ArtOfWar. Щенников Владимир Витальевич. Девять лет из 80-х

Для Вас, мои Дорогие Боевые Братья и надёжные боевые Соратники!

От всей души на память о былом, о боевой молодости нашей!

Какие были времена! А какие Люди?! Реальные Герои на все века!

А какие события?! Таких закрученных сюжетов ни одна фантазия не придумает!

Ну, а мы с вами были и очевидцами, и непосредственными участниками той самой круговерти

с прозаическим названием - боевые будни.

При этом, находясь в самой гуще всего происходящего, порой даже на самой грани между жизнью и смертью,

мы тем не менее всё-таки пытались оставаться людьми!

И как не странно, думается, что довольно часто у нас это получалось!

Помните каким было самое суровое дисциплинарное наказание в рейдовых подразделениях?

Та-а-к точно! Бойца оставляли в расположении части, когда подразделение уходило на очередной боевой выход.

От одного упоминания этого наказания некоторые гвардейцы в истерику впадали: "Да вы что?! Я по-вашему - совсем конченный что ли?

Пацаны воевать уйдут, а я здесь харю, как последнее падло отъедать буду! Не-е-т! Я вас прошу, только не это!

Как угодно наказывайте, но только не это! Как я потом в глаза нашим парням глядеть буду? Лучше сразу расстреляйте, чем такой позор!".

Небось подзабыли уже? А ведь было! Было! И много чего ещё другого - за что не стыдно смотреть людям в глаза!

А по сему, нам ли унывать, Братишки?! Нам ли унывать?!

Как молоды мы были! Как верили в себя!

Несколько десятков лет минуло,

Как закончилась афганская война.

Многое с тех пор перевернуло,

Только память прошлому верна...

Когда вернутся старые печали,

И пережитое нахлынет, как во сне,

Увижу я опять чужие дали

И лица тех, кто очень дорог мне.

В тот миг тоской наполнит душу

И оброню я горькую слезу,

Но дружбы боевой обета не нарушу,

Воз с пережитым дальше повезу.

Когда все думы только по былому

И время, повернувшись вспять, застыло на весу,

Спешу, всё бросив, к другу боевому,

Тому, кто всё поймёт, я исповедь несу.

Кто не предаст в любой напасти

И часть боли возьмёт на себя.

Судьбу поменять - не в нашей власти.

Всё, что послано Богом, мы примем любя.

А тот, кого войной не пытали,

Кто не терял побратимов в бою

И не видел, как парни рыдали

В поредевшем прощальном строю:

Пусть и дальше живет без печали.

Изолью ему душу - не поймет, о чём говорю.

Сути нашего братства, даже враги не познали.

Другу и Брату по духу я сердце моё отворю.

Вспомним мы долин манящую красоту,

Как полыхали тяжёлого боя зарницы,

Седых гор заоблачную высоту,

Как опасны дувалов пустые глазницы.

Не забыть нам засады, огневой заслон,

Что от попавших в беду отсекал.

Как в горах родной батальон

В том неравном бою воевал.

Друг добрым словом мне поможет,

Разделит он печаль мою.

Да, не всесилен он, быть может,

Но я его боготворю!

Ведь вместе мы в стократ сильнее,

Чем я и он наедине!

И мир становится добрее,

И вера в жизнь горит во мне!

Основано на архивных данных и воспоминаниях однополчан

Эпизоды боевого пути 149-го гвардейского мотострелкового Ченстоховского Краснознаменного ордена Красной Звезды полка

1980-1989

История ратных подвигов нашей части начинается с известного печальными событиями 1941-го года. Героическая оборона города Киева. Затем отступление с тяжелыми кровопролитными боями до самой Волги. Большие потери личного состава. Позже перегруппирование и доукомплектование личным составом. Далее величайшая Сталинградская Битва. Героические бои за Мамаев Курган (который в ожесточенных боях пять раз переходил из рук в руки) и за каждую пядь Родной земли в городе Сталинграде.

Следующей знаменательной вехой становится самоотверженная Курская Битва.

Следом переход в решительное наступление. Затем освобождение Конотопа и бои под Харьковом. Бои под Полтавой и освобождение Кременчуга. Долгожданное освобождение Киева. Форсирование Днепра и дальнейшее освобождение правобережной Украины. Взятие городов Знаменка, Кривой Рог и Кировоград. Уманско-Ботошанская наступательная операция и освобождение городов Ново-Украинка и Первомайск Одесской (ныне Николаевской) области.

Далее участие в Яссо-Кишеневской наступательной операции. Освобождение Молдавии. Бои на территории Румынии.

Следом переброска в северном направлении и включение в Львовско-Сандомирскую наступательную операцию. Бои за удержание и расширение Сандомирского плацдарма. Позже Сандомирско-Силезская наступательная операция и форсирование реки Одер. Затем участие в Нижне-Силезской и Верхне-Силезской наступательных операциях. Далее Берлинская наступательная операция форсирование рек Нейсе и Шпрее, блокирование автострады Дрезден - Люббен северо-западнее Зенфтенберга. 23 апреля 1945 года передовые подразделения полка вышли к реке Эльбе в районе города Торгау. Где через день на переправе через Эльбу встретились с передовыми подразделениями союзных американских войск. Американские солдаты, боевой путь которых во Второй Мировой Войне был значительно легче и короче нашего пути, удивлялись выправке, здоровью и молодцеватому виду советских гвардейцев, только что вышедших из ожесточенного боя.

Боевой путь в Великой Отечественной Войне наши однополчане завершили в Пражской наступательной операции. Однако перед тем как совершить стремительный бросок на Прагу, стрелковое соединение участвовало в овладении важным узлом коммуникаций и мощным опорным пунктом обороны гитлеровских войск в Саксонии - городом Дрезден. 6 мая 1945 года - дивизия форсировала реку Эльба и 8 мая сходу вошла в город Дрезден. (Именно за взятие города Дрезден 39-й гвардейский Ченстоховский стрелковый полк был награжден орденом Красной Звезды). Продолжая наступление в направлении города Прага, отважные гвардейцы освободили город Литомержица и концентрационный лагерь Терезин.

Ранним утром 9-го мая, действуя в передовом отряде дивизии (десантом на танковой броне), подразделения полка вступили в столицу Чехословакии - город Прага. Благодаря этому стремительному броску, смелости, отваге и слаженности действий наших доблестных воинов удалось сохранить этот красивейший город Европы. Фашистам так и не удалось подорвать те тонны взрывчатки, которыми они заминировали практически все здания в историческом центре города. С 9-го по 16-ое мая подразделения нашей части продолжали вести кровопролитные бои с идейными и глубоко убежденными нацистскими фанатиками из которых на данном участке боевых действий состояли отборные эсэсовские соединения, части и подразделения противника. К сожалению, уже после официально объявленного окончания войны прославленный в боях гвардейский полк продолжал терять своих героических Братишек.

За ратные подвиги в годы Великой Отечественной войны около 20 тысяч воинов дивизии были награждены орденами и медалями, а 19 из них удостоены звания Герой Советского Союза.

21 мая 1945 года в районе Носсен на одной из площадей, украшенной алыми знаменами, состоялся парад 13-й гвардейской стрелковой дивизии в честь победоносного окончания Великой Отечественной войны. Многим это покажется удивительным, но за 45 месяцев дивизия прошла с боями по дорогам войны 8 тысяч километров.

За образцовое выполнение заданий командования и проявленные при этом доблесть и мужество при овладении городом Дрезден указом Президиума Верховного Совета от 4 июня 1945 года гвардейский Ченстоховский полк награждён орденом Красной Звезды (см. Указ ПВС СССР).

Затем 1945-1955 Австрия. 1956 Венгрия. 1968 Чехословакия.

1980-1989 Афганистан. В 1983 году 149-й гвардейский мсп за образцовое выполнение боевых задач в ДРА был награжден орденом Красного Знамени. Второй орден Красного Знамени за ратные подвиги на Афганской земле - Кундузский мсп получил уже в составе СОЕДИНЕНИЯ. 4 мая 1985 года 201-я Гатчинская Краснознаменная мотострелковая дивизия была награждена вторым орденом Красного Знамени. И поверьте, трудно переоценить тот вклад, который внесли в получение этого высокого боевого ордена гвардейцы 149-го.

С 1989 в составе 201 мсд, а затем в составе 201 военной базы часть несет службу в Таджикистане.

Таким образом, если посмотреть на карту с нынешним государственным делением, то за 80 лет ратного труда наш полк выполнял задачи командования (причем преимущественно боевые) на территории 11 стран. (Более подробно о боевом пути нашего полка в годы Великой Отечественной Войны Вы при желании сможете прочитать на сайте Art of War на моей странице. Название статьи: "Вехи боевого пути гвардейского полка").

Начало афганской эпопеи

Для нашей части Афганская эпопея началась в Прикарпатском Военном Округе. В самом начале января 1980 года 149-й гвардейский полк перешёл на новый штат мотострелковой дивизии типа "А". И уже 6 января поступила директива на отмобилизование мотострелковой части.

Формирование 149 гвардейского мсп по новому штату началось в городе Мукачево Закарпатской области, где в течение 7-9 января мотострелковый полк был укомплектован личным составом за счёт других соединений и частей приграничного округа. После завершения укомплектования полк тремя железнодорожными эшелонами совершил марш в город Термез, где получил боевую технику и вооружение. В конце января в гвардейскую часть прибыл танковый батальон, полностью укомплектованный соответствующей техникой.

Согласно новому штату, гвардейский мотострелковый полк имел:

офицеров -181;

прапорщиков -124;

сержантов 363;

солдат- 1530;

БМП-132;

танков - 40;

2С1-18;

автомобилей - 264.

В середине января 1980 года Ченстоховский полк закончил сосредоточение в районе города Термез, где вошел в состав 201-й мотострелковой Гатчинской Краснознаменной дивизии. В составе дивизии гвардейский мсп вошел в Афганистан в конце января 1980 года. 28 января 1980 года передовые подразделения 149-го гвардейского мотострелкового полка прибыли в Кундуз к месту постоянной дислокации.

К 15 февраля 1980 года ввод гвардейской части на территорию ДРА был завершен. Полк в составе дивизии вошел в состав 40-й общевойсковой армии и дислоцировался вблизи города Кундуз (в 7 км юго-восточнее города).

Условное наименование в Афганистане - в/ч п.п. 82869. В период Афганской компании полк был вооружён БМП-1 БМП-2 БРМ-1К и другой техникой, танками Т-62, 122 мм САУ "Гвоздика". Первоначально мотострелковая часть после 110 км марша сосредоточилась в районе 15 км западней Ташкургана.

С 25 февраля 1-й мотострелковый батальон вышел в район Шибарган и приступил к охране химического завода и района расположения советских граждан. 3-й мотострелковый батальон приступил к охране маршрута на участке Пули-Хумри, Саманган, Ташкурган. 2-й мотострелковый батальон и разведывательная рота, сразу заняв место постоянной дислокации, (в районе аэродрома, в 7 км юго-восточнее г. Кундуз) приступили к выполнению боевых задач, поставленных старшим командованием.

28 февраля 1-й и 3-й мотострелковые батальоны были заменены батальонами 122-го мотострелкового полка и совершили марш по маршруту Ташкурган, Пули-Хумри, Баглан, Кундуз к месту постоянной дислокации 149-го гвардейского мотострелкового полка в районе аэродрома города Кундуз.

4.03.80 1 МСБ вел боевые действия по уничтожению формирований мятежников в районе н. п. Баглан путем прочесывания районов Гирдаб, Зеринахар, Казак. При столкновении с противником было уничтожено 14 мятежников. 3 мятежника сдались в плен. Было захвачено 20 единиц стрелкового оружия. С 15.03.80 по 7.04.80 первый и третий мотострелковые батальоны с приданными средствами усиления получили приказ выдвинуться по маршруту Кундуз - Пули-Хумри - Саманган и сосредоточиться в районе н. п. Ассиабад. В дальнейшем совершить марш по высокогорному району Бигмонд - Зирани - Дехи-кала. При совершении марша батальоны вели боевые действия с бандами мятежников, восстанавливали дороги, мосты, а также устраняли различные инженерные заграждения. По выходу в район Гирдаб - Дехи-кала подразделения полка вступили в боевой контакт с отрядами мятежников, которые контролировали данную местность. В результате действий мотострелков было уничтожено до 70 мятежников. Захвачено 20 единиц стрелкового оружия, ящики с боеприпасами и взрывчатыми веществами.

7.04.80 1 МСБ во взаимодействии с 3 ДШБ 56 ДШБр и подразделениями афганской народной армии провели операцию по блокированию населенных пунктов Беги - Сагархан - Умархейль. В ходе боевых действий было уничтожено более десяти мятежников и захвачено 15 единиц оружия.

Вид на 149-й гвардейский мотострелковый Ченстоховский Краснознаменный ордена Красной Звезды полк

со стороны ппд 201-й Гатчинской дважды Краснознаменной мотострелковой дивизии.

Зона ответственности 201-й Гатчинской Краснознаменной мотострелковой дивизии, в которую входил 149-й гв. мсп (наряду с 395-м мсп - ппд Пули-Хумри и 122-м мсп - ппд Ташкурган), была очень обширной. В неё входила вся территория северо-востока и большая часть севера Афганистана. Это семь не самых маленьких провинций: Бадахшан, Саманган, Тахар, Кундуз, Баглан, Балх, Джаузджан - полностью и восьмая провинция Фарьяб - частично. Штаб дивизии находился в районе кундузского аэродрома, между 149-м гв. мсп и медико-санитарным батальоном. Так как противник мирно жить не соглашался, частям и подразделениям дивизии постоянно приходилось вести активные боевые действия по выявлению и уничтожению бандформирований, их учебных баз, потайных складов и схронов с вооружением и боеприпасами на всей территории зоны своей ответственности.

Специфика решаемых советскими войсками задач, особенности действий мятежников, а также сложные физико-географические и природно-климатические условия Афганистана обусловили применение различных тактических действий. Наиболее характерными из них были рейдовые действия, блокирование и прочесывание местности, засады, а также действия, связанные с охраной и проводкой колонн.

Основную нагрузку по выполнению вышеперечисленных боевых задач в 201-й мсд несли разведывательные и "рейдовые" подразделения, а также приданные им специалисты (783-й орб, полковые разведроты, рейдовые мотострелковые и горные батальоны, инженерно-саперные роты, артиллерийские корректировщики и авианаводчики).

Рейдовые действия или, как называли их советские воины - рейды, по сути, представляли собой сочетание разведывательных и наступательных действий с целью выявления и уничтожения противника на определенном направлении. Они заключались в выдвижении подразделений по определенному маршруту или направлению до назначенного конечного пункта, который находился на глубине нескольких десятков, а то и сотен километров. Решение этой задачи возлагалось на рейдовые отряды, которые, как правило, состояли из одного-двух советских батальонов на боевых машинах пехоты или бронетранспортерах, разведывательного подразделения, саперов и артиллерийских подразделений. Обязательно совместно с советскими действовали афганские подразделения. Рейдовые отряды поддерживались боевыми и транспортно-боевыми вертолетами, а также самолетами фронтовой авиации. Продолжительность одного рейда обычно составляла 3-7 суток. Но если того требовала оперативная обстановка, то рейдовые действия могли значительно пролонгироваться.

Сложность рейдовых действий заключалась в том, что система разведки 40-й армии зачастую могла обеспечить штабы информацией о противнике лишь в районах, непосредственно примыкающих к пунктам дислокации советских войск. Поэтому основные данные о расположении и деятельности сил оппозиции, ее планах на направлении предстоящего рейда командиры и штабы получали от афганских разведывательных органов. Однако нередко эти данные не в полной мере отражали действительное положение дел. Главной из неточностей было умышленное завышение сил и средств противника. Это делалось для того, чтобы показать, что афганские части по объективным причинам своими силами не могут справиться с неприятелем и поэтому необходимо привлечение советских войск для разгрома его превосходящих сил. Были случаи, когда разведывательные данные оказывались просто ложными. Поэтому перепроверка и уточнение данных о противнике в обязательном порядке осуществлялись силами уже самого рейдового отряда в ходе выполнения боевой задачи. Само же ее выполнение в столь трудных условиях требовало опыта, смекалки и военной хитрости.

Противник также не был лишен этих качеств. Он стремился различными демонстративными и обманными действиями распылить силы рейдового отряда, заставить их действовать по отдельным разобщенным направлениям без взаимосвязи друг с другом, а затем атаковал из засад.

С первых дней пребывания на афганской земле мотострелковый полк, базирующийся в окрестностях Кундуза, активно включился в боевую работу.

Гвардейцам из Кундуза довелось участвовать во многих значимых боевых операциях. В 1980 году 149 гвардейский мсп успешно участвовал в широкомасштабной операции "Удар", проводимой в провинциях Кундуз, Тахар и Баглан. В том же году мотострелки-гвардейцы впервые побывали на Панджшере.

Весьма непросто и во многом трагически (в основном для 783-го орб) сложилась войсковая операция, которая проводилась в июле-августе 1980 года в горах юго-восточнее н. п. Кишим и опять же к юго-востоку от долины Машхад. На всем протяжении этой операции (с 29 июля по 9 августа) подразделения 149 гв. мсп вели тяжелые и продолжительные бои, в результате которых несли ощутимые боевые потери.

гвардии сержант Булыга Николай Маринович - 2-й мсб 149-го гв. мсп погиб 29.07.80

гвардии сержант Толстой Григорий Петрович - иср 149-го гв. мсп погиб 29.07.80

гвардии рядовой Свереда Валерий Васильевич - иср 149-го гв. мсп погиб 29.07.80

(Погибли в бою в районе кишлака Сускан провинции Бадахшан).

Несли потери и участвующие в обсуждаемой операции подразделения 860 отдельного мсп

сержант Гоенко Юрий Николаевич - 5-я мср 860-го омсп погиб 31.07.80

ефрейтор Волошин Сергей Николаевич - 5-я мср 860-го омсп погиб 31.07.80

рядовой Морожников Сергей Михайлович - 6-я мср 860-го омсп погиб 31.07.80

рядовой Рубан Василий Васильевич - 4-я мср 860-го омсп погиб 31.07.80

(Погибли в бою в районе кишлака Спингав провинции Бадахшан).

Из офицеров нашего батальона на той операции погибли:

Гвардии старший лейтенант Назаренко Виталий Константинович командир 5 мср погиб 31.07.80 (в бою в районе ущелья Гурисанг провинция Бадахшан).

Гвардии старший лейтенант Петров Николай Максимович командир грв 2 мсб погиб 31.07.80. (в бою в районе ущелья Гурисанг провинция Бадахшан).

Следует отметить, что почти все половозрелое мужское население окрестных кишлаков состояло в местных душманских бандах, которые были настроены весьма решительно и оказывали нашим войскам ожесточенное сопротивление. Так что подразделениям полка пришлось серьезно повозиться, прежде чем удалось переломить ситуацию в свою сторону. После того, как основные очаги сопротивления были сломлены, гвардейцам удалось оседлать господствующие высоты и закрепиться на них. С этого момента перед мотострелками открылась реальная перспектива для дальнейшего развития успешного наступления. Естественно, что кундузская пехота не преминула этим воспользоваться и как смогла, закрепила успех. Подразделения полка двинулись по горным хребтам над ущельем Гурисанг и заблокировали большую его часть. Затем, используя прикрытие сверху, ущелье досконально прочесали и зачистили. В дальнейшем кундузская гвардия без потерь продвинулась по гребню хребта до н. п. Воджиб (в конце ущелья Гурисанг). При этом в районе кишлака Воджиб силами 2-го батальона была заблокирована и уничтожена значительная база, принадлежащая бандформированию под командованием одиозного главаря Вазира Хистаки. Но этих успехов удалось добиться уже на завершающем этапе операции. А первая половина обсуждаемых боевых действий как мы уже говорили проходила с большими потерями, всяческими сложностями и изобиловала большим количеством ошибок с нашей стороны. 2 мсб, действуя в пешем порядке от н. п. Яварзан в восточном направлении (через Яварзанское ущелье), далее в ущелье Карасдех и через перевал Тешкан в район кишлаков Дехустоян, Порани и Кашу, выполнял поставленную боевую задачу. Ранним утром 2 августа в районе кишлака Кашу превосходящими силами неприятеля был остановлен и достаточно плотно блокирован 2-й мсб 149-го гв. мсп. Для деблокады подразделений второго батальона и неожиданного удара во фланг отрядам противника, вечером 2 августа в район операции прибыли новые подразделения 201-й мсд. Основная роль здесь отводилась 783-му отдельному разведывательному батальону, который к тому же был усилен подразделением минометчиков 3-го мотострелкового батальона 149-го гвардейского мсп. Ранним утром 3-го августа, оставив технику и часть личного состава (в основном экипажи машин) в районе кишлака Дахи, основные силы 783-го орб (управление, взвод связи, 1-я и 2-я разведывательные роты, 3-я разведывательно-десантная рота) с приданным подразделением из состава 3-го батальона 149-го гв. мсп общей численностью около 110 военнослужащих, в пешем порядке выдвинулись в направление ущелья Карасдех, которое кратчайшим путем вело к блокированным подразделениям.

В этот же самый день (3 августа) в Советском Союзе состоялось торжественное закрытие Московских Олимпийских игр. Взлетал в летнее московское небо олимпийский Мишка, растроганные происходящим зрители вытирали слезы под песню: "До свиданья Москва, до свиданья...". И в это же самое время на многострадальной земле Афганистана обильно лилась кровь советских солдат!

Командование 40-й армии проводило войсковую операцию в провинции Бадахшан с 29.07 по 9.08 1980 года. Надо было штурмом взять горные отроги вдоль ущелья Машхад, где по полученным разведданным были большие склады и схроны с оружием, боеприпасами и снаряжением. И если само ущелье Машхад было более или менее контролируемым, то многие из его отрогов были под полным контролем душманов. Ярким примером этого утверждения служило Яварзанское ущелье - на территории которого "духи" чувствовали себя совершенно вольготно.

Вход в это ущелье частично запирало горное плато. Справа и слева к этому плато подходили сквозные ущелья. Второй батальон 149 гв. мсп прошел по ущелью Машхад, дошел до плато и занял его. 30 июля мотострелки пошли на штурм Яварзанского ущелья. Однако, встретив упорное сопротивление неприятеля и столкнувшись с подошедшими ему на помощь свежими силами, были плотно блокированы и вынуждены были перейти к обороне. И вот дивизионные разведчики, пренебрегая опасностью, изо всех сил спешат на помощь гвардейским мотострелкам. Командование разведбата, которое вовсю подгоняется старшим командованием, чтобы ускорить процесс выдвижения, решило, что удастся проскочить без бокового охранения, движущегося по хребтам и прикрывающего основные силы батальона сверху с господствующих высот. И это решение оказалось самой большой и самой роковой ошибкой, за которую пришлось заплатить очень дорогой ценой.

В материалах следствия по этому случаю говорится: "Совершая обход, не обеспечив огневое прикрытие передовыми дозорами с господствующих высот, батальон попал в засаду, устроенную бандформированием главаря Вазира Хистаки. Разведчики оказали ожесточенное сопротивление, и в течение почти суток вели неравный бой в окружении. Только на следующее утро к ним на выручку прибыл мотострелковый батальон 860 омсп, уже после того как душманы сами отошли ночью".

В этом бою погибли 45 человек, из них 5 офицеров и прапорщиков разведбата: начальник штаба батальона майор Жуков А. В, врио командира 1 рр лейтенант Сериков В. Н., командир взвода лейтенант Буров В. Г., старшина 1-й роты прапорщик Дворский А. Е., начальник радиостанции старший сержант-сверхсрочник Кузнецов В. Н..

Всего же сам разведбат потерял убитыми 38, приданные подразделения (3-я минометная батарея 149 гв. мсп) - 7 человек. Ранено было по разным источникам - от 47 до 52 человек. Это были самые крупные боевые потери ОКСВА в 1980 году.

Командир разведывательно-десантной роты 783 орб старший лейтенант Сергей Тарнаев так описывает этот бой:

"Нас, разведчиков, было около 110 человек: 1 и 2 разведывательные роты (командир 2 роты старший лейтенант Мигунов Сергей, врио командира 1 роты лейтенант Сериков, разведывательно-десантная рота, которой командовал я, старший лейтенант Тарнаев Сергей, управление батальона, а также приданные подразделения).

Перед входом в ущелье командир батальона принял решение не выставлять при движении боковое охранение, так как это замедляло движение батальона. Оставили только головную походную заставу -1-ю разведроту ( 21 человек), так как к указанному времени мы не успевали выйти в указанный район. Спорить с командиром или ему что-то советовать было бесполезно.

В 6.00 мы вошли в ущелье в указанном ранее порядке. Через несколько часов движения был объявлен привал. Дистанции между ротами были на расстоянии зрительной видимости, где-то 50-100 метров. Первая разведрота в ущелье зашла за поворот. Вот тут все и началось. Нас просто ждали. С первых выстрелов я был ранен в голову. Закричали, что меня убили. Меня заменил замкомроты по политической части старший лейтенант Ананьев В. А.

По нам вели огонь с левой стороны с гор по ходу движения. Ущелье было шириной метров двадцать. Мы видели, что обстреливалась и вторая разведрота с управлением батальона, но пробиться к ним мы не могли. Впереди, где находилась первая рота, шла пулеметная и автоматная стрельба. Позже слышались разрывы гранат. Только намного позже мы узнали, что первой разведроты уже нет. Они все погибли. Остался только один живой солдат - узбек или татарин не помню - тяжело раненный.

Бой шел на трех участках. Связи не было. Батальонная радиостанция была разбита, начальник радиостанции старший сержант сверхсрочной службы Кузнецов В. отстреливался из пулемета и в конечном итоге погиб. На его теле были следы разрывных пуль. Осталась радиостанция только у меня (Р-129), тяжелая, которая перевозилась на ишаке и во время боя была далеко от нас. Стали окапываться и строить укрытия из камней.

Ситуация была очень сложной, огонь очень сильный и плотный, но команды выполнялись четко. Вошли в связь со штабом дивизии. Оттуда обругали нас как могли, грозились наказать, так как сеанс связи прошел открытым текстом, но времени шифровать не было. Нам просто не поверили. Бой длился уже больше часа. К обеду боеприпасы были на исходе, собирали их у убитых.

По ущелью тек ручей или небольшая горная река шириной где-то 1,5-2 метра, глубиной 50-60 см, правый берег высотой 50-60 см. Несколько солдат и я укрылись там. Огонь уже велся и с правой стороны ущелья. Мы были закрыты только с одной стороны. Вода была ледяная. К нам пристрелялись. Мы находились на близком расстоянии от противника.

В полдень прилетели вертолеты. Стали сбрасывать нам цинковые ящики с патронами. Много патронов было поврежденных, так как сбрасывались с большой высоты. Но огневой помощи практически не оказали, боялись задеть нас. Уж очень близко были от нас душманы. Пробовали выслать группу из моей роты на левый склон, но их сразу же остановили огнем. Погибло несколько человек, в том числе заместитель командира взвода сержант Н. Бричник. Группу возглавлял командир первого взвода лейтенант Николай Лось.

Надо было уходить и мы получили такую команду. Убитых решено было не выносить, да мы просто и не могли физически это сделать.

C небольшой группой я пытался проверить маршрут отхода из ущелья. Но, пройдя метров пятьдесят, мы опять попали под сильный огонь и потеряли еще несколько человек.

К вечеру бой утих, стреляли редко, но присутствие душманов мы чувствовали. Окопались и ждали очередного нападения, так как они обычно нападали ночью. Ночь была бессонная. Сверху что-то кричали.

Утром мы вышли. Нас уже ждал командир дивизии (или начальник штаба), не помню. Я ему доложил обстановку. Раненых на вертолетах отправили в г. Кундуз на аэродром, тяжелораненых сразу перегрузили в Кундузе с вертолетов в самолеты и отправили в госпиталь в г. Ташкент. Я оказался в г. Ташкенте.

Уже позже мне говорили, что мы вели бой с душманами и подразделениями регулярной армии Пакистана. Правда ли это? Не знаю. Потери были очень большие. Погиб полностью личный состав 1рр вместе с двумя офицерами (Буров и Сериков), начальник штаба батальона - капитан Жуков, начальник радиостанции сверхсрочник старший сержант Кузнецов В., старшина роты прапорщик Дворский, зам. командира взвода сержант Бричник Н. и многие другие. Ранены - командир 2 рр ст. лейтенант Мигунов С., командир разведывательной десантной роты ст. лейтенант Тарнаев С. Г., офицер-политработник батальона, к сожалению, фамилию не помню и другие солдаты.

Кстати, местный житель, встреченный у входа в ущелье, предупреждал нас, чтобы мы в глубь не ходили. Факт такой был. Я это помню. Я его лично видел. Но ему не поверили...".

Участник боя, старший радиотелеграфист-разведчик. Арефьев К. А. рассказывает:

"3 августа наша разведывательная десантная рота в полном окружении вела бой с превосходящими силами душманов, напавших на нас внезапно. Командир моего взвода старший лейтенант Н. Лось послал боевую группу из 5 человек под командой своего заместителя сержанта Николая Бричника с задачей уничтожить группу душманов на противоположном склоне ущелья, так как под их огнем оказалась почти вся наша рота.

Мы начали подъем под прикрытием огня остатков роты. Сами тоже вели огонь по огневым точкам "духов". Бричник, я и Сергей Тимуков залегли за камнями и прицельным огнем уничтожили несколько человек. Дальше мы начали продвигаться вверх, уклоняясь от падавших камней-валунов, которые душманы начали на нас сбрасывать. Ведя огонь и прикрывая друг друга, мы поднялись достаточно высоко. Однако впереди был отвесный выступ и чтобы его преодолеть надо было встать во весь рост и подтянуться на нем. Огонь по нам велся очень интенсивный, пули ложились рядом, осколки камней били по лицу и телу. Вскоре Тимуков был убит, а я ранен в руку. Пытаясь как-то себя перевязать, я спрятался за валун, вскоре ко мне подполз Бричник. Стрельба несколько стихла. Душманы видимо решили, что мы все погибли и решили забрать наше оружие. Мы наблюдали за ними, не открывая огня. И только тогда, когда они приблизились вплотную, мы вскочили и в упор расстреляли несколько врагов. Однако с противоположного склона ущелья душманы немедленно открыли по нам бешеный огонь. Бричник упал, я получил еще два ранения и кубарем скатился вниз. Сколько времени я там лежал не знаю, так как периодически терял сознание. Когда наши стали меня укладывать на плащ-палатку я сказал: "...заберите Николая и Тимукова". Мне ответили, что оба они убиты. В этом бою я получил три ранения и повреждение позвоночника".

Командир мотострелковой роты 860 омсп Сергей Кашпуров вспоминает:

"Мою роту и управление от штаба батальона под утро высадили с "вертушек" (хотя мы готовы были с вечера). Совершив марш, мы вышли к месту, когда уже все было закончено. Очень много было убитых и раненых из разведбата. Мы их почти весь день грузили в "вертушки" и собирали, что осталось. Нашли только одного убитого "духа" и того - "свежего". Может мои ребята замочили. Остальные, набрав оружия, ушли еще ночью. Может я из-за давности ошибаюсь, но не помню, чтобы там были сарбозы (афганские солдаты) или кто-то еще. Во второй половине дня подошли еще наши, не знаю из какой части. Я сам лично нашел рабочую карту командира ОРБ, но у меня ее сразу забрал особист. Очень много было погибших, которые сами подорвали себя гранатами. Вот в принципе и все что я помню.

Может было бы все по-другому, если бы нас выкинули с вечера. А то мы всю ночь просидели возле вертушек в полной готовности. Мое личное мнение - в это ущелье мог сунуться только полный идиот: узкое, посредине течет ручей, склоны крутые и в "зеленке". А ведь мог пройти по хребтам, я там со своими все облазил - нормально ходили. И всё ущелье как на ладони, и деться некуда - склоны крутые. С этих хребтов их и расстреливали, там были "духовские" лежки и гильзы. А еще помню раненого бойца из разведывательного батальона. Мои ребята на плащ-палатке его тащили, а он повторял: "Чабан говорил комбату - там душманы". Дальше я не слышал. Вот такие дела! А сам-то комбат жив? Если да, то почему карту потерял? Я её нашел на входе в ущелье".

Старший лейтенант А. Воловиков командир 1 разведроты 783 орб (1980 год) - рассказывает:

"...Я в это время находился в отпуске. Когда прибыл в Душанбе, то в городке меня считали погибшим. Узнав, что погибла моя рота, а я командовал первой ротой, вылетел в Кундуз. В этот день погибло сорок семь человек и ранено сорок девять.

Кадыров повел батальон по ущелью к саду, где "духи" зажали мотострелков. Бронетехника там не могла пройти.

Походный порядок - 1 рота, 2 рота, 3 рота. Комбат Кадыров и штаб батальона были со второй ротой.

Первая рота залегла на открытом месте, вторая сумела частично укрыться под деревянным мостиком. Кадыров был легко ранен в руку, пуля также попала ему в каску. Ночью "духи" спустились и собрали оружие убитых. Был один раненый узбек, он притворился мертвым и видел как они добивали раненых и собирали оружие. Утром "духов" не оказалось и как мне потом сказали, сняли блокаду того батальона в саду, к которому наши вышли на помощь.

Кадыров по слухам имел сведения о засаде, но не поверил местному жителю (чабан сказал, что вас там на подходе к саду ждут), не организовал походное охранение по гребням ущелья. Позже Кадыров ссылался на то, что маршрут ему "пробили" в штабе дивизии по карте карандашом, именно по ущелью. Кадырова не судили, понизили в должности до начальника штаба, (вместо погибшего капитана Жукова) и он еще полгода служил в батальоне".

Такая вот трагическая и печальная история!

1. капитан Жуков Александр Васильевич - начальник штаба 783-го орб

2. старший сержант сверхсрочной службы Кузнецов Василий Николаевич - начальник радиостанции взвода связи 783-го орб

3. рядовой Карауш Андрей Андреевич - взвод связи 783-го орб

4. лейтенант Буров Владимир Геральдович - командир 2-го рв 1-й рр 783-го орб

5. лейтенант Сериков Виктор Михайлович - командир 1-го рв 1-й рр 783-го орб

6. прапорщик Дворский Александр Евгеньевич - старшина 1-й рр 783-го орб

7. сержант Гайнулин Юрий Николаевич - 1-я рр 783-го орб

8. младший сержант Арманшин Ринат Махмудович - 1-я рр 783-го орб

9. младший сержант Беспалов Вениамин Тимофеевич - 1-я рр 783-го орб

10. ефрейтор Ашанин Геннадий Алексеевич - 1-я рр 783-го орб

11. ефрейтор Баженов Николай Иванович - 1-я рр 783-го орб

12. ефрейтор Ковалёв Владимир Григорьевич - 1-я рр 783-го орб

13. ефрейтор Куделин Андрей Львович - 1-я рр 783-го орб

14. ефрейтор Петров Сергей Михайлович - 1-я рр 783-го орб

15. ефрейтор Сергиенко Сергей Николаевич - 1-я рр 783-го орб

16. рядовой Гаркушин Юрий Иванович - 1-я рр 783-го орб

17. рядовой Гуливец Андрей Иванович - 1-я рр 783-го орб

18. рядовой Елькин Сергей Васильевич - 1-я рр 783-го орб

19. рядовой Карпов Владимир Семёнович - 1-я рр 783-го орб

20. рядовой Мазулин Николай Иванович - 1-я рр 783-го орб

21. рядовой Масеев Раис Ислямович - 1-я рр 783-го орб

22. рядовой Свиридов Сергей Григорьевич - 1-я рр 783-го орб

23. сержант Власов Сергей Юрьевич - 2-я рр 783-го орб

24. младший сержант Ималетдинов Саяр Мансурович - 2-я рр 783-го орб

25. ефрейтор Бурковский Анатолий Георгиевич - 2-я рр 783-го орб

26. ефрейтор Данилов Александр Иванович - 2-я рр 783-го орб

27. ефрейтор Дзюба Леонид Петрович - 2-я рр 783-го орб

28. ефрейтор Сергеев Леонид Николаевич - 2-я рр 783-го орб

29. рядовой Козявин Александр Николаевич - 2-я рр 783-го орб

30. рядовой Чуманов Олег Николаевич - 2-я рр 783-го орб

31. сержант Бричник Николай Иванович - 1-й рдв 3-й рдр 783-го орб

32. рядовой Бичик Владимир Александрович - 3-я рдр 783-го орб

33. рядовой Живодёров Андрей Владимирович - 3-я рдр 783-го орб

34. рядовой Рыпало Виктор Алексеевич - 3-я рдр 783-го орб

35. рядовой Тимуков Сергей Алексеевич - 1-й рдв 3-й рдр 783-го орб

36. рядовой Харченко Николай Петрович - 3-я рдр 783-го орб

37. рядовой Рахимов Мирзомурад Гиезович - 4-я рртр 783-го орб

38. гвардии старший сержант Селезнёв Валерий Васильевич - 3-я миномётная батарея 3-го мсб 149-го гв. мсп

39. гвардии сержант Дружинин Виктор Андреевич - 3-я миномётная батарея 3-го мсб 149-го гв. мсп

40. гвардии сержант Кадук Сергей Викторович - 3-я миномётная батарея 3-го мсб 149-го гв. мсп

41. гвардии младший сержант Потапчук Виктор Владимирович - 3-я миномётная батарея 3-го мсб 149-го гв. мсп

42. гвардии младший сержант Силюк Василий Михайлович - 3-я миномётная батарея 3-го мсб 149-го гв. мсп

43. гвардии рядовой Иванов Анатолий Витальевич - 3-я миномётная батарея 3-го мсб 149-го гв. мсп

44. гвардии рядовой Панкратов Михаил Иванович - 3-я миномётная батарея 3-го мсб 149-го гв. мсп

(Погибли 3 августа 1980 года в кровопролитном бою в результате засады устроенной бандформированием Вазира Хистаки в ущелье Карасдех провинции Бадахшан).

45. ефрейтор Гизатуллин Халил Хамидович - 2-я рр 783-го орб получил ранение 3 августа в бою в результате засады в ущелье Карасдех

пр. Бадахшан. Умер в 340-м ОВГ (г. Ташкент) 6 сентября 1980 года.

В это же время (03.08.80) подразделения 149 гвардейского мсп продолжали вести боевые действия с превосходящими силами противника в районе кишлаков Кашу и Яварзан. К сожалению, потерь избежать не удалось.

гвардии прапорщик Филатов Владимир Николаевич - старшина 3-й тр тб 149-го гв. мсп

гвардии сержант Дудкин Михаил Дмитриевич - 3-й мсб 149-го гв. мсп

гвардии младший сержант Панасюк Юрий Евгеньевич - 149-й гв. мсп

гвардии рядовой Шатило Анатолий Ярославович - грв 2-го мсб 149-го гв. мсп

(Погибли 3 августа в бою в районе кишлаков Кашу и Яварзан провинции Бадахшан).

Получается, что всего за эту войсковую операцию в провинции Бадахшан погибли 58 человек.

Из них 38 из 783-го орб, 16 из 149-го гв. мсп и 4 из 860 омсп. Светлая Вам Память, Братишки!

В августе - сентябре 1981 года полк принимал участие в операции "Мармоль" в провинции Балх. Моментами операция складывалась не совсем удачно, а порой даже трагически. Избежать серьёзных потерь не удалось.

31 августа 1981 года в ночном бою неподалеку от кишлака Якоталь (провинция Балх) погиб заместитель командира полка по политической части гвардии подполковник Барынин Вячеслав Григорьевич. В том же бою погибли:

Гвардии капитан Фастов Александр Яковлевич - командир 2-й миномётной батареи (2 мсб) 149-го гв. мсп.

Гвардии сержант Наконечный Степан Николаевич - командир миномёта 2-я миномётная батарея 149-го гв. мсп.

Гвардии рядовой Троцюк Виталий Леонидович - наводчик миномёта 2-я миномётная батарея 149-го гв. мсп.

Гвардии младший сержант Бобылёв Виктор Адольфович - санинструктор 2 мсб 149-го гв. мсп.

Гвардии рядовой Степанюк Олег Константинович - 2 мсб 149-го гв. мсп.

Гвардии рядовой Эргашев Ильхом Икрамович - 2 мсб 149-го гв. мсп.

Гвардии рядовой Эльдиев Муса Доломбекович - пулемётчик 2 мсб 149 гв. мсп.

В дальнейшем, силами 201 мсд с активным участием гвардейцев 149-го Мармольские операции проводились достаточно регулярно. При этом в основном без потерь с нашей стороны. Противник же напротив нёс весьма ощутимый урон в личном составе. Помимо людских потерь неприятеля, также было обнаружено и уничтожено несколько крупных складов с оружием и боеприпасами.

В том же сентябре 1981-го мотострелки из Кундуза успели поучаствовать в операции "Каньон" в провинции Парван. Да и в окрестностях Кундуза нашим подразделениям было чем заняться. Противник старался максимально осложнить работу местных законных органов власти и затруднить всякую жизнедеятельность лояльного власти населения, применяя регулярные засады и диверсии.

В декабре 1981-го 2-й мотострелковый батальон сопровождал колонну с ГСМ, продовольствием, боеприпасами и прочими военными и гражданскими грузами до пункта постоянной дислокации подразделений 860-го отдельного мсп. Как и было прежде заведено, сопроводили колонну до Кишима и передали её под попечительство подразделений файзабадских мотострелков. По дороге естественно пришлось отбиваться от многочисленных душманских засад, остерегаться противотранспортных мин и мощных самодельных фугасов. В Кишиме, пока ожидали возвращения разгрузившейся колонны с Файзабада, тоже не стали сидеть без дела. Проводили реализации разведывательных данных и засады в сторону Яварзанского ущелья.

Не обошли стороной и печально известную для нашей дивизии (по операции 1980-го года) местность в отрогах гор в 3-4 км к северо-западу от кишлака Яварзан и в районе ущелья Карасдех. Но в этот раз, максимально учтя предыдущий горький опыт, обошлись без каких бы то ни было трагических последствий. А скорее даже наоборот - действовали удачно и результативно. Гвардейцы 149-го сходу оседлали перевал Тешкан и затем, осуществив блокировку местности сверху, прочесали кишлаки Порани и Дехустоян. Таким образом аналитическая работа над прежними ошибками, допущенными нашими однополчанами в июле-августе 1980 года, привела к весьма положительным результатам. В период этого боевого выхода местные душманы понесли серьёзные потери личного состава и лишились нескольких крупных схронов с оружием и боеприпасами. Командовал 2-м батальоном гвардии майор И. И. Асланов. Начальником штаба батальона при ведении упомянутых боевых действий был гвардии капитан В. И. Сомов.

Коллективная фотография доблестной 6-й мотострелковой роты. В основном присутствует личный состав

3-го мсв. В середине верхней части снимка командир взвода гвардии лейтенант Зарифов Ренат Сагитович.

Слева от него заместитель командира 3 мсв гвардии сержант Костырин Георгий. Кишим. Декабрь 1981 года.

Крайний справа легендарный комбат-2 Ильхам Исмаилович Асланов (выпускник БВОКУ-72).

Командовал 2 мсб в 1980-1981 годах. Его заменил не менее легендарный Александр Васильевич Царёв (81-83).

Второй слева (извините за тавтологию) легендарный начальник штаба батальона Владимир Иванович Сомов.

22 декабря 1981 года в результате ожесточённого боя была разгромлена довольно крупная и зловредная банда в Алчине. При выходе на прикрытие саперов по маршруту до ППД дивизии была обнаружена крупная засада душманов (известно, что помимо стрелкового оружия на вооружении душманов было не менее 8 гранатометов). С северной стороны от моста, на высотке, стояла в ожидании сопровождения колонна грузовиков с авиабомбами для кундузского вертолетного полка. Видимо, противник ждал именно ее, так как группу разминирования и прикрытие они хотели пропустить без открытия стрельбы. Судя по всему, утечка информации произошла при разгрузке баржи с бомбами в порту Шерхан. При поддержке огня из БРДМ саперного батальона 2-й взвод под командованием гвардии старшего лейтенанта Туркина А. В. на 2-х БМП-1 атаковал противника, который, поняв, что обнаружен, открыл шквальный огонь из всего имеющегося в наличии вооружения. В результате 3,5 часового боя банда была полностью разгромлена. Около 40 душманов были убиты. Остальные приблизительно человек 50-60 были рассеяны и в панике, бросая оружие, отступили. Количество раненых боевиков неизвестно. Взвод старшего лейтенанта Туркина А. В. убитых и раненых не имел, штатная техника тоже осталась неповрежденной.

16 января 1982 года гвардии старший лейтенант Туркин Алексей Владимирович в составе мотострелкового взвода на двух боевых машинах пехоты выехал на патрулирование участка дороги в степи Чардара. На маршруте патрулирования близи одноименного населенного пункта (Чардара) офицер обнаружил банду мятежников, укрывшуюся в наспех оборудованной засаде. Командир взвода приказал механикам-водителям развернуть свои БМП в боевую линию и на высоких скоростях двинуться в сторону неприятеля. Мятежники, заметив этот маневр, открыли стрельбу из всего имеющегося у них стрелкового оружия, включая гранатометы. Умело руководя ведением огня и перемещением боевых машин, гвардии старший лейтенант Туркин совершил неожиданный для противника хитрый и результативный маневр. Одна БМП, умело маневрируя (так, что все гранаты мятежников, не достигая цели, ложились в стороне), наступала прямо по фронту. Вторая же, на максимальной скорости пошла в сторону от места боя и вдруг совершив крутой вираж, не снижая скорости выскочила прямо во фланг расположившемуся в засаде отряду душманов. Боевики неприятеля оказались открытыми как на ладони. Находясь под метким прицельным огнем с двух сторон, противник не выдержал такого дерзкого и умелого натиска и в панике побежал, хаотично отстреливаясь на бегу. Душманская банда численностью до 50 человек, преследуемая малочисленным подразделением наших храбрецов, в страхе бежала, оставляя по пути убитых и раненых соратников. В результате боя было уничтожено 35 мятежников. В числе уничтоженных оказался и главарь банды. Было захвачено 12 автоматов китайского производства, 8 винтовок Lee-Enfield английского производства, гранатомет (Китай), различные боеприпасы, портфель с документами исламского комитета, печать. Умело и самоотверженно руководя боем гвардии старший лейтенант Туркин А. В. лично уничтожил не менее десятка вражеских боевиков. Действовал, как говорится по-суворовски: не числом, а умением!

Без всякого преувеличения можно сказать, что в глазах сослуживцев Алексей Владимирович Туркин (командир 2 мсв 9-й мотострелковой роты) зарекомендовал себя как наиболее яркий представитель из плеяды поистине легендарных командиров взводов 149-го гвардейского мсп.

Гвардии старший лейтенант Туркин Алексей Владимирович.

Как говорится, "махнул" не глядя. Не надо ни заправлять, ни запчасти доставать.

А подножный корм под ногами всегда найдётся.

Разгром банды в Южном Захейле в январе 1982 года. При сопровождении группы разминирования 2-й взвод 9 мср был обстрелян душманами из засады (не доезжая 3 километров до поворота на аэродром). Прибыв на КПП дивизии, командир взвода по телефону доложил о случившемся ИО командира дивизии, начальнику политотдела дивизии полковнику Игнатову. Ввиду того, что в ближайшее время по данному маршруту необходимо было обеспечить безопасное прохождение колонны, полковник Игнатов немедленно поставил старшему лейтенанту Туркину боевую задачу: принять на себя командование всем личным составом, находящимся и прибывающим на КПП, привлечь всю пригодную, находящуюся там технику и уничтожить засаду неприятеля. В данное время практически все другие подразделения находились на операции в Баглане. Операция проводилась в ответ на нападение душманов на колонну 56 ОДШБР при её передислокации из Кундуза в Гардез (в начале января 1982 года). Уяснив задачу, и усилив свое подразделение имеющейся в наличии техникой и личным составом, командир взвода выдвинулся к месту засады. Где, вступив в перестрелку, форсировал на БМП арыки и сходу атаковал противника. Сбив неприятеля с занимаемых позиций вдоль арыка, действуя быстро и инициативно, практически никому из душманов не дал добежать до следующей линии арыков, уничтожая их огнем и гусеницами. Остатки банды скрылись в 3-х отдельных дувалах на окраине Захейля. Через 3 часа боя, потеряв одну БМП (была подбита сверху, с крыши дувала, из автомата в масляный радиатор), взвод под командованием Туркина был сменен 8-й ротой из комендатуры и афганским батальоном царандоя и благополучно вышел из боя. Потерь среди личного состава подразделение не имело. Всё это время вместе со взводом действовала группа разминирования отдельного саперного батальона на БТР-60ПБ, при этом командир саперного взвода ст. лейтенант Емельянов самоотверженно действовал в пеших порядках пехоты во время боя в арыках и в хлопчатнике. Было взято несколько десятков единиц оружия, РПГ, документы и печать исламского комитета. Позже было установлено, что в составе банды было три подготовленных вертолетных экипажа, а до самого аэродрома душманам было не более 5 километров.

После доклада в дивизии получили задачу вернуться на помощь 8-й роте. Но к моменту подхода взвода к месту боя 8-я рота под командованием гв. ст. лейтенанта Ханимкулова Садреддина и гв. ст. лейтенанта Маскаева Олега Николаевича уже завершила разгром банды.

16 апреля 1982 года произошло успешное отражение массированного нападения противника на город Кундуз. К 13-00 неприятель захватил около половины города (от въезда со стороны Ханабадской дороги до круга в центре города). 2-й взвод 9-й роты (под командованием гв. старшего лейтенанта Алексея Туркина) на 3-х БМП, находившийся на дежурстве в городе и одна БМП разведбата под командованием старшего лейтенанта Владимира Федина с боем медленно отступали до круга, тем самым выигрывая время и давая возможность остальным взводам роты подготовиться и выдвинуться к месту боя. На подходах к кругу в бой вступила уже вся рота. Даже нештатный комендант города, коим был зам. командира зенитного полка майор Семиволов Петр Григорьевич, действуя на БРДМ, принимал активное участие в этом бою. Наудачу к 18.00 из полка прибыло подкрепление - две роты 2-го батальона, дерзкий противник был остановлен и оттеснен в глубь кварталов вдоль Ханабадской дороги. В течение ночи рота неоднократно выезжала на помощь афганским постам в городе, для отражения нападений, подвоза боеприпасов и эвакуации раненых. К утру противник очистил город. Ни один важный объект не был им уничтожен.

В период с последнего квартала 1981 года 3-й мсб был рассредоточен по территории ДРА следующим образом:

9 мср

2 мсв, одно отделение 3 мсв и 2 расчета АГС-17 - на охранении Северного моста (Альчин).

Ежедневные задачи:

- сопровождение группы разминирования инженерно-саперного батальона дивизии по маршруту Северный мост - КПП дивизии;

- сопровождение транспортных колонн от дивизии до Северного моста и обратно, в том числе, основная задача - ежедневное сопровождение колонны наливных КАМАЗов от дивизии на мост с утра, и от моста до дивизии вечером, когда колонна забирала керосин с баржи в порту Шерхан. Как правило, колонна собиралась на мосту из Шерхана не ранее 15.00 - 16.00. Для ее проводки в дивизию взвод охранения часто усиливался силами 8 мср из Кундузской комендатуры и парой вертолетов. Керосиновая колонна - для ежедневного восполнения топливо для вертолетного полка. Обратно взвод охранения ежедневно пробивался самостоятельно, и каждый раз противник ждал возвращения взвода в засадах от скотного базара в Кундузе до кишлака Алчин.

Иные задачи:

- прикрытие саперов при разминировании перевала Иргонак, проводка колонн от перевала по дороге через Даври-Рабат и мост Чардара в Кундуз;

- работа с разведчиками (разведрота полка и разведбат);

- выполнение других отдельных задач.

Командиры взводов в тот период: 3 взвод - гв. лейтенант Овсянников Александр Владимирович, 2 взвод - гв. лейтенант Казначеев Вячеслав, затем гв. старший лейтенант Туркин Алексей Владимирович, 1 взвод - гв. старший лейтенант Тарасов Сергей Николаевич. Замполит роты - до середины декабря - гв. старший лейтенант Русинов Владимир, затем Кузнецов Владимир Николаевич.

На Северном мосту: сентябрь - октябрь - гв. лейтенант Овсянников Александр Владимирович.

В октябре Овсянников получил множественные осколочные ранения (36 осколков) и его эвакуировали в Ташкентский госпиталь КТуркВО. Вернулся в мае 1982 года.

Октябрь - ноябрь - гв. ст. лейтенант Казначеев Вячеслав. Заменился в декабре 1981 года.

С первых чисел декабря 1981 г. до второй половины сентября 1983 года - гвардии старший лейтенант Туркин Алексей Владимирович.

Остальные подразделения 9 мср в период с октября 1981 года по март 1982 года находились на полковом полигоне, на дороге к порту Шерхан, выполняя задачи по строительству полигона.

8 мср

Рота дислоцировалась непосредственно в комендатуре города Кундуз. Находилась в оперативном подчинении нештатного коменданта города. В декабре 1981 года обязанности коменданта исполнял гвардии капитан Бережков Алексей Иванович, бывший командир 8 мср, начальник штаба 3 мсб.

Подразделение выполняло задачи по охране и обороне наиболее важных городских объектов, оказанию помощи афганским подразделениям царандоя при нападениях противника, в том числе ночных. К особо важным объектам относились: гостиница и виллы советников в комплексе Спинзар, хлопкоперерабатывающий завод Спинзар, электростанция, банк. Городскую тюрьму охранял взвод разведбата дивизии. Кроме того, рота выполняла задачи по проводке колонн через город, а также привлекалась к проводке колонн из Ханабада и от Северного моста, а также обеспечивала порядок в городе и несла патрульную службу на маршрутах следования через город колонн в целях пресечения противоправных действий со стороны советских военнослужащих.

До декабря 1981 года ротой командовал гвардии капитан Бережков Алексей Иванович, затем роту принял гвардии ст. лейтенант Сиваков Владимир, а Бережков А. И. принял штаб 3-го батальона.

Командиры взводов: гв. старший лейтенант Дурнавин Павел, гв. лейтенант Ханимкулов Садреддин, гв. старший лейтенант Маскаев Олег Николаевич. Замполит роты - до декабря 1981 года гв. ст. лейтенант Давыдов Валентин, затем гв. старший лейтенант Томилов Олег. Давыдов в это время был назначен замполитом 3-го батальона.

7 мср

Подразделения роты в указанный период были раскиданы по гарнизонам г. Кишим, г. Талукан, г. Ханабад и мост Банги.

Выполняли те же задачи, что 9 мср и 8 мср, только в своей зоне ответственности. По причине большой удаленности от полка возникали трудности со снабжением, связью, эвакуацией больных и раненых. Все это делалось в основном с попутными колоннами, хотя вероятность доехать в колонне живым до полка была не очень высока.

Командиром роты был гвардии ст. лейтенант Иванов Владимир. Командиры взводов: гв. ст. лейтенант Чудаков Александр, гв. ст. лейтенант Буфетчиков Андрей Николаевич.

В августе 1982 года на должность замполита 7 роты был назначен гвардии лейтенант Воронцов Александр Петрович, переведенный из ПВО страны. А уже в сентябре его тяжело ранило при спасении танкистов из подбитого в Мула-Гуляме танка.

Все подразделения батальона, кроме личного состава 9 роты, минометной батареи и отдельных взводов, находившихся на полигоне, выполняли задачи в основном самостоятельно, без непосредственного руководства со стороны командования батальона и полка. Старшие начальники только ставили задачи и принимали доклады по радиосвязи.

Командир батальона в тот период - гвардии майор Евдин. Замполит батальона с декабря 1981 года - гв. ст. лейтенант Давыдов Валентин. Начальник штаба батальона в тот же период - гвардии капитан Бережков Алексей Иванович. Зампотех - гвардии капитан Садовов Владимир Васильевич.

В мае - июне 1982-го кундузская пехота принимала участие в 5-й Панджшерской операции.

Летом 1982 года гвардейцы полка принимали активное участие в операции "Возмездие".

9 июля 1982 года в бою в Южном Баглане погиб заместитель командира 2 мсб по политической части гвардии капитан Гарник Виктор Николаевич.

29 июля 1982 года гвардии старший лейтенант Остапченко Павел Александрович командир танкового взвода тб получил смертельное ранение.

Умер в госпитале 25 августа 1982 года.

20 августа во второй половине дня при подъёме на перевал Чинари-Гуджишкан подорвалась БМП разведывательной роты "Блеск-62", которая последней снималась с перекрытия маршрута и замыкала колонну. Погибло три человека.

Погибли 20.08.82 между кишлаком Калафган и плато перевала Чинари-Гуджишкан.

Гвардии старший сержант Гадиев Ринат Анварович заместитель командира взвода рр.

Гвардии сержант Сулайманов Аблас Султанович рр.

Гвардии рядовой Касумов Фирудин Аббасали-оглы рр.

В этот же день чуть позже подорвался танк Т-62 из танковой роты. Взрыв произошёл под двигателем. Членов экипажа контузило. Погибших к счастью не было.

21 августа 1982 года погиб легендарный командир разведывательной роты 149-го гвардейского мсп гвардии старший лейтенант Намётов Бахадир Ахметниязович.

Около 5 часов утра после ночёвки разведывательная рота начала движение с плато. До Кишима оставалось 5-7 километров. Навстречу нашим подразделениям выдвигался 3 мсб 860 мсп, который встретил нашу разведывательную роту перед проходом сухого русла. Файзабадцы сообщили, что их сапёры проверили участок пути оставшийся до Кишима. Разведрота продолжила движение. Гвардии старший лейтенант Намётов по связи дал команду увеличить дистанцию между "коробочками", чтобы в случае подрыва не задело ближайшие машины. Намётов и его разведчики сидели сверху на броне. Фугас сработал по центру. Взрыв был сильный.

Погибли 21.08.82 в 5-7 км юго-западнее Кишима (подрыв брм с разведчиками на фугасе).

1. Гв. старший лейтенант Намётов Бахадир Ахметниязович командир разведывательной роты.

2. Гв. сержант Дашенко Игорь Николаевич старший наводчик-оператор рр, скончался от ран 27.8.82.

3. Гв. младший сержант Эльдаров Анварбек Алхузурович командир отделения рр.

4. Гв. младший сержант Абдуллаев Абдумумин Абдирахимович старший разведчик рр.

5. Гв. рядовой Михальченко Василий Михайлович разведчик рр.

6. Гв. рядовой Юркин Валерий Петрович разведчик рр.

7. Гв. рядовой Шералиев Имомжан Ташалиевич разведчик рр.

Офицеры полка с кундузскими ХАДовцами. Бахадир Намётов присел рядом с афганским соратником.

Крайний справа стоит Николай Гергишан. Рядом с ним Владимир Масленников. (Оба 2 мсб).

Все трое яркие представители плеяды легендарных офицеров прославленной гвардейской части.

Песня про разведроту 149 гвардейского мсп.

Автор - Олег Томилов, ЗКПЧ 8 мср. Написано в 1982 году, в крепости Сардоба.

Песня была исполнена автором перед офицерами и прапорщиками полка на торжественном ужине в честь награждения полка орденом Красного Знамени в мае 1983 года (в срм офицерской столовой).

Нас служба по краешку жизни ведет

Ее не сравнить с другими,

Но снова команда: "Вперед и вперед!

Разведка - вперед, на мины!".

И снова засада, и снова стрельба,

И снова у нас потери.

Еще чью-то жизнь оборвала судьба,

Но все мы в звезду свою верим.

А каждая смерть, чья б она ни была,

Оставит зарубку на сердце.

Но снова рискуем была - не была

Играем мы в прятки со смертью.

Пехота воюет, разведка - вдвойне,

И значит, что нам вдвое больше

Удача нужна в этой страшной войне,

Везения втрое больше.

Нас меньше, а значит, что каждый из нас

Воюет за добрый десяток.

Но смерть то одна и один только раз

Она заберет в свои лапы.

Как странно, но лучших она заберет

Таких, что не ведая страха,

Поднявшись под пулями рвутся вперед

И всех поднимают в атаку!

И сколько бы ты не прожил на Земле

Тебе не забыть эту роту!

И долго тебе будет сниться во сне

Погибший твой ротный Намётов!

Подорвавшаяся на фугасе, броня разведроты 149-го гвардейского мсп.

При подрыве "коробочки" в августе 1982 года погибли 7 гвардейцев-разведчиков.

В их числе командир разведроты гв. старший лейтенант Бахадир Наметов.

Место подрыва находится в нескольких километрах юго-западнее Кишима.

Некоторым рейдовым и разведывательным подразделениям зачастую приходилось выполнять боевые задачи далеко за пределами, так называемой, своей зоны ответственности. Участвовать в крупных армейских операциях. В качестве примера можно привести 2-й мотострелковый батальон и разведывательную роту 149-го гвардейского мсп, которые участвовали в боевых действиях по всей территории ДРА. От восточных районов Бадахшана (Ишкашим, Бахарак) на северо-востоке - до реки Герируд на северо-западе; от Иранской границы на запад в провинции Герат - до Асмара, вблизи Пакистанской границы, на реке Кунар, одноименной провинции на восток. От всей зоны ответственности 201-й мсд на севере, до таких южных провинций, как Заболь, Гильменд, Пактия. Второй батальон с разведывательной ротой участвовали в большинстве Панджшерских операций, в Кунарской операции 1985 года. Ходил на Хост, участвовали в операции "Магистраль". Не раз 2 мсб побывал в "зеленке" Чарикарской долины. Облазил все горы по обе стороны от Саланга. Побывал в Андарабском ущелье. Также 2 мсб вместе с рр участвовали в боевых действиях в таких Афганских провинциях, как Парван, Бамиан, Вардак, Лагман, Газни, Нангархар, Каписа, Логар, Пактика. За 9 лет этими подразделениями 149-го гв. мсп был пройден весьма достойный и славный боевой путь, как, впрочем, и всей частью в целом. Начиная с 1984 года и вплоть до февраля 1989-го, 1-й мсб также выполняет функции рейдового подразделения в полном своем составе. До этого 1-я и 3-я мотострелковые роты стояли на заставах, а 2-я мотострелковая рота занималась сопровождением и охраной колонн. С того времени только 3-й мсб продолжает нести службу на стационарных заставах, выполняя значимую и ответственную задачу по охране дороги от Кундуза до Пули-Хумри и целого перечня других стратегически важных объектов. При этом 9-я мср помимо прочих выполняемых задач стала ротой сопровождения колонн в регулярном режиме.

Гордо реет красный флаг над древней крепостью. По местным легендам и слухам - современнице походов самого Великого

Александра Македонского. На Балахиваре полный порядок. Вотчина доблестной 9-й мотострелковой роты

всегда на достойной высоте. В первом ряду закадычные друзья командиры взводов Алексей Коваленко

и Дмитрий Семёнов. Во втором ряду родные братья Джанмурзаевы.

На командирском месте, как и полагается легендарный командир "девятки" гвардии капитан Салахутдин Магомедович Джанмурзаев.

Весь цвет управления третьего батальона во главе с двумя комбатами. На плечах этих людей держалось планирование, организация

и успешное выполнение боевых задач, а также благополучие застав и гарнизонов советских войск по всему Баглану (от Алиабада до Пули-Хумри).

Справа налево: нш батальона Григорий Локтионов, легендарный комбат-3 Владислав Домодыко (старый), комбат Локоть (прибывший на замену),

далее командир 7 мср Владимир Минеев, "комсомолец" батальона Сергей Харитонов.

Второй ряд: кв 7 мср Юрий Мокринский, кв Смирнов (адн), зкрпч 7 мср Александр Русинов, зктч 3 мсб Криворотько.

Очень результативной для 149 гв. мсп оказалась дивизионная операция, проведенная в сентябре-октябре 1983 года в горах Карабатур. В те дни было уничтожено большое количество живой силы противника. Также у неприятеля было отбито множество различных складов и схронов с оружием и боеприпасами. Следует отметить, что в этой операции наиболее отличились 2 мсб и разведывательная рота, а в особенности 5мср батальона. Воины пятой роты в ожесточенных боях захватили 3 крупных потайных хранилища со смертоносными трофеями. По итогам данной операции (естественно с учетом всех предыдущих заслуг) командир 5мср гвардии капитан Изместьев Николай Дмитриевич (позывной "Банан") был представлен к званию Герой Советского Союза. К большому сожалению сослуживцев, в результате интриг в различных штабных инстанциях, звание Героя прошло мимо этого заслуженного и уважаемого боевого офицера. В результате вместо Героя капитан Изместьев получил орден "Красного Знамени". Что поделаешь! Не любил Николай Дмитриевич заискивать и расшаркиваться перед высоким начальством. К тому же всегда резал правду-матку открытым текстом. Но когда в эфире раздавалось знакомое: "Я Банан. У аппарата Старший". То и дивизионное, и полковое командование были уверены, что поставленная боевая задача оказалась в надежных руках. Без преувеличения можно сказать, что гвардии капитан Изместьев был настоящим "Гуру" для всех молодых офицеров батальона. За честь они считали получать советы и подсказки от легендарного командира "пятерки" и как губка воду впитывали тонкости накопленного им боевого опыта. Когда после замены "Дмитрича" подразделениям батальона приходилось попадать в сложную боевую обстановку, то его не раз вспоминали добрыми словами и с чувством благодарности. Потому как питомцы Изместьева частенько использовали перенятые у учителя тактические приемы и хитрости, а это всегда давало положительные результаты.

Свое решение обдумывает командир 149 гв. мсп гв. подполковник Посохов Александр Георгиевич.

(Полк ведет боевые действия в районе Карабатура. Октябрь 1983 года).

В середине гвардии капитан Изместьев Николай Дмитриевич.

Справа офицеры разведывательной роты (Николай Николаевич Шиханов и Александр Иванович Васильев),

слева офицеры 5мср (Сергей Николаевич Князев и Виктор Иосифович Виноградов).

Офицеры 2 мсб: в центре командир 4 мср Афонский Александр Петрович, справа командир 6 мср Салий Игорь Владимирович,

слева замполит 6 мср Куприн Антон Владимирович. Лето 1983 года.

Одним из основных тактических приемов действий Советских войск в Афганистане - являлся метод блокирования и прочесывания населенных пунктов и прилегающей местности. При умелой организации и грамотном проведении этот тактический прием обеспечивал высокую вероятность уничтожения противника в избранном районе. Однако в условиях ведения душманами партизанской войны с опорой на местное население добиться успеха было весьма не просто.

Командир 149 гв. мсп гв. п/п-к Акимов В. Г. (слева на переднем плане) с союзниками и их советником.

Первая волна десанта в воздухе. (Широко улыбается начарт полка гв. п/п-к Магдальчук В. И)

Для быстрого и результативного блокирования противника кундузскими гвардейцами нередко применялись вертолетные десанты. В качестве характерного примера можно привести одну из таких типичных операций. Так, с помощью воздушного десанта, в январе 1984 года был успешно блокирован крупный отряд душманов в районе населенного пункта Ишкамыш, расположенного в 60 км юго-восточнее Кундуза. В этом месте противник создал базу и учебный центр по профессиональной подготовке мятежников. Занятия с обучаемыми моджахедами в основном проводили пакистанские и арабские инструкторы, но встречались среди них также европейцы и американцы. Последние в основном специализировались на подготовке снайперов и саперов-подрывников. Действовавшая там группировка насчитывала более тысячи человек. На вооружении противника имелось порядка 70 гранатометов, 25 пулеметов ДШК, около 50 орудий и минометов. Кроме того, в указанном районе находились склады с оружием, боеприпасами, различным снаряжением и имуществом. С этих мест активно осуществлялся обстрел самолетов при посадке на аэродром Кундуз, осуществлялись нападения на транспортные колонны на дороге Кундуз - Пули-Хумри.

Для уничтожения этих сил было выделено два мотострелковых (1-й и 2-й мсб 149 гв. мсп), отдельный разведывательный батальон (783 орб), отдельная вертолетная эскадрилья и два артиллерийских дивизиона.

Труднодоступный характер местности и хорошо организованная разведка противника не позволяли достичь скрытого выхода наземных подразделений на блокирование. Поэтому руководивший операцией командир 149 гвардейского мсп подполковник Акимов Валерий Григорьевич решил блокировать противника силами тактических воздушных десантов, а затем уничтожить его фронтальным наступлением наземных сил. Хитрость и нестандартность его плана состояла в следующем.

В 7 часов 20 января 1984 года после нанесения авиационного удара по наиболее вероятным местам расположения живой силы противника, в район Фулоли, Карабулак, Марзек был скрытно высажен тактический воздушный десант в составе разведывательного батальона, а в район 4 км западнее Ишкамыш - высажен десант 2-го мотострелкового батальона. Десанты к месту высадки доставлялись на вертолетах Ми-6, которые обычно использовались для доставки грузов. Противник хорошо знал эту особенность, поэтому не обратил на задействованные вертолеты должного внимания. Хитрость удалась. После высадки 2-й мотострелковый батальон под командованием гв. майора Владимира Дмитриевича Крохина разгромил противника в опорном пункте Кучи и в 3 часа 30 минут, соединившись с подошедшей бронегруппой под командованием и. о. командира 6-й роты гв. старшего лейтенанта Рената Сагитовича Зарифова, приступил к рейдовым действиям в направлении Аликутан - Бадгузар с целью уничтожения складов с оружием и боеприпасами. Противник, ведя сдерживающие действия, частью сил отошел в горы, частью сил сосредоточился в кишлаке Ишкамыш, где по разведывательным данным располагался основной учебный центр мятежников.

В это время 1-й мотострелковый батальон под командованием гвардии майора А. В. Власова, используя успех разведчиков и 2-го мотострелкового батальона, скрытно подошел к кишлакам Карабулак и Марзек, внезапным ударом уничтожил противника в этих опорных пунктах и к 13 часам вышел к Ишкамышу с юга. Силы мятежников оказались блокированными с трех сторон. После 10-минутного огневого налета артиллерии оба мотострелковых батальона во взаимодействии с разведывательным батальоном и при поддержке звена боевых вертолетов МИ-24 перешли в атаку и к 15 часам разгромили противника в означенном населенном пункте. Потери мятежников составили более 150 человек убитыми и несколько десятков пленными. Было захвачено большое количество оружия и боеприпасов.

Враг не дремлет. Подорвалась "коробочка" 3-го взвода 4-й мср под номером 148.

Обидно, что совсем ещё свеженькая была. Погибших нет только контуженные и раненные.

Организацией эвакуации руководит "старший крюк" (зампотех) 2-го батальона гв. майор Драганчук Адам Адамович.

На "дворе" январь 1984-го года.

Да, такая вот неприятность случилось неподалеку от кишлака Ишкамыш. Слава Богу, что все живы остались. Старшим на этой "коробочке" 3-го мсв был замполит роты гв. старший лейтенант Макаров Игорь Львович, механик-водитель гв. рядовой Кондратов Алексей, наводчик-оператор гв. рядовой Мандебура Владимир. Все получили приличные контузии и легкие ранения. У замполита это была уже вторая контузия. Причем из троих членов экипажа в этот раз больше всех досталось голове Игоря Львовича. Так как в момент подрыва он сидел на командирском сидении в башне и люк над его головой был прикрыт. Поэтому старшему лейтенанту Макарову пришлось открывать его своей головой, когда его подбросило вверх взрывной волной. По этой причине, помимо контузии от удара взрывной волной Макаров получил серьёзное сотрясение мозга от удара головой по тяжёлой крышке люка. В совокупности получилась тяжёлая контузия с прогибом кости черепа. У остальных членов экипажа люки на подобных выездах были как всегда открыты. Благодаря этому они получили контузии средней тяжести.

Если учесть, что 149-я машина 3-го взвода была подбита из гранатомета (РПГ) ещё в конце 1983-го года, то в строю подразделения осталась только одна боевая машина под номером 147.

Ишкамышская операция. Офицеры и прапорщики 2-го гвардейского батальона. Январь 1984-го года.

На снимке присутствуют: Ренат Зарифов, Григорий Липич, Василий Хоркуца, Василий Ловкай, Виктор Перепелица,

Рафаил Мурсалимов, Юрий Беляков, Николай Гергишан.

Плюс два офицера из разведбата (783 орб) и один арткорректировщик (полковой арт. дивизион).

4 мср на этой дивизионной операции командовал гвардии ст. лейтенант Гергишан Николай Васильевич, исполняющим обязанности командира 5 мср был гвардии ст. лейтенант Князев Сергей Николаевич, исполняющим обязанности командира 6 мср был гвардии ст. лейтенант Зарифов Ренат Сагитович.

2 мсб в горах Бадахшана (район Бахарака). Крупным планом гв. старший лейтенант Зарифов Ренат Сагитович (6мср).

Гвардии старший лейтенант Зарифов (позывной Ампула-3) имел в полку заслуженный авторитет.

Зарекомендовал себя как один из наиболее подготовленных офицеров (представителей "старой школы").

Часто и весьма успешно исполнял обязанности командира роты на боевых выходах.

А если после боевой операции ему в руки попадала гитара...

Много потерял тот, кто не слышал, как Ренат Сагитович исполняет Афганский песенный репертуар!

Используя свой талант в позитивных целях, лечил опаленные войной души сослуживцев и поднимал им боевой дух.

Абсолютно по праву вошёл в плеяду наиболее ярких легендарных офицеров 149-го гвардейского мсп.

Да, что там говорить Ренат Зарифов это душа всего второго батальона.

После возвращения из Ишкамыша с февраля по середину марта силами 149-го гвардейского мсп был проведен целый ряд результативных операций, реализаций разведывательных данных и не менее десятка вполне успешных засад. Упомянутые боевые действия проводились в Ханабаде, Талукане, Кучи, Имам-Сахибе, Хазаре, Гортапе, Чардаре, Дивоне, Алиабаде, Северном и Центральном Баглане. Куда-то выдвигались на броне и выполняли боевую задачу под её надежным прикрытием. А где-то высаживались из вертолетов и приходилось надеяться только на самих себя. Короче, действовали в соответствии с поставленной задачей и целесообразно боевой обстановке. За упомянутый период в общей сложности было уничтожено не менее сотни боевиков неприятеля, обнаружено и захвачено 9 вражеских схронов с оружием и боеприпасами.

С середины марта 1984-го года силами 201 мсд и 860 омсп проводилась Файзабадская операция.

Помимо колонны с грузами для 860-го отдельного мсп, который имел место постоянной дислокации в провинции Бадахшан, нам предстояло "дотащить" колонну с грузами для воинских частей Народной Армии Афганистана, а также колонну с народнохозяйственными и гуманитарными грузами для властей означенной провинции и гражданского населения горного Бадахшана. Для того чтобы был понятен масштаб диверсионной активности бандформирований, зоны влияния и интересов которых были разбросаны буквально по всей длине маршрута, то есть от города Кундуза до города Файзабад, приведем некоторую статистику. К примеру, расстояние между означенными выше населенными пунктами, конечно, не по прямой, а по единственному условно доступному с начала 1982 года, весьма удлиненному маршруту, составляло порядка 200 километров. Так вот в этот раз, сопровождающими и охраняющими колонну (растянувшуюся на 40 км) мотострелковыми подразделениями, было отражено восемь тщательно подготовленных массированных вооруженных нападений. Помимо этих неприятных казусов огромную работу пришлось проделать всем задействованным в этой боевой операции саперам. Сложно даже с приблизительной точностью озвучить сколько противотранспортных мин и хитроумно изготовленных фугасов им удалось уничтожить и обезвредить, пока колонна успешно добралась до Файзабада. (Хвала и уважение Вам доблестные и отважные Братишки "Кроты"!). Но эта, уже сама по себе не самая простая задача, была лишь прелюдией к развернувшимся следом боевым действиям.

Официальным поводом для проведения войсковой операции было то, что бадахшанские душманы подорвали большущую скалу в 8-9 километрах от Файзабада и тем самым перекрыли горную реку, питавшую водой гидроэлектростанцию. В результате речная вода проложила себе новое русло, которое проходило немного в стороне от электростанции. Получилось что техническое сооружение есть, а необходимой для его функционирования воды нет. Упомянутая гидроэлектростанция была построена Советскими специалистами и имела огромное народнохозяйственное и бытовое значение. Конечно же, этот стратегически важный объект надёжно охранялся и был абсолютно не по зубам местным бандформированиям. Но, как видите, нашлись-таки на удивление технически очень грамотные специалисты способные всё рассчитать, безупречно спланировать и провести эту весьма сложную диверсионную операцию. И понятное дело что ими были отнюдь не уроженцы близлежащих кишлаков. Здесь явно чувствовалась умелая и опытная рука наших западных "друзей". Поэтому, после устранения последствий диверсии и возвращения реки в прежнее русло необходимо было разместить гарнизоны афганских войск по ключевым критически важным точкам упоминаемой водной артерии. Чтобы с максимальной вероятностью исключить впредь повторение подобного весьма неприятного инцидента.

Для воплощения в жизнь данной задачи для начала нужно было очистить город Файзабад и прилегающие к нему горные районы от дюже активных и агрессивных бандформирований под общим руководством одиозного главаря Басира.

Обязательно стоит упомянуть, что общая ситуация при проведении боевых действий в окрестностях Файзабада выдалась непростая. Десантирование подразделений с вертолетов проходило под плотным огнем противника. При обстреле помимо обычного стрелкового оружия неприятель в полной мере использовал как крупнокалиберные пулеметы (в основном ДШК), так и минометы. Местность была хорошо пристреляна противником. Потерь избежать не удалось. Одним из первых погибших был командир гпв 5 мср гвардии прапорщик Савельев Анатолий Юрьевич. В бою, после высадки вертолетного десанта, Савельев получил тяжелейшее ранение в живот пулей из крупнокалиберного пулемета ДШК. Практически сразу же, буквально через несколько минут Анатолий был эвакуирован вертолетом. Но полученное ранение оказалось несовместимым с жизнью. Помимо прочих сложностей боевые действия пришлось вести при неблагоприятных погодных условиях, в том числе на ледниках и высокогорных участках местности со снежным покровом местами более метра. В 1-м батальоне 149 гв. мсп несколько человек погибли от переохлаждения. Также в задействованных на операции подразделениях мотострелков встречались немногочисленные случаи обморожений.

А куда тут денешься от целого вороха нахлынувших неприятностей? Горы - есть горы! Сначала, почти сразу после высадки, прошёл приличный ливень. Естественно, что все промокли насквозь. Чуть позже, когда подморозило, верхняя часть одежды замёрзла и покрылась ледяной коркой. Так что при сгибании и разгибании конечностей приходилось слышать громкий характерный хруст. В дальнейшем, в ходе выпавших на нашу долю мытарств, пришлось испытать и схождение селей и снежных лавин, и холодные ночёвки в снегу на высокогорье. И не забывайте про нехватку кислорода в разреженном горном воздухе. Опытные альпинисты хорошо знают все сложности и опасности присущие этим неординарным мероприятиям.

В холодные ночёвки, чтобы не замерзнуть насмерть и максимально уберечь личный состав от обморожений поступали следующим образом.

Вытаптывали в снегу небольшие площадочки на которых сидя, плотно прижавшись друг к другу, размещалось по 6-8 человек. Каждая такая компактно расположившаяся группа сверху накрывалась несколькими плащ-палатками. По факту получалось, что создавали на тесных, занимаемых нами пятачках микроклимат, где, под засыпанными снегом плащ-палатками, грели друг друга своими телами и выдыхаемым тёплым воздухом. Сторожевое охранение подразделения несло службу по 30 минут. Сменившихся с охранения солдат и офицеров заботливо усаживали в самую серединку укрытых от ветра и мороза отдыхающих групп. Таким способом и спасались от навалившейся климатической напасти. Зато никто не замерз и даже не получил ни одного серьёзного обморожения. А в остальном, что за служба без стойко перенесенных тягот и лишений?

Для полноты картины не будем скрывать, что снабжение боевых подразделений продовольствием и боеприпасами было организовано из рук вон плохо. В течение нескольких дней отважные советские воины питались только чистым горным снегом на завтрак, на обед и на ужин, совершая при этом длительные горные переходы, но, тем не менее, поставленную перед ними боевую задачу выполнили. Впервые у многочисленных нукеров Басира был полностью отбит мощный укрепленный район с семью ярусами обороны, расположенный на небезызвестной высоте "Зуб", а также на всех прилегающих горных отрогах.

На Файзабад. "Броня" 2 мсб (4мср позывной "Рулет"). Март 1984 года.

Высадка десанта в горной местности, да еще под плотным огнем противника - дело весьма рисковое.

Личный состав 6 мср с офицерами роты (командиры взводов гв. лейтенант Перепелица Виктор и гв. лейтенант Березин Олег)

и замполитом батальона гвардии капитаном Бережным на бадахшанском "Зубе". Март 1984 года.

Практически одновременно с началом Файзабадской операции нежданно и негаданно началась ещё одна долгосрочная операция, которую заранее никто не планировал. Произошедшее просто поражало воображение своей нестандартностью и необычностью. Попытаюсь вкратце изложить хронологию тех событий.

15 марта 1984 года подполковник Советской Армии Заяц Николай Леонидович дезертирует на угнанном им из расположения дивизии БРДМе комендантской роты. В этот же день в здравом уме и доброй памяти он оказывается в руках боевиков вооружённой оппозиции.

Время для побега было выбрано самое подходящее. Дивизия готовилась к предстоящему выходу. Повсюду суматоха и неразбериха. Из гарнизона в гарнизон постоянно перемещаются как группы машин так и отдельные машины. Идёт формирование колонн.

Факт угона разведывательно-дозорной машины обнаруживается только через несколько часов. Командир комендантской роты докладывает о случившемся начальнику штаба дивизии. Тот естественно даёт команду начать поиски. За информацией обращаются к дежурному по КПП в боевом охранении. Тот докладывает, что этот БРДМ пересёк границу боевого охранения в 15:30, о чём в его журнале имеется конкретная запись. По факту выходило, что разыскиваемый БРДМ выехал за охраняемую территорию в составе небольшой колонны, которая следовала в Северный Кундуз.

Связались с Северным. Выяснилось, что БРДМ действительно шёл в колонне, но в гарнизон не прибыл. Пока всё это выясняли наступило тёмное время суток.

Ранним утром выслали на поиски вертолётную пару. Летуны обнаружили пропажу быстро. БРДМ был обнаружен застрявшим на переправе через реку Кундуз в районе кишлака Сахсаколь в уезде Калайи-Заль. Прямо скажем более бандитского места в округе найти будет сложно.

Срочно выслали к Сахсаколю не успевшее уйти на Файзабад подразделение 149-го. Через некоторое время с места доложили. Следов боя нет. Но над БРДМом усиленно поработали местные мародеры. Сняли всё! Вооружение, связь, агрегаты, приборы, сиденья, колёса. Абсолютно всё! В реке осталась голая броневая коробка! Тчк!

У местного населения удалось выяснить, что накануне вечером эта машина застряла, когда пыталась переехать через реку в районе переправы. Из машины вылез советский офицер. К машине подбежали вездесущие афганские мальчишки узнать: "Что есть? Что надо?". И этот офицер о чём-то с ними пытался разговаривать. Немного позже, возможно узнав от мальчишек, что кроме этого офицера на той машине больше никого нет, а сам офицер похоже без оружия, к БРДМу подошли 5-6 местных душманов и увели того шурави офицера с собой. Это всё что удалось узнать при опросе местного населения.

В это время наш батальон находился уже за Талуканом. Если конкретнее, то, находясь в сухом русле, подходил к Калафгану.

Впереди нас шёл только 783-й орб. И вдруг видим разведбат развернулся и идёт нам навстречу. Мы не поняли! Что за дела?

Спрашиваем у знакомых офицеров дивизионной разведки. Объясняют что да как. В общем то немногое, что им сообщили по связи.

Короче, разведбат сняли с Файзабадской операции и отправили охотиться на Зайца. Так началась эта эпопея, которая в общей сложности длилась несколько месяцев и с чьей-то легкой руки получила в обиходе название без особых претензий на креативность. Коротко и ясно "Охота на Зайца". Много кому ещё довелось поучаствовать в этой охоте. Старшее командование решило, что силами одной 201-й дивизии здесь не обойтись. К примеру, позже на тропах данной охоты нам встречались и батальон из 103-й воздушно-десантной дивизии, и батальон из 56-й отдельной десантно-штурмовой бригады, и много кто ещё. Немного позже парни не чуждые юмора таки проявили изобретательность и в неофициальных разговорах эта операция стала называться ещё и "Ну, погоди!". К примеру, бегут в парк бойцы подразделения поднятого по тревоге. Встречные спрашивают: "Парни, вы куда так ломанулись?".

В ответ: "На выезд! Опять в "ну, погоди!" играть будем!". И все сразу понимают что, зачем и куда. Народный фольклор не истощим!

А началась эта печальная история с того, что в августе 1983 года начальник разведки 108-й мотострелковой дивизии подполковник Заяц Николай Леонидович был снят с занимаемой должности с формулировкой: "за утрату руководства разведкой и личную неподготовленность".

Хочу обратить внимание читателя, что подполковник Заяц прежде занимал должность начальника разведки именно в 108-й мсд.

Обращаю внимание на этот факт, потому что встречал уже в нескольких публикациях, что сбежавший к "духам" подполковник Заяц Николай Леонидович был начальником разведки 201-й мотострелковой дивизии. Это утверждение совершенно не соответствует действительности.

Так как с 1982-го по 1984-й год начальником разведки 201-й мсд был подполковник Кузьмин, который добросовестно исполнял свои служебные обязанности и никуда из Советской Армии сбегать не собирался. Ниже выложена фотография на которой Николай Михайлович представлен собственной персоной.

Слева командир 783-го орб подполковник В. Н. Тихонов, рядом начальник разведки

201-й мотострелковой дивизии подполковник Кузьмин Николай Михайлович.

Снимок сделан на Карабатурской операции в октябре 1983-го года.

Подполковник Кузьмин Николай Михайлович занимал должность начальника разведки дивизии

С декабря 1982-го года по ноябрь 1984-го года.

Чтобы Вы имели хотя бы приблизительное представление о реальном начальнике разведки нашей дивизии чуть ниже представлен отрывок из его личных воспоминаний. Причём описываемые им события происходят как раз в то время о котором и мы ведем своё повествование. Николай Михайлович рассказывает об эпизоде произошедшем в апреле 1984-го года, когда ему по воле обстоятельств пришлось взять на себя командование одним из подразделений нашего полка.

19 апреля 1984-го года началась 7-я Панджшерская операция. По сложившейся традиции были привлечены и подразделения 149-го гвардейского мсп. Всем, кто знаком с этой темой, давно известно, что ни одна Панджшерская операция не обходилась без серьёзных потерь с обеих сторон. Апрель 1984-го не стал исключением. Представляем вниманию читателя подробности трагических событий, которые произошли в ущелье Дарваза (в переводе с пушту означает Ворота). Хронологию событий излагает начальник разведки 201-й мсд подполковник Кузьмин Николай Михайлович, непосредственный участник и очевидец произошедшего.

Фрагмент из книги "Афганистан. Записки начальника разведки 201 мсд".

"Наиболее кровопролитным боем, в котором мне пришлось принять участие в Афганистане, я считаю бой с засадой душманов в ущелье Дарваза (Ворота) в 6-8 километрах по трассе от кишлака Хинджан в сторону перевала Саланг.

Случилось это 23 апреля 1984 года. За несколько дней до этого командир дивизии поставил мне задачу принять участие в формировании оперативной группы, создаваемой для усиления охраны и обороны туннеля Саланг в зоне ответственности 108 мсд.

Начиналась, седьмая по счету, Панджшерская операция и командование 40А, зная по предыдущим операциям, какое значение имеет этот туннель и сколько неприятностей нам могут сделать там "духи", решило подстраховаться.

От нашей дивизии на участок трассы Чаугани - туннель Саланг высылалась опергруппа в составе первого мотострелкового батальона 149 гв. мсп в полном составе, артиллерийской батареи 122-мм гаубиц артполка, саперного взвода от 541 инженерно-саперного батальона. Для управления и связи нам выделили КШМ Р-145, для полной автономности действий мы имели до полутора десятков грузовых машин с горючим, боеприпасами, продовольствием. Всего получилось около 60 единиц техники. Возглавлял все это начальник штаба 149 гв. мсп майор Бабенко. Я же был назначен комдивом в качестве представителя штаба дивизии для координации действий со 108 мсд, которая охраняла данный участок дороги.

Задача была серьезной и ответственной. Надо было выдвинуться в предгорья хребта Гиндукуш в район кишлака Хинджан и, сосредоточившись там, как на основной базе, действовать в направлении перевала Саланг и в стороны от него.

Всё мы сделали как надо, к установленному времени, 16.00 22.04. прибыли в Хинджан (Чаугани), вышли на связь с КП 108 мсд. Сходу получили задачу: завтра с утра выдвинуться к перевалу Саланг и "почистить" несколько прилегающих к дороге кишлаков.

Пока Бабенко принимал решение на боевые действия и ставил задачи командирам, я с переводчиком, старшим лейтенантом Намозом Якубовым пошли в кишлак, чтобы встретиться с командиром оперативно-агентурной группы (ОАГр) 40А, для уточнения обстановки.

...В этом районе действовала крупная банда главаря по имени Суфи Паянда. Где-то 250-300 человек, в открытые бои не ввязывались, помногу не собирались, больше действовали мелкими засадами и ночными обстрелами органов власти.

Несколько раз пытались обстрелять расположение мсб 177 мсп, стоявшего на окраине кишлака, но оттуда отвечали из минометов и танков, страдали местные жители, поэтому под их давлением "духи" практически отказались от этого. А вот минирование дорог, так это в полной мере. Причем подальше от гарнизона, где-нибудь в неожиданном месте. На это они были большие мастера.

Что интересно, главарь Суфи Паянда категорически запретил местным душманам диверсии на трубопроводе, оказывается труба лежала на его землях около Чаугани, а любая диверсия вызывала разлив керосина на большие площади. Понятно, что керосин на несколько лет делает эту землю бесплодной. Нескольких крестьян, пробивших трубопровод, он приказал жестоко выпороть и предупредил, что в последующем будет отрезать головы. Так, что данный участок трубопровода можно было вообще не охранять. В целом, обстановка до сих пор была относительно спокойной.

Однако теперь, в связи с начавшейся нашей операции в Панджшере, а это было в 40-50 км от нас, правда, по другую сторону хребта Гиндукуш, обстановка стала накаляться.

Главарь ИОА в зоне "Северо-Восток" (Исламское общество Афганистана - одна из 7 крупных контрреволюционных партий) Ахмад-Шах по кличке "Масуд" (Счастливый) поставил задачу местным бандитам на блокирование дороги и туннеля Саланг с целью недопущения подхода войск с севера, в том числе и из СССР к Панджшеру.

...Тем временем состав нашей опергруппы немного увеличился. К нам присоединился командир саперной роты 541 оисб нашей дивизии старший лейтенант Сорокин А. В., возвращавшийся с взводом из Джабаль - Уссараджа в часть.

Случайно увидев своего командира взвода старшего лейтенанта Смирнова Ю. К. и солдат, он узнал от них, что они прикомандированы к нам. Нашел меня и попросил включить его и взвод, который был вместе с ним, в состав опергруппы, чтобы не разрывать роту.

Меня это вполне устраивало, так как предстояли длительные действия на минированной местности и саперы, да еще с собакой, не были лишними. Выйдя по радио на КП нашей дивизии, я переговорил об этом с начальником инженерной службы дивизии подполковником Н. Сорокиным, он не возражал. Таким образом, у нас стало 2 офицера-сапера, 3 БТР, 2 неполных взвода (18 человек) и одна собака.

Поздно вечером я еще раз вышел на КП 108 мсд, сообщил полученные от ОАГр, разведданные, сделав вывод, что на дорогу могут быть высланы диверсионные группы, причем не местные, а из Панджшера.

... Утром, в 8.00 начали выдвижение. Артиллерию и тыл оставили в гарнизоне за ненадобностью, однако, я настоял на том, чтобы артиллеристы развернули орудия на огневых позициях, подготовили данные для стрельбы и были готовы поддержать нас до максимальной дальности. Как оказалось потом - как в воду смотрел.

В последний момент ко мне подошел знакомый афганец, офицер ХАД (госбезопасности) и попросил взять в колонну их машину ГАЗ-69 и трех человек. Они ехали в Кабул и ждали какой-нибудь колонны, чтобы к ним присоединиться. Я поставил их в голову колонны вслед за саперами.

Порядок построения колонны был следующим: три БТР-70 с саперами, афганцы на "газике", командир 1мсб майор Власов с двумя БМП, я с Бабенко и Фабричновым на Р-145, далее мотострелковые роты и минометная батарея.

Голова колонны вошла в ущелье, смотрю вокруг горелые машины, топливозаправщики, несколько БТРов. "Что это, - спрашиваю Фабричного, - в прошлом месяце колонну сожгли", - отвечает он.

Только он это сказал, вдруг впереди началась такая пальба, что создалось впечатление, будто стреляют одновременно десятки автоматов и пулеметов.

Командир батальона докладывает, что они подверглись очень сильному обстрелу с правой по ходу движения стороны.

Позже я узнал, что саперы на 3 БТР оторвались вперед от колонны метров на 200-300.

... А вот афганцы-хадовцы, все опытные вояки, сняли тент с машины и ехали, всматриваясь в придорожную зелень. Они-то и заметили гранатометчика, прятавшегося в кустах метрах в 40 от дороги. Немедленно открыв огонь, они убили его и начали стрелять по всем кустам.

Видя, что внезапного нападения не получилось, вся засада (их было человек 50) открыли ураганный огонь. Саперы, услышав сзади стрельбу, интуитивно дали по газам и влетели в самый центр засады. По ним открыли автоматный и пулеметный огонь с 50 - 100 метров, причем пулеметы стреляли бронебойно-зажигательными пулями и БТРы были прошиты очередями насквозь как на швейной машине. Находящиеся внутри были так же поражены, как и сидевшие снаружи.

Водители двух БТР были убиты на месте, командир роты старший лейтенант Сорокин, находившийся в головном БТР, был ранен, командир взвода старший лейтенант Смирнов убит. Все, сидевшие на броне: упавшие убитыми или ранеными, и те, кто спрыгнул в придорожную канаву, оказались под кинжальным огнем душманов.

Засада располагалась несколькими ярусами: первый - около дороги в 30 - 50 метрах от нее в придорожных кустах, второй - выше по склону метров на 50 и третий - еще на 50 метров выше в подготовленных окопах, которые они отрыли ночью. Поэтому лежавшие в канавах были у них как на ладони, и они были все убиты или ранены. Раненый водитель последнего БТРа все же смог подъехать к первому, и они перегрузили раненого командира роты в свою машину. Видя, что вперед пробиться невозможно, водитель начал разворачивать БТР и тут "духи" ударили по нему из гранатомета.

С такого расстояния промахнуться было невозможно, кроме того, от взрыва гранаты сдетонировал 100 килограммовый ящик с тротилом, лежавший в десантном отделении и БТР разлетелся, в полном смысле слова, на куски.

... Что было дальше? А дальше, вижу, что Бабенко в полном ступоре. Стоит у командно-штабной машины в шлемофоне и слушает эфир. Кругом пули свистят, а он как отмороженный стоит и никаких команд не отдает.

Я не осуждаю его, он прибыл в Афганистан месяц назад и ничего подобного конечно не видел. Я же служил здесь уже 15 месяцев и в подобных ситуациях бывал не раз. (Важное уточнение. Майор Бабенко на тот момент служил в Афганистане уже не менее 6 месяцев и побывал на многих боевых операциях, поэтому должен был иметь необходимый опыт для принятия решений в рамках занимаемой им должности, особенно при действиях в подобных ситуациях. Согласитесь данное обстоятельство совершенно меняет картину восприятия события. А версию про месяц в Афгане по всей видимости выдвинул сам Бабенко, чтобы избежать наказания за свое бездействие. Через год с лишним, когда в мае 1985-го 2-й мсб на Кунарской операции попал в засаду и 4 мср вела 12-часовой тяжёлый бой, в котором погибло 22 человека, Бабенко, временно исполняя обязанности командира полка, также не оказал никакой помощи истекающему кровью подразделению. Это удивительно, но имея в своем распоряжении столько времени, он совершенно не организовал огневой поддержки ни артиллерией, ни авиацией. Что и привело к таким большим потерям. В промежутке между уже упомянутыми были еще подобные случаи преступного бездействия. И свидетелей тому хватает. Возможно, если бы его сразу после Дарвазы отстранили от занимаемой должности, скольких потерь удалось бы избежать).

Здесь в таких случаях, первое, что надо делать - это командовать, чтобы солдаты слышали твой голос. Можешь крыть матом, орать - только не молчи, иначе будет не бой, а избиение младенцев.

Кто бы, что бы ни говорил об этом, но в бою солдаты грудятся около командира как щенки вокруг мамки, им кажется, что рядом с ним более безопасно. Поэтому не молчи, поддерживай это мнение, солдаты будут держаться увереннее.

Правда, это как говорят, чревато последствиями, так как "духи" быстро вычисляют, кто это там командует, и сосредотачивают на них огонь. Мне приходилось разбираться с некоторыми случаями, когда командиры притворялись убитыми и тем спасали свою жизнь, что, конечно, не шло на пользу подразделению, оставшемуся без управления.

Второе - определи, откуда стреляют, это только в первую минуту кажется, что отовсюду. Вызывай огонь артиллерии, вертолеты - ты не один, полно сил и средств, готовых тебе помочь, надо только своевременно поставить им задачу.

Короче, вижу, что Бабенко учить уже некогда, надо самому как-то исправлять положение.

Вышел по радио на КП 108 дивизии, доложил обстановку. Потребовал вертолеты для нанесения ударов. Поставил задачу командиру артбатареи, которую мы заблаговременно развернули, на открытие огня, дал цели. Командиру батальона приказал развернуть минометную батарею и открыть огонь. Вызвал танковый взвод из гарнизона Чаугани и командира батальона 177 мсп, ответственного за этот участок маршрута.

Через минут 20 открыли огонь артиллерия и минометы, через 40 прилетели вертолеты и нанесли удар по засаде, подошли три танка, их вывели на прямую наводку, и они тоже начали стрелять по "духам".

Под огневым прикрытием начали собирать убитых и раненых, эвакуировать подбитую технику. Этим мы занимались почти до 14. 00. Периодически прилетали вертолеты, эвакуировали убитых и раненых. Выслали по горам одну роту в пешем порядке, они окружили место засады, прочесали. Никого уже не нашли, с началом ударов "духи" отошли. Потери у них были, как я потом узнал, 5-6 человек убитыми из первого яруса засады и несколько раненых, но на месте боя не нашли никого, всех своих "духи" вынесли.

Наши же потери составили 17 убитых, в том числе 2 офицера, около 30 раненых, уничтожен один БТР, повреждены два БТР и одна БМП.

Погибли в основном саперы, попавшие под главный удар засады: 13 человек из 21. Оба убитых офицера, Смирнов и Сорокин были саперами. Из мотострелков погибло 4 человека. Высокий процент убитых (почти 50% от потерь), объясняется внезапностью нападения и малой дальностью ведения огня из засады: почти все погибшие были убиты в первые минуты боя.

Я с большой благодарностью вспоминаю афганцев - офицеров ХАД, обнаруживших засаду и по сути дела предотвративших разгром нашей колонны. Ведь по замыслу душманов, колонна, втянувшаяся в ущелье Дарваза, должна быть остановлена двумя ударными группами с гранатометами в начале и конце ущелья. Сначала остановить "голову", потом ударить по "хвосту". Так как местность не позволяла колонне развернуться (дорога в насыпи, речка) огонь по всей колонне из РПГ, стрелкового оружия и атака силами первого яруса засады. Взять брошенное оружие, боеприпасы, может пленных и быстро отойти под прикрытием огня второго и третьего ярусов засады.

Я, конечно, не допускаю того, чтобы "духи" могли полностью разгромить нашу колонну, все-таки у нас было более 20 БМП, но потери могли быть большими раза в 4-5.

Кстати, когда эвакуировали подбитые БТР саперов и открыли люки, из одного из них выпрыгнула их служебная минно-розыскная собака, бывшая вместе с командиром роты в первой машине. Она лежала тихо на днище машины, пока ее не эвакуировали с места боя. На собаке не было ни одной царапины, а командир роты, которого перенесли в другой БТР, погиб. Побитые в полном смысле этого слова, к вечеру мы вернулись в гарнизон.

На душе было так гадко. Насколько утром с таким энтузиазмом мы отправлялись на боевые действия, настолько теперь все были подавлены и отводили глаза друг от друга, как будто были виноваты в том, что остались живы.

... А утром прилетает Член Военного совета (ЧВС) армии генерал-майор Ремез. Приказал собрать всех офицеров нашей опергруппы, давай разбираться. Его послал командующий армией генерал-лейтенант Генералов Л.Е. найти виновных в таких больших потерях, ну, а если не найдет - то назначить таковых.

Естественно, что основные вопросы были к майору Бабенко, командиру опергруппы. А его опять "замкнуло", то ли растерялся, то ли так и ничего не понял, что и как произошло. Стоит, молчит. Смотрю, генерал гнет к тому, что все растерялись: командиры не командовали, солдаты не обучены, бегали как зайцы - вот и результат.

Я не смог больше молчать. Встаю, представляюсь, докладываю, что и как было, какие меры были приняты - все по времени, это проверить легко. Смотрю, Ремез уже потихоньку полностью переключился на меня: "...как это получилось, что колонна, в которой ехал сам начальник разведки дивизии, попала в засаду?" Как будто присутствие начальника разведки уже само собой исключает это.

"А ну-ка доложите, как вы организовали разведку на марше? Дайте Боевой Устав".

Принесли ему документ - "Наставление по обеспечению боевых действий СВ. (часть 1. Разведка") и начал он носом меня туда тыкать в раздел "Разведка на марше и во встречном бою". "Где разведывательные дозоры, где походное охранение? Да вы преступник! Это самые высокие потери в 40А, как вы дошли до этого?" Я пытаюсь ему объяснить, но куда там.

Вижу - виновный найден! Терять мне уже было нечего, думаю, под суд меня едва ли отдадут, так как нет в моих действиях состава преступления: из боя я не выходил, боем управлял, а вот с должности видать вылечу.

Я говорю: " Мы совершали марш по охраняемому маршруту и разведку я вести не мог, так как выполнял задачу - прибыть через 2 часа на Саланг. 177 мсп выполняет боевую задачу, охраняя этот маршрут. Почему вы не спросите у них, почему они свою задачу не выполнили? Почему командование 108 дивизии не дало мне для сопровождения вертолеты, которые я просил? Почему, когда вечером я доложил разведданные о том, что на трассе могут действовать отряды из Панджшера, от этого отмахнулись и никаких мер не приняли?

А ЧВС опять за Устав хватается, смотрю на него и вдруг осознаю: мы люди с разных планет, он даже не понимает, о чем я говорю. У него одна задача, четко доложить командующему, кто конкретно виноват, и все!

Ведь если будет много виновников, тяжело будет отвечать перед вышестоящими инстанциями, вроде бы уже и часть вины лежит на командовании армии. Поэтому найти одного или нескольких конкретных преступно - нерадивых офицеров было главной его задачей.

Мысленно выругал себя за то, что опять влез туда, куда не спрашивали. Молчал бы как Бабенко, может и полегче бы обошлось. А теперь буду главным виновником.

Улетел генерал, на следующий день в дивизии получили шифротелеграмму от командующего 40 А. В ней было подробно расписано, кто виноват и что привело к подобному. В приказной части: "...начальника разведки 201 мсд подполковника Кузьмина Н. М., командира 1 мсб 149 гв. мсп майора Власова А. В. от должности отстранить и назначить с понижением. Начальника штаба 149 гв. мсп майора Бабенко А. А. ввиду непродолжительного пребывания в должности, предупредить о неполном служебном соответствии. Заместителю командира 108 мсд поставить на вид". Мол, лучше дорогу охранять надо!

... Сколько раз я был под обстрелами, когда пули крошили рядом камни или срезали ветки над головой, или полеты на бомбоштурмовые удары, когда мимо пролетали трассирующие пули зенитных пулеметов, я давно не считал.

Пошел к командиру дивизии, спрашиваю, - кому сдавать должность и чем мне дальше заниматься? Он мне говорит: " Продолжай исполнять свои обязанности. Приказ командующего написан для меня, и за его исполнение отвечаю я. Ты же завтра вылетай в Панджшер, принимай командование разведбатальоном, так как там все командование вышло из строя".

... Кстати сказать, через неделю, 30 апреля в ущелье Хазара (Панджшер) попал в засаду 1 батальон 682-го мотострелкового полка 108 мсд (недавно переформированного из 285 танкового полка), который потерял убитыми и ранеными почти половину личного состава (111 человек, в том числе убитыми -53).

Так, что наши потери уже не были самыми большими и "пальму первенства" в 40А мы держали очень недолго. Накаркал ЧВС!

... Чтобы закончить эту историю, скажу, что с должности меня так и не сняли. Командир дивизии сдержал свое слово. Когда через пару недель у нас в дивизии был начальник штаба КТуркВО генерал-полковник Кривошеев, он обратился к нему по моему вопросу, все объяснил и дал мне отличную характеристику.

Кривошеев позвонил командующему 40А, переговорил с ним, в результате чего никто приказ командующего не отменил, но и никто не потребовал его исполнения. Так закончилась эта история".

Для полноты картины воспоминания ещё одного участника тех событий. Вот что пишет Вертянников Олег.

"Я являюсь непосредственным участником описанных событий, прикомандированным к первой роте 149 полка связистом арт-корректировщика. Мы следовали сверху на броне БМП под номером 110 командира роты, по-походному, за афганским ГАЗиком. При движении в сторону перевала Саланг, примерно до 10 часов утра, проехав около 10 километров от Чаугани (Хинджан), услышали стрельбу (спасибо афганцам из ГАЗика) и увидели слева, метрах в пятидесяти, вооруженных душманов, которые открыли по нам огонь и затем начали отходить. Мы открыли по ним огонь, сидя на БМП сверху. В этот момент колона была атакована справа по движению. Мы, двигаясь уже по-боевому, объехали ГАЗик, который находился под непрерывным обстрелом. Заметив, что за нами никого нет, по приказу остановились и заняли круговую оборону. После того, как 1 человек был убит (Волошин) и 2 человека получили ранения (Бойко и Иваницкий), были вынуждены погрузиться в БМП и двинуться в обратном направлении, чтоб не попасть под раздачу подошедшего нашего подкрепления. Управление БМП было нарушено выстрелом из гранатомета, который пришелся на планку выхлопного коллектора (в какой момент уточнить не могу). Мы выбирались как могли, расписываясь в собственной беспомощности".

По уточненным данным в том бою погибло 15 человек.

Список военнослужащих погибших и скончавшихся от смертельных ран в результате нападения противника, произошедшего 23 апреля 1984 года в ущелье Дарваза.

1. старший лейтенант Сорокин Андрей Викторович - командир исв иср 541-го оисб 201-й мсд.

2. лейтенант Смирнов Юрий Константинович - командир взвода рсм 541-го оисб 201-й мсд.

3. старший сержант Ищук Виктор Васильевич - иср 541-го оисб 201-й мсд.

4. младший сержант Агафонов Юрий Борисович - 541-й оисб 201-й мсд.

5. рядовой Васильев Александр Викторович - рота разминирования 541-го оисб 201-й мсд.

6. рядовой Жердев Анатолий Александрович - 541-й оисб 201-й мсд.

7. рядовой Ильченко Михаил Степанович - 541-й оисб 201-й мсд.

8. рядовой Лубенников Андрей Вячеславович - 541-й оисб 201-й мсд.

9. рядовой Янев Георгий Фёдорович - 541-й оисб 201-й мсд.

10. гвардии лейтенант Дмитриев Виктор Николаевич - командир мсв 1-й мср 149-го гв. мсп.

11. гвардии рядовой Волошин Иван Григорьевич - 1-й мсб 149-го гв. мсп.

12. гвардии рядовой Григорьев Михаил Андреевич - 1-й мсб 149-го гв. мсп.

13. гвардии рядовой Ефремов Андрей Владимирович - 1-й мсб 149-го гв. мсп.

14. гвардии рядовой Руденко Сергей Алексеевич - 1-й мсб 149-го гв. мсп.

15. гвардии рядовой Ситников Геннадий Анатольевич - 1-й мсб 149-го гв. мсп.

Зачастую нашему полку, как впрочем и всей 201-й мотострелковой дивизии приходилось участвовать в нескольких масштабных боевых операциях одновременно. Прямо скажем, сил и средств необходимых для всех мероприятий идущих в одно и то же время, но совершенно в разных местах явно не хватало. И это даже с учётом того что в 149-м было сразу два рейдовых "курковых" батальона, в то время как за редким исключением в большинстве десантных и мотострелковых полков было по одному рейдовому "курковому" батальону, в то время как два других стояли в т. н. охранениях. Такова была специфика той войны. Ведь у нас не было ни линии фронта, ни тыла, ни много чего ещё присущего предыдущим классическим войнам. Большая часть дорог, караванных путей и троп, которыми мы пользовались проходили через территории контролируемые душманами. Поэтому была большая потребность в блокпостах и всевозможных охранениях расположенных в самых опасных местах многочисленных дорожных коммуникаций, а также на государственных, промышленных и прочих стратегически важных объектах.

Давайте вернёмся к начатой ранее теме. Как уже говорилось выше, с середины марта началась масштабная операция по поискам (живым или мертвым), сбежавшего из-под следствия на угнанном им БРДМе, бывшего начальника разведки 108-й мсд. Вкратце расскажем как развивалась его история после того как Заяц был снят с должности. Старшее командование подумало и решило подыскать ему местечко с меньшим объёмом ответственности. Искали не долго. Назначили с понижением на должность начальника разведки 122 мсп вместо недавно погибшего при выходе на засаду майора В. Ф. Бондаренко. Для тех кто знал подполковника Зайца и служил с ним ранее до сих пор не понятно по каким причинам могло произойти то, что случилось позже. Ведь многие считали его опытным и грамотным офицером, прошедшим в разведке все должности, начиная с командира взвода. Одно то, что в ГСВГ он командовал отдельным разведывательным батальоном и хорошо зарекомендовал себя на этой ответственной должности говорит о многом. Согласитесь командовать разведбатом в ГСВГ кого попало не поставят.

Перейдем к фактам. Один местный душман, отбывающий наказание в тюрьме, решил пойти на сотрудничество с властями. Он сообщил, что знает где и когда пройдёт крупный караван с оружием. Сведения оказались настолько важными, что к этому осведомителю приставили офицера ХАДа в звании майора. 16 октября 1983-го года в ночь разведрота 122 мсп вышла на засаду. Шёл проливной дождь.

Вот что о произошедшем далее рассказал сам Заяц, когда давал показания: "... Прошли километров десять. Я решил сориентироваться по карте. Остановил колонну. Затем отошёл вместе с афганцами за бархан метров на пятьдесят. Решил уточнить дальнейшее направление по компасу. Стою смотрю на карту. Вдруг вижу что пленный душман напал на офицера ХАД и пытается вырвать у него автомат. Я инстинктивно дал очередь по "духу", но упали оба. Подошёл. Смотрю оба мёртвые..."

Командир разведывательного взвода и солдаты, бывшие свидетелями произошедшего, показали, что после того как Заяц с двумя афганцами ушёл за бархан вскоре раздались выстрелы.

Когда разведчики прибежали, то увидели, что оба афганца лежат мёртвые, а подполковник Заяц стоит рядом с автоматом в руках.

Далее началось что-то не совсем адекватное. Николай Заяц приказывает забрать автомат хадовца, а трупы афганцев просто бросить в степи. Разведрота возвращается в расположение полка. Там Заяц докладывает командиру полка, что оба афганца оказались предателями и хотели его убить. Но он успел опередить их и в результате застрелил обоих. На следующее утро командир 122-го мсп подполковник Зубко доложил о случившемся командиру дивизии. Не знаю, возможно Н. Л. Заяц надеялся, что созданную им проблему можно будет спустить на тормозах. Типа, кто всерьёз будет разбираться в гибели каких-то двух афганцев? Или может быть ему казалось, что всё обойдётся тем, что его снимут и с этой должности и переведут на какую-нибудь тыловую, на которой будет значительно меньше риска для жизни. Если, конечно, он изначально не замыслил предательство. Чужая душа - потёмки! Трудно понять, что творилось в его голове.

Но не тут-то было! В середине того же дня в полк приехал советский советник ХАДа, вместе с группой афганских офицеров. Их очень интересовал вопрос, куда пропал их майор, а с ним и завербованный афганскими спецслужбами осведомитель. Выяснилось, что убитый Зайцем афганский офицер был известной личностью. Имел по службе много заслуг и наград. Ко тому же он оказался родственником высокопоставленного правительственного чиновника.

Россказням Зайца прибывшие афганские офицеры, конечно не поверили. Советник потребовал от командира полка немедленно привезти трупы застреленных. Также он вызвал афганского врача, который позже занимался освидетельствованием привезенных трупов. Затем советский советник допросил офицеров и солдат разведывательной роты. На основании полученных показаний он твёрдо доказал, что подполковник Заяц совершил умышленное убийство двух человек.

О вскрывшихся фактах доложили командованию. Случился громкий скандал. Командир 201-й мсд генерал-майор Шаповалов был в бешенстве. Заяц немедленно был отстранен от должности и вызван в Кундуз для разбирательства.

Пока судьба совершившего преступление подполковника находилась в подвешенном состоянии начальник штаба дивизии полковник В. И. Чернов решил использовать его в оперативном отделении дивизии, чтобы так сказать не слонялся без дела. И с лёгкой руки начальника штаба подполковник Заяц Н. Л. стал заниматься службой войск, проверкой охранения и прочими обязанностями офицера оперативного отделения. Что в итоге, конечно же, вышло боком. К примеру, даже тот факт, что водитель угнанного БРДМа без тени сомнения доверил Зайцу свою машину, узнав в нём проверяющего из штаба дивизии. И суровый подполковник сам сел за руль и спокойно укатил "проверять охранение".

Три с лишним месяца вышестоящие инстанции не могли определиться как поступить с этим преступником. Ведь вопрос о его персоне решался на самом верху, а там долго думали как лучше поступить. Исключить из партии, уволить из армии с волчьим билетом или всё-таки судить без всяких снисхождений. Ясное дело, по закону за двойное убийство его ждал строгий суд и значительный срок наказания. С другой стороны сажать в тюрьму старшего офицера, целого подполковника, который в течении года выполнял интернациональный долг в Афганистане, тоже вероятно не очень хотелось. Решающую роль в этом вопросе по всей видимости сыграла неослабевающая требовательность и принципиальность афганской стороны. Оттуда постоянно шли запросы о том - какое решение принято и какое наказание за совершённое преступление получено виновным советским офицером. Если бы афганцы ослабили свой натиск по этому вопросу, возможно всё сложилось бы по-иному.

Только в конце января 1984-го года по Зайцу было принято однозначное решение - судить. Но вот арестовывать его не стали. Типа, куда он денется с подводной лодки! И всё-таки старший офицер. Вот это и было роковой ошибкой! С солдатом, прапорщиком или младшим офицером церемониться бы не стали. А тут развели балаган! Ведь от момента преступления до момента побега прошло целых пять месяцев. Скольких проблем, включая и потерянные человеческие жизни, не говоря уже о здоровье - тех, кто остался верен долгу и присяге удалось бы избежать, если бы элементарно взяли под арест преступника совершившего двойное убийство. Даже для самого Зайца это было бы лучше! Ведь он остался бы жив. Со всеми смягчающими получил бы 9-10 лет, но сохранил бы жизнь. В итоге вся эта камарилья и сюсюканье закончились тем, что подполковник Заяц дезертировал.

Вот тут, конечно, началось! Тут сразу подняли на уши целую кучу народа! В поисках были задействованы значительные силы 40-й армии.

А возглавил поиски лично сам начальник штаба КТуркВО генерал-полковник Г. Ф. Кривошеев. Что называется - доигрались!

Сколько сил и средств было потрачено из-за одного человека. Даже если взять чисто материальную сторону вопроса.

Вы, представляете, если бы "духам" всё же удалось переправить Зайца в Пакистан, а уже оттуда спецслужбы вывезли бы его в Штаты. В 1984-м году это было бы сенсацией года.

Позже выяснилось, что этот перебежчик, воспользовавшись предоставленным ему доступом, успел прихватить из сейфа оперативные карты и прочие оказавшиеся там документы, имеющие для противника реальную ценность. Забыв о присяге, чести и достоинстве этот старший офицер без сопротивления, в здравом уме и доброй памяти оказался в руках вражеских вооруженных формирований. Случилось это в уезде Калайи-Заль на переправе через реку Кундуз у кишлака Сахсаколь. Помимо себя и прихваченных из сейфа документов Н. Л. Заяц подарил душманам два пулемета, радиостанцию, большое количество патронов и ручных гранат и много чего еще, что было в полностью укомплектованном для ведения боевых действий БРДМе. Одному Богу только известно сколько наших и афганских военнослужащих было убито впоследствии из этого оружия и этими боеприпасами.

За два с половиной месяца упомянутой операции общими усилиями были разгромлены (полностью или частично) восемь душманских банд. Взято много складов и схронов с оружием. Делалось всё возможное, чтобы "духи" не переправили этого беглеца в Пакистан.

Главари банд, после всех понесенных потерь, были сами не рады, что связались с таким хлопотным делом. Уж, больно высокой ценой им пришлось заплатить за этот желанный бакшиш для Пакистана, западных разведслужб и политиков.

Будучи плотно обложенными и постоянно преследуемыми, басмачи передавали беглого подполковника из одной местной банды в другую.

В качестве примера действия из засад, организованных с использованием тактического вертолетного десанта, можно привести хитроумную операцию, проведенную в кундузской долине, в междуречье рек Кундуз и Ханабад, неподалеку от кишлаков Чимтана, Араб и Гортапа. Упоминаемая операция, проводилась в конце апреля 1984-го года силами 2-го мотострелкового батальона под командованием гвардии майора Крохина Владимира Дмитриевича и разведывательной роты 149-го гвардейского мсп под командованием гвардии старшего лейтенанта Васильева Александра Ивановича.

Следует обязательно добавить, что это тщательно подготовленное мероприятие проводилось в рамках широкомасштабной операции, известной как "Охота на Зайца". Так как через кундузских хадовцев стало известно, что беглец с большой долей вероятности может находиться в той самой банде из района междуречья, которая давно уже встала всем поперек горла.

Чтобы выманить и уничтожить эту крупную и дерзкую банду, периодически создающую большие проблемы, ей была подкинута заманчивая приманка. Через осведомителей запустили дезинформацию о месте и времени прохождения слабо охраняемой колонны с продовольствием и ГСМ, причем, через территорию, контролируемую данной бандой. Чтобы усыпить бдительность басмачей, накануне реальной операции, в соседнем районе была произведена очень убедительная ложная высадка вертолетного десанта. Перед "высадкой" по упомянутому району была проведена стандартная в таких случаях артиллеристская подготовка. Для обеспечения успеха кундузские вертолетчики потрудились на славу и создали видимость того, что все силы, которыми располагал мотострелковый полк, брошены на уничтожение доминирующей банды из соседнего уезда. На самом деле, подлинный вертолетный десант был высажен на рассвете в кундузской "зеленке", в непосредственной близости от предполагаемого маршрута выдвижения, так заинтересовавшей наше командование зловредной банды.

В сторону района имитации боевых действий 4-я мср вылетела ещё затемно. Дело было 28-го апреля 1984-го года. Значительную часть маршрута летели низко, в двух десятках метров над едва различимыми вершинами деревьев в "зеленке". Летчики хорошо изучили маршрут, поэтому в полной мере использовали существующие складки местности. Траектория полета проходила, как бы "облизывая" существующий рельеф, почти "под копирку" повторяя его контуры. Пройдя над ложным районом, где, как положено, обозначили "высадку", сделали "ход конем" и направились к месту реального десантирования, обозначая для противника возвращение на базу. Ведь ещё накануне летуны "приучили" душманов, что приблизительно этим маршрутом из более отдаленного района, где "полным ходом идет полковая операция", "домой" возвращаются винтокрылые машины с пустыми бортами. Так как летели низко, а местом высадки нашей роты была, заранее присмотренная летчиками, узкая, но достаточно продолговатая "плешка" в зарослях большой кундузской "зеленки", то, проходя над ней, "вертушки" немного снизившись, замедляли скорость и, практически, не зависая на одном месте, "вытряхивали" нас на ходу. Десантированные таким образом, мы веером разбегались под сень растительности. В это время рассвет был ещё в середине своего пути. Четко просматривались лишь очертания предметов. Тут же заняли круговую оборону, обеспечивая прикрытие высадки очередного подразделения. Когда подоспели "вертушки" с 5-й мотострелковой ротой, и она быстро и удачно покинула борта, наша рота снялась и выдвинулась на следующий промежуточный рубеж. Где высаживались разведрота и остальные силы батальона мы визуально не видели, но то, что у них тоже все прошло удачно слышали по связи. Позже выяснилось, что 6 мср и разведывательная рота покинули свои "вертушки" немного северо-западнее от нашего места высадки.

"Высадка вертолетного десанта".

Перед вылетом на одну из засад. Кундузская взлетка 4 мср 1984 год.

Вперед и с музыкой из "легендарной" магнитолы японской фирмы "Sanyo".

Почему "легендарной"? Это отдельная история, которую залихватски рассказывал доблестный пулемётчик Валера Дубровин.

Светлая ему память!

Волнительные минуты ожидания перед высадкой десанта. Ведь впереди полная неизвестность.

Перед вылетом тщательно, как перед каждой засадой, проверили, чтобы снаряжение было грамотно подогнано, чтобы ни у кого ничего не гремело и прочее тому подобное. Учли и многие другие вроде бы незначительные на первый взгляд мелочи. Тем, у кого не было, сшили самопальные жилеты-разгрузки для магазинов, ручных гранат и пиротехники. В общем, отнеслись по-взрослому и поэтому всё сделали так - "как доктор прописал". Уж очень хотелось прищучить банду, которая активно участвовала в боевых действиях и совершала множество различных диверсий. При этом больше всего любила устраивать засады вдоль дорог и совершать дерзкие нападения на колонны с различными грузами. В общем, попила много кровушки.

Заключительная часть нашего выдвижения на засаду проходила по оврагу. Кстати сказать, вся окружающая местность была испещрена многочисленными буераками (с почти сухими руслами, проходящими по дну), ручьями и канавами. Дело было в междуречье. А если точнее, основные действия, описанных здесь событий, разворачивались на территории между кишлаками Чимтана, Араб и Гортапа. Несколько поближе к Чимтане. Сведения о банде, держащей в страхе всю окрестную кишлачную зону, были довольно скудными. Было известно, что активное ядро банды, в которое входили близкие родственники и приближенные главаря, а также его самые верные и подготовленные нукеры, базировалось в окрестностях крупного и богатого кишлака Гортапа. Остальной состав банды был разбит на несколько отрядов по 20-40 человек и дислоцировался по близлежащим кишлакам, расположенным в большой кундузской "зеленке". Банда чаще действовала отдельными отрядами. Причем порой вела боевые действия и совершала диверсии сразу в нескольких местах практически одновременно. В полном составе собиралась крайне редко и лишь в исключительных случаях, когда, по мнению руководства этого басмаческого сообщества, возникала такая необходимость. Наше командование очень надеялось, что перспектива получения жирного куша подвигнет душманов "идти на дело" либо крупными силами, либо полным составом, что было бы вообще идеально. Конечно же, уверенности в данных расчетах ни у кого не было. Оставалось лишь надеяться, что приманка сработает по максимуму.

Карта местности на северо-запад от Кундуза. Основные события происходили на "пятачке"

между кишлаками Чимтана, Араб и Гортапа.

Всего в нескольких километрах на северо-запад отсюда река Ханабад впадала в реку Кундуз. Бассейны этих рек объединялись и пересекались как раз в районе нашего местонахождения. Повсюду вокруг мелкие овражки и ложбины соединялись в более крупные. Нерукотворный ров, по которому двигалась 4-я мср, тоже не был исключением. Понимая, что находимся в вотчине душманов, передвигались скрытно и бесшумно. По этому поводу все были тщательно проинструктированы. Банда же, находясь на своей территории и не подозревая о нашем присутствии, вела себя более нагло и развязно, забыв об осторожности. Это и погубило её. В тишине раннего утра бойцы боевого охранения услышали шум передвижения душманов задолго до того, как они подошли к нам вплотную. Звуки разговора, бряцание оружия и даже смех - отчетливо доносились до нашего слуха с той стороны, откуда приближался противник. Как уже упоминалось, 4-я рота, будучи в гпз (головной походной заставе) батальона, передвигалась, соблюдая все меры предосторожности и на момент, когда банда обнаружила себя брд (боевой разведдозор) роты обследовал более крупный овраг и местность к нему прилегающую. Стало ясно, что басмачи приближаются к этому месту по соседней ложбине и в скором времени подойдут к точке соединения их лога и нашего. Времени на раздумья не оставалось, изготовились к бою, заняв позиции по верхней кромке балки, облюбованной батальоном.

Здесь следует пояснить, что наш и соседний (душманский) буераки последние 80-90 метров перед соединением проходили очень близко друг от друга. Расстояние между ними на этом участке колебалось от 15 до 40 метров. Что очень комфортно для броска гранаты. Чем и воспользовалась наша рота. Когда "голова" душманского отряда втянулась в объединенный овраг на 15 - 20 метров, по отмашке командиров, бойцы роты выполнили команду: "Гранатами огонь". (Естественно, что задействованы были только те гвардейцы, которые не раз успешно отрабатывали данный элемент в составе подразделения на полигоне). Метнув одну за другой по три оборонительных ручных гранаты Ф-1, выскочили добивать оставшихся из стрелкового оружия. Когда увидели как их много, то ... (но если без крепких выражений) были мягко говоря слегка ошарашены. Такое количество "духов", да ещё на таком близком расстоянии прежде, наверное, не видел никто из офицеров и солдат нашего батальона. Небольшое замешательство мгновенно сменилось чувством азарта и злости, какой-то необычайной легкости и прилива энергии - это организм "подсыпал" свежую порцию адреналина, которого думаю и так в нашей крови было уже не мало. Как говорится - но пасаран! Не скажешь же: " Стоп, стоп, парни! Вы, что такой толпой припёрлись? Не-е, мы так не договаривались! Всё амба! Расходимся по-тихому!". Но помимо большой численности неприятеля наши глаза видели и то, что творится в его перемешавшихся рядах. А это зрелище, извиняюсь, было не для слабонервных! И добавляло нам уверенности и азарта.

Среди "духов" царили хаос и паника. Всё произошло для них настолько внезапно, что никто не мог ничего понять. Шли, мило беседуя, совершая "утренний моцион", предвкушая легкую добычу и возможность поживиться. Вдруг: разрывы, разрывы, разрывы - которые уничтожали и калечили. Рой осколков, дым, пыль, кровь. Сразу десятки убитых и раненых. Что происходит? Ведь так не бывает и не должно быть! Не успели рассеяться дым и пыль, как, словно из-под земли, выросла "стена" из шурави, которые быстро приближались. С перекошенными лицами и орущими ртами, держа наперевес оружие, которое извергало огонь и смерть. "Что делать? Куда бежать? Куда прятаться? Эх, если бы можно было провалиться сквозь землю", - крутилось в ошалевших головах.

Наверное, приблизительно так это выглядело со стороны душманов. Появись вместо нас инопланетяне, из приземлившейся у них на глазах летающей тарелки или стая чертей, произведенный ими эффект был бы куда меньше. Паника была невообразимой: кто падал на землю, закрывая голову руками; кто, стоя на коленях, тянул руки к небу; кто ползал на четвереньках; кто, пробежав несколько метров в одном направлении, разворачивался и бежал в другом; кто хватался за оружие; кто вытягивал его перед собой, словно пытаясь за ним спрятаться или прикрыться.

"Неужели же уверены те, которые ухищрялись во зле, что Аллах не заставит землю поглотить их или не придет к ним наказание оттуда, откуда они не знают?"

Коран, Аят 47, Сура 16.

Ну, а атеист в подобном случае скорее всего ограничился бы короткой, но широко известной фразой: "Сит транзит глория мунди, однако!".

Конечно, были и те, кто оказывал беспорядочное сопротивление: бросались в рукопашную, отстреливались, но не прицельно, а как бы, пытаясь отмахнуться от внезапно возникшего наваждения. Этих, ещё до конца не пришедших в себя, но не потерявших присутствия духа басмачей, надо было выбивать в первую очередь. Чтобы они не успели окончательно сориентироваться в происходящих вокруг них событиях, а затем организовать и возглавить осознанное коллективное сопротивление. Ведь оружия и обученных для этих целей людей у противника хватало с избытком.

Хочется обязательно упомянуть о заметно изменившемся ощущении времени. Причём тут всё абсолютно индивидуально. У одних общее ощущение времени заметно ускорилось у других же наоборот произошло значительное, а моментами даже и визуальное его замедление. Многим из нас казалось, что время почти остановилось или, по крайней мере, значительно притормозило свой обыденный ход. "Духи" двигались, как при замедленной съемке, плавно шевеля конечностями и, чем-то напоминая огромную кучу раков в корзине, которая долго стояла на солнцепёке. (Не знаю почему тогда возникла такая необычная ассоциация. Но судя по всему из-за своей явной неординарности она и отложилась в памяти). Причем "замедленная съемка" будто бы происходила не в одном ритме, а как бы рывками - то ускоряясь, то замедляясь. При этом, чем ближе был противник и чем сильнее становилось ощущение угрозы для собственной жизни, тем медленнее двигалась "пленка" окружающего мира и тем быстрее начинал двигаться ты сам. Всё вокруг, что было привычно, известно и понятно - вдруг изменилось настолько, будто попал в другое измерение. Зрение стало таким объемным, как будто можно было видеть все, что творится вокруг тебя чуть ли не на 360 градусов, к тому же одновременно и не поворачивая головы. Видно, было (а может, каким-то образом известно), кто бежит позади тебя, что творится по бокам с обеих сторон сразу, и даже, как бы это было ни удивительно, что находится за спиной и на спине "духа", находящегося или возникшего перед тобой. Это все можно было бы видеть, если в это время находиться над самим собой в полете на небольшой высоте. Но ракурс обзора-то был другим, не сверху. Предметы и люди вокруг как-то отличались от повседневных своей геометрией, а именно - чуть изменившимися пропорциями и углами соединения составных частей. Появилась способность слышать избирательно - именно те звуки, которые несли необходимую информацию, выделять их из невообразимой звуковой какофонии боя. Однако были моменты (в самых критических ситуациях), когда звук словно отключали и "замедленная съемка" продолжалась в полной тишине. Даже цвета и запахи стали другими. Более насыщенными и богатыми множеством оттенков. Причем цвета не более яркие, а именно насыщенные, с какой-то другой структурной составляющей. Подобным образом изменилась и структура поверхности многих окружающих предметов. Визуально она стала более зернистой: шероховатой, чешуйчатой, пупырчатой, ребристой и так далее, в зависимости от материала, из которого состояла. В описываемом состоянии измененного сознания значительно вырастали физические возможности: сила, скорость, гибкость, координация, чувство расстояния, скорость принятия решений и так далее и тому подобное. Несколько утрируя, но, чтобы была понятна разница между состоянием, в которое человек может впадать во время массового ближнего боя и его обычным состоянием, сравним эти категории на примере поведения и ощущениях двух стоящих рядом людей. Один вдруг рванулся вперед и обежал всё, что находилось перед ними. Там поприседал, там на одной ноге поскакал, там покувыркался, тут упал - отжался, при этом успев зафиксировать и проанализировать всё, что творится вокруг. Затем вернулся на место, с которого выбегал, а тот, кто рядом с ним стоял, за период отсутствия соседа зевнул разок, моргнул разок - от силы дважды, даже не заметив, что какое-то время находился один.

Помнится когда удалось взглянуть на часы, то абсолютно непредвзятый механизм показал, что с момента начала боя прошло всего 14 минут, в то время как по ощущениям казалось, что прошло уже более часа. Ведь столько всего произошло, столько всего успели сделать за прошедший промежуток времени. И каждая прошедшая секундочка была насыщена действиями на предельной грани человеческих возможностей. Такие вот необычные изменения способны происходить с нашим организмом, когда он находится в условиях крайней опасности и сильнейшего стресса, в следствии чего в кровь идёт сильнейший выброс адреналина и норадреналина. По всей видимости под воздействием этих супер активных веществ и происходят такие необычные метаморфозы.

В общем, следует прямо сказать, что ощущения были, мягко говоря, несколько иными, нежели при более привычном дистанционном бое. Когда от противника чаще всего защищает, какое-никакое укрытие и имеется некоторое видимое расстояние, которое разъединяет с ним. Всё это создает некий, пусть даже порой чисто психологический, тем не менее, защитный барьер за которым способно укрыться наше беспокойное подсознание.

Иное дело, когда противник прямо перед тобой. Моментами на расстоянии вытянутой руки или того ближе. Здесь тебе ни реальных укрытий, ни защитных психологических барьеров. Хоть в носу друга у друга ковыряйся. Вот тут и наступает пора, разбуженных чувством крайней опасности и желанием выжить, древних инстинктов, которые не раз спасали в трудную минуту наших далеких предков. (Широко известно несколько основных классических моделей поведения в критических ситуациях. Их суть заключается в различной реакции некоторых представителей животного мира на внезапно возникшую опасность, таящую в себе реальную угрозу для жизни. Предлагаемый выбор не особо велик. Либо, как страус - "засунуть голову в песок" и будь, что будет, авось пронесёт. Либо, как антилопа - "броситься со всех ног наутек", надеясь, что спасут и вынесут родимые. Либо, как лев, загнанный охотниками в "угол", который, собрав в кулак всю силу, ловкость и отвагу - отчаянно бросается на врага, предпочитая, если не удастся вырваться из западни, то лучше бесстрашно погибнуть в схватке, чем позволить лишить себя свободы и загнать в ненавистную клетку. Конечно, плюс к упомянутым, возможны некоторые комбинированные варианты). У кого инстинкты включатся быстрее и подсознание выберет правильную в сложившейся обстановке модель поведения у того и будет больше шансов остаться в живых. Как показало время - нас инстинкты не подвели.

По воспоминаниям, в упомянутое состояние тогда попали отнюдь не все, но достаточно многие бойцы и офицеры нашего батальона. Разница при обсуждении данной темы заключалась лишь в том, что одни, сами того не желая, вошли в более глубокую стадию этого состояния, другие в более легкую, поверхностную. К примеру, как разные стадии гипноза. Опять же, долго - применяя общепринятые временные параметры, в этом состоянии находиться вряд ли возможно. Активная фаза измеряется секундами, реже минутами. Может накатывать волнами - прилив-отлив, в зависимости от ситуации. Такие вот видимые и ощущаемые метаморфозы произошли вокруг и внутри многих из нас всего за несколько мгновений, если измерять в единицах привычного для всех времени. Не приведи Бог встретиться с противником, находящимся в таком трансе, когда ты - в состоянии обычного человека. Шансов не будет. Судя по всему, к такому же умозаключению пришло и значительное количество наших оппонентов с противоборствующей стороны. Причем, в первые же секунды столкновения, возможно, почувствовав абсолютное превосходство неприятеля на подсознательном уровне. Мало приятного - воевать не с людьми, а с "киборгами" какими-то.

В момент экстремальной ситуации, когда чувством страха и опасности пропитан весь воздух вокруг и видно даже, как клубится дымок, из дырочек пробитых пулями из твоего автомата, в одежде противостоящего врага, включились неизученные и неведомые человеческие способности и возможности. Кто испытывал подобное, без труда поймет меня. Описать же данное состояние, всё многообразие ощущений, и зрительных восприятий очень сложно, а, скорее, в полной мере и невозможно, так как запас смыслового значения слов, употребляемых нами в обычной жизни, весьма ограничен. Но не для нашей жизни, а именно для описываемого состояния, когда весь смысл не в словах, а в ощущениях и образах.

Но зато после, когда всё заканчивается и внутреннее напряжение спадает, на какое-то время наступает пора полного душевного опустошения и физического изнеможения. Чувство усталости к тому моменту подкатывает такое, словно в одиночку вагон мешков с мукой разгрузил. В голове царит полная пустота, а если и возникает редкая мысль, то она ползет медленно-медленно, словно цепляясь за потерявшие смазку извилины. Ставшему ватным телу требуется полный покой, а когда появляется необходимость двигаться, то каждое движение дается с усилием и напряжением. По-видимому, именно таким образом мы способны в кратчайший срок компенсировать резкие затраты энергии, возникшие после нахождения в состоянии экстремального разума и сверхсилы, в результате чего демонстрировали краткий запредельный всплеск своих способностей. Используя в своем арсенале такие контрасты, наш организм действует подобно маятнику, качнувшемуся по инерции из одной крайней точки в другую.

Как выяснилось, происходящее оказало весьма неожиданное воздействие на работу самых различных систем организма человека. Сказались индивидуальные физиологические особенности в условиях крайнего стресса. У одних горлом попёр наружу, не до конца переваренный, вчерашний ужин. Другие и таких среди басмачей было не мало, обмочились и обделались, не снимая штанов. Тяжёлый дух человеческих испражнений наложился на едкий запах пота и изрядно пролитой крови, ко всему этому букету примешался достаточно резкий запах пороховой гари. Таким образом, амбре над местом кровавого боя стояло неслабое. Извините за натуралистические подробности, но смертельная схватка на войне - это не уикенд с пикником на природе.

Конечно, штатное огнестрельное оружие в основном старались применять по прямому назначению. Но, если того требовала обстановка, не задумываясь, пускали в ход приклады. А на локальных участках, там, где неприятель пытался оказывать жёсткое сопротивление в дело спонтанно пошли даже, взятые ранее, трофейные пистолеты (в основном китайского и испанского производства), а также ножи и саперные лопатки. Ведь это только в боевиках можно стрелять бесконечно и не надо тратить спасительного для жизни драгоценного времени на смену магазинов и прочих емкостей для боеприпасов. Помощь "дополнительного инвентаря" особенно пригодилась на первом этапе вхождения в непосредственное соприкосновение с противником, когда он ещё не был окончательно сломлен и держался хоть не совсем организованно, но кучно. В те кульминационные моменты решался будущий исход боя и, поистине, любое промедление было смерти подобно.

Поэтому, как и полагается в критических ситуациях - сработал инстинкт самосохранения. Под воздействием этой особенности большинства живых существ у многих бойцов (в свете всего описанного выше) порой получалось так, что самые различные части тела действовали абсолютно автоматически, значительно опережая осмысленную необходимость в данных телодвижениях. При этом организм продемонстрировал многое из того, что в него было заложено Создателем на такие экстренные случаи.

Уже позднее, проанализировав произошедшее, пришли к пониманию того, что помимо навыков и умений, которым удалось обучиться за прожитые годы, мы, самым неожиданным образом, способны в моменты исключительной опасности выделывать такие фортеля, о существовании которых в перечне своих достижений совершенно не подозревали.

"Я только раз видала рукопашный.
Раз наяву и тысячу во сне.
Кто говорит, что на войне не страшно,
Тот ничего не знает о войне".
(Юлия Друнина)

В тот день многим из нас впервые (причем с достаточно близкого расстояния) довелось видеть, как резво могут бегать, казалось бы, совсем неживые люди. Конечно же, большинство убитых и тяжелораненых душманов вели себя прилично и падали почти сразу, как полагалось в подобных случаях. Но в то же время среди бойцов оппонирующей стороны встречались отдельные индивиды, которые всерьез поражали своей живучестью и нежеланием покидать сей мир без лишних телодвижений. Наверное, в последние предсмертные мгновения они находились в состоянии полной паники и растерянности, а потому ещё не понимали, что их реально вычеркнули из списка живущих на этом свете. Некоторым в грудину или в живот, а кому-то в спину всадили не менее половины магазина, но они словно бессмертные продолжали бежать куда-то. Этому часть черепа снесло, мозги торчат наружу, кровища ручьем хлещет, а он несется, ничего не видя перед собой и не разбирая дороги. Среди упомянутых вражеских "недобитков" встречались такие, которым удавалось пробежать несколько десятков метров, прежде чем они окончательно падали и затихали навсегда. Из имевших место случаев аномального поведения, происходивших на самой грани небытия, особо отложилось одно достаточно сюрреалистическое зрелище. У довольно рослого худющего "духа" сверху из головы торчала рукоять ножа, вогнанного в череп неприятельского воина почти что на всю длину клинка. И этот басмач с ножом в голове (чего само по себе было вполне предостаточно, чтобы спокойненько лежать недвижимым трупом) носился кругами как заведенный. Несколько раз он падал, но тут же вскакивал и кидался бежать уже в каком-нибудь другом направлении, но опять же, почему-то неизменно по дуге окружности. Подобным образом, получалось так, что обезумевший бедолага оказывался на линии огня то у одного стрелка, то у другого. В общем волею случая (на момент, когда душман упал окончательно) дырок в нем наделали как в хорошем швейцарском сыре.

"Кто говорит, что на войне не страшно, тот ничего не знает о войне".

Навсегда запомнилось, как этот поверженный вражеский воин лежал весь изрешеченный пулями, уткнувшись лицом в зеленую траву, с торчащей из головы рукоятью самодельной финки. Левая рука побеждённого врага была неуклюже подвернута под туловище, правая же откинута в сторону и из сжатой в кулак ладони выглядывал сухой ком родной для него афганской земли. Довершало апокалипсическую картину то, что из его уже совершенно бездыханного тела довольно обильно валил натуральный пар. Просто фантасмагория какая-то. Может, скажу несколько не к месту, но чем не достойный сюжет для кисти незабвенного Сальвадора Дали?

Следует отметить, что в период этого незаурядного боестолкновения произошло немалое количество счастливых курьёзов и случаев фатального везения с нашей стороны.

Так, к примеру, в момент, когда один из офицеров четвёртой роты (В. Щенников) резко развернул верхнюю часть корпуса для стрельбы по цели слева, крайняя пуля, выпущенной с фронта в его сторону пулеметной очереди, пробив навылет одежду, лишь чиркнула по его спине в районе позвоночника (хотя ощущение было такое словно сначала ломом по спине перетянули и тут же следом, почти одновременно, ещё и током от души шибануло). При этом данная малограммовая малышка показала всю свою недюжинную мощь, сбив с ног здорового мужика, словно песчинку, сдутую порывом ветра. Чем, по всей видимости, чуть не убив сама, спасла этому офицеру жизнь или как минимум изрядное количество здоровья. Потому как, в то мгновение, когда молодого лейтенанта швырнуло обниматься с землей, над ним прошла теперь уже автоматная очередь, пущенная с той стороны, в которую офицер собирался стрелять до этого. То есть, если бы командир взвода не упал, сбитый таким бесцеремонным образом, то он в лучшем случае открыл огонь одновременно с противником, также выбравшим его мишенью. И эпизод, скорее всего, закончился бы взаимным огневым поражением.

Но, как говорится - это был наш день. Потому что, даже гранаты, выпущенные по советским воинам из ручных противотанковых гранатометов, проходили стороной от намеченных целей. Так в один из моментов, когда два гвардейца, коими были Валерий Дубровин и Абдулла Абдуллаев (оба из 3 мсв), вели огонь по противнику из положения стоя, расположившись спиной к спине, не более чем в полуметре друг от друга, между ними прошуршала, обдав волной теплого воздуха, граната из РПГ. Далее, упомянутая душманская "злодейка", проделав значительный путь и не зацепив никого, сработала, долетев до зарослей "зеленки". Но для гвардии рядового Абдуллаева "сюрпризы" от этих грозных вражеских боеприпасов на этом отнюдь не закончились. Буквально через несколько секунд после произошедшего, Абдулла, споткнувшись на бегу, пытается сохранить равновесие, находясь, как полагается в подобных случаях, в пригнувшемся к земле положении и в этот момент очередная душманская граната приглаживает "пышную" шевелюру воина, слегка чиркнув по его голове оперением стабилизатора. На счастье, в результате произошедшего соприкосновения боец потерял всего лишь клок волос и кусочек кожи. И, слава Богу, что для Абдуллы в той схватке всё обошлось столь малой кровью. Поистине, вовремя кочка под ногу подвернулась.

"Ох, и удачный выдался денёк!".

Помнится, ещё одному лейтенанту (Геннадию Транину) 7.62 мм пуля из китайского автомата пробила насквозь, но не навылет, висящую на его левом боку радиостанцию Р-148. При этом высунув кончик своего заостренного носика из не до конца пробитой стенки корпуса в сторону везучего офицера. Как бы погрозив ему пальчиком на этот раз.

Другой офицер батальона, действуя в самой гуще образовавшейся свалки, получил ножевое ранение в плечо левой руки. Вроде бы неприятность. Но опять-таки, с какой стороны посмотреть. Ведь матерый вражеский воин бил взводного тесаком в самое сердце, а офицер успел отклониться и подставить под коварный удар свое плечо. Басмач же за свою дерзость заплатил жизнью.

В прочитанных вами строках перечислена лишь малая толика произошедших в том бою счастливых "случайностей", некоторые подробности которых удалось извлечь из глубин памяти. А вот спустя несколько часов, после того апрельского боестолкновения с басмачами, десятки военнослужащих батальона взахлеб рассказывали захватывающие истории о том, как они чудом остались живы. Жалко никто не догадался записать тех коллективных воспоминаний. Как видите, Ангелам Хранителям пришлось усердно потрудиться в тот непростой для нас весенний денёк.

Через какой-то достаточно небольшой промежуток времени, те члены душманского сообщества, которые не остались в лощине на месте первоначального боестолкновения: убитыми, ранеными, сдавшимися в плен, впавшими в прострацию - воспользовавшись царившей неразберихой и столпотворением, бросились врассыпную, куда глаза глядят. В азарте схватки за ними кинулись наши бойцы. Вот уж, поистине, всё смешалось на поле боя в эти минуты. Можно было видеть, как за группой "духов" бегут несколько наших. За ними опять "духи", которые находясь в трансе, не видят или не понимают за кем бегут, потом опять наши. В этом многослойном броуновском движении нужно было умудриться держаться организованно - подразделениями. Ни в коем случае не отрываясь от своих. Поэтому, каждый гвардеец должен был чётко знать и выполнять свой маневр. Офицеры и сержанты старались держать ситуацию под контролем, корректируя действия подчиненных. Командирам приходилось сдерживать самых азартных, рвущихся вперед воинов, что порой удавалось с большим трудом, подгонять отстающих и замешкавшихся. Присутствующая слаженность коллективных действий подтверждала, что бойцы твердо знали задачу подразделения и свою собственную. Кто куда движется, кто кого прикрывает, кто в каком секторе ведет огонь и прочее. При всём кажущемся бардаке всё-таки удалось организовать достаточно стойкое взаимодействие между ротами в батальоне, между взводами в каждой роте и т. д. Несмотря на нестандартность и сложность обстановки батальон продолжал в полном составе успешно выполнять боевую задачу. Так что громили врага общими усилиями. Случались, конечно, и накладки, от которых в подобных ситуациях никуда не уйти. Ведь все живые люди, а тут такое творится. Но в общем результате сработали четко и славно.

Из врезавшихся в память наиболее ярких эпизодов описываемого боя, стоит упомянуть, как Нурик Алибаев (1 мсв), тогда еще "молодой", неопытный боец, сошёлся в рукопашной с "духом" богатырской стати и размеров. Нелегко пришлось Нуритдину не в своей весовой категории. Поискав, но не найдя более весомых аргументов, наш Нурик, почти задохнувшись под тяжестью "духовского" исполина, изловчился и из последних сил порвал оному глотку зубами. При этом, сломав себе на треть правый верхний клык, и окончательно потеряв сознание, на некоторое время. Так что, услышав не то слабое рычание, не то сдавленный хрип, по окончании активной фазы боестолкновения, подоспевшие воины роты перевернули тело погибшего вражеского великана и извлекли из-под него полузадохнувшегося, липкого и мокрого от чужой крови и собственного пота Нуритдина. Немного отдышавшись, Нурик, в то время ещё не твёрдо владеющий русским языком, произнес фразу, несколько перекликавшуюся с фразой аксакалов из фильма "Белое солнце пустыни": "Что, не слышите? Давно здесь лежу!". За что тут же получил закрепившееся за ним прозвище "Бобо", что означает дед. Прозвище оказалось кстати, так как Нуритдин был на редкость мудрым и рассудительным. Всегда держался с достоинством. Воевал умело и со смекалкой. В подразделении имел заслуженный авторитет и уважение. Поэтому, сложно выразить словами всё то сожаление, которое испытал каждый из нас, когда Нуритдин геройски погиб на Кунарской операции в мае 1985-го.

Мы с духами сходились в рукопашном.

Безумством храбрых славен ближний бой!

И глотки рвали им в порыве страшном!

И каждый первый был у нас - Герой!

Нас деды породнили с рукопашным.

Прошли недаром наставления отца.

И самый кроткий становился страшным!

И удивлял повадками матёрого бойца!

В другом запомнившемся эпизоде, Василий Иванов (3 мсв) (который ещё в свою бытность воином младшего призыва, после выхода с ротой на свои первые "боевые" сразу же заслуженно попал в категорию "шарящих") срезал с пояса очередью из автомата китайца уйгура, выросшего словно из-под земли и целящегося в нашего комбата из гранатомета с расстояния 45-55 метров. Потом он же, в пылу погони за "духами", заметил, как группа из пяти душманов юркнула в одно из ответвлений оврага. Василий пристроился следом. За ним, чтобы прикрыть друга, ещё один Василий, но по фамилии Ткачук и с пулеметом ПК.

Об особом применении этого грозного оружия, в описываемом бою, хочется сказать отдельно. Пулеметы, выручавшие нас не раз в различных сложных ситуациях в боевой обстановке, в ближнем бою, при непосредственном контакте с противником, как говорится, нос к носу, оказались почти бесполезными в качестве огнестрельного оружия. В данных условиях, их огневая мощь могла нанести нашим подразделениям солидный урон, так называемым "дружественным огнем". Поэтому, пулеметчики, боясь зацепить своих, вынуждены были прекратить огонь, и использовали свое убойное оружие в качестве неслабых дубин. Благо парни были в основном крепкие и здоровья махать таким "дубьем" хватало.

Вернемся к Иванову. Наш Вася, стреляя на бегу из автомата, забил троих из пытающихся скрыться "духов". Убегая, душманы, конечно, отстреливались, но прямо скажем не совсем убедительно, не прицельно. Далее, на его глазах двое оставшихся в живых беглецов пытаются заскочить за кустарник у стенки оврага, чтобы притаиться за ним. Как потом выяснилось, за этой порослью была небольшая пещерка - вымоина. Так вот, в тот момент, когда первый уже нырнул за кажущиеся такими спасительными густые ветви, а второй стремился последовать примеру товарища, набегает Иванов.

Второй душман, разворачиваясь, давит на спусковой крючок автомата, но не успевает довернуть оружие на нужный угол, ведь у Васи выигрышное положение - ему разворачиваться не надо, да и выстрелил он, судя по всему, на какое-то мгновение раньше. Очередь, выпущенная душманом, не достигает цели, а сам он падает, сраженный огнем Василия.

Поняв, что не отсидеться из-за куста выскакивает, вскидывая "бур", спрятавшийся "дух". Иванов, находясь в положении изготовившегося к стрельбе, нажимает на спуск, но его безотказный автомат молчит, магазин пуст. В это время басмач продолжает вскидывать "бур". Это описывать долго, а происходит-то всё в малые доли секунды. Вся ситуация разворачивается на глазах Ткачука Василия (3 мсв), который приближается, пытаясь помочь тёзке, но стрелять из своего ПК не может, так как товарищ на линии огня. Вот уж, когда нет ни мгновения - ни оценить, ни понять, ни подумать. Момент истины! Разве что остановить время на какой-то промежуток, чтобы успеть ещё что-то сделать.

Вася успел. Бросив автомат в душмана, он попал срезом дульного тормоза-компенсатора прямо в переносицу врагу. То есть, в мгновение, в которое он надавил на спуск и выстрела не последовало, тут же произошёл инстинктивный бросок штатного оружия. Басмач, не успев выстрелить, бросает "бур" и хватается за разбитую голову. В этот момент, как коршун, держа в замахе пулемёт, налетает Ткачук и с разбега, со всего маха обрушивает свою импровизированную "дубину" на голову невезучего душмана, забивая его до состояния трупа. А ведь не имеющие для нас никакого значения в повседневной жизни - незначительные доли секунды туда-сюда и ... все могло сложиться совсем с иным результатом.

"Друг за друга биться, нам не привыкать!".

В то время, когда Василий Ткачук добивал басмача, выскочившего с "буром" из-за злополучной растительности, подбегает третий Василий - по фамилии Сорока (3 мсв), тоже с ПК и ... дает пулеметную очередь по назначенному "крайним" кустарнику. Первые два Василия хотели было возмутиться неразумными действиями тёзки, но так и замерли, вытаращив глаза и поотрывав рты. Потому что, всем троим на удивление, из-за "волшебного" представителя азиатской флоры вывалился третий "клиент", в богатой чалме и с никелированным маузером в руке. (Интуицию, братцы, никто не отменял!).

Сорока, икнув, произнес: "А цэ шо за людына - бисова дэтына? Побачте! Шо цэ такэ? Нэ, цэ нэ минтай по-ляхски! Я вам кажу! Цэ - Облеман Коти!". Так оно и вышло. Людына - "Облеман Коти", как назвал его Василий Сорока, оказался главарем уничтоженной нами банды. На что указали его соратники, плененные бойцами батальона. Убежав раньше других, он схоронился за поистине "роковым" кустарником - в пещерке и, возможно, благополучно бы отсиделся. Но оказалось - не судьба. "Картину маслом" испортили подчиненные, волею случая составившие компанию шефу, сами, судя по всему, об этом не помышляя. А тут еще Сорока подскочил возмущенный, что всех ворогов завалили - ему никого не оставили. Но вышло, что не всех. Приберегла судьба сюрприз. Весь этот почти фантастический эпизод проходил на глазах командира 3-го взвода и группы его бойцов (коими были гвардии рядовые В. Дубровин, А. Абдуллаев, А. Матрёнкин и Г. Чекина). Которые буквально за секунды до этого удачно уничтожили группу боевиков в 8-9 человек, пытавшихся в неразберихе пристроиться в хвост нашим отчаянным и отважным Васькам.

Вот такие чудесные "факиры" и "фокусники" служили с нами. Одна троица Василиев - "чуваш и два хохла", чего стоит. Каждый из них достоин, чтобы о его боевых похождениях книгу написали. Особенно Иванов. Ну, а пока книг никто не пишет :-), обойдемся хотя бы добрыми словами о наших боевых друзьях. У Васи Иванова было прозвище - "Ванька" (производное от фамилии). Что весьма символично. Ведь именно "пехотный Ваня", обладающий такими ценными для воина качествами, как: терпение, мужество, неприхотливость и смекалка - вынес на своих плечах все самые тяжелые моменты и невзгоды во всех войнах, которые вела Россия.

"Пехотный Ваня" - первым и по праву расписался на Рейхстаге. И это помнят, что бы ни говорили, политики и верховные главнокомандующие всех ведущих стран Мира.

Так и наш гвардии рядовой Иванов Василий Ильич своей, без преувеличения сказать, геройской службой - всегда подтверждал самые лучшие эпитеты, сказанные о "пехотном Ваньке".

После боя. Умар Матниязов и Раф Мурсалимов у тела поверженного душмана. Оба гвардейца серьёзно отличились в том бою.

(Чудом сохранившееся фото из целого ряда сделанных тогда подобных снимков).

Основная часть группы замыкания - приблизительно два с половиной или три десятка человек, которые шли в арьергарде банды, через несколько минут после начала боя, здраво оценив сложившуюся ситуацию, со всех ног бросились наутек. Но и этим ловкачам тоже не удалось попасть в разряд особых счастливчиков. Так как в это время к полю боя на всех парах уже подходила долгожданная броня. Заметив группу убегающих боевиков, несколько "коробочек" 4-й и 5-й мотострелковых рот, идущих в авангарде бронегруппы батальона, двинулись вдогонку за ними. По бегущим в сторону Гортапы душманам был открыт пулеметный огонь.

Естественно, что драматические события, которые разворачивались на поле боя, имели свое отражение и в накале страстей, бушующих в радиоэфире. Вот небольшой отрывок диалога максимально приближенный к произошедшему в реальности:

- Я "Блеск-60". (Позывной командира разведроты гвардии ст. лейтенанта Васильева А. И.) Чьи три "коробочки" на "Мангуст 34" по улитке за "духами" по полю гонятся?

- "Блеск", это "Рулеты".

- "Рулеты", хорош с малых палок по "бегункам" длинными очередями "садить"! А то моих "карандашей" под 200-х заточите! У меня самого сантиметрах в двадцати над головой ветку срезало. Мы их встречаем в "зеленке" перед кишлаком на неприличную букву "Г". И эти "красавцы" всем скопом точно на нас идут. Спасибо, что подогнали!

- "Блеск", "Рулет-3" понял тебя! Сейчас ускорение им ещё малость придадим, чтобы вам не ждать долго. И проследим, чтобы в обратном направлении никто не соскочил.

- "Рулет-3", вы только аккуратнее малыми палочками "машите"! А то кам-кам "Васю Полукедова" мне не выписали! И смотрите, ёпрст, большими не вздумайте "махнуть"!

- "Блеск", ну ты бы не шифровался так глухо, а обозначился заранее по зверям. А то мою бабушку Анисия зовут, а не Ванга. Мы же не ясновидящие!

- Вовчара не бухти! Мы сами несколько минут как вышли на этот рубеж. Еле успели!

- Шура, я тебя услышал! Работаем!

(Употребленная на эмоциях и для связки слов ненормативная лексика целомудренно пропущена или заменена более благозвучными выражениями).

Командовавший "броней" "пятерки" гвардии старший лейтенант Виноградов В. И. решил не давать убегающим "духам" даже малейшего шанса на спасение. И действительно. Зачем делиться с кем-то своей законной добычей? Да ещё при таком козырном раскладе! Поэтому наводчики-операторы "Бананов" ювелирно положили всех душманов, которые пытались спастись бегством в их секторе ведения огня.

Остальные "бегуны" неприятеля, надеясь на спасение в зарослях крупной "зеленки", к которым они стремились изо всех сил, нашли свою смерть буквально на пороге своего избавления от преследователей, встреченные шквальным огнем разведчиков почти в упор.

Кроме того, некоторое количество самых молодых, а потому достаточно шустрых и быстрых "духов", из тех, что после первых же разрывов ручных гранат не стали искушать судьбу и оказывать сопротивление невесть откуда взявшимся шурави аскерам, а почти мгновенно кинулись бежать вправо от направления движения банды. И вскоре запыхавшиеся выскочили на возделанные поля перед кишлаком Чимтана, тоже оказались не самыми везучими из басмачей. Хотя, понятное дело, что они всерьёз лелеяли надежду на спасение, которое казалось таким близким и доступным. Но, почти увильнув от одной напасти, потерявшие прыть от длительного быстрого бега душманы нарвались на другую и в данном случае совершенно непреодолимую. Этих "самых хитрых" бандюков безжалостно гоняла по полям и помимо всего прочего нещадно давила "гусками", очень кстати подоспевшая к предпоследнему акту "марлезонского балета", "броня" нашего гвардейского батальона, так внезапно "нарисовавшаяся", вместо ожидаемой басмачами "гуманитарной помощи". Тем самым осуществилась заветная мечта некоторых контуженных, да и попросту "отмороженных" войной механиков-водителей - догнать на "бээмпэшке" вооруженного "духа" и "намотать" его на гусеницу своей боевой машины.

На подошедшей "броне" к месту боя прибыло много тех, кто уже с честью отслужил свои два года. По этой причине они были освобождены от участия в вертолетном десанте. Но таки напросились принять участие в этой реализации десантом на броне.

Даже те, кто должен был уходить в первую отправку (через 7-8 дней) не усидели в части. Хотя, их было решено не привлекать к этой операции однозначно. Таким образом, для сержантов и "спецов" это был реальный боевой "дембельский аккорд", это вам братцы не на строительстве модуля спины на солнце греть. А вот рядовым "куркам" из матушки-пехоты (призыва весна 1982) пришлось повоевать ещё не раз и не два. Аж до самого начала августа (когда пришла долгожданная замена). Всем вышеперечисленным гвардейцам большущее спасибо и подлинное уважение! Ведь всё это и есть реальные составляющие подлинного боевого братства.

И конечно же, по совокупности всего произошедшего в этом бою хотелось бы персонально отметить значительный вклад опытных матерых сержантов. Это прежде всего гвардии старшие сержанты Ерин Игорь Григорьевич и Филипюк Владимир Леонтьевич.

Когда у контуженного командира 3 мсв (того, которому пулеметная пуля прошла вскользь по спине в районе позвоночника), через некоторое время сначала онемела, а затем практически полностью на целых три дня отнялась правая нога (что было для него полным шоком и абсолютной неожиданностью) и он кое-как, опираясь на крепкое плечо Василия Сороки, доскакал на действующей ноге до так кстати подоспевшей брони (что дало ему возможность и дальше принимать активное участие в продолжающихся боевых действиях, в частности возглавить преследование группы вражеских боевиков, пытающихся скрыться в зеленке перед кишлаком Гортапа), настал звездный час бывалого замкомвзвода. Как полагалось в таких случаях, сержант Ерин принял командование пешей группой взвода на себя. Вы только подумайте, какая серьёзная ответственность на парня навалилась. В таком очень сложном и редком по многим составляющим бою взять на себя полную ответственность за жизни своих товарищей по взводу задача не из легких. И не верьте тем, кто будет рассказывать, что, служа в Афганистане участвовал в аналогичных боестолкновениях чуть ли не каждую неделю. Такое заявление будет по меньшей мере лукавством. По той причине, что выяснения отношений подобных масштабов и на таких близких дистанциях с противником случались не часто. Но наш Игорь не сдрейфил, а собрав всю волю в кулак, приступил к выполнению поставленной боевой задачи. Позже офицеры роты и батальона (из тех, что видели некоторые эпизоды своими глазами) все как один отмечали, что сержант Ерин руководил подчиненными умело и инициативно, проявляя личную отвагу и высокий уровень профессиональных навыков. Помимо грамотного и результативного командования подразделением в этом бою Ерин И. Г. уничтожил лично не менее 5 душманов. Под стать другу и сослуживцу действовал и Филипюк Владимир. Этот старший сержант вёл бой из башни боевой машины с места наводчика-оператора БМП-2. При этом Володя показал высочайший уровень владения вооружением боевой машины пехоты. Опытный гвардеец надежно прикрывал огнем пешие группы наших подразделений. А в этом деле равных сержанту Филипюку найти было не просто. Умелый наводчик умудрялся доставать даже того врага, который вроде бы уже успел укрыться за складками местности. В результате ему удалось уничтожить значительное количество живой силы противника. Если провести аналогию, то Володя Филипюк владел вооружением БМП-2 на уровне сопоставимом с тем, как скажем, маэстро Страдивари владел скрипкой. Поэтому констатируем, что наш гвардейский сержант был, пожалуй, не меньшим виртуозом своего дела, чем Страдивари в игре на известном музыкальном инструменте.

Положа руку на сердце, отметим, что Владимир Леонтьевич был всё же не единственным, кто овладел в нашей роте специальностью наводчика-оператора на таком высоком уровне. К примеру, Буженица Флорий (в просторечии Федя, на тот момент старший наводчик-оператор роты) практически уже ни в чём не уступал Владимиру. Хотя был на полгода младше призывом. Периодически эти парни мерялись силами, устраивая различные соревнования в меткости стрельбы из 30 мм автоматической пушки 2А42, а также соревнуясь в быстроте по её разборке-сборке и в снаряжении боекомплектом большого и малого коробов. Конечно же, когда выпадала возможность проводить данные мероприятия. Характер соревнований по точности стрельбы регламентировался лишь изысками фантазии и доступностью данного варианта в имеющихся условиях. К примеру, стреляли по выпущенной осветительной ракете. Побеждал тот, кто первым попадал не со 2-3, а с 1-го выстрела. Если оба попадали с первого, то процесс возобновлялся до неоспоримого результата. И в этой соревновательности неуклонно и самым естественным образом оттачивались умения и совершенствовались навыки. Несколько позже эта здоровая конкуренция передалась наводчикам-операторам более младших призывов. Подобным означенному ювелирным уровнем мастерства в дальнейшем овладели такие наводчики-операторы как Владимир Мандебура, Игорь Явный, Юрий Калабухов, чуть позже Константин Аржерусов и далее Сергей Аникеев, Александр Хомич, Игорь Костин. Все эти парни не раз выручали как свою роту, так и другие подразделения полка, а порой и дивизии, прикрывая сослуживцев точным огнем в самых критических ситуациях. Мы всё это помним! Спасибо, Братцы!

Ладно давайте вернемся к происходившему на поле боя, а то нахлынувшие воспоминания увели меня немного в сторону от основной темы.

Оружие, отбитое у противника в том памятном бою в междуречье.

Кульминационная часть боестолкновения прошла в непродолжительной рукопашной схватке.

Личный состав доблестной 4-й роты с образцами трофейного оружия, взятого в бою у кишлака Чимтана.

Сладок и радостен миг победы! 28. 04. 1984 года.

Группа гвардейцев 4 мср на фоне крайних дувалов кишлака Чимтана. Снимок сделан на следующий день после

того памятного боя. Самый высокий в центре командир роты гвардии старший лейтенант Гергишан Николай Васильевич.

Николаю Васильевичу пришло время заменяться в Союз и это его дембельское фото в Афгане. Так сказать, прощание командира

со своими подчиненными. Николай Гергишан как опытный, толковый и грамотный командир внёс весомый вклад в боевую подготовку

личного состава роты. При этом он уделял внимание не только обучению рядового и сержантского состава. Многому он успел обучить

и своих командиров взводов - молодых лейтенантов. Будучи одним из лучших представителей "старой школы", Гергишан обучал своих

молодых офицеров ранее наработанным тактическим приёмам, которые появились на основании опыта полученного в ходе ведения боевых действий

в первые годы афганской войны. И эти, щедро политые кровью, ценные знания позволяли взводным не повторять ошибок своих предшественников.

Также (за что особое спасибо) Николай Васильевич успел хорошенько обучить своих лейтенантов практической работе с авиацией и артиллерией.

На замену Гергишану пришёл капитан Перятинец Александр Григорьевич.

Заместитель командира 3 мсв гвардии старший сержант Ерин Игорь Григорьевич. (4 мср).

Только в районе злополучного для "духов" оврага убитыми насчитали около 120-ти душманов, остальные их погибшие собратья встретили смерть в радиусе нескольких сот метров от эпицентра первоначальной стычки. Примерно двадцати бандитам удалось сдаться в плен, что, прямо скажем, при таком накале страстей было совсем непростой задачей. К тому же, если учесть, что буквально за несколько дней до этого в одном из ущелий неподалеку от Саланга (Дарваза) на тщательно подготовленную засаду нарвались дивизионные саперы и подразделение нашего 1-го мотострелкового батальона, потеряв при этом 15 человек убитыми и около 30 ранеными. И по упомянутой причине наши бойцы, будучи в расстроенных чувствах, рвались отомстить врагу с гораздо большей злостью. Но уж, на то у каждого своя судьба. Да и старшее командование настоятельно требовало по связи сохранить пленных для получения важной информации. Больше всего их, конечно интересовал вопрос: "Куда Зайца дели, бродяги?".

В состав разгромленной банды наряду с местными "духами" входили китайские и арабские наемники и инструкторы. Помимо автоматов и "буров" (Lee-Enfield) душманы были вооружены большим количеством ручных гранатометов, различных пулеметов и снайперских винтовок. Непосредственно в бою были взяты более двухсот единиц стрелкового оружия: 4 крупнокалиберных пулемета ДШК, более 80 автоматов Калашникова китайского производства, порядка 50 старых английских винтовок Lee-Enfield, более десятка различных пулеметов, таких как ПК, РПК и англо-чешских БРЭН, 10 РПГ в основном изготовленных в Китае, 5 американских М-14, три десятка экзотики типа ППШ и ППС, несколько десятков различных пистолетов и револьверов ("Маузер", ТТ, "Стар", "Астра", "Наган", "Смит-Вессон" и т. д.). Справедливости ради надо отметить, что разведка у мятежников была организована на очень высоком уровне, и нам очень повезло, что всё сложилось именно таким образом. Среди бумаг, найденных у главаря басмачей, было много таких, которые содержали секретную информацию о наших войсках. Графики и маршруты движения войсковых колонн, позывные, основные и запасные частоты радиосвязи некоторых подразделений. Таблица с тактико-техническими данными советского вооружения и техники и так далее и тому подобное.

Но, как говорят: "Своя рубашка ближе к телу". Поэтому, нас больше всего потрясла информация о своем батальоне. Она содержала довольно свежие данные: должности, звания, фамилии и имена почти всех офицеров батальона, их позывные. Суммы денежных вознаграждений за голову каждого. Точно такая же информация содержалась на офицеров разведроты нашего полка и на офицеров дивизионного разведбата. При этом все три перечисленных подразделения были выделены в категорию особо опасных и, имелась строгая рекомендация, - услышав наши позывные, соблюдать крайнюю осторожность.

Такой вот авторитет имели у противника упомянутые кундузские подразделения в зоне своей ответственности.

(Думается, что значимую часть этих весьма ценных данных душманы получили от сбежавшего из-под следствия советского офицера. Коим был "оказавшийся" в середине марта в плену у неприятеля подполковник Н. Л. Заяц. По-видимому, с той поры заветная информация пошла "гулять" по всем весомым местным бандам).

После ряда, начавшихся неожиданно для одной из сторон, описанных выше совместных "мероприятий", очень немногим представителям наших оппонентов удалось спастись бегством от вездесущих воинов шурави. Думается и более десятка не наберется. По нашим данным бачей бородачей восемь-десять от силы. А ведь банда была нехилая, как выяснилось не менее двухсот басмаческих единиц. И до сей встречи с нами имела статус неуловимой, крайне дерзкой и везучей. Но фортуна, как известно, женщина капризная. Посему - не всё коту масленица, бывает и постный день.

2-м мотострелковым батальоном в этом бою командовал гвардии майор Крохин Владимир Дмитриевич.

Обязанности командира 4 мср исполнял гвардии старший лейтенант Макаров Игорь Львович. Командиры взводов: гвардии лейтенант Липич Григорий Иванович, гвардии лейтенант Транин Геннадий Юрьевич, гвардии лейтенант Щенников Владимир Витальевич, гвардии прапорщик Мурсалимов Рафаил Шарипзянович.

Обязанности командира 5 мср исполнял гвардии старший лейтенант Князев Сергей Николаевич. ЗКРПЧ гвардии старший лейтенант Маркин Сергей Игоревич. Командиры взводов: гвардии лейтенант Севостьянов Валентин Александрович, гвардии старший лейтенант Виноградов Виктор Иосифович.

6 мср командовал гвардии капитан Левко Александр Васильевич. ЗКРПЧ гвардии старший лейтенант Хоркуца Василий Иванович. Командиры взводов: гвардии лейтенант Березин Олег, гвардии старший лейтенант Перепелица Виктор Иванович, гвардии прапорщик Ловкай Василий Васильевич.

Разведывательной ротой командовал гвардии старший лейтенант Васильев Александр Иванович. Бронегруппой разведывательной роты командовал старший техник рр гвардии прапорщик Шкляр Александр Васильевич.

Тогда, чтобы удостовериться в истинности доложенных результатов произошедшего и самому во всем разобраться, на место боя прилетал начальник штаба Туркестанского Военного Округа генерал-полковник Г. Ф. Кривошеев (напомним, что именно он лично курировал операцию известную в советских воинских частях как "Охота на Зайца"). Судя по его поведению, он был искренне поражен всем увиденным. Григорий Федотович приказал построить всех участников успешной боевой операции и выступил перед строем подразделений с теплой благодарственной речью. Начальник штаба округа называл нас орлами и настоящими героями, говорил, что за время своих частых командировок на эту землю никогда прежде не видел подобного. Затем, пройдя вдоль строя, генерал лично пожал руку каждому солдату, сержанту и офицеру, пообещав, что все принимавшие активное участие в этом бою, будут награждены правительственными орденами и медалями. Но не приятные слова и лестные обещания высокого начальника окрыляли и переполняли радостью и гордостью души и сердца наших воинов, прежде всего, а то, что они бились плечом к плечу, не на жизнь, а насмерть, защищая и прикрывая друг друга, и все остались живы и в основном здоровы. Этого положительного запала хватило всему личному составу батальона на долгие месяцы.

Противник тогда не выдержал энергетики нашего напора и дрогнул. Ведь в его рядах каждый воин сражался сам за себя, а у нас, каждый за всех и все за каждого. И это не громкие слова, а имеющая место объективная реальность. У басмачей началась настоящая паника, и они бросились врассыпную, беспорядочно отстреливаясь. Мы знали, что они не были трусами, но здесь ими на протяжении всего боя владела одна мысль - убежать. Потому что, настойчиво и дерзко преследуя неприятеля, наши гвардейцы от самого начала схватки и до её полного завершения не выпускали инициативу из своих рук и не давали противнику опомниться и осмыслить происходящее. Душманы поняли, что столкнулись с неведомой для себя доселе силой - непробиваемого коллективного Единства и Бесстрашия.

А по поводу награждения боевыми орденами и медалями большинства отличившихся и причастных чуда не произошло и тайные ожидания многих были обмануты. Командир батальона получил досрочно звание подполковника и ушёл на повышение (замом командира в 122 мсп), начальник штаба батальона получил досрочно звание майора и занял место комбата. С остальными картина получилась не столь благостной. К примеру, в 4 роте за тот бой были награждены 3 человека. Гв. рядовой Иванов Василий Ильич получил медаль "За Отвагу", гв. рядовой Алибаев Нуритдин Юлдашбаевич получил медаль "За Боевые Заслуги" и командир 1 мсв гв. лейтенант Липич Григорий Иванович получил орден "Красная Звезда". По другим ротам у меня точной информации нет, но слышал, что приблизительно то же самое. Помнится, не так давно кто-то из наших парней спрашивал меня: "Можно ли уже наконец помыть руки, после того памятного рукопожатия генерала Кривошеева?".

Да, Братцы, мойте уже, кто до сих пор не помыл! На деле вышло, что для большинства солдат и офицеров батальона тем рукопожатием всё и ограничилось.

Из рядового и сержантского состава в бою у кишлака Чимтана наиболее отличились:

Гвардии сержанты - Саух Юрий, Ерин Игорь, Буженица Флорий, Филипюк Владимир, Евчук Михаил, Мандебура Владимир, Долгов Сергей, Шипила Михаил, Карданов Арсен, Казаков Евгений, Черонко Александр, Кузнецов Владимир.

Гвардии рядовые - Матрёнкин Александр, Иванов Василий, Ткачук Василий, Дубровин Валерий, Сорока Василий, Абдуллаев Абдулла, Боков Курейш, Явный Игорь, Аржерусов Константин, Ильенков Владимир, Иригов Виктор, Каширский Станислав, Кириченко Пётр, Матниязов Умар, Калабухов Юрий, Алибаев Нуритдин, Буренок Анатолий, Майоров Леонид, Абакумов Алексей, Закаличный Сергей, Гилязетдинов Ильдар, Филипов Вадим, Коровин Сергей, Искандеров Ильдар, Чекина Григорий, Масловский Андрей, Каримов Миркасим, Якушин Владимир, Акчебаш Виктор, Арсаналиев Бават, Мадаминов Ортигали, Раджапов Насридин, Кондратов Алексей, Жиганов Юрий, Алимбаев Атхам, Сауля Александр.

То, что наш батальон не потерял ни одного человека, было большим чудом и без Божьего провидения здесь, конечно же, не обошлось. Главным отличием почти всех наших самых успешных операций было то, что командовали подразделением при их проведении свои непосредственные начальники. Вторым немаловажным условием было то, что мы не посвящали в свои реальные планы дружественную афганскую армию и даже их госбезопасность. В этих случаях исключалась утечка информации о месте и времени начала проведения операции. В противном случае, о том, куда выдвигаются наши боевые порядки, знали даже маленькие дети из соседних кишлаков.

В тот период времени подобных десантирований с бортов вертолетов было очень много, и сами моменты высадок в общих чертах были очень похожи друг на друга. Поэтому неудивительно, что все они касательно некоторых моментов частично перемешались в голове. Твердо запомнилось что-то особое. Например, когда высаживались под огнем или когда при этом были раненые и убитые. Когда сбивались, идущие на высадку, "вертушки" с десантом. Как на Файзабадской операции в марте или над Багланом в октябре 1984-го года. Хорошо что я вел краткие записи ключевых моментов большинства боевых операций в которых принимал участие. Благодаря этим записям удалось восстановить в памяти многие факты произошедшие в ту пору.

Ещё раз напомню, что ещё с середины марта началась масштабная боевая операция по поискам сбежавшего из-под следствия на угнанном им БРДМе, снятого с занимаемой должности с формулировкой "за утрату руководства разведкой и личную неподготовленность" бывшего начальника разведки 108 мсд подполковника Зайца Николая Леонидовича (после понижения переведенного в 201 мсд начальником разведки 122 мсп. И уже на этой должности совершившего тяжкое преступление за которое он и угодил под следствие). Этот перебежчик, воспользовавшись предоставленным ему доступом, успел прихватить из сейфа секретные документы, имеющие для противника реальную ценность. Для полноты информации обязательно упомянем, что Николай Заяц сдался в плен противоборствующей стороне совсем неподалеку от места данных ярких и впечатляющих своей необычностью событий. А точнее, немного северо-западнее кишлака Гортапа, сразу за междуречьем рек Кундуз и Ханабад. Забыв о присяге, чести и достоинстве этот офицер абсолютно без сопротивления, в здравом уме и доброй памяти оказался в руках боевиков неприятеля. Такого бесчестия и малодушия не позволял себе практически ни один верный долгу рядовой солдат, который помимо громадной разницы в звании, а тем паче в денежном содержании и по возрасту годился в сыновья обесчестившему себя подполковнику. Как уже упоминалось, случилось это в уезде Калайи-Заль на переправе через реку Кундуз у небольшого кишлака Сахсаколь. Помимо себя и прихваченных из сейфа документов Н. Л. Заяц подарил душманам два пулемета, радиостанцию, большое количество патронов и ручных гранат и много чего еще, что было в полностью укомплектованном для ведения боевых действий БРДМе. Исходя из этого, одному Богу только известно сколько наших и афганских военнослужащих было убито впоследствии из этого оружия и этими боеприпасами.

Главари банд, после всех понесенных потерь, были сами не рады, что связались с таким хлопотным делом. Уж, больно высокой ценой им пришлось заплатить за этот "жирный" бакшиш для Пакистана, западных разведслужб и политиков.

Будучи плотно обложенными и постоянно преследуемыми, басмачи передавали беглого подполковника из одной местной банды в другую. По полученной от пленных душманов информации подтвердилось, что сбежавший из-под следствия офицер пробыл довольно значительное время и в этой крупной банде, уничтоженной нами в кишлачной зоне не единожды уже упомянутого междуречья. Кстати сказать, когда они признавались, что Заяц какое-то время был в их банде, а мы спрашивали где он теперь, то некоторые пленные "духи" опускали глаза и говорили: "Его больше нет! Не ищите!". Другие же говорили, что ничего об этом не знают.

Позднее при ведении переговоров главари боевых отрядов вооруженной оппозиции клятвенно уверяли, что сами расстреляли Н. Л. Зайца, чтобы таким образом избавиться от навалившейся проблемы. При этом всячески тянули время и показывали то одно место его захоронения, то другое. В результате, было выкопано несколько человеческих останков и отправлено в Союз на экспертизу. По другим неподтвержденным данным, "духам" всё-таки удалось переправить беглеца в Пакистан. (Но тогда он, конечно же, объявился бы через какое-то время). Я всё-таки больше склоняюсь к версии, изложенной начальником разведки 201 мсд Николаем Михайловичем Кузьминым. Он длительное время собирал и анализировал всю информацию по этой теме. В результате пришел к выводу, что басмачи расстреляли-таки создавшего им столько проблем старшего офицера. Тело расстрелянного было сброшено в стремнину бурной реки Кундуз и кануло в неизвестность. Именно эта информация подтвердилась позднее сразу из нескольких заслуживающих внимания источников.

Кстати сказать, в опубликованных Н. М. Кузьминым мемуарах есть упоминание этого самого не совсем стандартного боя, некоторые подробности которого Вы только что потрудились прочитать. Вот краткая выдержка:

"Поиски Зайца продолжались. В ходе проводимых боевых действий мы побили много "духов", наиболее отличился 2 мсб и разведывательная рота 149 гв. мсп. Так, 28.04. 1984 года у кишлака Гортапа (указан самый крупный из близлежащих кишлаков) ими была уничтожена крупная банда, численностью более 120 человек, было взято 75 только одних автоматов АК, 4 пулемета ДШК, много другого оружия и кучи боеприпасов...

Ожесточенность боя была высокая. Достаточно сказать, что в отдельных местах доходило до рукопашных схваток.

Уничтожали банды и меньшей численности, но не менее зловредные. Досталось, конечно, и местным жителям. Однако следы Зайца окончательно затерялись".

Выше упоминалось, что наш батальон был подключен вплотную к "Охоте на Зайца" сразу же по возвращению с Файзабадской операции. И хотя, как мы уже говорили, описанный выше, вылет на засаду и реализацию разведывательных данных проводился в общих рамках этой широкомасштабной операции, тем не менее, следует отметить, что он всё же имел свои характерные отличительные особенности.

И враг повержен, и подчиненные целы, и трофеев полна коробочка. А потому и настроение соответствующее.

В центре командир 2 мсб Крохин Владимир Дмитриевич, справа нш батальона Гайдай Иван Владимирович,

Слева "комсомолец" батальона Беляков Юрий Борисович.

Всякой экзотики на многострадальной Афганщине пришлось повидать.

Короткоствольные "огнестрельки" на любой размер и вкус.

В ожидании вылета на очередную реализацию разведданных. Кундуз. Лето 1984 года.

Пришлось парням побегать по "зеленке". Все взмокли и перемазались. Но для шурави всё обошлось без тяжёлых последствий.

Вся наша четверка из "четвёрки", ну а пятый малый трофей, который дюже лихо перемещался в самой гуще зарослей, а потом затаился,

пытаясь выдать себя за представителя местной флоры. Но не судьба, наши парни оказались ловчее.

Слева направо в объектив попали: Толя Бубенок, Юра Саух, Вася Ткачук и Миша Евчук.

Воины 149-го гвардейского идут по афганским просторам. Кто знает, что там впереди? (Пошли туда).

"Выйдем ночью в поле с братвой". А поутру с чувством выполненного долга, да в хорошем настроении,

назад - "домой". (В позитивном настроении работают "Рулеты" - доблестная 4-я гвардейская рота). (Идём обратно).

Помимо ведения боевых действий в зоне ответственности 201 мсд, гвардейцы 149-го за весну и лето 1984 года успели серьезно повоевать в Андарабском ущелье и на Панджшере (7-я Панджшерская операция). Был совершен марш по высокогорью в пешем порядке от Панджшерского ущелья через Шутуль и перевал Арзу (свыше 4000 метров) в Андарабское ущелье. Местами маршрут пролегал через ледники на высоте более 4500 метров. При этом на протяжении всего пути велись активные боевые действия. Не ошибутся те, кто скажет, что тем же летом встречал кундузских гвардейцев в горах в окрестностях Кишима или Сейида, в районе Бурки и Нахрина, в различных уголках Баглана, а также во всех уездах провинции Кундуз. Отдыхать приходилось в основном только по пути из одного района боевых действий в другой. Большую часть мая и первую половину июня провели в районе Андарабского ущелья. В поисках схронов с оружием и боеприпасами прочесали все окрестные горные отроги и зачистили все местные кишлаки. Наши старания прошли не впустую. Было обнаружено несколько схронов с оружием и уничтожено не менее трёх десятков боевиков. Здесь же, буквально следом была проведена уникальная операция в результате которой на сторону народной власти перешел (причем вместе со всеми своими боевыми отрядами, а также с многочисленной сетью преданных ему соглядатаев и осведомителей) авторитетный и широко известный душманский главарь Джумахан, также известный в определенных кругах как "Андарабский Барс". (Уроженец Вальянского ущелья уезда Доши). По всей видимости чтобы соответствовать данному ему прозвищу и поддерживать свое реноме Джумахан почти всегда был одет в белую или как минимум очень светлую одежду. Несмотря на всю непрактичность подобных цветовых тонов в тех условиях в которых этому человеку приходилось существовать. Не говоря уже о том насколько белый цвет элементарно вредил его безопасности. Ведь даже с приличного расстояния его не надо было искать в группе людей, так как он сразу выделялся белым пятном. То есть был легкой добычей для любого снайпера. Выходило что только на ледниках и заснеженных вершинах, то есть в истинном ареале существования подлинного снежного барса, эта одежда маскировала его.

В подчинении у Джумахана было довольно крупное вооруженное формирование подконтрольное ИОА (Исламское Общество Афганистана). По оценкам афганской госбезопасности, нашедшим в дальнейшем реальное подтверждение это до 20 отрядов общей численностью не менее 600 человек. При этом стало известно, что все отряды этого главаря были сформированы по национальному признаку. То есть нукеры Джумахана были как и он сам этническими таджиками. Бойцами непримиримого таджикского курбаши стали в основном крестьяне уездов Андараб, Хост-Ференг и Доши. Джумахан оказался амбициозным местным феодалом и одиозным боевым командиром. При помощи жёстких мер, опираясь на силу оружия, он попытался подмять под себя все прилегающие районы и даже большую часть территорий соседних уездов. Но на тех территориях по понятным причинам были свои лидеры (феодалы) и главари местных вооруженных формирований, которые не горели желанием отдавать подконтрольные им территории и прочие принадлежащие им активы какому-то зарвавшемуся выскочке и беспредельщику. Между, ранее внешне вполне дружественными бандами начались вооруженные стычки, которые вначале проходили в основном с переменным успехом. Но позже большинство окрестных главарей объединились против нарушившего статус-кво отступника и его нукерам стало довольно часто доставаться на орехи от объединенных сил ситуативных союзников. Во всяком случае приблизительно так стремительное развитие обозначенной ситуации выглядело со стороны. Подлинных причин и побудительных мотивов мы не знаем. К маю 1984-го реальная вотчина Джумахана значительно сократилась и дальнейшее развитие событий не обещало его группировке ничего хорошего.

Хорошенько подумав, потерев лоб и почесав затылок, не верно рассчитавший силы, местный смутьян решил идти на поклон к командованию шурави аскеров. То есть не придумал ничего лучшего как поправить свое положение и отомстить за полученные обиды с помощью доблестных Советских войск. Кстати сказать, также поговаривали, что Джумахан якобы отказывался воевать против Советской Армии и что это стало одной из основных причин его разлада с прежними соратниками. Типа, против правительственных войск пожалуйста, без проблем, а против Советских не буду. Не знаю насколько это является правдой. И что в действительности послужило причиной такого серьёзного раздора нам, к сожалению, неизвестно. Третьей версией возникновения конфликта являлось то обстоятельство, что почти все главари крупных банд на обширных территориях прилегающих к Салангу и Андарабу, а также базирующихся на большей части провинции Баглан (как впрочем и ещё на целом ряде территорий северо-востока Афганистана) по разным причинам присягнули Ахмад Шаху Масуду (Главарь Исламского Общества Афганистана в зоне "Северо-Восток"). Безоговорочно признав его своим лидером. Джумахан тоже был членом ИОА, но быть в безоговорочном подчинении у Ахмад Шаха отказывался. Предпочитая быть независимым. Люди Ахмад Шаха начали давить на Джумахана, пытаясь загнать его в общее стойло. "Андарабский Барс" показал свои острые когти и вырвался из загона для травоядных. Далее на Джумахана было совершено несколько покушений. Каждый раз спасали верные телохранители. Так началась междоусобица.

Опасаясь за свою жизнь, Джумахан занял ранее подготовленные и тщательно оборудованные позиции в самой глубине Андарабского ущелья. Его командным пунктом и временным прибежищем стал горный кишлак Таганак в долине реки Миандара в самом глухом районе Андарабского ущелья. Дальше шли горные перевалы за которыми открывался проход в Панджшер, где в своей основной вотчине и царствовал грозный Ахмад Шах. В непосредственное подчинение к Шаху Масуду Джумахан идти совсем не хотел, так как понимал, что после всего произошедшего, при таком выборе дни его будут сочтены. Уж лучше к Шурави. Которым он доверял значительно больше, чем органам официальной власти, не говоря уже о бывших вероломных соратниках. Так как по его разумению, если получится договориться с советским командованием, то при удачном раскладе его ждут реальные выгоды и ещё остаётся гораздо больше пространства для маневра. Короче, немного побитый и слегка помятый противником "Андарабский барс" через налаженные каналы вышел на переговоры с нами и запросил помощи. Но наше командование решило перенаправить этого хитромудрого переговорщика к не пользующимся у него особым доверием местным государственным органам. Пусть сами решают, как поступить с "малость" заблудшим соотечественником. На предварительные переговоры в кишлак Таганак отправили на вертолете МИ-8 двух офицеров афганской госбезопасности ХАД (таджиков по национальности) и начальника разведки 201-й мсд подполковника Кузьмина Николая Михайловича. Переговоры прошли успешно. Обе стороны изложили взаимные требования и получили взаимные гарантии. Затем началось поэтапное исполнение договоренностей. В конечном итоге Джумахану было присвоено звание майора Вооруженных Сил ДРА. Затем его назначили на должность командира отдельного полка 20 пехотной дивизии ВС ДРА. Конечно, все вооруженные формирования новоиспеченного пехотного майора тоже вошли во вновь сформированный отдельный полк. Правительство Афганистана придавало большое значение данным событиям. Происходящему была придана яркая политическая окраска. Шутка ли сказать, когда на сторону народной власти переходит такая крупная боевая группировка прежде непримиримой вооруженной оппозиции. Если посчитать вместе с населением контролируемой нукерами "Андарабского барса" территории, то это тысячи человек. Достаточно сказать, что в Андарабское ущелье на вертолете прилетал сам Мухаммад Наджибулла - на тот момент министр государственной безопасности ДРА (ХАД), а также член Политбюро ЦК НДПА и как известно будущий Президент Демократической Республики Афганистан (1986). Вместе с товарищем Наджибом прилетело много иностранных журналистов. Среди них особенно выделялись своей активностью американцы, итальянцы и немцы. Естественно, что было много советских журналистов. Советские вели себя спокойно. Без лишнего шума и суеты.

Основная часть организованных правительством ДРА мероприятий проходила в населенном пункте Бану.

Ясное дело, что подразделениям нашего полка пришлось обеспечивать повышенные меры безопасности и прочую силовую составляющую всех этапов данного важного события. Ведь по понятным причинам всё остальное местное душманское сообщество изо всех сил пыталось сорвать практическое осуществление достигнутых с Джумаханом договорённостей. Потому что, вдобавок ко всем прочим назревающим неприятностям, местных басмачей очень беспокоил тот факт, что Джумахан и его подчиненные знали очень много служебных и прочих внутренних душманских тайн и секретов, раскрытие которых как минимум сильно навредило бы и осложнило существование всей боевой группировке неприятеля расположенной не менее чем в 5-6 уездах прилегающих к обсуждаемой территории. И как время показало их особая обеспокоенность происходящим была отнюдь не чрезмерной. Поэтому для наведения максимального шороха на все окрестности помимо двух мсб и разведывательной роты нашего полка к данной операции были привлечены достаточно серьёзные силы состоящие из опытных боевых подразделений. Это и 783-й орб 201 мсд, и 1-й мсб плюс разведывательная рота 122-го мсп, и 2-й мсб 395-го мсп. И, конечно же, к выполнению этой ответственной задачи были подтянуты самые боевые и подготовленные части и соединения Вооруженных Сил Демократической Республики Афганистан. Это и 37-я бригада коммандос, и лучшие части и подразделения 20-й пехотной дивизии. А также боевые отряды афганской госбезопасности (ХАД) и лучшие подразделения народной милиции Царандой. В полной мере была использована высадка вертолетных десантов во все ключевые районы горной местности. С их помощью в кратчайшие сроки были заблокированы все близлежащие горные перевалы, высоты господствующие над местностью и взяты под контроль все известные караванные пути и тропы проходящие через данную территорию. Так что сами понимаете, всем нам пришлось хорошенько попотеть, чтобы довести до ума планы высшего руководства. Но думается оно того стоило.

В лихую годину "Андарабский Барс" выдержал и травлю, и осаду, и массовую охоту на себя. Пересидел в глубокой обороне на высокогорье. Зализал полученные раны, подкопил силенок. Собрался с мыслями. Нашёл новых могучих друзей. Напитался от них энергией непобедимых воинов. Сосредоточился. А затем принялся наносить яростные и сокрушительные удары по своим кровным врагам и обидчикам. Почувствовав серьёзную поддержку и опору, он решил, что время для мести пришло. И горе тем, кто в страхе не бежал в другие края, подальше от охотничьих угодий "Андарабского Барса", вышедшего за своей добычей.

В те дни, многих своих кровных врагов Джумахан выследил, подкараулил и отправил туда, откуда не возвращаются. Они испытали на собственной шкуре какой может быть ярость свирепого "Барса" вошедшего в свою полную силу. Целых десять месяцев Джумахан наслаждался приобретенным могуществом и чувством собственной значимости. В проводимых боевых операциях ему неизменно сопутствовала удача.

Но ничто не длится вечно. Ведь и сам "Андарабский Барс", в результате своих действий, превратился в весьма желанный для мести объект для очень и очень многих. Противоборствующая сторона объявила крупную сумму денег за голову Джумахана. Трудно даже представить сколько наемных убийц рыскали по горным тропам, пытаясь выполнить этот дорогостоящий заказ. По иронии судьбы самым удачливым оказался Рауф, известный тем, что в недалёком прошлом был близким сподвижником Джумахана. Чуть ли не его правой рукой. Но разошлись их непростые пути дорожки. В одном из ущелий Андараба Рауф со своими людьми подкараулил бывшего патрона. И Джумахан, и вся его верная охрана были безжалостно расстреляны из засады. Так в марте 1985 года завершился жизненный путь "Андарабского Барса".

Диву даешься какие неожиданные и непредсказуемые зигзаги способны выписывать человеческие судьбы. Особенно на войне. Взять хотя бы судьбы Джумахана и Зайца Николая Леонидовича. Как известно и у того и у другого были и взлёты и падения в разные периоды их трагически завершившихся жизней. Одного погубила чрезмерная ярость и излишнее наслаждение чувством мести, другой судя по всему был полностью порабощён чувством страха, которое повлияло на его способность логически мыслить. Вследствие чего Николаем Леонидовичем была принята целая цепь ошибочных и не самых адекватных решений. Причём все последующие поступки этого человека были значительно хуже и преступнее предыдущих. Он изменил данной им присяге и наплевал на честь офицера. Не говоря уже о том что Заяц не один десяток лет был членом Коммунистической партии Советского Союза. А звание коммуниста ко многому обязывало. Такие вот невероятные метаморфозы и изгибы судьбы.

Не знаю, но почему-то необычные события жизни этих людей вызывают у меня вполне определенные ассоциации. Особенно на своём завершающем этапе. Так трагический конец одного ассоциируется с гибелью потерявшего чувство бдительности и разумной осторожности яростного снежного барса, ну а второй по понятным причинам ассоциируется с трусливым зайцем, который стал жертвой своего гипертрофированного чувства страха и сам загнал себя в смертельную ловушку.

Произошедшее с этими людьми лишь подтверждает, что неконтролируемая чрезмерная ярость, чувство мести, а тем более парализующая рассудок трусость - это не самые лучшие помощники на войне.

Позже в середине июня спешно выдвинулись на броне из Андараба в Пули-Хумри. И далее не мешкая вертолётным десантом в уезд Нахрин, граничащий с уездом Ишкамыш провинции Баглан.

Поступила информация что в этом районе произошла заметная активизация боевых отрядов вооруженной оппозиции и что эти действия находят серьёзную поддержку у значительной части коренного населения. Местные хадовцы позже проинформировали что происходящее стало следствием того, что с местным населением усиленно и плодотворно поработали реакционные проповедники и пропагандисты исламистского толка.

Нашей задачей было: быстро и эффективно притушить эту активизацию, чтобы из отдельных ярких искр не разгорелось большое жаркое пламя.

Вертолётчики высадили нас на рисовые чеки соседних с Нахрином кишлаков. Подразделения батальона, не долго думая, ринулись занимать козырные высоты на довольно невысоких хребтах, которые естественным образом господствовали над всеми близлежащими долинами.

За время службы в Афганистане мы привыкли радоваться каждой малости. В этот раз нас порадовало то обстоятельство, что горы невысокие достались.

Но и эта радость оказалась не долгой. Когда наша рота штурмовала доставшуюся нашему подразделению высотку, то была обстреляна из стрелкового оружия. Из плюсов было то, что стреляли издалека и не особо прицельно. Так что никто не пострадал.

Во взаимодействии с подразделениями Вооруженных Сил Афганистана, отрядами ХАД и Царандой подразделения нашего полка взяли под контроль подходы к мятежным кишлакам. Чтобы по возможности изолировать их общение с вредными и нежелательными элементами, которые дислоцировались в отрядах вооруженной оппозиции.

Местные официальные власти воспользовавшись искусственно созданным моментом принялись за активную агитацию и пропаганду ценностей декларируемых Народно-Демократической партией Афганистана. Старались изо всех сил. Даже привезли из соседних провинций и уездов целый ряд авторитетных старейшин и прочих людей пользующихся широкой популярностью в народе. Короче, поговорили, пообещали и постращали. Конечно, с местными авторитетами поработали более плотно. Кого привлекли к местному управлению, кого просто заинтересовали материально. Были и те кого арестовали и изолировали. В общем провели что-то вроде местной джирги, но с более широкими функциями и полномочиями.

Чтобы закрепить наметившийся успех пригнали целую колонну с продовольствием и горючим. Всем, заново проявившим лояльность к правительственной власти, повсеместно в населенных пунктах бесплатно раздавали рис, муку, жир, масло, керосин и прочие материальные блага.

К счастью вовремя принятые адекватные и соразмерные меры возымели свой успех. Пусть не навсегда, но на какой-то период цели афганских властей были достигнуты. Причём весьма малой кровью.

25 июня 1984 года по дороге из Пули-Хумри в Нахрин погиб наводчик-оператор БМП (4 мср) гвардии рядовой Иригов Виктор Зуберович. Во время боя в Баглане его БМП наскочила на фугас. Механик-водитель Валерий Никишкин получил контузию и сильные ожоги, но слава Богу, остался жив.

Броня шла забирать нас из Нахрина и по дороге нарвалась на засаду. У Вити Иригова была очень красивая, прямо какая-то необычная улыбка. И вообще он был очень позитивным и никогда не унывающим парнем. Виктор, Светлая Тебе память! Мы помним Тебя и твою улыбку!

Когда добрались до Хумрей, то узнали, что отдыха нам опять не видать как своих ушей, так как подразделениям нашего мотострелкового полка вновь предстоит отправляться в горы.

Надо прямо сказать, что очередной рейд в горный район ущелья Сейид сложился для нашего батальона не совсем удачно. Дело было в самом конце июня. Боевая операция не заладилась изначально. По не совсем известной для нас причине высадка вертолетного десанта произошла в девяти-десяти километрах к северо-западу от ранее запланированного района. А преодолеть лишний десяток километров в афганских горах - это вам не в соседний магазин за пивом сходить. Плюс к этому поперечное расположение горных хребтов на пути нашего выдвижения тоже отнюдь не способствовало быстрому и легкому выходу к намеченным рубежам. И давайте не будем забывать, что дело было летом. А лето 1984-го года даже по утверждениям местных старцев отличалось особым зноем и температурными рекордами. По причине всего выше перечисленного, пришлось основательно потрудиться, чтобы задействованные в операции подразделения нашей дивизии просто смогли выйти на рубежи выполнения своих боевых задач. Что касается нашего батальона, то ему была поставлена задача захватить и закрепиться на левом (более низком) хребте упомянутого горного ущелья. Тем самым заблокировать сверху расположенную у подножия хребта долину. И в этом деле нам улыбнулась удача, суть которой был в том, что горный хребет отбили у духов быстро и без потерь. Можно сказать с наскоку. Скорее всего противник не ожидал нас с той стороны откуда мы появились. Так как обычно штурмовали этот хребет с противоположной стороны. Только успели проверить отбитые душманские окопы и укрепления на наличие мин сюрпризов, как по нам очень "душевно" накатила собственная артиллерия. И вновь огромная удача, что обошлось без потерь. Заночевали на оборудованных по гребню хребта позициях. Ночью духи беспокоили обстрелами из стрелкового оружия, крупнокалиберных пулеметов ДШК и безоткатных орудий (китайского производства). Следующий день провели на блокировке ущелья. Наводили вертолеты и артиллерию на выявленные огневые точки душманов, вели небольшие перестрелки. Очередная ночь прошла относительно спокойно. А на утро 29 июня пришла беда откуда не ждали. Начались конкретные чудачества старшего командования. (На мой взгляд всерьёз граничащие с преступной халатностью и безответственностью). Всем подразделениям батальона было приказано оставить занимаемые позиции и спустившись вниз начать проческу кишлачной зоны, расположенной в долине. Командиры рот как могли бодались по связи со старшим командованием. Предлагали чтобы хотя бы одну из рот батальона оставили на хребте на занимаемых позициях. Так как кто-то должен был удерживать от местных опытных и весьма дерзких духов господствующие высоты. Иначе мы могли потерять контроль над всей прилегающей местностью так же легко как и заполучили. Да и вообще в случае форс мажора с превосходящими силами противника было бы кому прикрыть подразделения батальона огнем сверху и обеспечить им возможность вернуться назад на гребень. К сожалению, наших командиров быстро и грубо осадили не приняв во внимание грамотные и вполне логичные аргументы. Типа знай сверчок свой шесток. И, если понадобится, то найдем кому вас прикрыть - не лаптем здесь щи хлебаем. Ваш батальон там не один. Всё продумано и просчитано. Сил и средств хватает. Приказ начальника - закон для подчиненного. Спустились вниз. Начали проческу зеленки и подошли вплотную к ближайшему кишлачку. В первом же дувале обнаружили оборудованное гнездо для ДШК, в котором остались кучи стрелянных гильз, пустые коробки из-под лент и забытые кожаные перчатки. Пулемёт со станком, басмачи, конечно же, успели утащить. Ну, а дальше всё начало развиваться стремительно и абсолютно по тому сценарию, которого мы изначально и опасались. По нам пошёл плотный накат со всех сторон из стрелкового оружия.

Неожиданно из зарослей зеленки на нас выскакивает одно из подразделений нашего первого батальона. Бегут трусцой в колонну по одному. Впереди комбат гвардии майор Власов. На бегу кричит: "Мужики, вы как хотите, а мы сваливаем. Там духов повылезало, как тараканов у моей бабушки за печкой. А наверху-то получается никого нет! Раз вы тоже здесь! Мы тогда так понизу и пойдем. По зеленке на выход из ущелья. Пока с той стороны проход не отрезали. Если что, пристраивайтесь за нами. Не медлите!". Вот такая картина нарисовалась. А мы до этого в глубине души всё-таки надеялись, что хотя бы часть подразделений 1-го мсб находится наверху на одной из господствующих высот. В общем так весь 1 мсб и прошуршал мимо нас на выход из ущелья. Но местные басмачи тоже не сидели на месте. Они очень быстро заняли огневые позиции на склонах обоих хребтов и следом по нахоженным тропам выскочили вверх к гребням, а по ним бегом и в короткое время перекрыли ущелье на всём его протяжении. Командир взвода из 5 мср гвардии старший лейтенант Севостьянов Валентин Александрович (практически заменщик и на тот момент самый знающий и опытный офицер в батальоне) попытался со своим взводом прорваться вверх по склонам хребта. Не вышло. Зажали. А надо сказать что в подчинении у Валентина Александровича были отлично подготовленные и прилично натасканные на всевозможные форсмажорные ситуации отважные бойцы. В свою очередь для душманов данная местность была родной, а это значит, что им были знакомы каждый куст, каждый камень, каждая ямка и каждая ложбинка. Но главная сложность всё же была в том, что у противника было значительное численное и огневое превосходство. Пока Валентин Севостьянов со своим взводом отвлекал на себя и сковывал значительные силы неприятеля, в другом месте на прорыв пошла остальная часть пятой роты под командованием гвардии старшего лейтенанта Князева Сергея Николаевича. Подразделения "пятёрки", ведя интенсивный огонь, сходу преодолели почти половину склона. Парни бились как львы. Но как уже говорилось численное, огневое и позиционное превосходство были на стороне противника. Группа под командованием Князева С. Н. тоже завязла в позиционном бое, остановленная плотным огнем неприятеля. Остальная часть батальона как могла прикрывала огнём, закрепившиеся на склоне подразделения 5-й роты. Положение было сложным. Продержаться долго в такой ситуации вряд ли получилось бы. А что же старшее командование у которого всё заранее продумано и сил и средств на всё хватает? Оно ведь такое мудрое и не лаптем щи хлебает! А старшее командование сдулось, порекомендовав держаться пока они что-нибудь придумают. Тем самым показав свою несостоятельность в том, чтобы в кратчайшие сроки оказать 2-му батальону необходимую действенную помощь. Время шло на минуты, в крайнем случае на несколько десятков минут. Пока не пошли большие потери. Пока запасы боеприпасов позволяли создавать необходимую плотность огня, чтобы сдерживать значительно превосходящие силы противника.

Оставалось надеяться на чудо! И оно случилось! То, что не смогли сделать генералы и полковники, сделал простой советский прапорщик Мурсалимов Рафаил Шарипзянович. Прапорщик Мурсалимов был командиром гранатометно-пулеметного взвода в 4 мср. По причине того, что он уже достойно отслужил положенные два года и в ближайшее время ждал заменщика, Раф в этот раз не пошёл в горы и остался старшим на броне 4-й роты. А на броне, попавшего в переделку батальона, к тому времени уже знали о сложившейся ситуации и как могли спешили на помощь. Но душманы за годы войны тоже очень многому научились. А уж по минированию дорог - таких специалистов ещё поискать.

Так что, получив от своих осведомителей информацию, что скоро шурави пожалуют в их места, наставили ещё накануне на дорогах хитрых фугасов и противотранспортных мин итальянок. Организовали несколько засад в самых подходящих для этого местах. Обильно залили прилегающие к дорогам рисовые поля водой, чтобы и по ним не смогли проскочить. Короче, сделали всё возможное, чтобы максимально замедлить продвижение наших бронегрупп. Огромное спасибо нашим доблестным саперам. Наславу парни поработали. Здорово помогли. В общем многие старались. Но найти лазейку и перехитрить матёрого противника, максимально быстро прорвавшись через все заслоны, смог только Мурсалимов и часть руководимой им бронегруппы из 4 мср. Вот что такое боевой опыт в совокупности с отвагой и смекалкой. Другой скорее всего пошёл бы простым путём и завел бы броню в долину понизу, в само ущелье и попытался бы под перекрестным огнем противника, ведя ответный огонь, организовать эвакуацию личного состава подразделений батальона из ущелья под прикрытием брони. Но не так поступил Раф Мурсалимов, по всей видимости подозревая, что противник ждёт от нашего командования именно таких действий. А потому кто знает сколько управляемых фугасов могли наставить духи на входе в ущелье и сколько великолепно обученных боевиков с гранатометами сидят в засадах в укромных и заранее оборудованных для боя местах, поджидая нашу броню?

Только представьте, в тот момент когда душманы уже считали, что в этот раз победа будет за ними, что им наконец-то удалось серьёзно прищучить этих непобедимых шурави аскеров, на самый гребень хребта неожиданно выползают две коробочки БМП-2. И тут же обрушивают на головы душманов море огня осколочно-фугасными снарядами из 30 мм автоматических пушек 2А42. А следом выползают ещё две коробочки и море огня увеличивается ещё в два раза. Ну разве это не чудо?! (Остальная броня батальона подошла, к сожалению, значительно позже). Дальше дело техники. Наводчики-операторы 4-й роты не зря ели свой солдатский паёк и своё дело знали туго. Зачистили необходимый по площади плацдарм. Подавили все серьёзные огневые точки противника. Взяли под плотное огневое прикрытие коридор, по которому и смогли подняться из долины наши подразделения. Первой к контролируемому броней коридору вышла 4 мср. Не мешкая, ринулись по склону вверх к своей родимой броне. Следом за "четвёркой" к гребню хребта устремились и остальные подразделения батальона. Ситуация поменялась так быстро и кардинально на прямо противоположную, что просто диву даешься! Если бы не видел всё это своими глазами, то, наверное, усомнился бы. Но что было - то было! К сожалению, война никогда не забудет стребовать свой кровавый налог. Так случилось и в этот раз. Последней с батальона уходила из ущелья к гребню хребта 5-я мотострелковая рота. Как уже упоминалось выше, подразделения 5-й мср находились в огневом контакте с противником на довольно близком расстоянии. По этой причине, когда настало время, то разорвать с ним дистанцию оказалось не самой простой задачей. Кому-то надо было прикрывать отход основных сил роты. И только потом уже начинать поэтапно отходить самим. Командовать отрядом прикрытия остался гвардии старший лейтенант Сергей Князев. На этой операции он исполнял обязанности командира роты, поэтому принял решение, что отходить будет последним. На удачу основным силам 5-й роты под прикрытием группы Князева и весьма эффективного огня из пушек и пулеметов боевых машин "Рулетов", удалось отойти без потерь. Теперь предстояло короткими перебежками от укрытия к укрытию, используя рельеф местности отходить самим прикрывающим. Начали отход. Сперва всё складывалось удачно. Как уже говорилось, здорово выручали боевые машины 4-й роты, которые вели по духам отсекающий огонь. До гребня оставалось уже не более десятка метров, когда одного за другим ранило двух бойцов из отряда прикрытия 5 мср. Раненых бойцов вытащили. Затащили за гребень на его обратный склон, начали оказывать медицинскую помощь. Чуть ниже гребня со стороны ущелья находился только Сергей Князев. Ему оставалось буквально несколько шагов, чтобы зайти за боевую машину пехоты 4-й мср и укрыться от обстрела за её бронёй. Но тут очередь из ДШК с противоположной стороны ущелья. Одна из пуль рикошетит от брони БМП и попадает в ногу гвардии старшего лейтенанта Князева. Эх, не успел Сергей Николаевич! Самую малость не успел!

Лето, сильная жара, антисанитария, а тут перебитая кость и огромная открытая рана. Медлить нельзя, может начаться гангрена. Да, плюс ещё два раненых бойца и с той же перспективой. Эх, хорошо бы вызвать вертолёт. Но скоро начнёт темнеть. А значит вертолёт в горы не полетит. Что делать? Видно в этот день Высшие Силы избрали главным орудием и исполнителем их воли нашего боевого гвардейского прапорщика. А такое абы кому не поручат! Раф принимает решение везти раненых в Пули-Хумри прямо на взлётку на одной своей коробочке. Князева загружают в левый десант, бойцов в правый. На одной машине проделать путь, который в этом направлении остальная броня батальона так до сих пор и не осилила. А Раф таки решил рискнуть ещё раз. Ради спасения жизней дорогих Братишек! А ведь хорошо знал уже, что там впереди опять ждут мины и засады. Но он поехал! И доехал! Довёз парней живыми! И спас им жизни! Хотя дорога действительно оказалась очень не простой. То машина заглохла и никак не хотела заводиться. Истово помолились Богу! Завелась! Два или три раза по дороге нарывались на засады. Попадали под плотный перекрестный огонь. Пули клацали по броне с обоих бортов. БМП отстреливалась и шла вперёд. Выстрелы с гранатометов проходили то перед машиной, то чуть выше её. Боевая машина отстреливалась и шла вперёд! Когда доехали до места, оказалось, что боекомплект пушки и боекомплект пулемёта израсходованы полностью. Ни одного патрона, ни одного снаряда! Но ведь доехали!

Заметим что остальная броня батальона добралась до закрепившейся на горном хребте пехоты только ранним утром. И в тот день мы устроили противнику маленький Армагеддон. Сначала по указанным целям плотно поработала артиллерия, потом своё веское слово сказала авиация. Следом наступил и наш черёд. Всё что было приказано прочесали, всё что требовалось зачистили. Одним словом, пусть не сразу и с небольшой пробуксовкой, но боевую задачу выполнили на все сто.

Боевая работа в "зеленке" Сейида. На снимке группа офицеров и солдат 5 мср.

На переднем плане офицеры (слева направо): Валентин Севостьянов, Юрий Морев (арткорректировщик из адн),

Сергей Маркин, Сергей Князев. Ну что сказать про данный офицерский состав доблестной "пятерки"?

Если в трёх словах, то: "Группа заслуженных и легендарных личностей с позывным "Банан"".

Два Сереги - два друга, два гв. старших лейтенанта Маркин С. И. и Князев С. Н. (5 мср).

(Один погиб 29.01 85, второй получил тяжёлое ранение ещё в конце июня 1984 - пуля из ДШК).

Здесь запечатлён позитивный и вкусный момент той операции в районе Сейида. Уже после того как прочесали и зачистили всё, что было приказано.

Парни из доблестной "четвёрки" рядом с родимой броней - кормилицей и защитницей. "Коробочка" как раз стоит на гребне того самого хребта.

Развёрнута в сторону Сейидского ущелья. Здорово нам тогда повезло. Вовремя броня руководимая Рафом Мурсалимовым подоспела.

Мало того что прикрыла огнём плотно обложенную "духами" пехоту. Причём, появившись в самый критический момент.

Так ещё привезла кучу всяких ништяков и бакшишей, среди которых оказался молоденький любовно откормленный хозяевами барашек.

Будучи сказочно приготовленным умелыми и заботливыми руками, этот барашек оказался феерически вкусным и понравился всем.

Кстати, заодно и перипетии текущих боевых действий и прочие ротные дела и насущные проблемы обсудили.

Посиделки были без галстуков, поэтому поговорили абсолютно откровенно и без обиняков.

На снимке командир 3-го взвода, все 4 заместителя комвзводов, представители наводчиков-операторов и ротный санинструктор.

Слева направо: Владимир Мандебура, Юрий Саух, Фёдор Буженица, Владимир Щенников, Тарас Украинец, Михаил Евчук,

Владимир Казаков, Атхам Алимбаев. Начало июля 1984-го года. Бывали и на войне красивые и душевные моменты.

Один из моментов разделки того барашка. Чтобы в дальнейшем умелыми руками превратить его в супер вкусняшку.

Над деликатесом творчески колдуют Миша Евчук и Атхам Алимбаев. Сейид. Начало июля 1984-го года.

Вот так ходить в замыкании колонны. Командир гпв гв. прапорщик Мурсалимов Раф (4 мср) рассказывает

гв. прапорщику Белякову Юрию (5 мср) как подло и внезапно, "в спину" накатили по его "коробочке" "духи".

Пробоина от выстрела из китайской безоткатки хорошо видна под номером, в самом центре двери правого десанта.

Сверху заглядывает командир 6-й мср гв. капитан Левко Александр. На дворе 1984-й год.

Легендарный гвардейский прапорщик Рафаил Шарипзянович Мурсалимов в период второго захода на Афганщину.

В первый раз служил командиром гранатометно-пулеметного взвода 4 роты 149 гв. мсп (1982 - 1984 г. г.).

Во второй раз служил в Баграме старшим техником разведывательной роты (1986 - 1988 г. г.).

Обязательно хочется рассказать об одном необычном случае, который также произошёл летом 1984-го года. Героем, сотворившим чудо, был весьма яркий и талантливый человек, который не раз удивлял всех своими нестандартными решениями. Дело было в следующем. Часть подразделений первого мотострелкового батальона нашего полка попали в довольно сложную ситуацию на участке между Ханабадом и Талуканом. Зажали наших однополчан достаточно плотно. Противник имел и численное и позиционное превосходство. Спас положение командир взвода из 1-й мотострелковой роты гвардии старший лейтенант Алимов Саидкарим (более известный в части под бытовым псевдонимом "Карим"), проявив в критический момент недюжинные способности дипломата и психолога. Используя личное знание узбекского и таджикского языков, Саидкарим, обвешанный ручными гранатами, словно рождественская ёлка нарядными праздничными шарами и прикрывшись несколькими авторитетными аксакалами из ближайшего кишлака, пошёл на переговоры с главарями местных басмачей. Признав значительный перевес противника в сложившейся обстановке, "Карим" заявил, что советские солдаты и офицеры будут биться до последней капли крови и если не будет другого выхода, то героически погибнут все, стараясь убить как можно больше душманов. "А что будет потом, вы подумали?" - спросил гвардии старший лейтенант Алимов у талуканско-ханабадских курбашей. Те, понятное дело, ухмыльнулись и стали отпускать в адрес командира взвода различные колкости по поводу того, чем он сможет им навредить после того, как они ему отрежут голову и некоторые другие части тела. "Карим" дал им насладиться чувством собственного превосходства в сложившейся ситуации и твердо сказал: "Мертвый - не сможет навредить или отомстить живому. За мертвых мстят живые. Вам это самим хорошо известно. За нас - есть кому отомстить, если мы все здесь погибнем! Придут наши друзья, наши братья! "Блеск" придет, "Рулет" придет, "Банан" придет, "Ампула" придет, "Кобра" придет. Вы знаете, о ком я говорю. От них вы не сможете спрятаться, если они все будут искать именно вас. Они найдут и убьют каждого из вас! Эти шурави аскеры шутить с вами не будут. Кто тогда будет смеяться? Подумайте!". Приблизительно такими словами гвардии старший лейтенант высказал свою мысль, делая особый упор на позывные рот нашего батальона, позывной разведроты нашего полка и позывной разведывательно-десантной роты дивизионного разведбата. В успехе своей миссии "Карим" не был уверен, но хватался за соломинку, которую ему подкинуло подсознание.

Гвардии старший лейтенант Саидкарим Алимов (кавалер 3-х орденов "Красная Звезда").

Старшие "духи" подумали-подумали, пораскинули мозгами и ... дали подразделениям первого батальона уйти без боя. Они поверили словам офицера, решив, что проблем у них и так хватает, а потому, незачем будить лихо пока оно тихо.

Когда в нашем батальоне узнали подробности произошедшего, то все были крайне удивлены и смущены. Но Саидкарим - умница! Как ему в голову пришло такое учудить! Сколько жизней спас! Убедил и уболтал злыдней бородатых! Поистине случай из серии, когда и один в поле воин. Каких только чудес на войне не бывает!

1 мсб на каракамарском серпантине между Кишимом и Файзабадом.

Парни из 4 мср в районе кишлака Кучи провинции Кундуз. Лето 1984 года.

На фото: А. Абдуллаев, В. Дубровин, В. Щенников, И. Искандеров, М. Шипило,

А. Бубенок, И. Гилязетдинов, М. Евчук, Ю. Жиганов, а также местный бобо с осликом Буху.

Летом 1984-го года (после того как вернулись с Панджшерской операции) по решению старшего командования в основном "талашили" вычисленные ранее "злачные места", по которым полку приходилось работать в предыдущие годы афганской компании. К примеру, во время плановой операции в Кишиме (которая проводилась в два этапа), снова побывали в горах к югу от долины Машхад. Не обошли стороной и печально известную (по операции 1980-го года) местность расположенную в 3-4 километрах к северо-западу от кишлака Яварзан. Но в этот раз, учтя предыдущий горький опыт, обошлись, без каких бы то ни было трагических последствий. Упомянем, что и на этом боевом выходе 2-му мсб довелось полазить по горным хребтам над Яварзанским ущельем и над ущельем Карасдех. Гвардейцы 149-го сходу оседлали перевал Тешкан и затем, осуществив блокировку местности сверху, прочесали группу кишлаков Порани, Кашу и Дехустоян. Затем, заняв господствующие высоты вдоль ущелья Гурисанг, кундузские мотострелки тщательно "пропылесосили" и это "веселенькое" ущелье. Не избежал данной участи и воинственный кишлак Воджиб. Анализ ошибок, допущенных нашими однополчанами при ведении боевых действий в этой местности в июле-августе 1980-го, возымел свое действие. В этот раз местные душманы получили хорошую трепку и лишились нескольких "жирных" складов с оружием и боеприпасами.

Группа офицеров и солдат 5-й мср. На боевых действиях в очередной "зеленке".

Присутствуют офицеры: Валентин Севостьянов, Виктор Виноградов, Юрий Морев (арткорректировщик).

У минометчиков доблестной 2-й миномётной батареи выдалась возможность "заморить червячка".

В боевом подразделении гв. старшего лейтенанта Ванюшкина дружно воюют и дружно трапезничают.

Правильный моральный климат в коллективе поддерживает замкомвзвод гв. сержант Таукан Атмурзаев.

А на заднем плане матушка-пехота уже двинулась дальше, занимать очередные господствующие высоты.

Доблестные "Кроты" из 149 гв. мсп. На броне начальник инженерной службы полка гвардии майор Савченко Николай Иванович.

На переднем плане гвардейские саперы: Шурыгин Юрий, Хомиков Владимир, Вахрамеев Вадим, Скачков Сергей.

На войне дважды два - не всегда четыре. Может быть и три, а может и пять. Изредка бывают случаи что выходит семь, а иной раз и вообще единица или даже ноль. Так что далеко не всё что в обыденной жизни давно известно и поддается простому расчёту и логическому анализу столь же просто решается в боевой обстановке. Особенно в её самые критические и экстремальные моменты. На войне своя особая логика. Поэтому счастлив тот воин, который её понимает. И даже Боевой Устав отнюдь не догма, а всего лишь руководство к действию. Так сказать, тот самый "скелет" на который каждому командиру ещё только предстоит нарастить необходимое в каждой конкретной ситуации индивидуальное "мясо и мышцы". Не забыв, конечно, добавить элементы нестандартного мышления и творческого подхода.

Даже не сомневайтесь, что работа боевого офицера очень даже креативная и творческая. К сожалению, не все это понимают.

Хочу рассказать вам историю, которая произошла 41 год назад. История простая, вроде бы дважды два, похожих на войне случалось множество. Но, как нынче модно говорить, в ней есть свои нюансы. Наверное поэтому она до сих пор периодически всплывает в моей голове и подбрасывает поводы для тех или иных размышлений. И как показало время не только меня одного не отпускает эта история. Дело в том, что на периодических встречах однополчан то один из моих парней, то другой, тоже вспоминали отдельные моменты того события. И видно было по эмоциям, что некоторые обстоятельства произошедшего до сих пор их напрягают, будоражат сознание и не дают покоя.

Судя по всему пора наконец-то придать гласности основные подробности тех событий. Возможно тогда отпустит. Как говорится: "Лучше поздно - чем никогда!". Впрочем, может быть и: "Всему - своё время!".

Дело было на ханабадской дороге в августе 1984 года. Столько времени прошло поэтому не удивительно, что многие даты можно воспроизвести лишь с приблизительной точностью. В общем "броня" нашего полка двигалась в сторону Талукана. Как это часто бывало, местные душманы соорудили засаду по обеим сторонам дороги. Но на этот раз засели на более продолжительном участке и не жалели не только патронов, но и кумулятивных гранат из РПГ (ручных противотанковых гранатометов). Подобная расточительность душманов не без оснований наводила на мысль о свежем караване с оружием и боеприпасами. Мы как обычно - 30 мм пушки 2А-42 как и положено "ёлочкой", увеличили скорость и дистанцию между "коробочками". Пехота через верхние люки десантных отделений переместилась вниз под защиту брони. Продолжаем движение в заданный район и отстреливаемся на ходу из всего имеющегося в наличии вооружения. Короче, действуем как уже не раз в аналогичных случаях. За штурвалом "бэхи" гвардии рядовой Алексей Кондратов или в просторечии "Кондрат" - один из лучших и опытнейших "механов" в батальоне.

И вдруг "Кондрат" резко бьёт по педали тормоза, естественно со всеми вытекающими последствиями для ведущих ответный огонь "пассажиров" четырнадцатитонной "коробочки". Командир взвода сверху с командирского места на башне выразительно и вопросительно смотрит на водилу (сидящего в своём люке по-походному). Тот с не менее выразительным выражением лица показывает в сторону левой обочины. Там в 4-5 метрах от дороги, укрывшись от пуль за невысоким (50-60 см) глинобитным заборчиком лежит на боку раненый советский воин и машет поднятой вверх рукой. Второй рукой он зажимает кровоточащую рану в левом боку. Ситуация!

Лейтенант, мгновенно оценив происходящее, выкрикивает вводную: "Забираем раненого с обочины. Действуем по отработанной схеме". Затем отдает приказ с распределением обязанностей: "Иванов, Сорока со мной! Остальные прикрывают!". Тут же хлопает наводчика-оператора по плечу и громко отдает распоряжение: "Вася, доложи "Рулету" причину остановки". Спрыгивает с машины и бросается к раненому солдату. Назначенные бойцы спрыгивают следом за своим командиром и тоже подбегают к найденному сослуживцу. То, что я с близкого расстояния наблюдал тогда на протяжении всего нескольких мгновений, потрясло меня до глубины души и осталось в моей памяти до настоящих дней. Меня тогда сильно поразили и взгляд, и общее выражение лица того найденного парнишки. Но в особенности взгляд - столько в нём всего было. Такая глубина, такой трагизм и вместе с тем и удивление, и потрясение, и проблеск появившейся надежды, и много чего ещё такого к чему я просто не могу подобрать нужных слов. Просто космос какой-то! Причём, скажу честно, я несколько раз пытался это сделать, но, нет, всё не то. Всякий раз получалось лишь какое-то отдаленное подобие не отражающее истинного смысла того, что я тогда увидел. По этой причине я пришёл к выводу, что это почти невозможно описать словами - это надо увидеть. Возможно кто-то и смог бы, но у меня, извините, не получилось. В голове тогда промелькнула мысль: "Слава Богу, что "Кондрат" увидел его и остановился!". Потом этот, потрясший меня, взгляд не раз и не два снился мне ночами, преследуя меня в различных кошмарных сюжетах про войну.

(А после трагедии, произошедшей с нашей ротой на Кунарской операции в мае 1985 года, эта тема получила своё неожиданное развитие. Но об этом я расскажу чуть позже).

Двое поднимают раненого и бегут с ним к машине, третий прикрывает из автомата. Ещё один боец изготовился сверху на броне, чтобы помочь быстрее поднять раненого найденыша на "коробочку". Наводчик-оператор гвардии рядовой Василий Ткачук и остальные, находящиеся на боевой машине бойцы, ведут интенсивный ответный огонь по неприятелю, засевшему в укрытиях по обе стороны от дороги. "С какой роты, боец?" - успеваю спросить его на ходу. Солдат называет своё подразделение и с какой он машины. Подбежали к "бэхе", затащили спасённого воина на броню, с брони тут же переместили его в левое отделение десанта.

Сделали остановку всего на несколько секунд, но этого хватило, чтобы за нами с дистанциями в 25-30 метров между машинами остановилось ещё 5-6 "коробочек" нашей роты. На всякий случай поясню: чисто теоретически они, конечно, могли поехать дальше. Ширина дороги вполне позволяла это сделать. Могли! Но сделали так, как их учили.

Со всех упомянутых боевых машин практически непрерывно велась прицельная стрельба по неприятелю. В результате получилось, что по сидевшей в засаде у этого отрезка дороги басмоте всё это пусть и непродолжительное время выплескивалось просто море огня.

Понятное дело, что следом, за спасающей раненого бойца, второй тормознула ещё одна "коробочка" моего взвода. Командиром на ней был гвардии сержант Михаил Евчук, наводчиком-оператором гвардии рядовой Константин Аржерусов, а механиком-водителем гвардии рядовой Андрей Яценко. Эти парни, как и все остальные воины находящиеся на той боевой машине, великолепно знали своё дело и хорошенько "подсыпали острого перца" неприятелю. Даже одно то, что башня с автоматической пушкой и пулемётом на второй БМП была направлена на противоположную сторону дороги, нежели на нашей "коробочке", уже имело огромное значение для подавления огневых точек противника. А 30-миллиметровая автоматическая пушка в умелых руках - страшное оружие. (Огромное спасибо и низкий поклон тем, кто догадался установить упомянутую пушку на боевую машину пехоты данного образца). Когда за моими двумя остановилось ещё несколько "коробочек" нашей роты, с не менее обученными и слаженными экипажами, и принялись так же усердно поливать огнем предполагаемые места нахождения огневых точек неприятеля, думается что боевой настрой ханабадских боевиков малость поутих. Во всяком случае в этот промежуток времени о не наспех прицельной выверенной стрельбе с их стороны вряд ли можно говорить. По факту получалось, что, все остановившиеся "коробочки" "Рулетов", прикрывали себя, нас и друг друга.

После того как все кому следовало оказались на борту, наша боевая машина без промедления рванула с места, чтобы не служить противнику неподвижной мишенью к которой душманы, несмотря на упомянутые выше обстоятельства, всё же смогли хорошенько пристреляться. И то сказать, что всё это время пули градом долбили по броне с обоих бортов бээмпэшки. Не знаю сколько их было на самом деле, но лично я успел засечь три кумулятивных гранаты выпущенных по нашей удачливой "бэхе" из ручных противотанковых гранатомётов, которые к счастью не попали-таки в намеченную цель. Одна граната прошла чуть выше, над самым ребристым листом нашей "коробочки". Вторая зацепила хвостовым оперением за глинобитный заборчик у дороги и ушла в сторону. Третья была пущена с противоположной стороны от ханабадской трассы и, зацепив ветку дерева, ушла вверх. (Хвала Всевышнему и Ангелам Хранителям нам от Него ниспосланным!). Проехали всего 250-300 метров и снова Лёха резко дал по тормозам. На этот раз показывает на дорогу перед собой. В нескольких метрах перед машиной простыней раскинулась карта, склеенная из 9 листов. Спрыгиваю с машины, хватаю карту в охапку, быстро сминаю её в кучу до малых габаритов, запрыгиваю с ней назад. Не забывайте, что интенсивный обстрел продолжается. Пули часто клацают по броне, по асфальту на дороге. Разрывные противно щелкают с характерным только для них звуком. Не знаю какие Силы Небесные уберегли меня тогда. Но не попали. Даже лёгкого ранения не получил. Фантастика! Лёха "Кондрат", получив от меня команду на возобновление движения, давит по газам. Срываемся вперёд на максимально возможных оборотах. Успеваю увидеть как через то место, где только что стояла наша "коробочка", проходит очередная граната из РПГ. И снова пронесло! (Спасибо, Господи, что не дал нам погибнуть в той переделке!).

Раненому бойцу промыли рану, обработали антисептиком, вкололи промедол. Позже, когда душманская засада осталась позади и наша рота, организовав боевое охранение, остановилась в "зелёнке", спасённый нами однополчанин рассказал каким образом он попал на обочину ханабадской дороги. Оказывается перед началом обстрела он сидел сверху на броне "коробочки" своего командира роты. Внезапно "духи" открыли шквальный огонь и наш найденыш на беду сразу же получил пулевое ранение. Инстинктивно схватившись за место ранения, он тут же потерял равновесие и слетел, с увеличившей скорость командирской машины, на дорогу. Хорошо, что вроде бы ничего не сломал и не потерял сознание. Хотя ударился очень сильно. Дальше он перекатился с дороги на обочину и дополз до глинобитного заборчика. На его удачу мы проезжали мимо и за штурвалом БМП сидел гвардии рядовой Алексей Кондратов. (Видно не зря в честь одноименного Святого говорится - Алексей, человек Божий). Когда изначальный шок немного прошёл с пострадавшим парнем случилась истерика. Он громко выкрикивал фразы хриплым голосом и размазывал слёзы по щекам:

"Я кричал и махал рукой, но все проезжали мимо. Хотя я ведь лежал совсем рядом с дорогой. Неужели они меня не видели? Ведь с несколькими механиками я даже встречался взглядами! Как будто я превратился в невидимку! Я их вижу, а они меня нет! Мой автомат там на броне остался. Мне и отбиваться нечем было. Я даже стрелять по "духам" не мог! Да, пехота вела огонь по врагу, ребята искали цели в "зелёнке" по сторонам от асфальта. Они, наверное, не могли меня видеть, но механики ведь смотрели вперёд на дорогу. Я же был в поле их зрения! И никто не остановился. Вся наша рота проехала мимо. Потом за ней ещё одна проскочила. И тоже никто не остановился. Мне стало так страшно! Я стал молиться Богу, как мог. Я же не знаю как правильно. Никогда не ходил в Церковь. Я просто просил, чтобы Он меня спас. Ещё две или три машины проскочили мимо. И тут ваша БМП летит на скорости. Только успел подумать, ну эта точно не остановится. А механик резко по тормозам. Спасибо, что не дали мне погибнуть! Спасибо, что спасли меня!".

И это была вполне нормальная реакция организма после такого жёсткого стресса, связанного с крайней опасностью для жизни. Даже хорошо, что не стал держать в себе, а эмоционально выплеснул всё наружу. В противном случае в дальнейшем с наибольшей степенью вероятности могли бы произойти более серьёзные последствия для здоровья.

Предполагаю, что "духи" всё же видели тот момент, когда раненый в бок солдат упал со своей машины. Но достаточно здраво рассудили, что от них он уже никуда не денется. А пусть ка пока послужит нам в качестве приманки. Авось кто остановится! Вполне логичным продолжением данного предположения было бы то, что их курбаши перебросил на этот участок засады дополнительные силы. Во всяком случае не менее двух гранатомётчиков - как пить дать. Вероятно что-то похожее могло произойти и рядом с потерянной картой. Лично мне кажется, что подобные действия душманского руководства были бы вполне логичны и уместны.

Карта, которую я забрал с дороги, оказалась секретной картой с нанесённой кодировкой "по зверям" и со всеми вытекающими за её утерю последствиями и принадлежала она командиру роты подобранного нами солдата. Конечно же, в экстремальной ситуации всякое может произойти и от подобных неприятностей никто не застрахован. Это же, извиняюсь, не по пьяни где-то секретные документы профуфанить. Но в данном случае опять же есть свои нюансы.

Когда появилась возможность я в относительно спокойной обстановке связался по радиостанции с потерявшим бойца и карту командиром подразделения и спросил все ли "карандаши" у него на месте. Не потеряли ли кого? Отвечает: "Все на месте, никого не теряли. Всё нормально, проблем нет!". Хотя как я понимаю тот офицер должен был бы уже "бить в набат".

Хорошо знаю, что у командира роты всегда забот и хлопот невпроворот! Поэтому он в той ситуации мог и не заметить как с его машины слетел раненый подчиненный. Но этот боец был же не один на командирской "коробочке". В конце концов механик-водитель и наводчик-оператор по любому были там в наличии. И рано или поздно должны были обнаружить пропажу сослуживца. Почему никто не доложил командиру роты что потеряли бойца? Возможно побоялись по какой-то причине. Но по какой? Что за обстановка в боевой рейдовой роте? Непонятно! Насколько было бы проще, если бы вовремя спохватились. Далее оповестили бы по связи, что потеряли "карандаша". У кого есть возможность заберите! Если уж их рота уже проскочила дальше. Вполне житейская ситуация. Так я ему чуть позже, в надежде, что наконец-то обнаружили исчезновение солдата, говорю: "Не переживай, твой "карандаш" у нас. Правда немного трёхсотый, но вся необходимая помощь оказана и при первой возможности мы его эвакуируем на вертушке в медсанбат". А он мне в ответ опять: "Повторяю, у меня все "карандаши" на месте. Всё нормально!".

Прямо скажу, мне такое отношение к подчиненным очень не понравилось, поэтому про карту я промолчал. Пусть, думаю, помучается, попереживает.

Операция закончилась успешно. Прочесали ханабадскую и талуканскую "зелёнки". Немного потрепали духов и прищемили им хвост, который они пытались по началу распушить. С чувством выполненного долга вернулись в пункт постоянной дислокации. Мы свои секретные карты все сдали. А карта того офицера ещё у меня. Жду развития ситуации.

Вечером подходит ко мне один, уважаемый многими и мной лично, офицер и говорит: "Володь, я понимаю, говно человек и офицер хреновый, но сам знаешь подразделение-то боевое, заслуженное и славу свою и заслуги боевые ещё задолго до прихода этого фанфарона получило. А пятно на всю роту, а то и на весь батальон ляжет. Чем бойцы и все остальные офицеры виноваты, что им такой несуразный крендель после замены предыдущего командира достался. И ведь и в этот раз все боевые задачи выполнили на загляденье. Правда, не благодаря, а вопреки. Но закваска и подготовка сам ведь знаешь от кого и откуда. Так что прошу, отдай мне карту. Не ему! И не ради его блага. Мне отдай! Ради роты!".

"Тебе отдам, конечно! Не проблема! Если бы он от своего бойца не отказывался, давно бы уже у него была. Один вопрос: откуда узнал, что карта у меня?".

"Ха! Откуда? Сам не знаешь у кого язык за зубами не держится? Правда, поведал мне под большим секретом. Чтобы я никому ни-ни. Но я-то, сам понимаешь, как раз тот, кто не хотел бы, чтобы эта информация ещё куда-нибудь уходила".

"Всё ясно! Значит опять Геша проболтался. Но, в этот раз может оно и к лучшему. Пошли. Отдам пропажу!".

Так прозаично тогда закончилась эта непростая история. Подвесив в воздухе множество вопросов, однозначные ответы на которые я не могу найти по сей день.

К сожалению, я даже не помню ни имени, ни фамилии того, спасённого нами парня. Это само собой не главное и он, конечно же, представлялся. Но в ту пору происходило такое множество ярких и неординарных событий, что память не удержала этой информации.

Я очень благодарен Высшим Силам и Судьбе, что тогда всё произошло и закончилось именно так - как это произошло и закончилось.

Представляете, если бы тогда в перестрелке я потерял кого-то из своих бойцов? Даже одного! Любого! Это был бы тяжкий крест, который мне пришлось бы нести всю оставшуюся жизнь. Такова участь каждого боевого командира, принимающего то или иное решение на войне! Ведь все, кто был со мной на машине, были уже не чужими для меня людьми. Я побывал с ними во множестве различных переделок и сложных ситуаций, мы с ними прикрывали друг друга в боях, делились последним сухарем и глотком воды. Никто из них ни разу не смалодушничал, не бросил и не подставил в бою товарища. Это были лучшие мои бойцы! И я серьёзно рисковал их жизнями ради спасения абсолютно незнакомого мне человека. Возможно и лучшего из людей, но с которым мы прежде ни разу никак не пересекались по жизни и тем более по судьбе. Человека, которого потеряло и бросило в беде его родное подразделение. Про которого забыл, а позже отказался его собственный командир роты. А мои парни, не раздумывая, под градом пуль ринулись его спасать.

А теперь представьте, что хотя бы одна из трёх, упомянутых мною, кумулятивных гранат попала в намеченное противником место? А если бы попали все три? Ведь они были так близки к этому. Тогда, включая меня, возможно погибли бы восемь человек из 3 мотострелкового взвода 4 мср и раненый боец тоже скорее всего погиб бы.

Такие вот вопросы сами собой всплывали в моём мозгу, хотел я этого или нет. Подброшу ещё одну темку для размышлений. Попробуйте обрисовать все исходные данные произошедшей истории бездушному искусственному интеллекту. И задайте вопрос: "Как рациональнее и правильнее всего поступить в сложившейся ситуации?". Как вы думаете, каким будет ответ? А что вы надеялись услышать от искусственного создания в котором нет не только души, но ещё и напрочь отсутствуют такие важнейшие человеческие понятия как совесть, стыд и сострадание? Только прикиньте какие "чудеса" можно наворотить, когда абсолютно нет ни стыда, ни совести, ни реального милосердия. Про веру в Бога я вообще молчу! И ещё один слегка каверзный вопросик. А как вы думаете, какие инструкции существуют касательно аналогичных ситуаций в меркантильных и всё сплошь просчитывающих армиях западного образца? Будут ли они рисковать жизнями солдат целого отделения и закреплённой за ними дорогостоящей боевой техникой ради спасения одного раненого рядового солдата, тем более из чужого подразделения. Не в бравурных фильмах с непобедимыми положительными героями, спасающими всё и всех, а в реальной жизни. Ведь как давно известно: жизнь и кино - это две большие разницы. Я лишь коснулся некоторых, возможно не самых важных и не самых острых вопросов, которые открывает затронутая в данном повествовании тема, преднамеренно оставив широкое поле для мыслительной деятельности читателя. А тут, от широты фантазии, до, извините, - у кого чего болит. От конкретных вопросов поднятых темой рассказа, до более широких и глобальных. К примеру, о брошенных ветеранах афганской и чеченской войн. Что прямо скажем прозвучало бы особо актуально в год защитника Отечества. А кто-то возможно взглянет и ещё более широко - о брошенном народе страны, несмотря на красивые и благостные картинки, показываемые в телевизоре. В общем индивидуальных взглядов и мнений здесь не перечесть. Как говорится, кто во что горазд. Палитра вольно или невольно затронутого может быть широка и глубока.

Если кому любопытно, то с офицером потерявшим бойца и карту я не раз виделся на встречах однополчан. Нет, ни в Афгане, ни после, не разу он не вспоминал при мне подробности тех событий. Исходя из этого, становится ясно, что так и не поблагодарил ни меня, ни моих бойцов. Нет, не за карту! Карта что - бумага, пусть хоть и тысячу раз секретная! Хотя ведь тоже - расписывался и отвечал за неё один, а свою дурную голову под пули за её возвращение подставлял совершенно другой. И как показала последующая жизнь - отнюдь не самый умный и расчётливый. Тем не менее повторяю, речь здесь не о карте, а о спасенной человеческой жизни. Вот за неё - за спасенную жизнь своего бойца стоило бы поблагодарить. За жизнь подчиненного, за которую обязан нести ответственность каждый офицер и по закону, и по уставу, и перед своей совестью, и тем более перед Богом - каких бы высоких должностей он не занимал. Я вполне допускаю, что тот офицер даже уже и не помнит всей этой истории из-за её малозначительности для него. Вот если бы тогда потерянная карта не нашлась, тогда скорее всего точно бы запомнил.

И ещё. Очень бы хотелось, чтобы тот раненый воин прожил длинную, интересную и достойную жизнь. Говорю об этом абсолютно честно и откровенно.

Ведь ради его спасения я рисковал жизнями лучших своих солдат. И к сожалению, не всё прошло для них настолько гладко насколько мне этого хотелось бы. Некоторым из них посчастливилось проскользить по самому краю в той экстремальной ситуации. К примеру, Григорий Чекина получил (пусть и не самое тяжёлое) пулевое ранение в левую руку. Но в данном случае обязательно стоит учесть, что вражеская пуля прошла совсем рядом с Гришиным сердцем. А Лёхе Кондратову - одному из главных действующих лиц в этой истории, вражеский снайпер удосужился прострелить шлемофон. Для ясности поясню. У "Кондрата" была любимая привычка залихватски сдвигать свой шлемофон на затылок. То есть немного вверх и назад. Кроме этого по вполне объяснимым причинам он даже под самыми лютыми обстрелами всегда водил свою "коробочку" сидя по-походному. А при таком раскладе вполне естественно, что значительная часть его головы выступала над люком механика-водителя. Душманский снайпер удачно прицелился и попал в надетый на Лёхину голову, торчащий из люка шлемофон. При этом голова механика прилично дёрнулась, как это часто и бывает в подобных случаях. Естественно шлемофон был пробит навылет. В нём остались входное и выходное отверстия. Одна незадача для неприятеля и к счастью для Алексея - его головы под пробитой пулей частью шлемофона не оказалось. Эти несколько сантиметров спасли нашему отважному Лёхе жизнь. Конечно, "Кондрат" получил лёгкую контузию и шейные позвонки какое-то время беспокоили его болевыми ощущениями. Особенно при поворотах головы в стороны. Но по сравнению с тем худшим, что могло бы произойти - можно сказать что он отделался лёгким испугом. И поэтому, учитывая всё сказанное выше, обидно было бы узнать, что человек ради которого нами было предпринято столько усилий не дай Бог спился (или ещё чего похлеще) и просто спустил отпущенный ему Божий дар "в унитаз". Не приведи, Господи!

В любом случае, ни я, ни мои ребята никогда не пожалеем, что поступили так, как мы поступили, несмотря на все существующие расчёты, соразмерные пропорции, рациональные поступки и логические умозаключения. Помните, что на войне дважды два - не всегда четыре. А то с развитием искусственного интеллекта, принимающего решения за людей, у парней попавших в одиночку в сложную или тем более безвыходную ситуацию совсем не останется шансов на спасение.

А вот с картой, как мне сейчас кажется, я тогда здорово погорячился. Не стоила эта бумага такого риска. Механик-водитель всего лишь обратил моё внимание на важный объект на дороге. И уже я сам принял то решение, которое принял. Но не забывайте, что мы с парнями только-только перед этим скакали под пулями у обочины и по этой причине я весь ещё был на адреналине. А когда в молодом сильном организме адреналин хлещет через край, то очень сложно удержать себя в рамках максимально продуманных действий. Кроме того я не знал чья это карта. И это ведь тоже имеет своё довольно важное значение.

Если вам интересно как бы я поступил сейчас в тех же обстоятельствах. Отвечу!

Я бы дал команду "Кондрату": "Вперёд! Дави её в лоскуты!".

Экипаж машины - боевой. "Коробочка" "Рулета-3" в живописной ханабадской "зелёнке". На дворе август 1984-го года.

На броне в основном бойцы 3-го взвода, но подскочили на "огонёк", а точнее на арбузок, да ещё и на ханабадские персики

дюже глазастые и нюхастые парни из 2-го мотострелкового взвода.

Присутствуют: Василий Сорока, Владимир Щенников, Владимир Ильенков, Василий Иванов, Василий Ткачук (наводчик-оператор),

Игорь Явный (стоит), Пётр Кириченко, Георгий Лисевич, Алексей Кондратов (мехвод). (Сверху. Слева-направо).

Снимок сделан то ли на следующий день, то ли через день, после истории, произошедшей на ханабадской дороге.

Той самой что рассказана выше.

Хитро прищурил глаз командир 4 мср гвардии капитан Перятинец Александр Григорьевич. Позывной "Рулет". Уезд Ханабад август 1984-го года.

После боя не грех перекурить. "Всё хорошо - что хорошо заканчивается!".

Правда, к сожалению, не для всех. В том бою рядом с "Григоричем" на броне находился арткорректировщик из полкового дивизиона.

Им был начальник разведки артиллерийского дивизиона гвардии старший лейтенант Малоголовый Владимир Алексеевич.

Володя Малоголовый не раз и не два ходил корректировщиком с нашей ротой. Был настоящим профессионалом своего дела.

Когда бронегруппа 4-й роты проскочила обстреливаемый участок дороги, Владимир Малоголовый как сидел позади капитана Перятинца,

так и продолжал сидеть, слегка прислонившись спиной к башне. Командир роты о чём-то заговорил с Владимиром Алексеевичем,

а тот молчит. Не отвечает. Александр Григорьевич повернулся к нему и дотронулся рукой: "Володь, чего молчишь?".

А старший лейтенант Малоголовый завалился на бок. Лицо бледное, глаза открыты, но уже не дышит.

И произошёл этот трагический случай 13 августа 1984 года. О чём однозначно свидетельствует запись в Книге Памяти.

На Владимире Алексеевиче сверху был бронежилет, но пуля, убившая старшего лейтенанта, прошла мимо индивидуальной защиты.

Она вошла сбоку с левой стороны в незащищённое бронежилетом место. Прямо в сердце! Смерть наступила мгновенно. Володя Малоголовый даже не охнул и не вскрикнул.

Он так и остался сидеть в том положении в котором сидел при жизни. Светлая Тебе память, Владимир Алексеевич!

Обещанный постскриптум истории с кошмарными сновидениями: Прежде совершенно не хотелось вспоминать об этом публично, но раз уж выдался день откровений, думаю, что всё-таки стоит рассказать. Ведь когда начинаешь откровенничать о таких вещах, то почти всегда одно цепляет и вытягивает другое, более глубокое и сокровенное. И тут либо останавливайся на уже открытом, но тогда тебя всегда будет преследовать чувство недосказанности, либо продолжай откровенничать, пытаясь раскрыть начатую тему настолько, насколько это возможно. Короче, буквально через несколько дней после того памятного боя в отрогах гор Печдаринского ущелья в провинции Кунар (произошедшего в мае 1985 года) началось, упомянутое выше, неожиданное развитие прежнего кошмарного сюжета, преследовавшего меня в сновидениях. Мне снова снится раненый боец на обочине дороги. Мимо него вновь проносятся, не останавливаясь, машины. Картинка с бойцом приближается и я опять вижу это выражение лица и этот неимоверный взгляд. Его лицо всё ближе и ближе. И тут шок! Взрыв мозга! Я понимаю, что это моё лицо! Да, моё лицо, но застывшее со знакомым мне выражением и взглядом того парня! Братцы, да это же я и есть! И тут меня охватывает сильный страх. Я начинаю щупать руками рядом с собой, пытаясь нащупать свой автомат. Неужели я здесь без оружия, совсем один, всеми брошенный и забытый? Затем я вижу как через кустарник ко мне крадутся вооружённые "духи". Их много! Я оглядываюсь по сторонам и снова судорожно ищу свой автомат, но его нигде нет. Что делать? Меня охватывает ужас! Чаще всего в этом месте я просыпался. Брр-р!

Осень выдалась не многим спокойнее. Опять Талукан и Ханабад, различные окрестности Баглана: Турани, Мохаджир, знаменитые улицы Южного Баглана. Вновь богатая на засады и усеянная всевозможными минами и фугасами дорога до Кишима. Очередные боевые действия в Андарабском ущелье. Запомнилась эта осень не достаточно привычными боевыми действиями и операциями, а тем, что оказалась богатой на безвозвратные потери личного состава гвардейского полка. В начале осени из-за несчастного случая погибли четыре бойца из личного состава полковой разведроты. Чуть позже 17.09.84 в Баглане геройски погиб начальник штаба 1-го мотострелкового батальона гвардии майор Мурад Узанович Кожанов. Светлая ему память!

Для тех, кто не в курсе сообщаю, что сентябрь 1984 года вошёл в историю Афганской войны (1979-1989) как месяц с наибольшими безвозвратными потерями за все девять лет той военной компании. В этот наиболее печальный отрезок времени погибло и попало в плен 304 советских военнослужащих.

Буквально через месяц тяжелую утрату понес 2-й мсб. 16 октября 1984-го года в сбитом над Багланом вертолете погибли и сгорели 14 человек. Вместе с экипажем вертолета (3 человека) не стало практически всей пехоты третьего взвода 6-й мотострелковой роты (во главе с замполитом (ЗКРПЧ) гвардии старшим лейтенантом Василием Ивановичем Хоркуца). Героически погибшие гвардейцы 6-й роты ранее были подчиненными и воспитанниками недавно заменившегося в Союз гвардии старшего лейтенанта Зарифова Рената Сагитовича.

Гвардейцы 6-й роты погибшие 16.10.84 в сбитом над Багланом вертолете Ми-8 (отважные парни в составе вертолетного десанта спешили на выручку подразделениям полка, ведущим тяжелый бой с противником).

1. Гв. ст. лейтенант Хоркуца Василий Иванович зкрпч 6 мср погиб 16.10.84.

2. Гв. мл. сержант Юраш Борис Владимирович командир отделения 3мсв 6мср погиб 16.10.84.

3. Гв. мл. сержант Белошицкий Василий Николаевич командир отделения 3мсв 6мср погиб 16.10.84.

4. Гв. рядовой Шевченко Виктор Васильевич пулеметчик 3мсв 6мср погиб 16.10.84.

5. Гв. рядовой Трещев Игорь Николаевич стрелок 3 мсв 6 мср погиб 16.10.84.

6. Гв. рядовой Гриб Михаил Степанович снайпер 3 мсв 6 мср погиб 16.10.84.

7. Гв. рядовой Пелых Владимир Владимирович снайпер 3 мсв 6 мср погиб 16.10.84.

8.Гв. рядовой Петренко Николай Андреевич стрелок-гранатометчик 3мсв 6мср погиб 16.10.84.

9. Гв. рядовой Габралиев Мудар Могиевич стрелок 3мсв 6мср погиб 16.10.84.

10. Гв. рядовой Бубняк Ярослав Иосипович снайпер 3 мсв 6 мср погиб 16.10.84.

11. Гв. рядовой Юсупов Ибодулло Абдурасулович стрелок 3 мсв 6 мср погиб 16.10.84.

Светлая Вам память, Братишки!

Слева направо: Витя Шевченко, Василий Хоркуца и Миша Гриб - все трое погибли 16.10.84.

Сгорели в сбитой над Багланом "вертушке". (6 мср позывной "Ампула").

Пулеметчик гвардии рядовой Трещев Игорь Николаевич (6 мср).

Погиб 16.10.84.

Снайпер гвардии рядовой Пелых Владимир Владимирович (6 мср).

Погиб 16.10.84.

Гвардии старший лейтенант Василий Хоркуца с местным активистом и с гвардии рядовым Михаилом Гриб. Лето 1984-го.

Вместе с Василием погибли почти все бойцы из пехоты 3-го взвода 6 мср и экипаж МИ-8.

Очень сложно было опознать погибших. Например, Василия опознали только по сохранившимся характерно

сломанным борцовским ушам и по подошве сапога на толстой микропоре. Такая вот печальная история.

Ноябрь тоже не стал исключением в череде тяжёлых потерь текущего года. 11-го ноября в провинции Баглан на очень мощном фугасе подорвалась боевая машина разведывательной роты. Погибло шесть человек.

Подрыв разведчиков на фугасе

1. Гв. лейтенант Кильдышев Юрий Викторович командир 1-го рв рр

2. Гв. мл. сержант Филин Олег Анатольевич командир отделения рр

3. Гв. рядовой Балобан Виктор Матвеевич механик-водитель БМП рр

4. Гв. рядовой Вильгоцкий Валерий Васильевич наводчик-оператор БМП-2 рр

5. Гв. рядовой Слизов Сергей Владимирович разведчик рр

6. Гв. рядовой Стратин Борис Виорелович механик-водитель БМП рр

Светлая Вам память разведчики 149-го.

С 18.10.84 полк вновь вел боевые действия в районе Андарабского ущелья. Снова блокировка господствующих высот. Проческа горных кишлаков и поиск схронов с оружием по всей протяженности горных хребтов окаймляющих Андарабскую долину, а также по всем известным более мелким ответвлениям от основного ущелья. Упомянем что наши усилия и в этот раз оказались не напрасными. Было уничтожено несколько десятков вражеских боевиков, а также обнаружено и захвачено 6 вражеских схронов с оружием и боеприпасами.

149-й в живописной долине Андарабского ущелья. Октябрь 1984-го года.

Наступил январь 1985-го года и командование дивизии, не мудрствуя лукаво, решило провести повторную операцию в районе Ишкамыша. По всей видимости надеясь повторить, а то и превзойти успешные результаты предыдущего года.

По прежнему опыту было известно, что хорошо организованная разведка противника не позволит нашим подразделениям достичь скрытого наземного выхода на блокирование. Поэтому как и прежде решено было блокировать противника силами тактических воздушных десантов, а затем уже уничтожить его фронтальным наступлением наземных сил.

Следовательно опять десантирование с вертолетов в заснеженные зимние горы. Знакомое по 1984-му году барахтанье по пояс в снегу. Взятие укрепрайона и центра по профессиональной боевой подготовке мятежников. И как ожидалось вновь богатые трофеи.

После нанесения авиационных ударов по местам наиболее вероятного расположения живой силы противника, немного восточнее Карабулак, Марзек и Фулоли-Пайн-Бала был по возможности скрытно высажен тактический воздушный десант в составе 783-го орб. Практически одновременно в район 4 км западнее н. п. Ишкамыш - высадился десант 2-го мотострелкового батальона. После высадки 2-й мотострелковый батальон под командованием гв. майора Гайдая Ивана Владимировича разгромил противника в опорном пункте Кучи и в 4 часа 30 минут, соединившись с подошедшей бронегруппой под командованием командира 5-й роты гв. старшего лейтенанта Виноградова Виктора Иосифовича, приступил к рейдовым действиям в направлении Аликутан - Бадгузар с целью уничтожения складов с оружием и боеприпасами. Противник, пытаясь вести сдерживающие действия, одной частью сил отошел в горы, другой частью сил сосредоточился в кишлаке Ишкамыш. Было известно что там и располагался основной учебный центр мятежников.

В это время 1-й мсб под командованием гвардии майора Фёдорова Александра Михайловича, используя успех 783-го орб и 2-го мсб, также по возможности скрытно подошел к кишлакам Карабулак и Марзек, а затем внезапным ударом уничтожил противника в этих опорных пунктах. Затем, развивая успех, 1-й батальон к 12-ти часам вышел к Ишкамышу с юга. Силы мятежников оказались блокированными с трех сторон. После 15-минутного огневого налета артиллерии оба мотострелковых батальона во взаимодействии с разведывательным батальоном и при поддержке звена боевых вертолетов МИ-24 перешли в атаку и к 14-ти часам разгромили противника в упомянутом населенном пункте. Потери мятежников составили не менее 130 человек убитыми и около двух десятков пленными. Было захвачено большое количество оружия и боеприпасов.

Во второй половине дня наблюдатели из 4 мср обнаружили довольно приличную группу всадников. Ими оказались местные душманы, которым удалось не попасть в поле нашего зрения на начальном этапе операции. Но по-видимому, к этому времени они решили, что оставаться на равнине больше нельзя. Тогда упомянутые ишкамышские боевики попытались верхом на лошадях на максимально возможной скорости пересечь заснеженную долину и скрыться в горах. Отряд вражеской кавалерии насчитывал более пятидесяти человек.

Им наперерез выскочили несколько "коробочек" (БМП-2) четвёртой роты. Наводчики-операторы открыли огонь из автоматических пушек и пулемётов.

Душманский конный отряд тут же рассыпался на мелкие группы, которые пытались уйти в разных направлениях. Но и эта хитрая уловка не сильно им помогла. Смертоносный металл настигал их повсюду.

В обнаружении и уничтожении кавалерийского отряда неприятеля наиболее отличились наводчики-операторы 4-й мср гвардии рядовые Аржерусов Константин и Аникеев Сергей.

Следом, за уже упомянутыми успешными действиями, нашим 2-м батальоном был заблокирован и взят штурмом кишлак Бурка.

4 мср на этой дивизионной операции командовал гвардии капитан Перятинец Александр Григорьевич, 5 мср командовал гвардии старший лейтенант Виноградов Виктор Иосифович, 6 мср командовал гвардии капитан Левко Александр Васильевич.

Суровая реальность зимних гор. Присел на камушек командир 6-й роты гвардии капитан Левко Александр Васильевич.

Позывной "Ампула". Ишкамышская операция январь 1985-го года.

Круче гор могут быть только горы, по которым ходили зимой. На снимке офицеры 2 мсб.

Слева направо: Айболит 2-го мсб Виктор Пряднев, следом командир 6 мср Александр Левко,

правее зкрпч (замполит) Геннадий Брицко, далее командир 1-го мсв Виктор Фурман,

за ним арткорректировщик из полкового адн (?) (6 мср позывной "Ампула").

Ишкамышская операция январь 1985-го года.

Мимо "новогодней" ёлочки и вниз. А спускаться, братцы, порой даже посложнее, чем подниматься будет.

Но снежные горы уже жутко утомили и душа равнины просит.

Наконец-то спустились. Вышли на броню защитницу и кормилицу, которая моментами была милей, чем дом родной. Отсюда и

радость и энтузиазм. А также всевозможные шутки и прибаутки. (Саша Левко покушается на "неприкосновенность" Вити Пряднева).

Ишкамыш январь 1985-го года.

В конце января нас снова ждал вечно стреляющий Баглан.

Как это часто бывало всё началось с малого. Произошла небольшая перестрелка в районе кишлака Мохаджир. Наши парни из 3-го батальона, находясь в засаде, обнаружили перемещение небольшой группы неприятеля и открыли по врагу огонь. Ясное дело, что в ответ им тоже прилетело. Ну и началось.

"Слово" за "слово", чем-то по столу, а в ответ "цветочные горшки" в ход пошли. Короче, зацепили якорем за большую корягу! Так мелкая стычка переросла в полномасштабную дивизионную операцию.

И эта боевая операция проводилась по всему Центральному и частично по Южному Баглану. По той причине, что в пешем порядке или на броне подобраться к интересующим командование дивизии "особо злачным местам" незаметно и внезапно было невозможно. Так как система наблюдения, обнаружения и немедленного предупреждения была организована противником на высоком уровне. Пришлось как и прежде во всех подобных случаях использовать высадку вертолетного десанта. Данный прием был давно отработан. "Вертушки", двигаясь на небольшой высоте, появлялись почти мгновенно (так как издалека их было не видно, а если и слышно, то непонятно откуда и куда летят). Не садились и часто даже не зависали над одним местом, а просто очень медленно двигались в 1,5-2 метрах над землей и в это время полным ходом шла высадка десанта. Всё происходило быстро и слаженно по натренированной схеме. В этот раз высаживались на обширные рисовые поля в районе Центрального Баглана.

Хотя вроде бы появились и высадились внезапно, но враг, как оказалось, не дремал, а по сему тут же попали под огонь противника из стрелкового оружия. Патронов неприятель совершенно не жалел. Так что вдоволь наползались по рисовым чекам по-пластунски. Вести бой подобным образом нам пришлось около часа. Выручила во время подоспевшая броня 2-го и 3-го батальонов. Под её прикрытием удалось занять несколько близлежащих дувалов и соседнюю зелёнку. Закрепившись на местности и выявив многочисленные огневые точки душманов, принялись наводить артиллерию по координатам целей. И надо сказать наша "арта" отработала великолепно. Полковые самоходные артиллерийские установки вышли на прямую наводку и принялись нещадно долбить по выявленным огневым точкам неприятеля. Результативная работа артиллеристов несколько поумерила боевой задор багланской басмоты и плотность огня с её стороны значительно снизилась. За что всем причастным к этому благому делу парням огромное человеческое спасибо. Чтобы довести успешно начатое до полного ума вызвали вертолеты огневой поддержки. 24-ки подошли через несколько минут и закружили в своей фирменной карусели. Но "духи" тоже не растратили свой боевой кураж до конца и закусив удила, продолжали биться не считаясь с потерями. Короче, заруба пошла серьёзная. А ведь буквально накануне командир 7-й мср гв. капитан Владимир Минеев обращал внимание выше стоящего командования на важную информацию полученную из местного ХАДа. Там помимо прочего говорилось о том, что на днях в район Центрального и Южного Баглана с Панджшера пришло не менее 150 боевиков вооруженной оппозиции ИОА (Исламского Общества Афганистана) с целью активизации боевых действий. Иными словами Ахмад Шах Мосуд решил влить "свежую кровь" в боевые отряды багланского душманского сообщества, чтобы помимо всех прочих очевидных выгод ещё и значительно укрепить свое влияние в провинции Баглан. Надо отметить, что присылаемые Мосудом бойцы всегда отличались приличной боевой подготовкой и значительной стойкостью в бою. Но старшее командование по всей видимости не отнеслось к этой информации с должной серьёзностью. Восприняв её как ещё один фейк порожденный в недрах госбезопасности Афганистана. И правду сказать ложная информация из ХАДа шла в больших количествах. И ей было никого не удивить.

В конечном итоге в этот непростой, но результативный день противник понес очень значительный урон. Кишлак Мохаджир и все прилегающие к нему более мелкие населенные пункты были отбиты подразделениями 149-го гвардейского мсп. Но к глубокому сожалению и наши потери тоже оказались очень весомыми.

29 января 1985 года в районе Центрального Баглана при штурме кишлака Мохаджир геройски погибли в бою: замполит 5-й мср гвардии старший лейтенант Сергей Игоревич Маркин и замполит 7-й мср гвардии старший лейтенант Виктор Петрович Забобонин. В том же бою погибло несколько бойцов срочной службы.

Гвардии старший лейтенант Маркин Сергей Игоревич.

Серёга Маркин летом 1984-го года.

Сергей Игоревич Маркин был очень уважаемым в полку офицером. Дружбы с ним искали многие. Но далеко не каждый удостаивался этой чести. Его по праву считали Совестью всего второго батальона. Потеря любого сослуживца трагедия. А такого как Сергей - трагедия вдвойне! Когда вспоминаешь о нём, то слова сами по себе невольно складываются в рифму.

Баглан - запахом опасности встречает снова.

Тишина огнем из-за дувалов взорваться готова.

Серега Маркин здесь был выстрелом сражен.

Весь батальон тогда был горем поражен.

Ведь на участках боя, где головы не поднять,

Серега всегда был первым и этого не отнять.

Ради жизни друга, не задумываясь, рисковал,

Бойцам своей роты во всем пример подавал.

Господь не пожалел ему талантов.

Ещё в училище он выделялся из курсантов.

Никто не встречал надёжней друга,

А быть его другом - большая заслуга.

В тот день потеря не последней была,

Ещё одну скорбную весть молва принесла.

Война - есть война, а что вы хотите?

Пулей оборвало жизнь Забобонину Вите.

И вышло, как в песне Великой войны былой:

"... за Вислой сонной лежат в земле сырой

Серёжка с Малой Бронной и Витька с Моховой".

Но наши Серёга с Витей полегли на войне иной.

В другое время, в другой стране, у другой реки,

Но тоже в борьбе с "силой тёмной" погибли мужики.

И традиции прежних войн оказались не стары,

Ведь были они замполиты, а по-прежнему - комиссары.

Прощание с гвардии старшим лейтенантом Маркиным Сергеем Игоревичем у дивизионного морга.

Конечно, смогли прийти только те офицеры и прапорщики батальона у которых на тот момент была такая возможность.

Один из эпизодов штурма Мохаджира. Провинция Баглан 1985-й год.

Крайний справа командир 7 мср гв. капитан Владимир Минеев (начальник гарнизона, вечно стреляющего Южного Баглана),

крайний слева зкрпч 7 мср Алексей Барсук, в центре начальник ХАД в Баглане Барклай. Налицо реальное содружество с афганской спецслужбой на местном уровне.

Гвардии капитан Минеев свое дело знал туго и постоянно держал руку на пульсе всех происходящих на подконтрольной местности событий.

Силами 7 мср неоднократно проводил хитроумные результативные операции в Южном Баглане. Местные душманы его побаивались и уважали.

А потому этот заслуженный офицер по праву считается одним из самых легендарных командиров рот, как 3-го мсб, так и всего 149 гв. мсп.

Слева нш 3 мсб Васильев Александр Иванович. Справа комбат-3 Цапаев Дмитрий Алексеевич. Центральный Баглан 1985 год.

В начале февраля 149-й гвардейский принимал участие в операции в горах Айбака провинции Саманган. 5 февраля в хитроумную засаду противника попала 3-я мотострелковая рота. В ожесточенной схватке с врагом погибли 4 солдата из личного состава подразделения. В этом же бою был тяжело ранен командир 3 мср гв. капитан Силин Сергей. Тем не менее, благодаря тактически грамотным действиям роты, удалось вскрыть оборону противника, избежать больших потерь и выполнить боевую задачу части. В тех боевых действиях наиболее отличился взвод под командованием гв. старшего лейтенанта Першина Сергея (3 мср).

Особенностью этой дивизионной операции было то, что повсюду в скалистых горах Айбака натыкались на мелкие засады. Буквально от 3-х до 6-ти басмачей устраивали засады в скалах повсюду на маршрутах выдвижения подразделений. Конечно, мы их довольно быстро уничтожали, но какой-то вред они всё-таки успевали нанести. В нашем батальоне тоже были и погибшие, и раненые.

Действуя в головном дозоре, погиб гвардии рядовой Циркин Игорь Анатольевич (5мср), который пользовался заслуженным уважением как в своей роте так и во всём батальоне.

Из Айбака на броне выдвинулись в Пули-Хумри. Следом блокирование и взятие штурмом 12 улиц Южного Баглана.

Перед штурмом каждую улицу прямой наводкой обрабатывала артиллерия. Здесь нам очень помог наш полковой артиллерийский дивизион. Экипажи 122 мм САУ "Гвоздика" отлично знали своё дело. Противнику пришлось очень не сладко, хотя он огрызался как мог.

И снова у нас потери. На 5-й улице Южного Баглана был тяжело ранен командир 1-го взвода 4 мср гв. лейтенант Липич Григорий Иванович. К сожалению, после отправки на излечение в Союз в строй нашей части он уже не вернулся.

17.03.85 в кишлачной зоне в окрестностях Кундуза погиб командир отделения 5-й мср гвардии младший сержант Калинин Геннадий Геннадьевич. Геннадий Калинин был опытным и заслуженным воином, успел поучаствовать во многих боевых операциях и не раз отличался в ожесточенных схватках с противником. За боевые заслуги был при жизни награждён орденом "Красной Звезды". Помимо этого, Геннадий был избран сослуживцами секретарём комсомольской организации подразделения. До дембеля оставалось меньше двух месяцев. Но оказалось не судьба. В тот день опытный сержант добровольно вызвался в головной дозор своего подразделения, действовавшего в гпз (головной походной заставе) батальона. Шёл впереди, соблюдая все меры предосторожности. Но всего не предусмотришь. Тем более, что противник тоже накопил не малый опыт при действиях из засад. И всё-таки гвардеец успел обнаружить затаившегося неприятеля и предупредить своих боевых товарищей раньше, чем матёрые душманы успели открыть прицельный огонь по основным силам подразделения. Это спасло много жизней. Но себя, к сожалению, героический сержант уберечь не смог. Получив тяжёлые ранения, мужественный воин продолжал сражаться с превосходящими силами противника пока не погиб от смертельного выстрела вражеского снайпера. Благодаря выигранному времени, подразделения батальона смогли перегруппироваться и при поддержке боевых вертолетов разгромить зловредную банду. За свой подвиг гвардии младший сержант был посмертно награждён орденом "Красного Знамени". Гена был родом из Чувашии. Там и похоронен.

Группа бойцов из доблестной 5-ой мотострелковой роты. Крайний справа гвардии младший сержант Калинин Геннадий.

На снимке в основном личный состав 1-го мсв. Подчиненные и воспитанники гвардии старшего лейтенанта Севостьянова Валентина Александровича.

А 27.03.85 в горах за Ташкурганом погиб в бою командир 1-го взвода 6 мср гв. лейтенант В. И. Фурман. Следом 29.03.85, действуя с разведывательной ротой и пытаясь лично уничтожить снайпера, погиб начальник разведки полкового артиллеристского дивизиона гв. старший лейтенант Сергей Иванович Пономарев (Сергей был родом из Нахичевани Азербайджанской ССР. Похоронен в городе Подольске Московской области на кладбище "Красная горка").

На той же операции был ранен в ногу гвардии рядовой Баландаев Владимир (4 мср), который был ещё молодым солдатом, но уже подавал большие надежды, хотя ему, конечно, было ещё чему поучиться у старших товарищей. К сожалению, ранение оказалось серьёзным и в строй подразделения Баландаев уже не вернулся.

На снимке офицеры и солдаты доблестной 3-й мотострелковой роты.

В начале апреля 1985-го года при проведении дивизионной операции в горной местности за н. п. Ташкурган вновь отличилась третья рота. Высадившееся вертолетным десантом подразделение двигалось по гребню горного хребта. Взвод, шедший в боевом разведдозоре, своевременно обнаружил замаскированные позиции душманов и занял оборону. Гвардии ст. лейтенант Зотов Н. В. получил от командира роты боевую задачу обойти позиции противника слева и внезапно атаковать его с фланга. Выполняя задачу, подразделение ст. лейтенанта Николая Зотова обнаружило группу душманов выдвигавшуюся им навстречу. Наудачу нашим парням удалось занять выгодные позиции, избежав обнаружения. Выждали, когда противник подошел на удобное расстояние и огнем из стрелкового оружия, к тому же не жалея используя ручные гранаты, заставили басмачей отступить вниз по склону. В ходе преследования душманов местами дело доходило до рукопашных схваток. Продолжая движение вперед, 3 мср обнаружила замаскированную базу действовавшего в этом районе бандформирования. В ходе короткого ожесточенного боя часть бандитов была уничтожена, а 15 членов банды были взяты в плен с оружием в руках.

Награждение отличившихся. Награду получает наводчик миномёта (2-я миномётная батарея) гвардии рядовой Христофоров Алексей Валентинович.

Алексей погиб 25.05.85 в тяжёлом многочасовом бою у горного кишлака Коньяк в провинции Кунар.

По завершению работы в горах за Ташкурганом, нас вновь ожидал давно заслуживший недобрую славу Сейид. А в этой, изрядно уже знакомой горной местности, без перестрелок и внезапных ночных нападений и засад со стороны дюже агрессивных местных душманов не обходилось ни разу.

Спасибо вертолетчикам! Высадили в горах точно в запланированном районе. Прямо тютелька в тютельку.

Благодаря этому силами вертолетного десанта сходу штурманули нужный горный хребет. Быстро и без потерь.

Броня батальона тоже сработала наславу. Вовремя вышла к упомянутому горному хребту и удачно оседлала его.

Для полного счастья в этот раз, учитывая весь предыдущий опыт боевых операций в этом районе, нам удалось поднять на гребень занятого пехотой хребта не только броню 4-й роты, но и самоходные артиллерийские установки нашего полкового артдивизиона, объяснив им где и как надо подниматься. А с таким мощным прикрытием нам и сам черт был не страшен, не то что местная борзая басмота.

Самоходки артиллерийского дивизиона (149 гв. мсп) вылезшие на гребень горного хребта.

Операция в районе Сейида. Апрель 1985-го года.

К слову сказать, наши полковые артиллеристы поработали в этих горах наславу. Гасили "духов" прямой наводкой так, что только "пух и перья" во все стороны летели. Закошмарили всерьёз и быстро дали потерявшей прыть басмоте понять, кто здесь хозяин.

Конечно же, что греха таить наши наводчики-операторы БМП-2 тоже не ударили в грязь лицом. Показали противнику возможности скорострельных 30-мм автоматических пушек в полном объёме. Так что в этот раз мы не позволили сейидским душманам разгуляться, а сразу всерьёз осадили их и нанесли им весьма ощутимый урон. Уцелевшие местные боевики на какое-то время разбежались по известным им глубоким норам зализывать свои телесные и душевные раны.

Из наводчиков-операторов 4 мср в лучшую сторону отличились гвардии рядовые Аржерусов Константин, Аникеев Сергей и Костин Игорь.

Затем на обратном пути подразделения полка провели успешную операцию в Южном Баглане. Следом реализация разведданных в зеленке за Алиабадом. Заодно помогли афганским соратникам провести призыв в народную армию. Далее ещё одна реализация разведданных в междуречье рек Кундуз и Ханабад в Кундузской зеленке. Оттуда выдвижение на северо-восток от Кундуза и "талаши контрол" группы кишлаков: Кучи, Кубаи и Муллахейль.

8-го мая 1985 года 3-й взвод 4 мср, действуя на двух БМП-2, по стечению некоторых неблагоприятных обстоятельств попал под сильный обстрел из наспех устроенной засады на Ханабадской дороге. Дело было возле известного дурной славой кишлака Мулла-Гулям. Хорошо, что "броня" мотострелкового взвода двигалась на приличной скорости и задумка душманов подорвать одну из "коробочек" на управляемом фугасе, а затем расстрелять всех из засады - не увенчалась успехом. Ответственный за подрыв басмач неудачно рассчитал поправку на скорость и по этой причине замкнул контакты электрической цепи на долю секунды раньше. (А всё потому, что механик - водитель (коим по воле случая оказался заместитель командира взвода гв. сержант Барлык Ишаулов), идущей в замыкании БМП-2, в отличие от своего коллеги, проскочившего старую воронку от разорвавшегося фугаса на приличной скорости, неожиданно для всех и возможно даже для себя самого, вдруг резко притормозил почти у самой её кромки). Взрыв произошел не под днищем машины, а практически под или же прямо перед выдающимся вперед наклонным броневым листом "коробочки". Мощной взрывной волной многотонную боевую машину подняло на дыбы как необъезженного коня. Через несколько мгновений сила земного притяжения вспомнила о своих правах, и "коробочка" клюнула задранным носом вниз. На наше счастье, не потерявший сознание и присутствие духа гвардейский сержант, почувствовав, что "гусянки" его "ласточки" вернулись на твердую опору, тут же "втопил газ до полика" и "бээмпэшка" во все свои лошадиные силы рванулась догонять, уже притормозившую было боевую "соратницу". На счастье, в момент взрыва с машины никто не слетел и плотный огонь из стрелкового оружия также не нанес серьёзного урона личному составу мотострелков. Правда "коробочку" и её "пассажиров" закидало землей и кусками асфальта. Кого-то слегка контузило, кому-то набило синяки и шишки, кто-то получил легкие касательные ранения. Но всё это такие мелочи по сравнению с тем, чем данное происшествие могло закончиться.

Да, опять, трудно даже уже сказать в который раз, нарвались на засаду на ханабадской дороге, да ещё и вновь у пресловутого Мулла-Гуляма. Но в этот раз в отличие от некоторых предыдущих случаев можно сказать что сами напросились. Если уж откровенно! Всё изначально пошло не по установленным правилам и в противовес существующим инструкциям. Дело было после 16 часов дня, что справедливо считалось уже поздноватым для подобных поездок. Тем более что перед нашим незапланированным дефиле этот участок дороги даже не проверялся сапёрами.

Напрашивается вопрос! Как вообще такое могло произойти? Что, "ланцепупы", совсем страх потеряли? Да, нет не потеряли! Просто один офицер в послеобеденное время, которое скорее уже близилось к вечернему, вдруг случайно посмотрел на часы и вспомнил, что он давно уже должен был быть на блок-посту у кишлака Баги-Мир. Так как был назначен туда ответственным на все праздничные дни в честь 40-летия Победы в Великой Отечественной Войне. Где находится этот Баги-Мир тот офицер знал в очень общих чертах. Типа с правой стороны неподалеку от выезда из Кундуза в восточном направлении. Пробелы с ориентировкой возникли у этого офицера по той причине, что он совсем недавно был переведен из другого батальона и по дороге возле которой расположен данный кишлачок никогда не ездил. В момент снизошедшего на него озарения, данный гвардии капитан находился на территории комендатуры города Кундуза. Куда попутно заскочил ещё накануне. Так сказать на "пару часиков". В это же время помимо части 9-й роты в комендатуре находились пару взводов 4-й мср. Так как в связи с Великим праздником 4-я рота была отправлена в Кундуз для усиления охраны важных объектов находящихся на территории города.

Ну вспомнил капитан о служебном долге! Зачем же горячку было пороть? Подошёл бы к командиру 4-й роты, объяснил ситуацию! Отвезли бы мы его с ветерком туда, куда его так внезапно и настойчиво позвал воинский долг. Доставили бы в лучшем виде! Так нет! Куда же нам без приключений? Короче, капитан, никому ничего не сказав, подходит к понравившейся ему боевой машине четвёртой роты, залезает в люк механика-водителя, заводит БМП и уезжает. Солдаты пытались было выяснить, какой жареный петух так неожиданно клюнул этого вроде бы серьёзного на вид офицера, но были посланы в давно известном направлении. А что поделаешь? Начальство! Тут же, не мешкая, к командиру взвода подбегают несколько бойцов и наперебой докладывают о случившемся. Лейтенант с группой подчиненных запрыгивают в другую машину и бросаются в погоню. Сначала у преследователей ещё теплилась надежда, что капитан грешным делом просто решил прошвырнуться по кундузским дуканам. Ан нет! Всё оказалось гораздо серьёзнее. В общем "кино и немцы!".

Причём сначала мы на полных парах крайне удачно "долетели" до танковой роты, которая располагалась в ханабадской крепости, расположенной у самой дороги. Ну вроде и так повезло. Без стрельбы, без подрывов, без потерь - пора и честь знать. Остановитесь, заночуйте! Тем более что командир танковой роты любезно принял нас и очень душевно предложил погостить. Также он предложил сразу же связаться с охранением в Баги-Мире и объяснить сложившуюся ситуацию. Следует добавить, что командовал тем охранением в предместье Кундуза гв. старший лейтенант Билык Олег, который был опытным офицером так как ему оставался всего месяц до замены. Конечно, он бы легко сориентировался в сложившейся ситуации и не стал бы подставлять заблудившегося праздничного ответственного. Всё бы прошло тихо, мирно и без последствий. Так нет, из-за безответственного упрямства пришлось ехать назад в упомянутое предместье, где как Вы уже знаете и располагался, кому-то так сильно понадобившийся, кишлачок Баги-Мир.

Когда ехали к Ханабаду видели в спешке брошенные у обочины дороги велосипеды, а также много гружёных всяческой неизвестной нам поклажей осликов, хозяева которых тоже предпочли не попадать в поле нашего зрения. По этой причине ослики мирно стояли вдоль дороги, где-то по одному, где-то по два, а где-то по три и даже по четыре в связке, представляя собой небольшие микрокараванчики. Живописная картина распростершаяся перед нашими глазами наводила на мысль, что никто из завсегдатаев местной "тусовки" не ожидал нашего столь дерзкого появления, да ещё в такой неурочный час и столь малыми силами.

Тем не менее местные бандиты на всякий случай наспех сварганили засаду в районе Мулла-Гуляма и активировали ранее установленный ими управляемый фугас, посадив подрывника к устройству замыкающему контакты. Кто знает, а вдруг у этих неадекватных шурави хватит "ума" поехать назад. И ведь хватило!

Мало того, что вляпались в засаду, так ещё и автоматическую пушку 2А42 (нашу палочку-выручалочку) на одной из машин заклинило напрочь, причём в самый неподходящий для этого момент. (Как позже выяснилось причиной оказался небольшой заводской брак). Поэтому пришлось довольствоваться лишь башенным пулеметом. Ну что тут скажешь? Явно не наш день!

Этот неординарный случай довольно подробно и весьма эмоционально вспоминает в своём письме (своему заменившемуся в Союз командиру взвода) гвардии старший сержант Дауд Джамбеков. Дауд был непосредственным участником обсуждаемого здесь события, так как на тот момент исполнял обязанности наводчика-оператора на одной из задействованных в той "весёлой" поездке машин.

Письмо сержанта раскрывает и объясняет суть тех не совсем ясных моментов, которые могли возникнуть в связи с прочитанным выше. Становится понятно как, почему, зачем и откуда. (Вы найдёте публикацию упомянутого письма в тексте чуть ниже).

Позже было много желающих посмотреть на огромные вмятины оставленные взрывом управляемого фугаса на переднем наклонном броневом листе пострадавшей "коробочки". Да, броневой лист тогда серьёзно покорёжило, но не пробило. Удивительно!

А ведь всё могло бы произойти так же, как произошло с этой "коробочкой". Какие-то малые доли секунды уберегли тогда от страшной трагедии.

Ничего не поделаешь против мощного фугаса броня бессильна.

Приблизительно так выглядит БМП-2 полностью укомплектованная для ведения боевых действий.

Письмо, полученное в 1986 году, заменившимся в Союз командиром взвода от своего заместителя гвардии старшего сержанта Дауда Джамбекова - ставшего за свои боевые заслуги и неординарные способности толковым сержантом из обычных рядовых солдат. В письме есть информация как о событиях происходящих в 1986 году, так и воспоминания об обсуждаемых здесь событиях произошедших в 1985 году.

Привет из Афганистана!

Здравствуйте, товарищ старший лейтенант.

Пишет вам ваш бывший зам. ком. взвода Дауд. Письмо ваше получил, и мы очень обрадовались, что вы живы и здоровы. В роте у нас пока все нормально. Только нашу роту временно перевели в Ханабад.

Там мы сейчас строим крепость и будем пока постоянно находиться там. Роту раскидали по два взвода. 3-й и 2-й взвода вместе, а 1-й и 4-й где-то километрах в двух стоят от нас.

Вы же знаете, где находится в Ханабаде танковая рота. Помните, мы туда ездили на двух бээмпэшках. Когда ехали назад, то фугасик управляемый рванул прямо под носом 48-й (! 148) коробочки. Тогда с нами ещё и капитан Дунин (ЗНШ) был поддатый. Бакшиш из третьего батальона. Он перед этим несколько дней орден обмывал. Из-за него мы все попали в эту переделку. Он всё это безобразие затеял. А нам пришлось исправлять ситуацию, чтобы спасти Дунина от верной гибели. Помните, как было? Он сел за механика, никому ничего не сказал и укатил один, да ещё газ до полика.

Он ведь тогда Ханабадскую дорогу совсем не знал, из Багланов к нам пришел. Вы тогда крепко выругались и сказали, что самого убьют и машину загубит. Хорошо еще если живым в плен не возьмут. Но всё же пожалели его. Послали одного молодого доложить ротному, а нам дали команду по коробочкам и в погоню за Дуниным. Связи то с ним не было. Оказалось, он собирался в Баги-Мир, но с похмельных глаз проскочил до самого Ханабада. Машина под ним новая была, и он выжимал из неё всё что можно не жалея. Потому догнать по пути не получилось. Помню, что 8 мая прошлого года (перед самым вылетом в Кунар) всё это происходило. Накануне Дня Победы. Командир танковой роты предложил нам остаться и заночевать, а утром обещал дать танки для сопровождения. Время уже под вечер было. Дунину тогда объяснили, что если сейчас ехать назад, то засада в районе Мулла-Гуляма сто процентов будет. Он кивал головой и соглашался. А через несколько минут опять заскочил на коробочку и в обратку. Но у нас бросать своих, даже тех, кто с головой совсем не дружит было не принято. Покатили назад. И хвала Всевышнему, что у духов тоже троечников хватало. С поправкой на скорость тот душок малость ошибся. Нервы, наверное, не выдержали. Да еще Боря Ишаулов чуток ему обломал. Перед большой ямой неожиданно резко тормознул. Первая коробочка этот участок ведь на скорости проскочила. Вот духовский подрывник и побоялся опоздать. Но бэху здорово тогда на дыбы подняло. Еще камнями и асфальтом мужиков закидало и посекло. Как только морду на землю опустило Боря сразу по газам на полную. А тут такой накат по нам с обеих сторон дороги пошел, что небо с овчинку показалось. Пришлось покрутиться, но все же отбились. Гурон тогда в люк десанта не успел спрыгнуть и круги вокруг башни наматывал, типа от пуль уклонялся. Но молодец не слетел удержался. Помню рядом с вашей головой колено антенны прострелили. Причем прямо на уровне виска. Вот уроды. Но хорошо с поправкой на скорость тоже чуток ошиблись. В общем повезло нам тогда крупно. А ведь могли все на той дороге у Мулла-Гуляма остаться. И все из-за одного мутного п...ка.

Вы, наверное, вспомнили эту историю. Вот, от танковой роты в сторону Талукана где-то будет километра три и там на сопке с правой стороны от асфальта крепость стояла. Вот мы эту крепость обделываем. В первые дни духи покоя не давали, а сейчас пока тихо, там весь наш полк стоит на блокировке. Весенники все спецы и сержанты уволились, только кто был с карантина их еще держат здесь. Машины наши все двенадцать отлично бегают. Мы получили 46-ю и 42-ю. Теперь все на ходу. Вещи дошли. Спасибо большое. Все ребята, которые вас знали, передают вам огромный привет. Если б вы знали, как вас тут уважают. Мы часто вспоминаем вас, говорим про вас, и я никогда не слышал, чтоб кто-нибудь плохое сказал про вас. Помните, когда Титков в горах на Саланге подорвался на мине и ему ногу оторвало, тогда вы стали за командира роты. С каким настроением мы ходили за вами, потому что все знали, что вы из любого положения найдете выход. Если не вы, сколько ребят в горах только на этих проклятых минах подорвались бы. Особенно в Паншере. Только пару дней назад вспоминали случай. Помните, мы тогда в горах долго были без воды, а когда спустились к речке все попадали в воду и стали пить, мыться, а у нас и так времени не было. Надо было занимать господствующую высоту, чтобы духи не зажали внизу. Вы дали команду быстро подниматься всем в верх, но многие не смогли оторваться от воды. Тогда, вы нас еще раз громко позвали, с выражениями, помните, а потом дали длинную очередь прямо над нашими головами, и никто не обиделся даже тогда. Все поняли, что, поступая так, вы прежде всего заботитесь о нас. Чтобы сохранить нам жизни. Правда, высоту мы тогда взяли можно сказать бегом. Я даже не успел понять, как оказался на верху. А сейчас не то. После того как вы с Траниным заменились, такие командиры пошли, что я с ними побоялся бы в те горы подняться. Они только уставы для мирной союзной службы знают и больше ничего. По карте вообще ни гу-гу.

На этом пока заканчиваю, не знаю о чем еще написать.

Пишите, когда у вас будет настроенье писать, мы вам всегда с удовольствием ответим.

С уважением к вам ваш бывший зам. Дауд.

07. 7. 86г. (подпись)

В середине заместитель начальника штаба 2 мсб гв. капитан Дунин Александр, справа командир 4-й мср гв. капитан Перятинец Александр,

слева командир 3-го взвода 4 мср гв. лейтенант Щенников Владимир, на башне старший наводчик-оператор роты гв. рядовой Аникеев Сергей Алексеевич.

Судя по всему Серёга хотел сфотографироваться в шлемофоне и потому торопится его надеть. Эх, жаль не успел! Парню всего восемнадцать лет, а он уже

старший наводчик-оператор в рейдовой роте. А как известно наводчики-операторы БМП-2 - это самая настоящая элита мотострелковых войск.

Ведь надо знать материальную часть и уметь уверенно пользоваться всем вооружением и радиостанцией установленными на этой боевой машине.

Кроме того в четвёртой роте каждый наводчик-оператор должен был уметь водить свою "коробочку", чтобы в случае необходимости он мог подменить

своего механика-водителя. А старший наводчик-оператор помимо всего прочего должен был ещё уметь читать карту и быть в состоянии по ней ориентироваться.

Снимок сделан у кундузской комендатуры ранним утром 8 мая 1985 года. Четвёртая мотострелковая только-только прибыла на усиление.

Восемнадцатого мая 1985 года началась крупномасштабная Кунарская операция. Было задействовано много сил и средств 40-й армии. Не обошли стороной и 149-й гвардейский мотострелковый полк. От кундузских гвардейцев старшее командование привлекло 2-й мотострелковый батальон и разведывательную роту. Для 2-го мсб упомянутая операция сложилась трагически. Никогда этот опытный гвардейский рейдовый батальон не нес таких жестоких потерь в Афганистане. Ни до, ни после.

Коллективный фотоснимок 4 мср перед вылетом на Кунарскую операцию. Май 1985 года.

Из Кабула, куда нас доставили самолетами, до Джелалабада, а затем до Асадабада шли десантом на броне "полтинника" (350-го гв. пдп). Операция была широкомасштабная. Сил было задействовано много, но для воплощения грандиозных замыслов старшего командования людей, как обычно не хватало. Поэтому, наш батальон и разведывательная рота 149 гв. мсп были временно переданы в подчинение командованию 103 гв. вдд (так сказать на усиление). Для организации взаимодействия 2 мсб и рр с частями и подразделениями в/ч пп 13879 (103 гв. вдд) была создана оперативная группа офицеров в/ч пп 82869 (149 гв. мсп). Начальником оперативной группы был назначен и. о. командира в/ч пп 82869 гв. майор Бабенко А. А., начальником артиллерии гв. подполковник Магдальчук В. И., представителем в/ч пп 82869 при руководителе боевых действий был назначен майор Софронов А. Р. Ведь не секрет, что довольно значительная часть подразделений воздушно-десантной дивизии была разбросана по различным сторожевым охранениям и заставам в зонах её ответственности. Оголять эти стратегически важные участки было неразумно. Как зачастую в подобных случаях старшее командование решило использовать мобильные подразделения 149 гв. мсп.

Немного не доходя до Асадабада кундузский батальон, получив боевую задачу, ушел в горы на первый этап операции. Изматывающая жара, нехватка воды, сплошные минные поля, вот вкратце особенности первого этапа. Спустившись вниз поздно вечером, а скорее ночью, в районе кишлака Наубад, пополнив боекомплект, запасы воды и продовольствия, мы использовали возможность поспать часа три - четыре у чужой брони. Для выполнения новой боевой задачи, с рассветом снова по незримым тропам, как в песне поется, по горам афганским вновь пришлось нам топать. По разведданным, которыми располагало старшее командование, окружающие нас горы были буквально нашпигованы душманскими складами с оружием и боеприпасами. Что было неудивительно, учитывая непосредственную близость Пакистана. От горы Навабадгар мы выдвинулись для прочески кишлака Лачак, затем по хребту к горе Валобандесар, в непосредственной близости от которой провели "талаши контрол" в группе кишлаков: Адваль, Ачаль и Гидре. В этом районе нами было обнаружено множество потайных "схронов" противника. Но только два из них были забиты боеприпасами, что называется "под завязку". Ассортимент содержимого был обычным: патроны для пулеметов ДШК, к ним же коробки для б/к с лентами, китайские мины для 82-мм минометов, 107-мм эрэсы (реактивные снаряды), противопехотные мины нескольких модификаций, ручные гранаты американского производства, множество патронов калибра 7,62 к АК, к ПК, а также патроны к английским винтовкам Lee-Enfield, более известным своим бытовым названием "бур". Склады с боеприпасами были уничтожены нами взрывным способом. Пустые "схроны" со следами спешной эвакуации их содержимого мы "на всякий случай" заминировали, оставив душманам "на бакшиш" мины - "сюрпризы".

Во многих подразделениях на 1-ом этапе операции из-за длительных переходов в полной боевой выкладке по сложной горной местности (да ещё частенько в самое жаркое время суток) стали появляться пострадавшие от тепловых ударов. По классике жанра ими в основном были наименее подготовленные бойцы младших сроков службы. Спасали тем, что, уложив в какое-нибудь подобие тени, ставили капельницы с гемодезом и другими физ. растворами. На этом поприще отличились наши доблестные медики, оперативно применив свои знания и умения. Чтобы быстрее привести в чувство пострадавших от тепловых ударов бойцов, их растирали и поливали последней сохраненной водой. Те, кто покрепче и нашел в себе силы, чтобы сберечь драгоценную воду, отдавали её физически более слабым. Реально получалось, что офицеры и старослужащие солдаты отдавали свою воду "молодым", спасая им жизни.

Далее наш путь лежал по горному хребту на север к горе Шарьяксар. В этом районе проводили досмотр кишлака Салами и его окрестностей. Так как наше присутствие в горах было давно обнаружено и главный козырь - элемент внезапности не срабатывал, мы повсюду обнаруживали пустые "схроны", также со следами спешной эвакуации их содержимого. Оставляя противнику "сюрпризы", в виде хитро установленных мин, наш батальон, получив очередную задачу, двигался дальше. Несмотря на жару и сложные горные переходы, каждый пехотинец в довесок ко всему своему снаряжению тащил на себе по две мины к 82-мм миномету "Поднос", а это дополнительные семь килограмм. На этой войсковой операции минометная батарея батальона действовала не единым подразделением, а была раскидана по мотострелковым ротам. То есть каждой мср был придан минометный взвод. Нашей роте были приданы минометчики под командованием гвардии лейтенанта Замкового Валерия Константиновича. Обязанности заместителя командира минометного взвода на этом сложном этапе исполнял гвардии рядовой Дёмин Роман. Соответственно минометчики, как и положено, тащили свои "Подносы", а гранатометчики штатные АГС-17 "Пламя". Так что двигались, мягко говоря, не налегке. Выйдя к очередному горному кишлаку, отработанным тактическим приемом блокировали местность и занимались проческой населенного пункта с прилегающими к нему территориями. Прочесав, таким образом, Айбат с его окрестностями, мы затем вышли к Дар-Керта, где в свою очередь, в соответствии с поставленной задачей внимательно досмотрели кишлак и облазили окружающие нас скалистые горы.

Когда по связи дали долгожданную команду встречать "вертушки" с водой, радости не было предела. Но как оказалось, наше ликование было преждевременным. Резиновые бурдюки с живительной влагой сбросили с "вертушек" с высоты 5-6 метров на острые камни. Бурдюки естественно лопнули. Долгожданная водица ручьями потекла по скалам и склонам, моментально испаряясь и впитываясь в землю. Вы не представляете, что выражали изможденные лица людей в эти мгновения. Некоторые из молодых бойцов, забыв обо всем, бросились облизывать мокрые скалы. Пришлось идти дальше, несолоно хлебавши.

Следует отметить, что в общем 1-й этап прошёл для нас относительно спокойно, если не считать нескольких мелких перестрелок без потерь с нашей стороны. Но Кунар, Братцы - это Кунар! И количество "нечистой силы" в этих горах таково, что проскочить без сучка и задоринки редко кому удавалось. Не минула и нас сия чаша. 22 мая почти в самом начале первого этапа при досмотре обнаруженных, оборудованных "духовских" позиций на противопехотной мине подорвался приданный 5-й роте сапер. Этим сапером был гвардии сержант Вахрамеев Вадим. В тот день 5 мср работала в головной походной заставе батальона. Происходило всё на рассвете и внизу у самой земли, было ещё достаточно темно. Но, несмотря на ранний час, парило уже прилично (не менее +40*С). Прибавьте сильнейшую влажность субтропической зоны и катящийся градом пот, который постоянно заливал и щипал глаза. Безусловно, все эти факторы значительно осложняли работу наших "кротов". Даже таких опытных и умелых как Вадим Вахрамеев, который помимо прочего был заместителем командира саперного взвода. "Вадим у нас лучший!" - говорили о нем сослуживцы из саперной роты.

Случившегося уже не изменишь. Взрывом мины парню оторвало ступню. Сержанту Вахрамееву оказали первую медицинскую помощь и на вертолете отправили в госпиталь. Хотя если доверять мемуарам некоторых высоких военачальников, наш батальон в это время находился внизу в резерве вблизи от реки, а не выполнял боевую задачу в горах. Поэтому, какие уж тут могут быть подрывы, тепловые удары, перестрелки с противником и лопнувшие резиновые бурдюки с водой. Подумаешь, что тому имеются порядка двухсот свидетелей. Такая малость для начальников с большими звёздами!

Спустя некоторое время к месту подрыва подоспел гв. лейтенант Платошкин Николай, который командовал полковыми саперами на этой войсковой операции. Внимательно осмотрев и изучив место подрыва, Николай Платошкин пришел к выводу, что его подчиненный подорвался на итальянской противопехотной мине ТS-50.

Гвардейцы 149-го в горах Кунара. Первый этап операции. 23 или 24 мая 1985 года.

С фотоаппаратом гв. майор Бабенко А. А. Решил запечатлеть местные красоты.

Хотя, наверное, Кунар той поры отнюдь не лучшее место даже для любителей экстремального туризма,

стремящихся заполучить весь широчайший набор местных туристических прелестей, включая бодрящее

и освежающее купание в местных природных водоемах.

Бойцы 4-й роты неподалеку от горы Валобандесар. Провинция Кунар 23 мая 1985-го года.

На некачественном снимке различимы: Атхам Алимбаев, Юрий Молокитин, Владимир Щенников, Усман Хантураев.

24 Мая 1985 года приблизительно в 20:30, обеспечив прикрытие выхода батальона с гор, 4-я мотострелковая рота подошла к реке Печдара в районе кишлака Вотапур. Поблизости от этого места находился штаб 103 гв. вдд (командовал Витебской воздушно-десантной дивизией генерал-майор Ярыгин Ю. В.) и полевая ставка генерала армии В. И. Варенникова, который, являясь на тот момент начальником Группы Управления Министерства Обороны СССР в Афганистане, осуществлял общее руководство данными боевыми действиями. (Основной штаб по руководству этой широкомасштабной операцией и ставка Валентина Ивановича на время её проведения находились в Асадабаде). После закончившегося этапа боевых действий личный состав батальона, будучи измотанным длительными горными переходами, рассчитывал на небольшой отдых и сон, хотя бы до раннего утра. Тем более что высокую ставку и штаб дивизии охраняли значительные силы. Но не тут-то было.

Мы успели лишь помыться в реке и вдоволь напиться, измученные длительной жаждой. Получили сухой паек и боеприпасы. Оказывается, наш командир батальона гвардии майор И. В. Гайдай ещё ранее был вызван старшим командованием для постановки новой боевой задачи. Нам предстояло снова отправляться в горы. По полученным разведданным, в районе горного кишлака Коньяк находились хорошо замаскированные, мощные хранилища с оружием и боеприпасами, которые недавно были доставлены караванами из Пакистана. Была информация, что основные силы многочисленной банды, которой принадлежало припрятанное оружие, находятся в другом месте и склады охраняют не более двадцати душманов. Изюминкой в имеющейся информации было то, что на этих складах могут оказаться ПЗРК (переносные зенитно-ракетные комплексы) "Сакр Ай" (модифицированная "Стрела-2" египетского производства), английские "Блоупайп" и даже американские "Стингеры" (что в то время казалось уж совсем невероятным). Однако многие "рейдовики" знают, что в тот период любое упоминание "Стингеров" действовало на старшее командование так же, как на котов запах валерьянки. Желание взять их любой ценой и развившийся на этой почве охотничий азарт, притупляли осторожность и отключали логику. В общем возня со "Стингерами" началась именно с 1985 года. Хотя первое официально зафиксированное результативное их применение афганскими басмачами относится к сентябрю 1986 года, а впервые взяты они были спецназом лишь в 1987 году. Тем не менее, информация о возможности их наличия у душманов пошла именно с начала 1985. А по данным, которыми располагал будущий Главком Сухопутных войск генерал армии В. И. Варенников первое применение "Стингеров" на афганской земле как раз относится ко времени описываемой Кунарской операции. О чем генерал упоминает в своих мемуарах: "Противник против нашей авиации применял большое количество зенитных средств, а севернее Асмара - даже первые в то время ракетные комплексы земля-воздух "Стингер"".

Учитывая всё, сказанное выше, понимаешь, что в ту пору командование, особенно при проведении крупных операций не жалело сил и средств, чтобы завладеть этим необычным трофеем.

Вот ещё выдержка с упоминанием о складах с оружием и боеприпасами из воспоминаний генерала: "Ожесточенный характер приняли бои в долине реки Печдара. Это очень живописное место. Многие горы имеют здесь почему-то сглаженные вершины, а кое-где - переходящие в плато. Приблизительно километрах в пяти от впадения Печдары в Кунар, справа по ходу движения (т. е. на правом берегу реки), высилась огромная скала, с которой, как с неба, сваливался водопад. Рядом стоял красивый двухэтажный домик, который резко отличался от других своим европейским видом. Вокруг зеленела довольно приличная растительность и даже несколько небольших деревьев. Но не эти красоты вынуждали душманов биться за каждый камень, а склады с оружием и с боеприпасами. Оказывается, они находились непосредственно на плато или сразу за ним, с тыльной стороны, где тоже проходили ущелья. В одном из боев за такое плато, несмотря на мощную обработку его артиллерией и авиацией, противник нас не подпускал, буквально зарывшись на кромке обрыва, откуда выкурить его было чрезвычайно трудно. Решили ночью обойти его, подняться на гору с тыла и с рассветом нанести удар".

В данном случае помимо нашего батальона к выполнению задачи привлекалось еще два подразделения - парашютно-десантный батальон из 103 вдд и разведывательная рота 149 гв. мсп. Основная задача по захвату "духовских" складов отводилась нашему подразделению. Задачей пдб и рр было: блокировать местность, прилегающую к району нахождения складов, чтобы исключить подход крупных сил душманов в период совместного выполнения боевой задачи. Нашему батальону было придано два проводника, которых командование (в лице генерала армии В. И. Варенникова) отрекомендовало, как проверенных и надежнейших агентов. Было сказано, что эти люди вот уже несколько лет являются очень ценными сотрудниками ХАДа (Афганской госбезопасности). Что от них постоянно идет много важной информации о противнике и им можно полностью доверять. Так как проводниками утверждалось, что подходы к складам были заминированы, нам было приказано воспользоваться тропой, которой пользовались для передвижения сами басмачи. Чтобы выйти на эту секретную тропку нашему батальону предстояло совершить марш в ночное время. При этом маршрут выдвижения пролегал не по кратчайшему возможному пути (по левому западному хребту Вотапурского ущелья), а в обход места выхода на конечную задачу. По той причине, что, упомянутый душманский трафик начинался с противоположной стороны от нужного нам кишлака. Вывести нас на заветную дорожку, а затем и к душманскому арсеналу было задачей приданных хадовских разведчиков. Два других вышеупомянутых подразделения получили задачу, используя более короткие маршруты выдвижения (к примеру, разведывательная рота к этому времени уже находилась на высоте 1741, и для выхода на новую задачу ей было рукой подать), оседлать господствующие над местностью высоты в районе предполагаемого нахождения складов и закрепиться на них. Чтобы исключить возможность захвата этих стратегически важных рубежей душманами и блокировать возможность подхода их свежих сил для оказания помощи своим соратникам, охраняющим арсеналы. А также, имея возможность для маневра, в случае необходимости оказать полномасштабную помощь и огневую поддержку нашему батальону. При этом одно подразделение (рр 149 гв. мсп) должно было закрепиться на высоте 2221 и прикрывать нас с её южных и юго-восточных склонов. То есть, если проецировать с нашей стороны, то прикрывать нас с севера и северо-востока. Другое подразделение (пдб 103 ВДД) должно было занять позиции по восточным склонам Панджигальского ущелья (обратные склоны западного хребта Вотапурского ущелья) по высотам 1826 и 1909, непосредственно над кишлаком Коньяк и осуществлять огневую поддержку наших рот со своих, господствующих над местностью позиций с восточной стороны. Последующей задачей нашего батальона было занятие ранее перечисленных господствующих над данной местностью высот, то есть мы должны были поменять на этих позициях тех, кто занимал их ранее. А упомянутые подразделения двинулись бы выполнять дальнейшие поставленные командованием задачи.

Следует упомянуть, как ещё до получения новой боевой задачи гвардии майор Гайдай честно доложил старшему командованию, что личный состав батальона физически крайне измотан предыдущим этапом операции и нуждается хотя бы в кратковременной передышке. Но командиры с большими звездами не захотели "услышать" комбата. Также на совещании офицеры батальона предложили свой более короткий и безопасный маршрут выдвижения на задачу (непосредственно по вышеназванному восточному хребту, который выводил прямо к кишлаку Коньяк кратчайшим путем). Данный маршрут был наиболее логичен и по имеющейся обстановке напрашивался сам собой. Но, к сожалению, этот оптимальный маршрут был отклонен, без каких бы то ни было обоснований. Начальству как всегда было "виднее". В общем, как говорится: "Гладко было на бумаге, да забыли про овраги". К примеру, позднее при обсуждении этих событий командир разведывательной роты гвардии старший лейтенант Анатолий Петрович Макаров утверждал, что не получал в тот день приказа о занятии позиций на высоте 2221 и находясь на высоте 1741 его рота продолжала выполнять задачу предыдущего этапа операции, полученную ранее. Такая вот несогласованность имела место в постановках боевых задач разным подразделениям нашего полка. Естественно, что с учётом всех событий, произошедших в тот день, подобная информация нас просто шокировала. Как и многие другие факты подробности которых мы узнали лишь спустя годы. В числе прочего нам стало известно где скрывались те нездоровые корни из которых росло полное отсутствие организации взаимодействия между задействованными в операции подразделениями нашего полка и отсюда же упомянутая выше несогласованность в постановках им боевых задач. Подробности этой информации вы узнаете чуточку далее по тексту.

Таким образом усиленная 4-я мотострелковая рота (вместе с приданными миномётчиками и бойцами приданными из 3 мср = всего 53 человека), получив боевую задачу идти вместе с проводниками первой в головной походной заставе батальона, немедленно приступила к её выполнению.

Мы вышли из места дислокации, находящегося неподалеку от временной ставки главного командования, из района между кишлаками Пероне и Шамиркот около 23-00 и сразу же провалились в кромешную тьму. Сначала шли по дороге вдоль реки Печдара, затем в районе кишлака Дергай ушли вправо в горы. А темнота в горах была такая, что не видно было даже кончиков пальцев на своей же вытянутой руке. По этой причине сделать привязку карты к местности не представлялось возможным. В такой ситуации, конечно, не сложно и заблудиться - скажете Вы. Да не сложно, если не располагать необходимыми знаниями и не менее необходимым опытом - ответим мы вам. А у нашего батальона имелись и знания, и тем более богатый опыт ночных передвижений как в горах, так и в "зелёнке". GPS-ов и прочих подобных навигаторов у нас тогда не было, поэтому начинали работать с картой заблаговременно. И тут частенько помогал СЗС (старый засадный способ). В данном конкретном случае нанесенный на карту маршрут выдвижения сначала уточнили с проводниками. Затем обозначили все углы поворотов на утвержденном маршруте. Далее с помощью курвиметра замерили точное расстояние до известного основного поворота направо. Так как ранее пользовались этим методом не раз (чтобы в ночное время практически ювелирно выходить к местам запланированных засад), то многие офицеры и старослужащие бойцы срочной службы заранее знали величину своего среднего шага. Делаем несложные подсчеты. Для этого расстояние до поворота (переведенное в метры) делим на известную величину шага. Получаем количество шагов, которое нужно пройти. У нас в роте был довольно известный советский шагомер "Заря", и мы часто пользовались им в подобных случаях. Но даже и без него совсем не проблема. Просто считали так сказать вручную. А на этот раз в Кунаре даже решили перестраховаться. Места ведь чужие, нами ещё не хоженые. Поэтому один человек шел с шагомером и на всякий случай для подстраховки еще двое сержантов из разных взводов считали свои шаги сами. Так что на проводников не особо полагались и всё перепроверяли. А потому заблудиться сами, либо свернуть не в том месте, послушавшись мнения проводников, не могли.

Шагомер "Заря"

В основном шли по правому склону, расположенного там хребта, метрах в восьми-десяти от его гребня. На пути попадались крутые, местами отвесные скалы. По ним мы карабкались почти всю ночь, оставляя последние силы. Ночь скажем вам "по секрету" не самое удачное время, чтобы штурмовать скалистые горы. На удивление никто даже не сорвался. Когда мы интересовались у проводников, что же это за тайная тропа такая, по которой все время надо карабкаться. Они отвечали, что все нормально, идем правильно - в обход.

Наш дальнейший маршрут проходил над кишлаком Панджигаль, чуть севернее его и пролегал в восточном, а ещё далее в северо-восточном направлениях. Стало светать. Пришлось сделать кратковременный привал, чтобы подтянулись отставшие. (Сгруппировать растянувшийся батальон). Ведь не успев вернуться с одного, пусть не особо длительного, но весьма насыщенного этапа, сразу же без отдыха пришлось идти на другой. Притом, что физические возможности у всех разные. Но на этот раз нелегко пришлось даже тем, кому прежде любые горы были нипочем. Что ни говори и как не подгоняй, но выспавшийся и отдохнувший боец всегда пойдет резвее себя самого - измотанного, истощенного и ниспавшего. Неожиданно от старшего командования поступила команда - прочесать и досмотреть кишлак Панджигаль, что до этого не планировалось. Одни подразделения батальона закрепились на местности и заблокировали кишлак. Другие пошли на проческу вместе с подоспевшим подразделением афганской народной армии. Всё прошло на удивление тихо и мирно без эксцессов. Правда, чуть выше кишлака в скалах нами был обнаружен, судя по всему недавно организованный, небольшой схрон с "духовским" имуществом и снаряжением: горные ботинки, куртки штормовки, спальники, пакистанские "лифчики" и прочая "сбруя". Так что между делом немного прибарахлились бакшишами. Хотя такая легкая добыча очень смахивала на обыкновенную приманку. Типа, а представляете что дальше будет.

Да, думаю обязательно надо упомянуть, что на подходах к кишлаку нашими бойцами в нескольких местах были обнаружены кучки стреляных гильз калибра 5,45. Некоторое удивление вызвало то, что гильзы были совсем свежестрелянные. Будто здесь происходил бой буквально накануне. Но при постановке задачи никто из командования об этом факте даже не обмолвился. А ведь отправляли нас в этот район и маршрут наш пролегал практически прямо через место боя. Мы доложили по связи о данной находке и попросили проинформировать "откуда дровишки". Нам сказали, что ничего об этом не знают и что попытаются уточнить. А если что прояснится, то сообщат. Но в реальности кое-какую скудную информацию об этом событии мы получили лишь спустя многие годы. Если вкратце, то в списках погибших от 25.05.85 увидели вот что:

Гвардии мл. сержант Мусиенко Анатолий Григорьевич - взвод химической защиты 103 гв. вдд.

Гвардии мл. сержант Васильев Владимир Антонович - 1-й пдб 350 гв. пдп.

Гвардии рядовой Аменицкий Роман Вячеславович - 1-й пдб 350 гв. пдп.

Гвардии рядовой Дубовской Александр Владимирович - згв 1-го пдб 350 гв. пдп.
Гвардии рядовой Погодин Евгений Владимирович - 1-й пдб 350 гв. пдп.

Погибли в бою в районе кишлака Панджигаль в ущелье Печдара провинции Кунар.

Гвардии рядовой Евсейчик Леонид Владимирович - 1-й пдб 350 гв. пдп - умер в результате теплового удара и обезвоживания организма в районе кишлака Панджигаль в ущелье Печдара провинции Кунар.

Мы можем смело утверждать, что именно 25.05.85 в районе кишлака Панджигаль эти парни погибнуть не могли. И с учётом фактора наличия множества кучек свежих стреляных гильз рискнем предположить, что эти парни участвовали в бою у кишлака Панджигаль накануне 24.05.85. И по аналогии с нашими парнями, которые погибли 25 мая, а в официальных документах числятся погибшими 26. 05. 85 день гибели этих гвардейцев также перенесли на следующий день. Судя по всему, это подразделение 350 гв. пдп нарвалось на засаду в районе кишлака Панджигаль 24 мая 1985 года.

Пройдя немного дальше, закрепились на горном участке местности и выставили охранение. Гвардии м-р Гайдай Иван Владимирович вызвал к себе командиров рот, чтобы в связи со сложившейся обстановкой уточнить задачу каждой. Соответственно позднее командиры рот поставили боевую задачу командирам взводов.

Около 9-30 25 мая 1985 года 4 мср, получив уточненную задачу от командира батальона, вышла на её выполнение согласно утвержденному ранее маршруту с неразлучными с ней проводниками. В этот раз наше подразделение было усилено еще и гранатометным взводом батальона (грв + 9 человек).

Двигалась рота (со всеми приданными: миномётчики (6) + грв (9) + 3 мср (3) + балласт в виде замполита батальона, он же единственный начальник паники (1) всего = 63 человека) приблизительно в восточном, а затем в северо-восточном направлении. Маршрут наш пролегал к месту, находящемуся немного северо-западнее кишлака Коньяк, где предположительно находились так интересующие командование склады. Шли через скалы, укрываясь за ними. Проводникам, опираясь на предыдущий опыт, никто не верил. Но отказаться от выполнения приказа, как всякое боевое подразделение не имели права. Было подозрительно, что проводники стараются вести нас более открытыми местами, объясняя, что там не заминировано и так будет безопаснее. Но мы предпочитали идти через скалы или как можно ближе к ним, практически не меняя маршрута. Думается, что подобная осторожность в дальнейшем спасла много жизней не только в нашей роте, но и во всём батальоне.

К сожалению, интуиция нас не подвела и злополучные проводники, которым так доверял генерал Варенников, сделали свое грязное дело. Как потом выяснилось, за кругленькую сумму они вывели наше подразделение на хорошо подготовленную засаду, костяк которой, судя по всему, состоял из так называемых 'черных аистов' - специально подготовленную элиту в составе кунарских душманов. Причем согласно заранее разработанному противником плану, в глубокоэшелонированную засаду должна была попасть не только рота, идущая в гпз, а весь 2-й батальон. Двигаясь маршрутом проводников, утвержденным старшим командованием, 4-я рота должна была пройти левее каменной гряды и далее левее участка местности с хаотичным нагромождением скал. Вслед за гпз (головной походной заставой) этим же маршрутом должны были проследовать основные силы батальона. Но командир взвода, идущего в брд, с учетом богатого опыта войны в горах не смог пройти мимо, не досмотрев места, так удачно созданного природой для засады. Чтобы тем самым не подставить под удар всех, кто шел следом. Доложив по связи о своих намерениях и получив утвердительный ответ от командира роты, гв. старший лейтенант Геннадий Транин приказал личному составу разведдозора выдвинуться к каменной гряде и, взобравшись на неё, тщательно осмотреть. Это решение было принято, несмотря на постоянное верещание проводников, что не надо отходить от тропы. Что повсюду на склонах, а также возле скал и камней могут быть мины. Что бисиор-бисиор командор (дословно: большой-большой командир, в данном случае имеется в виду генерал армии В. И. Варенников, который перед выходом лично определял боевую задачу и представлял "заботливых" проводников гвардейцам кундузского батальона) будет сильно ругаться, потому что дал команду двигаться к ценным потайным складам как можно быстрее и прочее подобное нытье. Когда взвод гвардии старшего лейтенанта Транина, соблюдая меры предосторожности, приблизился к вызвавшему такое подозрение участку местности. А головной дозор из трех человек уже принялся взбираться по первым камням, "духи" поняли, что сейчас будут обнаружены и что задумка: пропустить гпз батальона дальше, затаившись в укрытиях за камнями и скалами, чтобы затем обрушить всю мощь внезапного удара на главные силы подразделения - не сработала. Хотя задумано было хитро и остроумно с привлечением больших сил и средств.

Нагромождение скал и камней. Характерный участок горной местности в Печдаринском ущелье провинции Кунар.

Чтобы читатель имел представление на какой местности выполнялась данная боевая задача.

В тот момент, возможно, у некоторых из басмачей не выдержали нервы и они, чуть раньше времени высунувшись из-за укрытий и изготовившись к стрельбе, "засветили" себя, а может ими уже была получена команда на эти действия. Но огонь они открыли только после своего явного обнаружения. После того, как Вася Кузнецов подал сигнал опасности и по неудачно подставившимся "духам" были произведены первые выстрелы. Причем весь шквал огня, припасенный для основных сил батальона, выплеснулся на его головную походную заставу, а в первую очередь на взвод, идущий в разведдозоре.

Ведь если бы наша рота, "запуганная" проводниками, что всё вокруг заминировано, выдвигалась на задачу, строго используя лишь пригодную для "безопасного" передвижения душманскую тропу, то ни наш разведдозор, ни остальные силы гпз, никогда бы не обнаружили и не выявили тщательно подготовленную и замаскированную засаду. Получив информацию, что впереди всё чисто, вслед за нами на установленном удалении по "безопасной" дорожке двинулись бы остальные силы батальона. И ... вышли бы прямехонько на засаду, подпущенные к ней вплотную. При этом весь личный состав подразделения оказался бы на открытом участке местности, как на ладошке у циклопа со всеми вытекающими из данной ситуации последствиями. В свою очередь 4-я рота получила бы "достойный прием", пройдя несколько дальше с неразлучными с ней проводниками. В момент нанесения внезапного флангового удара по основным силам мотострелкового батальона "духовские" собратья, занимающие оборудованные позиции на разных ярусах по склонам высот, получили бы команду атаковать и уничтожить 4-ю мср, также находящуюся к тому времени на открытом и простреливаемом участке местности. И всё это - благодаря отличной работе двойных агентов в роли проводников. Не стоит сомневаться, что изложенное выше стало бы реальностью (причем, без приставки бы), если не бдительность и не чутьё нашего разведдозора во главе с командиром взвода гвардии старшим лейтенантом Траниным Геннадием Юрьевичем.

Поэтому, смело можем заявить, что ребята из головного дозора погибли не зря! Вскрыв засаду и пожертвовав собой, они спасли жизни многим боевым товарищам и дали возможность основным силам роты и соответственно батальона занять оборонительные позиции за камнями, за скалами, в расщелинах. Благо местность давала такую возможность.

Проводники, которым так доверяло старшее командование, воспользовавшись суматохой боя, попытались перебежать на сторону противника. Один пробежал не более 5-10-ти метров и был застрелен нашими бойцами. Второй упал, фактически добежав до душманских позиций. Его дальнейшая судьба неизвестна. Хотя многие видели, что несколько пуль попали перебежчику в спину. Так что, думается, не пошли кровавые деньги впрок последователям Иуды.

Ныне многим известен подвиг, совершенный личным составом 4-й кундузской роты. Этому подразделению в мае 1985-го года пришлось практически в одиночку, без обещанной старшим командованием всесторонней поддержки авиацией и артиллерией, принять жестокий, неравный, не менее чем 12-часовой бой на высокогорье в провинции Кунар с противником, костяк которого составляли специально подготовленные пакистанские наемники. В том бою из-за ошибок и просчетов, допущенных старшим командованием, осуществляющим общее руководство данными боевыми действиями, героически погибли 22 человека из штатного состава 4-й мср и приданного ей на усиление личного состава из других подразделений полка. В дальнейшем, чтобы скрыть свои просчеты, старшее командование попыталось всячески исказить произошедшее, переложив всю вину на командира батальона и погибшего командира роты. Вследствие этого информация о произошедшем выдавалась в изрядно измененном виде, доходя до общего пользования только в санкционированной "сверху" трактовке. О том, что случилось в реальности, тогда знали только участники и свидетели произошедшего. Одной из весомых причин, приведших к столь большим потерям, старшее командование считало то, что военнослужащие батальона были в основном без бронежилетов и касок. И уже одного этого было, по их мнению, вполне достаточно, чтобы обвинить всех командиров подразделений в таких серьезных потерях личного состава. Этот "дежурный" аргумент всегда инкриминировался в подобных случаях командирам младшего и среднего звена по всей территории Афганистана. Тем, кто знаком с данной проблемой не понаслышке известно, что при стрельбе из большинства видов оружия, применяемого душманами, тем более с близкого расстояния (из засады) эффективность данных защитных средств практически нулевая.

К примеру, при стрельбе с 300 метров даже старенький английский "бур" (винтовка "Lee Enfield") с легкостью пробивал навылет два повешенных друг на друга штатных бронежилета Ж-81 (6Б2). (Именно такие должны были быть на военнослужащих 4-й роты в том бою. Да и стрелял противник в основном ещё с более близкого расстояния). Зато маневренность и скорость перемещений, от которых во многом зависит жизнь в боестолкновении, теряется значительно, тем более, летом и в горах. На той же Кунарской операции во всех задействованных рейдовых подразделениях народ "пачками сыпался" от тепловых ударов, даже без касок и бронежилетов. О чём в своих мемуарах подробно упоминает генерал армии В. И. Варенников:

"Бои в Кунаре и, особенно в ущелье Печдара, в районах н. п. Мена, севернее Асмара, юго-восточнее Нарая приобретали ожесточенный и затяжной характер. Отмечались случаи перехода мятежников в контратаки. Только благодаря мощным и точным ударам авиации и огня артиллерии удалось сломить сопротивление. Противник против нашей авиации применял большое количество зенитных средств, а севернее Асмара - даже первые в то время ракетные комплексы земля - воздух `Стингер'. Однако у нас было много и других проблем. Май месяц оказался очень жарким. В условиях стопроцентной влажности в районе Джелалабада (в низовьях реки Кунар, откуда начиналась наша операция) температура уже в тени была плюс пятьдесят градусов, а влажность - сто процентов. Нашим ребятам, не привыкшим к высоким температурам, грозили тепловые удары. А откуда взяться тени в голых скальных горах, когда солнце в зените, а ты на вершине? Поэтому такие случаи были не единичны. И это было целой проблемой. Человека не просто надо было спасать, а оказывать немедленную мед. помощь. В таких случаях пострадавшего спускали вниз, делали это как минимум два, а чаще три солдата. Почти бездыханное тело они передавали из рук в руки, поочередно занимая новую, `ступенькой' ниже, площадку и подхватывая ношу так, чтобы не упустить её в пропасть, да и самому не свалиться. Внизу у реки его раздевали, укладывали на плащ- палатку и отливали водой. Как правило, жертвой солнца становились физически слабо развитые, неупитанные солдаты. Посмотришь на него обнаженного, - одни косточки. Просто беда! Дело еще в том, что в жару многие плохо ели. 'Не лезет и всё!' А тут еще нашу воду медики 'жёстко' хлорировали. В общем, всё было не просто. Я постоянно 'давил' на медиков, чтобы солдатам и офицерам систематически давали аскорбинку, поскольку аскорбиновая кислота является не только витамином С, но и вызывает аппетит. Из всего этого мы делали дополнительные выводы об усилении подготовки наших воинов на полигонах Термеза перед тем, как попадать к нам. Рекомендовалось также на юге и на востоке страны в летнее время, в период с 12 до 16 часов от особо активных боевых действий воздерживаться".

Но больше всего старшему командованию хотелось представить ситуацию так, что батальон, дескать, вообще заблудился и находился в неизвестном даже для себя месте, где и умудрился попасть в засаду. А по причине того, что координат он своих якобы не давал, так как сам не знал, где находится, оказать ему помощь живой силой, артиллерией и авиацией не было никакой возможности. Полный маразм. Чтобы такая ситуация возникла в реальности надо, чтобы все офицеры, сержанты и солдаты опытного боевого батальона были, как минимум, слепыми, глухими и немыми одновременно. На самом же деле, напротив, на протяжении всего боя, офицеры подразделения давали истинные координаты своего местонахождения и конкретные координаты целей для работы артиллерии. Но рота не получила ни только огневой поддержки, но и не дождалась даже пристрелочного "дымового". Тем не менее, нашлись "деятели", которые утверждали, что место выхода батальона на задачу находилось значительно дальше, в глубине Печдаринского ущелья (аж в районе Нангалама, т.е. порядка 30 км западнее) и в район кишлака Коньяк, подразделение попало "по своей инициативе", когда заблудилось.

Другие военачальники представляли ситуацию таким образом, что в упоминаемом районе горной местности весь день (25 мая) шёл длительный ожесточенный бой, который вели не "кундузцы", а совершенно иные подразделения, также задействованные в упоминаемой операции, и 2-й батальон послали на выручку "обложенным" противником подразделениям, взяв его из резерва в ночь на 26-го мая (т.е. на сутки позже реального выхода на выполнение задачи и, конечно же, подразделение было взято не из резерва). А "кундузцы", пытаясь "срезать" путь или попросту заблудившись, пошли, дескать, иным маршрутом и опять-таки угодили в засаду. Тогда в скоротечном ночном бою они якобы и понесли свои огромные потери. По указанию "сверху" даже датой гибели в большинстве похоронок обозначено именно 26 мая. Поскольку достоверно известно и документально подтверждено, что в указанный промежуток времени (25 мая) никто кроме 2-го мсб 149-го гв. мсп в обсуждаемом районе горной местности в боестолкновении (тем более длительном и ожесточенном) с мятежниками не участвовал. Получается, что кундузский батальон послали на выручку самому себе же и он умудрился вести тяжелые бои, находясь в двух местах одновременно (жалко не договорились до того, что батальон вел бой сам с собой, по аналогии с известной унтер-офицерской вдовой, которая сама себя же и высекла).

Как-то "невзначай" из официальных документов пропала информация о том, что в районе горного кишлака Коньяк кундузский батальон должен был работать во взаимодействии с двумя другими подразделениями. Упомянутые подразделения должны были блокировать господствующие высоты (2221, 1909 и 1826) в районе выполнения батальоном боевой задачи и оказывать ему (помимо огневой) всяческую иную посильную поддержку. Но, к сожалению, старшее командование не смогло организовать взаимодействие между задействованными подразделениями на должном уровне, и господствующие высоты оказались заняты не поддерживающими подразделениями, а противником. В дальнейшем при "разборе полетов" офицеров 2-го батальона спрашивали, заглядывали ли они в карты во время ночного выдвижения, чтобы правильно определиться с местом поворота вправо. Речь идет о том моменте, когда от дороги вдоль реки Печдара надо было уходить в горы. Офицеры честно отвечали, что до той поры пока достаточно не рассвело, в карты никто не смотрел. (Ссылаясь на эти показания, ряд экспертов недоброжелателей выдвинул версию, что, так как офицеры 2 мсб не пользовались картами в ночное время, то подразделение, по этой самой причине наверняка заблудилось в темноте и свернуло на 1,5 км раньше, то есть фактически на целую треть упомянутого отрезка пути вдоль реки). Здесь придется пояснить. Ночью карты ни вынимали не по причине природной лени или некомпетентности, а только потому, что реальная польза от этих упражнений равнялась нулю. Бесспорно, не большой проблемой было заглянуть в карту, хорошенько накрывшись плащ-палаткой и подсветив себе фонариком. Но как ночью в полной темноте привязать карту к местности? А темнота в горах была такая, что, как уже говорилось, не видно было даже кончиков пальцев на своей же вытянутой руке. Конечно, если объявятся "специалисты" подобные ранее упомянутым экспертам, которым удавалось сделать привязку в таких условиях, то пусть расскажут, как они это делали.

По-видимому, по причине "слабой памяти" руководители операции напрочь "забыли" и о двух проводниках - сотрудниках ХАДа (афганская госбезопасность), которых сами же придали 4-й роте, чтобы эти хадовцы провели батальон через минные поля противника и вывели к потайным, тщательно замаскированным складам с оружием: "На которых могут быть даже "Стингеры!". Мы уже упоминали, что у нашего батальона был богатый опыт ночных передвижений в горах и в "зеленке". GPS-ов и прочих навигаторов у нас тогда не было, поэтому начинали работать с картой заблаговременно, а не когда "жареный петух" в тухас клюнет. И тут частенько помогал СЗС (старый засадный способ). Повторим ещё раз, что в данном случае нанесенный на карту маршрут выдвижения сначала уточнили с проводниками. Затем обозначили углы всех поворотов на утвержденном маршруте. Далее с помощью курвиметра замерили точное расстояние до известного поворота направо. Так как ранее пользовались этим методом не раз, то многие офицеры и старослужащие заранее знали величину своего среднего шага. Делаем несложные подсчеты. Для этого расстояние до поворота (переведенное в метры) делим на известную величину среднего шага. Получаем количество шагов, которые нужно пройти. У нас в роте был довольно известный советский шагомер "Заря", и мы пользовались им в подобных случаях. Но и без него не проблема. Считали, так сказать, вручную. В тот раз в Кунаре один человек шел с шагомером и для подстраховки еще двое сержантов из разных взводов считали необходимое количество шагов сами. Так что на проводников не особо полагались и всё перепроверяли. А потому заблудиться сами, либо свернуть не в том месте, послушавшись мнения проводников, не могли.

Иные доблестные военачальники, наоборот, постарались сместить время начала боя на более позднее, чтобы значительно сократить период своего бездействия и опять же обвинить батальон в том, что в момент искусственно созданного временного промежутка он занимался неизвестно чем и умудрился отыскать приключений на свою голову и на другие, расположенные ниже части тела.

По мнению участников того боестолкновения, бой начался приблизительно в 10:37-10:38 утра. Откуда такая точность? Всё очень просто: на часах у гвардии старшего лейтенанта Транина Г. Ю. было 10:38, а на часах гвардии лейтенанта Щенникова В. В. было 10:37 (при всех вариантах неточности хода часов, в данном случае максимально возможный зазор от 10:30 до 10:43 утра не более). Что подтверждается, помимо всего прочего, местонахождением солнца на небосводе в момент начала боестолкновения. А уж с небесным светилом не договориться ни одному высокопоставленному начальнику. Ему не отдашь команду, чтобы оно светило с другой стороны. Если ему положено, находясь над линией горизонта, смещаться по направлению хода часовой стрелки на угол в 15 градусов за каждый пройденный час, то оно и будет четко следовать предписанному графику. Несмотря на всё это в ход событий вмешалось волевое решение, которое очень устраивало нерадивых начальников разных степеней и категорий, и начало боя в некоторых официальных штабных документах сместилось в диапазон разночтений от 13-00 до 14-00, то есть минимум на два с половиной часа.

Подобное смещение во времени в свою очередь подразумевает смещение солнца на небосклоне не менее чем на 37,5 градусов по дуге окружности, что весьма ощутимо и незаметно пройти никак не может. Но, по всей видимости, некоторые высокие военачальники не обременяли своим присутствием занятия по военной топографии, когда обучались в военных академиях. Основные потери убитыми и ранеными 4-я рота и приданные ей подразделения понесли именно в первые 2-2,5 часа боя и эти потери повязали роту по рукам и ногам, лишив возможности активно маневрировать. Такой вот парадокс - по "состряпанным" в штабах бумагам бой ещё не начался, а убитых и раненых в подразделении было уже, как говорится "пруд пруди". (15 убитых и приблизительно такое же количество раненых).

(Почему начало боя смещено на время не ранее, чем 13:00? Дело в том, что отсутствие арт и авиаподдержки и невозможность допроситься этой помощи на задействованных частотах радиосвязи, естественно привели к тому, что по имеющимся в заинтересованных подразделениях радиостанциям постоянно шёл запрос врио командира полка гв. майора Бабенко А. А. и начальника артиллерии полка гв. подполковника Магдальчука В. И., чтобы с их помощью организовать отсутствующее взаимодействие с авиацией и артиллерией. Но ни того, ни другого на протяжении длительного времени в эфире не было. Как говорится: а в ответ тишина. Причина их отсутствия в эфире выяснилась несколько позже. Это произошло благодаря бойцам 4 мср, которые пострадали от тепловых ударов на предыдущем этапе и потому были оставлены внизу. Тем не менее парни переживали за своих сослуживцев и потому немного оклемавшись нашли возможность послушать эфир на полковой частоте и узнать какая беда происходит с родным подразделением. Что уже много раненых и погибших в тяжёлом кровавом бою. Бросились искать Бабенко, а тот, как в воду канул. Бегали, искали, спрашивали у всех, кого можно. Нигде нет, пропал командир! Напоследок, вконец отчаявшись, решили пробежаться по берегу реки Печдара в пределах выставленного охранения. И надо же нашли, где никак не ожидали. Действительно в воду "канул". Начальство, нежась в прохладной воде, изволило отмокать и приходить в чувство после изнурительного первого этапа операции. Причём, как раз вместе с начальником артиллерии полка подполковником Магдальчуком Василием Ивановичем. Ну что тут скажешь? Все люди - всем на войне тяжело. Но, что положено Юпитеру - не положено Быку! А потому 2 мсб был отправлен в горы без малейшего отдыха и возможности восстановить свои силы, оставленные на том же сложном горном этапе. Такая вот ситуация нарисовалась. Какая уж тут помощь попавшему в засаду подразделению? Какая организация взаимодействия? Какая поддержка авиацией и артиллерией? Какой такой павлин-мавлин? Не видишь - мы купаемся!

Вот они те самые нездоровые корни, которые мы вам обещали отыскать. Помните?

"В числе прочего нам стало известно где скрывались те самые нездоровые корни из которых росло полное отсутствие организации взаимодействия между задействованными в операции подразделениями нашего полка и отсюда же упомянутая выше несогласованность в постановках им боевых задач. Подробности этой информации вы узнаете чуточку далее по тексту". Полюбуйтесь на обещанную находку!

Ладно, посадил хотя бы связистов с рацией на берегу. Или сообщил бы подчиненным, где его найти в случае крайней необходимости. Курортник х...в!

Так представляете, ещё не захотел верить, что 2 мсб в реальности ведёт тяжёлый бой и что ему нужна срочная помощь. Типа, здорово выбились из сил на первом этапе, вот и решили устроить войнушку в эфире, чтобы отдохнуть и не идти дальше. Бойцы ему: "Какие игрушки? Там уже больше десятка убитых и раненых - тоже не меньше! Кто же будет такими вещами шутить?". Еле убедили! Короче, бой начался в 10-37 утра, а нашли НШ полка (исполняющего обязанности командира части) не раньше, чем в 13-00 дня. Хотя, вышло, что, наверное, зря старались. Этот "барин" так ничем нам и не помог! Только эфир засорял своими глупыми вопросами. Такая вот печальная история!).

Где уж тут (при такой "забывчивости") старшим начальникам было вспомнить, что 4-я рота попала в засаду, следуя в гпз батальона, именно "санкционированным сверху" маршрутом, опираясь на опыт "надежных" проводников, которые на деле оказались предателями или двойными агентами. Как не назови, суть дела не поменяется. А ведь буквально накануне один из видных советских военачальников, упоминаемых выше, который до этого пользовался полным доверием у всего личного состава 2-го мсб, лично представлял пресловутых проводников кундузскому батальону. Всем присутствующим при этом, в память четко врезалась фраза, произнесенная генералом: "Это проверенные и надежнейшие люди из ХАДа. Приказываю доверять им, как мне самому". После событий, произошедших следом, этих слов не забыть никому из тех, кто их слышал, как бы этого не хотелось.

Более подробно события этого боя изложены здесь: http://artofwar.ru/s/shennikow_w_w/text_0130.shtml

Обвиняя кундузских гвардейцев в "тяжких грехах", старшее командование изгалялось кто во что горазд, даже не удосужившись договориться о выдвижении единой версии при обвинении. По всей видимости полагая, что излишне напрягаться ни к чему. "Быдло" и так "схавает". Как уже говорилось, даже время начала боя имеет как минимум три весьма несовпадающих параметра. Участники боя утверждают, что он начался в 10:37-10:38 утра 25 мая 1985 года.

При этом исходя из самых скромных подсчётов активная фаза боестолкновения длилась не менее 12, а то и все 14 часов (тут сложно определить, что ещё бой, а что уже нет, где он прекратился, а где всего лишь затих на время).

Гвардии майор Бабенко А. А. со своим штабом принял решение, что бой начался не ранее 13:00 25.05. 1985 года.

А вот штабные офицеры из ставки генерала Варенникова пришли к ещё более фантастическому выводу. По их

версии бой начался приблизительно между 1:00-2:00 ночи 26.05. 1985 года. (Хорошо хоть год и месяц совпадают).

Тем самым высокопоставленные фальсификаторы отняли как у 4 роты, так, впрочем, и у всего 2-го мотострелкового батальона целые сутки лишений и состояния смертельной опасности, массового героизма и самопожертвования, долгие часы нахождения под плотным и прицельным огнём противника и много чего ещё из перечня подобного перечисленному. То есть эти люди, которые сидели внизу в весьма комфортных для военных людей условиях, под охраной двух десантных батальонов и даже в пол глаза не видевшие того драматизма и накала страстей, которые разворачивались в смертельном противостоянии в близлежащей горной местности, сразу же по окончанию обсуждаемого противоборства пытались представить дело так, что всего этого просто не было. Даже не считаясь с мнением почти двух сотен свидетелей произошедшего в реальности. В их изложении утверждается, что наш батальон вышел на выполнение боевой задачи на сутки позже своего реального выхода и всего через три часа этого выдвижения угодил в тщательно подготовленную засаду. При этом бой был весьма скоротечным и начался, когда при выдвижении на задачу подразделения батальона, идущие в гпз, заблудившись, свернули раньше положенного и угодили в небольшое, хорошо охраняемое ущелье, где и нарвались на засаду. В скоротечном столкновении понесли большие потери и стали тут же выходить из боя. Получается фактическое время окончания боя, перевернули в его начало и следом в быстрое бесславное завершение. (Якобы всё произошло настолько быстро, да ещё ночью, поэтому старшее командование не успело организовать ни артподдержку, ни авиаподдержку и никакую другую помощь). В действительности к указанному времени начала боя (по данной версии) группа старшего лейтенанта Транина со всеми ранеными и покалеченными в бою уже вышла в район дислокации ставки генерала Варенникова. А группа лейтенанта Щенникова, которая ночью выносила тела погибших товарищей, передвигаясь по горной скалистой местности, уже подходила к позициям, которые занимали подразделения 2 мсб. Получается в то время, когда для нас длительный тяжёлый бой, который начался ещё утром 25 мая и шёл весь день, прихватив ещё и часть ночи 26 мая - только-только закончился. То по версии старшего командования напротив, мы только недавно начали выдвижение на задачу и заблудившись в ночной темноте только-только угодили в засаду.

На самом деле, оставшиеся в строю бойцы и офицеры 4 мср в районе боя находились в общей сложности целые сутки. К примеру, в 5:40 утра 26 мая гвардии лейтенант Щенников с дюжиной солдат из 4-й роты стоял на позициях противника в полный рост. Конечно, для занятия всего укрепрайона силенок у нас явно не хватало. Но большую часть позиций 1-го и 2-го ярусов удалось занять и осмотреть. Бесспорно, мы смогли сделать это, потому что душманы на какое-то время ушли. Судя по всему их руководство приняло такое решение, опасаясь, что нашим большим начальникам надоест играть с ними в поддавки и гробить своих людей. И они наконец шандарахнут по этой территории во всю мощь имеющейся в наличии авиации и артиллерии. Но наше высокое руководство продолжало держать паузу и делать вид, что подобные мелочи совершенно не заслуживают их драгоценного внимания. Вот если бы бордюры в пунктах постоянной дислокации были не побелены или кровати в палатках стояли криво, тогда да! Тогда бы всем супостатам и скрытым врагам Отечества, допустившим подобное безобразие, досталось на орехи!

Да и правду сказать, какой разумной тактической и стратегической мысли можно было ожидать от людей с большими звездами, если они, при "разборе полетов" после боя, абсолютно серьёзно задавали вопрос: "Почему вы не встали и не пошли в штыковую атаку?". А затем, сами же констатировали: "Русской штыковой атаки никто не выдерживал! Если бы вы все как один поднялись, тогда басмачишки испугались бы и разбежались, как тараканы". (И это на скалистом высокогорье. Да ещё находясь перед укрепрайоном противника!). Самые рьяные договорились до того, что "роту разогнали десять бабаев с палками, без всякого оружия" и "испуганные этими бабаями солдаты и офицеры побежали наутек, побросав оружие, раненых и убитых". Подобные высказывания ранили души, выполнивших свой долг воинов, никак не меньше, чем вражеские пули и осколки, изранившие их тела. (Конечно, мы далеки от мысли, что большая часть армейского руководства, а уж тем более в масштабе всех Вооруженных Сил состояла из старших офицеров и генералов подобного уровня. Боже упаси! Просто видимо звёзды так сложились. И нам в тот раз здорово не повезло!).

Траурная процессия движется медленно и чинно. Полк прощается с погибшими в Кунаре соратниками.

Павшим в бою однополчанам отдаются последние воинские почести.

Во чрево "черного тюльпана" загружают гробы с погибшими в Кунаре Братишками.

На командира батальона было открыто уголовное дело, которое длилось 9 месяцев - с 3-го июня 1985 года по 28 февраля 1986 года. При этом сами понимаете, на следствие оказывалось всяческое давление, чтобы оно в сжатые сроки сделало "правильные" выводы. Но честные и порядочные люди существовали везде и во все времена. Первый следователь, не желая идти на серьезную сделку с совестью, не проявил особого "усердия", "накопав" в основном по мелочи. А затем протянул дело как мог, до осени и благополучно заменился в Союз. Второй, принявший дело майора Гайдая от заменившегося предшественника, вообще не оправдал надежд руководства, оказавшись ещё более принципиальным, и довел его до логического конца с результатом обратным от ожидаемого "сверху". При ведении дела старший следователь военной прокуратуры майор юстиции А. П. Сушинин во главу угла поставил не интересы старшего командования, а собранные следствием факты, подкрепленные документами и показаниями участников и очевидцев произошедшего, проявив недюжинную активность при сборе необходимой дополнительной информации. К примеру, затребовал и приобщил к делу имевшиеся аэрофотоснимки района боевых действий, а также потребовал провести повторную оперативно-тактическую экспертизу, производство которой было поручено экспертам - старшим офицерам оперативного управления штаба ТУРКВО. (Так как следствием было установлено, что первая оперативно-тактическая экспертиза была проведена на основании заведомо ложных исходных данных). Но даже передернутые факты и искаженная информация, которые были вброшены заинтересованной стороной с началом следствия, не помешали принципиальному следователю, разобравшись во всем, докопаться до реального хода событий и сделать верные, по сути, выводы.

На основании всех собранных неопровержимых фактов следствие пришло к выводу, что к неоправданным потерям привела не "самодеятельность" и некомпетентность командира батальона и героически погибшего ротного. А наоборот, чёткое выполнение ими непродуманных приказов и распоряжений старшего командования, которое, в свою очередь, оставило без какой-либо помощи и поддержки подразделение, отправленное ими же на верную смерть. О чём следствием и было сделано частное определение, хотя и в максимально мягкой форме. Известное дело, что докопаться до всей правды следователю не позволили бы. (Ведь не зря перед следствием изначально ставили прямо противоположные задачи. Поэтому для следователя гораздо выгоднее было вообще не заморачиваться чужими проблемами, а в пользу собственной карьере прислушаться к мнению, которое настойчиво подсказывали "сверху". По понятным причинам, военачальники из касты "неприкасаемых" нигде упомянуты не были.

В любом случае надо помнить, что солдаты, сержанты и офицеры 4-й роты выполняли приказы старших начальников, причём зачастую ценой своей жизни. Но за последовавшими после боя "разборками", кто больше, а кто меньше виноват в том, что подразделение понесло такие потери, о людях совершивших подвиг совершенно забыли. Вернее сказать, их мужество и героизм, имевшие место при выполнении задачи, отправили в небытие, предварительно постаравшись побольше смешать с грязью. Понятное дело что на старшее командование никто уголовных дел не открывал и оно, как всегда, вышло сухим из воды.

Если кому интересно мнение ветеранов 4 мср, то они считают, что к таким большим и неоправданным потерям привели следующие факторы:

Командование операции знало, что участок горной местности, на котором 2 мсб выполняет боевую задачу, полностью находится под контролем бандформирований вооруженной оппозиции. Тем не менее, в светлое время суток, не обеспечив реального огневого прикрытия подразделения с господствующих высот, а, также, не организовав должным образом его поддержку артиллерией и авиацией, отправило 2 мсб для выполнения боевой задачи по маршруту на котором подразделения батальона могли быть атакованы противником, занимающим более выгодные и заранее подготовленные позиции. Что неминуемо должно было привести к большим потерям.

В добавление к вышесказанному поясняем, что уже и после начала многочасового боестолкновения, как и на всем его протяжении, огневая поддержка авиацией и артиллерией отсутствовали. Хотя командир 2 мсб и командир 4 мср неоднократно запрашивали эту поддержку по рации, давая точные координаты целей. Конечно же, то, что такую сложную боевую задачу приказали выполнять полуживым от усталости и обезвоживания людям, тоже возымело свои негативные последствия.

Поистине верно сказано, что рукописи не горят. О некоторых характерных моментах фигурирующих в материалах следствия можно получить представление, ознакомившись с копией постановления о прекращении уголовного дела на гвардии майора Гайдая Ивана Владимировича, наиболее интересные фрагменты которого выложены в иллюстрациях и приложениях к написанному (почти в самом конце текста).

Бой у кишлака Коньяк был очень тяжелым. Но, несмотря на превосходство в занимаемых позициях (из заранее подготовленной засады), в вооружении, имея значительное численное превосходство (по полученным позже разведданным более 600 человек), душманы так и не смогли добиться поставленных перед ними задач или хотя бы полностью уничтожить стойких кундузских гвардейцев, которые в лучших традициях своих дедов и отцов смогли перешагнуть через страх перед смертью. Как командир отделения гвардии младший сержант Кузнецов Василий Александрович, который, действуя в головном дозоре, первым обнаружил хорошо замаскированного противника и, сознательно жертвуя собой, в полный рост (чтобы смогли увидеть все), на глазах у изготовившихся к стрельбе душманов, подал условный сигнал об обнаружении засады. Позднее, в ходе боя, тяжелораненый Василий подорвался ручными гранатами, полностью уничтожив группу захвата, пытавшуюся под прикрытием шквального огня соратников взять его живым. Правда, по мнению военных чиновников из канцелярии высокого штаба подвиг, совершенный В. А. Кузнецовым, устарел. По этому надуманному предлогу ему не было посмертно присвоено звание Герой Советского Союза. Не попал героический сержант под плановую "разнарядку", спущенную "сверху". В штабных головах были свои критерии и понятия о подвиге, совершенном ценой собственной жизни.

Зато у нас очень любят говорить о двойных стандартах в других государствах. К сожалению, реальная действительность такова.

А вот что говорил о подобных воинских подвигах тот, чьи знания, мудрость и авторитет неоспоримы для каждого верующего христианина:

"Подвиг, совершенный на войне, не становится менее значимым, в зависимости от того насколько он известен широкой общественности.

Земная слава пышна, но коротка. К тому же налагает испытание медными трубами, которую, далеко не каждый выдерживает.

Те же, кто заслуживает славу небесную - сразу и на века, в испытании медными трубами уже не нуждается.

А по сему, не каждый известный земной подвиг, становится - Подвигом Небесным". Оптинский старец Амвросий.

А по сему:

Нас не ищите среди тех,

Кто на слуху - в геройской стати.

Мы отказались за успех,

Платить изменой Божьей Рати.

Давно нас вычеркнули те,

Что пишут рейтинги "крутые".

Да! Меж распятых на Кресте

Успешных нет! Но есть Святые...

Конечно, если судить по некоторым широко известным аналогичным случаям, то практика награждений там была совсем иной. Причём как по погибшим, так и по оставшимся в живых. Ну тут уж ладно, низкий поклон и хвала Всевышнему, что живы остались. Учитывая это немаловажное обстоятельство, все, кто остался жив, вполне спокойно перенесли подобную несправедливость по отношению к себе. А вот за погибших - до сих пор обидно. Хотя прямо скажем у нас нет сомнений что на небесах наши погибшие парни получили достойную оценку и награду. Но всё-таки мы ещё далеко не достигли того совершенства, понятиями которого способны апеллировать либо святые, либо значительно просветленные люди. Да простит нас Господь за то, что мы грешные привыкли многое оценивать земными мерками.

Так выглядит одна из страниц в книге общей истории нашего полка, политая, как и многие другие, потом и кровью истинных, а не назначенных "сверху" героев. Но в отличие от многих других страниц - на этой нашлись те, кто вымазал её грязью интриг и предательства. С чужими всё ясно, тут вопросов нет - гораздо больнее и обиднее, когда предают свои. И эту страницу ни перечеркнуть и ни вырвать - не из памяти, не из сердца.

Чтобы иметь представление о том через что пришлось пройти парням из четвёртой роты, публикуем здесь самые яркие фрагменты из воспоминаний участников тех событий. Фрагменты воспоминаний, в которых рассказывается о наиболее кульминационных и значимых моментах не менее чем двенадцатичасового боя.

"Мы рассказываем Вам о реальных фактах того далекого боя, в которые спустя столько лет трудно верить самим участникам и очевидцам произошедшего. Поэтому, чтобы восстановить полную картину тех событий как можно точнее, пришлось воспользоваться коллективными воспоминаниями ветеранов четвертой роты.

Каждый вспоминал, что видел, слышал и чувствовал именно он. Так по крупицам собирались строки, которые Вы сейчас читаете. Многим эти воспоминания дались очень нелегко. У одних от волнения перехватывало дыхание, у других сами собой катились слезы по суровым мужским лицам. Но только так нам удалось восстановить многие подробности этого боя.

Головной дозор был подпущен вплотную к засаде и расстрелян практически в упор. Но чуть раньше, несмотря на то что солнце слепило глаза со стороны засевших в укрытиях душманов, Кузнецов сумел обнаружить затаившегося неприятеля и, стоя в полный рост, чтобы было видно всем, он подал сигнал об обнаружении противника, подняв над головой автомат в горизонтальном положении. В следующую секунду сержант, успев увидеть, что его сигнал замечен и правильно понят, принял шквал огня в том положении как стоял, даже не сделав инстинктивной попытки залечь, пока не выполнил свой долг.

Получив тяжёлые ранения одним из первых, Василий, теряя последние силы, собрал под себя все свои ручные гранаты с вставленными запалами и разогнул на них загнутые усики. Затем он вырвал чеку у одной из них и, чувствуя что силы покидают его, для пущей верности подложил руку с гранатой под себя, прижав её своим телом. Гвардеец предпринял все эти действия, чтобы не достаться на поругание врагу, если его вдруг покинет сознание или даже мертвым. А также, чтобы уничтожить как можно больше вражеских бойцов, сам находясь при этом в полуобморочном состоянии. И опытные боевики попались в ловушку верного своему долгу сержанта. Под прикрытием ураганного огня группа захвата выскочила к лежащему буквально в нескольких метрах от позиций душманов, истекающему кровью воину и с дикими криками подняла его (за руки и за ноги). При этом вражеские воины перевернули нашего гвардейца лицом вверх. (По всей видимости для того, чтобы у советского сержанта было как можно меньше возможностей для сопротивления). Получилось так, что Василий был распростерт над землей в позе распятия на Андреевском Кресте и перед его взором раскинулось бескрайнее и бездонное чистое-чистое голубое небо. И это было последним, что израненный боец успел увидеть при жизни. В следующее же мгновение его душа устремилась ввысь навстречу яркому спасительному свету. Сильнейший взрыв заглушил все остальные звуки, разметав во все стороны только что торжествующих душманов.

Так погиб истинный ГЕРОЙ Василий Александрович Кузнецов. Верный Воин Отчизны, достойный сын своих родителей. Обидно до слёз, что за такой подвиг гвардии младшему сержанту В. А. Кузнецову не было присвоено Высокого звания Герой Советского Союза даже посмертно.

Василий в свое время выбрал для себя одну из самых мирных гуманистических профессий, для чего и поступил в Московскую Ветеринарную Академию. Он не собирался ни с кем воевать. Но государство распорядилось его судьбой иначе. И Кузнецов не пожалел себя, выполняя труднейшее государственное задание в сложной боевой обстановке. Ценой своей жизни он спас от гибели многих боевых товарищей. Что мог он - восемнадцатилетний пацан совершить ещё более героического в той ситуации, в которую попал по воле старших начальников? Свидетелями его подвига были все военнослужащие подразделения. Ведь давно уже не секрет, что имеются случаи, когда звание Героя присваивалось по "высосанным из пальца" мнимым подвигам. Как говорится: "Шило в мешке не утаишь". И там всё нормально. Здесь же, когда всё очевидно, у государства до сих пор не хватает доброй воли, чтобы оценить подвиг Василия Кузнецова по достоинству. Так уж повелось на Руси, что героями у нас в основном назначают в тиши высоких кабинетов. За абсолютно идентичные подвиги имена одних, получивших высокое звание, вписывались в историю золотыми буквами со всеми вытекающими последствиями. Имена других же всячески замалчивались или совершенные ими героические поступки искажались и нивелировались до неузнаваемости. Если взять конкретно случай Василия Кузнецова, то чья-то "гениальная" штабная голова придумала формулировку и наложила резолюцию - "подвиг устарел". Ситуацию, при которой подобную мотивировку для отказа в присвоении высокого звания употребили бы в аналогичном случае к кому-то из родных и близких "умников", ее выдумавших и применивших, мы можем представить только чисто гипотетически. Зато у нас очень любят говорить о двойных стандартах в других государствах. К сожалению, реальная действительность такова. Не попал героический сержант под плановую "разнарядку", спущенную "сверху". В штабных головах военных бюрократов были свои критерии и понятия о подвиге, совершенном ценой собственной жизни.

У войны свои законы! Поэтому, наверное, вполне логично и закономерно, что одними из первых погибли, идущие в головном дозоре вместе с Василием Кузнецовым, гвардии рядовые: Виктор Акчебаш из Молдавии и Александр Францев из города Уссурийска Приморского Края. Все трое вызвались в дозор добровольно, зная на что идут. Следуя на установленном удалении от своего взвода, идущего в брд (боевом разведдозоре) впереди основных сил роты, они жертвовали своими молодыми жизнями ради тех, кто шёл за ними, принимая первый удар противника на себя и практически не имея шансов остаться в живых, если судьба выведет их на врага.

Гвардии сержант Альберт Айрапетян был первым, кто открыл эффективный огонь по "духам". Сразу же застрелив одного из них навскидку у всех на глазах. Айрапетян также шёл впереди, вслед за головным дозором из трех человек. Причем, по его словам, Альберт почти одновременно увидел сигнал Васи Кузнецова и группу целящихся в нас душманов. Реакция опытного воина была мгновенной. Не раздумывая, он вскинул автомат и выстрелил в ближайшего от него, неосторожно высунувшегося "духа". Басмач рухнул с уступа, даже ни вскрикнув, сраженный метким выстрелом сержанта. В следующий за прогремевшим выстрелом миг ребята из головного дозора - Саня Францев и Витя Акчебаш также нажали на спусковые крючки и успели дать по длинной автоматной очереди, пытаясь уничтожить как можно больше вражеских воинов, чтобы продать свои жизни подороже. Между ними и ближайшими бойцами противника было всего 10-12 метров. Поняв что они обнаружены, боевики неприятеля открыли по нам ураганный огонь.

"Начало боя. Альберт Айрапетян".

Грамотно ориентируясь в ситуации, сержант Айрапетян мужественно сражался сам и руководил действиями своих подчиненных, служа им примером стойкости, выдержки и бесстрашия. Первый застреленный им душман был далеко не единственным за долгие часы боестолкновения. Многие видели, что своим метким огнем Альберт (Ара) нанес серьезный урон живой силе противоборствующей стороны. На протяжении всего боя этот сержант, являясь правой рукой своего командира взвода, действовал на самых опасных участках. В дальнейшем при отходе роты он также проявил чудеса отваги и изобретательности, действуя в отряде прикрытия. Альберт мгновенно реагировал на меняющуюся обстановку, находя разумные выходы из самых сложных ситуаций. Просто чудо, что он остался жив.

Гвардии рядовой Леонид Майоров, открывший огонь из своего пулемета по группе изготовившихся для стрельбы по нам басмачей, буквально в следующую секунду вслед за Айрапетяном и парнями из головного дозора - срезал нескольких из них прицельной очередью. Хотя в это время на нас обрушилось просто "море огня". Но Вологодские ребята не из пугливых и Леонид не просто так носил звание лучшего пулеметчика роты. Многие душманы в прямом смысле испытали на своей шкуре возможности пулемета ПК в умелых руках. Причем, это было последнее, что им довелось испытать в своей жизни.

"Начало боя. Леонид Майоров".

Позднее гв. рядовой Леонид Майоров, известный всему батальону, как - просто Лёха Майор, в ожесточенной схватке был ранен разрывной пулей в бедро, потерял много крови. Несмотря на это, после того как его перевязали и сделали обезболивающий укол, стойкий гвардеец отказался залечь в укрытое от обстрела место и продолжал вести прицельный огонь по противнику до тех пор, пока не получил пулевое ранение в предплечье правой руки. Только тогда, после очередной перевязки, не имея физической возможности вести эффективный огонь из пулемета, он, поменяв свой ПК на автомат, согласился переместиться в более безопасное место. Хотя и оттуда продолжал постреливать одиночными.

"Оба-на! Ещё один прижмурился!", - время от времени констатировал Леонид.

Гвардии сержант Юрий Соколовский не только умело вел бой сам, но и успешно руководил группой бойцов 1-го взвода, организовав оборону на занимаемых позициях. Героически сражались гвардии сержанты: Гареев Ильфак, Еровенков Виктор, Кабанов Юрий, Кадыров Курбан - задавая тон остальным. Вызвав всеобщее уважение, мужественными и умелыми воинами зарекомендовали себя гвардии сержанты Дуплищев Вячеслав и Кодиров Шухрат (оба были приданы на усиление 4 мср из 3 мср 1-го мотострелкового батальона). В боковом охранении головной походной заставы шёл приданный 4-й роте гранатометный взвод батальона. С первых минут боя, попав под перекрестный огонь противника, гранатометчики не растерялись, а оказали упорное сопротивление. На этом участке боевых действий отличился гвардии сержант Вохмянин Василий. Грамотно руководя действиями подчиненных, он одновременно личным примером показывал, как отважно и стойко надо сражаться с врагом.

Своим прицельным огнем и смелыми самоотверженными действиями не давали расслабиться неприятелю гвардии рядовые: Абакумов Алексей, Хантураев Мухаммад Усман (Миша), Коровин Сергей, Алибаев Нуритдин (Бобо), Кодиров Ортик, Каримов Миркасим, Мустафаев Фамил, Яровой Николай, Шаймарданов Давлат, Христофоров Алексей, Хамзаев Абдулханон, Мельник Михаил, Хомич Александр, Джамбеков Дауд, Нигматов Раис, Караев Виталий, Агаоразов Мерет, Царцидзе Заза, Мамарасулов Акылбек, Байлиев Абдурахим и другие.

Гвардии рядовые Алексей Абакумов и Нуритдин Алибаев (Бобо), будучи опытными матерыми воинами, точным прицельным огнем уничтожили значительное количество живой силы противника. Увидев, что их раненые товарищи (более младших сроков службы) находятся на открытом, простреливаемом участке местности два смелых гвардейца выскочили из своих укрытий и под плотным огнём душманов принялись перетаскивать раненых сослуживцев в укрытые от обстрела места.

""Тащитесь" салабоны пока "дедушки" на своих хребтах вас тягают", - быстро перебирая ногами, с напускным недовольством приговаривали бывалые бойцы. Успев спасти, таким образом, несколько человек, они были тяжело ранены сами. К сожалению, оба бесстрашных воина в дальнейшем погибли, продолжая вести огонь по врагу пока хватало человеческих сил.

Да, в данном тяжелом бою, когда биться приходилось буквально на самом пределе человеческих сил и возможностей, было совершено много красивых поступков и беззаветных подвигов. Но все выжившие в этой "мясорубке" ветераны "четверки" единогласно выделяют подвиг, сотворенный Василием Кузнецовым. Именно он - Васька Пенза в самом начале смертельной схватки поднял планку личного мужества и самопожертвования на такую высоту, что всем остальным и даже "самым из самых" за великую честь было, если не дотянуться, то хотя бы приблизиться к этому величию. Многие из тех, кому судьба даровала возможность поделиться мыслями, мелькавшими в голове в те моменты, озвучивали такие фразы: "Ну, Васька! Ну, Пенза! На такое решился! Враз, не задумываясь! Да и думать-то некогда было! А что же я? А как же я после этого? Если не сдюжу, как людям в глаза глядеть буду?", "Эх, Васёк, Васёк! Ну, "Чёртушка"! Всё! Это край! И я смогу! И я должен!", "Если он смог! Не испугался, не растерялся! То и я смогу, когда потребуется! Ведь он такой же, как я! Как все остальные наши пацаны! Значит и в нас есть эта сила! Будем держаться! Будем сражаться!", "Спасибо, Братка! Спасибо, Пенза! Сразу мозги на место встали! Врешь! Не возьмешь, бородатые!". Конечно, нельзя ручаться за каждое конкретное слово, но по смыслу именно это крутилось тогда в наших умах.

Вот такова сила этого героического поступка. Думается, именно Кузнецов вдохновил тогда, если и не всех, то очень многих.

На протяжении всего боя опытные солдаты и сержанты вели прицельный эффективный огонь по противнику, в соответствии с обстановкой меняя позиции и экономя боеприпасы. Раненые, которых удавалось вынести из-под интенсивного огня, укрывались в относительно безопасных местах. Им делалась перевязка и вводились обезболивающие, пока они были в наличии. Воины младшего призыва снаряжали патронами автоматные магазины, набивали ленты к пулеметам ПК и обеспечивали ими опытных стрелков. Оказывали помощь раненым.

С наилучшей стороны показали себя военные медики, принимавшие активное участие в этом бою. Они действовали под неусыпным руководством начальника медицинского пункта батальона гвардии прапорщика Виктора Пряднева. Бойцы с медицинскими сумками вытаскивали раненых с простреливаемых участков, обрабатывали им раны, делали обезболивающие уколы и перевязки. При всей сложности ситуации наши эскулапы не забывали по возможности вести огонь по врагу.

Это санинструкторы: гвардии рядовые Алимбаев Атхам (4мср), Фицык Василий (бмп - батальонный медицинский пункт), Демкин Виктор (пмп). Вся 4-я рота склоняет свои головы перед их храбростью и готовностью к самопожертвованию - ради спасения жизни других. Многим они помогли, но не уберегли себя. Спасая раненых, героически погибли санинструкторы: Василий Петрович Фицык и Виктор Петрович Демкин. Были тяжело ранены: прапорщик Пряднев Виктор и рядовой Алимбаев Атхам. У Виктора Пряднева, проживающего ныне в городе Наро-Фоминске, до сих пор не действует кисть правой руки. Алимбаев Атхам был ранен в живот разрывной пулей. Когда с наступлением сумерек мы стали вытаскивать раненых вниз, оставив отряд прикрытия, Атхам значительную часть пути (пока не потерял сознание) шел сам, бережно неся обеими руками, свои вылезшие из раны кишки. Он даже не стонал. Только по бледному напряженному лицу и по искусанным в кровь губам можно было представить, какую боль ему приходилось терпеть. К счастью, он выжил, перенеся несколько сложных операций и потеряв в общей сложности более метра своих кишок. Ныне он живет и здравствует в городе Ташкенте.

К сожалению, ещё в начале боя погибли почти все приданные 4 мср доблестные миномётчики. Прошло не более 10 минут активного огневого контакта, как за укрытиями, которые занимали парни из 2-й миномётной батареи перестали подавать хоть какие-то признаки жизни. Как позже выяснилось на тот момент в живых там оставался только гвардии рядовой Хамзаев. Но и тот по причине тяжёлого ранения находился без сознания. Командовал героически погибшими миномётчиками гвардии лейтенант Замковой Валерий Константинович, обязанности заместителя командира взвода исполнял гвардии рядовой Христофоров Алексей Валентинович.

Хантураев Мухаммад Усман, которого между собой все звали Мишей, будучи рядовым солдатом, но неординарным человеком, проявил командирские и организаторские способности в этом суровом бою. Не хуже опытного матерого сержанта он руководил группой солдат и помогал командиру взвода на самых опасных участках. Ежесекундно рискуя своей жизнью, Усман показывал чудеса храбрости, стойкости и отваги. Надо сказать, что и в дальнейшем Миша неоднократно совершал геройские поступки во время ведения боевых действий. Он постоянно вызывался добровольцем в головной дозор и для выполнения других опасных поручений. За это пользовался заслуженным авторитетом у офицеров роты и своих товарищей по службе. Неоднократно представлялся своими командирами к награждению боевыми орденами и медалями, но, к сожалению, высокие Правительственные награды постоянно проходили мимо него, доставаясь "более достойным". Подобную практику награждений в полной мере испытали на себе и другие, отличившиеся в боях, солдаты и офицеры нашей роты, нашего батальона, а также многие другие "афганцы" из боевых, заслуженных подразделений и частей. По какой-то 'непонятной' причине боевые награды, как осы на мёд, с огромным удовольствием 'прилипали' к грудям начальников строевых частей и прочих штабных "сидельцев". Также по `достоинству' они оценили 'рискованную' службу тех, кто "окопался" на складах и других особо `опасных' объектах. Даже начальник полкового оркестра, который никогда не слышал, как свистят вражеские пули над головой, гордо дефилируя по полку, щеголял новеньким орденом "Красной Звезды". Да оно и понятно! Кому же по нраву придется запах пота и крови, ежедневного адского труда и притаившейся за спиной смерти. Справедливости ради надо отметить, что одну медаль 'ЗА ОТВАГУ' Усман всё-таки получил. Правда, только через семь лет после своей демобилизации. Как говорится: "Лучше поздно, чем никогда". Ведь внимание даже кошке приятно. А многих наших однополчан награды "отыскивают" и поныне. К примеру, заместитель командира 2-го мсв гвардии старший сержант Альберт Айрапетян - один из лучших в этом бою, как и во многих других, так и не был награжден за все свои боевые заслуги в Афганистане. Хотя за последующие годы своей жизни дослужился до подполковника, принимая непосредственное участие во многих вооруженных конфликтах и боевых действиях, в полной мере используя свой "афганский" опыт. Солдатская молва тогда гласила: "Как не воюй, а с "гарантией" наградят только посмертно или, в крайнем случае, по ранению". Если же тебя плюс ко всему невзлюбил какой-нибудь начальник, тогда наград не видать тебе было, как своих ушей. Хотя, положа руку на сердце, можем с уверенностью сказать: "Не за ордена и медали мы тогда воевали в первую очередь".

Командиры взводов и опытные сержанты руководили обороной на своих участках, стараясь поддерживать моральный дух подчиненных личным примером. В зависимости от ситуации командному составу роты приходилось вести огонь из всех имеющихся в наличии видов оружия. То в их руках оказывались пулеметы ПК, то снайперские винтовки СВД, то свои штатные АКСы. В полной мере использовались подствольные гранатометы ГП-25 "Костер". Были моменты, когда отбиваться приходилось ручными гранатами. Принцип - "делай как я", привносил в этот бой свои положительные результаты. Все бывалые воины старались по возможности следовать примеру штатных командиров, добавляя в ход боевых действий свою разумную инициативу, что в совокупном результате наносило противнику ощутимый урон.

Огонь по нам вёлся из автоматов и карабинов, причем преимущественно экспансивными (разрывными) пулями. Из снайперских винтовок. Из ручных и крупнокалиберных пулеметов. Из ручных гранатометов. Из зенитной горной установки (ЗГУ-1) и даже из миномета и безоткатного орудия. Особенно плотным и почти беспрерывным, обрушенный на нас огневой шквал, был в первые два часа боя. Противник надеялся, что мы психологически не выдержим этого, способного уничтожить всё живое, огненно-металлического ливня из пуль и осколков, а обезумевшие от страха, оставим занятые нами позиции в скалах и беспорядочной толпой в панике бросимся наутёк, пытаясь спастись бегством. Тогда бы они перестреляли всех нас, как мишени в тире и не осталось бы никого, кто смог рассказать правду об этом тяжелом бое. Но рота не дрогнула. Никто не побежал, никто не отошел, бросив своих раненых товарищей на растерзание врагам. Наши запасы боеприпасов были значительно скромнее, и пополнить их было негде. Поэтому, нам приходилось все время их экономить, стреляя одиночными или короткими очередями по 2-3 патрона.

Если в самом начале боя основной удар неприятеля пришёлся на головную часть гпз батальона, то в последующие часы столкновения противник предпринял многочисленные попытки атаковать гвардейцев и на других участках. Силами и средствами для подобных агрессивных действий душманы располагали. По этой причине личному составу 4 мср приходилось вести ожесточенный бой по всему фронту занимаемых позиций.

При этом оборона роты имела следующую диспозицию: второй взвод удерживал весь восточный сектор, первый взвод оборонял северо-восток, третий взвод держал оборону северного сектора, четвертый взвод (гпв) защищал северо-западный участок оборонительных позиций и присматривал за тылами подразделения. Конечно же, в ходе боя линию обороны приходилось корректировать исходя из целесообразности и своевременно реагируя на те или иные действия неприятеля.

Как уже упоминалось ранее, противник рассчитывал, что наше подразделение благодаря перекупленным проводникам пройдет ещё как минимум несколько сот метров и таким образом мы окажемся открытыми для обстрела с заранее подготовленных огневых точек противника практически с трёх сторон. То есть попадём в тщательно подготовленный огневой мешок. К нашему счастью, эта задумка неприятеля не была реализована. А в том месте, где преждевременно начался бой вражеские стрелки имели возможность изначально вести огонь только с двух сторон (восточной полностью и северной частично), так как на этом участке нашего маршрута не подготовили и не заняли позиций с третьей (западной, а точнее северо-западной) стороны. По-видимому, опасаясь, что, если мы пройдём чуть севернее (а рельеф местности давал такую возможность), то обнаружим их засаду раньше, чем им этого хотелось.

Командир роты, оценив обстановку, принял решение незамедлительно предпринять все возможные усилия, чтобы не позволить нукерам противника обойти подразделение с третьей стороны. Поэтому Александр Григорьевич решил поставить боевую задачу командиру 3-го взвода - прорваться вверх по склону в северо-западном направлении на сколько это позволит рельеф местности, чтобы первыми занять позиции за расположенными там камнями и скалами и в дальнейшем по возможности дооборудовать их для длительного оборонительного боя. Ясное дело, что главари душманов быстро поймут это упущение и попытаются исправить его в кратчайший срок. То есть попытаются выбить наших бойцов, захвативших стратегически важный "пятачок" с северо-западной стороны.

Гвардии капитан Перятинец просчитал всю сложившуюся ситуацию сходу, потому и поставил задачу гв. лейтенанту Щенникову, не мешкая и с максимальной быстротой, занять со своим взводом позиции на обозначенном рубеже. Благо Щенников вместе со своим сержантом Гареевым И. В. оказался рядом с ротным командиром. У капитана огнем противника была разбита рация и он остался без связи (то есть на какое-то время общее управление ротой было потеряно). Пришлось исправлять ситуацию. Поэтому взводный со своим сержантом, прикрывая друг друга, прорвались к своему командиру и Щенников отдал ему свою рацию. Офицеры по-быстрому обсудили ситуацию и выработали общий план на оборону подразделения. При этом командир по установленной традиции сначала выслушал соображения взводного, а уже затем изложил своё видение ситуации и поставил боевую задачу 3-му и 4-му взводам. (Самому Щенникову пришлось какое-то время обходиться без радиостанции. Пока одну из своих Р-148 ему не отдали офицеры 5-й роты. Это произошло когда небольшой группе из 5 мср удалось прорваться поближе к "Рулетам". И Щенников с двумя бойцами пробился им навстречу. "Бананы" притащили тогда с собой очень ценный бакшиш для "четвёрки". 30 снаряженных магазинов к АК и порядка 6000 тысяч патронов россыпью (упакованных в полотняные мешочки), 4 полные коробки со снаряженными лентами для ПК и 3000 патронов для ПК и СВД также в полотняных мешочках. Три десятка ручных гранат (Ф-1 и РГО) со вставленными запалами. Ну и конечно же, радиостанцию Р-148. Этот пусть и небольшой арсенал внёс свою лепту и очень помог нашей роте продержаться на своих позициях столько, сколько потребовалось).

Щенников тогда не знал, что видится с живым Александром Григорьевичем в последний раз. Но, на войне - как на войне! Судьба человека непредсказуема. Вот напутственные слова, сказанные тогда перед расставанием капитаном Перятинцом (естественно, точно настолько, насколько позволяет память):

- Володя, сам понимаешь, если они доберутся до тех камней - тяжко нам придётся. С той стороны мы открыты. Полный абзац может выйти! Так что постарайся! Я на тебя надеюсь! Парни у тебя крепкие! Им по силам! Используй дымы - все что есть. Да, обязательно возьмёшь у Волкова их дымы и гранатами пусть поделится. Тебе нужнее будут! Объяснишь ему задачу 4-го взвода. Растягиваем оборону в левую сторону. С правой руки всё у духов. Спереди тоже. Ярусами сидят. Если у тебя всё получится - выйдешь их передку во фланг. Будешь постоянно беспокоить, как та заноза, что сидит глубоко под ногтем! По возможности прикроешь, когда они созреют и на мои позиции полезут. Само собой сначала пойдут на тебя. Попытаются выбить. Надо устоять. Держитесь до последнего! Мы с Траниным тоже врежем им с фланга. Будем вас прикрывать! Насчёт рации тебе, договорюсь, чтобы с батальона прислали. Будет возможность встретишь. Молодчина, что с рацией сразу сообразил и до меня добрался. Постараюсь до старшаков достучаться, чтобы артиллерией и авиацией помогли, как вчера обещали. Если выгорит - полегче будет. Ещё! Возьмёшь из 4-го взвода на усиление бойцов понадёжнее. На своё усмотрение. Своих, что послабже, оставишь Волкову. Для его задачи нормально будет. У меня всё! Береги людей! И сам сильно на рожон не лезь!

- Всё понял, товарищ капитан! Сделаем! - бодро с полуулыбкой на лице произнёс лейтенант. И через мгновение добавил:

- Удачи, Григорич! Держитесь!

Офицеры обнялись.

- Ну, ни пуха, ни пера, лейтенант!

- К чёрту, командир!

На КП роты также находился гвардии сержант Еровенков (заместитель командира первого взвода). А Гареев с Еровенковым были закадычными друзьями ещё с сержантской учебки. Лейтенант подумал, что хорошо бы оставить и своего толкового сержанта рядом с ротным. Но не успел открыть рот, как Гареев сам к нему обратился:

- Товарищ лейтенант, разрешите мне здесь остаться? Хочу Витьку малость подсобить! Вдвоём то сподручнее будет ротного прикрывать.

- Вот и славно! Хорошая идея! Оставайся, сержант! Берегите нашего Григорича! Только прошу будь осторожнее! Зря не высовывайся! - ответил офицер, дружески похлопав Гареева по плечу. Такова история того, как два сержанта, два друга - один с первого, другой с третьего взводов оказались рядом с командиром роты и мужественно и отважно прикрывали его до самого конца.

Щенников перебежками от укрытия к укрытию вернулся к своему подразделению и поставил боевую задачу своим бойцам. Предстояло пройти около сотни метров в западном направлении, а затем совершить рывок вверх по крутому горному склону в северо-западном направлении. Естественно всё это на максимально возможной скорости, грамотно используя складки местности и дымовые шашки. Для выполнения этой задачи требовались быстрые, сильные и выносливые бойцы.

Соблюдая крайнюю осторожность, выдвинулись на исходный рубеж. Подготовились к выполнению задачи. В головной группе, как это было принято в подобных случаях, должны были бежать самые быстрые, ловкие и отважные. Первым пошёл Хантураев, в десяти метрах следом за ним Кодиров. Парни рванули что было мочи вверх по склону. Перед этим, конечно, насколько было возможно, закидали склон дымами. Добежав, до обозначенного взводным промежуточного уровня, сделали передышку, немного отлежавшись за камнями, чтобы перевести дух. Метнули перед собой несколько дымов. Затем вновь максимально быстрый рывок вверх до ещё одного промежуточного уровня. Следующий забег был уже до обозначенного рубежа, и наши отважные узбеки благополучно его достигли. Тем самым взяв этот участок местности под наш огневой контроль. Мы вновь накидали дымов на склон горы, а наши смельчаки в свою очередь, тоже закидали дымами этот склон сверху, с занимаемых ими позиций, чтобы их боевые товарищи могли совершать свои скоростные забеги по склону в более безопасных условиях. Отдав подчиненным крайние указания, третьим по счёту бросился вперёд командир взвода. За ним, согласно установленной очередности и соблюдая необходимую дистанцию, рванули все остальные бойцы сводной группы. К счастью, складки рельефа местности, удачно расползшийся густой дым от дымовых шашек и щедро вырабатываемый молодыми организмами адреналин, так как этот молниеносный бросок естественно выполнялся под очень плотным огнем неприятеля, позволили выполнить эту важную локальную задачу достаточно быстро и без потерь. Если не считать нескольких глубоких пулевых царапин от касательных попаданий и того, что почти всех немного посекли мелкие осколки от разрывных. Главное - удалось опередить спохватившегося противника. И отряд вражеских боевиков, который с небольшим опозданием тоже бросился по косогору к заветным камням, был встречен прицельным огнём бойцов сводной группы Щенникова и фланговым огнём со стороны позиций, которые занимали 1-й и 2-й взвода 4-й роты. В результате тот запоздавший отряд неприятеля был уничтожен практически полностью.

Думается такой наглой и дерзкой вылазки противник не ожидал, а потому действовал спонтанно без предварительной подготовки. Поэтому пока выделили людей, пока поставили им задачу - драгоценное время было потеряно. Моментально среагировать не вышло, а потом оказалось поздно. Северо-западный "пятачок" нашей обороны удерживали отважные и очень надежные парни, которые оказались противнику не по зубам.

Не забывайте, что всё это происходило в пятидесятиградусную (в тени) жару и после бессонной ночи отнюдь не у монитора компьютера с баночкой энергетика или чашечкой крепкого кофе, а когда всю эту ночь карабкались вверх по скалам и крутым горным склонам. До полноты картины напомним, что нам совершенно не дали отдохнуть после предыдущего изнурительного горного этапа. Так что тем умникам с большими звездами, которые впоследствии пришли к выводу, что большие потери батальон понёс прежде всего из-за того, что личный состав подразделения был без касок и бронежилетов, хотелось бы предложить самим попытаться выполнить все поставленные нам задачи, со всем перечнем физических нагрузок, да ещё в касках и бронежилетах.

Это для визуального примера. В противовес расхожему в определённых кругах мнению, что в пехоте

служили одни "задохлики", которые и автомат с трудом поднимали. Куда уж им было в горах тащить

на себе снаряжение, общий вес которого порой достигал 40 с лишним килограмм. Ещё как тащили! И не кряхтели!

Конечно, когда командование ставило задачи соразмерные человеческим возможностям.

Что говорить, одна раскаленная на солнце каска - на которой яичницу можно жарить чего стоит. Извините за эти подробности, но хотелось, чтобы читатель не забывал, что все эти действия происходили в сложных климатических условиях и после довольно приличных физических нагрузок, без какой-либо возможности для восстановления сил. А вы говорите горячий цех ночная смена - льготная категория и пенсия с 55 лет. А вот наши парни, пережившие все упомянутые выше катаклизмы "рылом" не вышли. Им "заботливые" чинуши постановили тянуть лямку до 65. На общих основаниях. Так как нам известно (на примере собственных сослуживцев) с какой скоростью наши Братишки уходят в мир иной, то сейчас уже ясно, что даже половина из тех, кто отведал афганскую долю в полном объёме не доживет до той нищенской копеечной пенсии, которую выплачивает наше государство обычным людям. Некоторым нашим ветеранам даже пришлось оставить свою основную профессию, чтобы устроиться водителями автобусов или сварщиками с целью хотя бы попытаться начать получать пенсию с 55. Естественно мы не против льгот, которые имеют водители автобусов, сварщики и другие представители профессий, относящихся к данной льготной категории. Но неужели люди не по своей воле рисковавшие ежесекундно своими жизнями на протяжении целых двух лет в тяжелейших условиях и потерявшие значительную часть своего здоровья не заслужили льгот по досрочному выходу на пенсию по аналогии с другими упомянутыми льготниками? Короче, это очень больная тема!

В занятии позиций на высотке и в ведении дальнейших боевых действий на этом рубеже, впрочем, как и на всех последующих, наиболее отличились Хантураев Усман и Кодиров Ортик. Оба хорошие спортсмены, титулованные борцы, один самбист, другой классик. Следует отметить, что эти парни за свою службу не раз и не два отличались при штурмах горных укрепрайонов. Также на этом участке боевых действий здорово отличился Каримов Миркасим, добровольно примкнувший из 4-го взвода (гпв). Миркасим умело и результативно разил неприятеля из вверенного ему ПК, чем очень помог нашей группе отбиться от яростных вражеских атак.

Само собой, что в ходе дальнейшего боя противник предпринимал многочисленные попытки отбить у нас эти жизненно важные для всей нашей роты позиции. Но личному составу третьего взвода удалось устоять, уничтожив изрядное количество вражеских боевиков. Обойти позиции третьего взвода поверху не позволила удачно навороченная природой горная местность. Так как волей судьбы, слева и за спиной наших бойцов высились каскадами почти отвесные горные склоны, непроходимые без альпинистского снаряжения. А если обойти нас поднявшись ещё выше, то, судя по всему, мы попадали в слепую зону и были не видны в прицелы неприятеля. Такой неожиданный подарок судьбы по воле случая не позволял вражеским боевикам вести по нам огонь с упомянутого направления. Это удачное стечение обстоятельств здорово помогло всей 4-й роте продержаться долгие часы против превосходящих сил противника. Само собой, что наши парни, используя крупные камни, по возможности дооборудовали, доставшиеся им, созданные природой укрытия. Попутно с выполнением боевой задачи в довольно короткий срок удалось выложить из камней вполне достойные бойницы для стрелков, пулеметчика и снайпера. Благо в результате частых камнепадов на этом горном участке с избытком хватало камней всевозможных размеров. И ещё раз - огромное спасибо за помощь местной природе! Получился очень даже приличный опорный пункт взвода, хотя и весьма компактный. Но для одного десятка бойцов, да в сложившейся ситуации - и это за роскошь. Кстати сказать, из-за своих нынешних укрытий мы очень хорошо просматривали ту или иную часть тела многих бойцов родной роты, занимающих свои позиции правее и ниже нашего нового опорного пункта. Так что нам удалось очень своевременно осуществить этот важный манёвр. Одному Богу известно скольких потерь удалось избежать подразделению "Рулетов" благодаря этому обстоятельству.

В свою очередь 4-й взвод тоже сместился влево (западнее, если по карте) и занял более выгодные позиции. Растянув таким образом оборону роты ещё больше по фронту.

Теперь те душманы, которые занимали позиции на передних ярусах засады, могли получить пулю не только с фронтальной стороны, но и со своего правого фланга, оттуда, где занимал удобные позиции наш третий взвод.

Да и с фронтальной стороны, благодаря смещению 4-го взвода, перекрестный огонь по огневым точкам врага стал возможен. В такой ситуации командованию противника тоже пришлось подсуетиться, разбивая своих боевиков по секторам и по зонам. То ли дело, если бы вся рота была сосредоточена на небольшом локальном участке, почти так, как это было изначально, в первые минуты боестолкновения. Знай себе наяривай со всех доступных сторон и со всех занятых ярусов. Какую плотность огня по позициям нашего подразделения, расположенного компактно, можно было бы при желании создать, если бы четвертая рота продолжала вести бой в той же конфигурации, как следовала на марше. При этом боевикам противоборствующей стороны не надо было таращиться по разным сторонам, опасаясь флангового и перекрестного огня. Да попросту, относительно безопасных укрытий за камнями и скалами для всех бойцов роты на том совершенно небольшом пятачке не хватало. Поэтому, помимо погибшего дозора, в начале боя чаще погибали и получали серьёзные ранения в основном те, кому не повезло с укрытием. Кого эти укрытия и складки местности не укрывали полностью от неприятеля, занимающего позиции с двух сторон ярусами снизу вверх. К сожалению, именно таким образом погибли, приданные роте минометчики. Некоторые "крупные" специалисты по войне в горах до сих пор недоумевают и, надув щёки, с серьёзным видом говорят:

"А что, пятая и шестая роты не могли обойти понизу и выйти к позициям четвёртой. А затем, ударив снизу всей огневой мощью батальона по врагу, перейти в атаку и штурмом взять позиции духов?".

Сообщаю данным "стратегам". Кунарские душманы о таком развитии событий могли только мечтать! И перестреляли бы большую часть батальона буквально как мишени в тире! Даже одними пулеметами, из-за грамотно оборудованных укрытий, покосили бы такую массу людей на открытой местности, ибо даже треть бойцов нашего батальона не смогла бы найти хоть каких-нибудь мало-мальски подходящих укрытий для оборудования огневых точек. Принять такое решение - просто бросить людей на верную смерть! И не надо путать и примерять логику и тактику действий более распространенного в той войне быстротечного боя на бой длительный многочасовой, которые случались гораздо реже. Да ещё с противником, имеющим на локальных участках значительное численное и позиционное превосходство. Различия будут весьма и весьма существенные.

Учитывая всё сказанное выше, приходим к выводу, что растянуть оборону "четвёрки" по фронту и по направлениям оказалось очень удачной задумкой офицеров роты и в первую очередь её опытного командира. Теперь атаковать позиции 4-й роты вражеским боевикам стало сложнее. Для этих целей противнику необходимо было задействовать гораздо бОльшие силы, чтобы одновременно вести штурм наших позиций по всей линии обороны подразделения. В противном случае, штурмуя одну из сторон нашей обороны, противник получал сильный фланговый огонь по рядам атакующих. И само собой ему приходилось нести бОльшие потери.

Гвардии капитан Перятинец постоянно пытался вызвать огонь артиллерии или авиацию через старших начальников, давая конкретные координаты целей, чтобы под прикрытием огня личный состав роты смог отойти на более выгодную позицию и закрепиться. Но, на нашу беду ротному не удалось "достучаться" до "высших сфер".

По приказу старшего командования вся артиллерия, участвовавшая в операции, стояла на одной частоте, что очень затрудняло работу с ней. Так как операция была достаточно масштабной, то естественно, что задействовано было большое количество сил ОКСВА и, по всей видимости, не одним нам, как воздух нужна была огневая поддержка. Поэтому, не трудно себе представить, что творилось в эфире на той частоте. К сожалению, поддержку артиллерии мы так и не получили.

Правда, неожиданно прилетели две долгожданные 'вертушки' (имеются в виду вертолеты огневой поддержки МИ- 24, называемые в просторечии "крокодилами"). Но наша радость по этому поводу тоже оказалась преждевременной. Хотя мы обозначили наземными оранжевыми (сигнальными) дымами своё местоположение и показали цветными воздушными дымами позиции душманов. А наш командир по связи навел вертолеты на противника, и они даже сделали один боевой заход, обстреляв его НАРами (неуправляемыми авиационными ракетами). Но, к нашему глубокому огорчению, первый заход оказался хотя и весьма удачным, но и одновременно последним. К тому же вертолеты были обстреляны мятежниками из ЗГУ-1 "Зегуяк" (14,5 мм зенитная горная установка китайского производства) и 12,7 мм крупнокалиберного пулемета ДШК, затем по одному из них была пущена ракета из ПЗРК (переносного зенитно-ракетного комплекса) типа "СТРЕЛА". К счастью, ракета ушла мимо, и огонь из ЗГУ и ДШК тоже не нанес значительного видимого урона винтокрылым машинам. Оба вертолета пошли на разворот. Мы, грешным делом, подумали, что они готовятся к следующему заходу на указанную цель. Да еще вызовут своих "орлов да соколов" на подмогу, раз уж дело приняло такой серьёзный оборот. Но, как говорится: "Это был не наш день". Вертолеты ушли, причем окончательно и бесповоротно. Больше мы их не видели. Хочется верить, что кому-то их поддержка была нужна больше, чем нам.

Во время работы вертушек гвардии капитан Перятинец попытался сменить занимаемую позицию на другую, находящуюся немного дальше от передней линии обороны и имеющую более удачное расположение для оборудования КП роты. На беду, данная задумка оказалась неудачной. Пробежав несколько метров, Александр Григорьевич получил серьёзное ранение в правую ногу. Экспансивная (разрывная) пуля перебила ему кость выше колена. По этой причине командир упал на открытом участке косогора.

Гвардии сержанты Ильфак Гареев и Виктор Еровенков под шквальным огнем неприятеля вытащили из-под обстрела и затащили в прежнее укрытие тяжелораненого командира роты. Наложили жгут, чтобы остановить хлещущую из раны кровь и перевязали его. Сделали обезболивание промедолом. А затем прикрывали своего ротного до последней капли своих жизней, впервые отказавшись выполнить его приказ и попытаться отойти чтобы спастись самим. При этом некоторые представители личного состава роты слышали, как Перятинец (пытаясь сберечь своих подчиненных) кричал на этих двух сержантов во всю мощь командирского голоса. И материл, и стращал "губой", а также всеми прочими пришедшими на ум карами, лишь бы оставили его и перебежали в место побезопаснее. Не помогало. "Не уйдем, товарищ капитан! Хоть расстреляйте, не уйдем! Посмотрите, как мы нашу позицию дооборудовали. "Конфетка", а не позиция! Здесь мы долго продержимся! Патронов и гранат пока хватает. А там глядишь, и подмога подойдет через господствующие высоты. А может артиллерия с авиацией проснутся наконец и хорошенько накатят по басмоте. Враз картина поменяется. Если в Кундуз живыми вернемся, тогда ваша воля товарищ капитан. Хоть на "губу", хоть под суд, хоть к черту на сковороду! Или даже под "грибок" до самого дембеля! Лишь бы всем нам вернуться!", - раздавалось из-за тех камней в моменты затишья.

Судя по всему, вражеские снайперы давно вычислили место нахождения нашего командира и терпеливо ждали возможности для результативного выстрела. Как оказалось ждали не зря.

Карта района боевых действий 2 мсб 149 гв. мсп (в период 1-го и 2-го этапов войсковой операции.

По-прошествии не менее пяти часов боя, слыша довольно редкие одиночные выстрелы в ответ, "духи" решили, что сопротивление практически сломлено и держать реальную оборону почти некому. Открыв ураганный огонь со всех ярусов, они пошли на сближение, а затем выскочили в атаку по всему фронту обороны нашего подразделения. Таким образом, пытаясь захватить наши позиции и добить последних, как они считали, обороняющихся `шурави', засевших в расщелинах скал и между крупных камней. Возможно, они надеялись, что после стольких часов боя стрелять в них будет просто нечем. Тогда в ход пошли оставленные по приказу офицеров, как неприкосновенный запас, магазины и пулеметные ленты с патронами (вот когда пригодился бакшиш от 5-й роты!). А по душманам, сумевшим приблизиться почти вплотную, густо полетели ручные гранаты. В последующем подобным образом были отбиты ещё три атаки разъяренных басмачей, теряющих своих лучших воинов убитыми и ранеными, но не могущих сломить нашего сопротивления.

О применении "карманной артиллерии" в этом бою надо рассказать подробнее. Сделаем это на примере 3-го взвода.

Во время первого штурма позиций взвода душманами, когда неприятелю удалось приблизиться достаточно близко, по установленной команде взводного, бойцами подразделения было выполнено по два броска ручными гранатами Ф-1. Вслед, по замешкавшемуся и потерявшему прыть противнику, сразу же пошёл прицельный накат из стрелкового оружия. Данный приём оказался достаточно эффективным и уцелевшим бойцам противника пришлось спешно ретироваться к своим позициям. Но командир взвода оказался не до конца доволен, обнаружив некоторые недостатки. Наши укрытия за крупными камнями и скалами даже и несколько доработанные (по возможности), всё же было не сравнить с окопами полного профиля. И для броска гранаты многим бойцам приходилось (пусть на мгновение) довольно значительно высовываться из-за укрытия. Это было очень рискованно. И хотя при первом штурме обошлось без потерь, противник наверняка сделает в своей тактике действий необходимые поправки и попытается подловить нас на этом моменте. Вторым недостатком было то, что получился слишком приличный разлёт по дальности бросков "эфок". В приблизительных цифрах этот разлет составлял от 25 до 70 метров. Третьим недостатком было то, что самым шустрым и везучим боевикам неприятеля удалось приблизиться к нам приблизительно на 40-45 метров. А два душмана даже предприняли попытки также атаковать нас ручными гранатами. Правда один был застрелен в момент замаха и граната разорвалась, выпав из его руки. Но второму удалось-таки совершить бросок в нашу сторону. К счастью, та граната не долетела и разорвалась в 3-4 метрах перед линией наших позиций. Исходя из всего вышеупомянутого пришлось срочно вносить коррективы в организацию обороны и в работу подразделения с ручными гранатами. Около 90% РГО и Ф-1, которыми располагал взвод были собраны в одном месте. Если конкретнее, то за одной из скал, расположенных на первой линии опорного пункта взвода, так как она более всех остальных естественных укрытий подходила по своим параметрам. Из-за этой скалы (высотой около двух метров) можно было метать гранаты стоя в полный рост. В 3-м взводе дальше и точнее всех метали ручные гранаты, упоминаемые ранее Хантураев Усман и Кодиров Ортик. Впрочем, они дальше всех метали гранаты не только во взводе, но и в роте, если не во всём полку (точными данными о полковых рекордах не располагаем). Способности этих бойцов обнаружились ещё на полковом полигоне, когда проводились занятия по метанию ручных гранат. Тогда с роты было отобрано 8 человек (по два лучших с каждого взвода) и с этими гвардейцами были проведены индивидуальные занятия по совершенствованию техники броска. Проводил те занятия как раз гвардии лейтенант Щенников. А самыми способными оказались наши Кодиров и Хантураев. Тогда общими усилиями удалось добиться вполне приличных результатов. Оба атлета устойчиво метали учебные гранаты Ф-1 в район 60 метров. Ну а лучшие броски были даже немногим за 70. Причём силы у наших узбекских пехлеванов были приблизительно равны. В сериях бросков побеждал то один, то другой. И вот способности и навыки этих парней понадобились в суровом смертельном бою.

В период второго штурма позиций нашего подразделения уже не стали дожидаться пока вражеские боевики прорвутся ближе к нашим укреплениям, а по отмашке командира взвода наш отважный дуэт принялся забрасывать штурмовиков неприятеля, когда они выскочили из-за своих ближайших к нам укрытий и продвинулись лишь на 25-35 метров. И тут, где прямо перед ними, где между, а где-то и несколько позади начали рваться ручные гранаты РГО и Ф-1. В результате противнику пришлось залечь. Его боевой порыв был сорван. По залегшим боевикам вёлся прицельный огонь из стрелкового оружия, затрудняя их перемещения ползком и короткими перебежками. Взводный внимательно отслеживал тех, кто поднимал людей на штурм наших позиций и работал по ним одиночными, тщательно выцеливая.

Тем не менее немного отлежавшись, младшие командиры кунарских головорезов вновь попытались поднять их в атаку. Как только душманы снова рванулись в нашу сторону, по ним вновь кучно полетели оборонительные гранаты и застрочил пулемёт Миркасима Каримова. Таким образом атака была сорвана окончательно, и бойцы неприятеля откатились назад за укрытия передней линии. От нас до этих укрытий было порядка 100-115 метров. Поэтому предполагаем, что когда в 30-40 метрах от них начинали рваться наши "эфки", то осколки, разлетающиеся на значительное расстояние, наверняка прилично беспокоили тех, кто вёл по нам огонь из стрелкового оружия немного высунувшись из-за своих укрытий.

В дальнейшем, если главари наших непримиримых оппонентов организовывали особо массированный штурм позиций подразделения, командир взвода тоже подключался к нашим гранатометателям и сработавшийся дуэт превращался в слаженное трио. Ясное дело, что гранаты нам приходилось экономить. И огромное спасибо пятой роте, что презентовала нам те три десятка оборонительных ручных гранат. Возможно благодаря им мы и продержались. С учётом постоянного стресса и щедро выделяемого на этой почве адреналина, наши чемпионы наверняка побили в этом бою все свои прежние рекорды по дальности метания, а может быть не только свои и не только полковые. Вот только замерить и зафиксировать по понятным причинам не было никакой возможности. Так что из-за недоступности реальной нас здорово выручала "артиллерия карманная", тем более, когда задачу выполняли такие умельцы.

Гвардии рядовой Шаймарданов Давлат довольно успешно работал из снайперской винтовки (СВД) по порученным целям, находящимся на дальних позициях, расположенных на более высоких ярусах укрепрайона противника. Его задачей было: выявлять и уничтожать пулеметчиков и снайперов неприятеля. Ведь эти вражеские специалисты доставляли нам немало хлопот, и значительная часть наших потерь (особенно в начале боя) была на их совести. Нашему снайперу облегчало задачу то обстоятельство, что боевики упомянутых категорий порой сами "подставлялись", когда вели огонь по позициям 1-го и 2-го взводов, расположенным от них прямо по фронту. Притом, что с их правого фланга многие из них были достаточно открыты и отлично просматривались через снайперский прицел. Время от времени (по ситуации) взводному тоже приходилось брать в руки "глазастое весло", чтобы, воспользовавшись его "длинными руками", "успокоить" особо активные и зловредные огневые точки.

На снимке группа офицеров, сержантов и солдат, принявших активное участие в бою у кишлака Коньяк.

Кто-то из штатного состава "Рулетов", кто-то придан из других подразделений. Здесь и Вася Пенза,

и Витя Еровенков с Ильфаком Гареевым, и несколько ребят минометчиков, и Лёха Абакумов.

Здесь и наш Ара (Альберт) - вечный оптимист и весельчак, и Юрка Сокол, а также наш везунчик Сёха Коровин

и отважный Усман Хантураев. Рядом с ними примостились Давлат Шаймарданов и Мерет Агаоразов.

Из командного состава Владимир Щенников, Юрий Молокитин, Александр Волков и Валерий Замковой (взводный из минометной батареи).

(Из этих 17 человек: 7 - погибли и 4 - получили ранения различной степени тяжести).

Не кривя душой, можно сказать, что противник у нас был серьёзный, имеющий основательную тактическую и огневую подготовку. До нас доносились команды их командира, которые отдавались по рупору-громкоговорителю. Часть отдаваемых команд была на арабском языке. Используя этот мегафон, душманы периодически на довольно сносном русском языке предлагали нам сдаться. В случае добровольной сдачи обещали сохранить жизнь. Иначе, обещали всех уничтожить, а тела расчленить. Тех, кто не по своей воле попадет живым к ним в руки, обещали перед смертью подвергнуть изуверским пыткам. Иными словами, пытались всячески запугать и сломить психологически. Мы догадались, что они нащупали используемую нами частоту радиосвязи и прослушивают все наши переговоры. Когда мы перешли на запасную частоту, они отыскали её и стали вклиниваться в радиообмен, пытаясь сначала вносить дезинформацию и путаницу, а поняв, что их уловка раскрыта, тут же стали в очередной раз склонять нас к сдаче.

Многочисленная группа снайперов, занимающая позиции на разных ярусах по склонам высот, (в том числе по западным склонам западного хребта Вотапурского ущелья, над кишлаком Коньяк, где по планам старшего командования должны были находиться позиции одного из поддерживающих нас подразделений) держала в постоянном напряжении основные силы родного батальона, не давая им осуществлять передвижения для организации действенной помощи нашей роте и прижимая огнем к скалам. С расстояния не менее чем 700-750 метров, был убит гвардии рядовой Забоев Юрий из личного состава минометной батареи, которая расположила свою позицию возле командного пункта батальона. Тот боец высунулся буквально на одно мгновение, чтобы закинуть мину в ствол миномета. Причем пуля снайпера попала точно в шею, перебив гортань и шейные позвонки минометчика. Ещё два миномётчика из этого расчёта получили лёгкие ранения по касательной, когда, находясь в положении лежа, немного приподнялись, чтобы поправить треногу миномёта. Одного чиркнуло по шее, другого по верхней части спины. Тем, кому пуля вражеского снайпера прочертила глубокую бороздку на спине был гвардии рядовой Дёмин Роман, который в этом бою исполнял обязанности заместителя командира огневого взвода. Доблестные миномётчики под командованием гвардии лейтенанта Тупало Александра прилагали все возможные усилия, чтобы подавить как можно больше огневых точек неприятеля. Но к сожалению, у них был только один действующий миномёт с весьма ограниченным запасом мин. Тем не менее эти парни сделали всё, что было в их силах.

Плотный пулеметный и снайперский огонь, который велся по позициям основных сил 2 мсб, совершенно не давал возможности для маневра.

Значительная часть душманов, которых мы видели, были одеты в темные комбинезоны или такого же цвета куртки с накладными карманами, поверх другой одежды. На рукавах и головах у многих из них были повязки с надписями, сделанными арабской вязью. Еще одной характерной особенностью униформы, используемой многими из противостоящих нам бойцов противника, были чёрные чалмы или такого же цвета паколи. По вездесущим слухам именно так одевались знаменитые `черные аисты', прибывающие с территории Пакистана для оказания военной помощи местным душманам. Про этих боевиков ходили разного рода легенды, которые успешно распространяло "солдатское радио". Дескать: "Отряды `черных аистов' проходили военную подготовку по системе специальных частей армии США и состояли большей частью из арабских и пакистанских наемников. Обучали их в основном также арабские офицеры, которые в свою очередь прошли подготовку у соответствующих офицеров вооруженных сил Соединенных Штатов". Комбинезоны, которые они носили, молва окрестила как "черная горка" и по слухам они были чуть ли не горным снаряжением специальных частей армии "дядюшки Сэма". По передающейся из уст в уста информации выходило - что в дождь эти "комбезы" практически не промокают, в жару в них прохладно, в холод тепло. Где в этих разговорах правда, а где вымысел? Нынче с абсолютной точностью никому неизвестно. В наше время многие уже слышали о термоматериалах и о связанных с этим понятием технологиях. Повсюду продается термобелье с некоторыми аналогичными свойствами. Тогда же, нам всё это казалось чем-то нереальным - из другого мира. О таком снаряжении нам приходилось только мечтать.

Характерно то, что эти боевики проявляли себя на востоке страны, а наиболее часто в районах, граничащих с Пакистаном. Действовали они как в составах банд, так и отдельными группами. Вот всё, что нам было известно о тех, кого между собой прозвали "черными аистами". Но чтобы они ходили практически в полный рост на пулеметы, никто из нас до этого не видел и не слышал. Тем, у кого возник вопрос к смыслу данного названия, поясню. Суть тут кроется в известных легендах и мифотворчестве. Мы с детства знаем, что белые аисты являются символом новой народившейся жизни. Многие дети на вопрос: "Откуда ты взялся?", отвечают: "Меня аист принес!". Есть те, кто считает, что эти птицы действительно переносят человеческие души. Другие просто считают их вестниками зарождения новой жизни. Так вот. Если белый аист приносит жизнь, то черный аист, наоборот, её забирает. Или по-иному является вестником близкой кончины. И потому встреча с ним как минимум не сулит ничего доброго.

Офицеры и опытные бойцы нашей роты понимали, что чем больше проходит времени, тем меньше остается шансов дождаться реальной помощи. Старшее командование вместо того, чтобы всерьез заняться организацией ожидаемой подмоги в сотый раз задавало нам по связи одни и те же вопросы, пытаясь понять: кто ..., где ..., как ..., когда ... и откуда ...? Свой родной батальон оказался прижатым плотным огнем к скалам и лишенный возможности для серьёзного маневра, тоже вряд ли мог помочь чем-то существенным. Одно подразделение (пдб 103 вдд), которое должно было прикрывать нас с западных склонов хребта над кишлаком Коньяк по неизвестным для нас причинам на свою задачу не вышло и на вызовы нашего комбата по связи не отвечало. Вместо них на упомянутых склонах оказались заранее подготовленные позиции, занятые неприятелем. Другое подразделение (рр 149 гв. мсп) вместо южных и юго-восточных склонов высоты 2221 ещё заблаговременно (в ночь на 24-е мая) вышло на высоту 1741 и, закрепившись там, дальше не пошло. Так как командир разведчиков по какой-то причине (мы даже догадываемся по какой) не получил приказа о выдвижении на указанную высоту и продолжал выполнять боевую задачу, полученную на предыдущем этапе операции. О каком взаимодействии наших подразделений можно говорить, если разведчики (по их же утверждению) даже не стояли на полковой частоте радиосвязи. И по этой причине не могли слышать обстоятельств боя и запросов от командования нашего батальона, которые делались на уже упомянутой частоте. Справедливости ради заметим, что на запросы, которые делались на всех других, используемых на операции частотах, они тоже не отвечали. Ведь не секрет что при комбате 2 мсб был целый взвод связи во главе с опытнейшим начальником связи батальона гвардии старшим лейтенантом Кравчуком, прослужившим к тому времени на этой должности в Афгане около двух лет. Так вот у Кравчука естественно была таблица всех задействованных на операции частот (само собой кроме тех, что не входили в перечень для общего пользования). А кроме того устойчивый канал связи со связистами 103 вдд, поэтому он мог всегда уточнить частоту нужного ему подразделения. Так что, конечно же, вызывали наших разведчиков и на частотах десантников, но с тем же успехом, что и на полковых частотах.

Понятное дело с занимаемых позиций из-за расстояния эффективной помощи нашему подразделению полковые разведчики оказать, конечно же, не могли, лишь наблюдая визуально и в оптику за многочисленными перемещениями душманов. Как выяснилось позже, им даже удалось разглядеть, как на усиление противника в течение дня из-за хребта (со стороны Вотапурского ущелья) подходили свежие силы. При этом наблюдатели насчитали не менее 170 бойцов, по всей видимости не измотанных длительным боем и естественно с нетронутым боезапасом. (Об этом факте через некоторое время рассказывали разведчики, которых приводил с собой в расположение "четвёрки" Сергей Коровин, так как он несколько последних месяцев дослуживал сержантом в полковой разведроте (на должности заместителя командира взвода). Тогда на досуге вспоминали и обсуждали подробности кунарского боя).

Подход свежих сил противника из-за горного хребта также наблюдал в оптику и один из офицеров 5 мср. Когда с группой своих бойцов тоже находился на высоте 1741, выполняя задачу, поставленную командиром батальона. Дело было в следующем. Так как разведрота длительное время не отвечала на запросы нашего командования, то было неизвестно, где она находится в настоящее время. По этой причине возникла довольно высокая вероятность того, что на 1741 уже хозяйничают "духи". А обстановка, как сами понимаете, итак, была не из самых легких. Если же ещё высота 1741 тоже окажется под контролем противника. При подобном варианте развития событий весь батальон мог попасть в плотные клещи, и в результате понести ещё гораздо большие потери. Этого нельзя было допустить никоим образом. Поэтому, командир батальона отправил 5-ю мср разведать обстановку и взять под свой контроль упомянутую высоту. Для этого комбату пришлось снимать "пятёрку" с занимаемого ею важного участка обороны (то есть оголить его) и отправить это подразделение штурмовать высоту 1741. При этом с целью огневой поддержки 5-й роты по упоминаемой высоте положили из миномета последние четыре 82-мм мины. Нашему батальону в тот день было не до игрушек. Так вот - командир взвода из 5 мср доложил комбату по связи о выдвижении душманов, указав координаты цели по карте. Командование батальона пыталось навести на движущийся отряд боевиков артиллерию. Но, как и во всех предыдущих подобных случаях (на всём протяжении того боя) артиллерия молчала.

Да, конечно, так как информация поступала в разное время и из разных источников, то невозможно определенно сказать об одном и том же отряде неприятеля идёт речь или о разных.

До этого с разведротой единственный контакт по связи состоялся ночью, когда мы поднимались вверх, как раз по склонам высоты 1741, начав свое восхождение от самого её подножия (когда свернули с дороги вдоль реки вправо). Неожиданно неизвестно кем была запущена осветительная ракета. На какое-то время мы стали видны, как на ладони. А нашему подразделению в момент подъёма такой демаскирующий фактор был совсем некстати. И тогда с возмущениями на связь на нашей частоте неожиданно вышли полковые разведчики. Дескать, кому делать нечего, кто там херней мается? От батальонного взвода связи последовал ответ, что в свою очередь мы подумали, что это именно разведчики и запустили ту ракету, услышав (из-за осыпающихся камней), что кто-то ниже их передвигается. Остановились на том, что это скорее всего борзые местные духи, которые где-то разжились осветительными ракетами. И в том коротком сеансе связи командир разведроты сообщил, что контролирует вершину 1741 и будет пока дальше находиться на своих позициях, так как приказа двигаться дальше не получал. Кстати сказать, разведчики знали, что подразделение 103 вдд накануне, нарвавшись на засаду, вело бой у кишлака Панджигаль и при этом понесло потери убитыми и ранеными, но тоже, даже словом об этом не обмолвились. Такие вот истории приключаются, когда на крупной войсковой операции отсутствует грамотно организованное взаимодействие даже между подразделениями одного полка. Если помните, мы Вам уже рассказывали о месте дислокации тех нездоровых корней из которых выросло это полное отсутствие организации взаимодействия между упомянутыми подразделениями нашей части и оттуда же упомянутая выше несогласованность в постановках им боевых задач. Конечно же, корни всех этих недоработок скрывались в слабом профессионализме некоторых офицеров полкового звена. Уже одно то, что исполняющего обязанности командира части несколько часов никто не может найти, причём в то самое время, когда уже идёт тяжёлый кровопролитный бой и от его действий и решений напрямую зависят жизни подчиненных ему людей - говорит о многом. А когда после долгих поисков его наконец-то находят преспокойно купающимся в реке, то это вообще какая-то параллельная реальность.

Вспоминая наиболее острые моменты обсуждаемой операции в своих мемуарах, генерал армии В. И. Варенников пишет следующее: "Бои в Кунаре и, особенно в ущелье Печдара, в районах н. п. Мена, севернее Асмара, юго-восточнее Нарая приобретали ожесточенный и затяжной характер. Отмечались случаи перехода мятежников в контратаки. Только благодаря мощным и точным ударам авиации и огня артиллерии удалось сломить сопротивление".

Но, что касается нашего конкретного случая, то почему-то всемерная поддержка артиллерией и авиацией, обещанная старшим командованием перед выходом, на деле оказалась недоступной. А играть картами краплеными противником, да еще при таком неудачном раскладе. Иными словами, с такой сложной ситуацией нашей роте довелось столкнуться впервые. Учитывая всё вышеперечисленное, мы решили продержаться до наступления спасительной темноты и отойти под её прикрытием, предварительно эвакуировав раненых. Больше всего нас угнетало, что до той поры может не хватить патронов. В ход давно пошли боеприпасы убитых и раненых товарищей, но и они были уже на исходе. Но главной бедой было то, что нам, несмотря на неоднократные попытки, никак не удавалось вынести в безопасное место нашего раненого командира роты. "Духи", заприметив проявленный интерес, поняли, что неспроста мы раз за разом рвемся к одним и тем же камням. По-видимому, они догадались, что в этом месте находится командир подразделения и что он ранен. К тому же, как мы уже упоминали, они сидели на наших радиочастотах и слушали переговоры. Конечно, если бы мы "достучались" до артиллерии, и она дала хотя бы несколько залпов по указанным нами координатам целей. Тогда под прикрытием артиллерийского огня, у нас появился бы реальный шанс, чтобы вытащить гвардии капитана Перятинца и отойти вместе со всеми ранеными. Но ещё раз повторяем, что артиллерия и авиация по роковому стечению обстоятельств в тот день, были для нас недоступны.

"Момент боя. Гвардии капитан Александр Перятинец".

"Не дадим командира мы врагам добить!

Либо вместе погибнем, либо будем жить!", -

Приняли решение все, кто мог сражаться.

"Эх! Нам бы, до темноты продержаться!".

У читателя может сложиться впечатление, что наш командир всё время находился несколько в стороне от основных сил роты. Это не так. Но видимо придется пояснить. Изначально командный пункт капитана Перятинца располагался практически в центре обороны подразделения. Дело в том, что почти с первых минут огневого контакта противник (по известным ему мотивам) уделял наибольшее внимание именно этому участку боя. Сюда он сосредоточил свой самый плотный огонь. По этой причине больше всего наших парней сложило головы как раз на этом пятачке обороны. В начале боя перед командиром роты, а также справа и слева по фронту от него занимали боевые позиции: Нурик Алибаев, Алексей Абакумов, Василий Вохмянин, Вячеслав Дуплищев, Шухрат Кодиров, Заза Царцидзе. Все они сражались, занимая первую линию обороны на этом участке боевых действий. Здесь и полегли. Не лишним будет упомянуть, что в период начальной стадии боя несколько человек получили серьёзные ранения, также сдерживая натиск душманов в районе командного пункта роты. Это и М. Агаоразов, и А. Алимбаев, и А. Байлиев, и ещё пара бойцов. Но, к счастью, их удалось эвакуировать в тыл и укрыть за естественными складками местности. Уже там всем раненым была оказана первая медицинская помощь.

Вот таким образом оказалось, что А. Г. Перятинец, И. Гареев и В. Еровенков, да еще Ю. Соколовский (в 15-17 метрах левее КП роты) остались последними, кто был в состоянии сражаться с противником на этом участке обороны роты.

Наш ротный командир перед этой операцией только вернулся из госпиталя, после перенесенного вирусного гепатита и ещё не совсем вошел в прежнюю физическую форму. А тут сразу такие пиковые нагрузки, да ещё это тяжелое ранение. Когда душманы выскакивали в атаку, они пытались захватить участок местности, на котором находился Александр Григорьевич. Тогда все, кто ещё мог стрелять, отсекали противника от командирского укрытия на КП роты. В частности, очень эффективным и результативным был фланговый огонь с позиций 3мсв (с того самого "пятачка" на северо-западе обороны подразделения). Так что прорваться к нашему командиру не могли ни мы, ни "духи". Рядом с ним, как вы уже знаете, волею судьбы оказались два надежных сержанта: Еровенков Виктор из Орловской области и Гареев Ильфак из города Тольятти. Оба были лучшими боевыми сержантами своих взводов - один из первого, второй из третьего. Они грамотно выбрали позицию и по возможности оборудовали её для стрельбы. К вечеру Александр Григорьевич сильно ослаб от большой потери крови, и наши сержанты укрыли его в небольшом гроте в скальном массиве. Игорь и Витя бились с рвавшимся к командиру врагом не на жизнь, а насмерть, не подпуская неприятеля близко. Благо выбранная позиция хорошо защищала их с трех сторон, давая возможность вести огонь из-за укрытия.

Так вот, оба сержанта, прикрывавших командира роты, были застрелены снайперами противника, обошедшими их поверху с незащищенной стороны. Но перед тем, как сделать свои смертельные выстрелы, вражеским специалистам пришлось изрядно потрудиться, несколько часов карабкаясь по отвесным скалам и всё для того, чтобы огневая позиция наших парней вышла из слепой зоны и они оказались видны в оптические прицелы. Уж так грамотно и удачно был волею судьбы расположен КП роты. Эта трагедия произошла в тот момент, когда, пользуясь затишьем, Еровенков перевязывал рану Гарееву, которого "зацепило" в плечо левой руки. Гареев, чтобы зря не терять времени, снаряжал патронами магазины к автомату. Так они и замерли - в положении сидя, прислонившись спинами к невысокой скале, и склонившись друг к другу головами, точными снайперскими выстрелами в которые они и были убиты. В таком положении они были найдены, когда пришло время выносить погибших с поля боя. Даже рука врага не посмела прикоснуться и нарушить картину, запечатлевшую эту героическую гибель. Смерть настигла их совершенно внезапно. Со стороны казалось, что в момент, когда они занимались своим делом, кто-то дал им команду: "Замри".

Друзьями их сделала война. Слева направо: Нурик Алибаев, Юра Кабанов, Витя Еровенков, Ильфак Гареев.

Реальный пример Братства Народов - узбек, мордвин, русский, татарин. Живым с Кунарской операции вернулся

только один из закадычных друзей - Юра Кабанов. Остальные погибли героями в бою у горного кишлака Коньяк 25.05.85.

Все призыва - осень 83-85.

Ильфак и Виктор обещали Александру Григорьевичу, что смогут долго удерживать облюбованную ими позицию. И они сдержали свое слово, продержавшись целых восемь часов. Но, к сожалению, помощь, на которую все "Рулеты" очень надеялись (особенно в начале боя) так и не подошла. А времени для воплощения данного замысла у старшего командования было с избытком. Об отсутствии поддержки авиацией и артиллерией всё уже неоднократно сказано ранее.

С гибелью двух героических сержантов у нас пропала последняя надежда вытащить своего командира. Оставалось прикрывать его, пока имелась возможность, не давая приближаться к нему басмачам. Бросить ротного на растерзание врагам мы не могли. Как уже упоминалось, остальных раненых нам удалось эвакуировать из-под обстрела и оставить в более-менее защищенном месте под присмотром солдат младших призывов.

Перятинец тоже понимал, что рота никогда его не бросит. Ни так она была воспитана. Также он понимал, что личный состав подразделения не сможет прикрывать его до бесконечности, потому как боеприпасы были уже на исходе, а прорваться к нему, чтобы вынести - тоже было просто нереально. На случай, если "духи" выскочат на него внезапно, он подготовил им сюрприз: ручную гранату Ф-1 с выдернутой чекой, которую наш командир закрепил в выемке скалы у себя под рукой, так, чтобы её можно было легко выбить одним движением. Судя по всему, он больше всего опасался, что попадет в руки к неприятелю в бессознательном состоянии, так как потерял много крови и очень ослаб. Тем не менее, пытаясь спасти своих подчиненных, Перятинец несколько раз приказывал оставить его одного и отходить после того, как вытащим остальных раненых. "Уходите! Я принял решение! Живым я не сдамся!", - выкрикивал он. Но командиры взводов под разными предлогами всячески противились этому, и рота продолжала занимать прежние позиции. Понимая, что, защищая его до последнего патрона, погибнут все, капитан решил - ценой собственной жизни спасти свое подразделение. Погибнуть, чтобы развязать руки остальным.

"Прощайте, мужики! Сохраните роту! Выходите, пока ещё есть патроны. Выносите тех, кого можете. Я ухожу навсегда! Прости меня, Господи! Не поминайте лихом!", - собрав последние силы, с надрывом прокричал Александр Григорьевич, выбрав минуту затишья.

Вслед за его словами раздался глухой одиночный выстрел. Так погиб старший "Рулет" - командир 4-й мотострелковой роты гвардии капитан Александр Григорьевич Перятинец. Воин с большой буквы, офицер чести и долга, требовательный и заботливый командир - гордость Земли Русской. Перед этим он вывел из строя, расстреляв из автомата, 'ромашку' - радиостанцию для связи с авиацией и носимую Р-148-ю, сжег свою карту.

Гвардии капитан Перятинец Александр Григорьевич (Таким он был при жизни).

"Живым - рота меня не бросит.

За то время "костлявая" всех покосит.

Я должен вернуть матерям сыновей!

Я должен вернуть девчонкам парней!

Простите: мать, жена и дочь -

Бойцам своим обязан я помочь.

Отважной гибелью своей

Спасу я от горя других матерей".

Капитан снял крестик и зажал в кулак,

Чтоб над верой святой не глумился враг.

В долю секунды вся жизнь пролетела,

Что не жил для себя, никому нет дела!

Метнув гранату в наседавшего врага,

Принял смерть, во весь рост поднявшись.

Подломилась перебитая нога,

И он рухнул, с вечностью обнявшись.

Кровью заплакали черные скалы,

Много за тысячи лет повидавшие.

Память и Слава не вам генералы,

А Вам - за солдат свои жизни отдавшие!

Вскоре начало темнеть, и это было нам на руку. Патроны были на исходе. У большинства оставалось по последнему неполному магазину. (Хотя перед началом боя у каждого стрелка автоматчика и пулеметчика РПК было не менее чем по 8-10 снаряженных магазинов. Плюс к этому до тысячи патронов россыпью в специально сшитых полотняных мешочках. "Карманная артиллерия" состояла из десяти ручных гранат. Как правило, 6 штук Ф-1 или РГО и 4 штуки РГД-5 или РГН на выбор. Пулеметчики ПК имели боезапас в тысячу патронов - в лентах и россыпью. Такое же количество патронов было и у снайперов. Помимо перечисленного, в каждом взводе было по три подствольных гранатомета ГП-25. К каждому "подствольнику" имелось в наличие не менее 10 гранат ВОГ-25. Правда, все они были израсходованы еще в первые часы боя). Отдав отряду прикрытия, состоящему из добровольцев, по половине оставшегося в наличии скудного боезапаса и доложив о своих действиях на запасной частоте комбату, остальная часть роты начала потихоньку отходить, вынося раненых. Многие раненые бойцы шли сами, как могли. Кто опирался на свой автомат, кто на плечо друга. Убедившись, что группа с ранеными ушла достаточно далеко, начал отходить и отряд прикрытия, используя, наработанную ранее, так называемую "тактику поэтапного снятия женского чулка". Для осуществления этой наработки отряд был поделен на две равноценные группы. По установленной команде под прикрытием огня товарищей, используя естественные складки местности, короткими перебежками отходила первая группа. Затем, когда отошедшая группа закреплялась на новом рубеже обороны, то уже под ее прикрытием, таким же способом начинала отходить вторая группа, прикрывающая до этого первую. И так этап за этапом, словно ажурный чулок, аккуратно стягиваемый с изящной женской ножки. Одной группой (7 человек) командовал гвардии старший лейтенант Транин Геннадий Юрьевич, который весь был посечен осколками, но не покидал поля боя. Второй группой (8 человек) командовал гвардии лейтенант Щенников Владимир Витальевич. Душманам очень не хотелось отпускать живыми тех, кого они давно сочли своей законной "добычей". Поэтому, кунарские басмачи с диким остервенением выскакивали и преследовали нас, попадая под прицельный огонь группы прикрытия. Теряя своих людей, "духи" залегали. Думается, что им было совсем некомфортно чувствовать себя в роли мишеней.

В это время произошел курьезный случай. Гвардии рядовой Сергей Коровин, несколько замешкавшись и пропустив команду к отходу своей группы, выскочил из-за своего укрытия, когда душманы были не более чем в десятке метров от него. И смех и грех было видеть как Сёха бежит практически в одной группе с "духами". Кто-то из наших парней, наблюдая эту необычную картину, громко и с сарказмом произнёс: "Ну, Сёха! Предводитель команчей! Пороть тебя некому!". Судя по всему, у противника было огромное желание взять кого-нибудь из нас в плен. Поэтому басмачи изо всех сил пытались догнать и скрутить Серёгу Коровина, который убегая, выделывал такие акробатические трюки, коим позавидовал бы любой профессиональный гимнаст, выполняющий вольные упражнения. Мы боялись "зацепить" нашего "трюкача" и по этой причине прикрывали его с большой осторожностью. Поняв, что догнать Сёху им не удастся, "духи" открыли огонь по ускользающей от них "жертве" и это придало бойцу ещё большей прыти. Он прыгал рыбкой через валуны, держа автомат в вытянутых перед собой руках, совершал кувырки и различные кульбиты. При этом наш убегающий боец каким-то образом ещё умудрялся отстреливаться. И надо сказать, что это получалось у него вполне успешно.

В одном месте, прыгнув рыбкой через валун приблизительно метровой высоты, убегающий солдат провалился с другой стороны не менее чем на два метра, грохнувшись со всего маха об камни. Мы грешным делом подумали, что Серёга разбился, но наш юркий воин тут же вскочил и побежал дальше. На гвардейце был десантный комбинезон не менее чем 50-го размера, хотя и 46-й скорее всего пришёлся бы ему впору. Поэтому, когда Коровин бежал комбинезон раздувался на нём, как парус на ветру.

"Отход группы прикрытия. Акробатический этюд в исполнении Сергея Коровина".

В ином месте Серега, орудуя прикладом, скинул со скалы одного выскочившего на него душмана, застрелил другого и, не раздумывая, спрыгнул с уступа 8-9 метров высотой прямо на торчащие из земли острые камни. Затем, застрелив ещё одного, не сумевшего вовремя остановиться, потерявшего равновесие и сорвавшегося вниз, следом за ним "духа" - последним оставшимся в стволе автомата патроном, побежал дальше. (В одной из давних несколько нескромных публикаций, описывающих подобные случаи, довелось прочитать, что на Кунарской операции рядовой С. Коровин, чтобы не попасть в плен бесстрашно бросился вниз со скалы высотой в двадцать метров. Перед этим, после того как у солдата закончились патроны, только штыком и прикладом ему далось уничтожить не менее пяти душманов. Но храбрый воин остался жив и вскоре вернулся в строй. И тому подобное. Написано было офицером "афганцем", но не из числа наших сослуживцев. Думаем, такого рода "приписки" только вредят произошедшему в реальности. Нам лишнего не надо - свое бы пережить. Хотя не сомневаемся, что если бы пришлось по ситуации, то Коровин сиганул бы и с большей высоты). Когда Сергей добежал до наших позиций, и бойцы затащили его за укрытие, отбив наседавших душманов, глазам очевидцев открылась "весёленькая" картина. Комбез Коровина был прострелен в нескольких местах, поэтому товарищи помогли солдату снять его, чтобы обработать и перевязать раны. Каково же было всеобщее удивление, когда нами не было найдено ни одного серьёзного огнестрельного ранения на теле гвардейца, разве что одни касательные царапины. А ведь в Сёху стреляли почти в упор. Зато от падений и ударов тело Серёжки Коровина превратилось в одну сплошную гематому. Выйти из такой передряги, отделавшись только царапинами, синяками и шишками - дело нешуточное. Про таких везунчиков говорят: "В рубашке парень родился!".

(В данном случае мы видим яркий пример того, какие чудеса может совершать человеческий организм в моменты крайней опасности для жизни. Известно, что в подобной ситуации в кровь человека выбрасывается максимально возможное количество адреналина и норадреналина. Именно благодаря воздействию этих активных веществ наше тело становится способным на такие достижения о которых в обычной жизни мы не могли бы и подумать. Исходя из того, что всё идёт от головы, получаем, что мозг человека тоже начинает работать в особом режиме и это феномен, который в настоящее время ещё мало изучен. Некоторые люди в минуту смертельной опасности (благодаря особой работе мозга) способны совершать переход в состояние измененного сознания. Человек на непродолжительное время будто бы попадает в иную реальность. Где всё ощущается по-другому и действуют свои неизвестные нам законы. К примеру, у бойца, находящегося в этом необычном состоянии, на короткое время появляются выдающиеся способности о которых ни он сам, ни окружающие даже не подозревали. По всей видимости наш Сёха демонстрировал чудеса владения своим телом, находясь именно в таком, спасительном для себя состоянии. Ведь в прежней жизни Сергей Коровин не отличался ни спортивными достижениями, ни физическими возможностями. Да и по уровню боевой подготовки в роте всегда считался твёрдым середнячком. Был правда у Серёги Коровина один изъян. Дело в том что у него в одном месте словно "шило" сидело, которое частенько находило "приключений" на бедовую голову гвардейца. При этом Сёха был не робкого десятка, и это обстоятельство порой только осложняло ситуацию. Лучшим другом у него был Лёха Майоров, который наоборот был очень хорошо развит физически и обладал в подразделении реальным авторитетом и уважением. Ясное дело, что "Майор" играл "первую скрипку" в этом дружеском тандеме. Сёха и Лёха всегда были вместе и в части, и на боевых. Но в этом бою Лёха был дважды серьёзно ранен и Серёга впервые остался без надёжного друга и покровителя, который всегда за ним присматривал и уберегал от многих неприятностей. И надо же такому случиться, что оставшись без дружеского попечения, наш гвардеец почти сразу же попал в такую ужасную и крайне опасную переделку. В которой обстоятельства сложились таким образом, что пришлось надеяться только на самого себя. К счастью, Бог Милостив! Живым вышел боец из такой серьёзной передряги. Разве это не чудо? Ведь чтобы остаться в живых ему нужно было умудриться "проскочить сквозь игольное ушко". И он это сделал! Но для полноты информации не будем утаивать, что на следующий день, после того как вышли к своим, Сёха даже не смог подняться на ноги).

Это удивительно, но действуя в таких тяжёлых условиях, да ещё в такой сложной ситуации обе группы прикрытия не потеряли ни одного бойца. Нам кажется, что без вмешательства Высших Сил тут не обошлось. Мы можем лишь предполагать, что за столь долгие часы такого жёсткого и бескомпромиссного боя все, кому с нашей стороны суждено было погибнуть - уже погибли. А за оставшихся в живых, тех кому посчастливилось уцелеть под градом из пуль и осколков плотной стеной встали все наши штатные и внештатные Ангелы Хранители и Хранители Рода.

Возможно в этот процесс "вписался" кто-то из более высокой иерархии Высших Сил, для кого подобное вмешательство было не самой большой сложностью в диапазоне имеющихся возможностей. Иначе нам очень трудно понять самим, а тем более объяснить другим людям, как нам удалось выжить в том локальном Армагеддоне, отделавшись в основном лишь легкими ранениями, ушибами и царапинами. Ведь душевная боль за погибших парней пришла несколько позже.

В общем мы не знаем каким образом подобное чудо оказалось возможным, но нам хочется обязательно упомянуть тех бедовых отважных парней, которые особо отличились, действуя в группах прикрытия "не за страх, а за совесть". Тех, которые прикрывали собой - своими жизнями отход раненых и искалеченных в бою товарищей. И только потом, выждав обозначенную временную паузу, без суеты и без паники начали отходить сами, используя отработанную для подобных случаев тактику. Извините, что и в этом случае не сможем быть оригинальными. Ведь это в основном уже известные читателю имена и фамилии.

В группе старшего лейтенанта Транина, выполняя поставленную боевую задачу, ежесекундно рискуя собой, грамотно и отважно действовали: гвардии сержант Айрапетян Альберт, гвардии младший сержант Соколовский Юрий, гвардии младший сержант Кодиров Курбан, гвардии младший сержант Яровой Николай, гвардии рядовой Коровин Сергей. Честь и хвала этим доблестным воинам!

В группе лейтенанта Щенникова, чётко выполняя поставленную командиром задачу, ежесекундно рискуя собой и не допустив ни единого сбоя, также отважно и самоотверженно действовали: гвардии сержант Кабанов Юрий, гвардии рядовой Хантураев Усман, гвардии рядовой Кодиров Ортик, гвардии рядовой Каримов Миркасим, гвардии рядовой Джамбеков Дауд, гвардии рядовой Шаймарданов Давлат. Честь и хвала этим храбрецам четвертой роты!

Наконец окончательно стемнело, как это бывает в горах - как будто кто-то выключил свет. В темноте преследователи умерили пыл и отстали, боясь, что сами нарвутся на засаду. Офицерами роты было принято решение: вновь разбить подразделение на две группы. В одну группу входили наиболее пострадавшие в схватке с врагом, т. е. все раненые и покалеченные в бою, а также "молодые", менее подготовленные солдаты. Задачей данной группы было: вынести всех тяжелораненых и вывести ходячих раненых к расположению основных сил. Эту группу возглавил гв. ст. лейтенант Транин, так как сам пострадал в бою больше всех оставшихся в живых офицеров роты. Второй группе, которую возглавил гв. лейтенант Щенников, предстояло прикрывать окончательный отход группы, эвакуирующей раненых, а затем предпринять усилия по возвращению на место боя, чтобы попытаться вынести тела погибших товарищей. Потому что во 2-м батальоне всегда твердо соблюдался закон - сколько ушло на боевой выход столько и должно вернуться. В независимости от того - живыми, ранеными или убитыми. Эта традиция соблюдалась в батальоне от ввода - до самого вывода с территории Афганистана. Несмотря на то, как тяжело было порой выполнить эту задачу, опираясь только на собственные силы.

Честно сказать, именно Щенников и напомнил тогда об упомянутой негласной традиции, и настоял на строгом её соблюдении. А инициатива в Советской Армии - сами знаете что...

Поэтому ему и планировать, и организовывать, и руководить, и отвечать - если что не сложится.

Раненые были выведены и вынесены к расположению наших войск, возле ставки главного командования и переданы в руки военных медиков, которые в дальнейшем эвакуировали их в госпиталь, находящийся в Джелалабаде. С этим вопросом всё решилось нормально. Но на поле боя остались наши погибшие товарищи, наш ротный командир. Из поясненного выше вы уже понимаете, что мы не могли оставить их тела на поругание врагу. Поэтому, из дееспособного состава 4-й мср лейтенантом Щенниковым были отобраны добровольцы, которые были в состоянии выполнить эту миссию не только физически, но и морально. В итоге в группу вошло четырнадцать человек. Обсудив план взаимодействия, малочисленный отряд в кромешной тьме двинулся к району боя, следуя за командиром взвода, который находил дорогу одному ему известным способом. Подойдя к месту выполнения задачи, мы услышали иностранную речь и шум передвижений. Территорию, на которой происходила основная часть боестолкновения, без лишней скромности занимал отряд противника. Стараясь передвигаться бесшумно, мы хоть и не видели, зато хорошо слышали своих врагов. Приблизившись насколько это было возможно, наша группа залегла, затаившись за каменной грядой. От группы отделились: гв. лейтенант Щенников, гв. сержант Кабанов и гв. рядовой Хантураев, которые взобравшись на выступающую над местностью скалу, оттуда на слух закидали душманов ручными гранатами Ф-1.

"Забросать со скалы гранатами - удачная задумка!".

После взрывов поднялся гвалт, раздались вопли. Слышно было, как "духи" забегали, заголосили, засуетились. Судя по шуму передвижений и возгласам их было не менее 50-ти человек. Таким образом наша группа воплощала задумку: "Не вступая с противником в бой, отогнать басмачей от места гибели боевых товарищей". Поэтому, подняв панику в стане душманов мы, затаившись, выжидали, чтобы понять характер их дальнейших действий. Надеясь на то, что, опасаясь новых непонятных взрывов, басмачи уйдут.

По стонам и ругани звуки которых отчетливо доносились до наших ушей мы поняли, что у душманов некоторое количество человек как минимум ранены. Нашего приближения они скорее всего не слышали. Да и не думали, наверное, что после всего произошедшего у потрёпанных тяжёлым боем шурави хватит "ума" вернуться. Поэтому, до этого эпизода чувствовали себя в относительной безопасности. Внезапно непонятные взрывы, потери.

Наш расчет оказался верным. По-видимому старший в этом отряде "духов" несколько раз на пушту дал команду: "уходим". После этого, они быстро сгруппировались в одно место и двинулись вверх и вправо. Мы слышали, как они поднимали стонущих раненых и уносили их. Вероятно среди тех, кого они выносили, были и убитые. Руки чесались, чтобы закидать их гранатами. Стрелять было нельзя по причине малой эффективности этого дела в полной темноте, а ещё потому, что вспышки выстрелов выдали бы наше место нахождения, о котором моджахеды пока не догадывались. И это как ни странно было положительным моментом, потому что патронов оставалось даже меньше - чем "кот наплакал".

Предполагаем, что с наступлением темноты основные силы неприятеля скорее всего несколько сменили место своей дислокации, так как после нашего отхода по этому району могли нанести как бомбовый удар, так и артиллерийский налет и по этой причине душманам не было смысла подставляться впустую в полном составе. Поэтому они отошли, унося с собой раненых и убитых собратьев. Ведь по законам ислама своих погибших и умерших от ран воинов они должны были предать земле как можно скорее, но обязательно в светлое время суток. В данном случае получается на рассвете. А на месте боя в качестве прикрытия остался небольшой отряд местных басмачей, личный состав которого в момент нашего подхода занимался банальным мародерством. Оторвав "стаю шакалов" от этого милого их сердцу занятия несколько бесцеремонным образом, наша группа, слушая звуки ночи, ждала, когда они уйдут на безопасное для нас расстояние. Выждав паузу, мы, соблюдая меры предосторожности, вышли на поиски павших соратников. Скоро нами были найдены сразу восемь тел погибших. Они были выложены в ряд. Шестеро из них были раздеты донага. Два тела раздеть не успели. Судя по всему, душманы собирались жестоко надругаться над телами погибших советских воинов по своему дикому обыкновению, да не хватило времени по причине нашего вмешательства.

Затем пролазив по камням и скалам некоторое время, мы нашли ещё четыре тела своих убитых товарищей. В кромешной темноте искать приходилось в буквальном смысле на ощупь. Таким образом, найдя тела двенадцати геройски павших однополчан, решили выходить. Так как нас было всего четырнадцать человек, больше нам было не вынести. Один пойдет впереди, выбирая дорогу. Двенадцать других понесут тела погибших. И один пойдет в замыкании, обеспечивая прикрытие.

"Отход с телами погибших братишек. В кромешной темноте через скалы и камни".

Впереди шел, прокладывая маршрут движения, замполит роты гвардии лейтенант Молокитин. За ним двенадцать бойцов, каждый из которых нёс на себе тело павшего в бою братишки. В замыкании шёл, прикрывая отход, старший группы командир взвода гвардии лейтенант Щенников. От тяжелой во всех смыслах ноши у солдат взмокли спины и без того уже мокрые от крови, сочащейся из смертельных ран, загубленных врагом боевых товарищей. Кровь мертвых, смешавшись с "кровавым" потом живых, навсегда породнила не бренные тела, а бессмертные души. Так потом и пришлось жить за двоих каждому из этих воинов, соразмеряя всю жизнь свои действия и поступки с нравственными категориями тех, чьи тела пришлось выносить в ту тяжёлую майскую ночь. Если жизнь заставляла принимать сложные решения, то старались поступать так, как поступил бы побратим, навсегда оставивший часть своей души за спиной и ставший мерилом совести.

Тяжела, для воинов сникших,

Вторая бессонная ночь.

До утра выносили погибших

И некому было помочь.

Не придумать ужасней картины,

Как мы мертвых несли друзей.

От крови и пота липкие спины -

Не ноша, а горе сгибало сильней.

Нет тех испытаний в веренице веков и дат,

Которых бы не вынес наш бедовый солдат.

Но из всех испытаний, нет того тяжелей,

Когда сберечь не в силах боевых друзей.

И не грело выжившим души,

Что противник понес урон.

Мохаммеду с Иисусом бы в уши,

Те "молитвы" с обеих сторон.

Гвардейцы четвертой роты, погибшие в бою,

Пока мы живы, Вы, с нами в одном строю!

Вам жизнями обязаны многие из нас.

Огонь Боевого Братства со временем не угас!

По такой сложной местности в полной темноте двигались очень медленно. Когда занимались поисками, старались передвигаться бесшумно, но, когда стали выносить тела погибших о бесшумном передвижении не могло быть и речи. По всей видимости, удаляющиеся душманы, услышав характерный шум осыпающихся камней, решили отправить часть отряда в нашу сторону. Довольно скоро им удалось сблизиться с нашей печальной процессией. Мы слышали их, они слышали нас - не зная реальной численности друг друга. В нашей ситуации принимать бой было нецелесообразно, так как группа гв. лейтенанта Щенникова была обязана вынести тела, сложивших головы, братьев по оружию. Поэтому, сдерживая ненависть к врагу, мы продолжали двигаться вперед.

"Отход с телами погибших братишек. Замыкание".

Кунарские душманы следовали за нами по пятам, но по каким-то своим соображениям тоже не нападали. Иногда с их стороны доносился приглушенный разговор. У наших ребят по понятным причинам были заняты руки. И чтобы не дать врагу застать себя врасплох, многие шли, держа ручные гранаты зубами, будучи в мгновенной готовности повторить подвиг Василия Кузнецова. Наконец наш отряд подошёл к позициям батальона, предупредив о своем приближении по связи, чтобы нас не приняли за "духов" и не открыли огонь. Стало понятно, что четвертую роту ждали, так как раздались крики: "Держитесь, мужики, мы идем к вам!" и прочие, подобные этому возгласы. Навстречу нашей группе выскочили солдаты и офицеры из пятой и шестой рот батальона. Они помогли нам донести тела погибших ребят до своих позиций. "Духи", услышав что нас много, моментально отстали и растворились в ночи.

Только на позициях, занимаемых батальоном, нам удалось, осторожно посветив фонариком, рассмотреть кого мы вынесли. Четверо погибших: Н. Ю. Алибаев, А. В. Абакумов, В. Н. Акчебаш, А. В. Францев были из 4-й роты. Пятеро из остальных вынесенных нами однополчан оказались приданными роте минометчиками. Это: В. К. Замковой, А. В. Христофоров, В. К. Андреев, А. П. Лукошкин и Р. С. Ходжакулиев. Далее два приданных нам санинструктора: В. П. Фицык и В. П. Дёмкин, а также один гранатометчик: З. М. Царцидзе. К большому сожалению, среди вынесенных нами тел не оказалось погибшего командира роты и останки Василия Кузнецова нам также не удалось обнаружить. В полной темноте мы так и не смогли их отыскать. Видно Высшим Силам было угодно, чтобы мы увидели останки этих Героев и место их гибели в светлое время суток.

Когда разобрались кто кого выносил, то были очень удивлены, что тело гв. лейтенанта Валерия Замкового, который весил не менее девяноста килограмм, нес на себе гв. сержант Юрий Кабанов собственный вес которого не превышал пятидесяти пяти килограмм. Как он смог дотащить на себе тело такого богатыря да еще в темноте и по скалам до сих пор для всех остается загадкой. Поистине неисчерпаемы возможности человеческого организма.

Что доказал еще один случай. Через некоторое время после того как мы добрались до своих к расположению батальона вышел гв. рядовой А. Б. Хамзаев - из личного состава приданного 4-й мср подразделения минометчиков. Он был тяжело ранен разрывной пулей в бок. Пуля вошла через верхнюю часть бедра и разорвалась в животе. Хамзаев, стиснув зубы, ковылял, опираясь на свой автомат. Минометчик рассказал что долго был без сознания и пришел в себя уже в темноте. Раненый боец, затаившись, пережидал когда вокруг него шарились "духи". Потом он слышал несколько разрывов один за другим, переполох, крики и беготню в стане басмачей. Чуть позже раненому солдату показалось, что он слышал шепот по-русски, но он не стал обнаруживать себя, боясь попасться на хитрую душманскую приманку. Воин решил еще немного повременить, чтобы лучше сориентироваться в сложившейся ситуации. Когда он услышал, как уходит наша группа, то принял решение идти следом. Но, всё ещё боясь нарваться на врага, так себя и не обнаружил. Передвигаясь в направлении, котором ушли мы Хамзаев наткнулся на басмачей, идущих за нами следом, но вовремя затаился. Выждал, когда они ушли в другую сторону и снова пошёл туда, куда подсказывала интуиция. Так, превозмогая боль, он дошел до позиций батальона. Состояние раненого минометчика было очень тяжелым, но сквозь страдания в его глазах, освещенных лунным светом, пробивалась радость и гордость за то, что он нашел в себе силы самостоятельно добраться до своих. Причем несмотря на своё тяжёлое ранение он вышел к позициям батальона вместе со своим штатным автоматом Калашникова.

Затем мы нашли посадочную площадку для вертолета и перетащили туда тела павших в бою однополчан. Дождались "вертушку", благо прилетела она быстро, и погрузили в нее тела погибших сослуживцев и раненого А. Б. Хамзаева. К сожалению, пройдя через такую боль и страдания, столько испытав, гвардии рядовой Абдулханон Бобоалиевич Хамзаев скончался на борту вертолёта, не долетев живым до госпиталя.

Не тратя времени на отдых, двинулись назад за остальными погибшими. Когда мы в очередной раз подошли к месту вчерашнего боя было уже светло. Теперь с нами были значительные силы батальона. На этот раз сложивших головы ГЕРОЕВ искали не долго. Тело гвардии капитана Александра Григорьевича Перятинца лежало в маленьком гротике. Правая разбитая выше колена нога была перетянута жгутом. Комбинезон весь был в пятнах засохшей крови. На лице застыло выражение спокойствия и умиротворения. О приготовленной им ручной гранате с выдернутой чекой и с зажатой в выемке скалы спусковой скобой мы вам уже рассказывали. Рядом валялись две разбитые радиостанции и обгоревший клочок сожженной им карты. За левой стенкой грота у невысокой скалы находились тела двух павших в бою верных сержантов, прикрывавших своего командира до последнего вздоха и не пожалевших своих молодых жизней ради попытки спасти уважаемого ими старшего боевого товарища.

Затем нашли останки Василия Кузнецова. Воина, совершившего бессмертный Подвиг! Тела двух других ребят, погибших с ним в головном дозоре, мы нашли и вынесли ночью. Его же не обнаружили в темноте скорее всего по той причине, что мощным взрывом, когда Василий подорвался с басмачами, ему оторвало руки, ноги и голову, до неузнаваемости искалечив тело гвардейца. Целым осталось одно израненное туловище. Других частей тела гвардии младшего сержанта Кузнецова нам, к сожалению, так и не удалось найти. Зато вокруг валялось много окровавленных клочков душманской одежды и их головные уборы.

Через две недели ему было бы 19...

Некоторое время спустя все наши погибшие соратники были найдены. На этот раз всё сложилось значительно легче. В наличие имелось достаточное количество людей. Было светло. Да и вынести осталось только восемь тел наших павших в бою Братишек. Уложив тела погибших на плащ-палатки, бережно понесли их к посадочной площадке вертолета.

Перед этим у нас было время осмотреть близлежащие боевые позиции неприятеля, временно занятые подразделениями нашего батальона.

26 мая в 5:40 утра гвардии лейтенант Щенников с дюжиной солдат из 4-й роты стоял на позициях противника в полный рост. Конечно, для занятия всего укрепрайона силенок у нас явно не хватало. Но большую часть позиций 1-го и 2-го ярусов нашему батальону удалось занять и осмотреть. Бесспорно, мы смогли сделать это, потому что душманы на какое-то время ушли. Судя по всему их руководство приняло такое решение, опасаясь, что нашим большим начальникам надоест играть с ними в поддавки и гробить своих людей. И они наконец шандарахнут по этой территории во всю мощь, имеющейся в наличии, авиации и артиллерии. Но наше высокое командование продолжало держать паузу и делать вид, что подобные мелочи совершенно не заслуживают их драгоценного внимания.

При осмотре занятой территории нами были обнаружены кучи стреляных гильз от всех видов имеющегося у душманов стрелкового оружия. Удобные бойницы и другие оборонительные сооружения, оборудованные в скалах. Пути отхода в мощные укрытия, выдолбленные и вырезанные специальной техникой в скальной породе на случай артобстрела. По сути дела противник занимал грамотно оборудованный укрепленный район, используя все сильные стороны горной местности. Вместе с тем мы обнаружили много засохших пятен крови на камнях, на скалах и в укрытиях, засохшие окровавленные бинты, разорванную одежду также с пятнами крови, одноразовые шприцы, пустые ампулы и пустые упаковки от лекарств импортного производства. Всё это говорило о том, что у неприятеля были большие потери убитыми и ранеными. Бой с нами не прошел для противника бесследно. Что, учитывая условия в которых пришлось его вести, вселяло гордость за наших солдат, сержантов и офицеров. Но никоим образом не смягчало горечь потерь и утрат, которые мы понесли. Позднее, когда у нас появилась возможность пообщаться с местными хадовцами по волнующим нас вопросам, особенно по поводу их "надежных" агентов-проводников, то мы узнали много интересного. По их словам один из проводников был настоящим предателем и двойным агентом, который смог их обмануть и которого они действительно проглядели. Второй по их словам был честным парнем и оказался жертвой обстоятельств. Так как душманам удалось взять в заложники его семью (жену и четверых детей). И уже после этого шантажировать его тем, что зверски убьют всех его родных, если он откажется от сотрудничества. Ради спасения жизней родных людей тот агент согласился пойти на предательство. Такая вот печальная история. Ещё они поведали нам о своём человеке, который пришёл к ним ранним утром 27 числа и принёс много очень ценной информации. (О приблизительном количестве душманов, участвовавших в бою, об их изначальных планах, о их потерях убитыми и ранеными, о том, что ему для подтверждения полученных данных удалось сосчитать все свежие могилы, появившиеся на кладбище и прочее тому подобное). В общем, получив информацию от местных хадовцев и некоторых представителей старшего командования, мы в итоге узнали что в бою с нами душманы потеряли более ста человек убитыми (эту информацию "красноречиво" подтверждали более сотни свежих могил, появившихся на расположенном вблизи кишлака кладбище) и около полутора сотен ранеными. По имеющимся у командования разведданным выходило что нашему батальону (178 чел.) противостояло в общей сложности не менее шестисот человек. Как уже упоминалось, это было подразделение наемников, предположительно "черные аисты" и два крупных (объединенных) отряда мятежников (так официально назывался наш противник) из бандформирований подконтрольных одиозному моулави Юнусу Халесу (ИПА). Задачей группировки противника было: втянув батальон в тщательно подготовленную засаду, полностью его уничтожить. По возможности засняв это событие на камеру. Далее западные средства массовой информации показали бы по всему миру как результативно борется за свою независимость свободолюбивый афганский народ. Но, благодаря самоотверженным героическим действиям 4-й кундузской роты, которая выстояла практически в одиночку, против многократно превосходящего - и в живой силе, и в вооружении, и в выгодности занимаемых позиций, и умело использовавшего элемент внезапности матерого противника, вцепившись намертво "зубами и когтями" в скалы и камни пусть и чужой для себя по рождению земли, планам врага не суждено было сбыться. Напротив того, даже получив квалифицированную профессиональную международную помощь, душманы не справились со своей задачей, понеся довольно ощутимый урон личного состава.

А Кунарская операция продолжалась. И подразделениям частей и соединений участвующих в ней пришлось много где ещё побывать и много чего ещё испытать. Были ещё и жаркие бои, и серьёзные потери, и изнуряющие переходы. Наш батальон активно участвовал в осуществлении текущих планов командования ещё в течении пятнадцати дней. Дошли с боями от Асадабада до Асмара. Затем участвовали в блокировке и зачистке грозного ущелья Шигал. В Кундуз вернулись лишь ближе к середине июня".

Вы только что прочитали откровенные воспоминания оставшихся в живых участников боя у кишлака Коньяк. Ознакомились с достаточно подробным описанием хронологии тех событий. Узнали имена, фамилии бойцов 4-й роты, которые отличились в этом тяжёлом многочасовом бою. Мы как смогли рассказали Вам и о героических подвигах совершённых нашими парнями ценой их собственной жизни. Но, по весьма авторитетному мнению некоторых высокопоставленных военачальников, оказывается всего этого просто не было. Оказывается в реальности мы просто заблудились в ночное время и попали в хорошо охраняемое противником ущелье. В котором наш батальон, находясь под перекрестным огнем, за короткий срок понёс большие потери. Причём наше подразделение практически сразу же стало выходить из боя, судя по всему бросив своих раненых и убитых. Так как по словам генерала: "Конечно, случай был детально со всеми разобран. Раненым оказали помощь, убитых - вынесли".

Вот почитайте!

Отрывок из книги воспоминаний генерала армии Варенникова В. И. "Неповторимое" (к. 5, часть 7, глава 4)

... мотострелковому батальону, который находился в резерве, под покровом ночи обойти плато слева, вдоль реки, и с наступлением рассвета ударом с тыла (а главные силы в это же время ударят с фронта) выбить душманов и овладеть плато. Кстати, на этот раз подтянули несколько танков и боевых машин пехоты. Мы и рассчитывали выкурить их огнем прямой наводки орудий. Однако, как только наши атакующие подразделения начинали шевелиться, душманы снова открывали огонь. Конечно, никто у нас не имел права поднимать людей в атаку, пока не будет подавлен противник. Командир батальона при мне получил задачу, уяснил ее, здесь же поставил задачу командирам рот. Затем на упрощенном макете местности провел занятия со своими офицерами. И только после того, как все убедились, что и комбат, и офицеры усвоили порядок действий по выполнению предстоящей задачи, они были отпущены в свои подразделения для завершения подготовки их к бою. Казалось, предусмотрели всё, и все-таки была допущена ошибка, которая для батальона оказалась роковой. Дело в том, что в ходе ночного выдвижения идущее впереди охранение перепутало место, где надо было свернуть, а командир батальона, не перепроверив, потянулся с батальоном за охранением. В результате свернули вправо, в небольшое ущелье, считая, что оно выведет в тыл группировки противника. Но оказалось, надо было пройти еще около полутора километров. Ущелье же, в которое свернули, оказалось к тому же хорошо охраняемым. Батальон фактически попал в западню. Находясь под перекрестным огнем, подразделения батальона стали выходить из боя, неся большие потери. Конечно, случай был детально со всеми разобран. Раненым оказали помощь, убитых - вынесли. Плато и вся оборона бандформирований в течение ночи и следующего дня была "перепахана" нашей авиацией и артиллерией, и через сутки она была взята. Но вот такой печальный факт имел место. Что же касается противника, то он продолжал жесточайше сопротивляться".

На основании прочитанного, сами можете судить насколько убога и примитивна данная версия произошедшего. Поэтому, крайне удивляет что до сих пор встречаются те, кто беззаветно верит в эту бессовестно состряпанную ахинею. Вот что значит сила известного имени, авторитет которого был создан былыми заслугами ещё в молодости.

Ну, Вы, поняли как хитро задумано? В ночное время угодили в западню устроенную противником и в ходе скоротечного ночного боя понесли огромные потери. Разве при таком быстром развитии событий у старших военачальников было время для оказания эффективной помощи попавшим в беду? Как за такой короткий срок, да еще в ночное время, можно было организовать поддержку артиллерией и авиацией, не говоря уже о живой силе? Не успели и глазом моргнуть, а всё уже случилось! Выходит, сами виноваты. Нечего было плутать! Совсем другое дело, когда подлинный бой продолжался весь световой день, прихватив себе ещё и часть следующей ночи. Тогда и времени, и широкого диапазона возможностей у старшего командования было с избытком. Как объяснить, что, имея на руках все необходимые козыри, даже не предприняли какой-либо внятной попытки, чтобы оказать действенную помощь нашему батальону? Чем оправдать свою бездеятельность? Что-что, а в искусстве назначать "стрелочников" и "лепить горбатого" начальникам и руководителям высоких степеней отказать трудно. Большие доки!

Выходит, что все эти литературные генеральские потуги не что иное, как не самая убедительная попытка "сказку сделать былью". Так как данные утверждения генерала не подтверждаются ни выводами следствия, ни фактами изложенными ветеранами 4 роты (которым свидетелями были все военнослужащие 2 мсб). И выдумано всё это для того, чтобы в первую очередь снять с себя вину за гибель наших боевых товарищей. Потому как в данной ситуации скоротечный ночной бой вполне оправдывает невозможность оказания действенной и своевременной помощи нашему подразделению со стороны старших военачальников. Иначе, подумайте, какие убедительные аргументы можно найти в своё оправдание, когда бой длился долгие часы, да еще в светлое время суток? Плюс ко всему этот военачальник сам стоял на связи с командованием батальона и лично отдавал все приказания. Он попросту контролировал все наши действия в режиме реального времени. И вдруг всё это по какому-то мановению "волшебной палочки" было моментально забыто. Какая некрасивая потеря памяти! А вот и еще дополнительные аргументы в пользу такого спасительного для генеральской версии ночного времени суток. Чтобы снять с себя ответственность за гибельный маршрут выдвижения и проводников предателей надо было представить дело таким образом, что в засаду попали именно потому, что сбились с утвержденного командованием маршрута и пошли другим путем. Так как в светлое время на том маршруте заблудиться просто невозможно, поэтому, чтобы версия выглядела более правдоподобно опять же нужна генеральская спасительница ночь. В темноте заблудились, сбились с маршрута и нарвались на засаду в охраняемом неприятелем ущелье. Точка.

В Кунарской операции 1985 года боевые действия в ущелье Печдара занимают своё особое место. За три с лишним недели той войсковой операции именно здесь состоялись самые ожесточенные и продолжительные бои, именно здесь Ограниченный контингент Советских Войск понёс свои наибольшие потери (2/3 всех потерь за операцию), здесь же в отрогах гор вдоль ущелья был нанесён основной урон живой силе противоборствующей стороны.

24 мая у кишлака Панджигаль нарвались на засаду и вели кровопролитный бой подразделения 1-го пдб 350-го пдп. И в том бою, к сожалению, погибли пять десантников. Шестой скончался от теплового удара. Но об этом бое и о наличии крупной агрессивной душманской группировки, занимающей боевые позиции прямо на маршруте нашего выдвижения, нас тогда даже не проинформировали. А не то, чтобы провести необходимую в таких случаях предварительную артподготовку. Да и поменять маршрут нашего выдвижения на более логичный и безопасный, тоже конечно бы не помешало. Тем более что мы его сами предлагали и в дальнейшем он был-таки использован. Но к сожалению, уже не нами.

Также нам удалось узнать, что после нашего (состоявшегося 25 мая), следующий серьёзный кровопролитный бой в этом районе горной местности состоялся на рассвете 28 мая. Тот бой вёл разведотряд, состоящий из 2-х разведывательных рот (80 орр и рр 317 пдп) 103 вдд. А это, извините, подлинная боевая элита из элит во всех Воздушно-Десантных Войсках того периода. Командовал тем разведотрядом гвардии капитан Сергей Капустин. И опять были потери убитыми и ранеными. Слава Богу, что в этот раз старшее командование наконец-то сподобилось организовать нормальное взаимодействие между разведчиками, артиллерией и авиацией. И по району выхода десантников на задачу предварительно серьезно поработала авиация, а следом за ней и артиллерия.

Но противник тоже был не так прост, как нам этого хотелось бы. Душманы подготовили дюже хитрую, хорошо замаскированную засаду и подпустили разведчиков на очень близкое расстояние. Ударили почти в упор - внезапно и мощно.

Вот несколько строк из воспоминаний Сергея Капустина: "... в 4:40 утра две разведроты 103 вдд попали под шквальный огонь духов. Из засады в упор. Я командовал тем разведотрядом. Навечно осталась в сердце боль и постоянный вопрос: "Всё ли правильно сделал? Почему не уберег друзей?". Но духам мы вставили. Много их положили, а ребят не уберегли. Нас было 96 человек. (80орр - 47 человек, рр 317пдп - 49 человек). Наши потери: 7ч. убито, 21ч. ранено (за обе роты). Руководил боем зам комдив гв. подполковник Бочаров Евгений Михайлович (ныне покойный). Да, на блоки должны были выйти два батальона 350 пдп, но ночью зависли на скалах первого уровня подъёма и драться нам пришлось в одиночку. Гвардии ст. лейтенант Задорожный В. В. мой арткорректировщик - накрыл собой ручную гранату на моём КП. Стал навечно Героем...".

Парни назвали тот ожесточенный бой операцией возмездия. По воспоминаниям участников упомянутого боестолкновения вертолёты поддержки крутили свою карусель чуть ли не сразу за их спинами (то есть близко настолько, насколько это позволяли технические возможности), работая по позициям противника из всего штатного вооружения. Стоило вертолетам уйти как им на смену тут же вновь пришла артиллерия. Она успешно работала по координатам целей, которые при жизни успел наметить гвардии старший лейтенант Владимир Задорожный. В результате не простого, но грамотно организованного кровопролитного боя, общими усилиями противнику был нанесен огромный урон.

Список погибших 28 мая 1985 года в ущелье Печдара (если ещё точнее, то в отрогах гор Панджигальского ущелья в долине реки Печдара) .

Гвардии капитан Подлесов Вячеслав Александрович - помощник начальника разведки 103 гв. вдд по фото дешифровке.

Гвардии ст. лейтенант Задорожный Владимир Владимирович - заместитель командира 6-й сабатр 2-го адн 1179-го гв. ап 103 гв. вдд. Посмертно присвоено звание Герой Советского Союза.

Гвардии лейтенант Юсупов Хамракул Едгорович - переводчик 80-й орр 103 гв. вдд.

Гвардии ефрейтор Калистратов Юрий Геннадьевич 2-й адн 1179-го гв. ап 103 гв. вдд.

Гвардии мл. сержант Белоусов Дмитрий Борисович - иср 317-го гв. пдп 103-й гв. вдд.

Гвардии рядовой Дроздов Александр Анатольевич - рр 317-го гв. пдп 103-й гв. вдд.

Гвардии рядовой Рыбаков Вадим Витальевич - рр 317-го гв. пдп 103-й гв. вдд.

Были и другие потери в целом ряде боев и кратковременных стычек произошедших за эти дни (24, 25, 26 мая) вблизи от обсуждаемых мест. Так что немало кровушки оказалось пролито в ущелье Печдара в период этой операции. Чтобы не быть голословными публикуем списки погибших:

Гвардии мл. сержант Ефремов Владимир Иванович - 357 гв. пдп 103-й гв. вдд.

Гвардии рядовой Колесников Анатолий Владимирович - 357 гв. пдп 103-й гв. вдд.

Гвардии рядовой Корявин Александр Владимирович - рр 357-го гв. пдп 103-й гв. вдд. Закрыл собой командира роты, чем спас ему жизнь. Посмертно присвоено звание Герой Советского Союза.

Гвардии рядовой Овчинников Александр Васильевич - 357 гв. пдп 103-й гв. вдд.

Погибли 24 мая 1985 года в бою в районе кишлака Шахид в ущелье Печдара провинции Кунар.

Гвардии сержант Качкуркин Владимир Анатольевич - рр 350 гв. пдп погиб 24.05.85. в ущелье Печдара пр. Кунар.

Гвардии ефрейтор Панаркин Борис Владимирович - 1пдб 350 гв. пдп 24 мая получил ранение в бою в ущелье Печдара вблизи г. Асадабад пр. Кунар и умер 30 мая в 340 ОВГ в городе Ташкент.

Гвардии рядовой Соколов Валентин Валерьевич - 2пдб 350 гв. пдп 24 мая пропал без вести вблизи г. Асадабад ущелье Печдара провинции Кунар.

Старший л-нт Меркушев Александр Владимирович командир взв. управления 1-й габатр. адн 66 омсбр. погиб 25.05.85. Кунар.

Гвардии рядовой Бегунцов Александр Владимирович - рр 350 гв. пдп погиб 26.05.85 в ущелье Печдара провинции Кунар.

И список погибших 24.05.85 в бою у кишлака Панджигаль, ущелье Печдара:

Гвардии мл. сержант Мусиенко Анатолий Григорьевич - взвод химической защиты 103-й гв. вдд.

Гвардии мл. сержант Васильев Владимир Антонович - 1-й пдб 350 гв. пдп 103-й гв. вдд.

Гвардии рядовой Аменицкий Роман Вячеславович - 1-й пдб 350 гв. пдп 103-й гв. вдд.

Гвардии рядовой Дубовский Александр Владимирович - згв 1-го пдб 350 гв. пдп 103-й гв. вдд.

Гвардии рядовой Погодин Евгений Владимирович - 1-й пдб 350 гв. пдп 103-й гв. вдд.

Гвардии рядовой Евсейчик Леонид Владимирович - 1-й пдб 350 гв. пдп 103-й гв. вдд. Умер 24.05. 85 в результате теплового удара и обезвоживания организма в ущелье Печдара провинции Кунар.

Прибавьте сюда еще 22-х гвардейцев 149-го гв. мсп - погибших 25 мая в районе кишлака Коньяк ущелье Печдара провинции Кунар.

Итого: 44 погибших, более 60 раненых и несколько десятков вышедших из строя от тепловых ударов.

И это только за четверо суток, и только в районе Печдаринского ущелья. Двум погибшим десантникам гвардии ст. лейтенанту Задорожному Владимиру Владимировичу (сабатр 2-го адн 1179-го гв. ап 103 гв. вдд) и гвардии рядовому Корявину Александру Владимировичу (рр 357-го гв. пдп) за совершённые ими подвиги при ведении боевых действий в ущелье Печдара было посмертно присвоено звание Герой Советского Союза. К глубокому сожалению, подвиг нашего героически погибшего гвардии мл. сержанта Кузнецова Василия Александровича не был оценен командованием так, как он этого заслуживал и Василию Кузнецову не было присвоено этого высокого звания. А за всю Кунарскую операцию 1985 года погибли 69 человек (из них 2/3 за четверо суток на Печдаре) и более 150 было ранено и выведено из строя от полученных тепловых ударов. Такая вот печальная статистика.

Вечная и Светлая Память всем погибшим Братишкам! Здоровья и благополучия всем выжившим и ныне живущим!

Тем более что нынче в результате пенсионной реформы всем Братишкам, которые служили срочную службу в Афгане выход на пенсию установили с 65 лет (на общих основаниях). Так что живите долго и счастливо, Братцы! Чтобы получать пенсию назначенную государством не менее сорока лет после тех установленных 65.

Когда известна информация обо всех произошедших в определенном месте, в известный промежуток времени боях и обо всех понесённых заслуженными боевыми подразделениями потерях, невольно напрашивается вопрос: А стоило ли старшему командованию пороть такую горячку? Ради чего было так спешить, посылая подчас полуживых от усталости и обезвоживания людей, да ещё без поддержки авиацией и артиллерией? Практически в одно и то же место, небольшими отрядами, зачастую даже не организовав должного взаимодействия между подразделениями. Упрямо и настойчиво продолжая отправлять изо дня в день, несколько дней подряд. Сколько усилий! Сколько потерь!

Раз уж этот район имел такое важное значение для руководителей операции, неужели не проще было без спешки нормально подготовиться к выполнению означенной боевой задачи. Собрав в один кулак все необходимые силы и средства и организовав между ними устойчивое взаимодействие, поставить каждому подразделению конкретную задачу. Если бы все, упомянутые выше подразделения, объединенные общей задачей, ударили разом! Сложно даже представить какого результата можно было бы добиться. Причём, конечно же, с гораздо меньшими потерями с нашей стороны. Но в жизни, к сожалению, всё оказалось по-другому.

Нам неизвестно кто является подлинным автором опубликованной Варенниковым недостоверной истории. Но раз уж генерал подписался под опубликованным текстом, то несёт полную ответственность за всё что изложено в этих мемуарах. Можем только сказать, что впервые наши уши услышали её от военнослужащих из других частей буквально через несколько дней после того памятного боя в отрогах Печдаринского ущелья. Естественно, мы интересовались, откуда же им в голову пришла подобная чушь. Все как один отвечали, что эту информацию им довело своё собственное командование. Понятно, что это командование в свою очередь получило данные указания по инстанции "сверху". И, судя по всему, именно этот сценарий и разыгран на страницах мемуаров генерала армии Варенникова.

Воины - гвардейцы из Кундуза,

Геройски погибшие в неравном бою

у кишлака Коньяк (провинция Кунар)

25 мая 1985 года

1. командир роты гвардии капитан Перятинец Александр Григорьевич (4 мср)

2. заместитель командира взвода гвардии сержант Еровенков Виктор Владимирович (4 мср)

3. командир отделения гвардии младший сержант Кузнецов Василий Александрович (4 мср) посмертно не присвоено звание Герой Советского Союза

4. командир отделения гвардии сержант Гареев Ильфак Вахитович (4 мср)

5. снайпер гвардии рядовой Абакумов Алексей Викторович (4 мср)

6. пулеметчик гвардии рядовой Алибаев Нуритдин Юлдашбаевич (4 мср)

7. пулеметчик гвардии рядовой Акчебаш Виктор Николаевич (4 мср)

8. пулеметчик гвардии рядовой Францев Александр Васильевич (4 мср)

9. командир огневого взвода гвардии лейтенант Замковой Валерий Константинович (2-я миномётная батарея)

10. наводчик миномета гвардии младший сержант Лукошкин Алексей Петрович (2 мин. батр.)

11. наводчик миномета гвардии ефрейтор Андреев Владимир Константинович (2 мин. батр.)

12. наводчик миномета гвардии рядовой Христофоров Алексей Валентинович (2-я миномётная батарея)

13. наводчик миномета гвардии рядовой Хамзаев Абдулханон Бобоалиевич (2 мин. батр.) (умер от ран 26.05.85)

14. минометчик гвардии рядовой Забоев Юрий Михайлович (2 мин. батр.)

15. стрелок-радиотелефонист гвардии рядовой Ходжакулиев Русалберды Суханович (2 мин. батр.)

16. командир отделения гвардии сержант Вохмянин Василий Михайлович (2 грв)

17. старший наводчик гранатомета гвардии рядовой Царцидзе Заза Михайлович (2 грв)

18. стрелок гвардии рядовой Цалай Владимир Иванович (2 мсб)

19. санинструктор гвардии рядовой Фицык Василий Петрович (бат. мед. пункт)

20. стрелок-санитар гвардии рядовой Дёмкин Виктор Петрович (пмп)

21. командир отделения гвардии сержант Дуплищев Вячеслав Анатольевич (придан из 3 мср)

22. командир отделения гвардии младший сержант Кодиров Шухрат Мухаммаджонович (придан из 3 мср)

В этом бою были ранены более 20 солдат, сержантов и офицеров батальона.

Воины духа, - погибшие в бою,

Вечную Вам славу в этих строках пою!

Низкий поклон Вам, Братишки, от каждого из нас!

Огонь Боевого Братства со временем не угас!

Нет тех испытаний в веренице веков и дат,

Которых бы не вынес наш бедовый солдат.

Но из всех испытаний, нет того тяжелей,

Когда сберечь не в силах боевых друзей.

Всех погибших в Афганистане -

Семьям, друзьям не вернуть.

Бессмертна душа в Евангелии и Коране,

Лишь Богу Единому решать её путь.

Всех вернувшихся в "чёрном тюльпане" -

К жизни уже не вернуть!

Помнят их родные и однополчане!

Родина-Мать! И Ты, - не забудь!

Впереди процессии командир 149-го гв. мсп гвардии п/п-к Скородумов Александр Иванович. Вслед за ним офицеры полка

несут гроб с телом командира 4-й мср гвардии капитана Перятинца Александра Григорьевича. Далее гробы с телами всех погибших

на Кунарской операции однополчан. Июнь1985 года.

Открытие бюста гвардии младшему сержанту Кузнецову Василию Александровичу. 26 мая 2015 года.

Земляки гордятся, чтят и хранят светлую память даже 30 лет спустя.

Пензенская область. Средняя общеобразовательная школа села Татаро-Никольское.

Помним мы эти скорбные даты!

В кои разом, в означенный час,

На "афганских" могилах седые солдаты

Горький тост поднимают за ВАС!

Вы, наша гордость, совесть и слава

На все грядущие времена!

Жизнь отдать на войне, не забава!

В неоплатном долгу перед вами страна!

Вы, как прежде нас собираете

В эти памятные, траурные дни.

Не забывать друг друга помогаете

В текучке бытовой возни.

Мы большей частью общаемся звонками:

"Как здоровье, кого видел, как дела?"

Но не встречаемся друг с другом месяцами.

"Не забывайте, БРАТЦЫ, - нас война свела!".

Известно нам, что много позади.

А жизнь - стремительно склоняется к закату.

Задуманное, нелегко успеть пройти.

Теряя близких, платим горестную плату.

Сколько их, пополнивших погосты,

Из тех, кого отпустила война.

От болезней, ран и бездушия коросты

Не спасают медали и ордена!

Друзья мои и Братья боевые!

Не забывайте, что наша жизнь не вечна.

Давайте, чаще видеться, родные!

Ведь встреча побратимов так сердечна!

С годами всё чаще тревожит,

Что облик чей-то не увидишь никогда.

И бросив всё, тебе уж не поможет,

Твой верный друг, ушедший навсегда!

Не дано нам, знать свой век

И это мудрое решение Творца!

Должен жить достойно человек -

Каждый миг, как последний,

не теряя лица!

В 1983-м году 149-й гвардейский мотострелковый полк за образцовое выполнение задач командования и проявленные при этом личным составом части мужество и героизм был награжден орденом Красного Знамени и стал именоваться - 149-й гвардейский мотострелковый Ченстоховский Краснознаменный ордена Красной Звезды полк.

Торжественное построение по случаю награждения 149-го гвардейского мотострелкового Ченстоховского

ордена Красной Звезды полка орденом Красного Знамени за проявленные личным составом части мужество,

героизм и самоотверженность при выполнении поставленных командованием боевых задач на территории

Демократической Республики Афганистан. Знаменная группа полностью состоит из офицеров второго мотострелкового батальона.

В этот знаменательный день Боевое Знамя доверили представителям подразделения, которое, по мнению старшего командования,

внесло самый весомый вклад в получение полком этой высокой боевой награды.

Так с 1983 года 149-й мотострелковый стал Краснознаменным.

Второй орден Красного Знамени за ратные подвиги на Афганской земле - кундузский мсп получил уже не лично, а в составе СОЕДИНЕНИЯ.

4 мая 1985 года указом Президиума Верховного Совета СССР 201-я Гатчинская Краснознаменная мотострелковая дивизия была награждена вторым орденом Красного Знамени. И поверьте, очень трудно переоценить тот вклад, который внесли в получение этого БОЕВОГО ОРДЕНА гвардейцы 149-го мсп.

А вот и несколько снимков, запечатлевших то знаменательное событие. На этом построение представителей частей и подразделений

201-й Гатчинской Краснознаменной Мотострелковой дивизии по случаю награждения оной вторым орденом Красного Знамени (за выдающиеся боевые заслуги соединения).

На переднем плане перед строем дивизии торжественным маршем проходит знаменная группа.

Перед самым знаменосцем бодро тянет ногу гвардии лейтенант Щенников Владимир Витальевич (приятно вспомнить однако!).

На Боевом Знамени соединения золотым блеском сияет только что приколотый новенький орден.

После этого знаменательного события Гатчинская дивизия стала дважды Краснознаменной. Июнь 1985 года.

Фотоснимок Боевого Знамени Гатчинской Дважды Краснознаменной мотострелковой дивизии.

На этом снимке запечатлен самый кульминационный момент торжественного мероприятия. Командующий Краснознаменным Туркестанским

Военным Округом генерал-полковник Попов Николай Иванович прикрепляет новенький орден Красного Знамени к полотнищу

Символа Воинской Чести, Доблести и Славы Соединения. Гвардии лейтенант Щенников В. В. ловко и умело ))) помогает Командующему, придерживая

полотнище Боевого Знамени и страхуя сам орден. Знаменная группа застыла в благоговении. (Фото из архива подполковника Магдальчука В. И.).

Из твердо врезавшегося в память: Командующий посмотрел на мой восторженный взгляд и произнес: "Давай помогай, лейтенант! Придёт время будешь своим внукам рассказывать как ещё будучи лейтенантом высокий боевой орден собственноручно на дивизионное Знамя прикреплял вместе с целым генерал-полковником".

Потом Николай Иванович улыбнулся и добавил: "Бьюсь об заклад, что не многим судьба предоставит возможность самолично поучаствовать в подобном процессе. Тем более в звании лейтенанта. Так что, гвардеец, покрепче зафиксируй в своей памяти величие сего момента!".

Еще одно застывшее мгновение того памятного события.

Тысячи солдат, сержантов, прапорщиков и офицеров соединения внесли свой посильный вклад

в получение этой высокой государственной награды. Тем не менее, знаменная группа полностью

состоит из офицеров 149-го гвардейского мотострелкового полка и это говорит о многом.

Кундузские гвардейцы старались быть всегда впереди.

Представители доблестной иср 149 гвардейского мсп. Крайний слева командир иср гвардии капитан Митрофанов Олег Николаевич.

На броне саперы: Пуйда Александр, Ротарь Пётр, Вахрамеев Вадим, Деревяшкин Иван, Хомиков Владимир.

22 мая почти в самом начале первого этапа Кунарской операции при досмотре обнаруженных, оборудованных "духовских" позиций на противопехотной мине подорвался приданный 5-й роте сапер. Этим сапером был гвардии сержант Вахрамеев Вадим. В тот день 5 мср работала в головной походной заставе батальона. Происходило всё на рассвете и на крутом теневом склоне, куда ещё не добрались лучи утреннего солнца.

А уж тем более внизу у самой земли, было ещё достаточно темно. Но, несмотря на ранний час и отсутствие прямых солнечных лучей, парило уже прилично (не менее +40*С). Прибавьте сильнейшую влажность субтропической зоны и катящийся градом пот, который постоянно застилал и щипал глаза. Безусловно, все эти факторы значительно осложняли работу наших героических "кротов". Даже таких опытных и умелых как Вадим Вахрамеев, который помимо прочего был заместителем командира саперного взвода. "Вадим у нас лучший!" - говорили о нем сослуживцы из доблестной сапёрной роты. Случившегося уже не изменишь. Взрывом мины парню оторвало ступню. Сержанту Вахрамееву оказали первую медицинскую помощь и на вертолете отправили в госпиталь. Хотя если доверять мемуарам некоторых высоких военачальников, наш батальон в это время находился внизу в резерве вблизи от реки, а не выполнял сложную боевую задачу на высокогорье. Поэтому, какие тут могут быть подрывы, тепловые удары, перестрелки с противником и прочие катаклизмы присущие боевым действиям в горах, да ещё в условиях субтропиков. Спустя некоторое время к месту подрыва подоспел гв. лейтенант Платошкин Николай, который командовал полковыми саперами на этой операции. Внимательно осмотрев и изучив место подрыва, Николай Платошкин пришел к выводу, что его подчиненный подорвался на итальянской противопехотной мине ТS-50.

Легендарный командир героической инженерно-саперной роты гвардии капитан Митрофанов Олег Николаевич.

Мудрый, заботливый и опытный командир - матёрый капитанище. Одним словом - Николаич, как отец родной,

который как никто другой понимал, что инженерно-саперное дело крайне не любит суэты и показухи.

А потому, когда надо - без лишней суеты обучит и подскажет. Нерадивого в пример другим накажет.

Кого надо пожурит, кого надо похвалит, а кого и наградит. Достойный офицер во всех имеющих реальное значение смыслах.

Крепка дружба, порождённая постоянным риском и взаимовыручкой. Парни из доблестной инженерно-саперной роты знают это как никто другой.

В середине гвардии рядовой Михаил Меркурьев, слева гвардии рядовой Александр Пуйда, справа гвардии рядовой Нурлан Ибрагимов.

Гвардейцы собрали богатый "урожай" из "духовских" схронов. И это здорово!

Так как благодаря их труду, мужеству и отваге будут сохранены жизни многих Братишек.

"Такая у нас работа" - констатирует командир взвода иср гв. лейтенант Головкин Николай.

И в зной, и в холод, и на ветру, и под дождем самоотверженно работают "кроты", оберегая жизни однополчан.

Обеспечение движения по любому бездорожью тоже на плечах инженерно-саперной роты.

Не успев вернуться с одной армейской операции, подразделения гвардейского полка тут же отправлялись на другую. Попутно успевая навести шороху в зоне своей ответственности. Так после Кунарской операции 1985 года полк с 20 июня по первую декаду августа весьма результативно принимал участие в очередной Панджшерской войсковой операции. По дороге на Панджшер кундузцы заблокировали и прочесали Южный Баглан с прилегающими к нему кишлаками. При этом знаменитые 12 параллельных улиц Южного Баглана пришлось брать ожесточенным штурмом. Душманы стойко и самоотверженно бились за каждую улицу и даже за каждый полуразрушенный дом и дувал. Бой выдался наславу. Обе стороны применяли различные военные хитрости и уловки. Поначалу багланские басмачи вполне успешно пытались огрызаться, делая основную ставку на огонь из безоткаток, крупнокалиберных пулеметов ДШК и ручных гранатометов, расположенных на оборудованных за дувалами позициях. Помимо этих "крупных козырей" также значительное напряжение создавали снайпера противника. Особенно так называемые "кукушки", которые вели огонь с деревьев. Густые кроны полностью скрывали их от наших глаз. Мы же наоборот были у них как на ладони. Но как говорится в подобных случаях: "Сила силу ломит!" и "Против лома..." сами знаете что. Когда подоспели 122 мм самоходные артиллерийские установки "Гвоздика" из полкового адн, и мы организовали с ними слаженную боевую работу в тандеме, отлаженная годами оборона местных боевиков сразу посыпалась. Старания гвардейской артиллерии лишили душманов большинства из имеющихся изначально преимуществ. САУшки нещадно долбили прямой наводкой по улице, которую мы готовились штурмовать в данный момент. Следует отметить, что разрывы снарядов и многочисленные осколки также наносили ощутимый урон и местной растительности. Большие, средние и мелкие ветви деревьев и кустарников сыпались на землю тысячами. А крупные осколки и взрывная волна срезали и ломали стволы целиком. Так что снайпера "кукушки" вопреки их ожиданиям оказались в данной ситуации самыми незащищенными. Эти бедолаги попадали из своих гнезд, словно перезревшие яблоки. Но пускать дело на самотёк было не нашим методом. Посему мы выявляли действующие огневые точки противника и сообщали корректировщикам их координаты. А эти парни хорошо знали свою работу. И с каждым залпом, этих зловредных огневых точек становилось всё меньше и меньше. Так как реальное расстояние между нами и вооруженными мятежниками было в среднем порядка 110-150 метров, то естественно был большой риск хорошенько схлопотать самим от весьма старательной работы наших полковых артиллеристов. И надо сказать, что родные осколки целыми роями кучно шуршали над нашими головами. И ветви деревьев, а порой и стволы целиком падали повсюду вокруг нас, срезаемые смертоносным металлом, почти в тех же количествах что и на супротивной стороне. Но как молвится: "Бог миловал!". Замечу, что мы уже не первый раз применяли данную тактику, наработанную нашими подразделениями для штурма серьёзных укрепрайонов противника. Солдаты были обучены, где и как укрываться, как передвигаться, как относительно безопасно вести наблюдение и всем прочим необходимым премудростям. Офицер, которого недавно назначили командиром 4-й роты вместо погибшего Перятинца, принял решение, что в этом бою лично будет командовать не всей ротой, а лишь бронегруппой подчиненного ему подразделения. Следовательно пешей группой роты (на которую ложилась основная нагрузка при штурме двенадцати улиц Южного Баглана) досталось командовать самому опытному из находящихся в строю командиров взводов, а им на тот момент был гвардии лейтенант Щенников Владимир Витальевич. Но, если уж говорить без обиняков, то командование бронегруппой как-то тоже не очень заладилось у вновь назначенного командира роты. Не прислушавшись к тактичным предупреждениям опытных офицеров и солдат подразделения, что так делать нельзя ни в коем случае (ввиду того, что уже не раз проверено горьким опытом), он всё-таки развернул броню роты в боевую линию и завёл её на залитые водой рисовые чеки. Аргументируя свои действия тем, что: "Да кого вы учите? Я в этих местах каждую кочку знаю! Не единожды через такие поля на броне проходил. Оборотов побольше и нормально. Проскочим на скорости!". (Типа: "Плавали! Знаем!"). Ну, что тут скажешь? Он возможно действительно проходил по подобным полям, но по относительно сухим. Не залитым водой! Так как это две большие разницы! По этой причине чуда не случилось! Не проскочили! "Посадил" упрямый самодур несколько "коробочек" перед самым кишлаком Турани. Причем "броня села" лицом к кишлаку, что вообще не понятно. Так как двигаться надо было в обратном направлении к первой улице Южного Баглана. Такой вот казус случился нежданно негаданно. На ровном месте! Чтобы вытащить глухо засевшую броню с рисовых чеков ушло несколько часов.

В результате 4 мср (в отличии от других рот батальона), пришлось брать штурмом несколько первых упомянутых ранее улиц без поддержки собственной брони. Что, конечно же, значительно усложнило выполнение поставленной командованием боевой задачи. Но, Бог милостив! Справились!

Душманы несли большие потери ранеными и убитыми. При этом мы знали, сколько будет произведено артиллерийских залпов на этот раз, а противник нет. С заранее известным последним залпом личный состав наших подразделений, руководимый офицерами и сержантами, резко выскакивал из-за своих укрытий и во всю прыть бросался к ближайшим дувалам, чтобы как можно быстрее взять их штурмом, пока неприятель ещё не опомнился после работы нашей артиллерии. В этой критической ситуации в полной мере использовались наработанные ранее тактические приемы. Здесь хочу сказать огромное спасибо тем нашим парням, которые уже отслужили свои положенные два года. Несмотря на это они, зная о непростой ситуации, сложившейся в роте после Кунара, приняли достойное и мужественное решение. Напомню что на Кунарской операции погибли шесть лучших бойцов следующего за ними призыва (осень 83-85), прибавьте к этой трагической цифре изрядное количество раненых, которые ещё не вернулись с излечения и получите очень невесёлую картину. Поэтому наши дембеля, здраво оценив ситуацию, пришли и добровольно встали в строй (буквально перед самым боевым выходом). И их помощь ох как пригодилась! Переоценить её невозможно! Это гвардии рядовые Иванов Василий, Матрёнкин Александр, Сорока Василий, Щипанов Александр и ещё целый ряд бойцов одного с ними призыва. Выверенная и отлаженная работа этих бывалых воинов в боевых порядках нашей роты положительно сказывалась на результате и добавляла уверенности и драйва всем остальным бойцам подразделения. Помимо всех практических плюсов их выверенные отточенные действия просто радовали глаз и поистине доставляли реальное эстетическое удовольствие. Как они чувствовали местность, как слаженно перемещались по ней, как заходили в дувалы, как надёжно прикрывали друг друга, как чётко и быстро, но без суеты, подменяли первого номера, когда ему нужно было перезарядиться. Это просто сказка! Не забывайте, что бой был очень ожесточенным и местами (при штурме строений) дело доходило даже до непродолжительных рукопашных схваток. Но и в этой разновидности ближнего боя наши старослужащие имели уже богатый опыт и оказались на недосягаемой для противника высоте. Одним словом тем кто в теме там было на что посмотреть. Штурмуя дувалы, работали в основном четвёрками. В свою очередь каждая четвёрка состояла из двух двоек. При этом и в четвёрках и в двойках в период штурма бойцы располагались в шахматном порядке по отношению друг к другу. В каждой четвёрке роли были строго распределены и отработаны до автоматизма на полковом полигоне и в прежних аналогичных боевых операциях. Естественно, что взаимодействие между четвёрками тоже было отработано на должном уровне. Все эти тактические премудрости, позволяющие штурмовать населённые пункты занятые противником наиболее эффективно и с наименьшими потерями личный состав подразделения наработал при прежнем командире. Коим был легендарный командир четвёртой роты - гвардии капитан Перятинец Александр Григорьевич.

"Как говорил Суворов: "Трудно в учении - легко в бою!"" - любил повторять бывалый капитан. При "Григориче" в боевую подготовку личного состава по его инициативе было внесено много дополнительных элементов. Помимо уже упомянутых, Перятинец уделял особое внимание занятиям по отработке взаимозаменяемости в экипажах боевых машин. К примеру, механик-водитель должен был знать 30 мм автоматическую пушку 2А-42 и 7,62 мм пулемёт ПК, чтобы при необходимости подменить своего наводчика-оператора. Оператор в свою очередь должен был уметь уверенно водить БМП, как по пересеченной местности, так и по асфальту. Само собой, что к сержантам требования были ещё более высокие. Командир отделения или тем более заместитель командира взвода помимо твердого теоретического знания и отличного практического владения своими функциональными обязанностями, в безальтернативном порядке должны были владеть практическими навыками как механика-водителя так и наводчика-оператора. Причём не хуже чем на твёрдую четвёрку. Таким образом то, во что прежний командир роты вложил свою душу как педагог и как наставник продолжало работать и сберегать жизни подчиненным даже после его гибели.

Нигде нет таких сочных и сладких персиков, как в Южном Баглане. В промежуток между штурмами

очередных улиц, пока свое слово говорит артиллерия, почему бы не предаться банальному чревоугодию, да ещё вдобавок

скрасить этот процесс шутками и прибаутками. Пусть и не лучшее средство против стресса, зато доступное,

вкусное и приятное. Быть фаталистом на войне гораздо спокойнее, чем каждую минуту "морщить репу"

по поводу своего будущего, которое тем более никоим образом не зависит от твоих желаний и мечтаний.

В роли гурманов выступают офицеры и прапорщик 4-й мср (справа налево: Александр

Волков, Владимир Щенников, Михаил Паненков). Июнь 1985-го года.

С благоволения Высших Сил штурм дувалов от улицы к улице проходил гладко и без потерь. Однако дотемна управиться не получилось. На ночевку встали на 6-й улице. Выставили боевое охранение. Ночью с обеих сторон время от времени велся беспокоящий огонь. С рассветом штурм улиц, оставшихся под контролем противника, возобновился и продолжился до победного конца. Следует отметить, что на этот раз бандформирования понесли ощутимый урон. Было уничтожено 84 боевика (в это число вошли только те, кого душманам не удалось унести ночью) и 18 человек были взяты в плен с оружием в руках. Естественно, что при таком развитии событий среди душманов было много получивших ранения различной степени тяжести. Во время боя басмачи по возможности уносили своих раненых в тыл. И судя по всему, среди них были счастливчики, которых удалось эвакуировать в тёмное время суток. Но их реальное количество нам неизвестно. В конечном результате, одна, вновь прибывшая с Панджшера, банда была уничтожена практически полностью. Другая банда, из местных, была основательно потрёпана и оттеснена в горы. В качестве "приза" был захвачен только-только прибывший караван с оружием, боеприпасами и снаряжением. А ведь прошло только чуть более недели после возвращения батальона с Кунарской операции. На которой почти каждый из наших бойцов из 4 мср потерял часть своих верных друзей и надёжных боевых товарищей. Рота потеряла своего мудрого и опытного командира, которого уважали все военнослужащие подразделения и которому безоговорочно доверяли в самых сложных ситуациях. Тем не менее нашим парням удалось сохранить в себе силу духа, доблесть и способность рисковать своими жизнями за други своя.

Фото конфискованное у одного из плененных в Южном Баглане душманов.

По его словам снимок был сделан в лагере по боевой подготовке афганских экстремистов.

Из рядового и сержантского состава в том бою наиболее отличились: Иванов Василий, Сорока Василий, Матренкин Александр, Хантураев Усман, Аникеев Сергей, Хомич Александр, Костин Игорь, Щипанов Александр, Каримов Миркасим, Бородкин Павел, Ишаулов Барлык, Айрапетян Альберт, Соколовский Юрий, Кадыров Ортик, Евстегнеев Игорь, Джамбеков Дауд, Кодиров Курбан, Яценко Андрей, Резников Евгений, Шарков Андрей, Шаимов Бахром, Караев Виталий, Куликов Хусейн, Мустафаев Фамил, Шаймарданов Давлат, Мельник Михаил, Хасанов Улугбек, Султанов Хасан, Гуляев Николай.

К сожалению, никто из перечисленных воинов гвардейцев не получил заслуженных боевых наград за тот успешный и результативный бой. Но отныне, Братишки, факт вашего боевого мастерства, удали и отваги уже навечно вписан в историю нашей прославленной части. Ваши боевые отличия признаны всеми, кто сражался с Вами плечом к плечу, кто делил с Вами последний кусок хлеба и глоток воды. А такого публичного уважения и признания никогда не испытать тем, кто получил свои высокие награды по банальному протекционизму или спущенной сверху разнарядке. Хочется отметить, что эти же бойцы в дальнейшем не раз и не два отличились на последующих этапах Панджшерской операции. Самоотверженно сражаясь с противником в горах Саланга и Панджшера, эти парни высоко пронесли звание Гвардейца из Кундуза далеко за пределами зоны ответственности своей части.

Низкий поклон Вам, Братцы, от боевых офицеров полка и ваших боевых товарищей!

Надо отметить, что такой плотный график ведения боевых действий был в те времена в порядке вещей постоянно.

Вообще провинция Баглан, носящая одноименное название с крупнейшим городом на своей территории, по праву занимает своё довольно важное место в истории Афганской войны 1979-1989 годов. Данный регион, как впрочем и многие другие, изобиловал большим количеством дюже агрессивных душманских банд и очень щедро полит кровушкой советских военнослужащих. Это утверждение полностью подтверждает неумолимая статистика. Может для кого-то эта информация будет неожиданной, но из 29 Афганских провинций Баглан занимает 4-е место по количеству безвозвратных потерь среди военнослужащих ОКСВА (710 человек). Сразу следом за провинцией Кандагар, занимающей в этом печальном списке 3-е место (1039 человек). Впереди них только провинции Парван 1-е место (2017 человек) и Кабул 2-е место (1267 человек). Соседняя с Багланом провинция Бадахшан занимает 5-е место (594 человека). Следом идут Герат 6-е место (556 человек), Кунар 7-е место (475 человек), Нангархар 8-е место (410 человек), Кундуз 9-е место (361 человек) и Пактия 10-е место (289 человек). Такова первая десятка в означенном печальном рейтинге Афганских провинций. В рейтинге в котором в отличии от многих других всем бы хотелось занимать место в самом конце этого нехорошего списка. Нашему 2-му батальону волею судеб довелось вести боевые действия в девяти из десяти упомянутых выше административно-территориальных образований.

Безоткатка китайского производства, отбитая 4-й мср у боевиков в двадцатых числах июня в бою в Южном Баглане (на 6-й улице). 1985-й год.

Короткие минуты отдыха. Пехота спустилась вниз к "броне" и балуется крепким горячим чайком.

Присутствуют: Юрий Молокитин, Владимир Щенников, Альберт Айрапетян, Усман Хантураев, Павел Бородкин,

Барлык Ишаулов, Евгений Резников, Сергей Шевченко, а также походная ротная гитара.

Позывной "Рулет" Панджшерская операция 1985-го года.

А знатным чайником для коллективного чаепития "броня" укомплектована всегда. (Июль 1985-го года).

С южной стороны за перевалом Саланг поднялись в горы по левую сторону. Началась проческа прилегающей местности в сторону Панджшерского ущелья. Передвигались довольно быстро по гребням хребтов. Выходили в нужный район. Там блокировали определенный участок. И используя прикрытие с господствующих высот, занимались проческой заблокированной территории. Сказать, что вокруг были сплошные минные поля - это ничего не сказать. Кто бывал в тех местах, поймет о чём речь. Остальным объяснить удастся навряд ли! Все передвижения только след в след, а местами только с камушка на камушек. Постоянно в напряжении! Было несколько мелких стычек с местными противниками официальной народной власти. Также были обнаружены два схрона с боеприпасами и взрывчаткой. На завершающей стадии этого этапа, на мине подорвался офицер из второго батальона. Им был гв. старший лейтенант Титков Сергей Михайлович, вместе с ним пострадал и приданный роте арткорректировщик. Взрывной волной с камнями и землей офицеру артиллеристу сильно повредило глаза. Человек потерял зрение. К сожалению, не помним ни имени, ни фамилии того старшего лейтенанта и не знаем удалось ли ему в дальнейшем хотя бы частично восстановить потерянное зрение. Дело было уже под вечер, а это значит, что вертушка для эвакуации раненых могла прилететь только утром. Июль месяц, страшная жара, антисанитария и потому велика была опасность гангрены и прочих серьёзных осложнений. На кону были жизни людей! И значит, каждая минута была на счету. Пришлось в темноте проделывать проходы в минных полях и по ним выносить и выводить раненых к дороге, которая проходила по самому дну ущелья. Там в условленном месте уже ждала броня, на которой была возможна дальнейшая эвакуация раненых до госпиталя. Носилок не было. Поэтому, бойцы 4-й роты выносили подорвавшегося Титкова на обычной плащ-палатке. Раненого артиллериста вели под руки. И таким образом не менее 12 километров, преодолевая в темноте все сюрпризы рельефа скалистой горной местности. Организовывал спасательную операцию и руководил ею гвардии старший лейтенант Щенников Владимир Витальевич, который после ранения Титкова временно принял командование четвёртой ротой. Огромное спасибо саперам из взвода спецминирования. Они ювелирно проделали проходы в многочисленных минных полях. Парни работали ночью - настоящие спецы. Благодаря им больше никто не подорвался, и эвакуация прошла успешно.

Офицеры и прапорщики 4-й мср, плюс арткорректировщик с полкового артиллеристского дивизиона. Через пару дней

в горах Панджшера, стоящий впереди с наклоненной головой, гв. старший лейтенант Титков Сергей наступит на мину и

потеряет ногу. Идущий за ним следом корректировщик, также пострадает от этого взрыва, получив серьёзное повреждение глаз.

На снимке офицер артиллерист гв. старший лейтенант (к сожалению, время стерло из памяти его имя) стоит за спиной Сергея.

Далее на снимке: командир гпв гв. прапорщик Волков Александр, командир 3-го мсв гв. старший лейтенант Щенников Владимир,

старшина 4-й мср гв. прапорщик Пирч Степан, командир 1-го мсв гв. старший лейтенант Паненков Михаил. Панджшер - июль 1985-го года.

На следующем этапе 2-й батальон работал в горах по правую сторону от Салангского ущелья. Из особенностей этого рейда можно отметить наличие большого количества мелких кишлачков, разбросанных по всем закоулкам упомянутой горной местности. Ещё запомнилось, что в одном из ущелий проживало племя очень низкорослых людей. Ну, просто карлики, даже по сравнению с людьми очень среднего роста. Самые высокие мужчины были не выше 150 сантиметров, а женщины и того ниже. Среди этих аборигенов наши бойцы чувствовали себя Гуливерами. Тем не менее в одном из кишлаков, заселенных этим племенем, нами был обнаружен классический экстремистский исламский комитет со всеми сопутствующими атрибутами. Пропагандистская литература и свежеотпечатанные листовки, знамена и печати, склад мин и взрывчатка для изготовления самопальных фугасов. Из стрелкового оружия только несколько буров. Улов прямо скажем не богатый. Встали на ночевку у гребня одного из хребтов, нависших над кишлачной зоной. Ночью в ущелье, расположенном с обратной стороны занятого нашим подразделением хребта, разгорелся бой. Причем весьма ожесточенный и достаточно продолжительный. По нашим данным там не должно было быть советских войск. Стали выяснять по связи, в чём дело и кто с кем сцепился. Сами предположили, что с духами бьется одно из подразделений Афганской армии. Старшее начальство подтвердило, что наших там нет и про сарбозов Афганской армии в том районе им тоже ничего не известно. А бой в ущелье то затихал, то разгорался с новой силой и так почти всю ночь. Позже выяснилось, что это была серьезная разборка между двумя конкурирующими местными бандами, претендующими на лидерство в этом горном районе. Причем та банда, которая одержала верх в том бою, тут же пошла на сделку с официальной властью и заключила союзническое соглашение. Чтобы таким образом окончательно упрочить свое лидерство на этой территории. На следующий день при "проческе" местности обнаружили хорошо замаскированный схрон. Стрелкового оружия там не оказалось, зато было много иностранных противотранспортных и противопехотных мин различных модификаций. Патроны к крупнокалиберным пулеметам ДШК.

После выполнения боевой задачи, вышли через перевал к пункту постоянной дислокации 177 мотострелкового полка (108 мсд). Заночевали у гостеприимных хозяев. На следующий день чесали Чарикарскую зеленку. Далеко вглубь не заходили. Прошли можно сказать краем.

Наш дальнейший путь лежал на Панджшер. Высадка с вертушек прошла успешно, без форсмажора. 1-й и 2-й мотострелковые батальоны впряглись в работу по выполнению новых боевых задач командования. Были и Шутуль, и Пьявушт, и Хисарак. Перестрелки с духами, ночные засады и снова сплошные минные поля. Как не прискорбно, но очередной Панджшер опять не обошелся без потерь. 27.07.85 (почти перед самым окончанием очередного этапа операции) в горах неподалеку от н. п. Анава погиб командир 2 мср гвардии капитан Митрофанов Сергей Михайлович. Сергея похоронили в Москве на Котляковском кладбище.

Командир 2 мср гвардии капитан Митрофанов Сергей Михайлович.

Переправа. Кундузскую гвардию бурной стремниной не напугать. Панджшерская операция.

Июль 1985 года. (Фото из архива Николая Ивашко).

После ночной засады можно слегка расслабиться на дневке. На снимке (снизу вверх): Степан Пирч (старшина роты).

А ведь далеко не каждого старшину роты можно было увидеть на боевых, тем более в горах Панджшера.

Далее Александр Волков (командир гпв), Михаил Паненков (командир 1мсв),

Владимир Щенников (и. о. командира 4 мср), Усман Хантураев (и. о. командира 3 мсв).

Парни с позывным "Рулет". (4 мср Панджшер-1985).

Панджшер. Коробочка "Рулета" старшего (командира 4 мср).

У брони, кроме всего прочего даже на боевых укомплектованной музыкальным инструментом, группа солдат:

Аникеев Сергей (старший н-о), Шевченко Сергей (старший мех-вод), Арсаналиев Бават

и гитарист Кондрат - бравый солдат (из дружеской 2-й минометной батареи).

"Кто сказал, что не бывает песен на войне? После боя сердце просит музыки вдвойне!".

Еще "дымящиеся" трофеи (взятые 2 мсб с конца июня по середину июля) выставлены для всеобщего обозрения. Июль 1985-го года.

Заместитель командира 149 гвардейского мсп Преображенский Николай Александрович.

Заслуженный и уважаемый подчиненными боевой командир. "Саныча" уважают как офицеры, так и солдаты.

Когда командир требует за дело и наказывает за дело тогда всё по справедливости. Как и должно быть.

Все знают, что он никогда не делал карьеры на крови подчиненных.

По возвращению с Панджшера практически сразу же ушли на Файзабад. Сопровождали колонну с ГСМ, продовольствием и боеприпасами. Проводили блокировки местности. В Кишиме выходили на реализации разведывательных данных и засады в сторону Яварзанского ущелья. Обязанности командира 2-го батальона временно исполнял начальник штаба 3-го мсб гвардии старший лейтенант Васильев Александр Иванович. Так как нашего комбата гв. майора Гайдая сняли с занимаемой должности и отдали под следствие сразу после Кунарской операции, то есть ещё в июне. Всё лето и часть осени должность командира доблестного 2 мсб оставалась вакантной. Поэтому в полку появилась новая шутка. "Кто ещё не командовал вторым батальоном? Выйти из строя!". И действительно, кто только не командовал за это время. Помнится не менее 5-6 человек были удостоены этой чести. К счастью, все роты нашего батальона были сложившимися боевыми подразделениями, способными работать автономно и уже привыкли в критических ситуациях надеяться только на самих себя. Поэтому смогли сдюжить и без постоянного командования в батальонном звене.

К сожалению, полку вновь пришлось заплатить кровавую дань. Уже на обратном пути при подрыве на фугасе погиб зкрпч инженерно-саперной роты гвардии лейтенант Усманов Сергей Халимович. В нашей части Сергей оказался четвертым замполитом роты, погибшим за последние 10 месяцев (с октября 1984 по август 1985). А такого не было никогда - ни до, ни после упомянутых дат. Вместе с лейтенантом Усмановым погиб механик-водитель из иср гвардии рядовой Ильин Вячеслав Валерьевич.

Как только вернулись из Кишима почти сразу же сходили повоевать в вечно бушующий Баглан.

Осенью 1985-го года была проведена весьма удачная дивизионная операция в горах за Ташкурганом и в районе Мармольского ущелья. Были захвачены огромные арсеналы с душманским оружием и боеприпасами. Захваченное оружие пришлось вывозить КамАЗами, но его было так много, что большую часть оружия и боеприпасов пришлось взорвать вместе с огромными пещерами, в которых находилось это "богатство". В этот раз броне батальона удалось пролезть в самую глубокую и узкую часть ущелья. Так что при штурме дотов и прочих мощных укреплений противника здорово выручала огневая поддержка из 30 мм автоматических пушек 2А-42. Наводчики отработали просто ювелирно. На самых сложных и опасных участках в самые ответственные моменты не давали басмоте даже головы поднять. Достаточно сказать, что в целом ряде случаев 30 мм осколочно-фугасные снаряды гасили огневые точки неприятеля залетая внутрь неприступных укреплений прямо через небольшие бойницы. Тем самым уничтожая расчёты крупнокалиберных пулемётов ДШК, зенитных установок и безоткатных орудий. И пожалуйста заметьте, что в целом ряде случаев это происходило с расстояния более одного километра. Своим результативным снайперским огнём наиболее отличились такие наводчики-операторы как Аникеев Сергей, Хомич Александр, Костин Игорь и Джамбеков Дауд.

Позже снова поработали в Баглане. Следом ушли выполнять боевые задачи в Андарабском ущелье.

Что не говори, а на "броне" воевать - всегда сподручнее будет.

Бойцы доблестной "четверки" на своей "броне". Осень 1985 года.

На снимке присутствуют: Александр Хомич, Игорь Костин, Андрей Шарков, Евгений Резников.

Между Хазарой и Дивоной. Гвардии лейтенант Булычев Сергей и гвардии ст. лейтенант Щенников Владимир (перед заменой).

Сергей Булычев успешно командовал доблестной 4 мср с осени 1985-го по осень 1987-го года.

Из знаковых масштабных армейских операций 1986-го года, в которых 149-му гвардейскому мотострелковому полку пришлось принимать активное и результативное участие, пожалуй, следует упомянуть, как минимум - две.

Первая - это операция "Маневр", которая проводилась в июне-июле (9 июня - 14 июля) в районах Ханабад - Талукан - Ишкамыш - Нахрин - Кишим - Файзабад. То есть боевые действия велись на территории четырёх провинций Кундуз, Баглан, Тахар, Бадахшан. Основной целью было - в очередной раз ликвидировать базы и учебные центры по профессиональной подготовке мятежников. Прежде подобные операции неоднократно проводились в этом районе силами дивизии: в январе 1984-го, в августе 1984-го и в январе 1985-го. При этом упомянутые инфраструктуры, каждый раз уничтожались практически дотла вместе со значительной частью местных и пришлых душманов и "импортных" инструкторов. Каждый раз бралось солидное количество трофейного оружия, противотанковых и противопехотных мин. Но, по аналогии с мифической Гидрой - отрубали одну голову, через некоторое время отрастало две и всё приходилось начинать сначала. Операция "Маневр" 1986-го года проводилась в 3 этапа и длилась в общей сложности 35 дней. В 1-й и 3-й этапы в том числе входила доставка военных и гражданских грузов до пункта постоянной дислокации подразделений 860-го отдельного мсп. Естественно сначала до Кишима, потом до Файзабада провинции Бадахшан. Соответственно выставление блоков на маршруте следования, боевое охранение и сопровождение колонн. Потом приблизительно то же в обратную сторону. До пункта постоянной дислокации Кундуз.

На этот раз при проведении 2-го этапа операции в очень сложную ситуацию попал 783-й отдельный разведывательный батальон 201-й мсд. Разведчики по ошибке были десантированы в самом центре душманского укрепа, в район их стрельбища. Естественно, каждая кочка на местности была хорошо пристреляна противником. Завязался тяжелый многочасовой бой, в результате которого неприятель вновь был повержен. Но и разведывательный батальон, к сожалению, тоже понес весьма значительные потери.

Чтобы исключить постоянный обстрел автомобильных колонн из засад на значительном и самом опасном участке ханабадской дороги, который по сути находился под постоянным контролем вооруженной оппозиции ИОА (Исламская партия Афганистана), решено было в рамках проводимой операции "Маневр" организовать в этом месте целую цепь застав и боевых охранений. Чтобы подразделения ОКСВА забрали под свой плотный контроль всю упомянутую местность, расположенную между Ханабадской дорогой и обширной возвышенностью, известной как кундузское плато. Ведь именно на нём располагались части и подразделения 201 мсд, а также военный и гражданский аэродромы города Кундуз. Так как расположенные на этом участке местности боевые охранения и заставы Вооруженных Сил ДРА не справлялись с поставленными им задачами и в лучшем случае были в состоянии охранять только самих себя. Устанавливать Советскую Власть в Ханабадской зелёнке одноименного уезда было приказано доблестной 4-й мотострелковой роте, которая на свою голову по результатам очередной проверки умудрилась занять первое место в нашей гвардейской части. В общем пока "четвёрка" закреплялась на местности весь полк (кроме 3-го мсб) стоял на блокировке. После опробования разных альтернативных вариантов, боевые охранения в качестве взводных опорных пунктов были расположены следующим образом. Управление роты и 1-й мсв расположились в старой круглой афганской крепости, которая располагалась на возвышенности справа от дороги. Несколько поближе к Талукану. Естественно все строения и фортификационные сооружения были отремонтированы, укреплены и усилены всеми доступными для этих целей средствами. Своим присутствием эту вновь обретенную цитадель почтили: командир 4 мср гв. старший лейтенант Булычев Сергей Васильевич. Зам командира роты гв. старший лейтенант Анищенко Владимир и старшина роты старший прапорщик Пирч Степан Иванович. 2-й мсв (командир взвода гв. лейтенант Бобров Сергей Викторович) расположился в населенном пункте Ходжапапан. Если смотреть с охранения расположенного на кундузском дивизионном плато, то это справа над Ханабадом. 3-й мсв (командир взвода гв. старший лейтенант Скороходов Сергей Константинович) расположился у населенного пункта Мулла-Гулям. За все предыдущие годы той войны места более известного дурной славой в этой живописной местности наверное трудно было бы найти. Что, конечно же, с лихвой подтвердилось в дальнейшем. 4-й мсв (гпв 4-й мср) (командир взвода гв. старший прапорщик Волков Александр Николаевич) расположился в районе населенного пункта Чихарейри. Неподалеку от Мулла-Гулям. Для полноты картины обозначим, что в крепости слева от дороги стояла танковая рота (танкового батальона полка) и ещё одно подразделение полка стояло в кишлаке Баги-Мир справа от дороги и поближе к городу Кундуз. Вот сколько нужных и полезных дел наворотили. И всё это в рамках одной пусть и широко масштабной операции. Естественно, что первое время у "духов" была форменная истерика. Что выражалось в постоянных обстрелах и организациях всевозможных хитроумных засад. Знамо ли дело? Такие лакомые кусочки у них оттяпали. Но как показало время и в последующем спокойно жить и мирно Родине служить нашим парням так и не дали.

24 августа 1986 года погиб старший техник 4 мср гвардии старший прапорщик Петрюк Владимир Иванович. Владимир Иванович потерял жизнь от пули вражеского снайпера, пробившей его сердце на ханабадской дороге в районе кишлака Мулла-Гулям. Старший техник буквально за несколько дней до этой трагедии собрался в отпуск. В приподнятом настроении рассказывал сослуживцам о своих планах. Написал рапорт и отвез его в полк на утверждение командования. Но сложившиеся обстоятельства распорядились его судьбой иначе. Рядом со старшим прапорщиком в момент его гибели находился заместитель командира 3 мсв гвардии старший сержант Джамбеков. Позже он и рассказал сослуживцам подробности произошедшей трагедии. Помним и скорбим! Светлая тебе память Владимир Иванович!

18 января 1987 года при обстреле опорного пункта взвода реактивными снарядами китайского производства из китайской же 107 мм 12 ствольной реактивной установки Т-63 погиб командир 3-го мсв гвардии старший лейтенант Скороходов Сергей Константинович. Мой заменщик. Светлая тебе память, Серёга! И снова этот одиозный Мулла-Гулям.

Из личной переписки офицеров полка. Письмо от командира доблестной 4-й роты Сергея Булычёва, в котором он описывает период, когда боевую рейдовую роту временно перевели в охранение на ответственном участке, который до этого почти полностью находился под контролем непримиримой оппозиции.

Володя, здравствуй!

Сегодня старшина принёс твое письмо, это для меня первое твое письмо - был в отпуске, обещаю исправиться. Спасибо, что верен слову, очень ждём от тебя весточек.

Как у нас? Новостей много. Во-первых, извини, что с этого начинаю, погиб Володя Петрюк.

14-го августа попал под обстрел на БМП, и сквозная пуля попала в бок и вылетела через сердце.

Я ему рапорт на отпуск подписал, он поехал в часть (почему поехал, объясню), полкач вернул обратно, в Ханабад и через четыре дня Володи не стало. Дал команду по всем заставам: минута молчания и салют последний для Володи. Так не стало больше нашего "Крюка" - Володи Петрюка.

Рота теперь в охранении в Ханабаде, устанавливаем здесь Советскую власть. КП роты на горе в старой круглой афганской крепости, уже подремонтировали и отстроили, с 13-го июня здесь. Со мной 1 мсв, без взводного (Гена Бойков ушёл на повышение в 1 мср, но тяжело ему там, коллектив офицеров и прапорщиков сложный). 2мсв с Бобровым стоит в Ходжапапан, если из части смотреть, справа над Ханабадом. Со взводом что-то у него не получается. Старшего ему задержали. 3мсв твой родной в "родном" месте Мулла-Гулям, там нормально. Скороходов, хотя не всё ещё получается, но на правильном пути. Шура Волков недалеко от него стоит в Чихарейри со своими узбеками, правда, уже молодыми. Дембелей отправили: Шаймарданова, Хасанова, Султанова, Блинова и т. д., теперь и мне полегче. Это уже все мои. Поставили в основном всех на место. За зимний период заняли всеми правдами и неправдами 1-е место в части, одним словом, на Рулетов не обижаются. Юрка Молокитин заменился, правда, рота уже была в Ханабаде, уехал в СибВО. Старшина с Володей Анищенко ждут замену, у Володи 26.08, а у старшины 9.09 ровно два года. Но им большое спасибо хочу сказать, трудятся нормально. В охранении нормально, недавно проверяла дивизия, остались довольны. Из Кундуза выводят ЗРП и ещё одно хозяйство, которое выводит наш КП и ЗКПЧ, пишу смутно, не для письма подробности. Живём неплохо, правда, с почтой туговато, а с дождями проблема будет с водой. Духи беспокоят, всё-таки такой кусок у них отобрали. С местными властями установил тесные связи по всем каналам. Поэтому приезжай: кабоб, шароп (или брэнди), арбузы, дыни, виноград, персики, одним словом, для Рулета-3 стол накроем, как положено, так что милости просим.

Кстати, когда ты уехал с колонной по причине нелетной погоды, а та колонна попала в засаду и были серьёзные потери, долго ходил слух, что ты погиб вместе с другими заменщиками, что поехали с тобой. Многие успели помянуть за упокой души - сплюнь три раза. Бойцы роты, особенно старших призывов, когда узнали дюже сильно огорчились. Наш старшина Степа Пирч неделю ходил смурной. А Шура Волков так расстроился, что даже плакал. Несколько дней пил, ходил по полку со слезами на глазах и причитал: "Такого человека загубили ..." в конце фразы крепко выражался. Еще обещал разобраться со всеми, кто в этом виноват.

Володя, фотографии со встречи батальона в Москве (тех, кто заменился и демобилизовался) Гера привёз, когда вернулся из отпуска. Я смотрел. Да, там ведь и стало известно, что ты остался жив. Гера рассказывал, что у него от неожиданности даже ноги подкосились. Чуть на задницу не сел, когда тебя увидел. Подумал, что галлюцинации начались. Если не путаю, мне говорили, что это получилось в третий раз за Афган, когда тебя чуть заживо не "похоронили". Прямо как в известной песне. Так что, брат, живи долго и счастливо!

Вот кратенько, подробнее в последующих письмах. Тебе от всех наших большой привет. Пиши о себе. Если, есть какие трудности, чем сможем, поможем. Всего тебе самого доброго.

"Рулет-3, Я - Рулет - Приём".

02.09.86г., уезд Ханабад. Крепость.

Крепко обнимаю - Булычев.

P.S. Адрес прежний, за исключением, литера "В - 4".

Письмо, полученное в 1986 году, заменившимся в Союз командиром взвода от своего заместителя гвардии старшего сержанта Дауда Джамбекова - ставшего сержантом из рядовых солдат за свои боевые заслуги и неординарные способности. Повторяю его публикацию, чтобы под рукой был откровенный взгляд очевидца происходящих в это время событий.

Привет из Афганистана!

Здравствуйте, товарищ старший лейтенант.

Вы, наверное, вспомнили эту историю. Вот, от танковой роты в сторону Талукана где-то будет километра три и там на сопке с правой стороны от асфальта крепость стояла. Вот мы эту крепость обделываем. В первые дни духи покоя не давали, а сейчас пока тихо, там весь наш полк стоит на блокировке. Весенники все спецы и сержанты уволились, только кто был с карантина их еще держат здесь. Машины наши все двенадцать отлично бегают. Мы получили 46-ю и 42-ю. Теперь все на ходу. Вещи дошли. Спасибо большое. Все ребята, которые вас знали, передают вам огромный привет. Если б вы знали, как вас тут уважают. Мы часто вспоминаем вас, говорим про вас, и я никогда не слышал, чтоб кто-нибудь плохое сказал про вас. Помните, когда Титков в горах на Саланге подорвался на мине и ему ногу оторвало, тогда вы стали за командира роты. С каким настроением мы ходили за вами, потому что все знали, что вы из любого положения найдете выход. Если не вы, сколько ребят в горах только на этих проклятых минах подорвались бы. Особенно в Паншере. Только пару дней назад вспоминали случай. Помните, мы тогда в горах долго были без воды, а когда спустились к речке все попадали в воду и стали пить, мыться, а у нас и так времени не было. Надо было занимать господствующую высоту, чтобы духи не зажали внизу. Вы дали команду быстро подниматься всем в верх, но многие не смогли оторваться от воды. Тогда, вы нас еще раз громко позвали, с выражениями, помните, а потом дали длинную очередь пряма над нашими головами, и никто не обиделся даже тогда. Все поняли, что, поступая так, вы прежде всего заботитесь о нас. Чтобы сохранить нам жизни. Правда, высоту мы тогда взяли можно сказать бегом. Я даже не успел понять, как оказался на верху. А сейчас не то. После того как вы с Траниным заменились, такие командиры пошли, что я с ними побоялся бы в те горы подняться. Они только уставы для мирной союзной службы знают и больше ничего. По карте вообще ни гу-гу.

На этом пока заканчиваю, не знаю о чем еще написать.

Пишите, когда у вас будет настроенье писать, мы вам всегда с удовольствием ответим.

С уважением к вам ваш бывший зам. Дауд.

07. 7. 86г. (подпись)

Вторая значимая боевая операция, проводилась в августе - ею была масштабная войсковая операция "Западня", целью которой было уничтожение базовых районов бандформирований, находящихся в непосредственной близости от иранской границы в провинции Герат. В этой операции участвовали 1-й и 2-й мотострелковые батальоны, разведывательная и инженерно-саперная роты 149-го гвардейского мотострелкового полка. Следует отметить, что для полка упомянутая операция сложилась весьма нелегко. Правда, погибших не было, но на противопехотных минах подорвались 13 человек. После упорного и продолжительного штурма, тщательно оборудованного укреп района, расположенного в горном массиве Кокари-Шаршари - душманская цитадель была повержена. Совместными усилиями всех задействованных в операции частей и подразделений были разгромлены несколько крупных бандформирований под общим командованием авторитетного полевого командира Исмаил-Хана, которому с небольшой группой телохранителей и наемников всё-таки удалось уйти в Иран. В ходе боевых действий также были уничтожены 26 различных складов и схронов с оружием и боеприпасами, 32 пещеры-укрытия, 25 приспособленных к обороне глинобитных домов-крепостей.

В центре комбат-3 Вячеслав Георгиевич Белоусов. 1986 год.

Что за спиной? Не переживайте! Это из серии: намедни малость похулиганили.

В августе 1986 года была спланирована операция "Гранит". В районе города Кундуз на базе 149-го гвардейского мотострелкового полка 201-й мотострелковой дивизии было решено сформировать, по существу, муляжный полк из военных строителей 40-й армии и отслужившей свой срок техники и после митинга и фанфар перед объективами кинокамер и фотоаппаратов иностранных корреспондентов "вывести" этот полк на территорию СССР. Целью этого было создать у всей мировой общественности видимость вывода Советских войск из Афганистана. Всячески раздуть этот вывод и его значение для дела мира во всем мире в средствах массовой информации и тем самым показать политику М. С. Горбачёва как миротворческую и полностью готовую к диалогу с Западом. Для этого по всей 40-й армии были собраны военнослужащие из стройбатов и из них скомплектованы муляжные полки (танки и артиллерийские системы для этой цели были отправлены из Термеза). В качестве тягачей и машин для перевозки личного состава и тылового имущества использовалась техника, способная кое-как доехать до Термеза. (Правда, заранее покрашенная и более-менее укомплектованная запчастями).

27 августа 1986 года для этой цели в пункт постоянной дислокации 149-го гв. мсп из Термеза прибыли 119 офицеров. Задействованные в мероприятии, военнослужащие срочной службы с территории Афганистана были передислоцированы ещё ранее. 28 августа 1986 года всех переодели в экспериментальную форму. Командиром муляжного полка был назначен полковник Скородумов Александр Иванович у которого закончился срок службы в ДРА (командиром 149 гв. мсп стал подполковник Касинский Александр Андреевич). Зам. по тылу майор Пикуль, начальник штаба майор Акулов, начальник артиллерии майор Ольгерд Жемайтис (прибыл из Термеза на 2 месяца), командир 1 мсб - майор Остроушко (из Термеза), командир 2 мсб - капитан Никитин (из Термеза), командир 3 мсб - майор Губарь, командир адн капитан Сергей Валентинович Хаба, замполит адн майор Захаров.

Гвардии подполковник Скородумов Александр Иванович в период командования подлинным 149 гв. мсп. 1985-й год.

По документам новый полк проходил как 3149-й полк 2201-й дивизии. Полку были переданы 122-мм гаубицы М-30 и 82-мм минометы "Поднос".

9 сентября 1986 года в полк дополнительно прибыли 200 военных строителей (в 1-й мсб). 10 сентября 23 человека прибыли в артиллерийский дивизион. Условное наименование полка - в/ч п.п. 65290. 6 октября 1986 года полк прибыл в Южный Кундуз. 11 октября состоялась генеральная репетиция, на которой был командующий войсками округа генерал армии Попов. Работали операторы, снимали прохождение торжественным маршем для телевизионного монтажа. Протяженность предстоящего марша составляла 385 километров. Весь маршрут был разбит на три суточных перехода: 1-й - 120 км: Кундуз - Пули-Хумри; 2-й - 190 км: Пули-Хумри - Ташкурган; 3-й - 75 км: Ташкурган - Хайратон и далее Термез.

С 13 октября началась операция с участием фронтовой авиации по расчистке маршрута. 14-го октября авангард полка выдвинулся по указанному маршруту. В этот же день он прибыл в Пули-Хумри.

15-го октября передовые подразделения полка продвинулись от Пули-Хумри к Айбаку.

16-го октября авангард полка прошел Ташкурган. Главные силы муляжного полка к тому времени только вышли из Кундуза.

20-го октября выводимый ложный полк прибыл в Хайратон. В этот же день в 17.00 его подразделения пересекли границу.

По прибытию "3149-го мсп" в город Термез Узбекской ССР - там прошел, заранее спланированный, торжественный митинг. После митинга полк направился в район временного расквартирования (на Термезский полигон). Вывод ложного "3149-го мсп" из Афганистана продолжался в общей сложности с 15 по 31 октября 1986 года. 24 октября 1986 года выведенных с территории ДРА солдат и офицеров начали распределять по различным частям.

Настоящий 149-й гвардейский Ченстоховский Краснознаменный ордена Красной Звезды мотострелковый полк находился в Афганистане, выполняя боевые задачи командования, до 14-го февраля 1989 года.

В феврале 1987 года мотострелки 149-го приняли участие в войсковой операции "Удар - 1" на севере Афганистана.

В мае 1987 кундузские гвардейцы участвовали в операции "Юг - 1" в провинции Кандагар.

С 26 августа по 29 сентября 1987 года с активным участием всех подразделений полка проводилась войсковая операция "Тропа". Операция была масштабной и проводилась на территории трех провинций: Кундуз, Тахар, Бадахшан.

В ноябре - декабре 1987 полк находился в провинции Газни и участвовал в операции "Гроза".

В ходе боевых действий на самодельном фугасе подорвалась боевая машина 3-го взвода 4 мср под номером 148. Слава Богу, что обошлось без "двухсотых". Только контузии и лёгкие ранения.

Далее, в том же декабре 1987 года подразделения 149 гвардейского мотострелкового полка были задействованы на широкомасштабную войсковую операцию "Магистраль". И достойно участвовали в большинстве этапов. Ходили на Хост. Вернулись в пункт постоянной дислокации в провинции Кундуз только в конце января 1988 года.

Слева направо: командир 1 мсб гвардии майор Комиссаров Геннадий Николаевич, командир полка гвардии подполковник Телицын Вячеслав Матвеевич,

командир артдивизиона гвардии майор Бердзинашвили Георгий Суликович, командир 2 мсб гвардии майор Славский Владимир Николаевич. Декабрь 1987 года. Операция "Магистраль" идёт полным ходом.

Летом подразделения полка традиционно сопровождали колонну на Кишим. По дороге как обычно были обстрелы колонны из душманских засад. Много работы было у полковых саперов. Попадались и фугасы, и мины "итальянки". При обстреле колонны у кишлака Калафган были небольшие потери.

На обратном пути в районе Талукана у кишлака Постхор полковая колонна нарвалась на тщательно подготовленную засаду. Огонь душманов был плотным и прицельным. На этот раз не обошлось без серьёзных потерь.

1. Гв. старший лейтенант Андреев Александр Анатольевич - командир взвода управления 1-й миномётной батареи 1-го мсб погиб 19.7.87 (в бою при отражении нападения на колонну у кишлака Постхор провинция Тахар).

2. Гв. старший лейтенант Гарифуллин Рустам Дамирович - командир 3 мсв 3 мср погиб 19.7.87 (в бою при отражении нападения на колонну у кишлака Постхор провинции Тахар).

3. Гв. рядовой Латыпов Дамир Хасанович водитель 1 мсб погиб 19.7.87 (в бою при отражении нападения на колонну у кишлака Постхор провинции Тахар).

4. Гв. рядовой Лакирев Александр Семенович механик-водитель БМП 1 мсб погиб 19.7.87 (в бою при отражении нападения на колонну у кишлака Постхор провинции Тахар).

5. Гв. младший сержант Тадеев Лев Афанасьевич командир отделения АГС-17 гпв 1 мср (в бою при отражении нападения на колонну у кишлака Постхор провинции Тахар).

6. Гв. младший сержант Кочковой Виктор Иванович наводчик 1 мин. батарея (1 мсб) погиб 19.7.87 (в бою при отражении нападения на колонну у н. п. Талукан).

7. Гв. сержант Колодан Владимир Николаевич ст. наводчик 1 мин. батарея (1 мсб) погиб 19.7.87 (в бою при отражении нападения на колонну у кишлака Постхор провинции Тахар).

8. Гв. рядовой Юсупов Махмуджон Уринович 1 мсб смертельно ранен 19.7.87 скончался 21.7.87 (ранение при отражении нападения на колонну возле н. п. Талукан).

9. Гв. рядовой Янбаев Курбандурды Хожадурдыевич механик-водитель БМП 1 мсб смертельно ранен 19.7.87 (при обстреле колонны возле н. п. Талукан провинция Тахар) скончался 23.7.87.

С 25-го по 28-е апреля 1988 года кундузские мотострелки принимали участие в проводимой в провинции Нангархар операции "Восток".

В июне 1988 гвардейский полк участвует в операции "Гранит 1 - 2" в провинциях Баглан, Кундуз, Тахар.

В августе 1988 года в провинции Кундуз с участием 149 гв. мсп проводится войсковая операция "Прикрытие".

(Предлагаем вашему вниманию рассказ, написанный заместителем командира 2 мср по политической части гвардии старшим лейтенантом Булатом Валиуллиным).

ПОСЛЕДНИЙ БОЙ В АФГАНЕ ИЛИ МАТ В ДВА ХОДА В "ТРЕУГОЛЬНИКЕ"

"С середины лета 1988 года мы начали готовиться к выводу из Афганистана. Наш полк, дислоцированный в провинциях Кундуз, Тахар и Баглан, участвовал в армейской операции по расчистке маршрута выхода на территорию Союза через Пули-Хумри в Хайратон. В это же время проводилась передача наших сторожевых застав - блокпостов афганской армии и царандою, на армейском жаргоне - "зелёным", этим цветом обозначались места их дислокации на полевых картах. В начале августа я, заместитель командира второй роты по политической части, получил приказ выехать на заставу "Треугольник" для подготовки её к передаче "зелёным". Эта самая дальняя застава была расположена в уезде Даври-Рабат провинции Кундуз в предгорье, на самом краю плато и "зелёнки". Мне много раз приходилось оставаться здесь за командира. В пятистах метрах от заставы находился кишлак, в котором был отряд самообороны. Командовал им местный житель Кадыр, уважаемый дехканами и прилично говоривший по-русски. После того как при первом знакомстве в апреле 1987 года я рассказал, что моего прадеда тоже звали Кадыром, наши отношения стали дружескими. Однажды при разговоре с глазу на глаз он даже предложил мне... жениться на его дочери. Дальновидный был мужик, догадывался, что как только шурави уйдут с заставы, мирная жизнь здесь кончится. Правда, я родниться с ним не собирался - меня дома ждала невеста. В неполные двадцать три года мне пришлось решать классическую командирскую двухходовку: как продержаться и при этом сохранить жизни семнадцати бойцов, уже собравшихся домой. Год с лишним мы с селянами не доставляли друг другу особых проблем, даже наоборот. Местные, зная, что из сладостей у нас только сгущёнка да сахар, приносили летом арбузы, зимой - сухофрукты. Мы в ответ собирали им коробку армейских деликатесов - тушёнку, сгущёнку, печенье, карамель. Ежедневно наблюдая текущую своим чередом размеренную жизнь кишлака, за год мы, конечно, к местным привыкли и неприятных сюрпризов с их стороны не ждали. Вот и в этот раз, приехав на заставу, я привычно поинтересовался у командира взвода лейтенанта Мирзоева, как дела у Кадыра. Оказалось, вот уже несколько дней ни командира местных дехкан, ни его людей не видно. Помню, подумал тогда: будет возможность, надо навестить соседа. До передачи заставы афганцам нужно было передать им "в наследство" зенитное орудие с боекомплектом, гранаты и другие боеприпасы. Их собрали в ящики. Себе, следуя приказу, оставили по пять боекомплектов на каждый ствол. Сопровождать колонну в полк отправился взводный, а я принял командование заставой. Остались два отделения стрелков и отделение радиоразведки, вместе со мной - восемнадцать человек плюс техника - две "ограниченно годных к строевой службе" БМП-2, из которых одна машина заводилась только буксиром, а у второй была неисправна "рогатка" - зенитная установка ЗУ-23-2 и автоматический гранатомет АГС-17 "Пламя".

Перед построением на вечерний развод я привычно поднялся в командирскую башенку - глинобитную постройку с бойницами на крыше казармы. Показалось странным, что не видно стада, которое в это время гонят на ночлег, да и в самом кишлаке было непривычно тихо, даже собаки не лаяли. Нападение на заставу началось одновременно с моей командой подчинённым: "В две шеренги становись!" Первые гранаты из ручного противотанкового гранатомёта ударили в стену казармы и в ёмкость с водой. Осколков не было, так что никто из бойцов не пострадал. Дым и пыль не успели развеяться, как начался плотный ружейно-автоматный огонь. Скомандовав бойцам: "К бою!", радисту: "За мной!", бросился опять к башне: "Откуда бьют?" К свисту и шлепкам пуль добавились разрывы мин. С верхотуры я увидел, что стреляют не только из "зелёнки", как это частенько бывало и раньше, но и из кишлака, и со стороны гор - со всех сторон, кроме голого плато. Я понял, что на заставу пожаловали серьёзные гости, которые решили выгнать хозяев на полянку и "проводить с музыкой" в сторону Кундуза. Как стемнело, обстрел возобновился. Когда обходил позиции по траншеям, на бруствере разорвалась мина. Меня засыпало землёй и камнями. Очнулся - в ушах звон, ремень автомата разрезало осколком, каску сорвало с головы. Когда доложил в центр боевого управления полка о том, что принял бой, и услышал в ответ: "Держись своими силами, все боевые подразделения полка - в другой провинции", в голове замелькали отчаянные мысли: "В обороне не выдержим, уйти не сможем - единственный путь отхода наверняка заминирован. Как быть?" Только в сравнении с приказом всё это - несущественные мелочи. Сказано "держаться своими силами", значит, будем держаться. В неполные двадцать три года мне пришлось решать классическую командирскую двухходовку: как продержаться и при этом сохранить жизни семнадцати бойцов, уже собравшихся домой. С первым ходом не ошибся: слабое место в обороне заставы было со стороны дружественного кишлака - только стрелковые ячейки и запасной капонир для БМП. В него мы перетащили неисправную машину с исправным орудием - долбить по кишлаку. Для усиления его огневой мощи срыли левый бруствер на позиции "рогатки" и развернули её в сторону кишлака. Перемещение нашего главного калибра непрерывным огнём из АГС и пулемета ПК прикрывали бойцы отделения сержанта Бальчунаса. Как только БМП встала в капонир, духи сделали ответный ход - пошли в атаку со стороны кишлака. По кратчайшему расстоянию полезли через дувалы в ложбину, которая разделяла кишлак и заставу. Огнём главного калибра по дувалам мы отрезали первую волну наступающих. Я дал команду вскрыть склад с "наследством" "зелёных" и разобрать ручные гранаты. Крепко угостила наступающих и зенитка. Духи растерялись и, стреляя куда попало, рванули в "зелёнку". Через некоторое время по заставе заработали 120 мм миномёты. Штука серьёзная - дальность стрельбы у него семь километров, а откуда бьёт, определить с земли невозможно. Вышел по рации на заставу артполка, попросил помочь огнём, дал координаты кишлака, так как опорный пункт бородатых, скорее всего, был там.

Помогли сразу, кишлак вдруг весь будто подпрыгнул и скрылся в облаке дыма и пыли. Но и нам перепало - пятьсот метров для гаубичных осколков не расстояние, так что после первого залпа от поддержки "бога войны" я тут же отказался. Когда наступило затишье, собрал сержантов. Ребят трясло, сигареты в рот не попадали, но в глазах у каждого читалось ясно: "Лоханулись, духи поганые! Гвардейцев на понт не возьмёшь!" Уточнил - потерь нет, боекомплект к автоматам и "рогатке" израсходован наполовину, гранаты к "Пламени" - почти все. Зато ручных гранат и патронов полно, есть чем воевать. А вот вода из пробитой осколками ёмкости вытекла... Из умывальников, из бани, с кухни собрали литров пять - по кружке на брата. При плюс сорока по Цельсию в тени - слёзы. Вспомнил, что в детстве видел фильм о борьбе с басмачами, красноармейцы там спасались от жажды, набивая рот камешками-голышами. На всякий случай запаслись и камешками... По расходу боеприпасов приказал: огонь из автоматов вести только в крайнем случае, из БМП - исключительно по моей команде. Зенитку, гранаты, пулеметы ПК, снайперские винтовки, то есть всё, что стреляет, применять по мере надобности. Спать в окопах - вполглаза, вполуха. На ночь удвоить посты наблюдения. Как стемнело, обстрел возобновился. Когда обходил позиции по траншеям, на бруствере разорвалась мина. Меня засыпало землёй и камнями. Очнулся - в ушах звон, ремень автомата разрезало осколком, каску сорвало с головы. Встал, отряхнулся, как собака, и пошёл дальше. Смотрю, впереди Гена Пристенский бьёт по кишлаку - пулемёт дергается, трассеры вижу, а звуков нет. Пытаюсь подсказать ему, куда стрелять - голоса своего не слышу. Отодвинул сержанта от пулемёта, дал очередь по низу дувала, туда, где вспышки выстрелов: "Понял, куда стрелять надо?" Кивает - понял. Немного погодя звуки прорезались. Обошёл все позиции, подбодрил бойцов. А ребята: "Всё нормально, товарищ старший лейтенант, только пить охота, может, вниз в "зелёнку" сбегаем, метров сто всего - там арык большой? Когда не стреляют, слышно, как вода журчит". Идти к арыку вызвались два радио разведчика. Дали им два ведра, для отвлечения духов открыли беспокоящий огонь по кишлаку и "зелёнке". Но незамеченными пройти не удалось, одного добровольца ранили. Вёдра остались пустыми... За ночь обстрел возобновлялся несколько раз, но из миномётов уже не били. И то хорошо. Как рассвело, прошёлся по заставе. При каждом шаге наступал на осколки, стены казармы пробиты. Днём оборудовали несколько запасных огневых позиций, почистили оружие. У духов, судя по редким винтовочным выстрелам и близким фонтанчикам песка на бруствере, появился снайпер. Дал команду бойцам из окопов не высовываться. Натянули тенты, чтобы хоть как-то укрыться от палящего солнца. Снарядили магазины, поставили несколько дополнительных растяжек со стороны "зелёнки" и стали ждать ночи. Вторая ночь и следующие сутки прошли спокойно. Заставать нас врасплох духи больше не пробовали, но спать не давала жажда. Колонна из полка с представителем штаба дивизии и афганской пехотой пришла на третьи сутки. С головной брони спрыгнул майор в новенькой - немятой и невыцветшей, как у нас, хэбэшке.

Когда я подошел к нему для доклада, он мне и рта раскрыть не дал, рявкнул хорошо поставленным казарменным голосом: "Старлей, почему небрит?" Ладонь у меня в правый висок воткнулась так, что пальцы подломились. Как мог громко, я ему ответил: "Если вам, товарищ майор, моя рожа не нравится, могу задницу показать, она в штанах отсиделась - мытая и бритая". Что было потом... Кто от смеха, кто от гнева надрывался. Рассказывать об этом не буду - от обиды опять уши заложило. А в голове только одна мысль кувыркалась: со вторым ходом я тоже не ошибся - все семнадцать моих бойцов живы, теперь только "за речку", домой... На память о заставе "Треугольник" и её защитниках, Кадыре и его дочери, успешно решённой двухходовке и встрече с майором из штаба полка мне остались медаль "Воину-интернационалисту от благодарного народа Афганистана", несколько пожелтевших фотографий, не знающий износу мотострелковый комбез и... привычка спать вполглаза и вполуха".

Булат Валиуллин.

Чуть позже кундузские гвардейцы направляются в провинцию Кандагар и участвуют в операции "Юг -2".

Стоит упомянуть, что в 1988 году 149-й гвардейский также участвовал в операции "Памир" в провинции Бадахшан.

Предпоследним аккордом стало участие 149-го гв. мсп в операции "Тайфун", проводимой в провинции Кундуз в январе 1989 года.

И наконец, заключительные штрихи афганской эпопеи:

"О порядке вывода соединений и частей 40-й общевойсковой армии из Республики Афганистан

I. В соответствии с директивой завершение вывода соединений и частей армии из РА осуществить до 15.02.89 г. согласно утвержденному графику.

II. Командующий армией решил:

Вывод соединений, частей и учреждений армии из Республики Афганистан осуществить по двум направлениям (Восточное - Кабул, Баграм, Пули-Хумри, Хайратон; Западное - Шинданд, Герат, Турагунди), последовательно, гарнизон за гарнизоном, начиная от наиболее отдаленных от советско-афганской границы...

...13.02.89 г.: 149 мсп с наземным эшелоном ВВС совершает марш из Мазари-Шарифа в Хайратон. Границу пересекает 14.02.89 г.;

КП армии, управление 201 мсд, 783 орб совершают марш в Хайратон. Границу пересекают 14.02.89 г.

15.02.89 г. 783 орб пересекает границу до 15:00. Командующий армией пересекает границу в 15:00 15.02.89 г.".

За 9 лет тяжелого ратного труда потери личного состава 149-го гвардейского мотострелкового полка составили более 400 человек погибшими.

1980 - 51 человек.

1981 - 49 человек.

1982 - 72 человека.

1983 - 41 человек.

1984 - 73 человека.

1985 - 85 человек.

1986 - 26 человек.

1987 - 26 человек.

1988 - 20 человек.

1989 - 2 человека.

Итого: 445 человек.

При этом прослеживается следующая закономерность. Чем интенсивнее велись боевые действия и чем масштабнее были проводимые боевые операции, тем значительнее были невосполнимые кровавые потери личного состава. И это, конечно же, вполне логично. К примеру, если взять данные по погибшим не в период календарного года, а отдельно выделить период самых интенсивных и масштабных боевых действий на таком же по времени, но отвечающему упомянутым критериям годовом отрезке, то численность потерь значительно изменится в сторону увеличения. Путем подсчета количества и продолжительности боевых операций, реализаций разведданных, засад и прочих разновидностей боевых действий, в которых участвовали наши гвардейцы, удалось выделить самый интенсивный годовой отрезок. Начиная с сентября 1984 года, различные весьма активные боевые действия нашего полка продолжались более года, практически беспрерывно. В то время с одной операции выдвигались на другую без всякой реальной передышки. Считаем потери личного состава за этот период. Получаем полное подтверждение своих слов на конкретных цифрах. С 1 сентября 1984 года по 31 августа 1985 года (годовой отрезок) погибло 107 человек, а это составляет ровно 24 процента от общего числа погибших за 9 лет однополчан. И это значительно больше, чем в любой из приведенных выше календарных годов. При детализации списка видим, что из 107 человек 16 погибших - офицеры. В их числе начальник штаба батальона, два командира мотострелковых рот, командир минометной батареи, четыре заместителя командира роты по политической части, командиры взводов. И более трагического отрезка длиной в год за афганскую компанию в 149-м не было.

1984-й и 1985-й два самых печальных года по масштабам боевых потерь нашей гвардейской частью. Особенно 1985-й. Если сложить все потери за последующие три с лишним года (т. е. до самого вывода) - получится 74 человека и это всё равно меньше, чем погибло за тот, самый богатый на траурные события год. Такая вот печальная статистика, Братишки.

За время пребывания в Республике Афганистан воины полка, помимо выполнения штатных боевых задач, образцово выполняли и свой интернациональный долг - охраняя колонны, везущие в города и кишлаки топливо и продовольствие, трубопровод, подающий горючее от границы почти до самого Кабула, коммуникации, извлекли и уничтожили более 3 тысяч противотанковых мин и фугасов. Многие солдаты, сержанты и офицеры полка были награждены советскими и афганскими орденами и медалями, а командир 6-й мср гвардии старший лейтенант Наби Махмаджанович Акрамов был удостоен звания Героя Советского Союза.

"Центральный Комитет КПСС считает первоочередным долгом всей партии, всего общества проявить максимум заботы о людях, прошедших через тяжелейшие испытания в Афганистане, должным образом оценить боевые подвиги и ратный труд советских солдат и офицеров, сражавшихся и служивших там, повседневно проявлять внимание к их нуждам, активнее вовлекать их в общественную деятельность.

Поле зрения партийных организаций, партийных комитетов советских, профсоюзных, комсомольских органов должна быть судьба каждого человека, честно исполнившего свой долг. Прежде всего это должно быть сделано в отношении семей и близких погибших, инвалидов и раненых.

ЦК КПСС выражает глубокую благодарность сотням тысяч советских людей за честное и беззаветное выполнение своих обязанностей на афганской земле, за высокий патриотизм и интернационализм, верность воинскому и гражданскому долгу. В сложившихся условиях посланцы нашей страны проявили себя достойными сынами социалистической Родины.

Центральный Комитет Коммунистической партии Советского Союза, 10 мая 1988 года".

Командиры полка Афганского периода (в/ч п. п. 82869)

Пузанов Игорь Евгеньевич гв. подполковник 21.9.1979 - 14.8.1981 (ушел на должность заместителя командира 201-й мсд)

Воронин Валентин Иванович гв. подполковник 14.8.1981 - 15.12.1981

Кузнецов Валерий Евгеньевич гв. подполковник 15.12.1981 - 10.10.1982

Логинов Валерий Александрович гв. подполковник 10.10.1982 - 10.8.83 (ушел на должность командира 70-й омсбр)

Посохов Александр Георгиевич гв. подполковник 10.8.1983 - 19.12.1983 (ушел на должность командира 66-й омсбр)

Акимов Валерий Григорьевич гв. подполковник 19.12.1983 - 27.6.1984 (пришел с должности нш 191-го омсп)

Середа Владислав Антонович гв. подполковник 27.6.1984 - 29.7.1984

Скородумов Александр Иванович гв. подполковник 29.7.1984 - 10.11.1986

Касинский Александр Андреевич гв. подполковник 10.11.1986 - 21.8.1987 (ушел на должность зам. командира 108 мсд)

Телицын Вячеслав Матвеевич гв. подполковник 21.8.1987 - по 1989 год (пришел с должности нш 682-го мсп) командовал на выводе

Послеафганский период

Колобов Александр Анатольевич гв. подполковник

Набздоров Святослав Адамович гв. подполковник по 1992

Локтионов Григорий Алексеевич гв. подполковник 1992-1994 (с 1982 ком. 9 мср, 1983-1985 нш 3-го мсб Баглан)

Савицкий Владимир Анатольевич гв. подполковник

Апокидзе Владимир Валентинович гв. подполковник

Суровикин Сергей Владимирович гв. подполковник

Вот наиболее интересные фрагменты и выдержки из Постановления о прекращении уголовного дела:

"18 мая 1985 года личный состав 3-х мср 2 мсб под командованием м-ра Гайдая был привлечен для проведения боевых действий против бандформирований мятежников в провинции Кунар (ДРА), в которых также участвовали части и подразделения в/ч пп 13879 (103 вдд). Руководителем боевых действий являлся командир в/ч пп 13879 генерал-майор Ярыгин Ю. В.

Для организации взаимодействия 2 мсб с частями и подразделениями в/ч пп 13879 (103 гв. вдд) была создана оперативная группа офицеров в/ч пп 82869 (149 гв. мсп): Начальник оперативной группы - исполняющий обязанности командира в/ч пп 82869 майор Бабенко А. А., начальником артиллерии был назначен подполковник Магдальчук В. И., представителем от в/ч пп 82869 при руководителе боевых действий был назначен майор Софронов А. Р. ...

В период с 22 по 24 мая 1985 года 2 мсб привлекался для выполнения боевых задач и осуществления блокирования горных участков местности в районе проведения боевых действий.

Для выдвижения батальона в заданный район 2 мсб были приданы два проводника - афганцы (сотрудники ХАДа), хорошо знающие местность, для провода 2 мсб через имеющиеся минные поля и вывода батальона в район кишлака Коньяк.

Перед выдвижением в указанный район артиллерийской подготовки произведено не было.

В 22 часа 30 минут 24 мая 1985 года 2 мсб по-ротно начал выдвижение в горы ...

Около 5 часов 25 мая 1985 года 2 мсб прибыл в район 400-500 метров юго-западнее кишлака Коньяк, где личный состав закрепился на участке местности...

После этого подразделение афганской народной армии прочесало кишлак, расположенный юго-западнее местонахождения 2 мсб во взаимодействии с подразделениями 2 мсб...

О выполнении задачи по блокированию кишлака Коньяк, как это было предусмотрено боевой задачей, Гайдай доложил по рации майору Бабенко...

Выдвижением 4 мср командовал командир 4 мср капитан Перятинец, при этом в гпз роты выдвинулся взвод под командованием командира взвода ст. лейтенанта Транина...

В процессе боя Гайдай доложил Бабенко по рации, что 4 мср подверглась обстрелу со стороны мятежников, после чего запросил огонь артиллерии и авиаподдержки у командования в/ч пп 13879.

В ходе боя Гайдай дал команду командирам 5-й и 6-й мср осуществить обход с флангов с целью оказания помощи 3-м взводам 4 мср, попавшим в засаду, однако в связи с сильным огнем со стороны мятежников личный состав 5-й и 6-й мср подойти к попавшим в засаду не смог.

В результате боя 25 мая 1985 года во 2 мсб погибло 22 военнослужащих и 21 военнослужащий получили телесные повреждения различной степени тяжести...

3 июня 1985 года военным прокурором в/ч пп 70431 подполковником юстиции Степанюком С. И. было возбуждено настоящее уголовное дело в отношении командира 2 мсб в/ч пп 82869 майора Гайдай И. В. по признакам совершения преступления, предусмотренного ст. 260-1 п. "г" УК РСФСР.

Изложенные выше обстоятельства подтвердили допрошенные по делу в качестве свидетелей: Гайдай И. В., Бабенко А. А., Софронов А. Р., Дутов П. Е., Магдальчук В. И., Левко А. В., Транин Г. Ю., Щенников В. В., Никитин К. А., Красношлык А. П., Балахоненков А. А., а также другие офицеры 2 мсб, принимавшие участие в боевых действиях...

Для установления истинного положения 2 мсб в ходе боевых действий 25 мая 1985 года в ходе следствия была истребована аэрофотосъемка участка местности, где велись боевые действия...

Таким образом майор Гайдай 25 мая 1985 года правильно определил положение батальона и сообщил вышестоящему командованию истинные координаты своего местоположения...

В связи с изложенными выше обстоятельствами в ходе следствия возникла необходимость в проведении повторной военной оперативно-тактической экспертизы, производство которой было поручено экспертам - старшим офицерам оперативного Управления штаба ТУРКВО. При этом экспертам были также представлены отчет и разбор боевых действий в/ч пп 13879, отчетная карта.

По заключению повторной военной оперативно-тактической экспертизы со стороны руководителя боевых действий генерал-майора Ярыгина и должностных лиц оперативной группы в/ч пп 82869, которую возглавлял майор Бабенко, контроль за подготовкой подразделений к боевым действиям не осуществлялся...

Около 5 часов 25 мая 1985 года 2 мсб прибыл в район 400-500 метров юго-западнее кишлака Коньяк, где личный состав закрепился на участке местности. 2 мсб блокировал ущелье и обеспечил прочесывание его и безымянного кишлака афганскими подразделениями. Таким образом задача поставленная батальону была выполнена. О чем Гайдай доложил по рации майору Бабенко...

Вышестоящий штаб в/ч пп 13879 под командованием руководителя боевых действий генерал-майора Ярыгина должным образом не организовал артиллерийской поддержки и авиаподдержки личному составу 4 мср, попавшей в засаду мятежников при выдвижении. Поэтому в течение всего боя 25 мая 1985 года огонь артиллерии и авиации оказался малоэффективным и реального урона мятежникам не причинил. Здесь также необходимо учесть, что мятежники в ходе боя вели огонь из стрелкового оружия по личному составу 4 мср на расстоянии около 100-300 метров. При таких условиях сближения с противником помощь артиллерии не могла быть эффективной из-за незначительного расстояния между воюющими сторонами в связи с опасностью поразить огнем артиллерии и авиации свои подразделения...

Майор Гайдай с получением сообщения о завязке боя 4 мср с мятежниками доложил об этом майору Бабенко, запросил помощь артиллерии и авиации. Он также организовал обход с флангов попавшей в засаду 4 мср личным составом 5-й и 6-й мср, однако, из-за плотного огня противника указанные подразделения оказать помощи личному составу 4 мср не смогли. Всё это свидетельствует о том, что майор Гайдай в соответствии с требованиями ст. ст. 43 и 145 БУСВ ВС СССР управлял боем своих подразделений.

Комиссия экспертов также считает, что требования БУСВ распространяются на ведение войсками боевых "классических" действий, а не для ведения боевых действий против бандформирований мятежников, как это имеет место в условиях ДРА...

Действия майора Гайдая 25 мая 1985 года соответствовали требованиям БУСВ ВС СССР.

Что касается действий должностных лиц: генерал-майора Ярыгина, майоров Бабенко и Сафронова по подготовке и ведению боевых действий 2 мсб 25 мая 1985 года, то указанные действия создали предпосылки к тяжелым последствиям, понесенным 2 мсб. Личный состав батальона понес боевые потери в результате боя с мятежниками, которые заняли выгодные позиции и воспользовались фактором внезапности...

Таким образом, в ходе следствия установлено, что действия майора Гайдая соответствовали требованиям БУСВ ВС СССР в ходе ведения боевых действий 25 мая 1985 года, в связи с чем уголовное дело в его отношении подлежит прекращению на основании ст. 5 п. 2 УПК РСФСР - за отсутствием в его действиях состава преступления.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст. ст. 208 ч. 1 и 209 УПК РСФСР, - постановил:

1. Уголовное дело в отношении майора в/ч пп 82869 Гайдая Ивана Владимировича дальнейшим производством следствия прекратить на основании статьи 5. п. 2 УПК РСФСР - за отсутствием в его действиях состава преступления...

Настоящее постановление может быть обжаловано заинтересованными лицами военному прокурору в/ч пп 82724 в течение 5 суток с момента уведомления о прекращении уголовного дела".

Орфография и пунктуация в тексте Постановления военной прокуратуры сохранены без изменений и в соответствии с оригиналом.

P.S. Отрывок из книги воспоминаний генерала армии Варенникова В. И. "Неповторимое" (к. 5, часть 7, глава 4)

"Ожесточенный характер приняли бои в долине реки Печдара. Это очень живописное место. Многие горы имеют здесь почему-то сглаженные вершины, а кое-где - переходящие в плато. Приблизительно километрах в пяти от впадения Печдары в Кунар, справа по ходу движения (т. е. на правом берегу реки), высилась огромная скала, с которой, как с неба, сваливался водопад. Рядом стоял красивый двухэтажный домик, который резко отличался от других своим европейским видом. Вокруг зеленела довольно приличная растительность и даже несколько небольших деревьев. Но не эти красоты вынуждали душманов биться за каждый камень, а склады с оружием и с боеприпасами. Оказывается, они находились непосредственно на плато или сразу за ним, с тыльной стороны, где тоже проходили ущелья. В одном из боев за такое плато, несмотря на мощную обработку его артиллерией и авиацией, противник нас не подпускал, буквально зарывшись на кромке обрыва, откуда выкурить его было чрезвычайно трудно. Решили ночью обойти его, подняться на гору с тыла и с рассветом нанести удар. Маневр удался. Были захвачены крупные склады. На следующий день такая же обстановка складывается и на очередном плато. Принимается аналогичное решение: мотострелковому батальону, который находился в резерве, под покровом ночи обойти плато слева, вдоль реки, и с наступлением рассвета ударом с тыла (а главные силы в это же время ударят с фронта) выбить душманов и овладеть плато. Кстати, на этот раз подтянули несколько танков и боевых машин пехоты. Мы и рассчитывали выкурить их огнем прямой наводки орудий. Однако, как только наши атакующие подразделения начинали шевелиться, душманы снова открывали огонь. Конечно, никто у нас не имел права поднимать людей в атаку, пока не будет подавлен противник. Командир батальона при мне получил задачу, уяснил ее, здесь же поставил задачу командирам рот. Затем на упрощенном макете местности провел занятия со своими офицерами. И только после того, как все убедились, что и комбат, и офицеры усвоили порядок действий по выполнению предстоящей задачи, они были отпущены в свои подразделения для завершения подготовки их к бою. Казалось, предусмотрели всё, и все-таки была допущена ошибка, которая для батальона оказалась роковой. Дело в том, что в ходе ночного выдвижения идущее впереди охранение перепутало место, где надо было свернуть, а командир батальона, не перепроверив, потянулся с батальоном за охранением. В результате свернули вправо, в небольшое ущелье, считая, что оно выведет в тыл группировки противника. Но оказалось, надо было пройти еще около полутора километров. Ущелье же, в которое свернули, оказалось к тому же хорошо охраняемым. Батальон фактически попал в западню. Находясь под перекрестным огнем, подразделения батальона стали выходить из боя, неся большие потери. Конечно, случай был детально со всеми разобран. Раненым оказали помощь, убитых - вынесли. Плато и вся оборона бандформирований в течение ночи и следующего дня была "перепахана" нашей авиацией и артиллерией, и через сутки она была взята. Но вот такой печальный факт имел место. Что же касается противника, то он продолжал жесточайше сопротивляться".

Ввиду того, что данный эпизод из воспоминаний генерала армии Варенникова позиционируется некоторой группой лиц как абсолютно безальтернативный эталон правдивости и тиражируется по различным ветеранским сайтам под видом единственной истинной из всех опубликованных и вообще существующих в природе версий произошедшего, то есть читателям предлагается только точка зрения генерала, который не находился в горах и не видел происходившего своими глазами, а, к примеру, о точке зрения ветеранов 4-й роты, по всей видимости сознательно замалчивается. Ветераны роты (которые являются подлинными участниками и очевидцами обсуждаемых событий) решили исправить данную дискриминацию. Мы считаем, что для того, чтобы объективно судить о том, как всё было в действительности, желательно иметь информацию хотя бы обо всех опубликованных трактовках случившегося. В таком случае у читателей появляется возможность справедливо оценить все заявленные позиции и сделать свой непредвзятый выбор. Иными словами, сравнить имеющиеся версии и решить для себя за кем правда. С этой целью группа ветеранов 4-й роты провела сравнительный анализ хронологии событий, зафиксированной в мемуарах генерала армии Варенникова В. И. с фактами, изложенными в коллективных воспоминаниях ветеранов 4 мср, и далее сравнила эти две противоположные точки зрения с выводами, сделанными следствием военной прокуратуры. Получившийся текст наглядно демонстрирует все совпадения и несовпадения, а также все существующие взаимоисключения в предоставленных на суд общественности вариантах случившегося.

Что же всё-таки привело к таким большим потерям?

"... и все-таки была допущена ошибка, которая для батальона оказалась роковой. Дело в том, что в ходе ночного выдвижения идущее впереди охранение перепутало место, где надо было свернуть, а командир батальона, не перепроверив, потянулся с батальоном за охранением. В результате свернули вправо, в небольшое ущелье, считая, что оно выведет в тыл группировки противника. Но оказалось, надо было пройти ещё около полутора километров. Ущелье же, в которое свернули, оказалось к тому же хорошо охраняемым. Батальон фактически попал в западню. Находясь под перекрестным огнем, подразделения батальона стали выходить из боя, неся большие потери" - утверждает генерал армии Варенников.

"Ветераны роты считают, что к таким неоправданным потерям, понесенным 2 мсб, привели следующие факторы: Командование операции знало, что участок горной местности, на котором 2-му мсб поручено выполнять боевую задачу, находится под контролем бандформирований вооруженной оппозиции. Тем не менее, в светлое время суток, не организовав дееспособного взаимодействия между всеми привлеченными к выполнению боевой задачи подразделениями и не обеспечив реального огневого прикрытия нашему подразделению с господствующих высот. А, также, не организовав должным образом его поддержку артиллерией и авиацией, отправило 2 мсб для выполнения боевой задачи, по маршруту, на котором подразделения батальона могли быть атакованы противником, занимающим более выгодные и заранее подготовленные позиции. Что неминуемо должно было привести к большим потерям" - утверждают ветераны 4-й роты.

Какое из этих утверждений ближе к истине? Давайте разбираться.

> Выдержки из воспоминаний генерала: "Но не эти красоты вынуждали душманов биться за каждый камень, а склады с оружием и с боеприпасами. Оказывается, они находились непосредственно на плато или сразу за ним, с тыльной стороны, где тоже проходили ущелья. В одном из боев за такое плато, несмотря на мощную обработку его артиллерией и авиацией, противник нас не подпускал, буквально зарывшись на кромке обрыва, откуда выкурить его было чрезвычайно трудно. Решили ночью обойти его, подняться на гору с тыла и с рассветом нанести удар. Маневр удался. Были захвачены крупные склады. На следующий день такая же обстановка складывается и на очередном плато. Принимается аналогичное решение: мотострелковому батальону, который находился в резерве, под покровом ночи обойти плато слева, вдоль реки, и с наступлением рассвета ударом с тыла (а главные силы в это же время ударят с фронта) выбить душманов и овладеть плато. Кстати, на этот раз подтянули несколько танков и боевых машин пехоты. Мы и рассчитывали выкурить их огнем прямой наводки орудий. Однако, как только наши атакующие подразделения начинали шевелиться, душманы снова открывали огонь. Конечно, никто у нас не имел права поднимать людей в атаку, пока не будет подавлен противник".

Пояснения ветеранов 4 мср: Предполагаемые склады с оружием, к которым шел 2-й мсб находились не на каком-то абстрактном горном плато, а немного севернее вполне конкретного кишлака Коньяк (это по информации тех самых проводников, которых нам придал генерал Варенников). О каких горных плато ведет речь генерал армии нам судить трудно. Так как он не дает никакой внятной привязки к местности. Вообще, в качестве ликбеза дадим классическое определение. "Горное плато - Равнина, лежащая сравнительно высоко над уровнем моря и отделенная от соседней местности крутыми склонами, уступами. Иными словами, невысокое плоскогорье". Людям, которые читая о бое 4-й роты (в изложении ветеранов упомянутой роты) заглядывали в карту и видели рельеф местности, на которой происходили данные события, абсолютно ясно, что не на каком горном плато ни 2 мсб, ни 4 мср не действовали и задач таких от командования не имели. Далее, в нашем случае никакой мощной обработки артиллерией и авиацией перед выдвижением подразделения в заданный район не было, что подтверждено документально материалами следствия. Цитируем:

"Перед выдвижением в указанный район артиллерийской подготовки произведено не было" - факт, установленный компетентными органами (т.е. военной прокуратурой). Но абсолютно не совпадающий с утверждениями известного генерала. Никакого противника зарывшегося на кромке обрыва и войск, атакующих его, которым мы должны были оказать поддержку, зайдя противнику в тыл, в нашем случае тоже не было. Иначе эти факты также были бы документально зафиксированы в материалах уголовного дела, в котором досконально отражены все действия 2-го батальона целиком и 4-й мотострелковой роты, в частности.

Генерал утверждает, что мотострелковый батальон был взят из резерва. Опять же не наша история. 2 мсб 149 гв. мсп не находился в резерве на предыдущем этапе операции. А выполнял вполне известную задачу. Что подтверждается многочисленными документами, а также воспоминаниями очевидцев. Об этом факте знают все заинтересованные стороны. А про резерв генерал придумал, чтобы его не обвиняли в том, что послал выполнять сложную боевую задачу измотанных длительными переходами и измученных жаждой и палящим солнцем солдат, совсем не дав им времени на отдых. Думаем, про батальон "из резерва" - все ясно. Что такое плато сказано выше. Интересно, а как понимать: "под покровом ночи обойти плато слева, вдоль реки"? Как можно понять, где это слева и где это плато, если даже не указано в каком направлении двигаться (по течению реки или же против течения)? Также полностью отсутствует привязка к сторонам света или хотя бы к какому-нибудь плану местности. С одной стороны реки слева - это в одну сторону. А с другой стороны реки слева - это прямо в противоположную сторону. По существу, абсолютно абстрактное указание. Да, к кишлаку Коньяк (в районе которого по полученным разведданным располагались склады с оружием) наше подразделение выдвигалось не кратчайшим из доступных путей, а в обход, так как таким образом была расположена не заминированная "духовская" тропа, которой нам надлежало воспользоваться. (Маршрут выдвижения был спланирован и утвержден в штабе руководства операции). Хотя в действительности склады у кишлака Коньяк - это по всей видимости лишь хитрая уловка противника, умело подброшенная старшему командованию. Которое так жаждало ими овладеть. Вот выдержка из генеральских мемуаров: "Но не эти красоты вынуждали душманов биться за каждый камень, а склады с оружием и с боеприпасами". То есть мы должны были биться с теми душманами, чтобы отбить у них те самые упомянутые выше склады.

Так что, никакое конкретное плато мы не обходили и никаких главных сил, ведущих бой в районе нашей задачи, не поддерживали, а посему никаким плато не овладевали. Всё было наоборот. На самом деле это нас должны были поддерживать и прикрывать с господствующих высот, а не мы кого-то. Кто и как - об этом подробно говорится в тексте воспоминаний ветеранов роты. Не будем повторяться. Если же у командования была необходимость овладеть неким горным плато. То лучшим способом была бы высадка десанта с "вертушек". Конечно, после основательной артподготовки. Далее. С танками и БМП, "выкуривающими" противника огнем прямой наводки не взаимодействовали, так как ничего о них даже не слышали. Поверьте, что при том рельефе местности, который нас окружал достаточно сложно "выкурить" закрепившегося противника с заранее подготовленных им позиций. Тем более огнем танков и БМП. Это было бы малоэффективной затеей. Зачем тогда было столько артиллерии сгонять в район проведения операции? Вот если бы старшие военачальники организовали столь необходимую нам подлинную артиллеристскую поддержку. А в очередность с работой артиллерии еще прислали бы две пары 24-к (авиации в подчинении у руководителей операции тоже было изрядно), тогда получилась бы такая картина маслом, что захочешь, не сотрешь. Полный абзац получился бы всей духовской группировке с её хитроумными планами. Хароб - одним афганским словом. Но, к сожалению, история не любит сослагательного наклонения. Считаем, что для эффективной огневой поддержки на берегу реки Печдара не танки с БМП надо было ставить, а батарею "Акаций" или хотя бы "Гвоздик". Тогда бы слова генерала что:

> "Конечно, никто у нас не имел права поднимать людей в атаку, пока не будет подавлен противник" - имели бы под собой хоть какое-то реальное основание. При условии организации действенного взаимодействия с артиллеристской батареей, конечно. Потому как на самом деле старшие командиры не предприняли никаких вразумительных усилий, чтобы подавить противника огнем артиллерии. Здесь напрашивается вопрос. Чего же тогда стоят слова этого генерала? Когда на словах утверждается, что права такого не имели, а в реальной жизни выходит, что еще как поднимали. По сути, даже не кашлянув, отправили людей на верную погибель.

Да. В ночь с 23-го на 24-е мая разведрота 149 гв. мсп, выполняя поставленную задачу, выдвинулась на высоту 1741 и закрепилась на ней. Заметьте, опять же, не на каком-то горном плато. А на конкретной высоте, в районе которой никакого плато не наблюдалось. Но активных боевых действий рр в этот период не вела и никого не атаковала. Сидела тише воды, ниже травы, продолжая выполнять задачу первого этапа операции (по утверждению командира рр). Согласитесь, что в любом случае разведрота (численностью гораздо менее 50, а если быть точнее, то даже менее 40 человек личного состава) на роль главных сил (при имеющемся объеме боевых задач) вряд ли подходила. Следовательно, никакие главные силы в том районе, куда выдвигался 2 мсб, тем более находящиеся в состоянии боестолкновения с противником на момент выдвижения на задачу нашего подразделения. в реальности не существовали и что особенно характерно в материалах следствия не упомянуты. Хотя по открывшимся недавно обстоятельствам стало известно, что накануне обсуждаемых событий (24.05.85) на подходах к кишлаку Панджигаль вёл бой 1пдб 350 пдп. Куда десантный батальон переместился после этого боя нам не известно. Так как во взаимодействие с ним нам вступить не удалось. Хотя можем предположить, что десантники отошли назад к месту своего прежнего расположения. А разведрота 149-го гв. мсп активизировала свои действия лишь 26 мая, получив к тому времени непосредственные указания от старшего командования. О чём свидетельствуют воспоминания арткорректировщика и командира минометного взвода гв. лейтенанта Ляпунова Сергея. Вот что он рассказывает:

"Я был командиром миномётного взвода 1 батальона и со взводом был придан разведроте. Практически всё время был рядом с командиром разведроты. Сначала мы стояли на высоте 1741 с задачей прикрывать фланг наших наступающих войск. Естественно, без команды руководства полка рота бы не оставила своих позиций. Мы наблюдали в ущелье движение пехоты, вроде душманы. Докладывали командованию. Один раз были "хорошо" обстреляны миномётчиками 2 батальона. Стреляли очень точно, если бы не быстрое оставление высоты были бы потери. Ещё по нам работал снайпер. Бекимбетова касательно ранил в кисть. Обработали из миномёта возможные места, снайпер исчез. После потерь 4 роты разведрота за ночь оставила позиции, и мы вышли наперерез отходящей колонне душманов, которые шли днём никого не боясь. Разведрота на перевале организовала засаду, и мы вступили в бой с головой колонны. Правда продержались недолго. Пока были мины к миномёту разведчики держались, артиллерия помощи практически не оказала. Я неоднократно по связи просил прислать боеприпасы, но в ответ сначала обещали, а потом откровенно - помощи не будет, все вертушки заняты, справляйтесь как можете. Если бы подбросили мин, то душманам досталось бы основательно и даже небольшими силами их не выпустили из ущелья. А так я наблюдал как в нескольких километрах основная масса душманов шла двумя колоннами, основательно нагруженная. Боеприпасы кончились, и ротный дал команду на отход. Командованию не было дела до этих душманов и основная их масса ушла".

Эх, если бы на сутки раньше! Да так же активно! Эх, если бы поддержали минометом! Но видно не судьба! Что случилось - то случилось.

> "Командир батальона при мне получил задачу, уяснил её, здесь же поставил задачу командирам рот. Затем на упрощенном макете местности провел занятия со своими офицерами. И только после, как все убедились, что и комбат, и офицеры усвоили порядок действий по выполнению предстоящей задачи, они были отпущены в свои подразделения для завершения подготовки их к бою".

В нашем случае, из-за ограниченности во времени, занятий на упрощенном макете местности (ящике с песком) и прочих изысков при постановке боевой задачи офицерам батальона не было. Они успели только получить задачу и нанести обстановку на карты. Весь остальной личный состав батальона успел получить боеприпасы и сухпай. А самое главное НАПИТЬСЯ и набрать ВОДУ! А вот отдохнуть нам возможности не дали. Хотя от тепловых ударов и чрезмерной физической нагрузки на предыдущем этапе операции каждая рота потеряла не менее 6-8 человек. И многие из тех, кто пошел выполнять очередную задачу командования, были просто в состоянии сомнамбул. Кто-то держался на силе воли, а кто-то просто на "автопилоте".

> "Казалось, предусмотрели все, и все-таки была допущена ошибка, которая для батальона оказалась роковой. Дело в том, что в ходе ночного выдвижения идущее впереди охранение перепутало место, где надо было свернуть, а командир батальона, не перепроверив, потянулся с батальоном за охранением. В результате свернули вправо, в небольшое ущелье, считая, что оно выведет в тыл группировки противника. Но оказалось, надо было пройти ещё около полутора километров. Ущелье же, в которое свернули, оказалось к тому же хорошо охраняемым. Батальон фактически попал в западню. Находясь под перекрестным огнем, подразделения батальона стали выходить из боя, неся большие потери".

В нашей хронологии событий, 2 мсб выдвигался не к мифическим главным силам, ведущим бой на не существующем в нашей боевой задаче горном плато, а подразделения батальона выдвигались в район кишлака Коньяк, ведомые двумя проводниками, сотрудниками ХАДа, которых нашему батальону представлял и рекомендовал сам Варенников лично. (Но в своих мемуарах генерал об этих проводниках не упоминает. Либо по забывчивости, либо намеренно). Чувствуете разницу? Наши слова опять же подтверждаются материалами следствия. Вот короткая выдержка:

"Для выдвижения батальона в заданный район 2 мсб были приданы два проводника - афганцы (сотрудники ХАДа), хорошо знающие местность, для провода 2 мсб через имеющиеся минные поля и вывода батальона в район кишлака Коньяк".

Полное совпадение с нашей версией. Кроме того, выдвигаясь на задачу в ночное время суток, и перепроверяя проводников, мы использовали такой способ ночной ориентировки и учета пройденного расстояния, который, уж поверьте, полностью исключал серьезную ошибку, а тем более такую, чтобы повернуть на полтора километра раньше положенного. Неучей, двоечников по военной топографии и особо "продвинутых" генералов можем просветить. Впрочем, информация об этом уже имеется в тексте статьи. Дальше - больше. Тот батальон, который сбился с пути и попал в западню в хорошо охраняемом ущелье, по словам Варенникова, нарвался на засаду практически сразу, как втянулся в это злополучное небольшое ущелье, т. е. в ночное время (раз уж оно хорошо охраняемое). Иначе, он успел бы его пройти - раз ущелье небольшое, а дальше, происходила бы совсем другая история. Но всё-таки согласитесь, какая удобная для старшего командования версия:

"... в ходе ночного выдвижения идущее впереди охранение перепутало место, где надо было свернуть, а командир батальона, не перепроверив, потянулся с батальоном за охранением. В результате свернули вправо, в небольшое ущелье, считая, что оно выведет в тыл группировки противника. Но оказалось, надо было пройти ещё около полутора километров. Ущелье же, в которое свернули, оказалось к тому же хорошо охраняемым. Батальон фактически попал в западню". Т. е. ошиблись, попали ночью в небольшое хорошо охраняемое ущелье, угодили в западню и в ходе скоротечного ночного боя понесли огромные потери. Разве при таком быстром развитии событий у старших военачальников было время для оказания эффективной помощи попавшим в беду? Как за такой короткий срок, да еще в ночное время, можно было организовать поддержку артиллерией и авиацией, не говоря уже о живой силе? Не успели и глазом моргнуть, а всё уже случилось. Выходит, сами виноваты. Нечего было плутать! Совсем другое дело, когда подлинный бой продолжался весь световой день. Тогда и времени, и широкого диапазона возможностей у старшего командования было с избытком. Как объяснить, что имея на руках все необходимые козыри, даже не предприняли какой-либо внятной попытки, чтобы оказать действенную помощь? Чем оправдать свою бездеятельность? А вдруг придется взвалить на свои генеральские плечи груз ответственности за погибших и за все прочие просчеты, приведшие к известной трагедии? Шутить изволите?! Что-что, а в искусстве назначать "стрелочников" и "лепить горбатого" начальникам и руководителям высоких степеней отказать трудно. Большие доки!

В нашем случае было так. Мы шли маршрутом, навязанным самим Варенниковым, с его же проводниками и данный генерал лично выходил на связь с нашим комбатом, при этом регулярно подгоняя его, чтобы двигались как можно быстрее. Естественно, что при таком раскладе этот военачальник всё время контролировал наше местонахождение. Вот выдержка из материалов уголовного дела:

"Около 5 часов 25 мая 1985 года 2 мсб прибыл в район 400-500 метров юго-западнее кишлака Коньяк, где личный состав закрепился на участке местности".

То есть не попали в западню, заблудившись и свернув на полтора км раньше, а, как и планировалось, прибыли в район кишлака Коньяк. Положа руку на сердце, мы не можем на 100% утверждать, что, к примеру, одна из рот батальона, следовавших следом за 4 мср, немного не срезала путь, чтобы сократить маршрут выдвижения. В ночной темноте мы попросту не могли этого видеть. Но то, что на ночную засаду ни одно из подразделений кундузского батальона не напоролось - это абсолютный факт. А с рассветом все роты нашего мсб вышли приблизительно на те рубежи, на которые было предписано. После этого Варенников поставил нашему батальону задачу заблокировать и прочесать кишлак Панджигаль. Что мы и выполнили приблизительно к 8-30 утра. Цитируем факты, установленные следствием:

Какое подразделение афганской народной армии прочесывало с нами кишлак мы, честно говоря, не особо запомнили. Ну, видели каких-то "зеленых", которые бакшиши из Панджигаля тащили. Зато они хорошо запомнили нас и подтвердили этот эпизод. А заодно и местонахождение нашего батальона в этот отрезок времени. Хотя, если руководствоваться воспоминаниями генерала мы давно уже попали в западню и:

> "Находясь под перекрестным огнем, подразделения батальона стали выходить из боя, неся большие потери".

Опять досадное несовпадение с установленными фактами. После Панджигаля афганские сарбозы дружно ретировались, по всей видимости, почуяв неладное. Что-что, а в обостренном чутье на локальные армагеддоны союзничкам из ДРА не откажешь. Затем Варенников уточнил нам задачу по выходу в район севернее кишлака Коньяк и опять-таки всячески торопил, и гнал наше подразделение к этому рубежу. После корректировки задачи, около 9-30 утра 4 мср с проводниками и с приданными гранатометным и минометным взводами, следуя в гпз батальона, выдвинулась к месту предполагаемых складов неприятеля. И на подходе к рубежу задачи угодила в хорошо подготовленную засаду. А было это, где-то в 10-30 утра. Но никак не в ходе ночного выдвижения по хорошо охраняемому ущелью. Тоже полное несовпадение произошедшего с нами на самом деле и той версии, которая опубликована в мемуарах Варенникова. Практически нет точек соприкосновения. Вот еще выдержки из материалов дела, которые подтверждают факты, упомянутые в воспоминаниях ветеранов 4 роты:

"В процессе боя Гайдай доложил Бабенко по рации, что 4 мср подверглась обстрелу со стороны мятежников, после чего запросил огонь артиллерии и авиаподдержки у командования в/ч пп 13879". (в/ч пп 13879 - это 103 вдд). Далее:

"В ходе боя Гайдай дал команду командирам 5-й и 6-й мср осуществить обход с флангов с целью оказания помощи 4 мср, попавшей в засаду, однако в связи с сильным огнем со стороны мятежников личный состав 5-й и 6-й мср подойти к попавшим в засаду не смог".

То есть, как нами и утверждалось 5-я и 6-я роты предпринимали попытки разблокировать 4 мср, но сами были прижаты к скалам интенсивным огнем противника. Также в материалах следствия присутствуют такие, важные для окончательных выводов строки:

"Для установления истинного положения 2 мсб в ходе боевых действий 25 мая 1985 года в ходе следствия была истребована аэрофотосъемка участка местности, где велись боевые действия..." и "Таким образом майор Гайдай 25 мая 1985 года правильно определил положение батальона и сообщил вышестоящему командованию истинные координаты своего местоположения..."

> "Конечно, случай был детально со всеми разобран. Раненым оказали помощь, убитых - вынесли. Плато и вся оборона бандформирований в течение ночи и следующего дня была "перепахана" нашей авиацией и артиллерией, и через сутки она была взята. Но вот такой печальный факт имел место".

В той реальности, с которой мы столкнулись, никто помощи по транспортировке раненых с поля боя 4 мср не оказывал, и оборону бандформирований авиацией и артиллерией "не перепахивал". Своих раненых мы вывели и вытащили сами, силами собственной роты. Далее, в течение следующей ночи, мы выносили своих погибших товарищей. Тоже без всякой помощи извне. Поэтому не понятно, что подразумевает генерал, утверждая, что:

> "Раненым оказали помощь, убитых - вынесли". Какова в этом его личная заслуга? Вот что говорится в материалах дела о потерях:

"В результате боя 25 мая 1985 года во 2 мсб погибло 22 военнослужащих и 21 военнослужащий получили телесные повреждения различной степени тяжести". И это суровая действительность.

Следует подчеркнуть, что поддержка авиации и артиллерии для нас весьма больная тема. Во время обсуждаемого боя эта поддержка отсутствовала напрочь. (За исключением одного единственного захода на указанные цели парой Ми-24). То, что она нами запрашивалась, мы уже подтвердили чуть выше выдержкой из материалов уголовного дела. Будь у нас хоть какая-то действенная огневая поддержка, потерь было бы в разы меньше. Да и вся дальнейшая ситуация получила бы совсем иное развитие. Хотя известный генерал и утверждает, что: "Плато и вся оборона бандформирований в течение ночи и следующего дня была "перепахана" нашей авиацией и артиллерией, и через сутки она была взята". Кстати, эта выдержка из мемуаров является еще одним подтверждением того, что по официально опубликованной версии генерала армии Варенникова подразделения 2 мсб были атакованы в ночное время. (И это, мягко говоря, вызывает некоторое недоумение у участников тех событий. Так как для них совсем не секрет, что генерал лично выходил на связь с командованием батальона, а потому знал об истинном положении дел не по чьим-то докладам. Поэтому очень странно, когда такой большой военачальник путает день с ночью, не говоря уже обо всем прочем). Если же судить исключительно по мемуарам, то в данном случае, как и во всех предыдущих эпизодах, старшее командование опять оказалось "на высоте" и "максимально быстро" подключило к выполнению задачи авиацию и артиллерию. Что тут скажешь? Короче, как начали "пахать" ночью (после внезапного нападения душманов), так и "пахали" весь следующий день. До окончательной победы никем невидимых "главных сил", ведущих ожесточенные бои за мифическое горное плато. И все эти генеральские потуги не что иное, как очередная и не самая убедительная попытка "сказку сделать былью". Так как данные утверждения генерала не подтверждаются ни выводами следствия, ни фактами изложенными ветеранами 4 роты. И выдумано всё это для того, чтобы снять с себя вину за гибель наших боевых товарищей. Потому как в данной ситуации скоротечный ночной бой вполне оправдывает невозможность оказания действенной и своевременной помощи нашему подразделению со стороны старших начальников. Иначе, какие аргументы можно найти в своё оправдание, когда бой длился долгие часы, да еще в светлое время суток. Плюс ко всему этот военачальник сам стоял на связи с командованием батальона и лично контролировал все наши действия. И еще аргументы в пользу спасительного для генеральской версии ночного времени суток. Чтобы снять с себя ответственность за гибельный маршрут выдвижения и проводников предателей, надо было представить дело таким образом, что в засаду попали именно потому, что сбились с утвержденного маршрута и пошли другим путем. Так как в светлое время на том маршруте заблудиться просто невозможно, поэтому, чтобы версия выглядела убедительно, опять же нужна генеральская спасительница ночь. В темноте заблудились, сбились с маршрута и нарвались на засаду в охраняемом ущелье. Точка.

В материалах дела говорится:

"Вышестоящий штаб в/ч пп 13879 под командованием руководителя боевых действий генерал-майора Ярыгина должным образом не организовал артиллерийской поддержки и авиаподдержки личному составу 4 мср, попавшей в засаду мятежников...".

И далее в материалах дела имеются такие выводы:

"Что касается действий должностных лиц: генерал-майора Ярыгина, майоров Бабенко и Сафронова по подготовке и ведению боевых действий 2 мсб 25 мая 1985 года, то указанные действия создали предпосылки к тяжелым последствиям, понесенным 2 мсб...".

В нашем случае, вот такой печальный факт имел место.

Читаешь мемуары генерала и вроде всё складно, всё логично. Если не знаком с сутью происходившего в реальности.

Итак, путём сравнительного анализа нами выявлены основные принципиальные точки противоречий между утверждениями генерала и утверждениями непосредственных участников событий. Теперь, когда вы знакомы со всеми спорными вопросами с достаточными подробностями, можно перейти к тому, чтобы изложить самую суть проблемы вкратце, а то длительные дебаты рассеивают внимание и отвлекают от той самой сути:

Генерал утверждает, что батальон был взят из резерва. (То есть солдаты и офицеры были отдохнувшими полными сил. И поэтому, вполне готовыми физически к выполнению поставленных задач).

"Мотострелковому батальону, который находился в резерве, под покровом ночи обойти плато слева, вдоль реки, и с наступлением рассвета ударом с тыла (а главные силы в это же время ударят с фронта) выбить душманов и овладеть плато".

Но его мнению противоречит мнение всего личного состава батальона, который в указанное время находился не в резерве, а выполнял боевые задачи в горах в сильнейшую жару и был физически сильно истощен длительными переходами и отсутствием воды. При этом было изрядное количество пострадавших от тепловых ударов, а также имелись подорвавшиеся на противопехотных минах. Люди сами участвовали в этих событиях и видели всё своими глазами. Как говорится испытали на своей шкуре. Но им даже не дали перевести дух и хоть немного восстановиться от обезвоживания. А тут же отправили вновь в горы, выполнять сложную боевую задачу, которую и после отдыха выполнить было не просто. Хотя наш комбат честно доложил о физическом состоянии личного состава и попросил о краткосрочном отдыхе. Но парни с большими звездами не прислушались к его просьбе.

Мнение одного человека, который лично не присутствовал в определенном месте в определенное время против мнения двух сотен людей, которые лично там присутствовали, выполняли поставленную им задачу и всё видели своими глазами. Как по-вашему, что перевешивает? Но это ещё не всё. В довершение их мнение подкреплено результатами официального расследования следственными органами. Которые подтверждают, что батальон в это время выполнял боевые задачи в горах. Кажется по этому вопросу всем всё ясно.

Далее, генерал утверждает, что обсуждаемый бой был скоротечным и в ночное время, когда батальон заблудился и попал в небольшое хорошо охраняемое ущелье. Что, сразу понеся большие потери, батальон стал выходить из боя. И по причине скоротечности оказать какую-то реальную помощь в период боя не было никакой возможности. Но зато следом сразу по противнику начала работать авиация и артиллерия. Дословно. "Плато и вся оборона бандформирований в течение ночи и следующего дня была "перепахана" нашей авиацией и артиллерией, и через сутки она была взята". Его оппоненты, участники событий утверждают, что бой был в дневное время (начался в 10:30 - 10:40 утра) и длился много часов подряд. Поэтому для оказания помощи времени было предостаточно. А уж возможностей у такого большого начальника тем более. Что самое интересное, если бы ночью где-то и заблудились (чего не было в действительности) это никак не повлияло бы на то, что в дневное время попали в засаду, ведомые "надежными" проводниками, которых нам этот генерал и всучил. Так как этот военачальник уже ранним утром выходил с нами на связь лично (то есть знал, что мы к тому времени ещё ни в какой бой не вступали и из него с большими потерями не выходили "Находясь под перекрестным огнем, подразделения батальона стали выходить из боя, неся большие потери") и ставил нам задачу заблокировать и прочесать кишлак Панджигаль во взаимодействии с подразделением афганской армии. Что и было сделано к 8:30 утра. И этому событию огромное количество участников и очевидцев, как с нашего батальона, так и с подразделения афганской армии. Далее, этот крупный военачальник, зная что наш батальон в действительности взят не из резерва, а сразу после того как спустился с гор и тут же, по его команде отправленный в горы вновь, что личный состав провёл бессонную ночь постоянно карабкаясь вверх по скалам, а затем по его же распоряжению заблокировал и прочесал кишлак, тем не менее он тут же уточняет задачу и гонит батальон дальше в район кишлака Коньяк. Прямо скажем "заботливый командир" и "добрейшей души человек"! С упорством маньяка гнал нас на убой, а когда загнал-таки в засаду с помощью своих "проверенных" и "надёжных" проводников сразу потерял к нам особый интерес и бросил без поддержки авиации и артиллерии. (Судя по всему не оправдали мы надежд генерала). И нам пришлось "развлекаться" весь день и вторую бессонную ночь, пытаясь спасти жизни своих боевых товарищей и свои собственные. При этом заметьте не в "стрелялки" на компьютере мы играли всё это время.

"После того, как личный состав 2 мсб закрепился на участке местности, подразделение афганской народной армии прочесало кишлак, расположенный юго-западнее местонахождения 2 мсб во взаимодействии с подразделениями 2 мсб" - таким образом наше утверждение подтверждается выводом следственных органов. Так что о каком ночном скоротечном бое, из которого мы выходили, неся большие потери говорил генерал, в настоящее время он и сам бы не ответил. Так как его не было в действительности.

Насчёт поддержки авиацией и артиллерией уже говорено переговорено. Её не было сколько не просили. Такого до этого трудно припомнить. И отсюда те большие потери. Если бы поддержанные артиллерией мы смогли вовремя эвакуировать раненых для оказания квалифицированной медицинской помощи, потерь было бы намного меньше.

Так что ваши слова генерал что: "Конечно, никто у нас не имел права поднимать людей в атаку, пока не будет подавлен противник" - ничего не стоят. Потому что ещё как поднимали и ещё как гробили не за понюшку табака. Даже не делая попыток подавить противника, проведя хоть какую-то артподготовку. Как перед нашим выдвижением на задачу: "Перед выдвижением в указанный район артиллерийской подготовки произведено не было" (гласят красноречивые выводы следственных органов). Так и после того, как мы уже попали в засаду и затем вели длительный многочасовой бой. Свидетели? Да весь наш батальон свидетели и очевидцы! Мало того и следственные органы подтверждают нашу версию: "Вышестоящий штаб в/ч пп 13879 под командованием руководителя боевых действий генерал-майора Ярыгина должным образом не организовал артиллерийской поддержки и авиаподдержки личному составу 4 мср, попавшей в засаду мятежников...".

Таким образом выглядит суть проблемы, если изложить её более-менее вкратце. Думаем теперь всем всё понятно.

Исходя из всего вышеизложенного получается:

Что к таким неоправданным потерям, понесенным 2 мсб, привели следующие факторы: Командование операции знало, что участок горной местности, на котором 2-му мсб поручено выполнять боевую задачу, находится под контролем бандформирований вооруженной оппозиции. Тем не менее, в светлое время суток, не организовав дееспособного взаимодействия между всеми привлеченными к выполнению боевой задачи подразделениями и не обеспечив реального огневого прикрытия нашему подразделению с господствующих высот. А, также, не организовав должным образом его поддержку артиллерией и авиацией, отправило 2 мсб для выполнения боевой задачи, по маршруту, на котором подразделения батальона могли быть атакованы противником, занимающим более выгодные и заранее подготовленные позиции. Что неминуемо должно было привести к большим потерям.

Так оно всё и случилось.

В тексте наших воспоминаний уже говорилось, что после боя у кишлака Коньяк рядом представителей старшего командования была организована компания по шельмованию подлинных подробностей произошедшего. При этом близким окружением военачальников разных уровней озвучивались разные и зачастую противоречащие друг другу версии (по принципу - кому что выгодно). Если помните, в одном из перечисленных вариантов как раз говорилось о том, что в некотором районе горной местности (в долине реки Печдара) весь день (25 мая) шёл длительный и ожесточенный бой, который вели отнюдь не "кундузцы", а совершенно другие задействованные в операции подразделения и 2-й батальон 149 гв. мсп послали на выручку "обложенным" противником "главным силам", взяв его из резерва в ночь на 26-е мая. (Т.е. на сутки позже реального выхода на выполнение задачи). А "кундузцы" заблудившись, пошли иным маршрутом и угодили в засаду. Тогда в скоротечном ночном бою мотострелки и понесли свои огромные потери. (А не в дневное время 25-го мая, как это было в действительности). По указанию "сверху" даже датой гибели в похоронках и иных официальных документах обозначено именно 26 мая. Хотя в настоящее время достоверно известно и документально подтверждено (в том числе материалами следствия), что в указанный промежуток времени (конкретно 25 мая) никто кроме подразделений 149-го гв. мсп в обсуждаемом районе горной местности в активных боестолкновениях с мятежниками (тем более длительных и ожесточенных) не участвовал.

Мы не без оснований предполагаем, что за сутки до нашего боя, а именно 24 мая у кишлака Панджигаль нарвались на засаду и вели кровопролитный бой подразделения 1-го пдб 350-го пдп. И в том бою, к сожалению, погибли пять десантников. Шестой скончался от теплового удара. Но об этом бое и о наличии крупной агрессивной душманской группировки, занимающей боевые позиции прямо на маршруте нашего выдвижения, нас даже не проинформировали. А не то, чтобы провести необходимую в таких случаях предварительную артподготовку и подыскать альтернативный маршрут выдвижения на задачу. Тем более, что мы сами его предлагали. И в дальнейшем он был-таки использован. Но к сожалению, уже не нами.