от комбата по приезду - смеёмся мы.
  
   - Не понял, какой такой "ценный подарок". Ребят, меня вся бронетанковая и инженерная служба округа комплектовала.
  
   - Да наслышаны - смеёмся мы - Сядь, а то упадёшь! В твоё отсутствие "Героя" на батальон скинули. Комбат отказался, сказал, что достойных нет. Тебя же не было.
  
   Над батальоном прозвучало три камазовских длинных сигнала и колонна, потихонечку, начав движение, как змея, растягиваясь, поползла дальше, мимо батальона. В пустыне поспокойнее, без обстрелов. А там только Альтамур да перевал с серпантинами пройти и до бригады рукой подать. 4200 метров над уровнем - не Саланг всё-таки.
  
   - Как отказался!? А я!? Он что - с дуба упал, да я к начПО, к ЧВСу на прием. Не достоин!? Хрен ему вещмешок с "чернилом". Вот, блин! Не успел - засуетился Кирюха, нахлобучивая меховой шмемафон и убегая на "свои" БТСы.
  
   ***
  
   - Всё ребята, хана комбату. Кирилл сказал, Кирилл сделал! - ложась спать, подытожил день замполит. Все с улыбками на лицах "отошли ко сну".
  
  
   ***
  
   Вот уже и ротные бойцы командировочные в роту из Гардеза прибыли, а зама нашего опять нет.
  
   - А где зам по ВДП? - спрашиваем у них - как поездка в Союз, впечатления?
  
   - Так он нас в батальон отправил, а сам в Кабул, в штаб армии сказал, что едет - начал сержант Игорь Счастливцев.
  
   И поведал нам "нескучную" историю, за которую ценные подарки вручают.
  
   ...Да уж, с ним не соскучишься.
  
   Через пару дней, Саша Дмитриенко (командир дшв-1), только прибыв из отпуска, заступил дежурным по батальону. Заходит после отбоя в кубрик.
  
   - Комбат от начПО по самые гланды заглотнул по Кирюхе нашему и "попросил", чтобы ноги его никогда больше в Гардезе не было, и тебе "главному" партайгеноссе тоже на шишки достанется - обратился к Туманову.
  
   - Расслабься, Санёк, он на учете уже даже в комсомольской организации не состоит, ему тридцатник в этом году стукнул. А высокое звание "коммунист" - ему по жизни заказано - поворачиваясь к стенке, на сон грядущий "выдавил" Туманов из себя.
  
   Через пару дней на "кабульских" бортах Кирюха в батальон заявился.
  
   Высекая искры, по батальонной центральной аллее сразу юрк в кубрик, в новых альпийских штиблетах с шипами и "горке" неизвестного происхождения. Мы таких шмоток отродясь и не видывали. Это, как надо было "достать" армейское начальство, чтобы его так приодеть и с глаз долой отправить.
  
   Чтобы кто и как не говорил, всё равно нашего зама по ВДП все любили в батальоне, за его смелость в бою и простоту. А ещё, за его бескорыстное отношение к людям. "Говна" никогда и никому он не делал - это в наших условиях самое ценное. Результат тому, по моим сведениям, налицо: "Красное Знамя" и "Звезда". Если можно было, я бы с ним в разведку пошёл и ни один бы раз, только взял бы его - ну, хотя бы ... старшим разведчиком.
  
   ***
  
   ...Достав из кирюхинного бездонного вещмешка очередную бутылку с вином с пробкой обмотанной изолентой.
  
   Почему изолентой?
  
   Догадаетесь ниже
  
   Рассаживаемся вечером у себя в кубрике, вокруг стола. Все замерли в ожидании.
  
   - Ну что паря, рассказывай Кирилл. Как до такой жизни докатился - был наш "неумолимый" приговор - До утра уложишься?
  
   ***
  
   Командировки - они разными бывают. А после, хочешь того или нет, ещё и отчеты необходимо представлять тем начальникам, которые тебя направляли, а если ещё и в составе комиссий, то и акты... А есть ещё служебные поездки. Ну да ладно - это уже "дебри"
  
   На взводно-батальонном уровне хватает краткого устного доклада о выполнении задач. Цель достигнута - главное, а издержки. Издержки остаются на совести командировочных.
  
   Итак.
  
   Наш "Мальбрук в поход собрался"
  
   Из рассказа Кирилла.
  
   Заглядывая через каждые, пять минут в тетрадку с задачами и, не забывая о "наших" советах, с богом пополам, наш зам с пятью бойцами добрался до Термеза. Как? История об этом умалчивает. Если нигде не засветился - значит нормально.
  
   Первый закон. Определись с бойцами. Где и как: пожрать поспать, поср...ть, а потом можно и делами заняться. Ну, в крайнем случае, всех так учат, да и батя Туманова того же придерживался, имея за плечами двадцать девять "календарей", и плохого сыну никогда не советовал.
  
  
   Ха! Щас! В пятницу, к вечеру в воинской части практически решить какой-либо "шкурный" вопрос невозможно, да, наверное, как и в любой "цивильной" организации, за исключением, видимо, "строевых" командиров, это тех, которые при личном составе. Вот с начальниками служб и складов, тут вопрос спорный. Только ежели командир главный не "гаркнет" - никаких "дел". Ничего страшного? Подождёт до понедельника. Всё опечатано и сдано под охрану. А тут какие-то командировочные. Они что - Люди?
  
   "Потыкался" Кирюха туда-сюда, пристроил в "районе свинарника" солдатиков. Те, как хомяки, последний сухпай раздеребанили, растягивая удовольствие на выходные дни. У Кирилла, тоже кроме расчетной книжки, в кармане дырка от кукиша. Приплыли.
   "Хер вам в сумку, ребяты!" Не тем местом делан бывший курсант-ленинец, выпускник ташпеха. Это же "родные" сердцу места, да и "однокашников", почитай на каждом углу. Через пару часов, ну только "птичьего молока" на столе не было у вновь прибывших.
  
   Далее следует закон номер два - правильно. "Сондренаж". Только сон приблизит нас к увольнению в запас, присказка не только для "бобров". Это начинаешь понимаешь только после пересечения госграницы. Хотя он не такой крепкий, и любой шорох или звук, напрягают, но он совсем отличен от того, которым забываешься на те несколько часов "за речкой", находясь в расположении или на выходе. Это уже образ жизни, или как сейчас называется - "style". Короче - два дня сна и никаких телодвижений.
  
   Настал понедельник. С документами все вопросы к обеду были решены. БТСы - аж целых три штуки ждут в боксе. Прием техники обозначили "красными флажками" на следующий день. Куда торопиться.
  
   Вторник.
  
   - Вот ваша техника - забирайте. Нам срочно надо места освободить под новый комплект. Не вы тут первые, не вы последние.
  
   Ага. С разбегу. Кирилл "элегантным движением руки", с шиком достает из кармана широких штанин заветную тетрадочку. И громким голосом, на весь бокс, произносит магические слова:
  
   - А где комплектовочная ведомость, господа?
  
   Сдатчики переглянулись. Пошептались. "Быстроногий олень" в течение доли секунды представил необходимое.
  
   - Хм? - продолжил ВДПшник в роли приемщика, растягивая слова - Инструкция по эксплуатации - одна. Где? Вижу. А три БТСа - значит три штуки? Не вижу. Где? Нет! Бойцы - напра-ВО, в казарму бегом - МАРШ! Незачет! Начнем завтра с утра.
  
   Среда.
  
   На площадке приема, кроме сдающих прапорщиков, замельтешили и погоны старших офицеров.
  
   - Инструкция по эксплуатации - одна. Где? Вижу. А три БТСа - значит три штуки? Вижу. Тент брезентовый - восемь на десять - один. Ага. Вижу. А три БТСа - значит три штуки? Где? Ага. Вижу. Шпагат для крепления брезента. Где? Нет.
  
   - Так зачем он вам там, в Афгане. Всё равно сгниет или сгорит.
  
   - Бойцы - напраВО! В казарму бегом - МАРШ! На сегодня - незачет! Начнем завтра с утра - не вдаваясь в разъяснения, командует страрший лейтенант.
  
   Подходит суббота. Пока сдающим "круглый шарабан".
  
   В "закуточке", отведенном для наших командировочных, появляются "мутные личности".
  
   - Товарищ старший лейтенант. Вот тут зампотех, командир. Не сочтите. Ресторанчик. Столик.
  
   - Хм! Почему бы и нет. Всегда за - думает ВДПшник, у самого деньжата "завелись". Расчетную книжку обналичил. Да и вообще, настоящий достархан, можно устроить именно вечером, когда дневная суета позади. Договорились - на семь вечера.
  
   В полной мере насладиться узбекским застольем - невыполнимая задача. Мало того, что узбекская кухня жирная и сытная. Так ещё надо есть неспешно, долго и со вкусом. Длинная череда блюд поражает неподготовленное воображение тех, кто привык к непритязательному солдатскому столу. До десяти блюд за трапезу - обычное гостеприимство по-узбекски.
   Любимое блюдо - плов. Это гордость узбекской кухни - не попробовал плова, не родился на свет.
   Я не знаю термезких чайханщиков . Не приходилось. Но "поляну", по словам Кирилла, ребятки накрыли скромную. Одним словом "пожлобились", рассчитывая: "А! Для этих контуженных и так сойдёт". Бутылка водки, салатик-огурчик. Занюхал немытой головой соседа, акты пописал и под зад коленкой. Дуй в свой Афган.
  
   Тот самый случай, десантник наш тоже не пальцем делан.
  
   В конце третьей недели и после третьего "серьёзного" достархана ВДПшник был уже похож на "беременного таракана". Ежедневные "завтраки, обеды, ужины" при спокойной жизни накладывают на человека лишние килограммы. Наш "герой" начал заплывать жирком, но "фишку" держал чётко. "Номенклатура - ЛН 00112хм - болт 8Х 36 с метрической резьбой - 12 штук". Умножаем на три. Как жаль, что в то время не было карманных калькуляторов, только счеты и то, для начфинов.
  
   - Пока тридцать пять болтов длиной по 36 миллиметров не будет - ничего не подпишу. Бойцы - напра-ВО! В казарму бегом - МАРШ! Незачет! Начнем завтра с утра.
  
   И так, практически месяц, наш приемщик держал в постоянном напряжении не только сдающих, но и командование части. Докладывать наверх давно пора о сдаче-приёмке техники. А что? О чём? Самому себе "яйца подрезать" за разукомплектованную технику. С соседних машин снималось всё недостающее, "закатывалось" в солидол и пергаментную бумагу, пересыпалось тальком и засыпалось селикогелием. "Техническая мысль" части, предугадывая новые "законные" Кирилловы желания , ждала только его росписи.
  
   Нет, Кирилл абсолютно не был кровожаден. Он просто был очень исполнителен и знал, что мы ему плохого посоветовать не могли. По складу своего характера он давно бы всё принял и всё подписал, даже не подходя к "объектам", но - отсутствие техзнаний: как и что, служило ему "бронежилетом", его "конспект" с нашими пожеланиями был палочкой-выручалочкой в любом "не решаемом" вопросе.
  
   - А где? Нет? До свидания!
  
   На базе хранения он был объявлен "Врагом номер 2" после Гитлера и приговорён к смертной казни, через занесение в грудную клетку. Чувствуя, что "дело пахнет керосином", Кирилл, не будь дураком, взял билет до Ташкента и уехал. Только не надо хором: "Домой!". Держите карман шире.
  
   Лично на прием к начальнику бронетанковой службы округа, да ещё записавшись на прием к заместителю командующего по технике и вооружению. Что и как там было. По ехидному выражению его лица могли мы догадаться.
  
   Прошло ещё пару недель.
  
   "Маховик", закрученный в Ташкенте, прилетел бумерангом в Термез.
  
   В расчёт ничто не принималось. Над расположением части навис один только вопрос: "Почему?" В армии кроме министра обороны на него правильно ответить никто не может. Разговор всегда короток, как выстрел: " Я вас не спрашишиваю - ПОЧЕМУ? Вы мне ответьте - Почему?"
  
   Вот уж где Кирилл и поиздевался. Даже запасные лампочки для подсветки шкал лимба радиостанций и те были завернуты в хрустящий пергамент. Перочинные ножички протерты техническим вазелином и заточены согласно "наставления по инженерной подготовке".
  
   ...Не прошло каких-то двух с половиной месяцев и вся техника, в составе трех единиц - принята полностью. Теперь после "успешной" приёмки предстоял нелегкий путь назад. Группе приёмщиков теперь надо спуститься на землю-матушку и подумать о "хлебе насущном". Хватит нос в гору задирать.
  
   Об антиалкогольном указе тогда и не подозревали, даже в кошмарном сне не могли предвидеть, что над человеческими организмами так можно издеваться. Ну, это лирика...
  
   Кто жил в Узбекистане в те времена помнит, чем заборы красили, вот в Украине "Солнцедаром", в России-матушке - "Портвешком 72", а южные наши братья изгалялись "Чашмой". Дешево и сердито.
  
   Под конец командировки, не уточняю сколько (погранцам дурно станет), но вещмешки у наших ребят были под завязку забиты бьющимся товаром.
  
   Одна "западня" - граница. Тут - пятьдесят на пятьдесят. Или ты или тебя "поимеют" на границе. Наши "контрабандисты" готовились тщательно.
  
   Крайняя ночь прошла без сна. Кто нашего зама надоумил, но видимо, свет не без добрых людей. Каждую "бескозырку" на винном горлышке аккуратно "перебинтовывали" изолентой и также аккуратно опускали в топливные баки, чтобы, не дай бог, дизельное топливо внутрь бутылки не попало... это вам не "споткнулся, упал, очнулся, гипс".
  
   Незаметно подкралось утро.
  
   Вот и машины, ревя своими "лошадиными" силами, пройдя все пограничные формальности, врываются на мост хайратонский. Кирилл на последнем БэТэСэ на радостях выскакивает на броню и как "мартышка" начинает корчить ребятам в зеленых фуражках всевозможные рожицы и жестом руки показывать, что зовут их Хуанами или Педрами, кому как по душе.
  
   Пр-тр тр-пр тр - глохнет двигатель. Кирюха только и успел ухватиться за основание антенны, чтобы не слететь под гуски. Жопа! И граница союзная позади и Афган ещё в свои объятия не принял.
  
   - Воздухом, воздухом заводи! - кричат с первых БэТэЭСов - хотя ничего не помогает.
  
   Пограничники по связи передают, что необходимо вернуться, для технического осмотра.
  
   Ага! Старлей им дуль накрутил - ему обратная дорога назад заказана. На "галстук" - и стянули с моста заглохшую машину.
  
   Мы уже в Афгане - с нас взятки гладки!
  
   Давай "чесать репу" - в чем дело. Неполадки надо устранять сразу. Вчера же нормально всё было при контрольном пробеге. Мабуть диверсия. Проверили - "всё путём", а не заводится.
  
   - Ах, ты ешкин кот! Товарищ старший лейтенант! Нашёл! Нашёл! Смотрите в баках Ваши этикетки от бутылок повсплывали.
  
   - Ты чё орёшь? - озираясь по сторонам, шипит на мехвода ВДПшник - увидел и тихонечко вылавливай их.
  
   - Там с фильтров поснимать "ошметки" надо.
  
   - Надо, так снимай! - у Кирилла разговор был короткий, получив под зад пинка , мехвод начал доставать из баков клочки бумаги.
  
   Механики первых двух машин поняв, что их может ждать та же участь, начали одну за другой "выуживать" улов. Бутылку за бутылкой, на глазах у ошарашенных пограничников.
  
   - Сколько там уже? - орет Кирюха на ребят, которые проволокой цепляют злополучные этикетки.
  
   - Семьдесят две! - осёкшись, механически прокричал механик и взором уткнулся в землю, густо покраснев. Прокол!
  
   - Как семьдесят две? Я только три ящика покупал!
  
   - Товарищ старший лейтенант. Да мы...тоже...ребятам...
  
   - Я, бл..ь всё рассчитал, а вы. Что не могли сказать?
  
   - Да мы думали?
  
   - А я на хрена вам? Вы должны исполнять, а думать за вас я обязан.
  
   Не прошло и часа, двигатели, взревев, на повышенных оборотах, помчали наших командировочных к своему "родному" месту службы.
  
   Вот и весь сказ.
  
  
   А за окном уже темная звездная баракинская ночь начала сменяться на еле видимые очертания далеких гор. Таких далеких и в то же время таких "близких".
  
   Это несоответствие далекого и близкого так и останется на всю жизнь.

Оценка: 7.43*12  Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2018