ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Воронин Анатолий Яковлевич
Глава 22. Последние наставления Валеры Махнаткина

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
Оценка: 9.50*6  Ваша оценка:


   Глава 22. Последние наставления Валеры Махнаткина
  
   Мой первый рабочий мушаверский день завершился в тот самый момент, когда полуденное солнце застопорилось в зените небосклона., а двое военнослужащих царандоя принесли в спецотдел термосы с горячей пищей, приготовленной на царандоевской кухне. Кроме похлебки и постного плова каждому едоку полагалась четверть кукурузной лепешки и кружка горячего чая.
   Находящиеся в подразделении офицеры и рядовые потянулись к раздаче со своим чашками и кружками, и уже через пару минут усердно гремели ложками сидя под навесом за общим столом. Из этих же термосов перепало и сидящим за металлической решеткой узникам. Аманулла предложил мне отобедать вместе с ним, но я, поблагодарив его за гостепреимство, вежливо отказался от казенной пищи. К тому моменту от Головкова и остальных советников царандоя я уже был наслышан о проблемах возникавших у них с кишечником, после того как они осмеливались отведать азиатские кушания.
   Прощаясь, я попросил подсоветного выделить нам машину спецотдела, которая доставила бы нас в советнический городок. Аманулла отдал распоряжение водителю "Тойоты", но нам пришлось ещё немного подождать, пока тот не расправился с обедом.
   Домой добрались без происшествий. Когда вошли на виллу, то увидели как Валера Махнаткин разогревает на плите вчерашний борщ.
   - Ты чё, так и не улетел? - удивился Головков.
   - Улетишь тут с вами, - недовольно буркнул Валера. - Самолет из Кабула и не думал сегодня вылетать. Видите ли, у них там сильный ветер с утра задул, и все вылеты отменили. А что мне одному делать на Майдане. Вот, решил обратно вернуться.
   - Ну, и, когда теперь обещают подать персональный борт? - пошутил Володя.
   - Если завтра ветер в Кабуле стихнет, то часам к одиннадцати самолет будет уже в Кандагаре.
   - Обнадеживающая весть, - констатировал Головков.
   С обедом мы справились в считанные минуты, после чего все разбрелись по своим комнатам, и уже там добросовестно приступили к неукоснительному исполнению неписанных правил соблюдения мушаверского часа. Один лишь Валера неприкаянно мотался по огороду, пропалывая от сорняков помидорные грядки. А вечером всей гурьбой пошли на волейбольную площадку, и присоединившись к уже играющим царандоевским советникам, дали фору военным советникам, не проиграв им ни одной партии.
   К удивлению, в тот день на городок не упало ни одного эрэса, ни одной мины, и игра завершилась в тот самый момент, когда солнце скрылось за горной грядой на западной окраине Кандагара. Поскольку борщ был доеден еще в обед, на ужин решили ничего не готовить, а довольствоваться тем, что лежало в кладовке. Открыли несколько банок с гречневой кашей и пару банок с сардинами. Выложили все это на сковороду и слегка подогрели. Валера принес с огорода тарелку со своей фирменной продукцией, и мы молча приступили к трапезе.
   - Эх, сейчас бы что-нибудь посущественней на стол поставить, - заметил Саша Васильев.
   Но, поскольку, это самое "существенное" было без остатка ликвидировано еще в первый день моей "прописки" на тринадцатой вилле, все молча продолжили тыкать вилками в лежащую на сковородке трапезу.
   - Что бы вы без меня делали, - заметил Васильев, и в его руках словно по мановению волшебной палочки появилась бутылка "Столичной".
   - Во, дает! - то ли удивился, то ли возмутился Махнаткин. - И молчал, засранец, когда я намедни с больной головой ходил.
   - Так я её только сегодня у своего подсоветного выклянчал, - оправдался Александр, разливая спиртное по появившимся на столе граненым стаканам. - Пообещал вернуть должок, как только так сразу. Так что, имейте это в виду, господа офицеры, когда в конце месяца будете заказывать в Кабуле харчи и спиртное. С каждого в общий котел по паре сиреневых бумажек сверху.
   Уже тогда я знал, что сиреневой бумажкой советники называют купюру достоинством в сто афгани, появившуюся в денежном обороте Афганистана после Саурской революции, а до этого, еще при короле, самой крупной купюрой в ходу была полусотенная бумаженция зеленоватого цвета с изображением лысого Захир-Шаха.
   Поллитра водки оказалось не достаточно для того, чтобы её хватило на обязательный в таких случаях "третий" тост, и по этой причине, его просто не стали поднимать, а вместо этого выпили за предстоящий перелет Махнаткина в Кабул, и за тех, кто остается служить в Кандагаре. Уже после как бутылка окончательно опустела, Александр признался, с чего это вдруг он раскрутил сегодня своего подсоветного. Сардар должен был передать какие-то документы в Кабул, но по причине нелетной погоды в столице, ни один борт оттуда в этот день так и не вылетел. Об этом он узнал связавшись со своим подчиненным на Майдане. А коли так, Валера тоже не сможет улететь сегодня в Кабул, а поскольку царандоевская пересылка на Майдане пустовала третьи сутки, он наверняка вернется в Кампайн.
   До отбоя оставалось еще пару часов, и чтобы не терять время зазря, решили расписать пульку в "Кинга". Я в этой карточной игре ничего не смыслил, и поэтому присутствовал при ней сторонним наблюдателем, пытаясь уловить её смысл пока Володя заносил выигрышные очки игроков в расчерченную на листе бумаги таблицу. А чтобы время для меня не тянулось медленней обычного, затеял разговор об особенностях мушаверской работы в царандое. Многое из того что я увидел и услышал сегодня побывав в уголовном розыске и спецотделе, оставалось для меня не просто загадкой со многими неизвестными, а конкретным "темным лесом".
   - Запомни, и заруби себе на носу - поучал Валера, - самую главную задачу, которая будет стоять перед тобой аж целых два года, заключается как раз в том, чтобы ты рано или поздно но обязательно вернулся домой к своей семье не в цинковом кимоно. А вот чтобы с тобой ничего подобного не случилось, должен ты будешь постоянно крутить головой на все триста шестьдесят градусов, слушать о чем говорят окружающие тебя люди, всё фиксировать в своей черепушке, и делать соответствующие выводы.
   - Что-то подобное я уже слышал от дембелей в Кабуле, пока жил в "Беркуте", - заметил я. - Но это всего лишь общие слова, а хотелось бы услышать конкретику. Что именно, в первую очередь, должен я делать, чтобы, как ты выразился, не вернуться домой в этом самом цинковом кимоно?
   - Да ничего особенного, - встрял в разговор Головков. - Для начала ты должен усвоить прописную истину, которая заключается в том, что вокруг тебя все враги. Духи ли это, или афганские военнослужащие, - все они твои реальные или потенциальные враги, которые в любой удобный для них момент с привеликим удовольствием пустят тебе пулю в затылок, либо всадят в спину нож. А стало быть, что надо делать в первую очередь?
   - А что надо делать в первую очередь? - вопросом на вопрос ответил я.
   - А в первую очередь, ты должен четко осознавать с кем имеешь дело, - продолжил разговор Валера. - Вот смотри, у тебя есть подсоветный. Хороший вроде бы мужик. И в Союзе учился, и к нашему брату мушаверу с уважением относится. Но ни я, ни Володька не можем за него поручиться на все сто процентов. И я скажу почему. Как у всякого афганца у него есть семья, а там где семья, там обязательно будут проблемы, и не только сугубо семейные, о которых он никогда не расскажет ни своему начальнику, ни уж тем более советнику.
   Могу привести простой пример - ранней весной этого года один из офицеров джинаи двое суток не появлялся на работе. Конечно же, на то могли быть различные причины, начиная от случившегося с ним дристуна, и кончая банальным запоем, что, кстати, среди афганцев бывает не так уж и редко. Шурави весьма успешно научили их употреблять кишмишовку, а теперь сами репу чешим - что делать и как быть? Ну да ладно, я сейчас не о том. И вот, на третий день объявляется этот супчик у себя на работе, и лопочет что-то невнятное насчет того, что его едва не убили исматовцы. И произошло это происшествие практически возле его дома.
   Естественно, сразу возникает вопрос - Неужто исматовцы действительно на протяжении двух последних суток держали его в зиндане, что он так и не смог сообщить о происшествии своему руководителю - Асаду? Ну, ты сам понимаешь, любой здравомыслящий опер именно этот вопрос задаст потерпевшему и уж тем более офицеру правоохранительных органов, который просто обязан был немедленно проинформировать о ЧП свое начальство.
   А если этого не произошло, то какие предположения можно сделать?
   - Какие? - до конца так и не поняв к чему клонит Валера, переспросил я.
   - А такие, - продолжил он. - Либо этот офицер банально врет и легенду с похищением придумал после того как рано утром очухался после пьянки и не смог оторвать свою похмельную голову от подушки, либо он что-то недоговаривает. И вот этое самое "что-то" может играть весьма существенную роль не только в его собственной жизни, но и в жизни того коллектива в котором он работает. В таком случае, самое главное нащупать верную ниточку, которая и приведет к разгадке тайны, которую так тщательно пытается скрыть этот человек. И, как ты думаешь, в чем заключалась фишка с его двухдневным исчезновением?
   - В чем?
   - А в том, что его почти двое суток удерживали связанного по рукам и ногам в заброшенном доме, неподалеку от дома в котором жила его семья. Его не били, не пытали, а популярно объяснили, что произойдет с его женой и детьми в самом ближайшем будущем, если он не станет на них пахать. "Духи", а это были именно они а не исматовцы, в деталях расписали ему как будут сдирать кожу с тела его супруги, и как поочередно изнасилуют, а потом четвертуют его малолетних детей, а их конечности перебросят через дувал его двора. А вот теперь, честно и откровенно, ответь мне, как бы ты сам поступил, доведись попасть в аналогичную ситуацию?
   - Честно говоря - не знаю.
   - Вот видишь, даже ты не знаешь как поступать в таких неординарных случаях. А что тогда взять с молодого офицера царандоя, без года неделю работающего в правоохранительных органах, впервые попавшего в подобную ситуацию, и от его положительного или отрицательного ответа теперь зависит не только его собственная жизнь, но и жизнь членов всей его семьи. Одним словом - куда не кинь, везде клин.
   Конечно же, уже на следующий день он мог доложить о происшествии тому же Асаду или на крайняк Аманулле, но вся заковыка крылась как раз в том, что отпуская с миром своего пленника, "духи" предупредили его, что в царандое у них есть свои люди, которым сразу же станет известно о его резких "телодвижениях". И вот тогда уж точно, ни ему самому, ни его семье не жить на этом свете. Офицер просто испугался за самого себя и сородичей, и для начала решил придумать версию и с этим нападением, и счастливым избавлением из плена.
   Но он только одного не учел, что наш Володька не зря ел свой хлебушек работая в Союзе начальником уголовного розыска, и его на мякине просто так не проведешь. Через советников КГБ и их агентуру в "подшефной" договорной банде Муслима Исмата, он проверил достоверность всего того, что наговорил этот офицер. Естественно, его версия с похищеним и счастливым финалом не нашла своего подтверждения. А коли так, то надо было придумывать что с ним дальше делать. Ведь если он не станет стучать "духам", те действительно прикончат его в любой удобный момент. С другой стороны, если он пойдет на сотрудничество с ними, то те должны же как-то установить с ним устойчивую двухстороннюю связь. Ну, не в царандое же они с ним собирались встречаться, и, уж тем более, не в его собственном доме.
   И еще один немаловажный момент всплывал во всей этой ситуации - "духи" ведь не зря лепили ему горбатого насчет своих людей в царандое - наверняка, таковые у них там имелись. А раз так, то верить, и уж тем более доверять свою тайну постороннему человеку, этому офицеру не было никакого резона. Тот же Асад, хоть и проверен нами не единожды на конкретных делах, запросто может иметь не только служебные контакты с моджахедами, многие из которых до Саурской революции служили в армии и МВД. Да и он сам при короле занимал не хилую должность в полиции, причем, именно здесь - в Кандагаре. А раз уж в стране творились такие дела, когда афганцы физически уничтожали друг друга только за то, что вчерашний друг или сослуживец примкнул не к тому партийному крылу, крыша могла поехать даже у самого харизматичного человека.
   Одним словом, после того как мы раскололи этого офицера до самой задницы, то пришли к выводу, что сообщать об этом своим подсоветным преждевременно, а его попросили помалкивать о случившемся, и никому, даже самым закадычным друзьям, ничего о том не говорить. Правда, мы сразу же предупредили его, что если кто-нибудь из "духов" или их пособников вдруг выйдет на связь с ним, то он тут же должен сообщить нам.
   - И чем же закончилась эта история? - полюбопытствовал я.
   - А закончилась она тем, что не прошло и нескольких дней после нашей встречи с этим офицером, как он примчался в мушаверскую и сообщил, что на Герат-базаре к нему подошел незнакомый человек, который напомнил ему насчет того разговора с "духами". Парень не растерялся, и как мы его проинструктировали, заявил незнакомцу, что тот видимо ошибся и перепутал его с кем-то. Незнакомец не стал с ним спорить, а только сказал, что послезавтра до обеда к нему на работу придет человек по имени Мирвайс, который заявит о краже двух баранов. Именно этому человеку он должен будет передать список всех сотрудников джинаи и масуза с адресами их проживания в Кандагаре. А если он это поручение не исполнит и не передаст запрашиваемый список, то может распрощаться со своей собственной жизнью, а заодно с жизнями жены и детей.
   Ситуация начинала выходить из-под контроля, и силами одних только советников осуществлять дальнейшую оперативную разработку не представлялось возможным, поэтому было принято решение рассказать обо всем Асаду. О своем решении мы сказали офицеру, и тот с ним согласился.
   Асад сразу оценил всю сложность и опасность положения в которое попал его подчиненный. Правда, надо отдать ему должное, он не стал выяснять у мушаверов, откуда им всё это стало известно, да и сами они не собирались открывать ему все карты. Там же, в его кабинете, наметили план неотложных мероприятий. Поскольку на встречу с сотрудником джинаи мог прийти кто угодно, и, скорее всего, человек к моджахедам не имевший никакого отношения, к операции подключили "наружку". А чтобы "топтуны" не ошиблись с объектом наблюдения, офицер джинаи должен был подать условный сигнал в тот самый момент, когда посетитель будет покидать его служебный кабинет. Дабы не произошло преждевременной утечки информации, никого из сотрудников джинаи к операции подключать не стали, и Асад самолично передал визитера представителю "пятерки".
   Со списком оперативных сотрудников тоже решили немного "нахимичить", включив в него тех из них, кого реально в джинаи уже не было. Одни были уволены за нарушения дисциплины или уволились со службы по собственному желанию, другие убыли для дальнейшего прохождения службы в соседних провинциях. Были и такие, кто за последние пару лет погиб при исполнении служебных обязанностей. Расчет был сделан на то, что "духи" не сразу бросятся перепроверять достоверность изложенных в том списке сведений, а за это время, мы что-нибудь придумаем и позаботимся о дальнейшей судьбе "информатора".
   "Заявитель" действительно оказался случайным человеком, не имевший к "духам" никакого отношения. Видел бы ты его холупу, в которой он жил с семьей на окраине Кандагара. Да и баранов у него отродясь никогда не водилось, поскольку, всю свою сознательную жизнь пахал на чужого дядю, и влегкую срубить бабла за счет одного визита в царандой с заявой о несуществующей краже, для него было что-то вроде манны небесной, поскольку "духи" пообещали ему весьма солидные деньги, за которые ему пришлось бы пахать на хозяина не меньше месяца.
   Одним словом, просекли "пятерочники" куда он отнес этот список, и установили реального "духовского" связника. И как ты думаешь, кем тот на самом деле оказался?
   - Кем?
   - Одним из ответственных сотрудников губернаторства, членом НДПА с пятилетним стажем, на которого никто бы и не подумал, что он реально стучит моджахедам. Более того, этот ублюдок среди своих сослуживцев слыл ярым обличителем муджахетдинского движения, и едва ли не на каждом совещании поливал "духов" грязью, а заодно, втихаря писал анонимки на вполне порядочных людей, кто их реально ненавидел.
   - И что было дальше?
   - Да ничего особенного. Опера с семьей в срочном порядке отослали в повинцию Газни где он продолжил службу в джинаи под вымышленной фамилией, а его дом в Кандагаре, "духи" сожгли месяц спустя, когда ни его, ни его семьи там уже не было.
   - А что сталось с тем "кротом" из губернаторства?
   - А вот с ним то, как раз произошла весьма интересная история. Его грохнули опера максуза, когда он встречался с представителем бандгруппы на которую все это время пахал. Уже позже выяснится, что полевым командиром в той банде был его родной брат, бывший капитан афганских вооруженных сил, которого долгое время выслеживали ХАДовцы и царандоевцы.
   - И неужто никто не знал, что они родные братья?
   - Не знали. По той простой причине, что по всем оперативным учетам брательник этого казенного клерка числился под совершенно иной фамилией, которую ему придумали в учебном центре в Пакистане, где он еще в 1981 году проходил специальную подготовку от Исламской партии Афганистана.
   - И все это время, пока он верховодил в "зеленке", его брат исправно стучал брательнику?
   - Практически - да.
   - М-м-да, многовато же он нагадил госвласти за все это время, - резюмировал я.
   - Теперь уже никогда больше не нагадит, также как и его брательник.
   - А что, брательника тоже опера грохнули?
   - Да нет, с этим отморозком свои же разобрались.
   - Это как же так?
   - Да очень просто. Когда опера ликвидировали "крота", его убийство было обставлено так, чтобы все подумали что его замочили "духи". При осмотре "места происшествия", опера уголовного розыска нашли в кармане куртки убитого записку, содержание которой гласило о том, что на основании решения Исламского суда, моджахеды ликвидировали изменника своей страны и пособника советских оккупантов. И подпись в том письме стояла одного из полевых командиров, с кем у брательника убиенного были давние неприязненные отношения. Ну, а что произошло потом, не трудно себе представить. Повоевали две банды друг с другом, понабили с пару десятков нафаров с обеих сторон, и только после гибели одного из полевых командиров, наконец-то сообразили, что их тупо развели. Да уж поздно было - покойников с того света не вернешь.
   - И как часто опера к подобным методам борьбы с "духами" прибегают?
   - Случается, - расплывчато ответил Головков. - С этими волками жить, по волчьи выть, а иначе нельзя. Ты что же думаешь, "духи" не используют аналогичных методов борьбы с неверными? Как раз наоборот, именно они чаще всего пользуются отнюдь не джентельменскими методами борьбы со своим противником. Это же Восток, батентка. А на Востоке подобное каварство возведено если не в ранг государственной политики, то уж на бытовом уровне практикуется едва ли не повсеместно.
   - Стало быть, мне тоже придется прибегать к таким методам?
   - А ты что же, считаешь, что бороться с противником нужно исключительно с открытым забралом и в белых перчатках?
   Я неопределенно пожал плечами, но немного помолчав, решил уточнить кое-что у Махнаткина.
   - Вот вы сейчас оба рассказали о том, что на первом этапе этой спецоперации, контачили с опером джинаи без привлечения своих подсоветных. И как часто приходится прибегать к подобным методам оперативной работы?
   - Часто, не часто, но иногда приходится, - ответил Валера. - Но чаще всего приходится работать с их агентурой не напрямую, а знакомясь с конечным продуктом их работы.
   - Как это так? - не понял я.
   - Да очень просто, - ответил Валера. - Тебе придется перелопачивать горы сообщений поступающих от агентов максуза, и именно из них черпать нужную информацию, которая для нас - советников, представляет хоть какой-то оперативный интерес. А поскольку на дари ты "них ферштейн", и уж тем более, не читаешь текст с листа, то без переводчика тебе однозначно не обойтись. А если ты и впредь намерен как можно больше агентурных сообщений вычитывать в оригинале, с первых же дней поставь себя так, чтобы старший советник давал тебе в напарники не какое-то фуфло, а вполне нормального переводчика, владеющего не только языком дари, но, по возможности, и пушту. В этом плане, лучше всего подходит Шарафутдин. У него два высших образования, и до службы в милиции он успел несколько лет отработать директором одной из сельских школ Таджикистана. К тому же, в Союзе он служил в уголовном розыске, и ему не придется объяснять значение тех или иных специфичных словечек из оперского слэнга.
   Что же касаемо самой информации поступающей от агентуры джинаи и максуза, то тут тоже есть много нюансов, о которых ты обязан постоянно помнить. Не факт, что подсоветный будет показывать тебе все без исключения агентурные сообщения. Что-то он обязательно припрячет для себя, и в первую очередь такую информацию, в которой речь идет о неблаговидных делах в афганских госстуктурах и самом царандое. Ну там, взятки всякие, казнокрадство, разворовывание гуманитарной помощи, и, конечно же, наркотрафик. Я почти полгода мушаверил с бывшим начальником максуза - Хафизуллой. Так вот, он как раз и занимался тем, что свою агентуру нацеливал не на работу в бандах, а на выявление подобных людей, а потом всеми доступными способами "доил" их по полной программе. Мало того, он еще не брезговал разворовывать "девятку", а деньги причитающиеся агентам за проделанную ими работу, клал в собственный карман.
   - И что с ним сделали? - осторожно поинтересовался я.
   - Да ничего особенного, - ухмыльнулся Валера. - Отправили на повышение в провинцию Фарах, где назначили на должность начальника РОЦа.
   - Так ведь он же и там продолжит заниматься мздоимством.
   - Уже не продолжит. Два месяца тому назад машину в которой он ехал на работу, обстреляли "духи" и Хафизулла погиб. Жаль, конечно, что вместе с ним погибло еще двое царандоевцев, но, видать такова их незавидная судьба. Иншалла, одним словом.
   - Чего, чего? - не понял я.
   - Иншалла, в переводе с арабского - "На все воля Аллаха", - пояснил Головков. - Учи матчасть, в жизни наверняка пригодится.
   - Продолжим изучать матчасть, - прервал его Валера. - Когда будешь просматривать поступившую от агентуры информацию, обращай внимание на то, от кого именно она исходит. Естественно, реальных фамилий агентов тебе никто не скажет, а вот их псевдонимы ты из сообщений узнаешь. По возможности постарайся запомнить псевдонимы имеено тех агентов, от которых поступает наиболее ценная информация. Сразу тебе скажу, что процентов на весемьдесят свою информацию они добывают не отходя от кассы, то бишь, не появляясь в "зеленке", и уж тем более в самих бандах. От таких балбесов нет никакого проку, поскольку самую "наисвежайшую" информацию они дыбают на базарах, из разговоров с дукандорами и чайханщиками, либо подслушивая разговоры посторонних. Хотя, в подобных сплетнях и слухах иногда есть рациональное зерно. Просто надо скомпилировать все это в одно целое, и тогда может прорисоваться реальная картинка. Какая именно, это уже второй вопрос, но зачастую по ней можно отследить миграцию по "зеленке" той или иной бандгруппы, или, например, составить некий психологический портрет того или иного полевого командира, узнать его сильные или слабые стороны и даже возможные связи в самом Кандагаре, особенно родственные.
   Но есть и такая категория агентов, которые из своего сотрудничества с госвластью извлекают личную выгоду. Чаще всего этим грешат те из них, кто совсем недавно пошел на негласное сотрудничество, либо оно - сотрудничество, завязалось сугубо по его собственной инициативе. К такой категории стукачей надо относиться с крайней осторожностью, и всю поступающую от них информацию перепроверять по другим оперативным каналам.
   Приведу живой пример произошедший со мной в июле этого года.
   Попался в максуз один такой хмырь, которого царандоевцы задержали на посту в Дурахи при проверке документов. Документы у него тогда оказались в порядке, но погорел он на том, что так и не смог внятно ответить на вопрос - откуда и куда двигает. Я сам его опрашивал в присутствии подсоветного, но он молчал как та ещё Зоя Космодемьянская, пока Аманулла не вышел из кабинета. И как только он вышел за дверь, стал этот хмырь лопотать про то, что является негласным сотрудником ХАДа и выполняет в "зеленке" важное задание в одной из бандгрупп. Я поинтересовался, какой у него оперативный псевдоним в ХАДе, и тот его назвал. А потом он поведал мне о том, что в одном из домов в кишлаке Лой Карезак уже несколько дней скрывается полевой командир Мохаммад Хан. При этом, почти не глядя на карту, он указал место расположения этого дома в кишлаке, и предложил как можно быстрее нанести по этому дому БШУ силами советской авиации.
   Не знаю, что меня в тот день удержало не передавать информацию на ЦБУ Бригады. Какое-то шестое чувство подсказало, что делать этого нельзя до тех пор, пока я её не перепроверю через советников ХАДа. И правильно сделал. Оказывается, этот козел действительно сотрудничал ранее с хадовцами, но после того как они поймали его на одном неблаговидном деле, из агентурной сети его исключили и даже хотели возбудить против него уголовное дело, но тот вовремя смылся в "зеленку".
   - А что за неблаговидное дело он совершил? - поинтересовался я.
   - Да все очень просто - занимал этот козлина деньги у людей, а возвращать их кредиторам не спешил. А когда те стали настоятельно требовать вернуть им должок, он и придумал способ как избавиться от них, а заодно отличиться в глазах своих хадовских "кумовьев". Одним словом, стал он сливать в ХАД инфу о местонахождении в "зеленке" "духов" и их командиров. Так продолжалось до тех пор, пока от другого агента в "зеленке" не поступила информация о весьма странных точечных обстрелах и БШУ наносимых по домам местных ростовщиков. Сопоставили эти сведения с нанесенными за последнее время артобстрелами и авиаударами, и картина сразу прояснилась, после чего вычислить источник дезинформации не представило особого труда.
   - Да за такие дела сразу к стенке надо ставить, - возмутился я.
   - Кого? - ухмыльнулся Валерий. - В таком случае, рядом с ним надо было ставить и того, кто слил эту непроверенную информацию в ЦБУ. А слить её мог только советник ХАДа и никто другой. Понимаешь, к чему я клоню?
   - Догадываюсь, - не вполне уверенно произнес я.
   - Это я все к тому сейчас тебе говорю, что любая просачивающаяся из "зеленки" информация, какой бы жареной и горячей она не была, должна быть самым тщательным образом перепроверена через взаимодействующих.
   - А это кто такие? - поинтересовался я.
   - Взаимодействующие - это точно такие же советники как и мы, но только из других силовых ведомств СССР. Аналогичными взаимодействующими наши подсоветные считают хадовцев и афганских военных. А чтобы подобных ляпсусов не случалось, и создали в Бригаде это самое ЦБУ, то бишь - Центр боевого управления, где тамошние аналитики обрабатывают поступающую отовсюду информацию о "духах" и их пособниках. А еще на картах и фотопланшетах ЦБУ отмечены места дислокации договорных банд, отрядов самообороны и даже отдельно стоящие дома, по которым нанесение ударов категорически запрещено. Так что, если ты принесешь туда непроверенную информацию и она наложится на запретные места, у тебя могут не сложится нормальные взаимоотношения с начальником разведки Бригады и его подчиненными. Кстати, постарайся не откладывать в долгий ящик знакомство с этими ребятами. Самый главный среди них Миша Лазарев - начальник разведки Бригады, и его помощник - Серёга Курячая. Есть еще агентурщики, но с ними тебя познакомят отдельно, если, конечно, сочтут нужным. С остальными же советскими офицерами я не рекомендую тебе завотить знакомств. Сам потом поймешь - почему.
   И, пожалуй, самое главное. Работая с агентами, ты ни на минуту не должен забывать о том, с чего я собственно говоря и затеял сегодня весь этот разговор - верить нельзя никому, и уж тем более людям, постоянно шастающим из "зеленки" в город и обратно. Среди них могут оказаться не только слуги двух господ, но также предатели и откровенные враги, которые, сливая информацию о "духах", реально выполняют их же задания.
   Весной этого года, по информации одного такого двойного агента, работавшего на хадовцев и одновременно на пакистансую разведку, наши летуны разнесли в хлам один кишлак в Дамане, где на тот момент якобы находилось крупное бандформирование. Позже выяснилось, что это была тщательно спланированная "духами" пропагандистская акция, и вместо "духов" под сплав пошли мирные жители незадолго до этого вернувшиеся из лагеря беженцев в Пакистане. Во всех западных СМИ поднялась такая шумиха, что мама не горюй. Я сам рассматривал в одном "духовском" журнале цветные фотки с места той бомбардировки. Зрелище, скажу тебе, не для слабонервных. И вот чтобы подобных ошибок никогда не произошло лично с тобой, я и рекомендую более тщательно перепроверять всю ту лабуду, что исходит от царандоевской агентуры. А то ведь, в историю можно не только попасть, но и конкретно вляпаться. В таких случаях лучше недобздеть, чем перебздеть.
   - Надеюсь, я популярно обо всем рассказал? - Валерий испытывающим взглядом посмотрел мне прямо в глаза.
   - Да, дальше некуда, - ответил я.
   - И еще один момент запомни до конца своего пребывания в Афгане, - в очередной раз встрял в наш разговор Головков. - Постарайся даже не пытаться казаться кровожадным в глазах афганцев, и, в первую очередь, у своего подсоветного. Никогда не проявляй излишнее любопытство по той оперативной информации, которую в дальнейшем намерен передать на реализацию в ЦБУ. Высокие показатели напрямую связанные с уничтожением живой силы "духов", это, конечно, дело хорошее, но сами афганцы стараются не афишировать свою личную причастность ко всему этому мочилову. И если уж ты что-то и выведал интересного у подсоветных, то постарайся не посвящать их во все те нюансы, какие произошли в дальнейшем.
   В ту ночь я долго не мог сомкнуть своих глаз, и тупо уставившись в потолок, вновь и вновь мысленно переваривал все то, что услышал сегодня от Махнаткина и Головкова.
   Да, многого еще я не знаю, многое мне придется постигать методом проб и ошибок, так сказать - методом тыка. Остается лишь надеяться, что я не допущу со своей стороны грубейших ошибок в советнической работе, и домой вернусь не только живым и невредимым, но и не потерявшим честь и достоинство человеком.
   Очень не хотелось прослыть в глазах своих подсоветных, да и просто афганцев, неким кровожадным людоедом, для которого чужая человеческая жизнь не стоит и ломаного гроша.
   Да и не ради всего этого я сюда ехал.
  
  

Оценка: 9.50*6  Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2015