ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева
Кэмьюнс П.
Провинция Тай Нинь

[Регистрация] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Найти] [Построения]
Оценка: 6.66*10  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Перевод Нины Меньших menshikh@svabank.ruОригинал расположен на www.war-stories.com

  Провинция Тай Нинь.
  
  Южный Вьетнам, провинция Тай Нинь.
   От лица погибшей в засаде, устроенной участниками 196 пехотной бригады.
  
   "Я следовала стезе своих предков, переполненная гордостью за их мужество и верность, проявленные в боях за нашу страну. Китайцы, японцы, наконец, французы - все были разгромлены нами и выдворены из Вьетнама прочь в прошлом. А сейчас - мой долг принести клятву верности родине и защищать ее; и не политика тому причина, а чувство патриотизма и осознание собственного долга перед своими предшественниками, проливавшими свою кровь ради нее.
  
   Я бы прокляла их, не ощущая молчаливого призыва принести себя в жертву во имя родной страны.
  
   Повзрослев к тринадцати годам, взлелеянная лучшими военными инструкторами Вьетнама и дружественных нам Китая и Союза я без колебаний приняла на себя командование действующей группой Вьет Конга, дислоцированной на территории Южного Вьетнама, будучи лишь пятнадцати лет от роду. Мы несли ответственность за проведение действий оборонительного характера на большой территории, называемой американцами "Железный треугольник". На нас была возложена почетная задача уничтожения максимально возможного количества вражеских солдат и награды, которых мы удостаивались за это, кого-то, возможно, и возвышали в собственных глазах, однако, для прочих - были лишь очередным напоминанием о долге, требующем исполнения.
  
   Нас обучали искусству уничтожения противника, что впоследствии и стало моей прямой обязанностью. Множество раз мне приходилось наблюдать за вражескими солдатами, бездействуя, ибо их превосходящая огневая мощь пресекала на корню любое наше выступление при свете дня.
  
   Странные ощущения овладевали мной, в то время как я, надежно спрятавшись, не сводила глаз с них - отдыхающих либо передвигающихся по тропам: им, не подозревающим обо мне, были свойственны эмоции - от радости до самой невыносимой степени горя, в отличие от находившихся под моим командованием. Я могла понять и разделяла испытываемое ими вдали от своих семей одиночество, сожалея о страданиях, неизбежно причиняемых им мной. Особенно меня ошеломляло поведение чернокожих солдат - рассеивалось все, о чем говорили мне, обучая: они будут насиловать наших женщин и убивать детей. Наблюдая за ними и скрупулезно изучив, я стала инстинктивно ставить под сомнение все вышесказанное мне.
  
   Я - и, следовательно, моя группа - добровольно вызвалась свести счеты с одной огневой точкой: по моим предположениям, задача была проста и безопасна - безлунная ночь гарантировала свободное передвижение и исключала для нас любую возможность быть обнаруженными кем-либо.
  
  Уверенность в безоговорочном успехе одновременно сослужила нам плохую службу: разве мы могли допустить мысль о том, что нас ожидает аналогичная столько раз расставляемым нами западня?.. Весь спектр подобающих в этой ситуации эмоций - от животного ужаса до наработанных реакций, ненависти и слепого желания мести, сменились единственным - рефлексом выживания.
  
  Мы свободно продвигались в сумерках по знакомому рисовому полю, избегая расставленных ранее мин-ловушек и обеспечивая себе прикрытие на всякий случай. Необходимость придерживаться определенного расстояния между собой была полностью проигнорирована нами: подвело ложное чувство безопасности и, на момент преодоления гибельного участка наша группа, окончательно сбившись в кучу, представляла собой легкую добычу.
  
  Первые крики раздались в начале нашего отряда: брызги грязи, земли и куски тел беспорядочно разлетались по лугу. Ощущения представляли собой смесь ступора, слепоты и ошеломления, овладевшую нами, осознавшими свой приговор на примере первых жертв, разрываемых на части и разбрасываемых вокруг. Все было пронизано сотрясавшим слух шумом и я, уже ощущавшая жгучую боль от попадавшего в тело металла, не могла не удивиться точности устроенной нам западни. Взрывы раскидывали тысячи смертоносных шариков, с невероятной точностью направлявшихся в хрупкие тела моих солдат. Слилось все - внезапное появление мерцающих парашютных куполов, звуки плотно накрывшего нас огня, вкупе с предательским пением винтовок М-16, различаемых сквозь болезненный гул в ушах уже очень смутно...
  
  
  Смерть... нечто, перед чем я всегда испытывала страх, тенью легла на мое лицо.
  ...совсем не так уж и плохо... чувствовать...
  
  ...исчезновение боли. Ускользая, как во сне я продолжала наблюдать за тем, как американский солдат подходит ко мне - моему телу и, неожиданно для себя отметила, что его взгляд вместо ожидаемой ненависти преисполнен печали - как некогда был и у меня, обладательницы трофеев поверженного врага, и горько сожалеющей о необходимости убивать вообще. Как необычно, что он может ощущать переживаемое мной... как я сама..."
  
  Устало я бросила последний взгляд в глаза врага...
  
  ...и в их отражении я увидела
  
  и своего врага.
  
  
  
  В 1967 году я находился на стороне устроивших ту засаду и сейчас - 32 года спустя, я все еще молю своих врагов о прощении, ибо сам простил их. Пусть все мы - однажды - Упокоимся с Миром.

Оценка: 6.66*10  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.
По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2018