ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева
Аноним
Война в Мексике

[Регистрация] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Найти] [Построения]
Оценка: 8.42*20  Ваша оценка:


Комментарий от переводчика

Причина, побудившая меня поднять тему американо-мексиканских отношений, очень банальна: сегодня уже ни для кого (в т.ч., и для самих американцев) не секрет, что вопрос выживания США фактически с момента их образования как нации, напрямую зависит от эксплуатации чужих рынков и территорий. Экспансия - в прошлом "военно-территориальная" - приобрела на сегодняшний день "военно-рыночный" характер. Успешная реализация своих претензий на территории благополучно позволила Америке стать "enfant terrible" того и "trouble maker" номер один нашего времени. Так, старая как сами Штаты, причина - жажда земель и власти - породила множество следствий, непосредственными свидетелями которых как раз являемся мы. Своеобразная связь времен...

Мной были скомпилированы материалы, взятые с одного из мексиканских сайтов, посвященных Американо-мексиканской войне 1846-48гг. Помимо этого, хочу выразить благодарность Рикардо Г. Вильяреалю (Мексика), помогавшему мне в поиске и привлечении материалов из самых разных источников, а также отвечавшему на возникавшие в процессе перевода вопросы.

Со мной, наверняка, не согласятся поклонники пресловутой Даллесовской доктрины и развала СССР. Оговорюсь: данная работа - не попытка бросить в лицо обвинение в этакой "национальной нечистоплотности" каждому первому американцу, среди которых есть и в высшей степени порядочные люди, а всего лишь напоминание всем и каждому, с чего все начиналось...

Нина Меньших

  
   Содержание:
   Предисловие
      -- Расстановка сил.
      -- Немного о географии.
      -- Манифест "Предопределенной Судьбы".
      -- Пограничные территории.
      -- Армии противоборствующих стран. Боевые действия.
      -- Оккупация Мексики.
   Приложение.
  
   Предисловие:
   За период 1836-1848гг. Мексика лишилась фактически половины своей территории: Соединенным Штатам отошел вначале Техас, потом Новая Мексика, Верхняя Калифорния, а также части таких штатов как Тамаулипас, Коауила, Чиуауа и Сонора. Первопричину конфликта надо искать не в претерпевшей радикальные перемены Мексике, а в самих США, в экспансионистском воззвании - т.н. Манифесте "Дестини", воплощенном в доктрине Монро ("Америка для американцев"). Изначально учрежденные как тринадцать колоний, Штаты посредством войн и экономического давления оккупировали близлежащие земли, выходящие к Мексиканскому заливу (Луизиана и Флорида) и начали пресловутую конкисту на запад.
   Еще до начала Войны за независимость, американские колонисты заняли обширные территории Техаса, где попытались установить экономическую систему, в основе которой лежало рабство. В 1836 году эти колонии объявили самостоятельность и через десять лет вошли в состав Американского Союза. В 1846 году американская армия вторглась на мексиканские земли, дабы поддержать "техасскую инициативу" - так Мексика оказалась втянутой в войну, продлившуюся два года. Агрессоры претендовали на весь север от Рио-Браво, обе Калифорнии и территории Новой Мексики (некоторые из газетчиков вслед за представителями своего правительства выступали за аннексию всей территории Мексики). Известно, что большая часть "спорных" территорий была практически необитаема и принимала минимальное участие в судьбах нации; однако как со времен вице-королевства, так и после провозглашения независимости предпринимались многочисленные попытки их освоения. В некоторых регионах проживало большое количество аборигенов (Новая Мексика) и метисов (Верхняя Калифорния) - эти территории (независимо от степени их заселенности) были захвачены силой.
   Война со Штатами вскрыла масштабы хаоса, в котором пребывала Мексика. Военным, стоявшим у кормила власти в течение тридцати лет, были свойственны беспомощность и оппортунизм, церковь, обладавшая огромным экономическим влиянием, отказалась принимать участие в обороне, большинство торговцев и землевладельцев, интересовавшиеся защитой исключительно собственных интересов, также отвернулись от родины... Перед лицом институционального кризиса либералы, чуть позже ставшие инициаторами реформ, потерялись в водовороте событий. Оборонялись лишь действующая армия и народ; к сожалению, их борьба так и не была организована должным образом. После полутора лет сплошных побед, большинство которых произошло из-за слабости мексиканского военного руководства, американцы контролировали жизненно необходимые центры страны. Самые сознательные прослойки населения (интеллигенция и средний класс), разобщенно противостоявшие американским агрессорам, стали свидетелями политической, военной и моральной убогости мексиканских руководителей.
   Американо-мексиканской войне суждено было стать огромным потрясением для обеих стран-участниц. Для Штатов этот конфликт, почти полностью прошедший на чужой территории, стал первой войной с другим народом. Были задействованы многочисленные армии, протяженные маршруты обеспечения боеприпасами, широко применялась высадка десанта на территорию противника. Американцы приобрели - беспрецедентный для них - опыт оккупации столицы противника и учреждения военного правительства для поверженной нации. Однако война стала и яблоком раздора для граждан самой Америки, взбудораженных как вопросами рабства (весьма актуальными на тот момент), так и нечистоплотностью вашингтонских политиков. Помимо этого ценой боевых действий стали простые человеческие жизни, оплакиваемые выжившими еще очень долгое время: за время войны погибло/получило ранения более 5800 американцев, около 11000 солдат скончалось лишь от болезней (не считая тех, кто умер от ран уже будучи списанным с военной службы "за негодностью"). Негативным был и экономический фактор: "стоимость" войны составила для Америки более 75 миллионов долларов.
   Тем не менее, негативный эффект весьма смягчили серия побед и присвоение более чем миллиона миль территории. Открытие залежей золота и серебра (Калифорния и Невада), неожиданно ставших источниками обогащения и простых граждан, и страны в целом, спровоцировало перемещение населения на запад. Несмотря на то, что полученные территории превратили США в могущественное континентальное государство и открыли путь к многочисленным тихоокеанским портам, они же и обострили противоречия, существовавшие между Югом и Севером, которые привели, в результате, к гражданской войне.
   Для Мексики же война обернулась чередой трагедий: помимо тысяч погибших непосредственно в сражениях (среди которых были как военные, так и простые жители), десятки тысяч человек остались сиротами, вдовами и инвалидами. Многочисленные артобстрелы разрушили множество городов, не говоря уже о поврежденных портовых сооружениях и разбитых дорогах. Морская блокада и наземные передвижения войск подорвали экономику, в т.ч. внешнюю и внутреннюю торговлю, а рекрутские наборы, пополнявшие шеренги воевавших крестьянами, причинили огромный ущерб и сельскому хозяйству, и промышленности. Война внесла хаос в политическую жизнь страны: за два года войны сменилось шесть президентов и десять кабинетов министров иностранных дел. Политическая нестабильность военного и послевоенного времени стала причиной появления деспотического режима и, следовательно, очередной гражданской войны.
   Скрытым эффектом войны для мексиканцев стал и психологический эффект. Потери в живой силе, сражения, унижения, связанные с тем, что столица и большая часть родной страны находятся в руках врага, позор заключения мирного договора, по которому половина территорий (в т.ч. Техас) отходила США - все это стало для Мексики тяжелейшим ударом. На смену национальной гордости и достоинству пришла глубокая неприязнь к янки. И по сей день мексиканцы тяжело переживают последствия войны, называемой "североамериканской интервенцией"... Ценой людских и территориальных потерь Мексика еле пришла в себя; группа либерально настроенных лиц провозгласила об образовании Мексиканского государства.
  
   I. Расстановка сил.
  
   1) Мексика и США на пороге 1846 года.
   2) Мексиканское общество.
   3) Мексиканская мечта. Новая Испания.
   4) Общественное мнение. Век XIX. Мексика в преддверии войны.
  
   В предшествующие войне годы страны развивались в противоположных направлениях: США, вдохновленные технологическим прогрессом и пресловутым Манифестом, самоуверенно продвигались на запад, Мексика же пыталась сохранить территории, доставшиеся ей после продолжительной войны за независимость.
   В период с 1821г. (война за независимость) по 1846г. (начало войны с США) в Мексике предпринимались попытки создать систему управления, которая гарантировала бы всей нации мирное и стабильное существование. За десятилетия, предшествовавшие войне с американцами, многочисленные политические распри и интриги сильно ослабили страну, чем попытались воспользоваться и европейцы. Внешнеполитические обстоятельства и нескончаемая внутриполитическая борьба стали основными факторами, повлиявшими на способность страны к обороне.
  
      -- Мексика и США на пороге 1846 года.
  
   На момент столкновения стран (1846г.) налицо был их разительный контраст в социальной, экономической, политической и культурной сферах.
   Мексика представляла собой результат т.н. "ранней конкисты". Испанцы, установившие в XVI веке свое господство над Южной Америкой, привнесли жестокие средневековые традиции и на ее территории. Для Испании, в течение восьми столетий освобождавшей свои земли от мусульман, реконкиста была немыслима без жестокости католических королей - все это вкупе формировало и укрепляло испанский религиозный и социальный традиционализм, распространившийся впоследствии и на колонизируемые земли. Солдаты и миссионеры шли рука об руку, породив социальную структуру, похожую на феодальный строй: в качестве аристократии выступали конкистадоры, духовенство так и осталось духовенством, а аборигены заняли место слуг. С другой стороны, с испанцами пришла и "метизация" - характерная для самой Испании, где смешались греки, финикийцы, римляне, североевропейские народы, а также арабы и евреи. Прибыв в Южную Америку и столкнувшись с высокоразвитыми племенами майя, ацтеков и т.д., испанцы не только перемешались с ними биологически, но и переняли от них некоторые традиции и образ жизни. Парадокс конкисты заключается в том, что конкистадоры, гордившиеся собственной причастностью к европейской (испанской) культуре, и пытавшиеся насадить ее и в Америке, создали в результате совершенно иные - и общество, и культуру.
   Соединенные же Штаты, в свою очередь, являют пример "поздней конкисты". На момент создания первой английской колонии в Джеймстауне (шт. Вирджиния, 1607г), испанская империя в Латинской Америке была уже фактически создана, ее крупнейший торговый и культурный центр располагался в т.н. Новой Испании (Мексика), а Мехико представляло собой один из крупнейших на тот момент городов Империи. Англия же включилась в процесс колониальной экспансии поздно, учитывая политическую нестабильность, перемены в экономической сфере, а также религиозные конфликты, - приведшие к промышленной революции и задержке колонизаторской экспансии. В целом, к факторам, форсировавшим миграцию англичан, относятся трансформация экономики (и обусловленное ею влияние на общество) и религиозные конфликты. В отличие от Испании, колонизация в данном случае проходила по "частной инициативе" англичан, без участия в этом процессе королевской власти как таковой. Цель иммигрировавших заключалась либо в открытии новых рынков и центров добычи сырья, либо в обретении приюта для многочисленных религиозных сект. В колониях установилось местное самоуправление; в Род Айленде и Мэрилэнде, помимо этого, была разрешена свобода отправления культа. В отличие от испанцев, англичане не ассимилировались с местными жителями, к тому же там не было высокоразвитых туземных цивилизаций, что не позволило колонистам создать аналогичную испанской полуфеодальную систему. Парадокс данной ситуации в том, что в большинстве своем англичане мигрировали, разочаровавшись в "европейской традиции" и пытаясь создать что-то принципиально иное на новом месте, однако в результате поддерживались именно традиции своей покинутой родины.
   Различались и движения за независимость, возникавшие в рассматриваемых странах. Английские колонисты восставали против британской власти, пытаясь таким образом защитить все то, ради чего они покидали родину. Надо отметить, что для этого были все предпосылки: соперничество между Францией и Великобританией помогло колониям завоевать признание (еще до формального объявления ими своей независимости) и найти союзников. Посему конфликт с метрополией продлился всего пять лет. Завоеванная автономия и политическая независимость привели к власти группу политиков, готовых встретить лицом к лицу все трудности становления нового государства.
   В свою очередь, Мексика добилась независимости лишь в 1821 году. По своей сути война за независимость представляла собой настоящую социальную и политическую революцию, а не просто борьбу за самостоятельность от Испании. Внешнеполитические условия были для мексиканцев далеко не такими благоприятными: в 1810 году (начало войны за независимость) Европа уже погрязла в наполеоновских авантюрах, а через одиннадцать лет (окончание борьбы) набиравшее силу консервативное движение отнюдь не способствовало международному признанию Мексики. Наконец, среди выживших в кровопролитной борьбе мексиканских вождей были и по-настоящему талантливые люди, однако политического опыта им не хватало катастрофически.
   В 1789 году была ратифицирована Конституция США, и в должность вступил первый президент, казалось, все это свидетельствует о создании новой нации - "самой совершенной из всех существующих". Создание подобного союза было возможным благодаря либерализму американского общества. Интересы конкретной личности были возведены в ранг догмы, что породило идеологию эгоизма. В общей сложности, возникновение Соединенных Штатов как таковых стало результатом консенсуса политики и идеологии. За период 1789-1860 годов было избрано 15 президентов без предъявления каких-либо претензий законности избирательных комиссий, что дало импульс развитию демократических идей в стране.
   Победа в войне за независимость необыкновенно воодушевила мексиканцев, однако реальность была далеко не самой радужной: от Новой Испании [Мексика как испанская колония] Мексика унаследовала в высшей степени неоднородное общество - как по этнической составляющей, так и по показателям образованности и материальной обеспеченности. Помимо этого немалую роль играли и региональные различия.
   Экономические и социальные реалии, приводившие в отчаяние местных политиков, сформировали два взгляда на дальнейшее развитие страны: либеральный и консервативный пути. Несмотря на то, что экономические цели, выдвигаемые сторонами, совпадали, методы их достижения существенно различались. Консерваторы подчеркивали необходимость постепенного развития экономики, без нарушений структуры общества. Главное средство для поддержки единства в столь разрозненном обществе консерваторы видели в католической церкви. Либералы, напротив, выступали за радикальные преобразования в социальной и экономической сферах. В политическом аспекте они ратовали за федеральную республику, в то время как консерваторы говорили о централизованном государстве, подразумевая установление монархии. На этом фоне появилась "умеренная" промежуточная политическая партия.
   Одна из основных проблем заключалась в критике упомянутых политических проектов, осуществляемой исключительно интеллектуальной прослойкой, не имевшей практически никакой связи с основной частью населения. Де-факто как таковых политических партий в Мексике не было, были конъюнктурные коалиции, к тому же население было абсолютно непривычным и невосприимчивым к политической полемике. Таким образом, между верховной властью и простым народом находились лица, готовые пойти на любой компромисс во имя достижения собственных интересов.
   Этим и объясняется нестабильность первых десятилетий мексиканской независимости. С 1821 по 1847 годы свои силы "опробовали" четыре типа правления - монархия (1822), республика (1824), а также две формы централизованной республики (в 1836 и 1843 годах соответственно). Помимо этого, Мексика столкнулась с откровенной враждебностью в международных отношениях. Приведенная выше картина позволяет заключить, что как таковая - страна выжила лишь благодаря факторам, весьма далеким от экономики и политики. В отличие от США положение дел у мексиканского государства складывались весьма плачевно.
   Колониальный строй сыграл созидательную роль в формировании Соединенных Штатов - как общества и государства, в то время как Мексика должна была пройти долгий путь эволюции и радикально изменить себя изнутри для достижения подобного результата. Вот краткое описание ситуации, в которой находились страны к началу войны 1846-1848гг.

2) Мексиканское общество.
  
   На начало войны со Штатами Мексика переживала последствия глубокой депрессии, тянувшейся еще со времен колониального режима и затронувшей экономическую, социальную и политическую жизнь страны.
   Наполеоновское вторжение в Испанию (1808г.) спровоцировало необратимый коллапс колониальной Империи. Де-факто противоречия, спровоцированные административными реформами, лишь увеличили плачевное состояние Испании.
   Политический раскол Новой Испании стал благодатной почвой для усиления в ней социальных противоречий, вылившихся в повстанческое движение, возглавленное Мигелем Идальго (1810г.). Конечно же, движение разгромили, и исполнение социальных требований было отложено на неопределенный срок. По истечении одиннадцати лет борьбы (в 1821г.) новоиспанская олигархия (в т.ч. и Агустин де Итурбиде, в будущем первый и последний мексиканский император) предпочла отделиться от метрополии, чтобы обезопасить свои привилегии от действий недавно восстановленного радикального парламента. Посредством хрупкого политического компромисса, сулившего мексиканцам свободу и перемены к лучшему, с одной стороны, а с другой стороны, совершенно не затрагивавшего многие социальные и экономические аспекты, - бывшая испанская колония обрела независимость. Этим не мог не воспользоваться Итурбиде, провозгласивший себя императором Агустином I (май 1822г.), однако менее чем через год его империя пала, и к власти (посредством военного переворота) пришел Гуадалупе Викториа - первый мексиканский президент. Начиная с этого времени, стало традицией решать вопрос о власти путем государственных переворотов.
   Политическая нестабильность шла рука об руку с нестабильностью социальной и экономической. Полученная независимость стала причиной негативного восприятия испанцев и, следовательно, привела к их изгнанию из страны. На самом деле, за патриотическим взрывом - зачастую, мнимым - стояли и меркантильные интересы: к примеру, вытеснение испанской торговой олигархии. Успешное ее изгнание совпало по времени с вооруженным восстанием, приведшим к власти первого президента Мексики.
   Наслоение проблем, нескончаемые распри внутри общества - все это лишило мексиканский народ единства, помешав создать единый фронт перед лицом общего врага - Соединенных Штатов Америки.
  
   3) Мексиканская мечта. Новая Испания.
  
   В то время как Штаты находились в "творческом поиске" судьбоносного Манифеста, перед Мексикой встали проблемы, характерные для только что обретшей независимость страны.
   1821 год - стал годом обретения для Мексики свободы, однако страна сильно пострадала в ходе этой борьбы (был подорван экономический сектор, восстановить который было очень непросто). Первые попытки только что появившейся нации создать собственное правительство привели к власти императора (1822г.), свергнутого уже в 1824 году, появилась конституционная республика. Параллельно страну раздирали дрязги между различными политическими группами - централистами, федералистами, монархистами и республиканцами, каждая из которых пыталась прийти к власти.
   С приобретением независимости, Мексика получила наследие в виде обширных территорий на севере, плотность населения которых была крайне низка. Перед страной встала задача колонизации оных и защиты новых границ. Учитывая весь спектр проблем, с которыми столкнулась на тот момент Мексика, это было практически невыполнимо:
  -- Не хватало населения для освоения пограничных земель. Борьба за независимость унесла с собой жизни 10% мужчин-мексиканцев, что вдобавок привело и к резкому падению рождаемости;
  -- Постоянная вражда местных индейских племен препятствовала переселению мексиканцев на вновь приобретенные территории;
  -- Возможность экономического благополучия (хотя бы относительного) на новом месте в условиях существовавшей системы фактически сходила на нет;
  -- Военная система страны была не в состоянии обеспечить безопасность потенциальных переселенцев на протяжении ее огромных границ;
  -- Католическая церковь и военный устав - основные "хранители" национальных традиций - теряли всю свою силу на пограничных территориях;
  -- Околопограничное население было, в большинстве своем, очень бедным, сообщение между центральными регионами и окраиной было очень ненадежным: установление и поддерживание порядков "центра" было в этих условиях нереальным;
  -- Пограничное общество отличалось вольностью нравов и большей независимостью, помимо этого, оно было носителями эгалитарных идей, что шло вразрез с центральной частью страны. Это приводило к появлению различных ограничений, налагаемых правительством и подрывавших экономику пограничных территорий.
  
   4) Общественное мнение. Век XIX. Мексика в преддверии войны.
  
   Для того чтобы дать оценку мексиканским реалиям XIX века, необходимо помнить о некоторых социальных особенностях страны. Большая часть как деревенского, так и городского населения была неграмотной либо имела лишь начальное образование - так, им было сложно составить свое мнение о чем-либо. Естественно, что общественное мнение выражали средний и высший классы общества. Помимо этого, между регионами всегда существовали разногласия, некоторые из мексиканских провинций занимали отличные от "столичной" позиции, однако это, в целом, относилось скорее к внутренним делам Мексики, нежели чем к делам внешнего порядка. Основным источником общественного мнения того времени была пресса: редакционные статьи, письма к издателям - памфлеты, политические декларации и публичные выступления.
   Добившись независимости, первые лица Мексики обратили свои взоры к северному соседу, причем их взгляд на Америку был двойственным и зависел от идеологических воззрений смотрящих. Либералов восхищал прогресс и жизнеспособность американцев; они видели в этой стране образчик современного общества, фундамент которого составлял средний класс частных собственников, где корпоративные интересы не обладали какими-либо особенными привилегиями. Помимо этого Америка была для них средоточием всех плюсов республиканского и федерального правительства. Консерваторы, в свою очередь, делали упор на непрерывность исторического процесса и институциональности, поддерживаемой Штатами еще с колониальной эпохи. С другой стороны, мексиканцы отмечали и некоторые негативные аспекты американского общества, в частности, противоречия между идеями свободы и равенства, выраженными в Декларации независимости и Декларации прав, и существованием рабства на юге страны. Однако в большей степени тревогу вызывали экспансионистские тенденции Штатов, угрожавшие безопасности и территориальной целостности Мексики. Опасения начали нарастать в период с 1823 по 1836 годы - как результат участия американского посла (Джоель Пойнсетт) во внутренних дебатах страны и, впоследствии, после изложения в развязной манере его преемником, Энтони Батлером, предложения американского президента (Эндрю Джексона) о покупке Техаса и северной части Калифорнии.
   С отделением Техаса от Мексики (1836г.) опасения еще более усилились: мексиканцы помнили заявления Джеймса Монро и его секретаря Джона Адамса о том, что Техас - часть луизианской территории. Аннексия Техаса в апреле 1844г. была воспринята мексиканским правительством как акт агрессии со стороны США и скрытое объявление войны. Позднее, с одобрением американским конгрессом резолюции о присоединении Техаса к США, Мексика приостановила дипломатические отношения с Америкой, т.к. с точки зрения мексиканцев аннексия Техаса - посредством соглашения или резолюции - была нарушением Пограничного договора 1828г., в котором США признавали за Мексикой права на Техас. Следовательно, это представляло собой грубейшее попрание принципов международного права, не говоря уже об угрозе целостности мексиканской территории - ведь точно так же могла быть присоединена к Штатам и остальная часть Мексики. В сложившихся обстоятельствах правительство действовавшего президента Хосе Хоакина де Эрреры, с одной стороны, объявило о незаконности резолюции, а с другой стороны, попыталось сблизиться с техасским республиканским правительством. Цель Мексики заключалось в том, чтобы помешать аннексировать Техас и, одновременно, избежать войны со Штатами.
   В процессе переговоров мнения мексиканских журналистов и общества разделились: некоторые поддерживали политику правительства, иные выступали против нее. Выступавшие против призывали к немедленной военной кампании против Республики Техас, пока еще аннексия не состоялась. Чуть позже, когда Техас принял предложение Штатов войти в их состав, в Мексике пришли к выводу, что во избежание сего надо было прибегать к военным действиям. В любом случае, здесь необходимо проводить четкую грань между военными действиями против собственной фактически бывшей провинции и объявлением войны. Мнения сводились к тому, что у Мексики нет иной альтернативы для недопущения аннексии Техаса, кроме как использовать военную силу. Это должно было показать, что страна не потерпит расширения американской экспансии на свои территории. Когда стало очевидным одобрение Техасом американского "предложения", мексиканский конгресс принял резолюцию, наделяющую президента "законным правом использования всех возможных ресурсов для противостояния данной аннексии..." (04 июня 1845г.)
   В октябре 1845г. общественное мнение склонилось к тому, что признавать присоединение Техаса нежелательно. В этой критической ситуации администрация Эрреры явно придерживалась принятого на переговорах прямо противоположного решения, что свидетельствовало о принятии ей аннексии. Американское правительство, в свою очередь, пришло к выводу, что Мексика готова согласиться на прием полномочного посла США для обсуждения техасского вопроса. Мексиканское общество, в целом, отвергало эту идею и продолжало настаивать на немедленной военной акции против Техаса. Провал визита американского дипломата (Джон Слайделл) предал огласке детали полученных им инструкций, которые большинство мексиканцев сочли "примитивной ловушкой с крайне оскорбительными, достойными Маккиавели, замыслами." (статья "Вопрос дня", "El Tiempo", Мексика, 05 апреля 1846г, стр.1)
   В апреле 1846 года в связи с передислокацией американских сил под командованием генерала Тэйлора до Рио-Браво (к мексиканской границе), мексиканцы, уверенные, что Штаты вот-вот развяжут войну, дабы незаконно лишить Мексику ее северных провинций, стали требовать от правительства немедленной военной кампании для предотвращения, суть которой заключалась бы в остановке американского шествования по Мексике. Мексиканское общество постоянно делало акцент на защиту своих территорий - и во время техасского вопроса, и позднее, во время вторжения американцев в Мексику. На деле же война Штатам так и не была объявлена. Позднее, узнав об одобрении американским президентом (Джеймс Н.Полк) войны, для мексиканцев стало очевидным, что истинное намерение Штатов заключалось именно в присвоении исконных мексиканских земель. Как прокомментировала это газета "El Tiempo": "Поведение американского правительства подобно отношению бандита к страннику". Встретив агрессию "в лоб", Мексика не могла не защищаться.
  
   5) В ретроспективе...
  
   От самого драматического момента американо-мексиканских отношений - войны - нас отделяет более полутора веков. Американские историки говорят об этом, как о "мексиканской войне", а их мексиканские коллеги используют термин "американское вторжение". Контраст мнений обусловлен разницей восприятий конфликта. С объявлением войны Мексике (1846г.) официальной для Штатов стала точка зрения действовавшего президента, в соответствии с которой Мексика не оставила Штатам, якобы действовавшим во имя собственной безопасности и национальных интересов, иного пути, кроме выбранного. И, следовательно, за развязывание войны ответственна именно Мексика. Этот довод является объектом дебатов мексиканских и американских историографов. Американцам сложно объяснить действия мексиканского правительства и работу прессы тех лет: толкование ими событий было неполным, некоторые официальные заявления и статьи не имеют под собой документальной основы - все это истолковывается ими как свидетельство повышенной агрессивности Мексики.
   В действительности, для понимания мексиканского отношения того времени к войне, необходимо помнить о трех важных моментах: внутреннем положении дел страны в 1840х годах, техасской проблеме и, наконец, вторжении американцев на мексиканские земли.
   С 1841 по 1848 гг. Мексика переживала один из самых критических периодов в своей истории. Во-первых, на 1841-1843 годы пришлась диктатура Санта-Аны, которую сменила вторая централистская республика (до декабря 1845г.). За ней последовала продлившаяся восемь месяцев диктатура Мариано Паредеса, во время которой обсуждался вопрос об установлении в стране монархии. Наконец, в 1847 году, к власти пришло федеральное республиканское правительство, после чего, с июня 1844г. по сентябрь 1847 сменилось шесть президентов. За исключением одного из них (Мануэля де ла Пеньи), все они пришли к власти в результате народных или военных восстаний и столкнулись с оппозицией, оспаривавшей законность их пребывания у власти и жаждавшей их свержения. При таких условиях обсуждения как техасского вопроса, так и визита Слайделла, стали, пожалуй, единственным заметным проявлением политической активности и единственным уделом политических партий, за исключением оказания давления на своих оппонентов, ставя под сомнение их легитимность. По одной из статей ежедневника "El Siglo XIX" вопросы отделения Техаса и попытки его возвращения в лоно Мексики стали использоваться как инструменты влияния на политические партии и отдельных политических лидеров и, в особенности, как способ оправдания любого революционного движения. Поиски решений техасского вопроса и, впоследствии, попытки избежать войны с США "переговорным путем", истолковывались оппозиционной прессой в широком диапазоне: начиная с актов проявления слабости и заканчивая предательством.
  
   II. Немного о географии Мексики.
  
   География страны и военные действия.
  
   На момент начала войны Мексика занимала больше трети североамериканского континента: от современной границы между штатами Калифорния и Орегон (42® северной широты) до реки Миссури (на северо-востоке). Отделение Техаса в 1836г. и его присоединение к США в качестве штата (1845г.) существенно сократило мексиканскую территорию, восточная граница которой сдвинулась к Рио-Нуэсес - "Ореховой реке", которую Мексика объявила пограничной территорией, в то время как Техас и США объявили границей реку Рио-Браво-дель-Норте (она же Рио-Гранде). С точки зрения американских экспансионистов, северные мексиканские территории перекрывали их естественный маршрут расширения на запад, т.к. запланированная трансконтинентальная железная дорога (которая должна была пролегать до самого тихоокеанского побережья) должна была проходить по территории Мексики.
   На юге же Мексика простирается до тропиков, крайняя южная точка страны располагается приблизительно на 14® севернее экватора. На востоке Мексика выходит к Мексиканскому заливу, а на западе - к Тихому Океану. Необъятные территории, омываемые водами с запада и востока, были уязвимы для атак с моря, а слабо заселенный север страны, как уже было неоднократно сказано, был фактически беззащитен перед интервентами. Для расположенной от тропиков до средних широт, обладающей различной топографией страны (к примеру, высота гор в районе Мехико составляет около 5700м. / 18700 футов, а некоторые калифорнийские территории находятся ниже уровня моря) было характерно географическое и климатическое разнообразие. Огромным просторам Мексики суждено было стать местом военных действий 1846-1847гг.
   В мае 1846 года первые американские части вошли на территорию Техаса (город Корпус Кристи), откуда и начали свой военный поход по Мексике. Солдаты, которыми командовал генерал Закари Тэйлор, по заслугам оценившие благодатный морской бриз, несколькими месяцами позже уже проклинали безжалостный северный ветер, приносивший с собой холод, дожди и многочисленные болезни.
   Войскам, вторгшимся в Мексику с территорий Монтеррея и Буэны Висты, пришлось действовать в гористой местности, где большую часть года было засушливо, а осадки приходили в виде летних бурь. Американцы продвигались через данную полузасушливую территорию с разных направлений: войска полковника Донифана, продвигавшиеся к центру страны, преодолевали низины, пересекаемые горными цепями, тянувшимися с севера на юг - характерная топографическая черта местности; севернее - на юге Аризоны, в аналогичной местности оказался мормонский батальон (в т.ч. и в районе реки Сан-Педро, для которого характерны как летние ливни, так и зимние бури).
   Для тех окрестностей Мехико, что расположены на вулканически активной территории, характерен умеренный климат, осадки и плодородная почва. В этом регионе в ходе войны с северным соседом прошли такие важные сражения, как битвы за Контрерас, Чурубуско, Молино дель Рей и Чапультепек.
   Легкой добычей для противника (к примеру, для морских сил под командованием коммодоров Джона Слоата и Роберта Стоктона) было Калифорнийское побережье, протянувшееся от Верхней Калифорнии до Нижней. Вопреки климатическим условиям (сильный ветер и туман), затруднявшим продвижение противника по морю, войти в многочисленные калифорнийские порты не представляло особой сложности. Калифорнийская прибрежная зона (в особенности это относится к Верхней Калифорнии) была густо заселена еще со времен испанской конкисты; здесь американцам удалось захватить, в основном, лежащие неподалеку от берега населенные пункты. Захват с моря Нижней Калифорнии, плотность населения которой была ниже, благодаря многочисленным пристаням также не представлял особых трудностей.
   Важными для американцев являлись и территории, не попавшие непосредственно в зону боевых действий, в частности, долины, располагавшиеся на крайнем северо-востоке страны (на сегодняшний день - восточные территории штатов Колорадо и Нью-Мексико). До начала войны они были известны как "великие американские пустыни", несмотря на большое количество пастбищ. Американские войска могли, не встречая особых препятствий, продвинуться вглубь страны, пересекая речные долины, богатые водой и древесиной.
   Стратегия боевых операций, проходивших на мексиканской территории, во многом зависела от топографических особенностей местности. К примеру, до морского побережья Техаса, воды которого были весьма неглубоки, можно было добраться, лишь приобретя специальные - с низкой осадкой - корабли. К тому же поблизости не было источников питьевой воды, и корабли были вынуждены возвращаться в Пенсаколу (Флорида), чтобы пополнить войсковые запасы водой и продовольствием.
   Продвижение американских войск по Мексике подразумевало и рекогносцировочные операции, по результатам которых были составлены карты территорий, использованные, по слухам, в различных исследовательских мероприятиях и по окончании войны. Примером этому может послужить экспедиция Брайанта Тильдена, прошедшего (явно с целью рекогносцировки местности) на пароходе "Майор Браун" более трехсот километров по Рио-Браво.
   С окончанием войны (1848г.) Мексика утратила почти половину своей территории; ее граница была официально установлена по реке Рио-Браво до города Эль-Пасо, продолжаясь оттуда до реки Хила (на западе) и, затем, до самого западного побережья. Позднее, в 1853г., был подписан т.н. договор Гадсдена, по которому Мексика отторгала свыше ста километров (на юг от Хилы) в пользу США, намеревавшихся построить трансконтинентальную железную дорогу, - так была установлена современная американо-мексиканская граница, которая идет вдоль Рио-Браво до Эль-Пасо, от Эль-Пасо - по южным землям Нью-Мексико и Аризоны, и доходит до города Сан-Диего, разграничивая Верхнюю и Нижнюю Калифорнии. Во время войны многие жители Нижней Калифорнии оказывали поддержку Соединенным Штатам; установление же границы позволило им, логично опасающимся репрессий, перебраться на территорию Верхней Калифорнии.
   Война завершилась переделом территорий: США, воодушевленные еще довоенным Манифестом, получили желанный доступ к тихоокеанскому побережью. Мексике же пришлось довольствоваться засушливыми территориями в качестве северной границы.
   Говоря о результатах войны, необходимо отметить еще два важных момента, связанных с переделом мексиканской территории: во-первых, через тридцать лет после конфликта (1879-1881гг.) была построена Трансконтинентальная железная дорога; в это же время была проложена часть тихоокеанской железнодорожной ветки (т.н. "Sunset Route"), прошедшая от Калифорнии до Нового Орлеана через Юму, Тусон, Эль-Пасо и Сан-Антонио. Ближе к северу была проложена предтеча будущей железной дороги Санта-Фэ, прошедшая через Нью-Мексико и Аризону (1881-1882гг.). Второй важный момент связан с полезными ископаемыми: несмотря на многочисленные разведывательные экспедиции, мексиканцы так толком не исследовали и не разработали запасы оных на севере; после войны эти территории отошли к США. Открытие калифорнийских залежей золота Джеймсом Маршаллом (мормон, входивший в состав т.н. мормонского батальона) и последующее развитие горного дела показали, что Мексика лишилась земли, богатейшей золотом, серебром и медью.
  
   III. Манифест "Дестини".
  
      -- Манифест "Дестини"
      -- Сила одной идеи.
  
      -- Манифест "Дестини" [см. текст Манифеста в Приложении]
  
   Символическое изображение Манифеста весьма любопытно. На рисунке изображена "Колумбия" - то ли ангел, то ли простая американка, парящая над равнинами. Перед ней, в сумерках, изображены дикие животные и индейцы, избегающие света. Позади фигуры располагаются фермы, деревни и асьенды, чуть дальше - города и железные дороги. По замыслу художника, фигура символизирует свет цивилизации, рассеивающий мрак дикости и невежества. На этой картине вместе с животными изображаются и индейцы, которые должны быть устранены с пути несущей процветание и достаток Колумбии, - что служило символом воззрений большинства американцев середины XIX столетия.
  
   1840е гг. - стали для США периодом экстраординарного территориального роста. Лишь за четыре года американская территория увеличилась на 1,2млн. миль (более чем на 60%). Так или иначе, экспансия требовала обоснования - в результате появился т.н. "Манифест предопределенной Судьбы" (или же Манифест "Дестини"), говоривший о ее закономерности и неизбежности.
   Введение этого термина приписывается нью-йоркскому журналисту Джону О'Салливану. "Манифест" стал лозунгом американских экспансионистов 1840х гг. О'Салливан, соучредитель и редактор газет "Democratic Review" и "New York Morning News", впервые использовал это словосочетание, освещая техасский вопрос, и, впоследствии, орегонский конфликт с Великобританией ("New York Morning News", 27 декабря 1845г.). Будучи неподписанной, статья об Орегоне (опубликованная в "Morning News" 5 января 1846г.), тем не менее, бесспорно, принадлежит именно перу О'Салливана. И поэтому большая часть историков приписывает введение этого термина именно ему.
   Да, экспансионистское движение никогда не имело за собой ни какого-либо четкого обоснования, ни явной поддержки со стороны политических движений. Виги вообще протестовали против территориального роста страны, а экспансионистски настроенные демократы не могли сойтись во мнениях, сколько территорий надо присвоить и каким образом. Некоторые из сторонников Манифеста высказывались в пользу быстрой экспансии и захвата желаемых земель, не взирая на риск развязывания войны с кем-либо. Другие, горевшие желанием основать американскую империю, тем не менее, выступали против использования силы для достижения этой цели, полагая, что прилегающие территории присоединяться к ней добровольно. ("Созреют, и упадут прямо в руки Штатов..." (с)). На этой волне сторонники Манифеста, собрав вокруг себя самые разные группы людей, преследующих различные цели, сформулировали вопросы, волновавшие в целом всю нацию.
   Необходимо упомянуть множество факторов, предшествующих агрессивной экспансии американцев. В начале XIX века идея создания трансконтинентальной республики считалась, по меньшей мере, экстравагантной; американцы полагали, что рост нации лишь приведет к ее ослаблению. Однако за счет технологических открытий имевшиеся просторы страны были освоены очень быстро: к 1840м гг. была развита речная навигация, железнодорожные пути шли все дальше на восток, а использование телеграфа (с 1844г.) позволило общаться на дальних расстояниях. Казалось, до абсолютного владычества Штатов на континенте рукой подать.
   Однако экспансионисты настаивали на непрерывном продолжении территориального роста страны, считая рост республики единственным условием ее выживания. Изобилие земель - вот опора для экономики, повторяли они; их волновал также быстрый рост городов и приток ирландских и немецких иммигрантов. Экспансионисты опирались на Манифест, повторяя, что территориальный рост укрепит нацию и станет источником неограниченных экономических возможностей для потомков. Южане, в свою очередь, грезили увеличением живой рабской силы, и по этой причине находились в стане самых ярых сторонников крестового похода за землями: вновь заполученные штаты, населенные рабами, увеличили бы политическую мощь рабовладельцев и, к тому же, стали бы территориями расселения демографически возраставшей "рабской касты". Экспансия отвечала и торговым интересам американцев, суля выход на иностранные рынки, что было особенно актуальным в свете финансовой паники, разразившейся в США в1837г.
   Возможно, самым важным аспектом стало увеличивающееся недоверие к британской внешней политике, всегда настораживавшей американцев. Активность Великобритании на западном полушарии, в особенности, претензии оной на северо-восточную часть тихоокеанского побережья и тесные связи с Мексикой, были для США поистине головной болью. Великобритания была единственным конкурентом Штатов, в любой момент ожидавших от ее Величества "заморозки" их территориальных претензий. Особенное недовольство по отношению к британцам, еще в 1833 году отменившим в своих колониях рабство, испытывали южане, выступившие в 1843 году с заявлением (без каких-либо внятных оснований) про подготовку британцами заговора, целью которого является отмена рабства на всей территории Северной Америки. Подобные слухи спровоцировали на юге неистовый протест, результатом которого стала немедленная аннексия Техаса.
   Манифест, по O'Салливану, раскрывал мотивы доминирования и превосходства Штатов, предопределяющие распространение таких ценностей как демократия, федерализм и свобода личности, а также обеспечение землями увеличивающееся население (в конце концов, за счет владения всем североамериканским континентом). О'Салливан считал, что право США на экспансию по определению лишает европейцев прав на предъявление каких-либо территориальных претензий. Он также подчеркивал мирный характер экспансии, которая бы проходила, в основном, за счет эмиграции рабочей силы. В отличие от европейских империй, Штаты полагали, что соседствующие с ними народы оценят все достоинства аннексии и присоединятся к ним на добровольной основе.
   После войны 1846-1848гг. американцы увеличили "радиус действия" Манифеста, применяя его положения к Кубе, Гавайям и всей Южной Америке, на территорию которой покушались рабовладельцы-экстремисты. Использование термина и положений Манифеста продлилось до конца XIX века.
  
      -- Сила одной идеи.
  
   Говорят, что войны начинаются задолго до первого выстрела. Поднимая тему американо-мексиканской войны, какую же точку следует считать отправной? Момент отделения Техаса (1836г.)? Образование мексиканского государства (1821г.)? Имеет место и точка зрения, полагающая, что жребий американской экспансии на запад был брошен в момент образования США как нации, осознающей свою государственность.
   Движение в западном направлении - лишь один из факторов этой войны. Мы наслышаны про рабов и торговцев, стремящихся западнее; мы наслышаны и про голод на западных территориях, и про Манифест "Дестини", и про "ястребов войны", и про Джеймса Полка - и слушаем тех, кто продолжает до сих пор обвинять Мексику в развязывании этой войны, вменяя ей в вину внутренние дрязги, неспособность колонизовать и управлять северными землями, разнузданный милитаризм и безмерное высокомерие...
   Главной причиной войны стала американская экспансия либо, говоря мягче, рост американской нации, не будь которого, было бы невозможно вообразить что-либо подобное этому конфликту. Факт экспансии США налицо. В ее основе лежит доктрина очаровавшего американцев Манифеста.
   Недооценка силы какой-либо идеи - опасна, особенно если она успела захватить умы всего народа. Ярчайшим примером оной является упоминавшийся Манифест. "Распространение американской демократии на весь континент" послужило прикрытием тому, что на поверку оказалось ненасытной жаждой к присвоению чужих земель. Иные считают, что за этой низостью стояли уважительные причины - и действительно, весьма проблематично оспаривать демократию и ее распространение, в т.ч., на самые отдаленные уголки континента, хотя многие историки отмечают, что распространение свободы означает и параллельное распространение рабства.
   Утверждение превосходства американской нации и одновременное очернение мексиканцев - вот еще одна отличительная черта Манифеста. Не кто иной, как Уолт Уитмен [известный американский поэт и журналист, (1819-1872)] произнес: "Что может быть общего с этой жалкой и никчемной Мексикой - с ее суевериями, пародией на свободу, тиранией единиц над множеством..., что может быть общего с великой миссией освоения нового мира благородным народом? И да будет претворение этой миссии в жизнь нашей задачей!" Восхищенные талантом величайшего американского поэта не могут не испытать, по меньшей мере, разочарования от такого его отношения к грядущей войне. И это и есть тот самый человек, который прославлял равенство и взаимоуважение?..
   Так, Манифест стал прекрасным способом оправдать юридически то, что вообще не имело какого-либо оправдания. Уместно процитировать Улисса С. Гранта (18й президент США) - одного из выдающихся американских военных того времени, принявшего участие в войне и написавшего в своих мемуарах: "Не верю, что имела место быть когда-либо война, подобная той бесчестной войне, которую развязали Штаты против Мексики. Именно так я думал и раньше, будучи молодым, единственное, мне не хватало силы духа для того, чтобы озвучить это".
   Однако историк не вправе выносить приговор чему-либо, равно как и хулить что-либо. Экспансия была частью исторического процесса, который смел со своего пути все препоны. Этого не могла предвидеть ни Мексика, ни кто-либо еще. Иммиграция из Европы привела к демографическому росту американцев, который, в свою очередь, привел к ее экспансии. Ну а итогом стала война.
  
   IV. Пограничные территории.
  
      -- Экспансия и империализм.
      -- Пограничные конфликты.
      -- Индейцы и "цивилизация".
  
   1) Экспансия и империализм
  
   Время быстрого территориального рост США пришлось на середину 1840х гг.: аннексия Техаса (1845), покупка Орегона по договору с Великобританией (1846), завоевание Калифорнии и Новой Мексики во время войны 1846-48гг... Помимо этого американцы завладели исконно индейскими землями, вынудив их коренных жителей уйти на отдаленные территории. Процесс, начало которому было положено в XVIIв., продолжался.
   Экспансии был посвящен манифест О'Салливана, однако автор так и не привел каких-либо аргументов в пользу позиции, отражаемой в документе. В 1845г. О'Салливан сформулировал, что Штатам предначертано управлять всем континентом - ибо сие есть воля Бога. Он поддержал в 1846г. войну с Мексикой и, в 1848г., занялся продвижением идеи того, что Куба и Юкатан должны стать частью Штатов (неважно, путем купли или захвата). О'Салливан сформулировал концепцию экспансионистской политики 1840х, не пояснив ни мотивов, ни средств, ни ее целей.
   За данным процессом стоят многочисленные, противоречивые и, зачастую, обманчивые обоснования. Тайлер и Полк (10й и 11й президенты США соответственно), их преемники и сторонники-конгрессмены выступали в пользу расширения, однако аргументы, приводимые ими, весьма разнились. Несмотря на апеллирования к Манифесту, ими двигал поиск новых земель, рынков и портов, обусловленный мотивами весьма далекими от идеализма. По аналогии с другими империями, Штаты искали власти, богатства, надежности и обеспечения землей своего демографически растущего населения. Большинство исследователей склоняются к мнению, что по скорости и уровню экспансии Штаты не уступали прочим современным империям. Бесспорно, историки по-разному оценивают степень сходства Америки и держав наподобие Великобритании, Франции, Испании и России, однако, Штаты, как и упомянутые страны, завоевывали территории всеми возможными способами. Основная разница в том, что американские политики 1840х старались придерживаться "договорных", изначально используемых при образовании США, принципов.
   О'Салливан, сформулировавший в 1845г. свой Манифест, предрек присоединение Калифорнии тем же способом, что и Техас: первопроходцы вытеснили индейцев и мексиканцев и, обретя впоследствии независимость, присоединились к Штатам. Еще до войны, Томас Ричи, отправленный Полком в Вашингтон для издания лояльной к правительству газеты, сформулировал: "В основе нашего роста, - изрек он, - лежит не сила, а преимущество". Само собой, Полк и его правительство не собирались ждать от своей нации каких-то особенных "преимуществ" для получения Калифорнии; вместо этого генерал Тэйлор получил приказ вторгнуться на спорную территорию между Рио-Нуэсес и Рио-Браво.
   В 1846 г. как Штаты, так и Мексика совершали просчеты: недооценивая мексиканское правительство и армию, Полк и его последователи пытались "запугать" мексиканцев, дабы они уступили Калифорнию и ряд других провинций в счет уплаты своих текущих долгов. Мексика, со своей стороны, недооценивала военную мощь своего северного соседа, помимо этого, мексиканские власти не рассчитали собственных возможностей в отражении агрессии. Памятуя о потере Техаса, первые лица клятвенно заверяли, что дальнейшему расчленению страны окажется яростное сопротивление, однако, пытаясь взять реванш, они на деле потеряли Калифорнию и Нуэво Мехико.
   Некоторые исследователи считают, что Полк подстрекал к войне неспроста: действуя, как провокатор, он, очевидно, рассчитывал тем самым избежать этой самой войны. Первая кровь, пролившаяся в 1846г, стала свидетельством провала его стратегии. Развертывание Полком войск взбудоражило либералов. Спустя два месяца с начала войны, представитель Массачусетса (Джордж Эшман) поинтересовался: "Уже никто и не притворяется, что наша цель заключалась в защите [от мексиканцев], маска сорвана, занавес поднят, и мы видим на вторжении, захвате и колонизации нашу стандартную метку". Разумеется, демократы, в отличие от либералов, полагали, что Полк безупречен. По окончании войны сенатор Брис (Сидни Брис, Иллинойс) заявил о достижении исторического компромисса своей страны с миром и национальной гордостью. "С момента появления нашей нации мы никогда не давали к войне ни малейшего повода, даже имея дело с варварскими пограничными племенами. - настаивал он, - Мы горды <...> что изучая нашу историю, невозможно найти в ней ни единой несправедливости, ни единого пятнышка, которое бы замарало нашу честь."
   Политики, издатели, солдаты и граждане жаждали территорий по разным причинам. В случае с Техасом - администрация Тайлера пыталась сохранить рабство, дабы удержать производство хлопка на должном уровне, сохранить соответствующий статус управляющим и рабам, избежать поддержки независимого Техаса Великобританией, а также исполнить "долг вежливости" по отношению к большинству техасцев [большую часть которых составляли американские первопроходцы], желавших войти в состав Штатов. Что касается конфликта с Орегоном, демократы рассчитывали "зарезервировать" земли для будущих первопроходцев и обезопасить уже находившихся там американцев. Война против Мексики и стратегия захвата сделали очевидным желание американцев закрепиться на Рио-Браво, удовлетворить собственные территориальные требования и присоединить Калифорнию. Демократам хотелось сохранить плодородные земли для бедняков и потенциальных иммигрантов. Во имя сей - достойной похвалы - цели можно было не гнушаться ни взятками, ни запугиванием, ни войной с коренным населением и мексиканцами. Идеалисты во многом, они были одновременно и материалистами, и расистами.
   Т.к. анкеты и плебисциты тогда еще не получили широкого распространения, достаточно сложно анализировать популярность экспансионистских идей той эпохи. Ситуация разнилась от штата к штату и немало зависела от конкретного времени. К примеру, война пробуждала значительно больше энтузиазма в середине 1846г, нежели чем год спустя. В 1844г. Полк взял верх за счет шумного требования "присоединить Техас и оккупировать Орегон". Однако с началом войны его партия стала терять влияние на конгресс, что привело к его переизбранию в 1848г. Несмотря на кульминацию экспансии США в 1840х гг., американцы продолжали поиски земель - индейских, южноамериканских и колониальных. Некоторые авантюристы отправлялись в экспедиции на земли Кубы и Никарагуа. Среди сторонников этих походов был и небезызвестный О'Салливан. Т.к. правительство было ограничено в средствах решения вопроса о рабстве, вставшем ребром после войны, авантюристы, искавшие новых рабовладельческих просторов, коммерческих возможностей или личной славы, планировали, финансировали, а зачастую и возглавляли вторжения и оккупации латиноамериканских земель. Как правило, родиной этих флибустьеров был юг; самым известным из них является Уильям Уокер, бесславный поход которого в Гондурас (1860г.) поставил точку этим неофициальным попыткам перенести рабовладельческий строй к югу от Рио-Браво.
  
   2) Пограничные конфликты.
  
   Экспансия Штатов поставила ребром вопрос о границах, волновавший как самих американцев, так и их соседей. Установленная с окончанием Революции 1783г. западная граница (по реке Миссисипи), просуществовала около двадцати лет. Пограничный вопрос обострило присоединение Штатами французской Луизианы в 1803г. Территориальные претензии французов привели к поиску Штатами новых территорий - так, Джефферсон (3й президент США) безуспешно попытался предъявить претензии на часть Техаса. Компромисс с испанскими чиновниками привел к созданию нейтральной территории между колониальными владениями испанцев и американцев, но это не препятствовало многочисленным нарушениям границ, началом которых была исследовательская экспедиция Мериветера Льюиса и Уильяма Кларка к Тихому океану (1803-1806гг.). В 1810г. Штаты аннексировали запад Флориды, принадлежавший Испании: аннексия началась с мятежа, поднятого местными американцами, требовавшими независимости от метрополии. Вторжение американцев во Флориду (1817-1818) и несколько интервенций в Техас обострили пограничный вопрос. Наконец, в 1819г., ратификация т.н. "Трансконтинентального" договора Адамса-Ониса" привела к разграничению испанских и американских территорий, поставив, тем самым, точку в череде пограничных конфликтов.
   Мексика с обретением независимости в 1821г, унаследовала и пограничные конфликты Испании. С приходом и обустройством американцев в Техасе (1820е гг.) стала очевидной потенциальная угроза последовать по "флоридскому" пути - это мексиканское правительство осознавало очень хорошо. Помимо этого поселенцы вполне могли оказаться на мексиканских территориях отнюдь не случайно: Эндрю Джексон - седьмой американский президент, будучи ярым сторонником американской экспансии, намеревался присоединить Техас к Штатам путем его покупки у Мексики, но потерпел неудачу. Фиаско с куплей Техаса, как полагают многие исследователи, стало причиной того, что Джексон отправил своих агентов (в т.ч. и Сэма Хьюстона) в "спорный" регион для "работы" над вопросом о самостоятельности Техаса. К 1836г. результат этой деятельности вылился в его независимость и изменил границы как Мексики, так и самих Штатов.
   Годы существования суверенного Техаса осложнили пограничный вопрос: Мексика так и не признала независимость бывшего штата, настаивая на законности своих границ от 1819г. В то же самое время Техас признали Штаты, Великобритания и Франция. В 1836г. Техас поднял вопрос о признании южной границей Рио-Браво, а западной границей - ее истока: таким образом, под вопросом оказались уже исконно мексиканские территории (большая часть Нуэво Мехико). К 1841г. Техас предъявлял претензии на восток Нуэво Мехико (причем военными средствами), однако безуспешно. Перемирие 1844г. между Техасом и Мексикой, казалось, подразумевает признание мексиканцами его независимости, однако четкое определение границ зависло в воздухе. Более того, упомянутые "иммигранты" Джексона агитировали за присоединение т.н. "штата одинокой звезды" к Союзу - эту цель преследовало большинство техасцев, однако реализацию оной немало осложняли неопределенность границ штата и опасения аболиционистов [сторонников отмены рабства] о распространении рабства на весь континент.
   В 1845г. США, приняв резолюцию конгресса, преодолели "отвращение к рабству" и, наконец, присоединили Техас; в тот же самый год был разрешен и "орегонский" вопрос. Когда армия генерала Тэйлора продвинулась до Корпус Кристи (Техас), стало очевидно, каким именно образом будет решаться пограничный вопрос между Мексикой и США. Кстати, с окончанием войны Штаты "узаконили" не только Техас, но и часть Верхней Калифорнии, Нуэво Мехико, а также значительные территории мексиканских штатов Чиуауа и Сонора. Несмотря на присоединение огромной территории, многие американцы продолжали выступать за аннексию всей Мексики...
   За этим переделом границ последовал еще один конфликт. Уполномоченные по решению данного вопроса с обеих сторон не смогли прийти к соглашению относительно нанесения данных на карту. Наконец, путем переговоров и компромисса, чиновники смогли решить и этот вопрос.
   Большая часть пограничных проблем, остававшихся между США и Мексикой, была разрешена лишь тремя годами спустя - с заключением договора Гадсдена, представлявшего собой дополнение к договору Гуадалупе-Идальго, которым закончилась война 1846-48гг. По данному договору, заключенному между Джеймсом Гадсденом и Антонио Лопесом де Санта-Аной, США покупали еще часть мексиканских земель; при этом договор установил границы, существующие между США и Мексикой и поныне.
  
   3) Индейцы и "цивилизация".
  
   Как испанский, так и мексиканский режимы предоставляли значительную автономию большинству местным юго-восточным племенам индейцев. Политика испанцев по отношению к аборигенам была направлена на их интеграцию в социально-экономическую структуру Новой Испании. Мексиканцы не стали менять этот курс. Интеграции содействовала и католическая церковь. Однако контроль - как испанцев, так и их преемников, мексиканцев - над этими регионами был незначительным и многие из коренных американцев во многом избежали испано-мексиканского влияния. Частично интегрированными в "мексиканскую систему" оказались индейцы пуэбло (север Нуэво Мехико и Аризоны), которым во многом удалось сохранить независимость: оседлые жители деревень свято хранили религиозные традиции и придерживались образа жизни отцов, несмотря на связь многих из них с испанцами (а впоследствии - и с мексиканцами). Что касается принявших христианство индейцев пуэбло - они смешивали католицизм с древними традициями своего племени.
   Индейцы навахо и апачи оказались, в основном, вне зоны мексиканского влияния. Усилия священников по обращению навахо - да и всего северного региона - в христианство терпели фиаско: регион находился на периферии мексиканского влияния. Апачи, рассеянные по всему юго-востоку и занимавшие пустынные и гористые территории, также оставались во многом далекими от влияния цивилизации. Оба племени совершали набеги на испанские и мексиканские деревни за скотом и прочего рода "материальными благами", причем апачи были сведущи в военном искусстве настолько, что после столкновений с ними мексиканцы зачастую предлагали вознаграждение за скальпы представителей этого племени. Апачам в течение долгого времени удавалось защищать свои земли от испанцев и мексиканцев.
   На территории Калифорнии испано-мексиканское влияние ограничивалось теми индейцами, что жили по всему побережью (от современной мексиканской границы до залива Сан-Франциско) и, в меньшей степени, индейскими племенами, обитавшими в долинах. Ассимиляция многих береговых племен произошла уже к XIX веку. Предметом споров до сих пор является характер миссионерского влияния на коренных американцев (было ли оно угнетающим или нет), но в любом случае, сфера испано-мексиканского влияния ограничивалась лишь прибрежными регионами и долинами рек Сан-Хоакин и Сакраменто.
   К 1793 году численность большей части населявших юг Техаса племен неуклонно уменьшалась, помимо этого индейцы смешивались с испаноязычным населением, что привело к их фактическому исчезновению уже к 1825 году.
   После 1836 года на этих территориях можно было встретить единичных представителей племен тонкава и каранкава - исконных владельцев и жителей этих земель, находившихся в бегах. Помимо них находились фактически вне закона чероки, шауни и прочие индейцы, ранее заселявшие сельву к востоку от Миссисипи. В начале века они направились на восток Техаса, однако с образованием Республики им пришлось покинуть и его.
   Теряло былое величие и одно из самых значительных индейских племен - команчи. [Author ID1: at Fri Nov 2 23:40:00 2007 ]После 1787 года они все еще населяли западные равнины Техаса, будучи в мире и с Техасом, и с Нуэво Мехико. После 1836г. команчи столкнулись с вновь образованной Техасской Республикой, а в 1840-41гг. им был нанесен сильнейший удар. Им удалось отомстить, однако "бледнолицые" неуклонно продолжали узурпировать их земли, а также охотиться на принадлежавших команчам буйволов.
   Американо-мексиканская война катализировала американское наступление на команчей; с окончанием же войны окончательно исчезло испано-мексиканское влияние на этих территориях, на смену которому пришли агрессивные американцы, жаждавшие территорий с последующей установкой на них своих порядков.
   Ранее аборигены Нуэво Мехико, Аризоны и Калифорнии (территорий, где плотность испаноговорящего населения была очень невелика) не испытывали сильного политического, культурного и военного давления со стороны Мексики, в отличие от послевоенного времени, когда эти земли наводнили англо-американские иммигранты. Немалую угрозу для индейцев представлял наплыв англоговорящих горняков - молодых мужчин, разрабатывавших богатства региона ради последующего возвращения домой, где можно было наслаждаться заполученными сокровищами. Для них - абсолютно не привязанных к земле - индейцы представляли собой препятствие, которое необходимо было устранить ради достижения своей заветной цели - обогащения. Шахтерские поселения, в которых не было ни церквей, ни школ, ни даже семей, были далеко не миролюбивыми: многие из жителей были хорошо вооружены, помимо этого еще и не брезговали алкоголем. С началом конфликтов между горняками и индейцами последние начали пожинать горькие последствия. С истощением лежащих на поверхности месторождений многие горняки стали наемниками и подались в банды, часто нападавшие на индейцев. В качестве примера такого войска можно привести отряд Джона Чивинтона (Колорадо), терроризировавший племена арапахоев и чейенов. Отряд состоял в основном из бывших горняков, входили в него и добровольцы, бывшие под командованием генерала Карлетонано состояло в основном из бывших горнякав, а также из добровольцев, помогавшихорадо) датьсяy Rio Colorado?s en Plum Creek (que во время кампании против навахо. Не занятые каким-либо делом, бывшие горняки возглавляли нападения на калифорнийских индейцев, население которых, составлявшее перед войной около 150 тысяч человек, сократилось до 30 тысяч за последующие двадцать пять лет.
   Нашествие "бледнолицых", жаждущих быстрого обогащения, пережили и племена, жившие на отдаленных землях. Некоторые из племен - к примеру, навахо и апачи - [Author ID1: at Fri Nov 2 23:40:00 2007 ]оказывали сопротивление, которое, в итоге, было сломлено. Сопротивлялись и юго-восточные племена, большинство из которых находилось на территориях, мало интересовавших американцев. Увы, но последствия войны 1846-1848гг., оказались трагическими не только для мексиканцев...
  
   V. Армии противоборствующих стран. Боевые действия.
  
   1) Армия США.
  
   В XIX веке у американцев было две армии: создание первой регулярной армии было одобрено конгрессом в 1789г. Этот корпус был сформирован из уполномоченных конгрессом офицеров, а также солдат, завербованных на прохождение пятилетней службы. В 1792г. конгресс создал вторую - вспомогательную - армию, т.н. ополчение. Принципиальная разница между регулярной армией и ополчением заключалась в том, что армия формировалась на национальном уровне, в то время как ополчение - на уровне конкретных штатов.
   Конгресс предусмотрел три случая, в которых ополчение могло быть призвано к выполнению долга на уровне нации: сюда относилась защита американских законов, подавление восстаний, а также отражение вторжений на земли Штатов. Исходя из этих принципов, армия и действовала во время американо-мексиканской войны.
   Американцы не были готовы к войне. Подсчитанное конгрессом количество военных составляло 8 613 человек, в то время как реальное количество оных было менее 5500 человек. Многие из командиров подразделений начали проходить службу еще до 1812г. и были уже в возрасте. Роты, рассчитанные на 42 рядовых, недосчитывались и половины личного состава. Учитывая плачевное состояние вооруженных сил, конгресс увеличил количество рядовых в ротах до сотни, помимо этого были созданы инженерная рота и новое подразделение горных стрелков.
   На качественный состав армии благотворное влияние оказывали выпускники Военной академии США (Вест-Пойнт), из которых (в большинстве своем лейтенантов и капитанов) был сформировали корпус. Среди офицеров были также генералы Джордж Мейд, Борегар и Джордж МакКлеллан, командующий Тенессийской армией Брэкстон Брэгг, будущий президент США Улисс Симсон Грант и др. Впоследствии - во время Гражданской войны - им пришлось принять на себя командование целыми армиями. Качества руководителей, которыми обладали вышеназванные офицеры, смогли компенсировать нехватку личного состава.
   К началу войны с Мексикой проявились недостатки ополчения: во-первых, многие штаты запрещали своим войскам принимать участие в военных операциях на чужих территориях. Во-вторых, в соответствии с законодательством, представитель ополчения мог нести службу лишь в течение девяноста дней, большая часть которых уходила на призыв новобранцев, их обучение, и лишь остаток срока на службу в войсках. Для разрешения этой проблемы конгресс создал подразделение, состоявшее из добровольцев и не подпадавшее под эти условия. 13 мая 1846 года конгресс уполномочил действующего президента на призыв 50 тысяч добровольцев на срок в двенадцать месяцев.
   Между регулярными и добровольными частями было очень мало общего. Взаимодействие офицерского и рядового состава было минимальным: каждый из них занимал свою отдельную нишу в военной структуре страны. Большинство американцев избегало попадать в регулярные части, в которых, соответственно, был высокий процент иностранцев; помимо этого в регулярных войска служили и аристократы - не лучшее общество для простых граждан. К тому же сложно было довольствоваться семью долларами в месяц, если, конечно, потенциальный солдат не находился в критической ситуации... Альтернатива стать добровольцем, отвечающая духу молодой республики, была намного привлекательнее, тем более, что существовала возможность выбирать офицеров.
   Добровольческие подразделения формировались по территориальному признаку: зачастую друзья, соседи и родственники служили вместе. Имея номинальное отношение к федеральной власти, добровольцы не теряли связь с родным штатом. Благодаря демократическому духу, царившему в соединениях, дисциплина в этих частях была менее жесткой, нежели чем в регулярных подразделениях.
   С началом войны стала очевидна нехватка живой силы. В ноябре 1846 года конгресс потребовал дополнительного набора добровольцев. 11 февраля 1847 года были созданы десять дополнительных регулярных подразделений для несения службы в течение всей войны. В общей сложности, в компании против Мексики приняли участие 26922 солдата регулярных частей и 73260 ополченца-добровольца.
   Регулярные и добровольческие части были экипированы одинаково. Большая часть войск была пехотой, оснащенной мушкетами. Регулярные части, к тому же, располагали и двумя кавалерийскими полками - т.н. "драгуны"; во время войны был создан третий полк. В армиях Тэйлора и Керни были добровольческие кавалерийские соединения. Помимо пехоты и кавалерии, были артиллерийские части. После начала войны в армии были сформированы несколько артиллерийских рот, в которых у каждого канонира даже был собственный лафет - эти подразделения внесли немалый вклад в ряд побед над мексиканцами.
   На начало войны с Мексикой, американская армия насчитывала на бумаге 8600 человек личного состава (в т.ч. офицеры), почти половина которых должна была охранять границы. К тому же с момента последней войны прошло более тридцати лет, следовательно, большинство солдат не имели за плечами боевого опыта, за исключением тех, кто ранее воевал с индейцами. Для компенсации нехватки личного состава, конгресс, как упоминалось выше, уполномочил президента призвать на службу 50 тысяч человек, отправленных ближе к Мексике после минимальной военной подготовки.
   Вспомогательные соединения были необходимы для победы, однако, несмотря на их сходство с профессиональными подразделениями, солдаты регулярных войск не приветствовали их появление. В мирное время армия была прибежищем для тех, кто не мог иначе зарабатывать себе на жизнь. В отличие от большинства офицеров, получивших военное образование, рядовые происходили из низших социальных слоев; около сорока процентов из них были иммигрантами, треть которых, в свою очередь, были неграмотными. В то время служба в армии входила в моду и солдаты регулярных частей косо смотрели на добровольцев, которым не хватало ни опыта, ни дисциплины.
   Добровольцы вскоре поняли, что солдатская жизнь - это не только размахивание знаменем: пища зачастую была далека от должного качества, а постой - не самым комфортабельным. Помимо этого был высоким и риск заболеваний. В солдатский рацион входило мясо (говядина или свинина), черствый хлеб (либо пшеничная или рисовая мука для его приготовления), горох, фасоль или рис, а также соль, сахар и кофе (если было в наличии). Пищу готовили по очереди. Зачастую в одном походном котле смешивали самые разные ингредиенты и кипятили в течение нескольких часов, превращая их в суп. Были также и способы дополнительного питания: помимо "мексиканской кухни", которую многие находили чересчур острой, к "услугам" солдат были местные снабженцы продовольствием, поправлявшие свои дела за солдатский счет. Продовольственные запасы пополнялись и за счет хозяйств местных жителей, хотя это строжайше запрещалось уставом - и вскоре добровольческие соединения завоевали дурную репутацию.
   К моменту вторжения в Мексику, большинство солдат жило в парусиновых походных палатках, рассчитанных на шестерых человек и представлявших собой слабую защиту от ветра и дождя. С разгаром войны американские войска стали занимать мексиканские деревни, здания местных властей стали использоваться как казармы. Тех, кого миновала пуля, стали косить многочисленные болезни - желтая лихорадка, малярия, корь, оспа и многие др., усугублявшиеся отсутствием у добровольцев понятий об элементарной гигиене. Лечение раненых и заболевших было очень примитивным. Уровень армейских врачей, в общем, не уступал уровню их гражданских коллег, однако медицинское вмешательство того времени было не всегда благоприятным для пациента. Зачастую заваленные работой хирурги попросту удаляли солдату, получившему пулевое ранение, раздробленную мушкетной пулей конечность.
   На марши солдаты старались выходить минимально нагруженными. Основную нагрузку давали более чем четырехкилограммовый мушкет, амуниция, штык, фляга с водой, ранец с провизией, одеялом и личными вещами. Даже те, кто нес самое необходимое, были экипированы на тридцать и более килограмм.
   На временных стоянках каждый развеивал скуку по-своему: кто-то искал общества мексиканских девушек, иные пили, что приводило к последующим нарушениям устава. Надо отметить, что Правила военного времени предоставляли военным судам большую свободу в их разбирательствах: и солдаты различных подразделений, совершившие один и тот же проступок, наказывались по-разному. Наказания варьировались от нескольких часов гауптвахты за пьянство до повешения за дезертирство.
   Американо-мексиканская война показала огромную роль связи. С появлением телеграфа и развитием издательского дела информация стала поступать к американским читателям с неимоверной скоростью. Уровень информированности граждан и солдат был одинаковым. В Мексике печатные издания были лояльны политическим движениям и, в соответствии с ними, поддерживали или не поддерживали войну, влияя, таким образом, на общественное мнение.
  
   2) Мексиканская армия.
  
   На 1846 год мексиканская регулярная армия насчитывала 18882 человека, организационно сведенных в двенадцать пехотных полков (в каждый входило по два батальона), восемь кавалерийских полков и один эскадрон, три артбригады, драгунскую бригаду и один саперный батальон. Помимо них насчитывалось 10495 ополченцев, из которых были сформированы девять пехотных и шесть кавалерийских полков. Ополчение предполагалось задействовать лишь в критических случаях, и возглавлять его должны были офицеры регулярной армии. Однако на самом деле в большинстве случаев ополченцы несли службу в течение неопределенного срока независимо от ситуации. В общей сложности количество солдат в гарнизонных ротах, растянутых вдоль северной границы, составило 1174 человека. Недостаточно обученные и слабо вооруженные, эти пограничные подразделения находились слишком далеко от основных театров военных действий, чтобы хоть как-то повлиять на ход военных действий.
   Постоянные части были административно разделены на пять военных округов и пять дивизий, дислоцированных по территориальному признаку. Руководил ими генеральный штаб, обладавший контрольной функцией и вырабатывавший тактику военных действий. Такая разобщенность сил мешала установлению централизованного управления. Были предложения объединить рассеянные соединения в гарнизонные дивизии, где могла быть предоставлена возможность проведения соответствующей подготовки, но они так и не были реализованы.
   Такое распределение сил привело к тому, что вторжению американцев противостояли наспех сформированные и слабо подготовленные войска, в рядах которых было огромное количество новобранцев. Склонных к дезертирству, мятежам и воровству - их было сложно обучать и дисциплинировать; в подобного рода соединениях не было и не могло быть духа товарищества, а на полях сражений, где ключом к успеху были активные действия небольших соединений и личная инициатива, удача была не на их стороне.
   Единственным исключением из этого правила стала северная армия под командованием генерала дивизии Мариано Аристы, в рядах которой было 5200 человек. Созданное после потери Техаса для защиты границы, протянувшейся по Рио-Браво, это соединение ополченцев в четырех сражениях (северная военная кампания) противостояло войскам Тэйлора.
   Развернутая вновь в июле 1847 года в Мексиканской долине под командованием генерала дивизии Габриэля Валенсии, армия приняла на себя основной удар в битве при Контрерасе, после чего полностью потеряла свою боеспособность.
   Ранее, в марте 1847 года военному министерству Мексики не оставалось ничего другого как задействовать восточную армию, т.к. войска генерала Скотта продвигались к центральной части страны. Возглавляемая генералом Санта-Аной армия, в рядах которой было около 11 тысяч человек, состояла из подразделений, сосредоточенных в центральной Мексике, а также остатков северной армии и разбитого у Веракруса гарнизона. Потерпев фиаско в битве у Серро Гордо, восточная армия была воссоздана вновь, на этот раз под командованием бригадного генерала Мануэля Марии Ломбардини; в ее ряды на этот раз вошли еще и некоторые батальоны национальной гвардии. Гвардейцы были выходцами из Мексиканской долины. Они, представители среднего и низшего классов, отчаянно защищали свои домашние очаги.
   Ответственность за оборону направления Акапулько - Мехико легла на южную армию, численностью 3 тысячи человек, к тому же армия должна была сорвать сообщение Скотта с Пуэблой (вторым по величине городом Мексики). Возглавляемое Хуаном Альваресом соединение (состоящее преимущественно из кавалерии) повлияло на ход войны минимально, даже в сражении у Молино-дель-Рэй (в той схватке Альварес отдал кавалеристам приказ не вступать в битву).
   В задачу центральной армии входила защита линии Мексикальсинго (маленький городок к югу от Чапультепека) - Сан Антонио. После этого элементы центральной армии принимали участие в обороне позиций у Чурубуско и в обороне Чапультепека.
   Т.к. правительство не особенно заботилось о солдатах, дабы не умереть с голода они добывали себе провизию самостоятельно, в т.ч. и мародерствуя. Неудобства армейской жизни частично компенсировались женами и невестами солдат, которые следовали за ними каждую кампанию. Они готовили, шили, убирались, добывали пищу и ухаживали за больными и ранеными, поднимая, таким образом, боевой дух мексиканцев.
   Мексиканская армия 1821-1854 годов состояла, в основном, из рекрутированных крестьян, военный быт которых был отражением жизни страны в целом. Также как и ополченцы, солдаты обожали музыку: кастильские марши и индийские корридо звучали в каждом лагере. Они ревностно отправляли католические ритуалы, цинично относились к собственному правительству и отдыхали, беседуя за жизнь за картами и выпивкой. Т.к. большинство из них были неграмотными, не могло быть и речи о написании дневников, составлении карт, чтении книг - занятиях, свойственных, скорее, офицерскому корпусу. Одной из черт, характерных для мексиканской армии того периода, были женщины - жены, сестры, любовницы и т.д., повсеместно сопровождающие войска. Пожалуй, ничто не поднимало боевой дух мексиканцев в большей степени, чем присутствие знакомой женщины.
   В 1836 году, когда Санта-Ана со своей гвардией (2000 человек) продвигался на север для подавления восстания в Техасе, его сопровождала группа в 150 музыкантов, в репертуар которых входили унаследованные от испанцев мелодии, мотивы в стиле "Марсельезы", а также крестьянские напевы. Один из очевидцев вспоминал, что музыканты, к тому же, исполняли и отрывки из "Севильского цирюльника".
   Ревностные католики, мексиканцы нуждались в священниках, сопровождавших их на каждом марше. Количественно их было больше, чем духовников американской армии, бывших одновременно исповедниками и строгими блюстителями нравов. Священники следили за соблюдением религиозных праздников и традиций солдатами. Перед сражениями они произносили проповеди и благословения, после - отправляли службу и отпускали грехи.
   На поле боя мексиканцы в полной мере столкнулись с недостатками - и военной стратегии, и медицинского обслуживания. Отвратительное снабжение вынуждало их искать пищу вне своих лагерей - опять же, у местных жителей. Оружие, которым были оснащены войска, находилось далеко в не лучшем состоянии, не хватало пороха и пуль: солдаты шли в бой, имея в наличии менее коробки патронов. Получивших ранение ожидало печальное будущее: т.к. количество врачей было крайне незначительным, малейшее ранение грозило обернуться неделями страданий и, в конце концов, смертью. По сути, офицеров абсолютно не волновало состояние их подчиненных и все, что творилось на их, низшем, уровне.
   Между рядовыми и офицерами мексиканской армии существовала пропасть: офицерский корпус составляли выходцы из привилегированных семей, аристократы, которых не волновало все происходящее на уровне их подчиненных. В большинстве случаев они искали лишь личной славы и материальных выгод, что приводило к пропажам ведомостей, появлению в списках несуществующих рядовых, которым, тем не менее, полагались паек и денежное вознаграждение; "терялись" амуниция и провизия. Во время боевых действий Санта-Ана отзывался о своих подчиненных как о "трусах", относясь к их жизням лишь как к средству продвижения по карьерной лестнице. Военное правосудие часто было предвзятым, а наказания за преступления - совершенные или нет - жестокими: от публичной порки и клеймения каленым железом вплоть до повешения или расстрела. Но как бы то ни было, солдаты старались исполнять свой воинский долг до конца.
   Одной из отличительных черт мексиканской армии 1821-1854гг. является то, что она провела большее количество времени, подавляя перевороты, и боролась с интервентами, будучи под командованием совершенно разных людей.
   Свое свободное время мексиканцы проводили точно так же, как и солдаты любой другой армии: азартные игры (от карт и костей до скачек, если речь шла о кавалерии). К тому же солдаты любили сочинять песни и стихи, высмеивающие нелегкое сложившееся положение. Самым любимым способом времяпровождения были, конечно же, народные танцы, сопровождаемые выпивкой и весельем всего лагеря.
  
   3) Боевые действия.
  
   Сражение у Пало Альто
   Сражение у Пало Альто - первое крупное сражение американо-мексиканской войны. Началось 8 мая 1846 года севернее современного Браунсвилля (шт. Техас). За несколько недель до этого Тэйлор привел к Рио-Браво 3 тысячи человек и основал Форт Техас (напротив мексиканского города Матаморас), а также Форт Полк, выполнявший роль склада провизии в местечке Пунта Исабель в шестидесяти четырех километрах от Мексиканского залива.
   Ему противостоял мексиканский генерал Мариано Ариста, пришедший с войском в 4 тысячи человек (северная армия) к Матаморасу. Он пересек Рио-Браво и направился на восток, чтобы оказаться между армией Тэйлора, находившейся в Форт Техас, и Фортом Полк. 1 мая Тэйлору удалось уйти из ловушки Аристы, сосредоточившего в Форт Техас свои основные силы. Американский генерал перемещается в Пунта Исабель, собирает подкрепление и возвращается к Форт Техас в сопровождении 2200 солдат. Узнав об этом, Ариста поднял 3400 человек на перехват Тэйлора, оставив солдат для продолжения осады.
   Во второй половине дня 8 мая армии встретились в деревенской местности Пало Альто. Каждая сторона развернула свои войска и уже к двум часам дня американцы начали беспрепятственное наступление на порядки противника. Практически сразу стало очевидно превосходство американской артиллерии и, в течение трех последующих часов, сражение свелось к неравной дуэли артиллеристов. Мексиканские кавалеристы были бессильны исправить положение, и Ариста отдал приказ покинуть поле боя и занять оборонительные позиции в Ресака-де-ла-Пальма. По разным оценкам в Пало Альто мексиканцы потеряли от 250 до 400 человек; потери же американцев были в два раза ниже.
  
   Захват Монтеррея.
   Захват Монтеррея (25 сентября 1846г.) стал логическим завершением недели маневров, перестрелок, штурмов и борьбы за каждый дом. 19 сентября Тэйлор выдвинул свою армию (6640 человек) на позиции, расположенные севернее Монтеррея, разведал возможные подходы и на следующий день завладел дорогой, ведущей в городской район Сальтильо. Мексиканская армия (5000 человек) под командованием генерала Ампудии, отрезанная от внешнего мира, ожидала за городскими оборонительными сооружениями.
   Тэйлор запланировал на 21 сентября штурм с двух флангов. В соответствии с его планом дивизия под командованием генерала Уильяма Уорса наступала с запада и юго-запада, в то время как регулярные части, временно находившиеся под командованием Джона Гарланда, должны были атаковать оборону на востоке города. Штурм дивизии Уорса позволил занять важные позиции на холме Федерации, позднее были заняты редуты, располагавшиеся на холме Независимости. Борьба за восточную часть города шла не так успешно: командованию Гарланда потребовалась в помощь резервных частей генерала Уильяма Батлера для захвата мексиканских позиций в Ла Тенерии, Фортин дель Диабло, а также для захвата моста Святой Девы. Окруженный американцами с востока и запада, Ампудиа укрепил здания, окружавшие центральную площадь Монтеррея, церковь и цитадель Фуэрте Негро.
   Бои возобновились 23 сентября, удача вновь была на стороне американцев. На следующий день американская артиллерия начала систематически обстреливать мексиканские позиции - это вынудило Ампудиа запросить проведения переговоров. Генералы враждующих армий заключили перемирие сроком на восемь недель. 25 сентября мексиканцы, не сдавая оружия, начали покидать город, оставляя его противнику. Факт проведения переговоров взбесил Джеймса Полка, который впоследствии способствовал окончанию военной карьеры Тэйлора. Штаты потеряли в общей сложности 450 человек убитыми и ранеными, мексиканцы понесли сопоставимые потери в живой силе.
  
   Сражение у Буэна Виста.
   Сражение у Буэна Виста, состоявшееся 23 февраля 1847г., одно из самых впечатляющих за рассматриваемую войну. После захвата Монтеррея, в соответствии с приказом президента большая часть солдат, принимавших участие в боевых действиях, а также часть регулярной армии, находившейся под командованием Тэйлора, влились в состав экспедиционного корпуса, которым командовал генерал Уинфилд Скотт. Целью являлся Веракрус, в дальнейшем предстояло дойти до самого Мехико.
   Получив данные о перемещении американских войск, Санта-Ана, в распоряжении которого находилась 20-ти тысячная армия, быстро мобилизовал войска. В его планы входило разбить Тэйлора, а затем, отправившись на юг, Скотта. Поняв намерение мексиканца, Тэйлор развернул войска (численно уступавшие мексиканцам) у горного перевала неподалеку от Буэны Висты - на максимально выгодной для себя позиции.
   22 февраля Санта-Ана предложил Тэйлору сдаться, но тот отказался. Последовала стычка мексиканцев с противником для установления численности и расположения позиций последнего. На следующее утро Санта-Ана отдал приказ об атаке. К полудню порядки американцев были прорваны, и Тэйлор бросил в атаку единственный резерв - Первый стрелковый полк Миссисипи, под командованием полковника Джефферсона Дэвиса. Стрелкам удалось вернуть прежние позиции, отбросив мексиканскую кавалерию. Атака мексиканцев захлебнулась.
   Тэйлор отдал неосторожный приказ в тот же вечер контратаковать все еще опасного противника, и американские войска бросились в бой. Так или иначе, эта атака свела на нет последний удар, запланированный Санта-Аной, что заставило его отложить собственную атаку. Мексиканская сторона потеряла убитыми и ранеными более 3400 человек, в то время как американцы - 650. На следующий день мексиканцы признали свое поражение и отступили.
  
   Взятие Веракруса.
   Веракрус - важнейший порт и крепость - пал 28 марта 1847 года, после двухнедельной осады. 9 марта эскадра под командованием коммодора Дэвида Коннера высадила на пляж Кольядо (южнее Веракруса) армию в 10 тысяч человек. Под прикрытием артогня с канонерских лодок американские войска продвигались на север с целью атаки городских оборонительных сооружений, с последующим окружением оборонявшихся войск мексиканцев (3 тысячи человек) под командованием генерала Хуана Моралеса. План был реализован и в окружение попали и тысяча оборонявших форт Сан Хуан де Улуа солдат.
   12 марта Скотт закончил передислокацию, прервав коммуникации между Веракрус и Мехико. Позднее военные инженеры построили сеть траншей, по которым с побережья были доставлены полдюжины тяжелых пушек, выгруженных на берег людьми Коннера, а также прибыли десантировавшиеся на берег морякам.
   21 марта, когда все было тщательно подготовлено и большая часть оружия уже была доставлена на свое место, Скотт решил, что надо дать возможность покинуть город всем, кто не будет принимать участия в сражении. Данная просьба была отвергнута генералом Моралесом. На следующий день морские и сухопутные войска начали атаковать Веракрус и крепость Сан-Хуан-де-Улуа; к этой атаке присоединилась и солдаты морской батареи, высадившиеся на берег 24 марта. Крепость фактически не пострадала от американских снарядов, однако после трехдневной бомбардировки в ее стенах появились бреши, артиллерия мексиканцев замолчала, а на территории Веракруса появились первые разрушенные здания.
   Моралес передал командование гарнизоном генералу Хуану Ландеро, который сложил оружие 28 марта. Начиная с этого момента и до самого конца войны, Веракрус использовался как важнейшая опорный пункт и перевалочная база, используемая Скоттом для вторжения в Мексику, сыгравшая важнейшую роль в победе американцев.
  
   Сражение у Серро-Гордо.
   В апреле 1847 года Скотт вывел свою армию из Веракруса и направился вглубь страны. Мексиканцы, возглавляемые Санта-Аной, заняли горный перевал стратегически важного горного хребта Серро-Гордо, чтобы заблокировать им путь. Первое столкновение произошло 18 апреля и положило начало серии побед американцев, закончившейся взятием Мехико.
   Санта-Ана разместил свои силы в той точке, где дорога поднимается к плато, пересекая узкое ущелье, главными хребтами которого были Аталайя и Серро-Гордо. Двенадцать тысяч мексиканцев окопались и стали ждать появления противника. Авангард американской армии в десять тысяч человек прибыл 11 апреля и отправил разведгруппу для уточнения позиций мексиканцев. Американцы считали, что в данной ситуации будет необходимость в проведении тяжелой фронтальной атаки, однако разведданные, добытые 17 числа капитаном Робертом Ли, показали, что оборона, подготовленная мексиканцами, была "односторонней": Санта-Ана счел местность на левом фланге, непроходимой.
   18 апреля Скотт приказал генералу Твигсу отправить семь тысяч солдат в обход с левого фланга - по пути, разведанному Робертом Ли, одновременно три тысячи человек под командованием генерала Пиллоу, должны были атаковать позиции мексиканцев в лоб. Санта-Ана, осведомленный о намерениях американцев, в это время попытался передислоцировать свои силы, однако американцам удалось окружить мексиканцев, перерезать им пути отступления и захватить лагерь. Боясь попасть в окружение, мексиканцы бежали; за время сражения они потеряли тысячу человек убитыми и ранеными, а также три тысячи попавшими в плен. Помимо этого американцам досталась артиллерия, снаряжение и боеприпасы противника. Потери же американцев составили чуть больше четырехсот человек.
  
   Сражение у Контрерас.
   На 20 августа 1847 года приходятся два штурма, являвшиеся частью стратегии, разработанной американским генералом Уинфилдом Скоттом. Его цель заключалась в нейтрализации 36-тысячной армии Санта-Аны), защищавшей Мехико. Основные позиции мексиканцев располагались на двух ведущих к городу дорогах. С востока основой обороны была крепость, находящаяся в деревушке Сан-Анхель. На юге простиралось фактически непроходимое обширное Педрегальское плоскогорье.
   Силы под командованием генерала Габриэля Валенсии, дислоцированные на правом фланге, были передислоцированы на шесть с половиной километров по направлению к деревне Контрерас и, таким образом, оказались расположенными между упомянутой деревней и левым флангом Мехико. 18 августа после преждевременной непродуманной атаки войск генералов Пиллоу и Твигса для мексиканцев стало очевидным, что в намерения американцев входило окружение и уничтожение сил Валенсии. Санта-Ана немедленно направил подкрепление Валенсии, вместо того чтобы отдать ему приказ о защите наиболее уязвимых позиций у Сан-Анхеля.
   На следующий день американским разведчикам удалось найти обходной путь с северной части Педрегальского плоскогорья и таким образом срезать путь до Мехико, что должно было способствовать окружению Валенсии, так и не получившего подкрепления. Скотт понимал, что с падением Валенсии Пиллоу и Твигс смогут начать марш на север к реке Чурубуско и разгромить авангард мексиканских сил, оказывавших сопротивление оставшейся части американских войск. Он начал подготовку к наступлению.
   На рассвете 20 августа Пиллоу возобновил атаку на передовые порядки Валенсии, однако мексиканцы удержали оборону, и он понес ощутимые потери. В течение кратчайшего срока пятитысячное войско Валенсии критически уменьшилось: часть сил была отправлена к Сан-Анхель, а большинство оставшихся солдат попросту покинуло поле боя. В 6 утра Пиллоу и Твиггс начали продвижение к Чурубуско, а Скотт отдал приказ о штурме Сан-Антонио.
  
   Сражение на реке Чурубуско.
   20 августа 1847 года состоялось сражение у реки Чурубуско. Оно было частью крупной военной операции, предпринятой силами под командованием Уинфилда Скотта, в задачу которого входило уничтожение обороны Мехико, возглавляемой Санта-Аной. Мексиканцы отчаянно оборонялись с нескольких тщательно подготовленных позиций, которые Скотт собирался уничтожить по очереди. Он разделил свою армию на две части: одна из них была направлена на запад, другая - под его непосредственным командованием - схлестнулась с мексиканцами у Сан-Антонио.
   Поражение мексиканцев у деревни Контрерас открыло американцам путь к авангарду войск противника. По приказу Санта-Аны часть войск оставила Сан-Антонио и отступила через реку Чурубуско. Отход прикрывали силы генерала Педро Анайи, занявшие деревню Чурубуско, расположенную примерно в пяти километрах от Сан-Антонио.
   Скотт продвинулся до войск Анайи и атаковал его в Чурубуско, однако американцы были отброшены. Перегруппировавшись, они сразу же продолжили атаку и штурмовали позиции противника в течение всего дня. В это время западнее войска Твигса и Пиллоу сражались за подходы к реке. Анайя, понимая, что вскоре он окажется в окружении, отступил по реке, прикрываемый силами подоспевшего пополнения. Мексиканцы потеряли в обоих сражениях (Контрерас и Чурубуско) 10 тысяч человек, потери, понесенные американцами, составили тысячу убитыми, ранеными и пропавшими без вести.
  
   Сражение у Молино-дель-Рэй
   В августе 1847 года, после разгрома у Контрерас и Чурубуско, мексиканцы отступили на оборонительные позиции всего лишь в трех километрах от Мехико. Ключевыми пунктами этой позиции были: замок Чапультепек, форт Каса Мата, располагавшийся двумя километрами западнее, рядом с фортом была оборонительная насыпь. К ключевым относились и каменные здания Молино-дель-Рэй, подготовленные к обороне. 8 сентября генерал Уильям Уорс посредством фронтальной атаки попытался захватить и форт, и здания мельницы.
   К Мехико двинулась дивизия, разбитая на две колонны: левая - под командованием бригадного генерала Джона Гарланда, в задачу которого входил захват Молино, правая - под командованием подполковника Джеймса Макинтоша, который, в свою очередь, должен был взять форт. Резервными силами командовал бригадный генерал Джордж Кэдваладер.
   Штурмовой группой гарландской колонны была особая группа в 500 человек, в ее состав входили, в основном, солдаты Восьмого пехотного батальона. Группу поддерживал батальон легкой пехоты. Стычка с авангардом противника, который Уорс ошибочно принял за мексиканскую разведгруппу, быстро переросла в настоящую бойню.
   По приказу генерала Антонио Леона был открыт плотный артиллерийский огонь, сильно "тряхнувший" американцев и заставивший их беспорядочно отступать. Помимо этого обстрел вели и тяжелые пушки, расположенные на 900 метров правее, что вынудило американцев ввести в бой дополнительные силы прикрытия с флангов.
   Войскам США, получившим подкрепление в виде батальона легкой пехоты и некоторых людей Кэдваладера, удалось прорвать мексиканскую позицию со следующей попытки. Свой вклад в захват Молино внесли и успешные действия американцев на правом фланге, стоившие им каждого четвертого солдата, участвовавшего в атаке.
  
   Штурм форта Каса Мата.
   8 сентября - день сразу двух атак американской армии - стал для нее одним из самых кровопролитных дней. Две ключевых позиции - Молино-дель-Рэй и форт Каса Мата, расположенные всего в трех километрах от мексиканской столицы, судя по всему, не были хорошо подготовлены к обороне. Позиции сопротивлявшихся мексиканцев подверглись артобстрелу, параллельно Уорс отдал приказ о продвижении вперед двух колонн.
   3400 солдат Уорса уверенно продвигались к устроенной засаде. Первым это понял Гарланд, воочию узревший последствия обстрела своей колонны пушками, спрятанными в Чапультепеке. Колонну Макинтоша накрыл дождь пуль из стрелкового оружия, устроенный солдатами генерала Переса. В этот - ключевой - момент сражения с левого фланга американцев появились 4 тысячи мексиканских кавалеристов. От катастрофы Макинтоша спасли американские всадники, появившиеся благодаря оперативно принятому решению задействовать их в этой схватке.
   Упорно оказываемое сопротивление и появление мексиканской кавалерии заставили Макинтоша отступить. Ценой огромных усилий колонна Гарланда смогла прорвать порядки противника у Молино-дель-Рей, что оставило форт фактически беззащитным. Мексиканцы отступили. В тот день американцы потеряли 800 человек убитыми и ранеными, потери мексиканцев же в живой силе составили почти 2 тысячи человек.
  
   Штурм Чапультепека:
   1. Дивизия Пиллоу:
   Успешное взятие замка Чапультепек 13 сентября 1847 года стало для мексиканской обороны ударом, предопределившим скорое падение оборонительной линии Санта-Аны.
   Укрепление Чапультепек состояло из крепостной стены окружавшей целый комплекс, включавший в себя огромный, хорошо укрепленный замок, ухоженный парк, живописные сады и множество пристроек, возвышавшихся над окрестностями.
   Пиллоу получил приказ Скотта о захвате замка. К выполнению привлекались следующие силы: дивизия численностью 2500 человек - авангард группы, еще штурмовавшей Молино дель Рей, располагавшаяся к западу от замка. С юга готовились 2500 солдат генерала Китмана, а войска Дэвида Твигса находились восточнее замка.
   Для Николаса Браво - мексиканского генерала, располагавшего лишь тысячью солдат, безысходность положения была очевидной, но тем не менее, он принял решение держать оборону.
   До начала штурма, назначенного Пиллоу на 8 часов утра 13 сентября, замок в течение суток подвергали артиллерийскому обстрелу. С началом атаки мексиканцы, находившейся в западной части Чапультепека, продержавшись какое-то время, отступили под натиском. Американцы продвинулись вперед, захватили редут, расположенный под замком и, чуть позже, продвинулись еще дальше, обезвредив при этом несколько мин. В 9:30 утра замок пал...
   2. Дивизия Китмана.
   Скотт, перед которым стояла задача захватить замок, планировал нанести по нему [Author ID2: at Fri Nov 9 00:09:00 2007 ]координированные удары силами двух дивизий: дивизия Пиллоу должна была атаковать замок с запада (т.е. с самого Молино-дель-Рэй), и дивизия Китмана, которая должна была, двигаясь на север, блокировать мексиканский гарнизон. В то время как Пиллоу проводил первый удар, Китман должен был обезвредить две бригады противника, дислоцированные восточнее от замка.
   Начало штурма, которому предшествовал суточный артобстрел замка, стал знаком для действий войск Китмана, продвинувшегося к тому моменту почти на восемьсот метров. Его продвижение остановила бригада солдат Хоакина Ранхеля, окопавшаяся в нескольких сотнях метров от перекрестка, образованного пересечением с дорогой, ведущей к Мехико. В это время один из генералов Китмана (Персефор Смит) получил приказ передислоцировать свою бригаду чуть восточнее, в то время как силы другого генерала (Джеймса Шилдса) должны были взять западнее - для того, чтобы объединившись, принимать участие в атаке замка. Батальон под командованием подполковника Сэмюэля Уотсона оказывал поддержку Китману.
   Диверсионная группа Шилдса пробила брешь в южной стене крепости и объединилась с группой солдат Пиллоу. Объединившись, обе группы добрались до самого замка и установили лестницы, что было фактическим концом мексиканской обороны. Чапультепек пал. В это время Смиту и батареям поддержки Уотсона удалось выбить Ранхеля с его позиций: падение замка значительно ускорило общее отступление мексиканцев до самого Мехико. Потери мексиканской стороны составили 2000 человек, в то время как американцы потеряли всего 450.
   Решающий удар по обороне мексиканцев был нанесен 13 и 14 сентября. Захватив Чапультепек, американцы преследовали отступавших к западному краю города. Результатом боев, продолжавшихся весь вечер 13 сентября, стал захват двух башен - Св. Космы и Беленской башни (войсками генералов Уорса и Китмана соответственно). В этой схватке мексиканцы потеряли погибшими и пленными около трех тысяч человек; американцы, в свою очередь, 800 человек. В ту же ночь американцы по приказу Уорса перегруппировались и, объединившись, подготовились к перипетиям следующего дня. В целом, несмотря на раны и усталость, они были настроены наутро довести дело до конца.
   В мексиканских же порядках, в т.ч., и в правительстве, напротив, царил хаос, вызванный недавними потерями. Они прекрасно понимали, что присутствие врага в городе, контролировавшего, к тому же маршруты на юг и запад, в считанные часы обернется кровавой битвой. Санта-Ана, считавший, что борьба не стоит ни жизней, ни городского имущества, вывел армию за пределы города, где она была перегруппирована; сам генерал обдумывал свои дальнейшие действия.
   Ранним утром 14 сентября Уильям Скотт принял делегацию мексиканских политиков, вручивших ему "ключи" от города. Борьба за Мехико, начавшаяся еще в начале марта, завершилась торжественным шествием американской армии по центральной площади города.
  
  
   VI. Оккупация Мексики
  
   1) Американцы на оккупированных территориях.
  
   Несмотря на весьма спорную "законность" войны с Мексикой, отношение американской армии к общественным устоям страны носило, в целом, уважительный характер. К примеру, Тэйлор признал действующее самоуправление Матамороса, что стало прецедентом для последующей череды аналогичных случаев. Исключения составили города Тампико и Веракрус, где американские военные возложили на себя исполнение обязанностей местных властей.
   В то время в мексиканском городе Халапа Скотт успокаивал население, уверяя, что все останется неизменным, начиная с местных властей и заканчивая свободой отправления религиозного культа, в то время как любые правонарушения - в т.ч. и совершенные американцами - будут караться. Для контроля отношений американцев и местных жителей был объявлен закон военного времени. Использование американцами своей военной мощи привело к разрушительным последствиям (к примеру, как в Монтеррее, Нью Мехико или Веракрусе). В результате многие местные жители остались без крова. Когда жителями Нью Мехико под предводительством крестьянина (Томас Ортис) был поднят мятеж, закончившийся убийством губернатора Чарльза Бента и пятерых американцев, реакция была незамедлительной: восставшие были немедленно атакованы в Таосе силами полковника Стерлинга. Зачинщиков мятежа казнили, а оставшиеся в живых бежали. В свою очередь, в Веракрусе американцы встретили отчаянное сопротивление местных жителей; с 22 по 26 марта 1847 года город был подвергнут интенсивному обстрелу, в результате которого погибло около пятисот мирных жителей. Ущерб, причиненный городу, был оценен в пять миллионов песо. Воспользовавшись этими обстоятельствами, генерал Скотт и коммодор Мэтью Пери смогли убедить французское и испанское консульства помочь с эвакуацией населения, а также вынудить мексиканского генерала Моралеса капитулировать.
   Население немало страдало и от действий партизанских отрядов, т.к. вся ответственность за их действия ложилась на их плечи. К примеру, в муниципалитете Гуадалупе (неподалеку от Мехико) под арест был заключен целый муниципальный совет; причиной тому послужило ограбление одного из американских солдат, лишившегося своего коня и оружия.
   Оккупировав Мексику, Скотт дал разрешение на дальнейшее исполнение местной полицией и администрацией своих функций, за исключением случаев с участием американцев и случаев, связанных с политикой. Военным губернатором был назначен Джон Китман. Для того чтобы "попасть под покровительство" американцев, муниципалитету пришлось выложить 150 тысяч песо, ушедших на лечение американских солдат, получивших ранения. Для покрытия такого расхода местным властям пришлось взимать средства из подконтрольных ему источников - таможни, почтовой службы, табачной промышленности, а также с помощью прямых налогов. В процессе оккупации американцы усиливали власть, прибрав к рукам контроль над общественными работами, тюрьмами, а также контроль за поступлением в бюджет доходов. Американский губернатор Мехико обложил налогом азартные игры, имея, таким образом, с каждого игрального стола по тысяче песо в месяц.
   В конце 1847 года американцы произвели смену местной власти в Мехико, что противоречило мексиканским законам. Это было сделано для того, чтобы у власти оказалось либо коллаборационисты, либо правительство, которое приняло бы условия мира. Так, на прежнее правительство, резиденция которого находилась в городке Керетаро, оказывалось сильное давление. Некоторые из мексиканских политиков сочли, что для сохранения автономии страны лучше подчиниться этому требованию и принять навязываемый порядок. Одним из таких политиков был Франсиско Суарес Ириарте, стоявший у истоков движения за смену прежней власти. Он, избранный фактически американцами, был провозглашен президентом вновь созданного муниципального собрания, одна из первоочередных целей которого заключалась в том, чтобы придать Мехико статус провинции.
   Американцы упростили налогообложение внешней торговли. Была отменена государственная монополия на табак, а также налог на внутреннюю торговлю. Активное взаимодействие американских солдат за время оккупации с местными торговцами привело к притоку долларов в оккупированные области, а также оживило торговый кругооборот и обращение продуктов питания.
   Американцы - солдаты как регулярных, так и добровольческих частей - быстро привыкли к местной кухне. Они зачастую обменивали муку и свинину на местные продукты, а также ром, который облагался высокими налогами и на потребление которого были введены ограничения. Солдаты не причиняли особых хлопот населению, с которым - в особенности с продавцами фруктов и различных мелочей - общались на своеобразной смеси языков. Многие из них женились на обитательницах "веселых" заведений, впоследствии уехавших вместе с новоприобретенными мужьями в Штаты.
   Что касается добровольцев, то их поведение оставляло желать лучшего. Оккупировав территорию, мучавшиеся от безделья солдаты периодически грабили местное население. Нечто подобное уже происходило, когда прибывшие в Техас американцы устраивали набеги на мексиканские ранчо в Тамаулипасе и Нуэво Леоне. Все это послужило причиной установления американцами публичных порок, которым подвергались нарушившие закон - как мексиканцы, так и американские солдаты.
   Разнообразить досуг можно было, посещая спектакли в Театре Нуэво Мехико или танцевальные салоны на улицах Колисео и Бетлемитас. Помимо культурного времяпровождения, была возможность посещения специально оборудованной в отеле "Белла Унион" помещения с картами и проститутками. Американские оккупанты также выпускали несколько газет, извещавших о ходе войны, и делали все возможное, чтобы разобщить мексиканскую нацию.
  
   2) Окончание войны. Договор Гуадалупе-Идальго.
  
   Конец американо-мексиканской войне положил договор Гуадалупе-Идальго, заключенный 2 февраля 1848 года и являющийся самым старым из ныне действующих между этими странами. В соответствии с договором, США отходили более миллиона двухсот тысяч километров важнейшей территории.
   Так, Штаты сделали огромный шаг на пути к статусу мировой державы конца XIX столетия.
   Помимо территориального вопроса договор стал определяющим для истории обеих стран. Во время работы над договором американцам удалось фактически "доказать" собственное "моральное превосходство, предназначенное свыше" по Манифесту О'Салливана. Победа в войне означала для американцев доказательство истинности идеи о распространении "ведущей державой" демократических идей на весь континент. Помимо этого в силу победы условия договора были фактически продиктованы Штатами. Договор стал "гарантом" политического и военного неравенства двух стран, отношения между которыми с тех пор развиваются именно в указанном направлении.
   Черновик договора был доставлен в Мексику летом 1847 года уполномоченным по делам мира Николасом Тристом. В нем излагалось требование о передаче Штатам Верхней и Нижней Калифорний, а также Нуэво Мехико. Помимо этого Штаты требовали права прохода по Теуантепекскому перешейку, а также того, чтобы южной границей Техаса стала Рио-Браво. В обмен на это, Штаты должны были выплатить Мексике двадцать миллионов долларов, а также 3 миллиона долларов собственно гражданам, пострадавшим в ходе войны. Во время последовавших переговоров Штаты отказались от Нижней Калифорнии и права на использование перешейка.
   После военной кампании, повлекшей за собой оккупацию американцами практически всех крупных городов Мексики, правительство побежденной страны обсудило условия мира с Тристом. Перед самым началом переговоров Трист получил инструкции от Полка: президент требовал его возвращения в Вашингтон, но принял решение остаться в Мексике и встретиться с представителями местных властей, несмотря на то, что это не входило в его компетенцию.
   Фактически, начало переговоров пришлось на январь 1848 года. Временно исполняющий обязанности президента, Мануэль де ла Пенья, быстро пришел к соглашению по пограничным вопросам - южная граница Техаса теперь проходила по Рио-Браво, передача Верхней Калифорнии включала и передачу порта Сан-Диего. Мексика также отказывалась от территории, расположенной между Техасом и Калифорнией. Оставшуюся часть границы было решено оставить на потом. Мексиканские уполномоченные по делам мира - Луис Куэвас, Бернардо Коуто и Мигель Атристайн, затратили достаточное количество времени на корректирование черновиков VIII и IX статей, говоривших о правах собственности и правах на американское гражданство для мексиканцев, проживающих в отошедших Штатам районах. К тому же мексиканцами была добавлена XI статья, передававшая Штатам право контроля племен индейцев, обитавших на пограничных территориях. (Данная статья стала яблоком раздора между странами и была аннулирована впоследствии в 1854 году Договором Гадсдена).
   Трист выдвинул предложение выплатить мексиканцам компенсацию в 15 миллионов долларов, полагая, что нация, заплатившая "кровью и экономикой", использует их на реализацию этого договора.
   Придя к договоренности по всем статьям, Трист отредактировал положения договора на английском, а Куэвас перевел результат на испанский язык. Наконец, 2 февраля 1848 года, представители мексиканской стороны встретились с Тристом в муниципалитете, рядом с часовней церкви св. Марии де Гуадалупе - покровительницы Мексики. После подписания договора была отслужена месса.
   Подписание договора было лишь началом долгого процесса: необходимо было ратифицировать его американским и мексиканским конгрессами. Никто не мог предвидеть того, как воспримет Полк договор, который был подписан не уполномоченным на то представителем, равно как сложно было представить дальнейшее развитие событий на мексиканской политической арене. В рядах как американского, так и мексиканского правительств были противники договора, в частности, "против" выступали американские аболиционисты, в то время как некоторые мексиканцы считали необходимым продолжение борьбы. Так или иначе, документ был ратифицирован обеими сторонами. Подписание документа положило конец войне и, одновременно, стало началом долгих дебатов вокруг вопроса о рабстве на приобретенных территориях, и вокруг не решенного до конца вопроса о мексиканской границе.
   Бесспорно, подписанный договор оказал огромное влияние на поверженную страну, нежели чем на Штаты. Отчасти, потеря огромных территорий стала причиной пребывания Мексики среди экономически отсталых стран. Для мексиканских политиков и историков - заключение этого договора стал горьким плодом американской агрессии. Унижения, перенесенные мексиканцами, стали причиной появления в стране реформаторского движения, возглавляемого Бенито Хуаресом - губернатором штата Оахака, выступавшим против договора. В 1850-х годах реформисты приходят к власти, обещая укрепить политическую систему страны и никогда больше не становиться жертвами американской агрессии. Реформы Хуареса положили начало реформам в политике и экономике, актуальным и по сию пору.
   Противоречия договора стали предметом споров не только между заключившими его странами, но и для международного права того времени в целом. Договор затрагивал пограничные вопросы, права на обладания водными ресурсами и полезными ископаемыми, а также гражданские права и права собственности потомков мексиканцев, проживавших на уступленных территориях. Начиная с 1848 года, было подано множество исков, ссылающихся на этот договор, однако сохранить свои земли удалось лишь единицам.
   С 1848 года, как индейцы, так и мексиканцы, оказавшиеся на отторгнутых территориях, боролись за предусмотренные договором гражданские права и права на собственность. Хоть договор и предоставлял американское гражданство всем мексиканцам, проживавшим на этих землях, индейцы, бывшие гражданами Мексики, так и не получили полноценного гражданства до 1930 года. Для американцев, приезжавших осваивать новые земли, их бывшие обитатели были чужаками.
   На деле, права собственности, очевидно гарантированные VIII и IX статьями (как и многое другое, так или иначе гарантированное Договором), не работали: права исконных жителей Калифорнии, Нуэво Мехико и Техаса на свою собственность отзывались. В один миг, граждане США мексиканского происхождения превратились в меньшинство, лишенное прав и обреченное на нищету.
  
   3) Коммуникации.
  
   Американо-мексиканская война стала первой войной, в которой широкое применение получили технологические новинки - это особенно относится к средствам связи. На момент начала войны все еще существовали курьеры, разносившие данные о ходе сражений, а также различные депеши. Однако появление пароходов, железных дорог и телеграфа в период с 1821-1854гг. ознаменовало качественный переход существовавших средств связи на немыслимые до той поры скорости.
   Тактические средства связи обеих армий оставались аналогичными ранее действовавшим. Генералы управляли ходом сражений из укреплений, расположенных на передовой, в пределах досягаемости слуха и зрения. В ту пору сигналом наступления служили горн и барабанная дробь, а соединения, расположенные в отдалении, получали приказы (устные и письменные) посредством курьеров, зачастую не имеющих к этому ни малейших навыков. Эти посланники были основным связующим звеном между командиром и его начальством. Для многих армий того периода (в т.ч. и для мексиканской) способ передачи информации "из рук в руки" был характерен на всех уровнях управления, в том числе и на стратегическом.
   С каждым разом на стороне Штатов было все большее преимущество за счет применения технологий в сфере связи. В США курьеров и их лошадей стали заменять транспортные средства. С отправлением депеши на сборный пункт или базу, расположенную вдали от тыла, документ мог проделать свой путь на пароходах, доставлявших его, в свою очередь, в нужную гавань, на железнодорожный терминал или почтовое отделение. Начиная с 1807 года, пароходы начали бороздить акваторию Штатов. Развитие технологий позволило превратить американские реки в естественные водные магистрали. После 1826 года широкое развитие получают прибрежные железные дороги.
   На 1844 год приходится отправка первого сообщения Морзе - "Чудны дела Твои, Господи!". Усовершенствование этого изобретения, использовавшегося в военных и мирных целях, стало огромным шагом вперед для средств коммуникации. Один из военных обозревателей отметил, что ранее новинки появлялись очень медленно, с большими интервалами, в то время как в первой половине XIX века появление инноваций носило молниеносный характер. На тот момент период длиной лет в десять становился "эпохой все более прогрессивных изобретений и их усовершенствования". За пять лет было возможно существенно улучшить оборонные планы. Так, хорошо разработанный стратегический план вкупе с инновациями, позволявшими передавать информацию с огромной скоростью, мог поставить под угрозу или сорвать соответствующие планы противника.
   Технологические новинки широко использовались и в американо-мексиканской войне. Новости с фронтов достигали США за считанные дни, позволяя политикам, равно как и генералам, оперативно реагировать на любые перемены. Публика также была в курсе новостей и поддерживала войну в большей или меньшей степени, в зависимости от последних военных новостей. Все эти достижения привели к тому, что нация в целом поддерживала войну за границей, подальше от американских населенных пунктов.
  
   4) Средства массовой информации. Мексика.
  
   Для типичной мексиканской газеты военной эпохи была характерна следующая структура: сначала шли части с локальными, национальными и международными новостями, источником которых были официальные сообщения либо национальная или международная пресса. Затем публиковались письма читателей редакторам, сообщавшие новости или комментировавшие передовицы. После этого шла издательская страничка.
   C обретением Мексикой независимости (1821г.) пресса превратилась в инструмент влияния различных политических фракций, предназначенный для формирования определенного общественного мнения, вместо того, чтобы непредвзято преподносить обществу объективную информацию. Так, пресса шла рука об руку с политическими партиями и фракциями, к которым в период между 1830 и 1840гг. относились умеренные и радикальные либералы, а также левые либералы и консерваторы. Принципиальная разница между этими группами заключалась в их отношении к правительству и возможности - в той или иной степени - влиять на изменение политической ситуации.
   В 1845г, когда проблемой номер один стала возможная аннексия Техаса Штатами, одной из важнейших мексиканских газет была "El Siglo XIX" ("Девятнадцатый век"), основанная в 1841 году Игнасио Кумплидо и отражавшая точку зрения умеренных либералов. Изначально газета поддерживала меры, принимаемые Хосе Хоакином Эррерой в отношении Техаса (президент рассчитывал добиться соглашения с республикой Техас договорным путем во избежание ее аннексии). Оппонентами этой точке зрения были "La Voz del Pueblo" ("Глас народа") и "El Amigo del Pueblo" ("Друг народа"), отражавшие взгляды левых либералов, требовавших военной кампании против Техаса. После того как Республика дала свое согласие на аннексию, "El Siglo XIX" присоединилась к оппозиции и стала требовать военного вмешательства с целью недопущения такого исхода. Помимо этого оппозиция выступала за отстранение Джона Слайделла от ведения переговоров (об аннексии) с мексиканской стороной.
   В декабре 1845 года президент Эррера был вынужден подать в отставку; ему на смену пришел ратовавший за установление монархического правительства Мариано Паредеса-и-Арильяги. Его устремления поддерживала газета "El Tiempo" ("Время"), основанная и возглавляемая Лукасом Аламаном. "El Tiempo" не только поддерживала воззрения Арильяги, но и заявила, что намерение аннексии Техаса - есть не что иное, как требование американцев об уступке им мексиканской земли. Тем не менее, газета не поддерживала решение этой проблемы военным путем до самого апреля 1846г. (конца миссии Слайделла). В начале 1846г. либералы (как левые либералы, так и умеренные) заняли оппозицию по отношению к точке зрения, выражаемой "El Tiempo" и такими изданиями, как "El Republicano" ("Республиканец", ставшей продолжением "El Siglo XIX") и "El Monitor Republicano" ("Республиканский советник"). К ним присоединилось и издание "Don Simplico", основанное двумя молодыми либералами Гильермо Прието и Игнасио Рамиресом (это издание представляло собой сатирическую иллюстрированную газету малого формата, подвергавшую критике почти все существовавшие политические движения). В целом либеральная пресса просила президентскую администрацию немедленно развернуть войска для защиты границ. До июня 1846г. как либеральная, так и консервативная пресса предсказывала американское вторжение на мексиканскую территорию и выступала с просьбами о немедленной реакции со стороны правительства.
   В августе 1846г. Паредес-и-Арильяга был отстранен от должности - как следствие, прекращает свое существование и "El Tiempo". Так, в стране начинают доминировать публикации либеральных изданий, выступавшие за восстановление Конституции 1824 года и возвращение Антонио Лопеса де Санта-Анны, изгнанного в 1844г. Была надежда на то, что эти меры помогут противостоять американцам. С этой целью поддерживалась также идея создания национальной гвардии или гражданского ополчения.
   С появлением известий о сражении у Ла Ангостуры, падении Веракруса и разгроме при Серро Гордо, пресса вменила в вину Санта-Ане нехватку здравого смысла и даже предательство, в то же время, призывая к народному восстанию против американцев на оккупированных территориях. Однако в мае 1847г., когда стало известно о прибытии Николаса Триста - уполномоченного по делам мира, газета "El Razonador" начала кампанию в пользу переговоров со Штатами - точка зрения, отвергаемая прочими изданиями. Надо отметить, что американцы также стали налаживать издательское дело на оккупированных территориях; их цель заключалась в убеждении местных жителей принять условия мира, удобные Штатам. Среди прочих были такие издания как "The American Eagle", "The American Star" и "The North American". Последнее из упомянутых изданий, к тому же, осуществляло пропаганду в пользу аннексии всей территории Мексики.
   С приближением войск генерала Уинфилда Скотта к мексиканской столице в июле 1847г. были закрыты все издания, за исключением официальных ведомостей "El Diario del Gobierno" ("Правительственный ежедневник"). Тем не менее, после падения Мехико либеральная пресса возобновила свою деятельность (сентябрь 1847г.), в основном, в виде "El Monitor Republicano", "El Eco de Comercio" ("Эхо торговли"), сосредоточивших усилия на нивелировании влияния американской прессы в Мексике и на проведении кампании в пользу мирных переговоров.
  
   5) Средства массовой информации. США.
  
   Война между Штатами и Мексикой стала прекрасной возможностью для т.н. "грошовой прессы" [американская "желтая пресса". Эти газеты способствовали созданию новой концепции подачи новостей.] показать всю значимость новостей. Эта война стала первой, широко освещаемой американскими корреспондентами, с которыми заключали дорогостоящие сделки ведущие "грошовые" издания. Объединившая почтовых лошадей, пароходы, железные дороги и появившийся телеграф, американская пресса стала представлять собой систему связи, распространившуюся более чем на три тысячи километров. Эта система была настолько эффективной, что позволила действовавшему американскому президенту узнать о взятии Веракруса из телеграммы, предоставленной газетой "Baltimore Sun".
   Так или иначе, цели этой войны ставили в тупик многих издателей. Несмотря на энтузиазм, с которым они извещали о новых победах, некоторых из них волновали моральные результаты конфликта. Для Хораса Грили ("New York Tribune") это была война "в которой сам Бог должен быть против нас". Джеймс Гордон Беннетт, представитель "New York Herald", в свою очередь заявлял: "Еще немного и мы станем свидетелями огромных неожиданных перемен в судьбах наций".
   Большая часть руководителей "грошовых" изданий поддерживало войну и, одновременно, налаживала систему скорой доставки информации от Нью-Йорка до Нового Орлеана для получения новостей из зон военных действий. Эта система, по словам Беннетта, "является новейшим изобретением и собственностью американцев". Под руководством нью-йоркских ежедневников, ряд изданий занимался и предпринимательской деятельностью (например, "Philadelphia North American", "Public Ledger de Philadelphia", "Baltimore Sun", "Charleston Courier" а также "New Orleans Picayune"). За последние полгода войны эти издания сплотились с целью налаживания ежедневной доставки информации.
   Пресса Нового Орлеана поддерживала войну и, находясь в непосредственной близости от военных действий, лидировала по оперативности отражения конфликта. Учитывая огромную зависимость прессы того времени от бесплатного обмена между собой экземплярами выпусков, репортажи новоорлеанских корреспондентов перепечатывались бессчетное количество раз по всем Штатам. В Новом Орлеане была выпущена и первая новаторская ежедневная газета "La Patria" ("Родина"), издававшаяся на испанском языке: многие американские ежедневники перепечатывали из нее репортажи и переводы, без каких-либо ограничений использовавшиеся впоследствии в мексиканских, кубинских и прочих латиноамериканских изданиях.
   Одним из выдающихся военных репортеров был Джордж Уилкинс Кендалл, соиздатель "New Orleans Picayune". Кендалл описывал основные сражения, начиная с Монтеррея и заканчивая Чапультепеком и Мехико; ему принадлежат объемные доклады о политической и военной стратегии. По стопам Кендалла следовал, по меньшей мере, еще десяток "специальных корреспондентов", среди которых были Кристофер Мэсон Хейль ("Picayune"), Джон Пиплс ("New Orlean Bee, Delta y Crescent"), а также Джеймс Фринер ("New Orleans Delta"). Хэйль, бросивший Вест-Пойнт, обладал талантом, подобным Кендаллу; ему принадлежат подробные списки потерь, понесенных в сражениях. Фринер и Пиплс, бывшие новоорлеанские типографы, стали неплохими редакторами и получили всеамериканское признание под псевдонимами "Мустанг" и "Чапараль". Вершиной карьеры военного корреспондента Фринера стал мирный договор, доставленный им лично из Мексики в Вашингтон всего за семнадцать дней. Кроме них в Мексике так же работали Френсис Ламсден, Даниэль Скалли, Чарльз Каллахан и Джон Даривадж ("Picayune"), Джордж Тобин ("Delta"), Уильям Тоби (известный как Джонни Йоркский, "Philadelphia North American"), а также Джон Варланд ("Boston Atlas"). Репортажи корреспондентов зачастую поддерживали Манифест О'Салливана и, как следствие, американскую интервенцию в Мексику, они были солидарны с оккупантами, рассуждали о недоверии и предрассудках по отношению к мексиканцам, а также активно создавали образы национальных героев из генералов Тэйлора и Скотта. Тэйлор, чьи достижения на передовой превозносили газеты, был избран президентом США в 1848г.
   Весьма живописна личность издателя "New York Sun" - Мозеса Йеля Бича, который в компании с Джейн МакМанас Сторм, автором передовых статей, прибыл в 1847 году в Мексику якобы с секретной миссией о заключении мира. В результате Бич, которого заподозрили в сговоре с противниками войны, едва избежал ареста. Что касается Джейн Сторм - ярой сторонницы Манифеста, ее перу принадлежат комментарии в пользу войны для "Sun" и "New York Tribune", написанные ей из Гаваны, Веракруса и Мехико под псевдонимом "Монтгомери". Ей принадлежит меткое замечание: "Правда всегда возвращается домой в том виде, в который ее одели американцы"...
   Другой важный аспект освещения хода войны прессой, заключается в огромном количестве американских типографий, следовавших за армией и выпускавших на оккупированных территориях т.н. "оккупационные периодические издания". До окончания конфликта на счету у предприимчивых газетчиков было уже двадцать пять изданий в четырнадцати занятых американцами городах. Адресованные как находившимся на передовой солдатам, так и местному населению, эти издания заслуживали внимания, сообщая об истинном положении военных дел. Помимо этого, они внесли свой вклад и в оккупацию Мексики: власти учредили собственные военные издания, во многих случаях помогавшие - благодаря публикациям декретов и регулирующих законов - поддерживать порядок на местах. Другая немаловажная функция этих изданий заключалась в том, чтобы держать как американскую, так и мексиканскую публику в курсе текущих событий. Зачастую эти издания были единственным источником информации о происходящем в мексиканской столице для американских чиновников и наоборот. Для народа же они были фактически единственным источником получения информации.
  
   6) Военные корреспонденты.
  
   Как таковые, военные корреспонденты появились во время американо-мексиканской войны. Занятых полностью на военной ниве журналистов было меньше десятка, причем большинство из них представляли новоорлеанские газеты. Места военных действий изобиловали большим количеством независимых сотрудников редакций. Многие из солдат заключали договоры с издательствами оккупированного ими города для оправки донесений. Фактическое место работы издателей и их подчиненных была армия; один лишь Массачусетс представляли шестнадцать имевших отношение к издательству человек. В то время большую часть журналистов называли "типографами"; практически все добровольческие соединения нанимали на работу хотя бы одного журналиста.
   Во время конфликта не было недостатка в журналистах, зачастую представлявшихся добровольцами (к примеру, в одном из добровольческих соединений было, по меньшей мере, двадцать новоорлеанских "типографов", среди которых было три корреспондента "New Orleans Delta" - Джеймс Фринер, Дж. Тобин, известный своими рисунками "Из ранца капитана Тобина", и Джон Пиплс (Чапараль)).
   Самым известным военным корреспондентом стал уже упоминавшийся Дж.У. Кендалл, основавший в 1837 году вместе с Френсисом Ламсденом "New Orleans Picayune". Кендалл так жаждал лично присутствовать на войне, что даже временно оставил штаб-командование Тэйлора для того, чтобы присоединиться к штурмовым войскам под командованием Бена МакКаллоха. Корреспондент описал большую часть сражений генералов Тэйлора и Скотта.
   В качестве представителя "Picayune" выступал и Кристофер Хэйль, протеже Кендалла. Во время осады Веракруса он присоединился к штабу Скотта и прославился благодаря своим юмористическим письмам, опубликованным в еженедельнике под псевдонимом.
   Одним из самых сильных конкурентов Кендалла был Джеймс Фринер, корреспондент "New Orleans Delta", публиковавшийся под псевдонимом "Мустанг". Это прозвище он получил в сражении у Монтеррея, где убил вражеского офицера и завладел его боевым конем. В феврале 1848 года Николас Трист доверил Фринеру доставить в Вашингтон текст договора Гуадалупе-Идальго.
   Помимо упомянутых персоналий были и другие снискавшие известность журналисты. К примеру, в 1846 году "New York Herald" объявил, что четверо его корреспондентов, работавших в Мексике, "талантливее, чем журналисты прочих изданий". В это же время в "Jefferson Inquirer" (Джефферсон Сити, штат Миссури) Льюшан Истин опубликовал ряд рассказов под псевдонимом "И".
   Так же необходимо отметить, что на оккупированных мексиканских территориях появляется т.н. "англосаксонская пресса".
   Единственной женщиной репортером была вышеупомянутая Джейн МакМанус Сторм, издававшаяся в "New York Sun" под псевдонимами "Монтгомери" и "Кора Монтгомери". Она была одной из немногих, кто критиковал как американскую военную кампанию, так и своих коллег.
   Военные действия между Штатами и Мексикой начались 25 апреля 1846 г. и продлились до 14 сентября 1847г. За это время погибло более 38000 солдат. (Причем непосредственно во время сражений погибло лишь 1700 американцев, в то время как все остальные - печальный результат болезней, косивших солдатские лагеря).
   Драматическим финалом войны стал вход американских войск на территорию Мехико в 1848 году.
  
   Приложение.
  
   БИОГРАФИИ.

В данном разделе помещены биографии лиц, имевших как прямое, так и косвенное отношение к затронутой проблеме. Далеко не все из ниже перечисленных были упомянуты выше, однако их жизненный путь, всецело связанный и с эпохой, и с рассмотренными событиями, на мой взгляд, небезынтересен.

Н.М.

  
   США
  
   Джеймс Нокс Полк
   Джеймс Нокс Полк (1795-1849гг) - одиннадцатый президент США, избранный в ноябре 1844г. Пребывал у власти в течение одного срока (02.03.1845 - 03.03.1849). До начала XX века Полк был самым молодым американским президентом, отклонившим, к тому же, свою кандидатуру на пост президента по истечении срока своего нахождения у власти.
   После четырнадцати лет службы в Палате представителей (из них четыре года возглавлял ее) он, губернатор своего родного штата Теннесси, тем не менее, был мало кому известен до своего избрания президентом. Протеже Эндрю Джексона (7-ой президент США), Полк представлял интересы его администрации в подчиняющейся Конгрессу Палате, и пользовался известностью как лидер конгрессменов, обеспечивший законодательную деятельность Джексона (за что получил прозвище "Молодой Орешник"). Его президентство пользовалось славой самого сурового между президенствами Джексона и Линкольна.
   Полк, будучи верным Джексону демократом, яростно поддерживал экспансионистские устремления своего поколения. На период его президентства приходится самый драматический период территориальной экспансии нации. Всего за каких-то три года был аннексирован Техас, приобретен Орегон и, в результате войны с Мексикой, Штаты получили полмиллиона мексиканских земель. Будучи первым (со времен Джеймса Мэдисона, 4-ого президента США) президентом, на долю которого выпало возглавлять нацию во время военного конфликта, Полк сделал многое для совмещения должности президента и функций главнокомандующего. Несмотря на споры о вмешательстве Полка в войну, он, по оценкам историков, неизменно входит в десятку самых выдающихся американских президентов.
   Джеймс - старший из десяти детей Самуэля и Джейн Нокс Полк, родился 2 ноября 1795 года в округе Мекленбург (шт. Северная Каролина). Его отец был зажиточным фермером, разделявшим политические убеждения Джефферсона (3-ий президент США). Считается, что его мать происходила из рода шотландского религиозного лидера Джона Нокса; она была пресвитерианкой, чья жизнь вертелась вокруг Библии и церковных учений. Выросший на рассказах родителей о борьбе за независимость Штатов, Джеймс унаследовал от них чувство патриотизма, выраженный интерес к политике и глубокие религиозные убеждения.
   В 1819 году Полк стал чиновником Сената штата - это был его первый политический пост. Четыре года спустя он был избран в палату депутатов Теннеси. Его образование, живое участие в дебатах и преданность делу сделали его политическим лидером штата.
   В 1823 году он женился на Саре Чилдресс - образованной и утонченной женщине, поддерживавшей его в политической карьере. Позднее, по прибытии Полков в Белый дом, ей предстояло стать одной из самых уважаемых женщин.
   Полк поддерживал свободу личности, а также права штатов в борьбе с централистскими устремлениями правительства и строгим следованием Конституции. Он верил в неоспоримое превосходство суверенитета своего народа.
   Избрание Полка в качестве руководителя демократической фракцией Палаты представителей в 1835 году стал признанием его лидерских способностей и верности партии. Покинув этот пост, он без преувеличения скажет, что разрешил больше сложных вопросов юридического и парламентарного плана, чем кто-либо из его предшественников. Он предпочел остаться в Палате представителей, где его с легкостью могли переизбрать в 1839 году. Однако его убедили стать губернатором Теннеси; это был, скорее, разочаровывающий опыт - пребывание на этой должности (в течение двух лет) не отмечено какими-либо выдающимися событиями. В то время общественность в большей степени волновали последствия биржевой паники 1837 года, нежели чем демократическая партия с ее ценностями.
   В 1841 и 1843 годах Полк дважды проиграл выборы на пост губернатора: казалось, что на этом его политическая звезда закатилась. Однако через девять месяцев после своего второго поражения Полк стал кандидатом в президенты США от демократической партии (на партийном конвенте демократов в Балтиморе). До балтиморского конвента считалось, что борьба за президентское кресло разразится между Ван Буреном и Генри Клеем.
   27 апреля взорвалась информационная "бомба" предвыборной кампании. Вашингтонские СМИ опубликовали письма как Клея, так и Ван Бурена, в которых они заявляли о своей оппозиции немедленной аннексии Техаса, опасаясь того, что этот акт повлечет за собой конфликт с Мексикой.
   Несколько дней после публикации письма Ван Бурена, Полк озвучил собственную точку зрения в ответ на расследования демократического комитета Огайо. Так же как и Джексон, Полк выступал за немедленную аннексию Техаса, аргументируя это тем, что данный регион принадлежал Штатам до его передачи Испании Джоном Адамсом (в соответствии с договором Адамса-Ониса 1819г.). Он - как и многие демократы - опасался возрастания влияния британцев в Техасе, и привязал свою точку зрения к безопасности всего полушария. В отличие от Джексона, Полк расширял требования аннексии и на орегонские земли.
   За Полка отдали голос 170 членов выборной коллегии, в то время как за Клея - его противника - всего 105. Учитывая недавнее поражение на губернаторских выборах, выдвижение Полка в кандидаты и последующее избрание на пост президента были восприняты как истинное чудо.
   Инаугурация состоялась 4 марта 1845 года - в дождливый день, являвший собой полную противоположность настроениям, охватившим молодую нацию. Больше трети своей речи вновь избранный президент посвятил континентальной экспансии. Он опроверг пессимистические воззрения ряда своих сограждан о том, что правительственная система будет не в состоянии справиться с управлением на огромных территорииях. В списке планов Полка не хватало лишь аннексии Техаса, которая к тому моменту шла полным ходом; ему оставалось лишь завершить этот процесс, окончательно заняв президентское кресло.
   Покуда "техасский вопрос" шел к своему завершению, Полк сосредоточил внимание на орегонской границе. Он, равно как и британцы, не собирался начинать войну за Орегон, однако, не исключал возможности выдвижения более радикальных требований и наращивания сил для решения этой пограничной проблемы. Это была опасная игра: Полк отказался уступать, несмотря на слухи о том, что его деятельность неминуемо развяжет войну с Британией. В то же время эта проблема требовала срочного решения.
   Отношения с Мексикой приближались к критической точке, и Полк сосредоточился на Техасе и Орегоне. Говоря о Техасе, он держал в уме земли Калифорнии. Факт решения орегонского вопроса, возможно, разубедит британцев присваивать эти земли себе (что в 1845 году было реальной угрозой), и откроет американцам дорогу к приобретению этих территорий путем переговоров с Мексикой. Политический курс президента был дерзким, хотя он сам был уверен в обратном.
   Через пятнадцать месяцев после его вступления в должность президента к Штатам были добавлены два огромных региона - Техас и Орегон, что было не простым исполнением былых обещаний, а шагом к осуществлению его мечты о континентальном доминировании. Вопрос о приобретении Калифорнии был все еще не решен - он лишь набирал обороты.
   Как в Техасе, так и в Орегоне Полк разрешил в пользу Штатов доставшиеся от былых администраций проблемы, испортившие отношения с Мексикой: вопрос задолженности и аннексия Техаса.
   Частота волнений, пренебрежительное отношений находившихся в Мексике иностранцев к местным культурам - все это приводило к потере собственности, а зачастую и жизней. Еще Джексон угрожал Мексике войной (по причине ее задолженности), однако с тех пор курс Штатов был мирным. Дело было передано в арбитраж, размер задолженности уменьшен и было решено погашать долг частями. После нескольких выплат Мексика провалила экономические обязательства. Многие американцы считали, что уступка Калифорнии может погасить долг, в особенности, учитывая огромное количество эмигрантов обустраивавшихся на этой территории.
   Уполномоченным Полка в Мексике стал Джон Слайделл, который должен был убедить мексиканскую сторону о признании за США Рио-Браво (она же Рио-Гранде для американцев) в качестве границы в обмен на списание долга и покупку Калифорнии и Нуэво Мехико за некую сумму. В декабре 1845 года Техас получил "звание" штата США, а чуть позже армия генерала Тэйлора получила приказ занять позиции на берегу Рио-Браво. Когда вести о провале миссии Слайделла достигли Вашингтона, Полк стал готовиться к "принятию жестких мер против Мексики", которые, однако, были заморожены до окончательного улаживания "орегонского вопроса", подходившего тогда к своей кульминации. Он получил депешу от Тэйлора, в которой сообщалось, что мексиканские войска пересекли реку и нанесли американцам потери в живой силе. 11 мая 1846 года Полк передал свое прошение о войне в Конгресс.
   Полк стал первым президентом, совместившим эту должность с функциями главнокомандующего - его преемники продолжили эту традицию, действуя по аналогии. Он полностью принял на себя ответственность за ведение войны, обеспечив военное законодательство и финансирование военных действий, принимал участие в разработке военной стратегии, назначал генералов и определял сферу их компетенции, организовывал снабжение и координировал работу различных отделов и департаментов. Полк настаивал на том, чтобы его информировали о каждом решении, принимаемом сотрудниками его кабинета. Он был, как напишет один из писателей, "центром, от которого зависело все остальное".
   На момент представления в Конгресс запроса на начало военных действий, Полк считал, что конфликт будет коротким. Он ожидал, что Мексика запросит мира в течение первых недель, максимум, месяцев, однако мексиканское руководство, несмотря на серию поражений, отказывалось капитулировать. Спустя некоторое время после начала войны, Полк стал искать способы ее завершения.
   Не дождавшись прошения о мире, Полк решил начать наступление на Мехико от Веракруса; на претворение этого решения в жизнь был уполномочен Уинфилд Скотт. Убежденный в том, что это операция положит войне конец, Полк уполномочил Триста - сотрудника государственного департамента - сопровождать Скотта; помимо этого Трист получил полномочия на приостановку военных действий и начало мирных переговоров (когда Мексика будет готова пойти на это). Инструкции Полка заключались в требовании Верхней и Нижней Калифорний, а также Нуэво Мехико в обмен на списание долга и выплату со стороны Штатов пятнадцати миллионов долларов.
   Однако Санта-Ана уполномочил своих представителей на встречу с Тристом лишь в конце лета, когда армия Скотта уже фактически была в Мехико. Стороны не пришли к соглашению. Нетерпение Полка росло. В конце концов, в октябре 1847 года, выдохшийся и разочарованный президент отзывает Триста.
   Тем не менее, Трист был настроен на заключение мирного договора: он не обращает внимания на приказ президента и продолжает общаться с мексиканцами. Договор Гудалупе-Идальго отражает полученные от Полка инструкции (за исключением уступки мексиканцами Нижней Калифорнии). Несмотря на заключение договора не имевшим дипломатических полномочий Тристом, Полк его принял и в конце февраля передал в Сенат для ратификации. В конце мая договор ратифицировала уже сама Мексика.
   Когда Полк представлял свой четвертый (и последний) ежегодный доклад Конгрессу (декабрь 1848г.), он с гордостью подчеркнул, что экспансионистское предназначение нации сбывается. Менее чем за четыре года Штаты заполучили почти 1.200.000 квадратных миль территории.
   Полк сдержал свое обещание возглавлять страну в течение лишь одного срока, и, несмотря на просьбы многих своих друзей, он оказался выставлять свою кандидатуру на второй срок. Его чрезвычайно занимал вопрос о распространении рабства на приобретенные мексиканские земли: было очевидным, что это станет для американцев яблоком раздора. Это стало для него причиной депрессии: все, ради чего он трудился, ставила под угрозу проблема, которую он не предвидел заранее.
   5 марта 1849 года бразды правления принял Закари Тейлор и в тот же самый вечер бывший президент со своей женой отправились домой. В Теннеси Полк вернулся изнуренным и больным. 15 июня 1849 года, почти через три месяца после окончания своего президентства, Полк неожиданно умирает. Ему было 54 года.
   Несмотря на отсутствие харизмы, этот человек, о котором многие из современников отзывались как о "бесцветном" и скучном, смог придать президентству новое качество - динамичность, которой не хватало очень многим. Он исполнял свои обязанности, отдавая все силы и энергию, трудясь без отдыха ради достижения поставленных целей. Полк почти не покидал столицу; будучи президентом, он взял короткий отпуск лишь однажды. Полк оставил о себе память как об очень энергичном и решительном человеке: редко когда президент доводил до конца настолько амбициозные программы, особенно в течение всего лишь четырех лет.
  
   Стивен Фоллер Остин
   Стивен Фоллер Остин (1793-1836гг.) был ответственным за череду событий, приведших в конечном итоге, к независимости Техаса и его последующей аннексии, развязавшей войну с Мексикой. После неудачных занятий торговлей в юности он впоследствии направился в Новый Орлеан, где изучал право вместе с Джозефом Хокинсом - участником Конгресса США.
   Его отец - Мозес Остин, приходивший в себя от финансовых неудач, пребывал в испанском Техасе для того, чтобы продать местным властям план о перемещении трехсот американских католических семей на неспокойную северную границу. Мозес скончался до одобрения этого плана и Стивен взял на себя всю ответственность за реализацию этого проекта. В тридцать один год он стал первым англо-американским предпринимателем, ответственным за распределение земель и иммиграцию в Техасе.
   Для него был характерен нестандартный подход к работе, а мексиканское движение за независимость не смогло помешать его деятельности: Остину удалось сохранить все иммиграционные контракты, связанные с этими землями. Первые триста семей прибыли в Техас в 1824 году, тем временем Остин заключал другие договоры. Параллельно этим же начинают заниматься еще около сорока предпринимателей-конкурентов, которым удалось привлечь в Техас, в общей сложности, около двадцати тысяч иммигрантов. Так, соотношение прибывших американцев с коренным населением вскоре составило 10:1.
   По мере нарастания напряженности между вновь прибывшими и местными жителями, Остин стал исполнять функции посредника, однако был арестован Санта-Аной - мексиканским каудильо. Когда его освободили, Остин встал на сторону требовавших независимости Техаса: с началом конфликта 1835 года (в Гонсалесе) Остин в течение короткого времени был командиром, а затем отправился в Штаты в поисках финансовой поддержки. Он вернулся в Техас после свержения Санта-Аны. Некоторое время спустя Остин умирает; причиной смерти стала болезнь, которую он подхватил во время своего пребывания в мексиканской тюрьме. Несколько ранее "новую техасскую нацию" возглавил недавно прибывший в Техас Сэм Хьюстон.
  
   Сэмюель Хьюстон
   Детство Сэма Хьюстона прошло на границе штата Теннеси. Он был очень активным ребенком, проводившим огромное количество времени с индейцами чероки. Позднее Хьюстон завербовывается на службу и принимает участие в войне с индейцами племени крик, что приносит ему лавры героя. Затем он перебирается в Теннеси, где с успехом выдвигает свою кандидатуру на выборах в Конгресс, а потом (1827г.) выходит победителем в выборах на пост губернатора - всего в тридцать четыре года. В 1829 году разразился грандиозный скандал, в который была вовлечена его супруга Элиза. Это послужило причиной ухода Хьюстона с поста. Он вернулся на дикий запад к своим друзьям чероки. Чуть позже он нехотя возвращается в Вашингтон как представитель интересов этого племени, а в 1832 году он возобновляет общение с президентом Джексоном. В том же самом году он вновь отправляется на запад - на этот раз в Техас.
   Хьюстон исполнял роль политического обозревателя в регионе до начала восстания техасцев, затем принял на себя командование недавно организованной армией, которая под его руководством выиграла сражение у реки Сан-Хасинто (сам Хьюстон получил в этом бою ранение). В бою Хьюстон вновь проявил себя как герой; впоследствии его дважды избирали президентом Техаса. После аннексии, Хьюстон возвращается в Вашингтон сенатором и яростно поддерживает политику войны, претворяемую Джеймс Нокс Полком. После войны с Мексикой интересы Хьюстона и избирателей начинают расходиться, он теряет свое место в Сенате и проигрывает выборы на пост губернатора в 1857 году. Два года спустя, когда Хьюстону было уже 66 лет, его карьера снова пошла вверх, и он занял пост президента Техаса. Позднее Хьюстон не согласился с отделением Техаса от США в 1861 (во время войны между Севером и Югом), оставил свой пост и удалился в Хантсвиль (Техас), где и скончался в 1863г.
  
   Джон Тайлер
   Джон Тайлер (1790-1862гг.) - родился в 1790 году, в области Тайдуотер (шт. Вирджиния). Он получил юридическое образование и стал участником палаты депутатов своего родного штата. Будучи сенатором (1830е гг.) Тайлер критиковал Джексона и его партию, что побудило его примкнуть к оппозиционной партии вигов. Он выдвинул свою кандидатуру в качестве вице-президента при Уильяме Харрисоне и, спустя лишь месяц после вступления в должность, из-за смерти действовавшего президента принял на себя исполнение его обязанностей. Так, помимо прочих он был вынужден решать и "техасский вопрос".
   Из-за раскола, причиной которого стал вопрос о рабстве, было невозможно прийти к консенсусу, следовательно, откладывался и вопрос об аннексии потенциального штата, что могло бы благотворно повлиять на обстановку в стране. Так, Тайлер, прекрасно понимавший, что он может рассчитывать лишь на один президентский срок, использовал все возможное для этой аннексии, однако Сенат отверг предложенный им в 1844 году вариант договора об аннексии. Тайлер добился результата лишь тогда, когда призвал обе палаты принять по этому вопросу общую резолюцию.
   Несколько позже в Мексику были отправлены представители, имеющие на руках соответствующий приказ: они должны были объяснить позицию американцев и представлять интересы Штатов по этому вопросу, однако их ждал холодный прием. Несмотря на это 1 марта 1845 года Тайлер одобрил все необходимые законы и отправил в Техас дипломатическую ноту, предлагавшую войти в состав Штатов. Решение этого вопроса, так и не решенного при Тайлере, перешло к его преемнику - Джеймсу Полку. Покинув свой пост, Тайлер продолжил заниматься политикой в своем родном штате. Впоследствии, когда неизбежность гражданской войны 1861 года стала очевидной, он безуспешно пытался вмешаться и посодействовать ее предотвращению. Тогда он примкнул к Конфедерации и даже выиграл выборы в Конгресс, однако скончался до того, как успел вступить на свой новый пост.
  
   Генерал Закари Тейлор.
   Генерал Тейлор (1784-1850гг.) - родился в 1784 году в Вирджинии, однако его детство прошло в штате Кентукки. Он отличился в войне 1812 года, принимал участие в войнах с индейцами-семиолами в 1830х гг.; за храбрость он получил прозвище "Старый Сорвиголова". 62-летний бригадный генерал Тейлор получил от президента Полка приказ выдвинуться со своей армией (3500 человек) в Техас для обеспечения безопасности нового американского штата. С нарастанием напряженности в американо-мексиканских отношениях, Тейлор получил приказ основать неподалеку от устья Рио-Браво военный форт. В результате боев, начавшихся в конце апреля и начале мая, Тейлор получил повышение и стал генералом дивизии. Он следовал за мексиканскими войсками до Монтеррея, Мехико.
   С отказом Мексики капитулировать, Полк отдал Тейлору приказ занять позиции на севере Мексики, в то время как генерал Скотт заберет большую часть его армии и, с пополнением еще в 10 тысяч человек, будет, высадившись в Веракрусе, брать Мехико. Под командованием Тейлора осталась армия менее чем в 5 тысяч человек, укомплектованная, в основном, необстрелянными добровольцами. Этим солдатами предстояло выдержать натиск 20-титысячной армии Санта-Аны, чудом закончившийся в пользу американцев. Эта победа вознесла генерала на вершину национальной славы: благодаря этому в 1848 году, после войны, он сделал свои первые шаги в политике.
   Заняв президентский пост, Тейлор столкнулся с проблемой распространения рабства на отнятые у Мексики земли. Суровую военную службу сменили стычки с Конгрессом. В 1850 году Тейлора не стало.
  
   Коммодор Давид Коннер.
   Коннер родился в 1792 году в Харрисбурге (шт. Пенсильвания). Свою военную карьеру он начал в 17 лет. Во время войны 1812 года он нес службу на американском корабле "Орнет", где проявил незаурядные лидерские качества и впоследствии был награжден за отвагу. В течение последующих тридцати лет он занимал различные посты как в США, так и за рубежом; был командиром на Средиземном море, в Атлантике, а также принимал участие в морских советах.
   Когда разразилась война (1846г.), под командованием Коннера была национальная американская эскадра, в состав которой вошли все военные корабли США Мексиканского залива и Кариб. Когда армия Тейлора передислоцировалась в Техас и, затем, к Рио-Браво, Коннер оказывал ей поддержку высадкой своих моряков в качестве подкрепления в Пунта Исабель (Техас).
   В том же 1846 году Коннер возглавил два экспедиционных корпуса в Альварадо - главную морскую базу Мексики, но безрезультатно. Так или иначе, главным достижением Коннера является высадка в 1847 году в Веракрусе 8500 человек боевого состава, прошедшая без потерь, для помощи оккупировавшему центральную зону Мексики Скотту.
   В том же самом году Коннер передал командование эскадрой коммодору Пери и вернулся в Штаты, где принял командование корабельной верфью Филадельфии. Этот пост он занимал до самой смерти в 1856 году.
  
   Джон Слайделл. Уполномоченный по делам мира.
   До начала войны Слайделл исполнял в Мексике функции доверенного лица. Уроженец Нью-Йорка, после войны 1812 года Слайделл перебрался на юг, в Новый Орлеан, где успешно занялся карьерой. В 1842 году он попадал в Конгресс и стал одним из ближайших сторонников Джеймса Н. Полка.
   Благодаря связям, на Слайделла - специального корреспондента и полномочного посла - была возложена ответственность за ведение переговоров о заключении пакта с Мексикой. В его ведение была передана задача оговорить перемещение границы с США к Рио-Браво в обмен на списание мексиканского долга. Помимо этого Слайделл должен был постараться выторговать Калифорнию за 25 миллионов долларов.
   Слайделл потерпел сокрушительное фиаско. Это заставило его написать президенту, намекая на то, что демонстрация военной силы против Мексики заставит одуматься последнюю. На основании этого генерал Тейлор получил приказ выдвинуться к Рио-Браво. Слайделл пребывал в Мексике до марта, однако когда неизбежность войны стала очевидной, вернулся в Штаты.
   По окончании войны Слайделл стал одним из выдающихся луизианских политиков. Когда Луизиана вышла из состава Штатов (1861г.) и примкнула к Конфедерации южных штатов, Слайделл исполнял обязанности министра во Франции. Он остался в Европе до самой смерти в 1871г.
  
   Капитан Джон Чарльз Фремонт.
   На долю Джона Фремонта выпало стать одним из первых исследователей западных земель Штатов в 1830-1840х гг. Он родился в Саванне (шт. Джорджия) в 1813 году. В 1838 году он поступил в Топографический инженерный корпус США, где приобрел национальную славу благодаря своим сообщениям о западных территориях страны. В начале 1846 года капитан Фремонт в составе маленькой картографической экспедиции отправляется на границу с мексиканской Калифорнией.
   Случайно или намеренно - Фремонт вскоре стал участником местной политической интриги. После нескольких ссор с крестьянами он встретился с иммигрантами, рассчитывавшими, что Калифорния, избрав "техасский" вариант развития событий, войдет в состав Штатов. В июне 1846 года эти агитаторы провозгласили Калифорнию Республикой; Фремонт объявил себя командующим. Под его руководством поднявшие мятеж реализовали кампанию по подавлению мексиканского сопротивления. Прибытие коммодора Слоата и морского отряда лишь подлило масла в огонь и, к концу лета, вся Калифорния оказалась в руках США.
   Так, Фремонт объявил себя губернатором присвоенной провинции. Прибытие бригадного генерала Керни спровоцировало между ними стычку, закончившуюся тем, что генерал предал Фремонта в руки военного совета. Слушанье дела принесло Фремонту известность, однако он в знак протеста отказался от звания офицера американской армии.
   После войны с Мексикой Фремонт стал сенатором от штата Калифорнии и в 1856 году выдвинул свою кандидатуру на пост президента от республиканской партии. Во время Гражданской войны он служил в армии на стороне Союза, а позже стал губернатором Аризоны. Фремонт, ставший одной из самых известных личностей XIX века, умер в 1890 году в Нью-Йорке.
  
   Полковник Стивен Уоттс Керни.
   Родился в 1794 году в Нью-Джерси. Участвовал в войне 1812 года, после которой нес службу на границе. В 1846 году исполнял функции полковника, под командованием которого находился 1-ый кавалерийский полк США. С началом войны с Мексикой, Керни получил повышение в звании до бригадного генерала, а также приказ сформировать армию добровольцев и захватить мексиканскую провинцию Нуэво Мехико.
   Кампания была молниеносной и обошлась без кровопролитий. 18 августа 1846 года Санта-Фэ пал, вскоре после этого было установлено местное правительство, что положило конец претензиям техасских чиновников на эту провинцию. Затем Керни направил главные силы своей армии к Рио-Браво, после чего в Калифорнию. Полагая, что организованное сопротивление прекратилось, он отослал большую часть своих войск и прибыл в окрестности Лос-Анджелеса как раз тогда, когда надо было подавить бунт против власти Штатов на этой территории. Во время победы мексиканцев у Сан-Паскуаля (шт. Калифорния) Керни получил легкое ранение, однако в середине января 1847 территория была отбита американцами.
   Установив мир, Керни отдал капитану Фремонту приказ о передаче командования Калифорнией, что привело к ссоре и последующему суду над Фремонтом, после чего последний покинул армию. Керни же исполнял функции военного губернатора до лета 1847 года. Тогда он вернулся в Вашингтон, где его торжественно провозгласили покорителем Калифорнии. Помимо этого ему присвоили звание генерала дивизии и уполномочили командовать гарнизоном в Веракрусе. Пребывание на этих землях закончилось для генерала малярией, в 1848 году он возвращается в США и умирает в Сент-Луисе.
  
   Коммодор Джон Слоат.
   На начало войны с Мексикой коммодор Джон Дрейк Слоат (потомок знаменитого Френсиса Дрейка) был командующим Тихоокеанской эскадрой США. Он появился на свет в 1781 году в Слоатсбурге (шт. Нью-Йорк). С 1800 года служил на флоте; во время войны 1812 года нес службу на корабле "Юнайтед Стейтс" (U.S.S. "United States"). Ему выпало бороться с пиратами и работорговцами в Карибском и Средиземном морях в период службы на американских кораблях "Грампус", "Франклин", "Вашингтон" и "Св. Луис". До получения приказа возглавить Тихоокеанскую флотилию он командовал морской корабельной верфью Портсмута.
   В преддверии войны с Мексикой Слоат получил приказ захватить Калифорнию как только война будет объявлена. Задержка известий привела к тому, что Слоат начал действовать, оказывая поддержку капитану Фремонту, лишь в июле 1846 года. После того, как морские силы под командованием Слоата покинули Монтеррей (Калифорния), они систематично захватили ряд городов, расположенных у залива Сан-Франциско.
   Президент Полк объявил Слоата военным губернатором захваченной провинции, однако по истечении месяца с момента вступления в должность годы военной службы дали о себе знать, и Слоат передал свои полномочия Роберту Стоктону, недавно прибывшему коммодору. Сам он возвратился домой, дабы поправить свое здоровье. В 1847 году он принял на себя командование Норфолкской корабельной верфью и, за время гражданской войны, находился на нескольких административных постах, уйдя в отставку в звании контр-адмирала. Слоат умер в 1867 году в Нью-Брайтоне (шт. Нью-Йорк).
  
   Генерал Уинфилд Скотт.
   Уинфилд Скотт - один из самых выдающихся американских военных своего времени. Он родился в 1786 году в Виргинии. В 1808 году получил звание капитана легкой артиллерии с назначением в Новый Орлеан. Во время войны 1812 года Скотт получил распределение на границу, где неоднократно проявил себя в бою. В конце войны он приобрел известность благодаря порядку в своих войсках и организации службы, а также получил почетное звание генерала дивизии и золотую медаль Конгресса.
   В последующие десятилетия Скотт участвовал в индейских войнах на юго-востоке, помимо этого он также написал учебник о военном образовании. В 1841 году Джон Тайлер, действовавший тогда президент, присвоил ему должность командующего ВС США. Будучи вигом, он не скрывал своей оппозиции "мексиканским" взглядам вновь избранного президента Полка (факт, лишивший его возможности командовать на основном фронте грядущей войны). Когда войска Тейлора оказались в сложной ситуации в Монтеррее, Скотт предложил дерзкий план, заключавшийся в высадке армии в Веракрусе и последующем марше на Мехико. Этот план был неохотно принят президентом, однако война была выиграна во многом благодаря этой кампании, получившей впоследствии широкую известность.
   Успехи на полях сражений не отразились на политической карьере генерала, в отличие от двоих из его подчиненных - Закари Тейлора и Франклина Пирса, использовавших свою "военную" репутацию для того, чтобы занять Белый дом. Так или иначе, военный секретарь Джефферсон Дэвис, герой войны 1846-1848гг., присвоил в 1857 году Скотту почетное звание генерал-лейтенанта.
   Последняя услуга, оказанная генералом своей стране, пришлась на 1861 год, год создания им т.н. плана "Анаконда", благодаря которому аболиционистам удалось взять верх над южными штатами. В конце 1862 года генерал покинул свой пост и удалился в Вест-Пойнт, где и скончался в 1866 году.
  
   Николас Трист
   Трист - представитель аристократической семьи, родившийся в 1800 году в Виргинии, однако вырос он в Луизиане. В родной штат он возвратился позже, дабы заниматься правом. Трист, человек с безупречной репутацией, женился на внучке Томаса Джефферсона (3-ий президент США). Свою карьеру в правительстве он начал в 1828 году, заняв пост служащего Государственного департамента, а затем стал личным секретарем Эндрю Джексона. В 1833 году он отправился на Кубу в качестве консула США, на этом посту он пробыл в течение последующих восьми лет. В 1845 году Полк назначил Триста на должность руководителя аппарата сотрудников Государственного департамента.
   Джеймс Бьюкенен, бывший в ту пору государственным секретарем, убедил Полка отправить Триста в Мексику, где последний бы вел переговоры об окончании войны. В апреле 1847 года Трист с рвением приступил к исполнению своих новых обязанностей. Сложности, ожидавшие его на этом пути, свели его с Уинфилдом Скоттом. Полк, в открытую критиковавший генерала, был убежден, что дружеские отношения с ним своего уполномоченного станут причиной срыва его дипломатических планов - это стоило Тристу должности, от которой он был освобожден в октябре. Уроженец Виргинии был немало расстроен таким поворотом событий и, вопреки всему, отказался покинуть Мексику, более того, он продолжил ведение переговоров. 2 февраля 1848 года Трист закончил работу над договором Гуадалупе-Идальго. Полк, взбешенный его неподчинением, тем не менее, не мог не принять документ, учитывая грамотность его составления, однако он все же не рассчитал Триста, который так и не получил плату за весь прошедший с октября период.
   Фактически без денег, Трист, к тому же, ославленный этой историей, вернулся домой. Последующие двадцать два года он исполнял конторские обязанности, связанные с железными дорогами Филадельфии, Уилмингтона и Балтимора. В 1870 году он получает должность начальника почты в Александрии (шт. Виргиния). Деньги, которые Трист не получил за свое пребывания в Мексике, ему все же вернули. Скончался на своем посту в 1874 году.
   Трист - один из тех главных участников первой грандиозной американской авантюры, прошедший за пределами Штатов, о которых ныне мало кто помнит.
  
   Абрахам Линкольн. 16-й президент США.
   Линкольн родился в 1809 году в Кентукки. Детство его прошло в Индиане, где он рос, выполняя обязанности фермера. В 1830 году он переехал в Нуэво Салем (шт. Иллинойс), где изучал право и, в 1834 году, после непродолжительного периода службы (и участия в индейской войне "Черных соколов") начал свою политическую карьеру.
   Во время войны с Мексикой Линкольн был одним из новых участников Конгресса от иллинойской партии вигов. Позднее он превратился в красноречивого критика президента Полка и его военной политики.
   Внимание публики было приковано к Линкольну в 1847 году после его избрания в Конгресс. Надеясь прославиться, он бросил действовавшему президенту вызов, требуя от него доказательств роли агрессора Мексики и конкретного места этой агрессии, помимо этого Линкольн доказывал абсолютную ненужность этой войны. Воззвание Линкольна, произнесенное им в январе 1848 года, прославило его как отважного и амбициозного человека, лишенного, однако, в некоторой степени, здравого смысла, благодаря чему он проиграл следующие выборы и вернулся к адвокатской практике.
   Благодаря разногласиям политических фракций, Линкольн выходит из небытия в 1850-х гг. Участие в дебатах и грамотно выстроенные речи привлекают к нему внимание целой нации. Так, в 1860 году он становится первым президентом-республиканцем в истории Штатов. Линкольн, руководивший нацией в течение Гражданской войны, был убит, будучи у кормила власти в 1865 году, незадолго до окончания этого конфликта.
  
   Улисс Симпсон Грант. 18-ый президент США.
   Младший офицер 4-го пехотного полка во время войны с Мексикой, Улисс Грант родился в 1822 году в Огайо, в 1842 закончил Вест-Пойнт. Война произвела на него неизгладимое впечатление. По мере того, как напряжение между странами нарастало, Грант и его полк, входившие в состав армии Тейлора, приняли участие в сражениях у Пало-Альто и Ресака-де-ла-Пальма. В этих сражениях Грант научился не бояться боя и понял всю важность выбора правильной стратегии и бесперебойного снабжения. Далее он и его полк вошли в состав армии Скотта, с которой прошли весь путь до Мехико, где Грант отличился в сражениях за Молино-дель-Рей и Чапультепек.
   После войны Грант продолжал нести службу и выполнил несколько служебных поездок в окрестности Великих Озер. В 1853 году он был отправлен в Калифорнию. Тоска по родным местам и чрезмерное увлечение алкоголем стали причиной того, что годом спустя он оставил службу.
   Гражданская война создала все условия для возвращения Гранта, обладавшего организаторскими способностями, бывшего бесстрашным солдатом и, к тому же, грамотным стратегом. Он сделал головокружительную военную карьеру, в конце концов, возглавил всю армию Штатов. Благодаря Гранту, командующему армии, войска Роберта Ли сложили оружие во дворце юстиции (Аппоматокс, шт. Виргиния, 1865г.) До того, как исполнять формальности, генералы (Ли и Грант) вспоминали события Мексиканской войны. По окончании Гражданской войны Грант был избран президентом и перебрался в Белый дом, исполняя обязанности президента с 1868 по 1876 годы. Умер в 1885.
  
   Джеймс Боуи
   Джеймс Боуи (1796-1836) - сторонник колонизации и страстный охотник, земельный спекулянт и солдат по совместительству - яркий типаж искателя приключений, живший на американо-мексиканской границе. Один из самых знаменитых уроженцев Техаса. Родился в Кентукки. В 1800 году его семья переехала в Миссури (когда штат еще находился под властью испанцев), а на следующий год - в Луизиану. Повзрослев, Боуи вместе со своими братьями стал заниматься контрабандой рабов с Кариб. Помимо этого он приобрел славу человека, часто решавшего вопросы при помощи ножа, которым отлично владел. В конце 1820х годов при помощи финансистов Натчеса (шт. Миссисипи) он начал заниматься земельной спекуляцией.
   Это занятие привело Боуи в Техас в 1830г. Сойдясь с "сильными мира сего" в Сан-Антонио, он - в поиске собственной выгоды - начал работать над законом о мексиканской иммиграции: на этом поприще ему удалось добиться концессии тысяч километров на весьма подозрительных условиях. В 1831 году его женой становится Урсула Вараменди - дочь одного из местных жителей. Сам Боуи, почти не появлявшийся дома, провел весь последующий год в поездках в Натчес - куда его приводили деловые интересы или поиск новых средств обогащения. В 1832 году его привлек конфликт в Накогдочесе (шт. Техас), а годом позже он уже сражался в Мексике на стороне Монкловы (шт. Коауаила) против войск города Салтильо. Пришедшее к власти правительство в награду потворствовало ему в заключении выгодных сделок с землей. Однако в 1835 году белая полоса в жизни Боуи завершилась: большая часть земельных спекуляций стала преследоваться со стороны Санта-Аны.
   Как и следовало ожидать, Боуи стал одним из ярых приверженцев независимости Техаса. Осенью 1835 года он возглавлял техасские войска в нескольких столкновениях с мексиканцами. Будучи лидером по натуре, он получил звание подполковника и принял активное участие в разработке военных планов техасцев. В начале 1836 года Боуи вернулся в Сан-Антонио, где принял решение (идущее вразрез с планами "власть имущих") укреплять и отстаивать гарнизон Аламо, при защите которого и погиб 6 марта 1836 года.
  
   МЕКСИКА
  
   Эрнан Кортес
   Эрнан Кортес, завоеватель Мексики, родился в 1485 году в Медельине (Испания). Он отправился покорять Новый Свет в 1511 году, собираясь принять участие в завоевании Кубы. После трех лет бездействия, страстно желающий найти свое место в истории, Кортес возглавляет в 1518 году военную экспедицию, ставшую распространительницей многочисленных слухов о существовании невообразимо богатой индейской цивилизации - цивилизации "мексиков" или ацтеков.
   В 1521 году упомянутая цивилизация пала к ногам Кортеса, открыв, тем самым, путь к новым победам, от стратегической базы Веракруса до индейской столицы Теночтитлана, переименованного в Мехико.
   Эта кампания принесла испанской империи огромные территории - со всем, что на них находилось. В результате этого Кортес приобрел богатство и известность, к которым он так стремился. Несмотря на многочисленные взлеты и падения, связанные с перипетиями в мадридских кулуарах, Кортес вошел в историю как знаменитый генерал. Он скончался в 1545 году.
   ***
   Гарвардский историк XIX века, Уильям Хиклинг Прескотт, вернулся к этой эпопее и осветил ее для широкой американской публике в своей работе "История завоевания Мексики", опубликованной в 1843 году. По Прескотту, Кортес предстает перед читателями великим завоевателем, проводником прогресса и христианства, которому противостоят язычество и отсталость. Когда война с Мексикой стала неизбежной, многие узрели в этом повторение кортесовского похода. На момент высадки Уинфилда Скотта в 1847 году в Веракрусе, у многих из его офицеров был с собой томик с историей Прескотта. Повторяя путь вглубь страны, проторенный Кортесом тремя веками ранее, этим офицерам, вновь бравшим мексиканскую столицу, пришлось вписать в историю новую - собственную - страницу.
  
   Мигель Идальго-и-Костилья
   Мигель Идальго-и-Костилья родился в мае 1753 года в Гуанахуато. В 1779 году он принял сан и позже стал приходским священником в селении Долорес. В течение последующих двадцати пяти лет он исполнял соответствующие обязанности и, параллельно, изучал тексты политического толка.
   В 1808 году Идальго встал во главе секретного движения за независимость, истоком которого были литературные встречи, на которых обсуждались идеи политических свобод и национального самоопределения. В 1810г. возглавил мексиканское движение за независимость, за которым цепной реакцией последовал "взрыв политических страстей", сотрясавших Мехико в течение десятилетий после обретения ей свободы. Когда местные власти мобилизовались для его ареста, Идальго объединился со своими последователями и прихожанами и обратился к народу с призывом, вошедшим в историю как "Клич Долорес" (16 сентября 1810г.). За короткий срок была собрана армия повстанцев, всколыхнувшая всю центральную часть Мексики. Практически одновременно поднялись расовые проблемы и, изначально альтруистическая революция приобрела характер кровавой и чрезмерной.
   Силы Идальго были атакованы испанцами у Мехико; это положило конец продолжавшейся недолго резне. За девять недель королевские войска сокрушили мексиканских повстанцев. Сам же Идальго отправился в бега; он направлялся к северной границе, надеясь скрыться в Штатах и организовать на их территории контрудар по испанцам. Однако он был схвачен и - в соответствии с решением церкви - лишен неприкосновенности, положенной его сану.
   Идальго был расстрелян в Чиуауа летом 1811 года, однако силы, которые он возглавил, еще долго напоминали о своем существовании. В 1821 году Мексика добилась своей независимости.
  
   Генерал Антонио Лопес де Санта-Ана
   Антонио Лопес де Санта-Ана - возможно, одна из самых загадочных персоналий своего времени. В глазах многих - герой, защищавший сугубо мексиканские интересы; для других он амбициозный оппортунист, злоупотребления которого властью привели к невосполнимым потерям. Так или иначе, несмотря на множество мнений, Санта-Ана остается самой влиятельной фигурой периода американо-мексиканской войны.
   Уроженец города Халапы, Санта-Ана родился в 1794 году. Он последовал примеру своего отца, находившегося на испанской королевской службе, и пошел в армию. Еще молодым офицером он присоединился к политической борьбе в Мехико, будучи на стороне испанцев, однако в 1821 году поддержал мексиканское движение за независимость.
   Для последующих трех десятилетий были характерны смуты, внутренняя борьба и политические интриги. На фоне всеобщего насилия и неуверенности Санта-Ана представлял собой проницательного политика и главнокомандующего. Несколько раз он выступал в роли "спасителя" Мексики, пользуясь собственной военной властью и поддержкой своих сторонников в Веракрусе. Когда политический климат становился для него неблагоприятным, Санта-Ана попросту удалялся на некоторое время от общественных дел и, вдали от мирской суеты начинал подготавливать свое возвращение. Благодаря этой тактике он несколько раз становился президентом страны, однако зачастую его президентство приводило к неудачам, примером чего является провал военной операции в Техасе 1836 года.
   На начало войны с США Санта-Ана - из-за превратностей своей политической судьбы - находился на Кубе. Он понимал, что судьба предоставила ему еще один шанс - так, он вернулся на родину, подготовил переворот и, еще раз, провозгласил себя президентом и спасителем нации.
   Тем не менее, Санта-Ана вновь потерпел фиаско: успехи Штатов и поражение Мексики вновь вынудили его покинуть родину. На этот раз он отправился уже в Колумбию. В 1853 году он, вновь появившись на родине, в одиннадцатый раз встает во главе страны. В 1855 году был свергнут в результате народного восстания. В 1876 году он умирает, находясь в Мексике.
  
   Хосе Хоакин де Эррера
   Уроженец Халапы (род. в 1794г.). Пользовался репутацией умеренного националиста, "уравновешивавшего" самых отчаянных каудильо, стоявших у кормила Мексиканской республики в течение первых тридцати лет ее существования. В молодости нес службу в испанской армии, однако поддержал мексиканское движение за независимость. Эррера представлял собой одну из ключевых фигур новой республики и с течением времени стал министром армии и морского флота (1832-1834гг.). Он занимал различные посты в сменявших друг друга правительствах до 1844 года, лавируя в идеологической борьбе представителей разных политических течений (федералистов и централистов).
   С изгнанием Санта-Аны на Кубу, Эррера выиграл выборы на пост главнокомандующего армией; это как раз совпало по времени с "американским" кризисом. Все его попытки избежать войны встретили негативную реакцию у сограждан. В результате государственного переворота, за которым стоял генерал Мариано Паредес-и-Арильяга, Эррера был свергнут. Новый диктатор не добился каких-либо успехов в отношении США и в Мексику снова вернулся Санта-Ана, которого, впрочем, также ожидало поражение. В результате, разгромленные и деморализованные мексиканцы обратились к Эррере, чтобы последний восстановил в стране порядок. Так, в 1848 году Эррера - по итогам голосования в Конгрессе - вновь приступает к исполнению своих былых обязанностей.
   С получением пятнадцати миллионов долларов, оговоренных условиями Договора Гуадалупе-Идальго, Эррера успешно подавляет восстания в Юкатане, Гуанахуато, Веракрусе (штаты), Мисантле (регион) и Уастеке (регион). Стабилизировав ситуацию, Эррера передал бразды правления своему преемнику - Мариано Аристе, выбранному в 1850 году. Эррера оставался видным политическим обозревателем до самой смерти в 1854 году.
  
   Хуан Альмонте
   Хуан Альмонте (род. в 1803г.) - генерал, политик и дипломат, действовавший во время одного из самых сложных для Мексики периодов. Поиск поддержки в борьбе за независимость привел Альмонте в Штаты; несколькими годами позже он возвращается в Новый Орлеан (бывший тогда на мексиканской территории) и становится студентом. Его знакомство с американским бытом, полученное образование, связи и несомненный талант - все это помогло ему исполнять военные и дипломатические задания в 1820-х годах. В 1834 году он вернулся в Техас и составил доклад о ситуации на этой территории и о возможных путях ее развития. В 1836 году он, будучи в составе армии Санта-Аны, попал в плен во время сражения у Сан-Хасинто.
   После репатриации в Мексику Альмонте получил звание бригадного генерала и продолжил блестящую политическую карьеру, исполняя функции военного секретаря в период с 1839 по 1841 год. В 1842 году он приступил к исполнению обязанностей посла в Штатах, чем и занимался вплоть до самой войны. С ее началом Альмонте возвращается на родину и выдвигает свою кандидатуру на президентских выборах, но безуспешно. Позднее он принимает участие в государственном перевороте против законно избранного президента Эрреры. В 1846 году он периодически исполнял обязанности военного секретаря и секретаря по делам сельского хозяйства при правительстве Мариано Паредеса-и-Арильяги. После падения режима Арильяги, Альмонте оставался не у дел в течение всей войны. С ее окончанием он вторично проигрывает президентские выборы, в которых его соперником вновь оказывается Эррера.
   Хуан Альмонте скончался в 1869 году.
  
   Мариано Паредес-и-Арильяга
   Паредес-и-Арильяга был одним из самых влиятельных мексиканских политических ловкачей начала XIX века. Родившийся в Мехико в 1797 году, он, тем не менее, был безоговорочным сторонником испанцев. Борьба за независимость Мексики не обошла его стороной: он находился на службе в испанской армии. С появлением новой, мексиканской, нации, Паредес становится сторонником монархии.
   Участник политической партии централистов, Паредес исполнял некоторые общественные функции, одновременно принимая участие во внутренней политической борьбе, в результате чего он получил звание бригадного генерала. В течение некоторого времени он также исполнял функции военного секретаря. Постепенно перед ним открылся путь в большую политику: в 1841 году он возглавил государственный переворот против действовавшего президента Анастасио Бустаманте, приведший на пост главы исполнительной власти Санта-Ану. Тремя годами позже конфликт между Паредесом и Санта-Аной привел последнего к изгнанию на Кубу. Тем временем напряженность в американо-мексиканских отношениях нарастала.
   На волне политического хаоса пост президента занял Хосе Эррера, искавший мирное решение проблем, с которыми столкнулась мексиканская нация. Однако в конце 1845 года он был свергнут в результате очередного переворота, во главе которого вновь стоял ставший на этот раз президентом Паредес. В свете надвигавшейся войны Паредес сделал ставку на дипломатию, помимо этого он рассчитывал на получение компенсации за Техас и вмешательство в эту игру европейских политиков. Однако он просчитался: в мае 1846 года американцы нанесли мексиканской армии ряд поражений. В августе последовал очередной военный переворот, за которым стоял Санта-Ана, в результате чего Паредес был свергнут.
   Пристанищем для беглого бывшего президента стала Европа, откуда он ненадолго вернулся в качестве критика договора Гуадалупе-Идальго. В 1849 году, после своего очередного пребывания в Европе, он вновь прибывает на родину, где - изнуренный физически и фактически без средств к существованию - умирает.
  
   Мариано Ариста
   Мариано Ариста - мексиканский солдат и патриот эпохи становления мексиканской государственности. Родился в 1802 году в Сан Луис Потоси (город на севере Мексики). Его военная карьера началась со службы в испанской армии, однако он выступил в поддержку независимости Мексики в 1821 году. Будучи в мексиканской армии, Ариста быстро пошел вверх по карьерной лестнице и в 1831 году стал бригадным генералом. Он активно поддерживал централистов, однако политические игры привели к его изгнанию в США.
   С объявлением в 1835 году Санта-Аны диктатором, Ариста возвращается в Мексику и поступает на службу новому правительству. Он продолжал исполнять различные обязанности и при последующих президентах. Наконец Ариста стал командующим военно-морским округом штата Тамаулипас. В 1839 году во время отражения войсками Аристы натиска французов в Веракрусе Ариста был арестован. Через некоторое время он удалился от общественной деятельности.
   В 1846 году Мариано Паредес, бывший на тот момент действовавшим президентом, вновь призвал генерала на службу. Ариста получил приказ возглавить Северную мексиканскую армию для того, чтобы противодействовать продвижению американцев через Техас. В апреле и мае им было проиграно несколько ожесточенных сражений с войсками генерала Тейлора, что положило начало хаосу в мексиканской армии, а также непосредственно самой войне. На этом закончилось и активное участие Аристы в войне.
   После войны со Штатами Ариста вернулся к общественной деятельности в качестве ярого бойца за проведение военных реформ, что принесло ему известность и, в конечном итоге, в 1851 году привело на пост президента. Попытка официального введения дисциплины в армейские ряды привела в 1853 году к мятежу офицеров и смещению его с должности. Подавленный произошедшим, Ариста убывает в Европу, где в 1855 году умирает.
  
  
   Мариано Гуадалупе Вальехо.
   На долю Мариано Гуадалупе Вальехо выпало действовать в безжалостном политическом климате тогда еще мексиканской Калифорнии, делая все возможное для улучшения жизни ее населения. Он родился в 1807 году в Монтеррее в семье землевладельцев и торговцев и быстро пошел вверх по лестнице военной карьеры. Вальехо пытался найти золотую середину между собственной убежденностью в том, что в составе Штатов Калифорния будет процветать, и чувством долга по отношению к родной стране. На самом деле в 1844 году он занял нейтральную по отношению к обеим странам позицию, полагая, что аннексия Калифорнии Штатами в любом случае неизбежна.
   В 1846 году американские захватчики завладели поместьем Вальехо в Сономе, сам же хозяин был заключен под стражу. С захватом Калифорнии американцами, Вальехо вернулся в свое поместье и возобновил свою коммерческую деятельность. С течением времени, Штаты частично компенсировали ему потери, понесенные им во время войны.
   Вальехо, будучи влиятельной персоной, был назначен американцами уполномоченным по делам индейцев Нижней Калифорнии. Помимо этого, он в 1849 году также работал и над конвенцией штата. Впоследствии он принимал активное участие в политике штата, однако оспаривание прав на его земли в Сономе привело к его фактическому разорению, уменьшив его поместье (располагавшееся на территории в тысячу квадратных километров) до одного километра. Позднее Вальехо удалился от общественной деятельности, задаваясь вопросом: было ли благоразумно поддерживать политику Штатов в отношении Калифорнии. В 1890 году Вальехо, ставшего символом финансового и политического краха, не стало.
  
   Валентин Гомес Фариас
   Одна из крупнейших политических фигур Мексики начала XIX века - Валентин Гомес Фариас - родился в 1781 году в Гуадалахаре (штат Халиско), получил медицинское образование и работал по этой специальности до 1820 года, параллельно читая французские материалы по политической теории.
   На волне националистических настроений, бушевавших в недавно обретшей независимость Мексике, Фариас присоединился к политике и - как участник Национального Конгресса - со временем перебрался в Мехико. До 1830 года он был главным представителем мексиканских либералов и, одновременно, радикальной группы левых либералов. В 1833 году, в разгар борьбы между централистами и федералистами Фариас занял пост временного президента. Воспользовавшись своим положением, он попытался реализовать свое видение решения стоявших перед Мексикой проблем: ослабление влияния военных и церкви. Все это привело к государственному перевороту уже в 1834 году, и Фариас отправился в двухлетнее изгнание.
   В 1846 году, перед началом неминуемой войны с США, Фариас возвращается в Мексику для того, чтобы принять участие в свержении Паредеса-и-Арильяги. Заняв пост временно исполняющего обязанности президента, он практически воплотил в жизнь радикальную либеральную доктрину и действовал решительно, укрепляя свою власть. Фариас рассчитывал, что, выиграв войну, его планы претворятся в жизнь окончательно. Причиной смещения его с должности в 1847 году консерваторами стало финансирование им войны.
   Фариас, чьи планы рассыпались наподобие карточного домика, скончался в Мехико в 1858г.
  
   Бенито Хуарес.
   Хуарес был мексиканским либералом и представлял собой одну из самых влиятельных фигур Мексики не только времен американо-мексиканской войны, но и всего XIX века в целом. Индеец-сапотек по происхождению, Хуарес родился в крестьянской семье в Оахаке (1806 год). К 1831 году он стал адвокатом и политиком-либералом, исполнявшим свои обязанности на уровне города и штата. С приходом к власти Валентина Фариаса (1846г.), Хуарес стал участником конгресса и поддержал либеральные реформы, цель которых заключалась в укреплении сил и подготовке мексиканцев к войне с США. Провал реформ привел к мятежу, устроенному консерваторами.
   В конце войны Хуарес стал губернатором Оахаки. Он активно выступал в пользу партизанской войны против американских захватчиков, был против договора Гуадалупе-Идальго и отказался предоставлять убежище Санта-Ане, когда правительство последнего пало. В 1853 году с возвращением этого диктатора Хуарес бежал в Новый Орлеан.
   Он вернулся в Мексику в 1855 году и два года спустя занял пост президента страны. В период с 1857 по 1872 год, Хуарес успешно боролся с оппонентами-консерваторами. Помимо этого он смог противостоять монархистам, в поддержку которых активно выступали французские интервенты, собиравшиеся возвести на престол императора Максимилиана I. Хуарес, ставший одним из самых громких мексиканских политиков XIX века, скончался в 1872 году в результате сердечного приступа, во время исполнения своих обязанностей.
  
   Порфирио Диас
   Во время американо-мексиканской войны Хосе де ла Крус Порфирио Диас Мори, которому на тот момент было лишь 16 лет от роду, служил в ополчении. Залогом его будущих политических успехов стала военная карьера, начатая в столь юном возрасте. Метис по происхождению, Диас родился в Оахаке в 1830 году. До того как уйти в армию, он некоторое время был послушником, который в перспективе должен был принять сан, но он принял решение вступить в армию, дабы внести свой вклад в борьбу с американцами. Однако за все время войны он так и не участвовал в каком-либо из сражений. Тем не менее, патриотический пыл Диаса не остался незамеченным - так он становится приближенным Хуареса.
   Под руководством Хуареса, Диас изучает право и сдает в 1853 году соответствующие экзамены. В 1855 году Диас принял участие в очередном свержении [Author ID1: at Sat Nov 3 16:23:00 2007 ]Санта-Аны. С возвращением Хуареса из изгнания и его прихода к власти, Диас становится одним из его самых верных сторонников, готовых в любой момент выступить в его поддержку.
   В 1862 году, во время французской интервенции, Диас возглавлял мексиканскую кавалерию, выигравшую 5 мая одно из сражений, за что ему было присвоено звание генерала. К окончанию интервенции он был дважды ранен, трижды чудом спасся от плена, к тому же, на его счету было девять побед над интервентами. Он стал национальным героем. Однако одновременно стали ухудшаться отношения с Хуаресом - бывшие друзья стали, в итоге, политическими соперниками.
   Диас занимал президентское кресло дважды: в 1877-1880 и 1884-1911гг. В 1911 году режим Диаса был свергнут. Сам диктатор - национальный герой периода становления Мексики и, одновременно, ее последний каудильо - будучи изгнанным, умер в 1915 году во Франции.
  
   "Манифест Предопределенной Судьбы". (http://cdl.library.cornell.edu/)
   "Американский народ, представляющий собой сплав из множества наций, и Декларация Независимости, базирующаяся всецело на великом принципе равенства - демонстрируют наше обособленное положение, которое касается любого другого современного народа и, одновременно, имеет мало общего с их историей и - еще меньше - с древностью и всем, что ее касается. Рождение нашей нации стало началом новой истории, формирования и прогресса доселе беспрецедентной политической системы, отделяющей нас от прошлого и устремленной в грядущее; принимая во внимание соблюдение прав человека как цель этой системы, мы можем с уверенностью заявить, что на нашу долю выпало быть величайшим народом будущего.
   Именно так предначертано нам, ибо принцип равенства, совершенный и универсальный, лежащий в основе нации, предопределяет ее судьбу. Он довлеет над всем происходящим в материальном мире и является основным "законом совести", естественным для каждого, с его предписаниями нравственности, которая определяет как долг человека по отношению к себе подобным, так и общечеловеческие права. К тому же, история любого народа являет множество доказательств тому, что его счастье, величие и жизнеспособность всегда были прямо пропорциональны демократической составляющей в системе его управления...
   Кто из истинных сторонников человеческой свободы, цивилизации и совершенствования способен бросить взгляд в прошлое - на монархии и аристократии древности, не оплакав сам факт их существования? Какой из филантропов не отшатнется с ужасом от прошлого, и будет спокойно созерцать иго, жестокость и несправедливость по отношению к роду человеческому, причиной которых стали они?
   Америка же предназначена для иного. Наша не имеющая себе равных слава заключается в том, что наше прошлое не запятнано полями брани, кроме тех, которые были во имя защиты человечности; мы не запятнали себя притеснением народов, прав совести и гражданских прав. В нашей истории нет кровавых бойней, в которых один народ ведом целью уничтожить другой народ; в нашей истории нет жертв и простофиль, одураченных императорами, королями, знатью - теми демонами в человеческом обличье, которых именуют героями. Напротив, мы знаем патриотов, защищающих наши дома и свободы, но никак не претендентов на корону или трон. Нам неизвестно, что значит быть ведомыми на поводу гибельной амбиции, наносящий урон нашим землям, мы не ведаем, что значит быть причиной распространяющегося повсюду разорения, мы не знаем и того, что значит верховная единоличная власть одного человека.
   Нас не интересует прошлое, разве что лишь с целью избежать того, что творилось ранее. Сфера наших интересов - будущее, неизведанное пространство, в которое мы входим, неся истину Господню в умах своих, исполненными благодатными помыслами и с чистой совестью, незапятнанной прошлым. Мы - нация всечеловеческого прогресса; так кто же способен бросить вызов нашему маршу? Никто - ибо Провидение с нами. Наша цель - истина, прописанная уже на первой странице Декларации, и мы возвещаем всем соотечественникам, что "врата ада", коими являются силы власть имущих, "никогда не одержат над нами победу".
   Безграничное будущее - вот эра американского величия. Облеченной властью над пространством и временем, нации наций предначертано объявить всему человечеству превосходство божественных принципов; воздвигнуть на всей земле благороднейший храм из всех, когда-либо воздвигавшихся во имя Самого Великого - Святости и Правды. Основой ему будет служить все полушарие, а кровлей - небесный свод, подпирающий небеса, паствой станет Союз множества Республик, включающий в себя сотни миллионов счастливых, поющих славу, свободных людей, над которыми лишь Сам Господь и законы равенства, братства, "мира и свободной воли"...
   Да, мы - нация прогресса, свободы личности и всемирных гражданских прав. Равенство прав - вот путеводная звезда нашего единства, великий пример равенства личностей; и, покуда правда сияет, мы не можем отступить назад. Мы должны идти прямо к исполнению своей миссии - совершенствования принципа нашей организации, свободы личности и совести, свободы и делах и торговле, универсальности свободы и равенства. В этом наше высокое предназначение, которое мы, следуя незыблемому закону причины и следствия, должны довести до конца. Установление на земле нравственного достоинства и спасение человека, непреложная истина и милосердие Божье - вот составляющие нашей будущей истории. Для сей благословенной миссии ко всем народам мира, насильно лишенным животворного света истины, была выбрана Америка, чей высокий пример нанесет смертельный удар тирании королей, иерархов и олигархов, и распространит благое известие о мире и доброй воле среди влачащих жалкое существование. И кто тогда усомнится в том, что нашей стране предначертано стать великой нацией будущего?"
   Оборона Чапультепека. Дети-Герои.
   Дети-герои. Именно под таким названием в историю Мексики вошли шестеро ребят-курсантов Военного училища в возрасте от 13 до 17 лет, героически погибших 13 сентября 1847 года во время обороны Чапультепека.
   Военное училище было основано в 1843 году благодаря генералу Хосе Мариано Монтеверде. Оно располагалось на территории старой крепости - месте, овеянном легендами. Сведения, сохранившиеся о погибших курсантах, очень обрывочны: дошедшие до наших дней документы хранятся в Исторических архивах Училища и Секретариата Министерства обороны страны. Данная информация расположена ниже в алфавитном порядке:
  
   1. Хуан де Ла Баррера. Родился в 1828 году в Мехико. Сын генерала Игнасио Марии де Ла Баррера и Хуаны Инсарруаги. С двенадцати лет был зачислен в мексиканскую армию - такая возможность выпадала лишь выходцам из семей военных. Во время беспорядков, вошедших в историю Мексики как "Политическое обновление", ребенок блестяще себя проявил, что стало причиной присвоения ему звания младшего лейтенанта 4-ой роты (1-я артиллерийская бригада). Это было в 1841 году. 16 ноября 1843 года он стал курсантом Училища "для того, чтобы стать по-настоящему образованным офицером" (так написал сам Баррера в своем прошении о поступлении). В 1847 году Баррера принял участие в строительстве фортификационных сооружений Чапультепека; в это же самое время он также был зачислен в саперный батальон в звании лейтенанта. Погиб, защищая одну из батарей, установленных в местном лесу, где соединялись дороги, ведущие к Чапультепеку и Такубайе (рабочий пригород Мехико).
  
   2. Хуан Эскутиа. Родился в Тепике (город на западе Мексики, административный центр штата Наярит). Точная дата рождения неизвестна (примерно 1828-1832гг.) Также ничего неизвестно и о его родителях. 8 сентября 1847 года он стал курсантом. Вся имевшаяся про него документация утеряна во время переноса архивов Училища, которое имело место уже после осады и захвата американцами. Скорее всего, он был младшим лейтенантом артиллерии. Его тело - так же, как и тело его сокурсника Франсиско Маркеса - было обнаружено на восточном склоне холма.
  
   3. Франсиско Маркес. Родился в 1834 году в Гуадалахаре (штат Халиско). После смерти отца его мать, Микаэла Паниагуа, вышла замуж за капитана кавалерии Франсиско Ортиса. 14 января 1847 года поступил в Училище. В документах осталась заметка, говорящая, что "труп Франсиско Маркеса был обнаружен на восточном склоне холма. Рядом с ним был и Хуан Эскутиа. Оба тела были изрешечены пулями". Маркес был самым младшим из погибших курсантов.
  
   4. Агустин Мельгар. Родился в Чиуауа. Год рождения также неизвестен: примерно 1828-1832гг. Сын подполковника Эстебана Мельгара и Марии де ла Лус Севилья. Известно, что его родители умерли очень рано, и ребенок остался на попечении своей старшей сестры, поручившейся за него во время его поступления в училище (4 ноября 1846 года). 4 мая 1847 года был исключен из училища по причине неявки на военный смотр. После повторного написания прошений о поступлении был восстановлен в качестве т.н. "дополнительного" курсанта (8 сентября 1847г.). В документах говорится: "Оставшись один, Мельгар попытался сдержать натиск американцев, спускавшихся с захваченного ими наблюдательного пункта по лестнице. Несмотря на полученные ранения, он вел огонь по противнику, пока его не покинули последние силы. Его - судя по всему еще живого - подобрали и положили на стол, стоявший в одной из комнат, находящихся рядом с этой лестницей. Так или иначе, тело Агустина Мельгара, благополучно оставленное в этой комнате, было обнаружено на полу лишь 15 сентября". Надо отметить, что Мельгар был не единственным "дополнительным" курсантом - вместе с ним этот статус был и у Хуана Эскутиа, Иларио Переса де Леона и Хосе Ариаса Кабальеро - единственного из этой четверки, кому повезло не получить ни царапины. Так, во время осады погибли Эскутиа и Мельгар, а де Леон потерял руку.
  
   5. Фернандо Монтес де Ока. Родился в городе Ацкапоцалько. Год рождения неизвестен (между 1828-1832гг.) Родители: Хосе Монтес де Ока и Хосефа Родригес. Рос без отца. Будучи очевидцем вторжения американцев, сознательно пошел "служить во славу оружия". В училище поступил 24 января 1847 года. Де Ока был одним из тех, кто, несмотря на рекомендацию генерала Монтеверде "покинуть училище и вернуться домой", добровольно остался защищать свою "альма матер". В документах осталась следующая запись: "Курсант Фернандо Монтес де Ока. Героически погиб 13 сентября 1847 года. Он оказался на крыше училища, которое на тот момент уже было захвачено американцами. Дабы знамя не досталось врагу, де Ока, закутавшись в него, бросился с крыши".
  
   6. Висенте Суарес Феррер. Уроженец города Пуэбла. Родился в 1833 году. Сын Мигеля Суареса - адъютанта кавалерии и Марии де ла Лус Ортеги. Поступил в училище 21 октября 1845 года. В соответствии с документом: "Героически погиб на посту часового 13 сентября 1847 года. Заметив наступление противника, застрелил одного из солдат и тяжело ранил штыком второго. Американцы, опешившие, увидев такого юного защитника, вступили с ним в схватку только после того, как он убил одного из них.
  
   Приведенная информация была собрана и опубликована в 1924 майором пехоты Альфонсо Монтенегро.
  
   11 ноября 1847 года в честь защитников Чапультепека была выпущена соответствующая медаль, которой были награждены:
   - Мариано Монтеверде, полковник (директор училища);
   - Мариано Ацпилкуэта, подполковник (его заместитель);
   - Фортунатто Сото, командир эскадрона (заведовал библиотекой училища);
   - Франсиско Хименес, капитан (преподаватель механики);
   - капитан Доминго Альварадо;
   - лейтенанты: Мануэль Алеман, Агустин Диас, Луис Диас, Фернандо Поусель, Хоакин Аргаис, Хосе Эспиноса, Агустин Песа и Хуан де ла Баррера (погибший 13 сентября);
   - младшие лейтенанты (курсанты): Мигель Поусель, Амадо Камачо и Пабло Карраско;
   - хирург Рафаэль Лусио;
   - майордом Рафаэль Ландеро;
   - младший сержант Теофило Новис;
   - капрал Хосе Куэльяр;
   - барабанщик Симон Альварес;
   - рядовые курсанты: Франсиско Молина, Мариано Кобаррубиас, Бартоломе Диас де Леон, Игнасио Молина, Андрес Мельядо (получивший ранение 13 сентября), Венсеслао Феррис, Антонио Сера, Хустино Гарсиа, Лоренсо Кастро, Франсиско Маркес (погибший 13 сентября), Агустин Камарена, Игнасио Ортис, Эстебан Самора, Фернандо Монтес де Ока (погиб 13 сентября), Мануэль Рамирес де Арельяно, Рамон Родригес, Карлос Бехарано, Агустин Ромеро (получивший ранение 13 сентября), Исидоро Эрнандес, Сантьяго Эрнандес, Игнасио Бургоа, Агустин Мельгар (погиб 13 сентбяря), Н. Эсконтриа, Хоакин Ромеро, Игнасио Валье, Антонио Сола, Франсиско Лесо, Себастиан Трехо, Луис Дельгадо, Руперто Перес де Леон, Кастило Галисиа, Фелисиано Контрерас, Франсиско Моралес, Мигель Мирамон, Сабино Монтес де Ока, Лусиано Бесерра, Адольфо Унда, Висенте Суарес (погиб 13 сентября), Мануэль Диас, Франсиско Морель, Висенте Эррера, Онофре Капело, Магдалено Ита и Эмилиано Лаурент.
  
   Данный список, составленный Мануэлем Аспилькуэтой, увидел свет в 16 октября 1848г. в "El Correo Nacional" - периодическом издании правительства Мексиканской республики. Из-за ошибки, допущенной составителем, который не принимал участия в штурме 13 сентября, либо по какой-то иной причине в список не попали Хуан Эскутиа (погибший во время штурма), Агустин Ромеро, Иларио Перес де Леон, потерявший во время боя руку, а также пополковник Томас Гарсиа Конде.
   23 декабря 1847 года для упомянутых защитников была учреждена специальная награда в виде креста, а 3 марта 1884 года было постановлено, что "Дети-Герои" будут упомянуты в списках Училища как "Павшие в защиту Родины". Это постановление было ратифицировано лишь 31 июля 1926 года.
   Сотню лет спустя, 25 марта 1947 года, в Чапультепекском лесу в результате поисков, осуществлявшихся по приказу генерала Гильберто Лимона, личный состав Секретариата Национальной обороны обнаружил останки малолетних героев. 9 сентября 1947 года, в соответствии с декретом Конгресса, было официально заявлено, что эти тела принадлежат известным в народе "Детям-Героям Чапультепека". Их останки, помещенные в хрустальные урны, находились в Военном училище до 27 сентября 1952 года - дня, когда их торжественно перенесли к памятнику, воздвигнутому архитектором Энрике Эчегараем и скульптором Эрнесто Тамарисом.
  
   (Источник: Мексиканская энциклопедия (3-е изд), 9 том, 1978, стр. 390-393. / Enciclopedia de MИxico, Tomo 9, Tercera EdiciСn, MИxico D.F. 1978. PАginas: 390 - 393.)
  
   Административное деление Мексики.

Номер

Штат

Столица

Площадь, км«

   0
   Федеральный округ
   Мехико
   1547
   1
   Агуаскальентес (Aguascalientes)
   Агуаскальентес (Aguascalientes)
   5197
   2
   Веракрус (Veracruz)
   Халапа (Jalapa)
   71735
   3
   Герреро (Guerrero)
   Чильпансинго (Chilpancingo de los Bravo)
   64586
   4
   Гуанахуато (Guanajuato)
   Гуанахуато (Guanajuato)
   30768
   5
   Дуранго (Durango)
   Виктория-де-Дуранго (Durango)
   121776
   6
   Идальго (Hidalgo)
   Пачука (Pachuca)
   20502
   7
   Кампече (Campeche)
   Кампече (Campeche)
   56798
   8
   Керетаро (QuerИtaro)
   Керетаро (QuerИtaro)
   11978
   9
   Кинтана-Роо (Quintana Roo)
   Четумаль (Chetumal)
   39376
   10
   Коауила (Coahuila)
   Сальтильо (Saltillo)
   149511
   11
   Колима (Colima)
   Колима (Colima)
   5433
   12
   Мехико (штат) (MИxico)
   Толука (Toluca)
   21196
   13
   Мичоакан (MichoacАn)
   Морелия (Morelia)
   58200
   14
   Морелос (Morelos)
   Куэрнавака (Cuernavaca)
   4968
   15
   Наярит (Nayarit)
   Тепик (Tepic)
   26908
   16
   Нижняя Калифорния (Baja California)
   Мехикали (Mexicali)
   71576
   17
   Нижняя Калифорния Южная (Baja California Sur)
   Ла-Пас (La Paz)
   71428
   18
   Нуэво-Леон (Nuevo LeСn)
   Монтеррей (Monterrey)
   64210
   19
   Оахака (Oaxaca)
   Оахака (Oaxaca)
   93136
   20
   Пуэбла (Puebla)
   Пуэбла (Puebla)
   33995
   21
   Сакатекас (Zacatecas)
   Сакатекас (Zacatecas)
   73103
   22
   Сан-Луис-Потоси (San Luis PotosМ)
   Сан-Луис-Потоси (San Luis PotosМ)
   63038
   23
   Синалоа (Sinaloa)
   Кульякан (CuliacАn)
   56496
   24
   Сонора (Sonora)
   Эрмосильо (Hermosillo)
   180833
   25
   Табаско (Tabasco)
   Вилья-Эрмоса (Villahermosa)
   24578
   26
   Тамаулипас (Tamaulipas)
   Сьюдад-Виктория (Ciudad Victoria)
   78932
   27
   Тласкала (Tlaxcala)
   Тласкала (Tlaxcala)
   4037
   28
   Халиско (Jalisco)
   Гвадалахара (Guadalajara)
   78389
   29
   Чиуауа (Chihuahua)
   Чиуауа (Chihuahua)
   3047,8
   30
   Чьяпас (Chiapas)
   Тустла-Гутьеррес (Tuxtla GutiИrrez)
   73724
   31
   Юкатан (YucatАn)
   Мерида (MИrida)
   43257
  

Оценка: 8.42*20  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.
По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2018