ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева
Керри Джон
Вьетнамские ветераны против войны

[Регистрация] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Найти] [Построения]
Оценка: 6.40*26  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Перевод: Кесс. (mataharirecreation@yahoo.co.uk), Оригинал

   Вьетнамские ветераны против войны
  
  Заявление Джона Керри перед Комитетом внешних сношений Сената
  
   23 апреля 1971 года
  
  Я хотел бы высказаться от имени всех нас, ветеранов, которые несколько месяцев назад в Детройте провели расследование, собрав показания более 150 демобилизованных со всеми почестями ветеранов, многие из которых награждены орденами и медалями за боевые заслуги, о военных преступлениях, совершенных в Юго-Восточной Азии. Это были не единичные случаи как исключения из правил, а повседневно совершаемые преступления, ставшие буднями военных действий, о которых было доподлинно известно офицерам на всех уровнях коммандования. То, что произошло в Детройте невозможно описать Вам во всех подробностях - те эмоции в зале и чувства людей, которые вновь переживали то, что они пережили во Вьетнаме. Они снова пережили то абсолютный ужас, который эта страна и её правительство заставили их делать.
  
  Они рассказывали о том, как они лично насиловали, отрезали уши, отрезали головы, прикрепляли провода от полевых телефонов к половым органам людей и пускали через них электрический ток, отрезали конечности, взрывали тела, отстреливали мирных жителей, сносили деревни, подражая Чингиз Хану, стреляли в собак, домашних животных просто для развлечения, отравляли продуктовые запасы и просто целенаправленно уничтожали провинции Южного Вьетнама, разрушая то, что ещё было целым после обычных военных разрушений и обычных и очень точных разрушений, произведённых соответственными бомбовыми ударами этой страны.
  
  Мы называем это расследование Расследованием зимних солдат, как перифраз слов Томаса Пэйна, когда он в 1776 году говорил о патриотах пока светит солнце и солдатах в летнее время, которые покинули Фордж долину, столкнувшись первыми настоящими трудностями.
  Мы, которые пришли сюда в Вашингтон, пришли сюда именно потому, что мы чувствуем, что мы должны быть сейчас зимними солдатами. Мы могли бы вернуться назад в эту страну, тихо и спокойно, сохраняя молчание, мы могли бы не рассказывать о том, что происходит во Вьетнаме, но видя то, что угрожает этой стране, нет, не красные, а преступления, которые сы совершаем, угрожают ей, мы чувствуем, что поэтому мы должны говорить.
  
  По нашему мнению, и исходя из нашего опыта, в Южном Вьетнаме нет ничего, что могло бы стать реальной угрозой для Соединенных Штатов Америки. И попытки оправдать гибель американцев во Вьетнаме, Камбодже или Лаосе пытаясь связать эти потери с сохранением свободы, которую предположительно эти злодеи попирают, для нас высшая стадия уголовного лицемерия, и именно этот сорт лицемерия, как мы считаем, разделил эту страну.
  Мы увидели, что это не только гражданская война, определённый успех людей, которые многие годы боролись за своё освобождение от каких бы то ни было попыток колониального вмешательства, но мы также увидели, что вьетнамцев, которых мы с таким энтузиазмом сосздавали по образу и подобию своему, было очень трудно зазтавить сражаться против той угрозы, от когорой мы по нашим предположениям хотели их спасти.
  Мы увидели, что большинство людей даже не знают разницы между коммунизмом и демократией. Они просто хотят мирно работать на своих рисовых полях без вертолётов, охотящихся за ними и бомб с напалмом сжигающих их деревни и разрывающими их страну на части. Они хотям только одного, чтобы всё, что связано с этой войной, и в частности с этим чужеземным присутствием Соединённых Штатов Америки, оставило их в покое, и они просто пытаются выжить, кооперируя с любыми войсками, которые в данный конкретный момент находятся на их земле, будь то вьетконговцы, северные вьетнамцы или американцы.
  Мы также увидели, что слишком часто американские парни погибали в этих рисовых полях ожидая поддержки от своих союзников. Мы видели своими глазами, как деньги американских налогоплательщиков шли на поддержание погрязшего в коррупции диктаторского режима. Мы видели, что многие граждане этой страны имеют очень однобокое представление о том, кто должен сражаться под её знамёнами, поэтому так высок процент черных среди погибших. Мы видели, как Вьетнам уничтожался американскими бомбами и наземными зачистками наравне с вьетконговскими терроризмом и теперь мы слышим как эта страна пытается обвинить во всём происходящем там хаосе Вьет Конг.
  Мы стали разрушать деревни называя это их спасением. Мы увидели Америку, потерявшую всякое понятие морали, когда она очень прохладно встретила правду о Ми Лай (Сонг Ми), отказываясь распрощаться с образом американского солдата, раздающего плитки шоколада и жевательной резинки.
  Мы познали значение зон свободного применения огнестрельного оружия, отстреливая всё, что двигалось, и мы наблюдали, как дешево ценилась Америкой жизнь азиатов.
  Мы наблюдали, как Соединённые Штаты фальсифицировали статистику потерь, практически воспевая подсчет потерь. Мы слышали как нам месяц за месяцем рассказывали, что хребет противника уже почти сломлен. Мы воевали там, используя оружие против человеческих существ Востока. Мы воевали там, используя против этих людей такое оружие, употребление которого, я не думаю, чтобы эта страна хотя бы во сне могла себе представить, воюя где-нибудь в Европе. Мы видели, как наши ребята бились за высоты, потому что какой-то генерал сказал, что их нужно взять, и после того, как выполняя эту задачу полегло один два взвода, было приказано покинуть их, оставляя в полное распоряжение северных вьетнамцев. Мы видели тщеславие, которое превращало большинство незначительных схваток в экстраординарные баталии, потому что мы не могли проиграть, мы не могли отступить, и потому, что не имело никакого значения, как много жизней американцев было пожертвовано, чтобы доказать свою правоту, и так бало с Гамбургскими высотами и Кхе Саньс, с высотой 81 и огневой точкой 6 и многими многими другими.
  Теперь нам говорят, что те, кто там воевал, должны сидеть тихо, в то время как другие американские парни продолжают там погибать за то, чтобы мы могли упражняться в невероятной аррогантности вьетнамизируя вьетнамцем.
  Каждый день, позволяющий Соединённым Штатам умывать руки касательно Вьетнама, кто-то погибает, чтобы Соединённым Штатам не пришлось признать то, что известно уже всему миру, чтобы нам не пришлось признаться, что мы совершили ошибку. Кому-то приходится умирать, потому что президент Никсон не хочет быть, и это его собственные слова - "первым президентом, проигравщим войну".
  Поэтому мы спрашиваем американцев: "Как вы собираетесь сказать кому-нибудь быть последним, кто погиб во Вьетнаме? Как вы скажете кому-нибудь быть последним кто погиб за ошибку?" ... Мы сейчас здесь в Вашингтоне, чтобы сказать, что проблема этой войны не только вопрос войны и дипломатии. Это частица, составная часть всего того, что мы пытаемся как разумные существа донести до людей в этой стране - это вопрос расизма, который разъедает армию, это и многие другие вопросы, как, например, применение оружия, лицемерие, с которым мы обвиняем кого-то в нарушении Женевской Конвенции и используем это для оправдания продолжения этой войны, когда мы сами более, чем кто бы то ни был, виноваты в попрании требований этой Женевской Конвенции, применяя зоны свободного применения огнестрельного оружия, нарушая договоренность о прекрашении огня, поисково-уничтожающие экспедиции - зачистки, бомбардирование, пытки заключённых, всё, что практикуется во многих подразделениях в Южном Вьетнаме. Это то, что мы пытаемся объяснить. Это то, что пронизывает всё наше бытие, касается всего.
  Один мой друг американский индеец, один из участников захвата индейским племенем острова Алькатрас, очень наглядно сказал мне об это. Он рассказал мне, как он , паренёк живущий в индейской резервации, радовался, когда в фильмах, которые он смотрел по телевизору, ковбои отстреливали индейцев, и вот однажды во Вьетнаме он вдруг остановился и подумал: "О Боже, я же поступаю сейчас с этими людьми, как поступали с моим народом" и он прекратил. Вот это то, что мы пытаемся донести до вас, мы считаем, что этому нужно положить конец.
  Мы здесь чтобы спросить и спросить очень настойчиво, где политические лидеры нашей страны? Где наше правительство? Мы здесь, чтобы спросить где МэкНамара, Ростов, Банди, Жилпатрик и многие другие? Где они сейчас, когда мы, которых они послали на эту войну, вернулись? Они командиры, которые дезертировали, оставив свои войска. И по закону войны нет большего преступления, чем это. Армия говорит, что они никогда не оставляют своих раненных. Морские пехотинцы говорят, что они не оставляют даже своих мёртвых. Эти политики оставили всех своих павших и спрятались за самооправдательным щитом общественного мнения. Они спасают свои шкуры прячась от действительности в этой стране. Мы желали бы, чтобы милостивый Бог стёр из нашей памяти все воспоминания об этой службе так же легко, как эта администрация стерла из своей памяти нас. Но всё, чего они добились и могут добиться, отказываясь от всего, это только укрепить нас в нашем личном позыве закончить нашу последнюю миссию - вскрыть и уничтожить последние следы этой варварской войны, умиротворить наши сердца, победить страх и ужасы, которые владели этой страной последние десять лет. И больше. Чтобы когда тридцать лет спустя наши братья будут идти по улице без ног, без рук, с изуродованными лицами, и маленькие мальчишки будут спрашивать "почему?", мы могли бы сказать "Вьетнам" и это значило бы не позор, не грязные мерзкие воспоминания, а это означало время, когда Америка переродилась и когда солдаты как мы помогли ей в этом.

Оценка: 6.40*26  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.
По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2017