ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Хорьков Владимир Селиверстович
В горах Гиндукуша

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
Оценка: 7.73*32  Ваша оценка:


   В ГОРАХ ГИНДУКУША. В. ХОРЬКОВ
  
   Жалею, что начал вести дневник не сразу по прибытии в Афганистан, а только за год до замены. За четверть века многие события, факты, даты, имена забылись. События 1981-1982 года описаны мною по памяти, в виде заметок, без хронологии. Да и за 1983 г. есть пробелы, когда ничего не записывал. Это не значит, что нечего было писать. Было некогда, летал по точкам, не всегда имел возможность записать. Поэтому некоторые события обобщены и я им даю комментарии с точки зрения сегодняшнего дня.
   В Афганистане мне посчастливилось встретиться с замечательными людьми. Как жаль, что судьба нас разбросала! Это и мои коллеги-офицеры, и начальники, и подчиненные. С теплотой вспоминаю моего друга капитана Хмызенко Валерия Георгиевича, командира полка полковника Арутюняна Артуша Татевосовича, начальника политотдела подполковника В. Старикова, капитана Яценко Владимира Ефимовича, командира 3-й батареи капитана Владимира Дадычина, замполита 3-й батареи старшего лейтенанта Федора Моисеенко, погибшего от пули снайпера командира батареи капитана Романа Мишуту, майора Анатолия Абрамова, моего писаря и постоянного "телохранителя" в операциях рядового Эргашева, уважаемого солдатами и офицерами старшего сержанта Костюка Александра Георгиевича, наводчика орудия ефрейтора Юрия Зимина, командира орудия старшего сержанта Слама Аязбаева. И много и много других. Им посвящаю свои воспоминания и дневник.
  
   ИЗ ЗАПОЛЯРЬЯ В АФГАНИСТАН.
  
   Утром 16 ноября 1981 года я выехал из заснеженного заполярного гарнизона Луостари в штаб дивизии в Мурманск для получения предписания. По дороге заехал в Печенгу, в госпиталь. Там в роддоме лежала жена. В эту ночь она родила сына. Через окно попрощался с ней, но сына мне не показали - ему было всего несколько часов.
   В Мурманске мне выдали предписание. Потом - Петрозаводск, штаб армии. Затем - Ленинград, штаб округа. Оттуда - на самолете в Ташкент. После недельного безделья в палатке на ташкентской пересылке, наконец летим в Кабул. В 8 утра 24 ноября 1981 г. мы прошли на военном аэродроме Тузель таможенный досмотр, пограничники проштамповали паспорта и нас загнали в "отстойник" ждать самолета. "Отстойник" - железная коробка-клетка, в которую втиснули всех пассажиров транспортного ИЛ-76.
   Самолет все не подают. Начали доставать водку, колбасу и завтракать прямо на чемоданах. Через час под воздействием водки началась оживленная беседа. Потом захотелось в туалет, а его нет. Сумели открыть решетчатую дверь и разбрелись по территории. Кто в туалет, кто в магазин. Пограничники бегают за нами: "Вернитесь! Вы уже пересекли границу!". Наконец, в 15 часов мы сели в самолет.
   В Кабуле переночевав на пересылке, утром на автобусе приехали в штаб армии - бывший дворец Амина. Получил назначение в 860-й Отдельный мотострелковый полк замполитом артиллерийского дивизиона. Один из офицеров отдела кадров сказал: "Тебе повезло. Полк стоит в горах, возле речки. Природа хорошая. Там не так жарко".
   До полка добирался один. Сначала до Кундуза самолетом. Переночевал на полковой пересылке. Потом до Файзабада вертолетом.
   В Файзабаде представился командиру полка, начальнику политотдела, заместителям командира. Мне рассказали историю полка, его боевой путь от киргизского города Ош в Файзабад через Памир. На построении полка меня представили офицерам. Все как положено. С этого дня судьба на два года связала меня с прославленным полком.
  
   ПОЛК
   Полк, в котором мне пришлось служить два года и стал для меня родным, имел богатую биографию и хорошие традиции. В годы Великой Отечественной войны в боях за Ленинград, за освобождение Пскова прославилась 376 Кузбасская стрелковая дивизия. После войны дивизия передислоцирована в Среднеазиатский военный округ в г. Ош и прошла несколько переформирований, стала отдельным мотострелковым полком, сохранив почетные наименования, боевой орден на Знамени части. Полное наименование полка - 860-й отдельный Краснознаменный Псковский мотострелковый полк. К началу войны в Афганистане полком командовал подполковник Кудлай, заместителем командира полка был подполковник Арутюнян А.Т. Номер войсковой части был 77701.
   В декабре 1979 года полк был поднят по тревоге, пополнен до военного штата за счет запасников Киргизии и переброшен по маршруту Ош-Хорог-Ишкашим. Личному составу довели, что полк участвует в учениях, придан 40-й армии ТуркВО. Марш был длительным и тяжелым. Впервые полк на БМП совершал марш через высокогорье, в условиях жестоких морозов. К новому году полк сосредоточился на границе в Ишкашиме. В начале января 1980 г. - приказ: пересечь государственную границу и совершить марш Ишкашим-Гульхана-Файзабад. Руководил вводом полка подполковник Теодорович - представитель опергруппы штаба округа.
   10 января в 8.00 через р. Пяндж переправился передовой отряд полка. По пути к Файзабаду полк встретил завалы. За каждым завалом была засада душманов (их тогда называли мятежниками). Первые бои для необстрелянных воинов были тяжелыми. Не было опыта ни у командиров, ни у солдат. Душманы уже имели боевой опыт, хорошо знали местность. Обстреляв колонну, быстро меняли позиции. Умение организовать отпор врагу приходило с каждым боем, но это давалось большой ценой. В первых боях полк понес потери.
   Наконец, 28 января полк прибыл в пункт назначения г. Файзабад - центр провинции Бадахшан. Вместе с выполнением боевых задач личному составу пришлось благоустраивать быт. В марте месяце вертолетами в полк был переброшен артиллерийский дивизион. В мае полк перешел в состав 40-й армии.
   К моему прибытию в ноябре 1981 г. дислокация полка была следующей:
   Пункт постоянной дислокации (в излучине р. Кокчи в 5 км. от Файзабада) - штаб полка, 2 мсб (в боевом охранении одна мср - по периметру полка и в аэропорту, командир батальона майор Баженов), разведрота (командир роты капитан Ломак), 1-я артиллерийская батарея (командир - капитан И. Бобров), противотанковая батарея (командир батареи ст. лейтенант Паламарчук), реактивная батарея без двух установок "Град", зенитная батарея, подразделения обслуживания. На территории полка были полевой хлебзавод, банно-прачечный комбинат. На другом берегу реки аэродром. Там была эскадрилья кундузского вертолетного полка. Иногда садились афганские пассажирские самолеты.
   Гарнизон Бахарак (уезд Бахарак) - 1-й мсб (командир - майор Павленко, замполит капитан Г. Паращак), 2-я гаубичная батарея (командир - капитан Зубачев), две установки "Град". Подразделения располагались в крепости, один мотострелковый взвод с расчетом гаубицы - на Алимугульском мосту около кишлака Фаргамундж. Также взвода стояли на Сарипульском и Бахаракском мостах, на "Могиле Ходжи" (недалеко от кишлака Рабат).
   Гарнизон Кишим (уезд Кишим) - 3 мсб (командир - майор Карпенко), 3-я гаубичная батарея (командир - капитан Дадычин, прибыл в полк почти в один день со мной), танковый взвод.
   Гарнизон Артынджилау - танковый батальон. Одна танковая рота находилась в Каракамаре. Полк входил в Афганистан без танков. Полку был придан 1-й танковый батальон 285-го танкового полка 201-й дивизии (командир батальона - капитан Куксов). В середине 1981 г. батальон вошел в состав 860-го ОМСП. После Куксова батальоном командовал майор Л. Маслов, мой однокашник по Казанскому танковому училищу.
   Рота материального обеспечения (командир капитан В. Бортник, погиб в декабре 1981 г.) находилась в Кундузе.
   Гора Джалгар. Она возвышается над Файзабадом и с нее видны все окрестности города. На Джалгаре были солдаты разных подразделений - взвода управления начальника артиллерии, минометчики, зенитчики, противотанкисты.
   Полком командовал полковник А.Т. Арутюнян. Начальником политотдела был подполковник Терещенко. Заместители командира полка - подполковник Е. Каминский, майор Рябшев А.И. (начальник штаба), подполковник Мошляковский (зам. по вооружению), подполковник П.П. Михалькевич (зам. по тылу). Начальником артиллерии был подполковник Трухов Анатолий Васильевич. Надо сказать, что осенью 1981 и зимой 1981\1982 гг. была большая замена офицерских кадров. За это время поменялись почти все командиры батальонов, рот, их заместители, командиры взводов. Заменялись те, кто вместе с полком входил в ДРА, пережил все трудности первых месяцев пребывания.
   Из всех гарнизонов больше всего мне понравился Бахарак. Живописное место среди гор. Гарнизон стоит в крепости. Внизу - слияние рек Вардудж и Зардев в реку Кокча. Зардевское ущелье тянется к советской границе, а Вардуджское - на Джарм и дальше, к перевалу Коран-о-Муджон, к лазуритовым рудникам.
   Вокруг наших гарнизонов действовало несколько десятков больших и малых банд. Наиболее активными были банды Басира, Арифа, Юсуфа, Маланга (Файзабад, Бахарак), банды Саймутдина, Вадуда (Кишим) и "полк" Гульдода (от Джарма до Пакистана).
   На вооружении полка находилась не самая современная техника - БМП-1, танки Т-62, 85-мм противотанковые пушки, минометы калибра 120 и 82 мм. В то же время в каждой минометной батарее были автоматические минометы "Василек", которые себя хорошо показали. Боялись душманы самоходных зенитных установок "Шилка". Они очень эффективно стреляли по наземным целям. Красивое зрелище, когда четыре ствола дают очередь 23 мм. снарядами.
   Дивизион имел на своем вооружение испытанные временем (образца 1938 г.) гаубицы М-30, хорошо показавшие себя в Великую Отечественную войну. В горной местности гаубица имела несколько преимуществ перед более современными гаубицами Д-30. Но наши орудия нуждались уже в ремонте и качественном техобслуживании. Во время стрельбы у гаубицы 1-й батареи из-за неисправности тормоза отката вылетел ствол. В 1982 г. мы заменили гаубицы на такие же старые, но после капремонта. Тягачи были колесные - ЗИЛ-131, которые пришли своим ходом из Союза, они ходили в колонны вместе с РМО, постоянно ломались и поддерживались лишь на профессионализме заместителя командира дивизиона по вооружению капитана В. Хмызенко. В 1982 г. получили вместо ЗИЛов гусеничные тягачи МТЛБ. Были перевооружены 1-я и 3-я гаубичные батареи, а 2-ю батарею перевооружить не смогли. Попытки провести колонны из Файзабада в Бахарак не удались.
В течение первых двух лет в гарнизонах был организован быт и досуг личного состава - показ кинофильмов, телевидение, концерты художественной самодеятельности. Впоследствии с гастролями стали приезжать звезды советской эстрады, ансамбли. Среди личного состава появились свои "барды", сочинявшие песни на афганскую тему. Кстати, известный бард-каскадовец Игорь Морозов служил в Файзабаде и там сочинял свои песни.
   В целом, подразделения занимались тем же, что и в мирной жизни: занятия по расписанию, несение службы в боевом охранении, карауле и наряде, совершенствование быта. Однако гарнизоны подвергались обстрелам, подразделения проводили рейдовые операции по прочесыванию кишлаков, организовывали засады на путях передвижения бандформирований, уничтожали склады с оружием и боеприпасами. Тогда в бандах было по нескольку сот человек. В 1981 г. душманы изменили свою тактику, разделили банды на более маневренные группы в 50-60 человек.
   Советская пресса изображала действия 40-й армии как какую-то гуманитарную акцию. По телевидению, в газетах рассказывалось про субботники, на которых вместе с афганцами наши солдаты сажают деревья, про оказание помощи населению. Никакие сведения об участии советских войск в боевых действиях не сообщались, потери замалчивались, мол, воюют сами афганцы. А в это время самолетами доставляли гробы в СССР. Кроме того, местные органы власти в СССР запрещали писать на могилах, что похороненный погиб в Афганистане. Об "эзоповском" языке журналистов можно привести пример. Летом 1982 года газета Туркестанского ВО "Фрунзевец" напечатала статью про наш полк. Статья занимала в газете целую полосу, но в ней не было и намека, что часть находится в Афганистане. Вот отрывок из статьи: "В ходе тактических учений воины взвода лейтенанта Ю. Кожевникова метко поражали все цели, с опережением нормативов выполняли вводные. А когда на марше артиллеристы подверглись атаке группы "противника", лейтенант Кожевников приказал развернуть гаубицы на прямую наводку, в кратчайшие сроки организовал оборону, и в итоге подразделение вышло победителем". Все вроде верно, но противник был не в кавычках и лейтенант Юрий Кожевников в этом бою погиб. Под огнем противника развернул гаубицу и открыл огонь. Подавил огонь душманов, дал возможность мотострелкам развернуться и вступить в бой. Но пуля снайпера сразила молодого офицера. Это было в марте 1980-го. Посмертно командир взвода 2-й артиллерийской батареи 860-го полка Ю. Кожевников был награжден орденом Боевого Красного Знамени. Этот орден получила мать, оставшаяся одна после смерти единственного сына.
   К боевым потерям прибавились и потери от стихии. Погодные условия февраля-марта 1980 года в горах были сложные. После обильных дождей с гор пошли грязевые потоки, поднялись горные реки, было снесено несколько жизненно важных мостов, в том числе и мост в полку возле КПП. На одной из застав грязевой поток снес в реку Кокчу БМП с экипажем. Несколько километров бурная река бросала бронированную машину как спичечный коробок. Экипаж погиб.
  
   КОМАНДИР
   Командир полка полковник Арутюнян Артуш (некоторые называли его Артуром) Татевосович к 1982 году оставался одним из немногих, служивших еще в Киргизии в 860-м омсп, в г. Ош. В этом полку он служил командиром батальона. В Афганистан входил заместителем командира полка. Вместе с полком прошел через Памир, делил все тяготы, переживал первые потери. Поэтому Арутюнян был очень внимателен к сохранению традиций полка. Под его руководством на плацу были построены барельефы с боевым путем полка и с количеством награжденных орденами и медалями. На постамент была поставлена БРДМ с номером 777 (первые цифры номера в\ч 77701 до ввода полка в ДРА). Эта БРДМ шла первой через Памир, на ее броне ехал командир полка подполковник Кудлай и представитель опергруппы округа подполковник Теодорович. На КПП была создана комната боевой славы полка. Были собраны некоторые материалы по первым годам пребывания в ДРА. Я помню, что было даже письмо от главаря банды Басира. В неформальной обстановке командир любил рассказывать о службе в г. Ош, про ввод полка в Афганистан. Гордился полком. В год его замены была очередная проверка (проводил генерал-майор Грубый) и все подразделения полка, которые дислоцировались в Файзабаде, в полном составе исполнили полковую песню "Горным перевалом". Эту песню, как говорил Арутюнян, написал командир роты связи. Командир записал песню на магнитофон, сказал, что будет слушать ее в Союзе. Традицией полка были проводы заменщиков. Утром на построение полка выносили Боевое Знамя, командир говорил теплые слова в адрес уезжающего, обнимал его и вручал грамоту. Особенно тепло Арутюнян прощался с теми, с кем пережил тяжелые недели ввода полка.
   Из-за пышных усов Арутюнян внешне был похож на афганца. Афганцы его очень уважали. Уважал и личный состав полка. Был строгим и требовательным, но не был самодуром. Был доступен до всех, к нему напрямую мог обратиться любой. Никогда не "зажимал" заслуженных наград, подписывал представления на ордена и медали.
   При Арутюняне полк жил нормальной повседневной жизнью, была установлена определенная система. Командир полка жил в бункере, рядом стояли БМП дежурного взвода от 2 мсб и 85-мм орудия противотанковой батареи. В 6 утра Арутюнян выходил из бункера, подходил к противотанковой батарее и указывал дежурному расчету какую-нибудь цель в горах напротив полка (оттуда предположительно душманские наблюдатели следили за полком, предупреждали свою банду о выходе наших подразделений). Расчет по команде стрелял и, если попадал, то у командира было хорошее настроение.
   После завтрака - развод, занятия. Ночью подразделения внезапно выходили на операции, в засады. Разведрота "дома" почти не сидела. Каждую ночь - в засаду вместе с начальником разведки полка подполковником Занятновым. О выходе роты в полку никто не знал, кроме Арутюняна и Занятнова. В тайне всегда держалась и реализация разведданных артиллерией. Получив сведения, что в таком-то месте ночует банда, командир вызывал начальника артиллерии (тогда начартом был подполковник Трухов Анатолий Васильевич, которого артиллеристы называли "дедом") и ставил ему задачу. Трухов вечером вызывал командира реактивной батареи и с ним готовил данные по стрельбе. Около четырех часов утра реактивные установки "Град" становились на позиции и делали залп двумя-тремя машинами. Трухов ставил установки прямо возле модуля, где жили офицеры. Можно представить, какое "удовольствие" получали спящие и как они проклинали реактивщиков. Трухов жил в одной комнате с нами, управлением дивизиона, и когда он после залпа возвращался в комнату, мы ему высказывали все, что о нем думали. Трухов молча улыбался, вскоре все повторялось сначала.
   Много внимания командир уделял быту личного состава. Сильно ругал поваров, заменял их, если невкусно готовили в солдатской столовой. Под его личным руководством была построена баня с парной и маленьким бассейном. Помывка была по строгой системе: в течение недели личный состав, в субботу - офицеры, в воскресенье - командование полка. Возле модуля - душ. Афганцы из камня построили клуб, туалет. При Арутюняне было создано подсобное хозяйство - огород. По полку ходили экзотические для Афганистана животные - свиньи. Их всегда с интересом рассматривали афганцы, когда приезжали в гости. В 1982 г. В ТуркВО проходил смотр бытовых условий личного состава. Проверялись полки как Афганистане, так и в Союзе. Лучшим в округе стал 860-й омсп, несмотря на то, что возможностей для улучшения быта не было. Камень, глина, доски от снарядных ящиков - вот единственный стройматериал. Окружная газета "Фрунзевец" посвятила полку целую полосу с названием: "В части порядок!".
   При мне Арутюнян редко выезжал на операции. Как правило, командовал по рации с территории полка. Прослушивал переговоры подразделений, при необходимости вмешивался, давал команды, вызывал вертолеты. Очень болезненно переносил любые потери. Для него потеря одного солдата была трагедией. Он говорил: "Вы убейте хоть 100 душманов, но если потеряли хотя бы одного нашего - операция неудачная". Особенно переживал за своих земляков-армян. Помню, как он ругал нас с командиром дивизиона. У нас водителями ЗИЛов было много армян. Наши машины посылали в колонны вместе с РМО. Однажды был ранен наш водитель-армянин. Командир вызвал командира дивизиона В. Гусарова и меня и начал отчитывать: "Я скоро вернусь в Союз, поеду в Армению и меня сразу найдут родители погибших солдат! Что я им скажу?". Пришлось некоторых армян отправить работать на огород. Зато у нас в комнате всегда были свежие помидоры, огурцы, другие овощи.
   6 ноября 1982 г. Арутюнян заменился в Армению. Больше я с ним не встречался. Но однажды увидел телесюжет в новостях. Это было накануне развала СССР, когда республики рвались к суверенитету. В Армении начались акции националистов против призыва в Советскую Армию. Показали, как в Ереване толпа бьет военного комиссара Армении генерал-майора Арутюняна. Стыдно и обидно было смотреть на это. В интернете сведений о нем мало. В 1996 г. Арутюняну А.Т. предоставлено российское гражданство. В 2002 г. генерал-майор Арутюнян - военный комиссар Республики Армения. 20 июля 2007 г. Указом Президента Армении освобожден от занимаемой должности.
  
   ТРУСОСТЬ И ХРАБРОСТЬ.
   Особых людей в Афганистан не посылали. Просто в боевой обстановке более явно проявлялись положительные и отрицательные качества человека. Сколько бы ты не говорил, о тебе будут судить по делам. Больше требований к офицерам - солдат все видит. Или ты хитришь и уклоняешься от участия в операции, или идешь вместе с солдатом, который не может уклониться. Один мой коллега упрашивал, чтоб его представили к награде. Мы с командиром дивизиона говорили: "Ты хоть в одну операцию сходи!". Среди боевых потерь в нашем полку офицеры имели высокий процент. Большинство офицеров проявляли мужество, берегли своих солдат, показывали пример. Звание офицера многому обязывало, в первую очередь к ответственности за жизнь солдат. И таких офицеров, которые думали не об орденах, а о жизни своих подчиненных любили и уважали. Таких офицеров защищали в бою даже ценой своей жизни. Начальника разведки полка подполковника Занятнова закрыл своим телом ефрейтор Хейдар Латыпов. Рядовой Нижниченко ценой жизни спас командира взвода старшего лейтенанта Козлова. Козлов после боя рассказывал: "Чувствую, что Нижниченко навалился мне на спину. И тут тело его обмякло, потяжелело. Я инстинктивно приподнялся, чтобы сбросить его с себя. И тут получил пулю в плечо".
   Сержант Свиридов во время операции в Зардевском ущелье один вышел в расположение душманского опорного пункта. Душманы его не ждали. Свиридов открыл огонь, уничтожил несколько душманов.
   Командир взвода лейтенант Ефремов был ранен в Коран-о-Муджонской операции. Он увидел, как к нему подбираются душманы. Взял гранату, выдернул чеку и был готов взорвать себя и окруживших врагов. Наши подоспели вовремя, отбросили душманов и вытащили из онемевшей руки Ефремова гранату. Чтобы вынести раненого из под обстрела, солдаты рисковали жизнью. Низкий поклон солдату, который в свои 18-20 лет перенес вся тяготы афганской войны на своих плечах.
   Не все на афганской войне стали героями, не все награждены орденами или медалями. Но все честно, каждый на своем месте, выполнял свои обязанности, переносил все тяготы службы на территории Афганистана. Поэтому, каждый достоин уважения.
   О трусости. После Зардевской операции Л. Рохлин на построении сказал перед офицерами полка: "Проявил трусость в бою командир роты капитан П.". Я не был на этой операции и не знал подробностей. Но те, кто там был, подтвердили слова командира полка. Трусость офицера - это не только его личный позор, но и гибель его подчиненных.
   Не все солдаты хотели служить в Афганистане (а может - вообще не хотели служить). Солдат 3-й батареи выстрелил себе в ногу. Шли на то, что пили мочу больных желтухой, чтобы заболеть и прокантоваться в госпитале. Но таких были единицы. Их поступки вызывали осуждение и презрение со стороны большинства личного состава. Был случай в 1 батальоне, когда струсил пулеметчик и из-за этого погиб командир взвода. Если мне память не изменяет, это было 7 ноября 1982 г.
   "Пропал без вести" - такая формулировка объединяла в себе и геройство и трусость. Среди пропавших без вести были и жертвы бурной реки Кокча, и попавшие в плен ранеными в бою, и добровольно перешедшие на сторону душманов.
   В танковом батальоне ушел с поста с оружием младший сержант Матвеев. Ушел и сразу попал в одну из банд. В полку начались мероприятия по освобождению Матвеева. Устраивались засады, прочесывание кишлаков. Душманы, видя, что их в покое не оставят, выгнали Матвеева. Но идти ему было некуда, так он и плелся за бандой. Куда делся Матвеев потом - не знаю.
   Случаи трусости и предательства - единичны. Офицеры, сержанты, солдаты в бою показывали хладнокровие и смелость. Не прятались за спины других. Не бросали друг друга в бою. Рискуя жизнью, выносили из-под огня раненых.
   Офицеры-артиллеристы всегда ходили с пехотой в качестве корректировщиков. С собой брали 3-5 солдата - связистов, прикрытие. И вот когда кто-то из офицеров артдивизиона шел в операцию, его осаждали солдаты взвода управления с просьбами взять их с собой. Так же было и в других подразделениях полка.
  
   О ПЛОХОМ. НЕУСТАВНЫЕ ВЗАИМООТНОШЕНИЯ.
   Были ли в Афганистане неуставные взаимоотношения? Были. 40-я армия - это часть всей Советской Армии и в ней были все то, что было в воинских коллективах на территории СССР. Все хорошее и все плохое. Только "плохое" в ДРА часто заканчивалось трагически. Последствиями неуставных взаимоотношений среди личного состава, постоянно имеющего на руках оружие и боеприпасы, иногда была смерть, ранения, переход на сторону душманов.
   Помню где-то в декабре 1982 г. меня и командира дивизиона вызвал в свой бункер командир полка подполковник Л. Рохлин. Было около 6 часов утра. Мы прибыли, получаем задачу. Вдруг в бункер привели солдата. Докладывают, что он расстрелял трех своих сослуживцев. Дело в том, что в 1982 г. вместо нашей мотострелковой роты на охрану аэропорта была поставлена одна рота батальона охраны. Рота расставила свои БРДМ вокруг аэропорта, личный состав выкопал себе бункера. Командование батальона находилось в Кундузе, командиру роты, видимо, было лень заниматься личным составом. Разбросал по огневым позициям и спокойно жил. В одном из экипажей БРДМ было три "старика" и один молодой солдат, татарин по национальности. Этого молодого солдата "старики" заставляли сутками стоять в охранении возле БРДМ. Погода в это время была противная. Солдат промок и замерз. Когда он зашел в бункер погреться, лежащие на нарах "старики" набросились на него с руганью. Молодой солдат вскинул автомат и начал стрелять, пока в магазине не закончились патроны. Сейчас он стоял перед нами, еще не сознавая, что произошло, спокойно все рассказывал.
   Мы с командиром дивизиона вышли из бункера и поехали в аэропорт - командир отправил нас в Бахарак. Ожидая вертолеты, увидели как на носилках отправляют тела этих "стариков". У одного из-под окровавленной простыни торчала согнутая в локте рука. Как бы после смерти он показывал кулак.
   Раньше, летом 1982 г., на почве неуставных взаимоотношений произошло убийство в минометной батарее 2 мсб. Причина - аналогична аэропортовской. После отбоя дежурный по минбатр сержант увидел, что его дневальный сидит в курилке вместо того, чтобы стоять под грибком. Подошел к нему, выругал, а потом ударил ногой между ног. Дневальный выхватил штык-нож и ударил сержанта в грудь. Я тогда стоял оперативным дежурным и ко мне привели этого дневального. Он был еще в состоянии аффекта. Зло повторял: "Я его в первой же операции пристрелю!". Он еще не понял, что убил сержанта. Немного успокоившись, сказал, что стоит в наряде вторые сутки. Простоял в бронежилете и каске целый день, вечером его никто не сменил. Устав, решил присесть отдохнуть. Я отправил солдата на гауптвахту, а сам пошел в санчасть. Сержант лежал на операционном столе, хирург развел руками. Нож попал в сердце. Звоню командиру полка полковнику А. Арутюняну. Тот молчит в трубку, потом кричит: "Что не мог утром позвонить?".
   Гроб с убитым в Каракалпакию сопровождал замполит 3-й артбатареи Ф. Моисеенко, а солдату трибунал дал 6 месяцев условно за "убийство в состоянии аффекта, вызванного незаконными действиями потерпевшего". В дальнейшем солдат продолжал служить в полку, только в разведроте.
   Не минула беда и мой дивизион. С самого начала у меня вызывало тревогу положение с дисциплиной во 2-й батарее в Бахараке. И мое частое пребывание в Бахараке было обусловлено именно этим. Я видел, что заключенные в небольшую крепость офицеры и личный состав маются бездельем. Хотя командир батареи, замполит, командиры взводов жили рядом с личным составом, сержанты и солдаты фактически были предоставлены сами себе. Командиры не влияли на климат в коллективе, в нем установились свои традиции, не самые лучшие. Сломать эти традиции мне не удалось. Если не было боевой работы, рейдов, операций стремился чем-нибудь занять личный состав. Заставлял офицеров проводить занятия. Вокруг огневых позиций гаубиц выкладывали стены из камня. Ни комбат капитан С.П. Миронов, ни замполит батареи старший лейтенант М.В. Жуков не смотря на мои внушения, не осознавали надвигающихся последствий. И вот случилось. Четверо старослужащих после отбоя решили "повоспитывать" молодых солдат, начали их вызывать в каптерку. Молодой солдат Д. после такой беседы пришел в боевое охранение. Солдату, своему одногодку, сказал: " Иди в каптерку, тебя зовут. Я за тебя постою" и взял автомат. С этим автоматом он потом зашел в каптерку и расстрелял четырех "стариков".
   Солдата судили, после я его не видел. С этим случаем приезжал разбираться заместитель командующего артиллерией 40-й армии полковник Засмолин. Он проводил беседы с личным составом, собрание. Не могу сказать, что эта трагедия кого-то научила в батарее.
   Несчастные случаи. и в мирное и в военное время они неизбежны в армии, насыщенной техникой, оружием, взрывчатыми веществами. В 40-й Армии личный состав был постоянно с оружием и боеприпасами. Эти боеприпасы никто толком не учитывал. Беспечность, небрежность обращения с оружием приводили к трагедиям.
   В нашем полку были разные случаи "небоевых потерь". Можно привести только два случая. Командир танкового батальона, хороший офицер, закончивший Академию БТВ. Был представлен на должность зам. командира полка вместо подполковника Е. Каминского. Однажды он решил "усовершенствовать" запал гранаты. Сделать так, чтобы эта граната взрывалась не через несколько секунд после выдергивания чеки, а сразу, в руке. Эту гранату планировалось подкинуть душманам как "сюрприз". Во время эксперимента произошел взрыв, комбату оторвало кисти рук. Другой офицер был легко ранен. Я был в это время в Кундузе, готовился к колонне в Союз. В медсанбате встретил фельдшера-прапорщика с нашего полка. Он сопровождал комбата в Ленинград в Военно-медицинскую академию.
   Другой случай произошел в день визита в полк заместителя начальника Главного политического управления СА и ВМФ адмирала Сорокина. Командир полка Л. Рохлин спозаранку отправил саперов глушить рыбу толовыми шашками. Хотел угостить адмирала форелью. На утреннем разводе видим, как БРДМ на большой скорости несется мимо строя в сторону санчасти. Сразу пришло ощущение, что случилась беда. Через несколько минут прибегает дежурный и докладывает, что от взрыва толовой шашки погиб лейтенант-командир саперного взвода.
  
  
  

ВОСПОМИНАНИЯ 1981-1982 ГОДОВ.

  
   Декабрь 1981 г.
  
   Месяц моего пребывания в Афганистане. Успел познакомиться с подразделениями дивизиона. Слетал в Бахарак (2 батр), в Кишим (3 батр). Коллектив многонациональный. Среди личного состава - русские, украинцы, белорусы, татары, узбеки, казахи, туркмены, киргизы, армяне, грузины, чуваши, евреи, азербайджанцы, марийцы и другие. Даже есть один цыган - командир взвода лейтенант Шевкет Кинжакаев.
   На полковой партконференции меня избрали делегатом II партийной конференции 40-й Армии. Летим в Кабул - командир полка А. Арутюнян, начальник политотдела Терещенко, начальник штаба 1 мсб А. Абрамов и я. Прилетели в Кабул за день до конференции, поселились в модуле при штабе армии. Командир и начпо пошли на совещание в штаб армии, а мы с Абрамовым пошли по гарнизону искать знакомых. В полку связи нашлись знакомые ребята. Дали нам спирту, мандаринов. В модуле у солдата-охранника живет обезьянка. Он ее держит в неработающем душе. Угостили ее мандаринами. Она никого не признает, кроме солдата, кусается. Кое-как взял ее в руки и сфотографировался. Вечером с Абрамовым сидели в комнате попивали спирт, закусывали мандаринами. Вдруг заходят два полковника. С одним из них Абрамов чуть не обнимается. Потом он мне сказал, что это командир дивизии полковник Громов, с ним Абрамов служил в одном полку в Майкопе. Про Громова я слышал еще в 70-х годах, когда служил в Северо-Кавказском военном округе. "Полк, которым командует майор Громов - инициатор социалистического соревнования в округе" - было написано во всех Ленинских комнатах. Во время учений "Кубань-75" мне пришлось побывать в полку Громова. Действительно, в полку был порядок.
   Утром поднимаемся на гору по длинной лестнице в штаб армии - бывший дворец Амина. В коридоре много народу, пьют чай. Много офицеров с орденами. На конференции присутствуют первый заместитель министра обороны СССР Маршал Советского Союза С.Л. Соколов, первый заместитель начальника Генерального Штаба генерал армии С.Ф. Ахромеев. Они одеты в форму советников - афганскую форму без знаков различия. Конференция подвела итоги двухгодичного пребывания наших войск в ДРА. Большое впечатление произвело выступление Соколова. Он рассказал о политической обстановке в Афганистане и боевых действиях ОКСВА, привел примеры умелых и результативных действий подразделений. Назвал потери наших войск за два года, отметил, что СССР каждый день несет огромный моральный урон из-за войны в Афганистане. В докладе Члена Военного Совета армии, выступлениях Соколова, Ахромеева резко критиковались некоторые командиры за неоправданные потери личного состава и боевой техники. Среди негативных явлений были отмечены неуставные взаимоотношения, небрежное обращение с оружием, легкомысленное отношение к подготовке боевых действий отдельными командирами, беспечность личного состава в ходе операций и в повседневной жизни. Надо сказать, что генералы и офицеры группы маршала Соколова много ездили в войска, изучали опыт боевых действий. Дело в том, что Боевые уставы Сухопутных войск не учитывали специфики ведения войны в условиях ДРА. Она имела свои особенности. Поэтому под редакцией Соколова вышла методичка с грифом "Секретно", в которой обобщался опыт боевых действий на территории Афганистана.
   После конференции улетели самолетом до Кундуза, там ночуем на пересылке нашего полка. В бункере под землей две комнаты. Одна общая, другая - для командира. Печка стоит только в командирской комнате, ее растопили. Мы с Абрамовым устроились на кроватях в общей комнате. Вдруг к нам вбегают Арутюнян и Терещенко, матерятся. Оказывается, в бункере стены были отделаны ДСП и пропитка при повышении температуры стала выделять едкий запах. Пришлось начальникам ночевать с нами.
   В колонне в районе Кишима погиб командир танкового взвода ст. лейтенант Жуков. Еще недавно мы жили с ним в одной палатке на Ташкентской пересылке. Не успел прослужить и месяца. Пулеметная очередь прошила его грудь.
   В полку это уже второй погибший офицер по фамилии Жуков. До него был минометчик, старший на точке Джалгар. Он вечером вместе со своим комбатом выехал на машине из полка на точку. Душманы из засады обстреляли машину, Жуков погиб. Третий Жуков - замполит 2-й гаубичной батареи в Бахараке. Он второй раз в Афганистане. Входил вместе с артбригадой, ее через полгода вывели в Союз в Каттакурган. Получил медаль "За боевые заслуги". Второй раз попал в пехоту, но вскоре переведен в артдивизион. Жуков был ранен осколком мины во время обстрела Бахаракской крепости. Тогда были ранены еще два офицера-артиллериста и солдат. Был награжден орденом Красной Звезды. В 1983 г. незадолго до своей замены Жуков захотел участвовать в колонне из Файзабада в Бахарак. Должны были перегонять новую технику, в том числе и МТЛБ для артбатареи. Я его отговаривал: "Твоя фамилия в полку несчастливая. Не рискуй перед заменой". Но Жуков поехал со своими тягачами и опять был ранен, правда, легко.
  
   БАХАРАК
  
   Бахарак - уездный центр в живописном месте, в долине, где сливаются три реки Зардев, Вардудж и Кокча. Городом его назвать нельзя, просто населенный пункт с единственной улицей. На этой улице - дуканы, похожие на сараи, в них торгуют мясом, картошкой, чаем, мелким ширпотребом производства юго-восточной Азии. Более ценный товар сюда привезти невозможно, так как очень далеко от Кабула и надо пройти через многочисленные душманские поборы на дорогах. Чем славится Бахарак, так это знаменитым бадахшанским мумие. Его именно здесь собирают и неочищенным продают в Файзабад, в Кабул, в другие города.
   Советский гарнизон Бахарака располагался в небольшой глиняной крепости. Здесь в тесноте разместились 1-й мотострелковый батальон (три роты, минометная батарея, отдельные взводы), 2-я гаубичная батарея, взвод реактивной батареи. Между командованием батальона и местной властью установились дружеские отношения. Вместе отмечали праздники, проводили концерты самодеятельности. В мечеть был проведен свет от батальонного движка. Помогали афганскому пехотному батальону. Раз в неделю в крепость прибегал молодой афганский солдат по имени Душанбе (в переводе - "понедельник") с канистрой и ему наливали бензин. Душанбе хорошо научился говорить по русски. Однажды он прибежал с радостной вестью: его направляют в Кабул на курсы подготовки офицеров. Для выходца из бедной семьи это большая честь.
   Мне приходилось чаще бывать в этом гарнизоне потому, что я не совсем был удовлетворен состоянием дел во 2-й батарее, особенно мне не нравились взаимоотношения среди личного состава. В отличие от других подразделений дивизиона в батарее процветала "дедовщина", к добру она никогда не приводила. Так и случилось, когда один молодой солдат расстрелял четырех "стариков".
   Вокруг Бахарака активно действовали несколько банд. Наибольшие потери полк понес именно в операциях вокруг Бахарака. Душманы неоднократно обстреливали наш гарнизон из артиллерийского и стрелкового оружия. На дорогах ставили мины. Батальон выставлял посты на важных пунктах. По взводу от батальона охраняли Бахаракский, Сарипульский и Алимугульский мосты. Некоторое время был пост "Могила Ходжи", потом его сняли.
   Один из минометных обстрелов крепости был в начале ноября 1982 г. Вечером в канцелярии 2-й батареи собрались офицеры-артиллеристы. Вдруг они услышали разрыв мины, с потолка посыпалась пыль. Трое выскочили на крыльцо и вдруг перед ними, возле грибка часового взрыв. Офицеры стояли на высоком крыльце - это и спасло им жизнь. Осколки мины прошлись по ногам. Часовой тоже был ранен, но мог быть и убит, если бы не нарушил все инструкции и не покинул бы пост. Он сел на лестнице за углом здания, выставив вперед ноги, в них и попали осколки. В тот день были ранены офицеры: замполит батареи старший лейтенант М. Жуков, командир взвода управления батареи старший лейтенант С. Краснов, командир реактивного взвода лейтенант Кулинич. Командир взвода лейтенант В. Кумейко замешкался в канцелярии и осколки его миловали. Он остался единственным офицером в батареи до возвращения командира батареи из отпуска. Когда я прилетел в Бахарак, то увидел посеченную осколками стену канцелярии и стенды, которые только недавно оформил Краснов. Место, откуда вел огонь миномет было засечено, но прочесывание ничего не дало.
   На Алимугульском мосту стояло орудие 2-й батареи. Я должен был посмотреть, как живет расчет орудия. Тем более, что в начале марта 1982 г. на мосту произошла трагедия. Старший на точке лейтенант Поручиков и четыре солдата погнались за лисой и попали в засаду. В ожесточенной перестрелке все пятеро погибли. Один солдат нес на себе убитого командира взвода, пока сам не был убит. На точке в память о погибших поставили монумент.
   Выехали с начальником штаба Абрамовым на Алимугульский мост на двух БМП. На мосту вместе с нашим взводом стоят афганские сарбозы. Живут все в блиндажах - норах, выкопанных в окопах. Пока Абрамов общался со своими мотострелками, я знакомился с артиллеристами. В их "блиндаже" сильный запах дуста - травили вшей. Вшей "дарят" сарбозы. Никакого постельного белья у расчета нет, спят на плащах ОЗК. В них вши не заводятся. Проверил, как расчет знает боевую задачу и действует в случае нападения или обстрела. Познакомились с афганскими офицерами.
   На обратном пути сделали короткую остановку на Сарипульском мосту и поехали дальше. Возле реки остановились - Абрамов решил "порыбачить". Стал бросать гранаты Ф-1 в речку, а мы ловили оглушенную рыбу на перекате. Естественно, что всю поймать не могли - река быстрая. В азарте поскользнулся связист и окунулся в воду вместе с рацией. Невдалеке местные афганцы работали на поле. Увидев, что мы глушим рыбу, побежали к реке и стали тоже ловить ниже по течению. Поймав несколько рыбин принесли к нам, но мы их рыбу не взяли. Афганцы нас благодарили. Подъезжая к Бахараку, увидели лису, потом другую. Остановились и начали стрелять. Одна убежала, но другую подстрелили.
   Однажды 1-й батальон проводил операцию в районе Рубаби-Хайрабад-Гандачашма.. Руководил начальник штаба батальона майор А. Абрамов. Я как раз жил в Бахараке и пошел с батальоном. На огневой позиции за старшего офицера батареи остался лейтенант В. Кумейко. На данный момент единственный офицер в батарее. В операции участвовали афганские активисты Киям, Ибрагим и Анвар. Были афганские солдаты. Нас поддерживали вертолеты. Операция прошла без стрельбы. Прошлись по кишлакам пешком, бронегруппа за нами. Душманы, конечно, были предупреждены и убежали. Уже в конце операции по радиостанции "Ромашка" слышим крик вертолетчика: "Командир, падаем!". Смотрим, один вертолет действительно, нарезая круги, опускается вниз. Летчикам удалось все-таки посадить вертолет рядом с крепостью.
   В Рубаби активисты пригласили в гости в дом к одному афганцу. Тот только что вернулся из Мекки, совершил хадж. "Хаджи" нас встретил приветливо, усадил на застеленный ковром пол, прямо во дворе. Угощал нас чаем, сладостями. Потом подарил каждому пластмассовые четки, освященные в Мекке.
   Вернувшись в крепость, увидели стоящий вертолет МИ-8, возле него техник. Говорит, что техническая неисправность, но устранимая. Летчики улетели в Файзабад за запчастями, завтра будут..
   Разведчики, которые жили в нашей крепости, сказали, что душманы подтягивают свои силы к Бахараку и хотят ночью уничтожить вертолет. Усилили охранение. Потом пришла информация, что группа душманов сосредоточилась в развалинах в метрах двухстах. Гаубицей прямой наводкой открыли огонь. Потом лейтенант Некрутенко со своим взводом подобрался к дувалу и забросал развалины гранатами. Осмотрели развалины. На одной из стен была нарисована схема: вертолет, огневые точки для гранатометчиков.
   Когда стемнело и сели ужинать, доклад - обстреливают крепость. Выскочили на стену крепости, видим трассы ДШК, отдельные вспышки выстрелов с россыпи камней на окраине Бахарака. Видимо, это отвлекающий огонь, поэтому стрельнули из гаубицы еще раз по развалинам.
   Сели опять ужинать. Вдруг Абрамова вызывают на связь с полком. Возвращается и смеется: "Командир полка спрашивает, продержимся ли до утра?". Кто-то доложил в армию, что батальон окружен и ведет бой. Армия звонит в полк: доложите обстановку. Мы всех успокоили. Вдруг опять начался обстрел. В. Кумейко побежал на огневую позицию, а я с расчетом к орудию, которое стояла в противоположном направлении. Действуем в полной темноте, чтобы душманы не пристрелялись. Видим - издалека, с района Пастиры летит трасса ДШК. Летит высоко, но с приближением к нам все ниже и ниже. И вдруг в ветвях тополей над нами стали хлопать разрывные. Я послал солдата за касками. Бахаракский Царандой ведет бешеный огонь во все направления. Только мешает точно засечь душманов. На плацу разрывается снаряд - откуда-то стреляет пушка. После второго выстрела засекаем вспышку со стороны Вахшира. Наводили на глаз по стволу (никакой подсветки нет). После нашего второго выстрела пушка душманов замолчала. Попасть, конечно, мы не попали, но напугали.
   Попытка душманов уничтожить вертолет провалилась. На следующий день привезли запчасти, отремонтировали "вертушку" и она улетела.
   На Алимугульском мосту целый день мимо нашего взвода в уездный центр проходили афганцы из окрестных кишлаков. Однажды солдаты увидели, что идет старик и везет на ишаке женщину в парандже. Женщин наши солдаты не проверяли. Проехав пост, женщина резво спрыгнула на землю, а старик сел на ишака. Походка женщины показалась солдатам подозрительной, совсем не женской. Командир взвода быстро прыгнул на БМП, догнал, но открывать лицо женщинам было нельзя. Это большое оскорбление для мусульман. Попросили показать руки. Они были явно мужские. Подняли паранджу - усатый мужик басмаческого вида. Задержанных посадили на БМП и привезли в уездный центр. Улусволь (губернатор) собрал на базарной площади людей и вывел перед ними эту "женщину". Продемонстрировал "фокус" с переодеванием и сказал, что душманы нарушают мусульманские законы. Из-за них "шурави" (советские) будут теперь проверять всех наших женщин. Толпа была готова растерзать душмана. Больше всего негодовал мулла. Спасли душмана от расправы работники госбезопасности (ХАД), увели к себе на допрос.
  
  
   Январь 1982.
  
   Первая поездка в провинциальный центр Файзабад связана с первой провинциальной партийной конференцией НДПА (Народно-Демократическая партия Афганистана). Для участия в ней поехали от полка трое - секретарь парткомиссии капитан Лященко, я и солдат-таджик из комендантского взвода в качестве переводчика. В центе Файзабада проходит митинг по поводу пленения шестерых душманов. Они, опустив головы, стоят тут же. Один - совсем мальчишка. Выступает мулла. Он рассказывает, что эти душманы захвачены во время намаза. Истинные мусульмане во время молитвы отключаются от всего земного. В толпе раздался смех. Мулла разозлился, кричит: "Почему смеетесь? Надо плакать, что душманы берут в банды детей!". Это "дитя" стоит, улыбается.
   Файзабад назвать городом можно с большой натяжкой. Это просто большой кишлак. Вдоль главной улицы примитивные лавчонки - дуканы. Товар самый разнообразный, в основном китайский, гонконгский и других стран юго-восточной Азии.
   Конференция проходила в Царандое (милиция). Выступали губернатор, первый секретарь, член ЦК НДПА, еще несколько человек. В Бадахшане насчитывается 296 членов партии, 1300 кандидатов, 1300 членов ДОМА (молодежная организация), 150 членов ДОЖА (женская организация). Из 296 членов партии 266 - мужчины, 205 - представители интеллигенции, 62 - крестьяне, 18 - рабочие. Оказывается, в Бадахшане действует подпольная организация "ситамистов", которые выступают за независимость Бадахшана. Это движение возглавляет бывший министр образования Таир Дахиш, который живет в одном из кишлаков.
   Самая крупная группировка душманов - "полк Гульдота". Она насчитывает около 2000 человек. Имеет на вооружении 25 минометов, около 130 гранатометов.
   После конференции обед. Традиционный плов с кусками баранины. Холодная вода в пиалах, которую мы сразу выпили, а афганцы в этой воде смачивают руки перед едой. Член ЦК учился в СССР, хорошо знает русский, рассказывал анекдоты.
  
   6 ноября 1982 года.
  
   Приехали колонной из Союза зампотех дивизиона В. Хмызенко и механики-водители дивизиона. Пригнали МТЛБ. Но главная новость - Арутюнян дождался замены. Приехал подполковник Рохлин из Мурманской дивизии.
  
   11 ноября 1982 года.
  
   Я в Бахараке. Утром с Абрамовым пошли на базар. По дороге встретили одного афганского активиста. Он говорит: "Вы знаете, что умер товарищ Брежнев? Передало радио Душанбе". Мы говорим, что не знаем, такой информации у нас нет. После возвращения с базара зашли в штаб батальона. Зампотех В.А. Соколов слушает по радио классическую музыку. Он и подтвердил весть о смерти Брежнева. Завели движок, включили телевизор - так и есть, передают сообщение. Абрамов дал команду построить батальон на плацу. Я как старший политработник толкнул речь: "Умер выдающийся деятель современной эпохи и т.д.". Дали указание повысить бдительность, усилить охранение. Душманы никаких действий не предпринимали. Должно быть, праздновали.
  
   14 декабря 1982 вторник.
  
   Во 2-й батарее осталось всего два офицера - комбат Миронов и взводный Кумейко. Вчера вечером прилетел командир полка подполковник Рохлин, начальник артиллерии полка майор Богонатов. С ними прилетел командир 24-го афганского пехотного полка. Прилетели афганские солдаты. Рохлин собрал офицеров в столовой и ставил задачу. Завтра - операция 1 мсб и афганского батальона на кишлак Паин-шахр в районе Бахарака. Это первая операция Рохлина. Афганскому полковнику Рохлин подарил новый офицерский бушлат. Но когда он вечером вышел в туалет, наши гарнизонные собаки все равно учуяли афганский дух и сворой налетели. Полковник отбивался от собак какой-то тетрадью, пока наши солдаты не взяли псов за шкирку и не засадили за забор, где стоит движок. Лидер всех бахаракских собак и ярый ненавистник афганцев - пес по кличке "Басир" (тезка главаря одной из банд).
   Рано утром перед операцией Рохлин обещал солдатам: "Кто захватит душманский миномет - будет представлен к ордену Красного Знамени, если возьмет в плен иностранного советника - тоже" и т.д. Это первая операция Рохлина. Он полтора месяца назад прибыл по замене из Заполярья, там я был с ним знаком. Л.Я.Рохлин командовал 19-м мсп, а замами у него были два моих товарища - с обоими служил в Шалинском танковом полку в Чечено-Ингушетии.
   С рассветом выехали на БМП вместе с солдатами афганского 24-го пехотного полка. Опасаясь мин, на большой скорости мчались по полям, через арыки, по бездорожью. Останавливаться было строго запрещено. Но нашей БМП пришлось один раз остановиться - подбирали упавшего с брони "сарбоза". Один раз только спешились - напротив Фурморага. Под прикрытием брони перешли маленькую речку вброд. Потом батальон понесся дальше, а я выполнять свою задачу. Мне Рохлин поручил командовать остатками 2-й мср (около 20 солдат и один молодой лейтенант на трех БМП), придал зенитную установку. Наша задача прикрыть проход батальона мимо Фурморагского ущелья. Заняли оборону в бывших душманских окопах. Рядом брошенный караван-сарай, впереди кишлак Фурмораг. Зенитчики и пулеметчики пристреляли несколько вероятных целей.
   По рации слышу, что батальон вступил в бой, штурмует Паин-шахр. Душманы ведут сильный огонь из ДОТов. Рохлин кричит в эфир: "Вперед! Броня БМП защищает от пуль!.." Однако машины застряли в россыпях камней и последовала команда на отход. Одна машина села днищем на камень, только после многих попыток удалось зацепиться гусеницей за грунт и съехать.
   Батальон прошел мимо нас и в двух километрах остановился, ожидая нашего отхода. Мы начали сниматься с позиций, но в это время душманы открыли огонь. Рядом рвались разрывные пули. Откуда стреляют - неизвестно. Начали стрелять по всем возможным целям. Хорошо показал себя сержант-командир ЗУ-23-2, не знаю фамилии, помню имя - Иван. Сидит за установкой фактически на открытой местности, поливает снарядами все подряд и только командует расчету: "Коробки!". (После возвращения в Файзабад я попросил командира зенитной батареи представить расчет к наградам). Огонь душманов ослабел, пехота погрузилась в БМП. Я вызвал огонь нашей артбатареи. Под прикрытием дымовых снарядов свернули "зеушку", подцепили к БМП и догнали батальон.
   В этой операции в первом батальоне было три раненых, а в афганском полку были и убитые.
    
   26 декабря 1982 г. Воскресенье.
  
   В Файзабаде в Царандое проводится торжественное собрание, посвященное 60-летию образования СССР. От полка поехали я и пропагандист В.И. Ищук. Переоделись в повседневную форму. На собрании были партийные и комсомольские советники, советники ХАД и Царандоя, руководители провинции Бадахшан. Выступил губернатор, потом я. После собрания посетили казармы Царандоя. Командующий с гордостью показывал, что его солдаты спят не на полу, а на кроватях. Кровати наши армейские, но много самодельных деревянных, привезенных солдатами из дома. Постельного белья нет.
   Клубная машина нашего полка показала фильм для афганцев. "Бабек" на таджикском языке. Собралась толпа детей и взрослых.
  
   29 декабря 1982 г. среда.
  
   Полк проводит операцию, а я заступаю в наряд оперативным дежурным. Перед разводом узнаю, что погиб замполит танкового батальона Саша Иванов. Рассказывают, что он стрелял с трофейного ДШК стоя и его достала пуля снайпера. Только недавно с ним встречался, приезжал в Файзабад с командиром батальона. Он из Наро-Фоминска, его жена вот-вот должна родить.
  
  
  
  

ДНЕВНИК 1983 ГОДА.

  
   1 января 1983 г. суббота.
  
   Новый год встретили в бункере командира полка Рохлина. Были командиры батальонов, их заместители. Рохлин пригласил еще афганцев - командира 24-го пехотного полка, командующего Царандоем, партработников НДПА. Было интересно наблюдать, как афганцы смотрят по телевизору трансляцию концерта из Москвы. До Файзабада телевидение еще не дошло. Долго уговаривали командующего Царандоем старшего капитана выпить водки. Уговорили на свою голову. Через час его отнесли в офицерский модуль и уложили спать.
  
   17 января 1983 г. понедельник.
  
   Почти неделю сижу во 2-й батарее в Бахараке. Сегодня готовимся к завтрашней операции. Батарея выезжает с четырьмя орудиями, на четырех ЗИЛах. Командир батареи Миронов уверенно доложил, что техника к выходу готова.
   Батальон идет в район Джарма, а наша батарея занимает позицию на Алимугульском мосту. Мост охраняет один взвод 1-го батальона и афганская рота.
  
   18 января 1983 г. вторник.
  
   Рано утром выехали из крепости. Батальон пошел вперед, а батарея заняла огневую позицию на Алимугульском мосту. С батареей выехал капитан-особист. Целый день маялись бездельем. Пили чай с афганскими офицерами, рассказывали анекдоты. Огонь артиллерии не понадобился. Батальон без потерь начал возвращаться, около 16.00 прошел мимо нас. Уже начало темнеть. Мы стали сворачивать гаубицы. Нас прикрывала 2 мср во главе с начштаба батальона А. Абрамовым.
   Подцепили гаубицы к ЗИЛам, я уже сел с особистом в машину, тут говорят: "Одна машина не заводится". Подхожу к машине. Водитель Зайцев снимает аккумулятор, рядом стоит комбат Миронов. Возле машины собрались афганские и наши солдаты. Зайцев оправдывается: "Я же говорил вчера вам, товарищ капитан, что АКБ надо зарядить. Он же неделю стоял у вас в канцелярии!" Я понял, что АКБ освещал канцелярию, где жили офицеры. Решили поставить аккумулятор с другой машины, завести и опять поменять аккумуляторы. Я с особистом отошел к заднему колесу и в это время впереди машины, в толпе афганских солдат взрыв. Я упал, когда поднялся увидел, что все разбегаются, кто-то отползает. Водитель Зайцев скачет на одной ноге в сторону окопа. У машины увидел только лежащего Миронова. Подбежал к нему, он стонет. Поднять не могу, он сам по себе тяжелый, к тому же увешанный магазинами вокруг тела. Говорю: "Петрович, ползи под машину, сейчас кого-нибудь позову". Вдруг подбегает наводчик Зимин, вместе подняли комбата и отвели в окоп. Со стороны кишлака Фаргамундж душманы ведут огонь. Рота открыла огонь наугад. Я сбегал в машину, взял свой автомат и каску и спрыгнул в окоп рядом с начальником штаба батальона. Тот стоит без каски, в синей лыжной шапочке и пытается определить, откуда душманы ведут огонь. Рядом по брустверу ударили пули. "Наверное, Толя, бьют по твоей шапке. Одень каску".
   Стемнело и душманы перестали стрелять. Раненых погрузили в БМП и отправили к месту посадки вертолета. У нас были ранены комбат Миронов, водитель Зайцев (в ногу), замполит 2 мср Трунтов (осколок зацепил ухо, но крови было много, на всякий случай перебинтовали всю голову). Миронова мы даже не смогли перевязать. Он получил много осколков в левый бок, осколки застряли в бушлате, а один, большой и самый опасный, застрял в магазине среди патронов прямо возле позвоночника. Больше пострадали афганцы. Один, который взял на себя большинство осколков - в очень тяжелом состоянии. Другому "сарбозу", совсем мальчишке, осколок попал ниже живота, но сделал только "обрезание". Отдал ему свой перевязочный пакет.
   Добирались в крепость в темноте. Машину Зайцева взяли на буксир. Гаубицу пришлось оставить на Алимугульском мосту. На Сарипульском мосту встала еще одна машина. Ее вместе с гаубицей оставили там до следующего дня. В крепость прибыли поздно ночью.
   Из офицеров в батарее остался один - командир 2-го огневого взвода лейтенант В. Кумейко. Комбат С.П.Миронов ранен сегодня, замполит батареи М.В.Жуков, командир взвода управления С.А.Краснов были ранены раньше. Командир 1-го взвода Ш.М. Кинжакаев в командировке в Термезе получает новые орудия.
  
   19 января 1983 г.
  
   Рано утром своим ходом приехала наша машина с гаубицей, которую мы вчера оставили на Сарипульском мосту. Готовимся опять к выходу на Алимугульский мост: забрать оставленную гаубицу и пострелять по Фаргамунджу. Из полка прилетел начальник штаба дивизиона Н. Волошин и ему в помощь лейтенант Маслов с минометной батареи. Выезжали три ЗИЛа с гаубицами. Взяли с собой 200 снарядов, загрузили их в ЗИЛы по самые борта. Я сел в кабину первой машины, Волошин в третью. Расчеты разместились в кузовах прямо на ящиках с боеприпасами. Впереди колонны - БМП с пехотой. Где-то через километр громкий взрыв, машину подбросило. Через зеркало вижу как в воздухе летят снаряды, ящики и рядовой Байрамов. Оказалось, что моя машина подорвалась на мине. Правое колесо на заднем мосту - в дребезги. Байрамов получил несколько ушибов, больше никто не пострадал. Нашлась БМП, у которой был приварен буксирный крюк, к нему подцепили гаубицу, перегрузили боеприпасы и поехали дальше. Подорванную машину отволок в гарнизон вызванный самосвал-мусоровоз. Утром проехал наш ЗИЛ с гаубицей - не подорвался. Ручей, в котором стояла мина, утром был замерший, а теперь оттаял.
   Дальше без приключений. Выпустили по Фаргамунджу 200 снарядов и вернулись в Бахарак.
  
   25 января 1983 г. вторник
  
   Операция на Фаргамундж. Участвует 1-й мсб и афганский оперативный батальон. Огневая позиция 2-й батареи опять на Алимугульском мосту. Операцией руководит зам. командира полка подполковник Е. Каминский. Его КП вместе с нами. Фаргамундж - кишлак длиной 9 км вдоль ущелья. Командир полка Рохлин (позывной "Мимоза") с прапорщиком роты связи и афганскими активистами высадились с вертолета выше кишлака прямо в снег. По его плану 1-й батальон должен пройти весь кишлак и соединиться с группой Рохлина.
   Душманы встретили батальон сильным огнем. "Броня" дальше не могла пройти - каменные завалы. Батальон залег под огнем. Артиллерия открыла огонь, но он, видимо, не имел эффекта. Прибежал советник афганского батальона Резник, кричит: "Не хотят идти! Пинками поднимал! Не хочу получить очередь в спину".
   Батальон докладывает, что есть потери. Каминский докладывает "Мимозе", что продвижение батальона остановлено под сильным огнем. Предлагает Рохлину эвакуироваться вертолетом. Рохлин отказывается. Каминский плюется, ругается. Надо отходить, но в горах засел Рохлин. Слышим по рации, как Каминский командует вертолетчикам забрать "Мимозу".
   Вдруг около 12 часов видим вертолеты. Садятся в начале ущелья и высаживают разведроту. Та прошла через батальон, душманы впустили ее в кишлак, окружили и начали долбить. По рации разведчики докладывают, что у них большие потери. Потом связь прервалась.
   Каминский снимает свой КП и перемещается на гору ближе к кишлаку. С ним пошли наши артиллеристы старшина дивизиона прапорщик Дмитрук и сержант Лодыга. Я остался на огневой позиции. Слышим как Каминский командует вертолетчикам: " Забрать "Мимозу"! Если будет отказываться, связать и забросить вертолет!". Наконец Рохлина забрали и увезли в Файзабад. При этом он "забыл" в горах прапорщика роты связи В. Холевинского. В полку Рохлин сказал, что Савицкий погиб. Того случайно увидели вертолетчики и забрали.
   Начало темнеть, внезапно изменилась погода. Подул теплый ветер. Начали выходить батальон и разведрота, прилетели вертолеты забирать убитых и раненых. Из-за резкой перемены ветра одна "вертушка" на наших глазах ударилась об скалу, упала и загорелась. Экипаж спасся. Продолжали выходить разведчики и мотострелки. Командир разведроты капитан Быков подошел ко мне и показывает раненую руку. Крови нет, пуля, видимо на излете, вошла возле запястья, прошла под кожей и застряла возле локтя. Говорю: "Давай перевяжу!". Быков говорит: "Не надо. Пока рукой не шевелю, она не болит. Начинаю шевелить - болит". Узнаю, что у разведчиков погиб командир взвода лейтенант Ермаков, чеченец старший сержант Хачукаев, рядовой Нижниченко закрыл своим телом старшего лейтенанта Козлова. В 3 мср погиб сержант Петрушин из Казахстана. Я его знал раньше, ходили на операции и на охоту. А сегодня рано утром перед операцией я увидел, что Петрушин какой-то грустный, подошел к нему, спросил, в чем дело. Петрушин сказал, что получил письмо от матери. Та пишет, что отец лежит в больнице, у него рак. Попросил помочь ему с отпуском. И вот такое горе матери...
   К ночи все собрались у моста и начали марш. По дороге сняли одну пластмассовую мину.
   Потери в операции: убитых (в том числе умерших позже) - 6, раненых - 12. Душманы захватили пулемет РПКС и автомат с подствольным гранатометом.
  
   22 февраля 1983 г.
  
   Вернулся с командировки в Ташкент. На пару дней заехал домой. Потом долго просидел в Ташкенте на пересылке. То не было самолета на Кундуз, то закончилась виза. В полку было затишье. Пришла колонна из Союза.
  
   13 марта 1983 г.
  
   Сегодня прилетел из Кишима. Четыре дня работал в 3-й батарее. Комбат В. Дадычин, замполит Ф. Моисеенко организовали хороший быт личного состава, нормальный распорядок дня. Личный состав чистый, питание хорошее. Занятия проводятся. Нет безделья, от которого все беды. Провел занятия, беседы с личным составом. Рассказал, про обстановку вокруг наших гарнизонов, про операции, которые проводились в Бахараке, Файзабаде.
  
   26 мая 1983 г.
  
   Прилетел в Кишим. Завтра выезд в кишлак Баладжари. Наш полк будет оборудовать пост для афганских активистов. Баладжари - родной и базовый кишлак главаря банды Вадуда, давнего и злейшего нашего врага. Он жестоко обращается с местным населением, все его боятся. Если его бывшие союзники Шариф и Пахлаван перешли на сторону народной власти, то Вадуд продолжает войну.
   Для руководства завтрашней операцией прилетел начальник штаба полка майор А. Рябшев.
  
   27 мая 1983 г. пятница.
  
   Утром выехали в Баладжари. На огневой позиции остался старший офицер батареи ст. лейтенант А. Эндеберя. Артиллеристы выехали на своем МТЛБ. На капоте гордо сидит батальонный пес "Душман". Целеустремленно смотрит вперед, даже не реагирует, когда вода на броде заливает капот. Дошли без происшествий. Заняли сопки. Наша группа - командир 3-го батальона майор Карпенко, я, командир взвода управления 3-й батареи лейтенант Урусов, связисты. Командир батальона Карпенко в хорошем настроении, он знает, что его заменщик уже в полку и завтра будет в батальоне. У нас БМП комбата и МТЛБ дивизиона. Наша сопка прямо над кишлаком. По плоской крыше крайнего дома мы ходим. С нее лучше наблюдать. Внизу мечеть, афганские дома, лабиринт дувалов. Выше нас, на горе, расположился взвод мотострелковой роты.
   "Душман" побежал знакомиться с местными собаками, но кобели его встретили неприветливо и он вернулся назад.
   Баладжари стоит прямо на реке. Через кишлак проходит единственная дорога Кундуз-Кишим-Файзабад. В метрах 10-15 от дороги мы нашли душманские укрытия. Забросали их гранатами. Поля местных жителей - за рекой. Изобилие воды позволяет выращивать рис. С другой стороны кишлака - горы. В кишлаке одни женщины и дети, все мужчины на полях. К вечеру они стали возвращаться домой. В 18.30 прокричал муэдзин на вечерний намаз, но в мечеть пришло человек пять.
  
   28 мая 1983 г. суббота.
  
   Продолжаем оборудовать свой пост. Всю ночь батарея с пункта постоянной дислокации стреляла осветительными снарядами. Им с нашей стороны помогала минометная батарея. В перерывах между подсветкой любуемся звездным небом. Офицеры дежурили ночью по очереди, все было нормально.
   Пришли трое афганских солдат помогать рыть окоп. Один из них сбегал в кишлак и принес лепешки. Эти лепешки темно-коричневого цвета и были похожи на пластилин. Есть их мы не стали, а сарбозов угостили своим сухпайком.
   Приехал заменщик командира батальона капитан Комирзан. Карпенко сразу уехал в Кишим готовиться к отъезду. Комирзан только что с вертолета. На все смотрит дикими глазами. Кое-как ввожу его в суть дела. Но ему трудно "врубиться".
   Беседовали с местными жителями. Говорят, что Вадуд ушел в горы. Один старик шепотом сказал: "Убейте Вадуда. Это зверь. Он убил моего сына, грабит кишлаки, забирает одну десятую урожая".
  
   29 мая 1983 г. воскресенье.
  
   Ночью опять подсвечивали. Днем на наших глазах сел на вынужденную посадку вертолет МИ-6. К месту посадки поехали танк и БМП. Нужно было быстро успеть раньше душманов. Танк и БМП поехали прямо по полям, что вызвало возмущение зам. начПО майора Л. Базюка. Как будто афганское поле дороже жизни наших солдат. Проверять дорогу на мины нет времени. Вертолетчикам повезло, что мы были рядом, а душманы далеко. После обеда прилетела рота из Файзабада для охраны вертолета.
  
   30 мая 1983 г. понедельник.
  
   Жители покидают кишлак. Грузят на ишаков имущество и всеми семьями уходят в горы. У некоторых из них пытался узнать причину ухода. Один испуганно сказал, что ничего не знает. Другой - что уезжают в горы на свои поля и пастбища. Третий сказал, что Вадуд приказал покинуть кишлак. Заметили подозрительного афганца, который ходит от дома к дому. Запросили у Рябшева разрешение сходить в кишлак. Начальник штаба приказал: "Задержать и доставить ко мне". Я взял пулеметчика и двух автоматчиков и пошел в кишлак. Обошли несколько пустых домов, но душман через лабиринты ушел.
  
   31 мая 1983 г. вторник.
  
   Свой пост мы уже оборудовали. Сегодня ходил по кишлаку и общался с местными жителями, которые еще не ушли. По их рассказам у Вадуда около 400 человек, но ядро отряда составляет человек 50. Остальные - насильно набранные. Поблизости в ущелье Вахши есть еще банда Саймутдина, который воюет с Вадудом за контроль над кишлаками.
  
   1 июня 1983 г. среда.
  
   От Вадуда ушел с оружием душман и сдался нашим. Мы с ним позже беседовали. Он сказал, что есть еще желающие уйти из банды, но они боятся Вадуда. На его глазах Вадуд с таким беглецом расправился - подвесил за ноги, бросал в него ножи, потом застрелил. У Вадуда 5-6 гранатометов.
   Мимо нас пуштуны гонят стада баранов на высокогорные луга Памира. Каравану верблюдов не видно конца. Зрелище впечатляющее. В караване одни женщины в цветных шароварах и дети. Женщины, в отличие от местных, лица не закрывают. Наблюдал, как девушка садилась на верблюда. Она слегка ударила верблюда по ноге, тот встал передними лапами на колени и наклонил голову. Девушка села на шею, верблюд выпрямился и она в седле. Мужчины с оружием едут по горам параллельно и охраняют караван от душманов. Душманы боятся пуштунов и на это время уходят подальше. В прошлом году такой караван останавливался на ночевку напротив нашего полка. Старейшины приезжали на встречу к Арутюняну. Просили не стрелять и не мешать.
   Съездил в Кишим. Этой ночью душманы обстреляли отряд Пахлавана.
  
  
   2 июня 1983 г. четверг.
  
   Через Баладжари продолжают идти караваны верблюдов. Баладжари опустел, жителей почти нет. Но одного встретили возле реки. Он сказал, что его младшего сына убил на поле советский вертолет, а трех братьев убил Вадуд. Один из братьев был учителем. Вадуд закрыл школу, не пускает жителей в уездный центр Кишим, выставляет охранение. Если душманам нужны деньги на оружие, они забирают у гарибов (бедных крестьян) скот и продают его. Своим телохранителям, а их около 50 человек Вадуд платит по 20 тысяч афгани. Мулла в кишлаке - гариб (бедняк), сам работает на своем поле.
   Вадуд пока не обстреливает. Отсиживается в Самарканди (7-8 км от нас). Понимает, что мы сильнее, будет ждать нашего ухода. У Вадуда несколько кишлаков, но жил он в основном в Баладжари. Очень красивое место - река Машхад, прохлада, через кишлак проходит дорога Кундуз-Файзабад, можно снимать налог с проезжающих дуканщиков
   Вечером обыскивали один дом. Комбату показалось, что афганцы разгружали с ишаков оружие. Ничего не нашли, кроме кошки с котятами. Кошка нас напугала. Когда открыли дверь в доме, она с криком выскочила. Пулеметчик сзади меня клацнул затвором. Я боялся, что он с перепугу всадит мне в спину очередь.
  
   3 июня 1983 г. пятница.
  
   Обыскивали несколько пустых домов. Увидели примитивную жизнь, бедность. Без света, без кроватей. Спят на глиняном полу, посреди комнаты - очаг. В некоторых дворах отрыты убежища - небольшие пещеры.
   Пуштуны продолжают идти через Баладжари. Афганский офицер выбрал себе барана и приказал сарбозам забрать. Грабят своих же безбожно.
   Когда стемнело, по нас начали стрелять. Стреляла, видимо, одна винтовка, но разрывными. Залегли на крыше, засекли вспышки ниже нас в саду. Прочесали огнем из пулемета и автоматов. Стрелять прекратили, но потом начали опять. Этот сад у меня на карте как цель 101. На огневой позиции данные по этой цели подготовлены. Даю по радио команду старшему офицеру батареи ст. лейтенанту А.Эндеберя: "Цель 101-я, один снаряд огонь!". Но снаряд разорвался не в саду, а в двухстах метрах от нас. Было слышно, как по МТЛБ ударили осколки. Крыша, на которой мы лежали, зашаталась. Командую: "Стой! Прекратить огонь!". Эндеберя извиняется, говорит, что после стрельбы осветительными дальность стрельбы изменил, а доворот орудия остался прежний. Предлагает сделать еще выстрел. Говорю: "Хватит!".
   Услышали какой-то шорох недалеко от нашей высотки. Побросали гранаты Ф-1 вокруг нашего поста на всякий случай. Стрельбы по нас больше не было.
  
   4 июня 1983 г. суббота.
  
   Наша миссия в Баладжари выполнена. Опорный пункт построен. Оставили там 50 афганцев -активистов и сарбозов. А мы вернулись в Кишим. Помылись в бане. Новый комбат Комирзан "прописался" как положено.
  
   5 июня 1983 г. воскресенье.
  
   Сегодня с новым комбатом ездил в Кишим. Познакомились с уездным комитетом НДПА. Пили чай. Интересовались обстановкой в зоне ответственности батальона. В уезде около 100 кишлаков. Партийная организация небольшая - 150 членов НДПА и 200 ДОМА. Потом посетили посты Царандоя и пехотного полка. Царандоевцы - бывшие душманы. Оружие у них самое разнообразное: китайские АК, винтовки БУР, пулеметы "Брно", автоматы ППШ, ППД, есть и наши АК - "трофейные". Начальник Царандоя 9 месяцев учился в Новочеркасской школе милиции, сносно говорит по-русски.
   Были в гостях у командира пехотной роты Шарифа. Угощал нас чаем, сладостями, лепешками, масом (что-то вроде кефира). Шариф - бывший главарь банды, перешел на сторону народной власти. Со смехом говорит: "Я ваш гарнизон обстреливал 7 ноября. Сделали несколько выстрелов с гор, вы открыли огонь по горам, а мы начали стрелять с близкого расстояния. Мы видели, как вы ползали по земле".
   На одном из постов видели плакат - фото и документы, подписанные главарями банд на совещании в Кабуле. Они отказываются от вооруженной борьбы с народной властью.
   За последние полгода наметилась тенденция перехода душманов на сторону народной власти. В Бахараке - Карим, в Кишиме - Пахлаван и Шариф. Все они получили должности, звания в афганской армии, денежное содержание. Их подразделения наиболее боеспособные в армии. Уменьшилось дезертирство из афганской армии. Раньше правительство проводило облавы на мужчин, переодевали их в форму и отправляли подальше от родных мест. "Призывали" даже тех, кто уже отслужил в армии раньше. Нередко "призывники" были единственными кормильцами в семье. Что бы не попасть в армию, уходили в банды. Так они могли помогать своей семье. Я помню, один "призывник" доказывал, что он уже отслужил в армии 5 лет, еще при короле Захир-Шахе. Ему сказали: "Это не считается". Другой показывает справку, что он только что уволен из армии, служил в Кабуле. Но попал в облаву. Не знаю, что с ним было дальше. Сейчас сарбозы могут служить в родных местах, помогать своим семьям.
  
   6 июня 1983 г. понедельник.
  
   Ездили опять в Кишим в гости к первому секретарю уездного комитета НДПА, ели шашлык, шурпу, пили чай. Были секретари, некоторые члены комитета, командир минометной батареи и зам. начштаба афганского полка. ЗНШ хорошо говорит по-русски, учился в Союзе. Позже подошел улусволь (губернатор). Встретил знакомого - члена уездного комитета Джумахана. Я с ним познакомился раньше, в Кундузе, когда он отправлял в Кишим советскую гуманитарную помощь - удобрения. Хорошо говорит по-русски.
   Начальник ХАДа совсем не похож на афганца. Все называют его Мишей. Он сказал, что в Кишиме действует многочисленное маоистское подполье, состоящее из учителей, интеллигенции.
   На посту в Баладжари вместе с сарбозами службу несут 10 активистов. Они жалуются, что сарбозы их не кормят. Завтра активистов сменяют.
   Вечером вызвали вертолеты и отправили в Файзабад афганскую девушку. Ее брат стоит на посту в Баладжари. "Добрый" человек сказал ("пошутил"), что ее брат захвачен бандой Вадуда. Девушка ножом ударила себя в живот.
  
   7 июня 1983 г. вторник.
  
   Улетаю в Файзабад, жду вертолетов. Наконец они прилетают. Выгружают вчерашнюю девушку. Врачи не смогли спасти ей жизнь.
   В Файзабаде накопилось много работы, особенно писанины.
  
   9 июня 1983 г. четверг.
  
   По данным разведки душманы готовили восстание в Кабуле и в других городах 5-6 июня. Сорвалось. От Вадуда в Кишиме убегают душманы - кто в другие банды, кто сдается.
  
   11 июня 1983 г. суббота.
  
   Сегодня операция 1 мсб в сторону Курху в Зардевском ущелье. Руководит Рохлин. Командир дивизиона В. Гусаров улетел с командиром. Я в Файзабаде, на сборах руководителей групп политзанятий. После обеда получаем из Бахарака тревожные вести. Подняли по тревоге и отправили в Бахарак 2-й батальон и разведроту. В полк привозят раненых. По их рассказам, бой шел целый день. Есть потери. Убит начальник инженерной службы полка майор Г. Зюзев. Ранен в ногу комбат 1 мсб майор Грицай. Тяжело ранен вычислитель 1-й батареи Куршев. Зюзев убит в голову, через каску. Куршев был в бронежилете, но пуля попала подмышку. Большие потери понесла 1-я минометная батарея. Вертолеты часто садятся возле санчасти - привозят раненых.
  
   12 июня 1983 г. воскресенье.
  
   В операции погибло 10 человек, в т.ч. 3 офицера. Ранено около 60 человек. Душманы стреляли метко, выбивали командиров, связистов. Наши сожгли свои застрявшие четыре БМП, а три БМП с двумя минометами, минами, АГС, автоматами достались душманам целыми. Подорвался на мине ЗИЛ нашего дивизиона. Отличился молодой сержант 2 мср Свиридов. Зашел в тыл душманам, расстрелял их. Когда вернулся в роту, у него в магазине оставался всего один патрон.
   Прилетели Маршал Советского Союза С.Л. Соколов, генералы Тер-Григорян, Ермоленко, другие офицеры. 2 мсб продолжает возвращаться из Бахарака. Соколов в кабинете Рохлина собрал офицеров-участников операции. Прилетел из Бахарака начальник штаба 2 мсб Ильин. Идет на совещание к маршалу. Его рубашка на спине вся в крови. Я спросил: "Ты что, ранен?". "Нет, говорит, раненых выносил".
   В штаб дивизиона зашел полковник-артиллерист из группы Соколова. Интересовался действиями артиллерии в операции. Гусарова не было, а я ничего не мог сказать. Повел полковника в санчасть, где лежал раненый командир 1 мсб Грицай. Комбат ранен в ногу, но ходить кое-как может. Вышли на улицу. Грицай был ранен в начале операции, поэтому много рассказать не мог. Но рассказал, что он отговаривал Рохлина проводить операцию пока не подвезут топливо для БМП, т.к. в баках оставалось по 10 литров. Что нужно занять господствующие высоты в ущелье. Рохлин рассчитывал, что нужно проехать всего 5 километров. "Молниеносным ударом разбить душманов". Но машины застряли в речке в кишлаке Сохайи-Малангоб, когда их начали вытаскивать, душманы открыли огонь.
   Спросил врача: "Сколько раненых?". Врач раскрыл журнал: "На данный момент 62. Но продолжают приходить легкораненые".
  
   13 июня 1983 г. понедельник.
  
   На утреннем разводе командир полка Л. Рохлин отмечал отличившихся. Представляет к сержанта Свиридова к ордену Красного Знамени, майора Г. Зюзева к ордену Ленина посмертно. Говорил о трусости командира 2-й роты.
   Мы представляем к наградам своих артиллеристов: лейтенанта Кумейко, солдат Куршева, Пащенко, Умарова, Малахова.
   Маршал Соколов улетел, но его группа осталась.
  
   14 июня 1983 г. вторник.
  
   Вместе с комиссией прилетел в Бахарак. Члены комиссии беседовали с солдатами, офицерами, разбирались с потерями. Рохлин потери приуменьшал. Потери на сегодня 7 БМП, 1 ЗИЛ-131, 1 АГС-17, 2 82-мм миномета, 200 мин к ним, 2 автомата, снайперская винтовка. Вечером пришло сообщение, что в районе Пастиры собираются душманы. Одной гаубицей выпустили 14 снарядов. Результат неизвестен.
  
   15 июня 1983 г. среда.
  
   В Бахараке провели митинг гарнизона. Потом политзанятия. Комиссия посчитала, что надо поднять боевой дух личного состава. Наконец она улетела в Файзабад. Будет повторная операция по эвакуации потерянной техники.
  
   16 июня 1983 г. четверг.
  
   В Бахарак прилетели вертолеты МИ-6. При мне такие большие вертолеты в Бахарак не прилетали. Всегда летали МИ-8. Привезли 3 гаубицы М-30 взамен старых. Не зря прилетал командующий артиллерией генерал Ермоленко. Посмотрел, с чем мы воюем. Гаубицы давно нуждаются в ремонте. В 1-й батарее вообще при стрельбе вылетел ствол. Ни с одной гаубицы нельзя стрелять на полном заряде и даже на втором. Один раз в Файзабаде стрельнули на полном заряде шрапнелью (снарядом 3Ш1 с игольчатыми убойными элементами). Больше не рисковали.
   Командир полка летал на разбор в Кабул, уже вернулся и готовит повторную операцию на Курху.
   По телевизору с удовольствием смотрели телефильм Каверзнева "Афганский дневник", наиболее реалистичный фильм про Афганистан.
  
   17 июня 1983 г. пятница.
  
   С утра в Бахарак привезли еще 3 гаубицы и ЗИП к ним. Старые отправляли назад.
   Ночью начался дождь.
  
   18 июня 1983 г. суббота.
  
   Вертолеты возят боеприпасы. Только для артиллеристов планируется доставить 2000 снарядов. Говорят, что на подготовку к операции дали 7 дней.
   Сегодня душманы устроили засаду в кишлаке Хайрабад на отряд Карима. Тяжело ранено 2 каримовских бойца.
   По вызову начальника политотдела вылетел на совещание в Файзабад. На совещании подполковник Стариков довел, что готовится операция на Курху с привлечением двух батальонов с Кундуза. В Бахарак перебрасываются по три орудия с расчетами от 1-й и 3-й батарей.
   Умер еще один раненый в последней операции. Погибших теперь 12.
   В полк прибыло молодое пополнение. Дембеля радуются, ищут земляков, готовятся к отправке. Пополнение распределяют по подразделениям. Первым выбирает командир разведроты, потом - связисты и комендантский взвод. Дальше - все остальные.
  
   19 июня 1983 г. воскресенье.
  
   Улетел в Бахарак. Целый день МИ-6, МИ-8 доставляют орудия, боеприпасы. Прилетела разведрота. Дембеля пришли к командиру полка и попросили пойти на операцию, чтобы не посылать "молодых".
  
   20 июня 1983 г. понедельник.
  
   Вертолеты возят боеприпасы и личный состав. Прилетели взвод управления дивизиона, 1 батр с комбатом, комендантский взвод. Прилетел зампотех дивизиона майор В. Хмызенко. Водители воспряли духом, они его очень уважают. Знают, что если что-то случится с техникой на операции, то зампотех не бросит, поможет.
   Все дембеля участвуют в операции.
  
   21 июня 1983 г. вторник.
  
   Прилетела 3-я батарея. Проводили совещания, собрания, беседы с личным составом. Все направлено на будущую операцию. Артиллеристы расставляли орудия на огневые позиции - на площадке перед крепостью. Рядом - установка "Град". Вечером смотрели фильм. Впервые провели общую вечернюю поверку дивизиона.
  
   22 июня 1983 г. среда.
  
   Провели партсобрание дивизиона. Подвели некоторые итоги, вспомнили ошибки.
   По данным разведки душманы сосредоточили в ущелье около десяти банд общей численностью около 500, в том числе и банда Арифа, которая "отличилась" 11 июня. У Арифа 60 человек, на вооружении 1 станковый пулемет, 4 ручных пулемета, 3 гранатомета, 1 миномет (захвачен у нас 11 июня), 1 снайперская винтовка (тоже трофей 11 июня). Мирных жителей из кишлаков выселяют.
   Вечером стреляли из гаубицы и "зеушки" в районы Вахшира и Пастиры.
  
   23 июня 1983 г. четверг.
  
   Прилетели из Кабула спецпропагандист подполковник Кириченко и из Файзабада раненый комбат Грицай. Кириченко хорошо говорит на языке дари. Говорит, что когда-то в Союзе служил командиром роты афганцев в военном училище. Пошли на бахаракский базар. Грицай хромает, ходит с палочкой. К нему подбегали афганцы, жали руку, радовались. Кто-то разнес весть, что комбат убит. Кириченко заметил отношение афганцев к Грицаю и сказал: "Теперь вижу, комбат, что ты не обижаешь местное население". Собрали старейшин Бахарака, пришло человек двадцать. Кириченко перед ними выступил. Назвался татарином, мусульманином. Потом нам объяснил: "Чтоб было больше доверия ко мне". Афганцы благодарили комбата за то, что провел свет в мечеть от нашего движка.
   Встретили деда Аюба. Он сказал, что видел в Бахараке 10 душманов, переодетых в форму царандоя. Аюба вместе с группой афганцев отправляли туристами в Союз. Побывал в Ташкенте, Душанбе, пожил в доме простого колхозника. Море впечатлений и восторга. Аюб состоит в отряде самообороны, его сына убили душманы. Наш батальон кое-чем помогает Аюбу.
   Душманы обстреляли МИ-6 - две пробоины от автомата. По данным разведчиков они готовят опорные пункты, собираются воевать. Наверное, не представляют масштабов предстоящих действий.
   Разведрота пошла в рейд чтобы взорвать укрепления душманов. С ротой на рекогносцировку местности пошли наши командиры батарей. Встретили душманов, обстреляли их, те убежали. Комбаты засекли укрепления душманов, определили их координаты.
  
   24 июня 1983 г. пятница.
  
   Приехал заменщик командиру артдивизиона В. Гусарову. Гусаров - ветеран полка, служил в Оше командиром артбатареи, Арутюнян был тогда комбатом. Гусаров заменяется в Грузию. Новый командир дивизиона - майор В. Малахов.
   Но главная новость - у нас новый командир полка. Рохлин приказом МО СССР снят с должности и назначен с понижением - зам. ком. 191 омсп в Газни. Новый командир полка - подполковник В.А. Сидоров. Ему и поручено проведение операции, Рохлин - ответственный за эвакуацию БМП, потерянных 11 июня.
  
   25 июня 1983 г. суббота.
  
   По разведданным душманы сосредоточили в ущелье несколько банд общей численностью 500-600 чел. Нам раздали разведсводку о численности и вооружении каждой из банд. Уходить не собираются, будут драться. Местное население они удалили с мест предстоящего боя.
   Командиры батарей с вычислителями готовят данные для стрельбы.
   Сегодня штурмовики бомбят ущелье, опорные пункты душманов.
  
   26 июня 1983 г. воскресенье.
  
   Прилетело начальство во главе с генерал-полковником В.А. Меримским. Он нас собрал у макета местности (ящике с песком) и долго проводил занятие с многочисленными примерами из Великой Отечественной войны. Потом слово взял полковник, начальник оперативного отдела армии, и толково разъяснил задачу всем подразделениям. Четыре батальона продвигаются по гребням гор вокруг ущелья. 1 мсб и кундузский батальон - на правом фланге, 2 мсб и другой кундузский батальон - на левом. Разведрота, бронегруппа, группа эвакуации техники, управление полка идут по ущелью. Их поддерживает отряд (батальон) Карима.
   Среди кундузцев встретил знакомого по Заполярью прапорщика. Был вместе с ним на целине в 1980 г.
   В связи с прибытием многочисленного начальства много неразберихи и нервотрепки. Наш дивизион выпустил около 200 снарядов по целям в ущелье. Всю ночь будем вести беспокоящий огонь. А завтра днем опять работает авиация.
   Новый комполка знакомится с Бахаракским гарнизоном. С ним начальник политотдела подполковник Стариков.
  
   27 июня 1983 г. понедельник.
  
   Продолжаем вести огонь дивизионом. Сделала залп реактивная установка, чем наделала переполох среди афганцев. Вводим в курс дела молодое пополнение 2-й батареи, готовим заряжающих и наводчиков. Каждый дембель готовит себе замену. Готовим снаряды для гаубицы. На складе батареи скопилось около 200 снарядов с радиовзрывателями. Стрелять ими в Афганистане запрещено. Ящики из-под этих снарядов давно пошли на благоустройство быта - ружейные пирамиды, потолки, столы, баню и сложены штабелями. Представитель штаба артиллерии Армии был "очень недоволен", когда все это увидел. Дал команду поменять взрыватели на обыкновенные. Но никто этим не хочет заниматься, да и где взять 200 взрывателей. Лучше их позже, в подходящую погоду, когда не будет пыли, расстрелять, чтоб не мозолили глаза.
  
   28 июня 1983 г. вторник.
  
   Целый день готовились к выходу на операцию. Наконец, в 17 часов построение. Генерал Меримский прошелся по рядам и потребовал, чтобы у каждого участника операции был бронежилет, каска, дополнительный боекомплект и т.д. Устранили "недостатки". Наконец команда "Вперед!". На месте построения остались бронежилеты, каски, гранаты и т.д. 1 мсб привык воевать в горах и знает, что лишний килограмм будет мешать. Кундузцы больше воевали на равнине, на технике и взяли с собой много лишнего. Нужно было быстро, до темноты по узкой тропе подняться по крутому склону на высоту 2721. Бахарак стоит на высоте 1500 м. над уровнем моря. Для наших мотострелков дело привычное. Начальник штаба батальона А. Абрамов неоднократно на этой горе тренировал личный состав. Поднимал по тревоге одну из рот и совершал с нею подъем на эту гору, которая нависает над крепостью.
   Кундузцы шли впереди, но постепенно 1 мсб их обогнал. Видел как два солдата с трудом тянули вверх крупнокалиберный пулемет "Утес". Какой-то солдат сел на камень и плача говорит: "Убейте меня, дальше не могу идти!". Взводный сначала его пинал ногой, крыл матом, потом стал уговаривать. Солдат поднялся и поплелся по тропе.
   Наконец мы на высоте. Внизу - крепость, весь Бахарак. Облака и вертолеты парят ниже нас. Снизу гора не кажется такой уж высокой. Возникает мысль: почему душманы не используют эту гору для обстрела нашего гарнизона. Потом понял, что их могут легко достать минометы и гаубицы и, самое главное, нет путей отхода. Наверху - голая открытая местность.
   Сделали привал, дождались кундузский батальон. Выставили охранение и расположились на ночлег.
  
   29 июня 1983 г. среда.
  
   Утром пошли по плану. Вперед пошел 1 мсб. Сзади - кундузский батальон. Он прикрывает правый склон гор. Впереди - высота 3344, а дальше - еще выше.
   Артиллерия начала работать по душманским окопам. Но окопы пусты. 12 гаубиц бьют параллельным веером. Красивое зрелище. Только один разрыв "отрывается" от других. Но что-то менять нет времени. Сделав несколько залпов, артиллерия перенесла огонь дальше по ущелью.
  
   30 июня 1983 г. четверг.
  
   Из Бахарака начала движение колонна управления полка. Мы через седловину вышли на другую гору, которая выше первой. И впереди горы выше предыдущей. Артиллерия ведет огонь по плановым целям. Батальон развернулся в цепь по склону гор. Я перешел на левый фланг батальона. Видел укрепления душманов. Они ими не воспользовались, после бомбежек и огня артиллерии поняли, что дело серьезное и сбежали. Идти по крутому склону было трудно и я спустился к группе управления полка. Шли вдоль реки Зардев, кругом прекрасная природа, растет тутовник, вишни.
   Вместе с управлением дошел до кишлака Сохайи-Малангоб. Управление полка там остановилось. Увидел наши БМП, потерянные 11 июня. Две из них застряли в реке. С БМП душманы сняли пулеметы, радиостанции и все что можно было снять.
   Разведроту отправили вперед до кишлака Магаеб. Ротой командовал молодой замполит лейтенант Мазурчик. Сидоров послал меня с ними. В кишлаке нашли старика и старуху. Они сказали, что душманы только что убежали. Залегли, заняли оборону. Внизу, на другой стороне дороги - закрытые дуканы. Разведчики засуетились. Один сержант спрашивает: "Товарищ майор, может проверим дуканы? А вдруг душманы там прячут оружие?". Но я понял их желание "отовариться" и не разрешил. Не то время для душманов прятать оружие. Могут и заминировать дуканы. Кто-то принес из кишлака свежие яйца. Их тут же выпили. Третий день на операции, сухпай давно кончился. Все голодные. Вертолеты днем сбрасывали батальонам в горы пайки, а нас забыли.
   Когда начало темнеть, мы получили команду вернуться в Сохайи-Малангоб. Здесь встретил зампотеха В. Хмызенко. Пошли гулять по кишлаку. Кругом следы бомбежки, воронки, разрушенные дома. Лежит дохлый ишак, вздулся от жары. Вот-вот лопнет. Хмызенко стало дурно от запаха, который присущ каждому афганскому дому. Печей у них в домах нет. Разжигают костер из кизяка в ямке посреди комнаты и готовят кушать. Здесь же и спят на глиняном полу. Ходили по разрушенным домам. Нашли загранпаспорт афганца. Стоят визы Ирана, Египта, Саудовской Аравии. Наверное, совершал хадж в Мекку. Нашли конспекты студента-химика Московского университета. Покушать ничего не нашли кроме одного яйца, которое я сразу выпил. По кишлаку бродят солдаты разведроты и дивизиона. Слышны одиночные выстрелы - стреляют кур. Прибежал прапорщик-старшина разведроты. Он нашел теленка. Предлагает пристрелить. Но мы отказались и ему отсоветовали.
   К вечеру мы собрались возле своих машин, разожгли костер. Наши солдаты принесли двух куриц. Начали их варить, вспомнили про соль, взяли у запасливых разведчиков. К нам подсел Рохлин, уже бывший командир полка. Мы с Хмызенко для него "земляки" - все служили в одной дивизии в Заполярье. Делились воспоминаниями. Долго кур не варили - хотелось кушать. Разодрали жестких кур на шесть частей и с трудом съели. Потом устроились на ночлег. Я и Хмызенко в кабине одного ЗИЛа, Рохлин - другого.
  
   1 июля 1983 г. пятница.
  
   Рано утром вытащили все БМП и отбуксировали в Бахарак. Я вместе с колонной тоже вернулся в крепость и сразу вылетел в Файзабад. Батальоны вернутся завтра.
  
   3 июля 1983 г. воскресенье.
  
   С утра - совещание политработников. Проводил начальник политотдела Стариков. Ждем командующего ТуркВО генерала армии Максимова. Потом прилетит Член Военного Совета ТуркВО генерал-лейтенант Моисеев. Страха перед высоким начальством нет. Не так как в Союзе. Там бы за месяц весь полк стоял на ушах - красили, чистили, мыли, всех замордовали бы.
   С танкового батальона к душманам сбежал сержант Матвеев. Ушел из боевого охранения с автоматом.
  
   5 июля 1983 г. вторник.
  
   Высокие начальники не прилетели. Прилетела комиссия во главе с зам. командующего округом по вооружению. Будут работать неделю.
   Комиссия не помешала хорошо проводить нашего заменщика командира дивизиона Володю Гусарова.
  
   10 июля 1983 г. воскресенье.
  
   Прилетали первый зам. командующего ТуркВО и командующий артиллерией ТуркВО.
  
   11 июля 1983 г. понедельник.
  
   Было собрание партактива полка. Я выступал и нажил врага в лице нового командира полка. Критиковал его за решение расселить офицеров по должностям. Пока он нас выселил в палатку. Нам там нравится. Рядом палатки 1-й батареи и взвода управления. Ближе к штабу, к офицерской столовой, к бане. Теперь командир заселяет нас обратно, но не по подразделениям, а по должностям.
  
   26 июля 1983 г. вторник.
  
   Ночью выезжал с 2 мсб в район Каракузи. Афганская пехота проводила операцию на другом берегу Кокчи, а мы прикрывали их действия. Для профилактики постреляли по вершинам гор. Все обошлось отлично, к утру вернулись. В тот же день заступил в наряд.
  
   27 июля 1983 г. среда.
  
   Командир полка и начпо улетели в Бахарак.
   Только я сменился с наряда - душманы обстреляли полк из миномета. Упало три мины. Одна на плацу, другая - возле нашей огневой позиции. Откуда стреляли - не засекли.
  
   28 июля 1983 г. четверг.
  
   Провел комсомольское собрание дивизиона.
   В Файзабаде жарко, в полку - дурдом. Чем ближе замена, тем тоскливей становится. Многие их тех, с кем почти два года прослужил уже уехали по замене. Стремлюсь вырваться в Бахарак или Кишим.
  
   5 августа 1983 г. пятница.
  
   Прилетел в Бахарак. Часа через три прилетел командарм. Наделал много шуму. Ругал комбата: почему солдаты ходят раздетые, с голым торсом. Чушь какая-то. Улетел, все опять разделись.
  
   7 августа 1983 г. воскресенье.
  
   Ходил на базар, сделал покупки. Выходной день, солдаты стираются. Офицеры вместе с разведгруппой ГШ, которая живет в нашей крепости, развлекаются петушиными боями. Мы тоже купили на базаре петуха, но он проиграл первый же бой. Для развлечения пытались поймать ловушкой скворцов. Но те хитрые, не купились на пшено. Солдаты в боевом охранении их стреляют. Чтобы не поднимать шума отсыпают порох из патрона и стреляют. Из-за этого иногда пули застревали и пригорали в стволе. Один такой автомат я получил на складе. Когда начал его чистить - шомпол не проходит. На свет не просвечивается. Пришлось менять.
  
   8 августа 1983 г. понедельник.
  
   Выпустили 10 снарядов по Паин-Шахру. По данным разведчиков там находятся душманы. Они ограбили машину, на которой дуканщики везли товары.
   Прибежал афганец из отряда Карима. Сообщил, что каримовцы захватили четырех душманов, а двоих окружили в доме. Поехала 1-я рота, я с нею. Окруженные душманы уже убежали. Посмотрели на пленных и вернулись.
   После обеда душманы обстреляли пост Карима. Мы выпустили несколько снарядов из гаубицы в сторону Фурмурага.
   Вечером с моста доложили, что слева от Пастиры - душманы. Выпустили в тот район 17 снарядов.
  
   9 августа 1983 г. вторник.
  
   Карим привел четырех пленных душманов, допросили их. Они родом из кишлака Рубаби, решили сдаться сами. Раньше приходили сдаваться в ХАД, но их оттуда выгнали. Главарь банды Ариф их арестовал, но вчера они сбежали. Взяли с собой РПД, три автомата и "бур". По национальности они узбеки. Один - совсем мальчишка. Говорит, что учился в школе пока Ариф не забрал его в банду. Двое - длинноволосые, видимо в банде давно. Больше молчат. Все пленные отрицают свое участие в бою 11 июня. Говорят, что в основном воевали "группы" Маланга и Мардома. Эти главари захватили наш миномет, 200 мин, АК, АГС, но он неисправный (наверное, не умеют пользоваться). По их показаниям основная база Арифа в Киипе. Ариф враждует с главарями Басиром и Нажмитдином.
  
   10 августа 1983 г. среда.
  
   Сегодня в районе Пастиры афганские активисты с нашей помощью оборудовали пост. Вечером пришел одноглазый Гульмамат, сказал, что ночью душманы все разрушат. Просил патроны и гранаты. Послали его подальше. Шпионит на душманов.
   В клубе фильм. Но мы отмечаем орден и день рождения в 1 мсб.
  
   11 августа 1983 г. четверг.
  
   Ночью душманы пришли на наш пост и заставили местных жителей все разрушить. Карим устанавливает пост в Науджарме, планирует также в Фаргамундже. Расширяет зону своего контроля.
   Когда стемнело, выехали в засаду в район Пастиры. По разведданным ожидается переход банды из кишлака в кишлак по дороге на другом берегу реки. Наблюдатели, видимо, заметили наш выход и дали длинную очередь трассерами из Малангоба вдоль ущелья. Всю ночь мы лежали меж камней на сопке, но душманов не дождались.
  
   12 августа 1983 г. пятница.
  
   2-я батарея занималась стрельбой. Погода благоприятствует. Стреляют все офицеры. Заодно расстреливают залежавшиеся снаряды с радиовзрывателями.
  
   13 августа 1983 г. суббота.
  
   В Вахшир пришел Басир со своей бандой. Может готовится встречать нашу колонну из Файзабада? Для дивизиона зампотех В. Хмызенко из Союза пригнал новые тягачи - МТЛБ. 1-я и 3-я батареи перевооружились, но перегнать тягачи в Бахарак не можем. Да и 1-му батальону пришли новые БМП-2. Все они стоят в полку. Техника в Бахаракском гарнизоне еще с Оши. Заменили только гаубицы перед операцией. Но это те же 122мм М-30 обр. 1938 г., только капитально отремонтированные.
   Карим привел представлять своего нового замполита. В ленкомнате батальона Карим на стендах показывал свое умение читать по-русски. Общение с "шурави" помогает ему делать успехи в русском языке. Карим рассказал о себе. Он из кишлака Хаш в ущелье Спингав, недалеко от Файзабада. За оружие взялся во времена Амина, потому что "людей расстреливали, закапывали в землю, бросали в реку". Приход к власти Бабрака Кармаля принял настороженно, но со временем перешел на сторону правительства. А я вспомнил, как больше года назад это произошло. Карим возглавлял "группу" до ста человек. Они хорошо воевали в районе Бахарака. Карим был под влиянием китайских маоистов и воевал как с правительством, так и с душманами. В то же время не воевал с советскими войсками, наоборот, вышел на контакт с командиром 1 батальона. Батальон втайне от местной народной власти, которая считала Карима душманом, помогал каримовцам одеждой, продуктами, боеприпасами. Раненых в бою бойцов Карима тайно отправляли вертолетами в Файзабад. Потом, не помню на какое торжество, пригласили в гости представителей местной власти. "Случайно" в батальоне оказался Карим, его пригласили за стол вместе со всеми и постепенно примирили всех между собой. Такая была армейская дипломатия. Сейчас Карим - командир пехотного батальона и старший капитан.
  
   14 августа 1983 г. воскресенье.
  
   В бахаракском гарнизоне банный день. Каждая рота, батарея имеет свою баню. Построила свою баню и 2-я батарея. Благо снарядных ящиков после операции много. Особой популярностью пользуются длинные ящики из под реактивных снарядов к "Граду". Лучшая баня - в минометной батарее, там парятся и моются офицеры всего гарнизона.
   Наша батарея реализовывала разведданные - сделала несколько выстрелов.
  
   15 августа 1983 г. понедельник.
  
   Прилетел в Файзабад. Из Кишима с 3-й батареи сообщили, что солдат Степнов выстрелил себе в ногу. Говорят, самострел. Буду разбираться.
  
   16 августа 1983 г. вторник.
  
   Сегодня заступаю в наряд. Командиру 1-й батареи И. Боброву летит заменщик капитан Юрьев из Львова (7-й полк Железной дивизии). В АДН заболели желтухой 3 офицера и один солдат. В полку есть случаи брюшного тифа.
  
   20 августа 1983 г. суббота.
  
   Из полка ушло представление на афганские награды. Представлен и я. Что из этого будет - не знаю. Завтра День части. Ожидается приезд артистов. Командир полка пьянствует. Загубит полк, жаль. Все традиции, заложенные Арутюняном, исчезают
   Сегодня в полк прилетел майор Витя Мельник. Был у нас начальником штаба 2-го батальона, капитаном. Ушел от нас командиром батальона охраны в Кабул. Потом пришло известие, что он погиб. Теперь прилетел прощаться, улетает досрочно в Союз. Действительно, был тяжело ранен в голову. Ранение не осталось без последствий. Когда он что-то долго рассказывает, то начинает заговаривается.
  
   21-22 августа 1983 г.
  
   Праздновали День части. Приехали артисты Свердловской филармонии. Всем понравился их концерт. Они выступили перед всем полком, а вечером перед офицерами в столовой.
  
   25 августа 1983 г. четверг.
   Командиру 3-й батареи Дадычину прилетел заменщик из Клайпеды - Р. Мишута. Стало грустно - мы с Дадычиным прилетели в полк в 1981 г. в один день.
  
   26 августа 1983 г. пятница.
  
   Дивизион в 8.00 срочно заступил в караул и будет стоять до завтрашнего вечера. 2 мсб завтра выходит встречать колонну.
  
   27 августа 1983 г. суббота.
  
   2 мсб выехал в Кишим встречать колонну. С батальоном поехал командир полка. Дивизион будет через день ходить в караул.
  
   2 сентября 1983 г. пятница.
  
   Сменился с наряда. Командир полка опять ударился в пьянство. Пил бы втихаря, но он дает команду боевому охранению стрелять. Мы своим артиллеристам приказали - стрелять по нашей команде, а без команды только при обстреле полка. Солдаты смысл поняли. От командира полка не отстают и его заместители. Добром все это не кончится.
  
   3 сентября 1983 г. суббота.
  
   Было совещание политработников, его проводил зам. начпо Л. Базюк. Я его прямо спросил: "Когда в полку прекратится пьянство? Я вчера стоял оперативным дежурным, хотел взять караул, зайти в комнату командира и арестовать его. После этого доложить в штаб Армии". Командир и сегодня не показывается из модуля, пьянствует. Базюк сказал, что он маленький человек и ничего не может сделать. Но я знаю, что он все равно "застучит" меня.
   Из Кишима вертолеты привезли трех раненых - подорвались на мине. Один без рук и без ног умер.
  
   4 сентября 1983 г. воскресенье.
  
   По телевидению показывали наш Файзабад, электростанцию. Про то, что город со всех сторон окружен бандами - ни слова. И в газетах пишут так, как будто мы здесь на учениях, а противник условный. Если бы не наш пост на горе Джалгар, которая нависает над городом, душманы давно раздолбали бы Файзабад. Пост, на котором стоят ЗУ, "Василек", противотанковая пушка, пулеметы, контролирует все вокруг города и реагирует на каждый выстрел душманов. На посту служат солдаты разных подразделений: зенитной, минометной и противотанковой батарей. Раньше пост возглавлял офицер минометной батареи 2 мсб. Один из них, лейтенант Жуков, погиб в 1981 г. Сейчас постом командует старший лейтенант В. Солдатенко - командир взвода 1 гаубичной батареи, который организовал нормальную жизнь личного состава. На точку приезжали представители штаба Армии и были приятно удивлены порядком. Они привыкли видеть на постах грязных, запущенных, голодных солдат.
  
   5 сентября 1983 г. понедельник.
  
   Командир полка опять пьянствовал в аэропорту. Собирается лететь в Бахарак.
  
   9 сентября 1983 г.
  
   В районе Коран-о-Муджона сбиты 2 вертолета. Сначала упал вертолет комэска Балобанова. Второй вертолет садился спасти экипаж и тоже был сбит. Погиб один летчик. Два, в том числе Балобанов, тяжело ранены. В этом месяце эскадрилья должна заменяться.
  
   11 сентября 1983 г. воскресенье.
  
   Вернулся после отпуска командир 2-й батр С. Миронов. В кундузском медсанбате ему извлекли несколько десятков осколков. Остальные, сказали, вылезут сами.
   Сегодня День танкистов. Было торжественное собрание. В программе "Время" показывали Каракамар. Инженерно-саперный батальон ремонтирует дорогу.
  
   13 сентября 1983 г. вторник.
  
   Должен был улететь в Бахарак, но не было вертолетов. Сегодня в район Аше идет в засаду разведрота и в район Баташа 2 мсб. С ними идут наши корректировщики.
   Вчера вечером около 21.00 было сильное землетрясение. В палатке шатался пол. С утра - ветер и дождь. Потом все прояснилось.
  
   14 сентября 1983 г. среда.
  
   Ходил ночью с 2 мсб в засаду в район Баташа. Обошли Багги-Шах, переправились через канал по пояс в воде, потом поднимались в горы. Ночь просидели в засаде, расставили сигнальные мины. Промерзли, но без результата. Утром вернулись в полк.
  
   15 сентября 1983 г. четверг.
  
   Только пришел с засады, сразу улетел в Бахарак. Вчера здесь сдались еще два душмана с карабином.
   Беседовал с личным составом 2-й батареи. Пришел в гости Карим. С ним зам. командира 24 пехотного полка майор Юсуф. Немного их угостили, а потом все вместе пошли в ХАД на плов.
   Юсуф рассказал о себе. Ему 32 года. Он родом из провинции Парван в районе перевала Саланг. Его отец был рабочим цементного завода. Юсуф закончил 6 классов, работал на заводе. При Дауде поступил в военное училище в Кабуле. Учился три года. Семь лет назад вступил в НДПА, парчамист. Был командиром взвода, роты. При Амине снижен в должности, а потом уволен из армии. При Кармале опять призван в армию. Был командиром батальона на пакистанской границе. Полгода учился на курсах в Москве (видимо курсы "Выстрел" в Солнечногорске). Кое-что понимает по-русски.
  
   16 сентября 1983 г. пятница.
  
   Басир захватил у Саида-Али ущелье Зардев и вернулся в свой район.
   Пошли на бахаракский базар и случайно попали в батальон Карима. Угостил пловом, чаем, фруктами. Шутили над командиром взвода Басиром (тезка главаря банды) - просит у Карима машину. Хочет жениться, надо привезти невесту.
  
   17 сентября 1983 г. суббота.
  
   У мусульман сегодня день жертвоприношений. Режут баранов, красят ладони хной. Были в гостях у улусволя т. Анвара. Отметили мусульманский праздник.
  
   18 сентября 1983 г. воскресенье.
  
   Прилетел в Файзабад. На 2-м мосту наши пошли в засаду, но сами попали в засаду. Один солдат убит, два ранено.
  
   19 сентября 1983 г. понедельник.
  
   Много человек в полку болеют гепатитом, появилась еще малярия. Штабники полетели в Кабул за наградами. Может быть и мой орден привезут.
   Командир полка в аэропорту, опять пьянствует. По телефону давал команды открыть огонь из БМП и гаубиц вокруг лагеря. В аэропорту кто-то стреляет из автомата вверх трассирующими очередями. Глупый фейерверк.
  
   20 сентября 1983 г. вторник.
  
   Сообщили: умер командир вертолетной эскадрильи майор Балобанов. Эскадрилья летит в Союз без своего комэска.
  
   21 сентября 1983 г. среда.
  
   Прилетел заменщик из Грозного начальнику артиллерии полка подполковнику Богонатову. Заменщик - майор В. Сутырин, мой однополчанин по грозненскому артполку. Мир тесен. Здесь, в Афганистане, сколько уже бывших однополчан. Даже однокурсники. Комбатом танкового батальона был Леня Маслов, с которым четыре года учился в Казанском танковом училище в одном взводе.
   Вернулся из отпуска начальник политотдела подполковник Стариков. Забрал ключи от бочки со спиртом у начальника ГСМ. Лично будет выдавать спирт.
  
   22 сентября 1983 г. четверг.
  
   Стоял в наряде дежурным по полку. Где-то часов в 17 наша 2-я огневая позиция открыла огонь. Быстро связываюсь с огневой. Командир орудия сержант Аязбаев докладывает, что на его глазах душманы обстреляли "уазик" и отходят по ущелью. Звонит начальник особого отдела Иван Халява. Объяснил ему. Он говорит: "Никаких душманов там нет! Я только десять минут назад там проехал, мне встретились советники КГБ на "уазике". Это они, наверное, устроили стрельбу". Сержант Аязбаев докладывает, что видит машину на обочине дороги, советники лежат в кювете и ведут огонь в сторону гор. Два душмана заскочили в мельницу, артиллеристы двумя выстрелами накрыли их. Я зашел в кабинет командира полка, доложил ему. Тот сказал: "Делай как надо!". Я побежал к боевому охранению у моста, заскочил на БМП-2. Хорошо, что на месте были механик-водитель и наводчик-оператор. Быстро завели машину и на скорости помчались по дороге. По пути встретил "уазик" советников пехотного полка. Они ехали из Файзабада в наш полк и подобрали раненых, одного легкораненого и одного раненого смертельно. Приехали, вижу картину: машина прошита пулями, пробит бак, течет бензин. В кювете лежат трое, куда-то стреляют. Открыл люки БМП, посадил советников в десантный отсек, одного за руль "уазика". Машину подцепили к БМП и поехали в полк. Возле КПП встречает И. Халява. Говорит, что водителя не довезли. По дороге умер. Удивляется: "А я ведь только проехал мимо засады душманов. Меня они пропустили, а их нет". Советники рассказывают, что возвращались с полка в Файзабад. Только спустились в лощину, раздалась стрельба. Все нагнулись, а водитель не смог. Пули попали ему прямо в грудь.
   Сержант Аязбаев рассказывает, что душманов было несколько, одеты в красную одежду. Уходили по двое-трое в разных направлениях. Гаубицей накрыл две группы. Больше возможности не было. Если бы "Шилка" и БМП, которые стояли в боевом охранении в этом направлении не прозевали и открыли огонь, можно было бы всех накрыть. Я похвалил командира орудия за его действия. Представлю его к награде.
   Вечером два орудия 1-й батареи выехали в район аэропорта для поддержки пехоты, которая на другом берегу реки устраивала пост. С пехотой ходил наш корректировщик. На посту в районе Бучи поставили зенитчиков.
  
   24 сентября 1983 г. суббота.
  
   В результате вчерашней стрельбы гаубицы убито два душмана и один ранен. Раненого захватили афганцы и доставили в Файзабад. Представили Аязбаева к медали "За отвагу". Помню, как почти два года назад Аязбаев пришел в полк с молодым пополнением. Не очень хорошо владел русским языком. В 1-й батарее его назначили дальномерщиком. За короткое время стал хорошим специалистом. Добросовестно относился к любой работе. Командир отделения разведки сержант Каландаров готовил его к себе на замену. Но через полгода Аязбаева назначили наводчиком, потом командиром орудия. В конце концов стал сержантом, замкомвзвода.
  
   25 сентября 1983 г. воскресенье
  
   Мой день рождения. Торжественное построение полка со знаменем. Но это не в честь моего дня рождения. Сегодня в полку вручение наград. Командир полка прикрепил мне на грудь орден Красной Звезды. Все поздравляют.
   Подошел к начальнику политотдела. Попросил выдать 3 литра спирта. Надо отметить день рождения и обмыть орден. Стариков говорит: "Подходи вечером".
   Вечером взял трехлитровую банку и пришел в модуль к начпо. Он говорит: "В парк за спиртом не пойдем. Возьмем у командира". Зашли в комнату командира. Он спит, рядом лежит автомат. Начпо говорит: "Ставь пустую банку под кровать и забирай полную". Что я и сделал. В коридоре увидел, как приоткрылась дверь комнаты, где жили замы командира полка. Выглядывают Масловский и зам. по тылу. Тянут кружки: "Володя, налей. Только чтоб начпо не видел". Налил, пришел в дивизион, отметили событие.
   Получил письмо от заменившегося начальника штаба АДН Коли Волошина. Попал в Киевский округ, в Девички.
  
   28 сентября 1983 г. среда.
  
   Вчера дождался замены зампотех дивизиона В. Хмызенко. Механики-водители ходят грустные. Два года вместе и вот...
   В 1 батр было комсомольское собрание. Присутствовал начальник политотдела.
   К наградам представили не только Аязбаева, но и весь его расчет: Болтабаева, Артыкова, Юсупжанова. Отправил заметку в окружную газету про Аязбаева.
  
   29 сентября 1983 г. четверг.
  
   Сегодня 1 батр проводила плановые занятия - стрельба прямой наводкой. По дороге на точку подорвалась машина.
  
   1 октября 1983 г. суббота.
  
   В провинции Пактия душманы применили управляемое минное поле. Много жертв.
   Командир полка заставляет всех офицеров переселиться из палаток в модули. Управление АДН не хочет переселяться. Здесь ближе к личному составу. Офицеры 1-й батр живут в бункерах на двух огневых позициях.
   Обстановка вокруг полка усложняется. Басир готовит гадости, встречался с некоторыми другими главарями.
  
   2 октября 1983 г. воскресенье.
  
   Настроение паршивое. Нас полковых "ветеранов" осталось мало. Улетел к новому месту службы в Ужгород Валера Хмызенко. Ездил в аэропорт провожать его. Приехали солдаты и сержанты, которые с ним служили почти два года - Мосиашвили, Никульча, Миллер, Давлетшин, Франчук.
  
   7 октября 1983 г. пятница.
  
   День Конституции. Стоял в наряде. Не хотел заступать, говорю начальнику штаба, что когда я дежурю, то всегда что-то случается. В мое дежурство убит сержант-минометчик, сгорел КТП в парке, советники попали в засаду. Вот и случилось - в Бахараке солдат подорвался на мине. Не смотря на нелетную погоду - дул "афганец" - вертолеты слетали за раненым.
   Готовится очередная колонна из Файзабада.
   У командира полка опять пьянка.
  
   8 октября 1983 г. суббота.
  
   Командир полка не пришел на развод. Запой. Почти все, с кем я служил 2 года, заменились. Тоска.
   Вечером душманы Вадуда обстреляли наш Кишимский гарнизон и одновременно захватили афганский пост в Баладжари. З0 афганцев захватил в плен, 20 расстрелял. В нашем батальоне 2 раненых.
  
   9 октября 1983 г. воскресенье.
  
   Колонна вышла из Файзабада с опозданием.
   Баладжари сегодня опять освободили. Но по дороге подорвались на фугасе. Один сапер погиб - нажал щупом на мину. 2 ранено. Один фугас обнаружили и извлекли.
  
   11 октября 1983 г. вторник.
  
   Началась осенняя проверка. Сегодня сдавали политподготовку. Заступаем в караул. Завтра сдаем управление огнем дивизиона.
  
   13 октября 1983 г. четверг.
  
   Привезли двух раненых из Бахарака. Командира взвода лейтенанта Антонова и солдата. Говорят, что солдат стрелял из снайперской винтовки в спину лейтенанту. Попали 3 пули, шансов выжить у Антонова почти нет. Ему сделали операцию, он в коме. Пробиты оба легкие и задета оболочка сердца. За ним прислали самолет с Союза, но улетел назад. Антонов не транспортабельный. Взвод Антонова стоял на Бахаракском мосту. Солдаты дивизиона бегали в санчасть сдавать кровь.
  
   15 октября 1983 г. суббота
  
   Стоял дежурным по ЦБУ, вернулась колонна. В ходе колонны и попутной операции у нас трое убитых и пять раненых.
  
   18 октября 1983 г вторник
  
   Вечером прилетел с одной из точек и иду в штабную палатку. Возле входа топчутся начальник артиллерии и командир дивизиона. Что такое? Оказывается, прилетел начальник штаба Ракетных войск и артиллерии (РВ и А) армии полковник В.А. Денисенко и проверяет подготовку офицеров-артиллеристов. Нам было известно, что Денисенко - грамотный артиллерист и очень требовательно относится к подготовке артиллеристов. Смело открываю дверь и представляюсь. Денисенко спрашивает: "Где командир дивизиона и начальник артиллерии? Покрутились и исчезли". Мне было стыдно, что младшие офицеры сидят и решают задачи, а их начальники прячутся за дверью. "За дверью стоят, товарищ полковник!". "Зови!". Входят, получают задание. Всем артиллеристам Денисенко дал самую сложную задачу - полную подготовку. Надо сказать, что артстрелковой подготовкой в Афганистане почти не занимались. В операциях корректировка огня проводилась упрощенно, примерно как в Великую Отечественную войну. А по иному и нельзя было, если корректировщик постоянно в движении с картой и линейкой, без буссоли и дальномера.
   Наши офицеры достали блокноты, таблицы и делают расчеты. Мне Денисенко говорит: "Садись, замполит, стрелять". Мне положена по Курсу простая 4-я задача. В Заполярье я научился ее стрелять. Спасибо тогдашнему командиру дивизиона майору Короткому Яну Петровичу. Денисенко дает координаты, наношу их на ПУО (прибор управления огнем), докладываю о готовности. Денисенко дает вводные, я отдаю команды. Наконец, "цель уничтожена". По всем подсчетам (время, точность) - оценка "хорошо". Потом начинают "стрелять" артиллеристы. Оценки "2" и "3".
   На следующий день в дивизионе было партийное собрание. Полковник Денисенко захотел присутствовать и остался к огорчению артиллеристов еще на один день. На собрании был откровенный разговор. Особенно по вопросам дисциплины. С Бахарака и Кишима прилетели члены партии. Больше всего досталось 2-й батарее. Комбат Миронов оправдывался: "Я был ранен, меня в батарее не было 2 месяца. Замполит и взводный тоже были ранены. Один взводный - в командировке". Я не вытерпел и выступил: " Тебя, Петрович, ранило из-за твоей же халатности! Вместо того чтобы проверить и зарядить за ночь аккумуляторы, ты пошел играть в карты к минометчикам. Поэтому, козырять ранением не надо!". Досталось от меня и замполиту. Денисенко критиковал нас за запущенность артстрелковой подготовки, сказал, что надо изучать новый Курс подготовки (мы этот Курс в глаза еще не видели). Улетая в Кабул, Денисенко пожал мне руку, сказал, что доволен как прошло собрание. Не было лозунгов и самовосхваления, все говорили принципиально, критично. После собрания его мнение о дивизионе поменялось в лучшую сторону.
  
   20 октября 1983 г. четверг.
  
   Командир дивизиона и зампотех улетели в Бахарак. Написал рекомендации для вступления в партию солдатам - Сухине и Давлетшину. Дни перед заменой тянутся медленно. Не с кем пообщаться - "ветеранов" мало. Похолодало, пошел дождь.
   Вчера ушла колонна.
  
   24 октября 1983 г. понедельник.
  
   Вечером лежали в палатке. Слышим - летит вертолет. Вышли на улицу. Темно, ничего не видно. Кому вздумалось летать ночью? Звук двигателя со стороны Файзабада. Внезапно звук прекратился и мы увидели на горе над Файзабадом яркую вспышку.
   На место катастрофы отправили афганский батальон, ему ближе. Пошла и одна наша рота (8 мср). Погиб командир эскадрильи и еще три офицера.
  
   1 ноября 1983 г. вторник.
  
   Начался месяц замены. Не нахожу себе места. На праздники заступаю в наряд - быстрее время пройдет.
  
   15 ноября 1983 г. вторник.
  
   Тоска. Приезжал генерал Казаков. Была полковая партконференция. Приехал заменщик командиру 1 мсб Грицаю. Мне замены нет. Много в полку незнакомых офицеров.
  
   16 ноября 1983 г. среда.
  
   Ровно 2 года назад я выехал из заполярного артиллерийского полка в Афганистан Сегодня моему сыну 2 года.
   Вот и я дождался замены. Меня меняет капитан Меланич из Ивано-Франковска. Узнав, что ко мне прилетел заменщик, прибежали солдаты взвода управления и 1-й гаубичной батареи. При мне они пришли молодыми солдатами, два года вместе. При мне они стали "стариками", некоторые имеют медали. Теперь я уезжаю, а они остаются до декабря-января. Трудно расставаться с коллективом. Солдатам в Афганистане труднее всего. Фактически служат в армии два с половиной года. Призываются в сентябре, увольняются в январе. Те, кто из учебок заменяются раньше. Сфотографировался с солдатами на память.
  
   На этом мой дневник закончен. Через неделю я улетел из полка в Кундуз, где вместе с другими заменщиками бегал по взлетному полю и ловил попутные самолеты в Союз. Наконец приземлился транспортник, выгрузил груз, и летчики взяли нас, заменщиков, до Ташкента.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   14
  
  
  
  

Оценка: 7.73*32  Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2017