ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева
Анваров Нурлан Акмалевич
Урок на всю ладонь

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
 Ваша оценка:
  Коля Рыжов прибыл к нам из сержантской учебки осенью, аккурат накануне итоговой проверки войск. Парень был молодой, энергичный, исполнительный. По своим морально-деловым качествам и уровню подготовки вполне подходил на должность командира отделения. На которую его и назначили.
  Коля оказался сообразительным. Новое схватывал быстро, на замечания реагировал правильно, начальство слушал внимательно. Командир роты был им доволен. А что ещё офицер ждёт от молодого сержанта? Глаза горят, желание служить имеется, погоны на плечах - вот почти готовый младший командир.
  Правда, была у Коли одна особенность. Он иногда понимал увиденное быстрее, чем успевал разобраться, как оно на самом деле работает. Но это, как известно, дело наживное. Особенно в армии. Здесь жизнь быстро объясняет то, чего не успели объяснить в учебке.
  
  Вскоре начались ротные, а затем и батальонные учения. Подразделение жило в привычном режиме подготовки к полковой проверке: занятия, стрельбы, нормативы, построения. Офицеры требовали результатов, сержанты изображали уверенность, солдаты делали вид, что всё поняли. В общем, обычная жизнь советской воинской части.
  На очередных занятиях по огневой подготовке отрабатывали стрельбу из гранатомёта РПГ-7. Штатных выстрелов не выдавали (научитесь сначала!), поэтому стреляли из ПУС-7 - прибор учебной стрельбы. Устройство нехитрое: имитатор штатной гранаты ПГ-7 со встроенным стволиком под патрон от автомата Калашникова калибра 7,62 мм. Вставляешь трассирующий патрон, заряжаешь устройство, устанавливаешь его в гранатомёт - и получаешь возможность отрабатывать стрельбу без расходования штатных гранат. Стволик так устроен, что траектория гранаты и пули совпадают. Прицел используется штатный - ПГО-7.
  По крайней мере, так это выглядело в теории.
  
  На практике же старенький ПУС-7, похоже, решил, что ему уже пора на заслуженный отдых. То ли износ сказался, то ли грязь накопилась, но устройство начало капризничать. Периодически возникали осечки.
  Офицер, руководивший стрельбами на данном направлении, уже не раз подходил к очередному стрелку, проверял его действия, давал команду на перезарядку, наблюдал за результатами. Работа, прямо скажем, не самая увлекательная. Особенно когда вместо стрельбы приходится заниматься воспитанием одного упрямого механизма.
  
  И вот очередной боец выходит на огневой рубеж. Прицелился, нажал на спуск - тишина. Опять осечка.
  Офицер подходит, смотрит и обнаруживает, что ПУС-7 не до конца установлен в стволе гранатомёта. Курок уже спущен, а боёк до капсюля не достаёт. Похоже, ему надоело каждый раз устраивать полноценную процедуру перезарядки. Он решает обойтись без неё. Небрежно, с видом человека, который проделывал это тысячу раз, наносит ладонью скользящий удар по боковой поверхности ствола, в направлении от дульного среза к казённику.
  Устройство смещается назад. Происходит выстрел. Офицер спокойно возвращает происходящее в штатное русло:
  - Заряжай!
  ПУС-7 извлекают, перезаряжают, занятия продолжаются.
  
  А рядом стоит Коля Рыжов. Стоит, смотрит и мотает на ус. В его молодой сержантской голове постепенно складывается простая и, как ему кажется, гениальная схема. Если ПУС не срабатывает, значит, его надо подтолкнуть. Офицер ведь показал. Всё просто. Никакой особой науки. Коля даже, вероятно, почувствовал некоторое профессиональное удовлетворение. Вот она, армейская смекалка! Не зря в сержантской учебке штаны протирал.
  Проходит немного времени. На огневой рубеж выходит следующий солдат. Заряжает гранатомёт, занимает положение, прицеливается.
  Выстрел. Вернее, попытка выстрела. Снова осечка.
  И тут в дело вступает наш молодой командир отделения.
  - Я знаю, что надо делать! - громко заявляет Рыжов командиру взвода.
  В его голосе звучит такая уверенность, будто он только что раскрыл секретную методику повышения боеготовности подразделения. Не дожидаясь дополнительных указаний, Коля быстрым шагом направляется к огневому рубежу. Солдат с гранатомётом ещё не успел толком понять, что происходит, а сержант уже рядом.
  - Держи гранатомёт! - командует Рыжов.
  Боец послушно держит.
  Коля, довольный возможностью продемонстрировать приобретённый опыт, с размаху наносит удар ладонью по стволу.
  
  Только вот есть одна маленькая разница.
  Офицер бил по боковой поверхности ствола, скользящим движением, в нужном направлении. А Коля ударил прямо по дульному срезу. Всей ладонью. Дальше всё произошло мгновенно.
  - А-а-а-а-а!!!
  Крик напугал всех на огневом рубеже.
  На какое-то мгновение все замерли. Даже стрельба прекратилась. Солдат с гранатомётом, офицер и остальные бойцы перестали двигаться.
  Сержант Рыжов стоял с совершенно ошарашенным выражением лица. Он смотрел на свою правую ладонь. Вернее, на то, что в ней образовалось в результате педагогического опыта. В ладони зияло отверстие.
  Коля смотрел на него так, словно впервые в жизни увидел собственную руку и никак не мог понять, почему она больше не соответствует урожденной комплектации. Ещё секунду назад он был молодым, инициативным сержантом, который знал, как устранить задержку при стрельбе. Теперь он стал человеком, которому срочно требовалось медицинское вмешательство.
  На огневом рубеже началась суета.
  
  Кто-то бросился к Рыжову, кто-то звал медика. Солдаты переглядывались, не зная, то ли помогать товарищу, то ли держаться подальше от гранатомёта и его новых специалистов.
  Особенно впечатлила происходящая картина молодого санинструктора роты. Услышав крик, она рванула к пострадавшему, на ходу теряя пилотку и, кажется, последние остатки самообладания. Молоденькая сержант-санинструктор бежала оказывать помощь, но всем казалось, что с минуты на минуту помогать придется ей самой С каждым шагом цвет её лица становился все бледнее и бледнее.
  Впрочем, понять её можно. Не каждый день увидишь, как человек собственноручно пытается устранить неисправность гранатомёта, ценой собственного здоровья.
  
  Рыжова, конечно, отправили в гарнизонный госпиталь на дежурной машине полка. Военная карьера молодого сержанта неожиданно получила развитие, которого не предусматривала ни одна программа боевой подготовки. На дембель Коля Рыжов уехал раньше своих сослуживцев. Военно-врачебная комиссия признала его негодным к дальнейшему прохождению службы, и домой он отправился почти на полгода раньше положенного срока.
  
  А каждый раз, когда кто-нибудь из новеньких начинал проявлять чрезмерную инициативу, находился ветеран, который многозначительно произносил:
  - Ты, братец, сначала подумай. А то у нас уже был один сержант, который всё знал, что делать...

 Ваша оценка:
По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2025