ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Каменев Анатолий Иванович
Офицер

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Мудрец Гете считал, что "прошедшее еще предстоит". И как бы ни складывались судьбы нашей России, нашей армии, один из главных уроков минувших этапов их многострадальной истории звучит так: "Береќгите командира!" Это было важно вчера, это нужно сегодня, это будет жизќненно необходимо завтра...


  
  
  

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА

(из библиотеки профессора Анатолия Каменева)

   0x01 graphic
   Сохранить,
   дабы приумножить военную мудрость
   "Бездна неизреченного"...
  
   Мое кредо:
   http://militera.lib.ru/science/kamenev3/index.html
  
  

А. Савинкин

БЕРЕГИТЕ ОФИЦЕРА!

(фрагмент из статьи)

  
   На военно-служилом сословии, на его подвижничестве всегда дер­жались Россия, Армия, Флот...
  
   Офицерство было не только душой военной организации, но и "несущей конструкцией" государства, его главной охранительной и творческой силой, двигающей военное дело по пути прогресса. И хотя офицерские оклады часто не соответство­вали характеру ратного труда, государство стремилось компенсиро­вать недополученное вознаграждение в виде имений, земли, дворянс­кого звания, почестей. Но забвение всего этого со стороны общества ("народа") после Русско-японской войны, негативное отношение к армии, явились настоящим оскорблением, которое офицерство никог­да уже не смогло забыть.
  
   А. Редигер:
  
   "Материальное положение офицеров всегда было плохим; если, тем не менее, военная служба привлекала многих, то это в значительной степени объяснялось почетом, которым пользовались офицеры не только в войсках, но и в обществе, теперь же и этот почет был утрачен, и офицерский мун­дир стал мишенью для всяких нападок. Весьма многие шли в офицеры, глав­ным образом, потому, что подготовка к офицерскому званию требовала мини­мальных расходов, и получив это звание, старались при первой возможности перейти на другую, более выгодную службу, казенную или частную, или, по крайней мере, устроиться на военной же службе, но вне строя. Корпус офице­ров в строевых частях поэтому представлял собою "бочку Данаид" с гро­мадной течью, с трудом пополняемую выпускниками из военно-учебных за­ведений. Теперь же эта утечка офицеров, составляющих душу армии, еще усилилась, и некомплект офицеров принял тревожные размеры" (Редигер А. История моей жизни. Т. 1. - С. 77).
  
   Офицер утрачивал внимание, на которое имел бесспорное право.
   Кадровое офицерство -- "надежнейшая из ценностей" -- легкомыс­ленно было растрачено (до 75%) уже в первые 10-12 месяцев Мировой войны.
  
   Лишившись наиболее верной части командного со­става, мы потеряли армию.
   "Его уже не мог заменить тот суррогат, зачастую буквально безграмотного прапорщика, который наскоро фаб­риковался во время войны"
   (См.: Мариюшкин А.Л. Помни войну //Философия войны. - С. 120. См. также: Чернавин В.В. К вопросу об офицерском составе старой русской армии к концу ее существования. Публикации И.В. Образцова // Военно-исторический журнал. - 1999. - N 6. - С. 29-33).
  
   И часто в "опустевших окопах маячи­ли одинокие фигуры в офицерских погонах -- последние птенцы гнезда Петрова оставались на посту, зная, что разводящим здесь мо­жет быть только Смерть.
  
   Россия не сберегла своих офицеров...
   Об­манутые общественностью военачальники сыграли роль позорную и жалкую... Их непростительной ошибкой было то, что они слишком стали считать себя "общественными деятелями" и недостаточно по­мнили, что они -- прежде всего присягнувшие царю офицеры" (Керсновский А.А. История Русской Армии. - М.: Воениздат, 1999. - С. 760-761).
  
   Максимум, что сознавалось: надо "спасти армию", сохранить ее, убе­речь офицерство, без которого Россия погибнет.
   Именно этот лейтмо­тив прозвучал в выступлениях генералов Михаила Васильевича Алексеева (1857-1918) и Антона Ивановича Деникина (1872-1947) на первом офицерском съезде в Могилеве в мае 1917 года.
  
   А. Деникин:
  
   "Проживши с Вами три года войны одной жизнью, одной мыслью, деливши с Вами яркую радость победы и жгучую боль отступления, я имею право бросить тем господам, которые плюнули нам в душу, которые с первых же дней революции совершили свое Каиново дело над офицерским корпусом...
   И я имею право бросить им: Вы лжете!
   Русский офицер никогда не был ни наемником, ни опричником. Забитый, загнанный, обездоленный не менее, чем вы, условиями старого режима, влача полунищенское существование, наш армейский офицер сквозь бедную трудовую жизнь свою донес, однако, до Отечественной войны -- как яркий светильник -- жажду подвига.
   Подвига -- для счастья Родины. Пусть же сквозь эти стены услышат мой призыв и строители новой государственной жизни: Берегите офицера! Ибо от века и доныне он стоит верно и бессменно на страже русской государственности, сменить его может только смерть!" (См.: Деникин А.И. Очерки русской смуты. Крушение власти и армии. Фев­раль-сентябрь 1917. Репринтное воспроизведение. - М.: Наука, 1991. - С. 367-368)
  
   Справка А.К.
   Местничество в России и "американская Спарта" над Гудзоном   59k   "Фрагмент" Политика . Размещен: 02/06/2015, изменен: 02/06/2015. 60k. Статистика.
   Петр был потому Велик, что мыслил масштабно, творил гениально и поступал во благо своей Отчизне. Как никто другой он понимал, какова его роль и всегда старался в каждом новом деле показывать пример другим. ... Сегодня у нас есть "богатство ума снизу и малоумие сверху"... Информация к размышлению журналистов В.Салькова и А.Шитова
   Иллюстрации/приложения: 4 шт.
  
   С конца 1917 года служить и жить становилось невозможно.
   Ре­волюция и Гражданская война привели к упразднению, рассеиванию, истреблению значительной части офицерского корпуса.
  
   В соответ­ствии с "революционной целесообразностью" уже в начале этого разрушительного процесса различными декларациями и декретами новой власти упразднялись "чины, внешние отличия и титулования", "само различие названий офицера и солдата", "знаки отличия до бое­вых (Георгиевских крестов) включительно".
  
   "Армия Российской рес­публики отныне состоит из свободных и равных друг другу граждан, носящих почетное звание солдат революционной армии... С уничто­жением офицерского звания уничтожаются все отдельные офицер­ские организации", -- говорилось, в частности, в декрете СНК от 16 декабря 1917 года "Об уравнении в правах всех военнослужа­щих".
   Большего оскорбления для офицерства с его высшим назначе­нием, как отмена существовавших веками военных чинов, орденов, погон (а с ними вместе и окладов, и пенсий), нельзя было себе представить. С заслуженными кровью погонами не желали расставаться, что не­редко служило поводом для солдатских самосудов.
  
   Николай II, нахо­дясь под арестом в Тобольске, отмечал в дневнике: "Отрядный коми­тет стрелков постановил снять с нас погоны. Непостижимо... Этого свинства я им не забуду" (См.: Ганичев П.П. Воинские звания. - М.: ДОСААФ, 1989. - С. 28-34).
  
   Вся вина офицера заключалась только в том, что он защищал Оте­чество, пытался довести войну до победы, носил офицерскую форму, да в том, что законом был назвал словом "начальник".
   "Он все это себе мог "объяснить", мог объяснить даже изуверство толпы, в которую превратилась армия и, в частности, его рота, но он не мог не быть оскорбленным. Ведь его выставляли преступником, кровопийцей; его называли наемным убийцей... За что? Только за то, что в кровавой борьбе с внешним врагом он не забыл своего долга перед Родиной, за то, что верен был дисциплине".
   Горечь вопиющей несправедливости усиливалась "призывом" в новую армию, где бывшего офицера стали именовать специалистом и где "службу он должен был нести как повинность" (П. "Кадровые" офицеры в Красной армии //Военное Дело. - 1920. - N 14. -С. 418).
  
   Но и в оскорбленном состоянии бывшие офицеры продолжали работать на пользу Родины, создавать теорию будущих войн, военного дела.
   Благодаря их офицерским усилиям Советский Союз к 1930 году имел современные вооруженные силы, мощь которых признава­лась всеми вероятными противниками. Но действовать, даже в это относительно благоприятное время, приходилось в сложнейших пси­хологических условиях, под огнем постоянной критики и шельмова­ния.
  
   К примеру, каждая книга и статья А. Свечина, в конце XX века объявленного классиком и одним из ста выдающихся военных деяте­лей мира, в то время подвергались непрестанным нападкам.
   Самого автора (генерал-майора, комбрига) непотребно обзывали "контррево­люционером", "предателем", "сознательным вредителем", "реакцион­ным профессором", "апологетом царской армии", "метафизиком" и т.д.
   Во время первого ареста, в 1931 году, его "научное дело" подвер­гли разбору на специальном заседании Секции по изучению проблем войны Ленинградского отделения Коммунистической партии. Стено­грамма заседания была издана тиражом 10 тысяч экземпляров под на­званием "Против реакционных теорий на военно-научном фронте. Кри­тика стратегических и военно-исторических взглядов проф. Свечина" (См.: Российский военный сборник. Выпуск 15. Постижение военного искус­ства. Идейное наследие А. Свечина. - М.: Военный университет, Русский путь, 1999).
  
   "Пораженческие теории" были "изобличены", большевистская партийность на всех участках военной науки восторжествовала.
   В 1932 году можно было уже отрапортовать: "Марксистско-ленинский научный фронт имеет за истекший период немалые достиже­ния. Достаточно указать на тот факт, что за последние годы вскры­ты и в основном разоблачены контрреволюционные буржуазные теории в вопросах войны и военного дела Свечина, Верховского, Какурина, Н. Морозова, теоретическая система контрреволюционного троцкизма, рязановщина, как разновидность социал-фашистского 11-го Интернационала на военно-теоретическом фронте, меньшевистский идеализм в этой области в лице горевщины и т.д." (Красная звезда. - 1932. - N 39).
  
   В 1937-1938 гг. абсолютное большинство "военных специалис­тов", а заодно с ними и многие командиры новой генерации были объявлены "врагами народа", участниками "белогвардейских" и "ан­тисоветских военно-фашистских" мифических заговоров, "шпионами" и т.д.
   Тысячи из них погибли в сталинских застенках и лагерях.
  
   В 1939 году на XVIII съезде ВКПб констатировалось: "Враг разгромлен и уничтожен", "подлый заговор кучки шпионов никогда не повторит­ся в Рабоче-Крестьянской Красной Армии" (Мехлис); "враги народа были вовремя разгромлены", "уничтожили кучку всякой дряни -- Ту­хачевских, гамарников, уборевичей и им подобную сволочь" (Штерн) (Красная звезда. - 1939. - N 62).
  
   Дополнительно см. (А.К.):
  
   "Ч.В.С."   67k   "Фрагмент" Политика. Рокоссовский. Размещен: 26/09/2014   
   Рокоссовский: "Пронзительно уставившись на меня, он (старик - А.К.) говорил голосом, полным горечи и боли: Товарищ командир... сами вы уходите, а нас бросаете. Нас оставляете врагу, ведь мы для Красной Армии отдавали все, и последнюю рубашку не пожалели бы. Я старый солдат, воевал с немцами. Мы врага на русскую землю не пустили. Что же вы делаете?.. Эти слова помню и по сей день. Я ощутил их как пощечину, да и все присутствовавшие были удручены".
   Иллюстрации/приложения: 8 шт.
  
   "Двоеначалие"   42k   "Фрагмент" Политика Роговин. Размещен: 12/09/2014    
   Хрущёв: "Когда ... были уничтожены (офицеры - А.К.), пришли на их место такие лица, как Мехлис, Щаденко и Кулик, недостойные своих постов, Наркомат обороны превратился ... в дом сумасшедших ... Однажды... меня буквально затащил за рукав Тимошенко на заседание Главного военного совета РККА... Он, видимо, хотел, чтобы я как член Военного Совета КОВО (Киевского Особого военного округа) посмотрел на этот собачник, как они друг другу впивались в горло, рвали друг друга по пустякам, но не занимались настоящим делом... Но, может быть, Сталина именно устраивала их междоусобная грызня?".
   Иллюстрации/приложения: 13 шт.
  
  
   Можно, конечно, было гордиться тем, что к марту 1939 года в стра­не насчитывалось 63 сухопутных училища, 32 специальные летные и летно-технические школы, 14 военных академий, 6 военных факульте­тов при гражданских вузах, но творческий дух был угашен, преем­ственность прервана, многовековая офицерская школа и профессиона­лизм в значительной степени утрачены, что сразу же негативным образом сказалось уже на ближайшей Советско-финской войне 1939-1940 гг.
  
   Заклеймив шпионами, предателями и изменниками интел­лектуальные военные кадры, срочно пришлось призывать и обязывать сохранившийся командный состав "глубоко" изучать иностранные языки, опыт современных войн, военную историю, устраивать диспуты, развивать творческую военную мысль: "Командир Красной армии должен жить и работать в атмосфере кипучего развития творческой военной мысли... Отсталых бьют!" (Красная звезда. - 1940. - N 127)
   После расправ с мыслящими офицерами, в атмосфере тотального страха призыв этот звучал поис­тине иезуитски.
  
   Дополнительно см. (А.К.):
  
   Солдат элитарного военного образования 121k "Фрагмент" Политика Размещен: 12/04/2015, изменен: 12/04/2015. 122k. Статистика.
   Тогда советская власть похоронила идею элитарного военного образования, т.е. систему, благодаря которой высшие военные руководители готовились заблаговременно и в особых для того условиях. В целом же, идея элитарного военного образования, безусловно, позитивна и перспективна...
   Иллюстрации/приложения: 10 шт.
   http://artofwar.ru/editors/k/kamenew_anatolij_iwanowich/soldatelitarnogowoennogoobrazowanija.shtml
  
  
   Массовые репрессии, снизившие профессиональный уровень и подорвавшие моральный дух командного состава, стали главной при­чиной позорных неудач Красной Армии в начальный период Великой Отечественной войны.
   Начальник генерального штаба сухопутных сил Германии генерал Франц Гальдер в мае 1941 года записал в своем дневнике:
   "Русский офицерский корпус исключительно плох, он про­изводит жалкое впечатление, гораздо хуже, чем в 1933 году. России потребуется 20 лет, пока она достигнет прежней высоты".
  
   Те воена­чальники, которые хорошо знали немецкую военную организацию и военное искусство, были репрессированы.
   Их заменили командиры, из которых только 7% имели высшее военное образование, а 37% не прошли полного курса обучения даже в средних военно-учебных за­ведениях.
   Большинство из них не имели боевого (и просто достаточ­ного) опыта работы на высоких офицерских должностях. Все это, несом­ненно, подтолкнуло нацистскую Германию к развязыванию войны про­тив СССР.
  
   "Если бы не было 1937 года, то не было бы войны 1941 года", -- отмечал впоследствии маршал А.М. Василевский.
  
   Историк О.Ф. Сувениров на основе серьезных исследований пришел к выводу:
   "Трагедия Красной армии в 1941-1942 гг. во многом, а может быть, и в основном, прямое следствие трагедии РККА в 1937-1938 гг." (См.: Сувениров О.Ф. Трагедия РККА 1937-1938. - М.: ТЕРРА. 1998. - С. 343).
   Накануне смертельной войны командный состав армии оказался деморализован.
  
   Е. Месснер:
  
   "Перевернешься -- бьют. Недовернешься -- бьют. В таких условиях жи­вет офицерство Красной Армии. Может ли в этих условиях развиваться воля, пробуждаться способность к инициативе, крепнуть вера, возвышаться душа верностью служения государству? Души взяты в кандалы. Офицеры, как колодники, волокут духовные цепи, и эти цепи делают их неофицерами: офицерское призвание требует развития всех чистейших ценностей души -- без этого нет офицерства" (Месснер Е. Души в кандалах //Российский военный сборник. Выпуск 16. Военная мысль в изгнании. Творчество русской военной эмиграции. - М.: Военный университет. Русский путь, 1999. - С. 269).
  
   К. Симонов:
   "Надо помнить, что творилось в душах людей, оставшихся служить в ар­мии, о силе нанесенного им духовного удара. Надо помнить, каких невероят­ных трудов стоило армии... начать находить в себе силы после этих страш­ных ударов. К началу войны этот процесс еще не закончился. Армия оказа­лась не только в самом трудном периоде незаконченного перевооружения, но и в не менее трудном периоде незаконченного восстановления мораль­ных ценностей и дисциплины" (Цит. по: Сувениров О.Ф. Трагедия РККА 1937-1938. - С. 342).
  
   И при этих неблагоприятных обстоятельствах необходимо было готовиться к предстоящей войне, изучать и восстанавливать военное искусство, науку, воинский дух.
  
   Буквально накануне фашистской аг­рессии внимание к этой проблеме привлек генерал-лейтенант Дмит­рий Михайлович Карбышев (1880-1945) -- бывший офицер, чудом сохранивший жизнь во времена массовых чисток, и в последующем, в фашистском плену, не утративший мужества, чести и совести.
   В сво­ем письме в редакцию "Красной звезды" (май 1941 г.) он предложил "создать центральную военно-научную библиотеку", чтобы на основе новейшей литературы изучать опыт идущих уже войн: "Весь ход второй империалистической войны и то новое, что она вносит в воен­ное искусство, уже сейчас требует внимательного исследования и пристального изучения. В результате быстрого прогресса танковых войск и авиации сильно изменились самые формы ведения войны, что существенно отражается на характере операций и боя" (Красная звезда. - 1941).
  
   Необходимо отметить, что командный состав, сменивший безвинно репрессированных "врагов народа", не берегся в ходе войны и в боль­шинстве своем был "выбит" уже в начале боевых действий.
  
   "И совет­ский офицерский корпус фактически был воссоздан уже в ходе самой Великой Отечественной, -- отмечает историк Е.С. Сенявская. -- Так, к 1945 г. в Советской Армии командовали полками 126 офицеров, начав­ших войну рядовыми и сержантами. Новый боевой опыт, наработка на­выков военной культуры, традиций в итоге были оплачены непомерной кровью рядовых и офицерских кадров и гражданского населения" (Сенявская Е.С. Психология войны в XX веке. Исторический опыт России. -М.: Российская энциклопедия, 1998. - С. 116).
  
   Только в ходе войны отношение к старому (русскому) офицерс­кому корпусу стало меняться.
   На щит были подняты имена великих русских полководцев.
   Исчез негативный образ русского офицера ("кон­тра", "золотопогонник", "белогвардеец", "офицерье" и др. оскорбитель­ные клички), восстановлены были многие воинские традици: на­граждение "историческими" орденами и медалями, возвращение "зо­лотых" погон и самого слова "офицер", воссоздание гвардии (с 1941 г.), кадровой армии и т.д. (См. Кривицкий А. Традиции русского офицерства. - М.: Воениздат, 1945).
  
   Введением погон, в частности, предполагалось решить несколько задач: подчеркнуть, что Советская армия является законной преемницей доблести и боевой славы старой армии, един­ственной наследницей ее традиций; укрепить авторитет и единонача­лие командных кадров, напомнить им об ответственности, достоин­стве и чести, символом которых всегда были погоны.
  
   В "Красной звезде" (7 января 1943 г.) по этому поводу отмечалось, что "мы наде­ваем погоны в великую и трудную годину Великой Отечественной войны. Обессмертим эти знаки воинского различия и воинской чести новыми подвигами во славу нашего Отечества и нашей героической армии" (См. Ганичев П.П. Воинские звания. - С. 76-79).
  
   Многие советские офицеры действительно почувствовали себя наследниками и продолжателями славных побед русского ору­жия. Ведь возвращение прежней воинской атрибутики совпало с пере­ломом в ходе войны и начавшимся наступлением Советской Армии.
  
   Дополнительно см. (А.К.):
  
   Покров над "неизвестной войной" 95k "Фрагмент" Политика
   Карпов. Сталин ощутил, как зашатался авторитет из-за его ошибок и просчетов, которые привели к таким катастрофическим поражениям в первые дни войны. Надо было спасать не только положение, но и себя. Народ не мог не думать о причинах постигших страну и армию неудач. Нужно было направить ход их мыслей в нужную сторону. Нужны были виновники - "козлы отпущения"...
   Иллюстрации/приложения: 1 шт.
   http://artofwar.ru/k/kamenew_anatolij_iwanowich/pokrownadneizwestnojwojnoj.shtml
  
   "Война учила думать о виденном и пережитом" 162k "Фрагмент" Политика
   Горбатов."Меня до пота прошибли мои прежние опасения: как же мы будем воевать, лишившись стольких опытных командиров еще до войны? Это, несомненно, была, по меньшей мере, одна из главных причин наших неудач, хотя о ней не говорили или представляли дело так, будто 1937 - 1938 годы, очистив армию от "изменников", увеличили ее мощь". Тогда, в 1941 г., "батальонами командовали старшие лейтенанты или лейтенанты"...
   Иллюстрации/приложения: 1 шт.
   http://artofwar.ru/k/kamenew_anatolij_iwanowich/wojnauchiladumatxowidennomiperezhitom.shtml
  
  
   Несмотря на все эти меры и саму войну, настоящей преемственно­сти между русским и советским офицерством установлено не было.
   В послевоенное время русская военная история, биографии и труды предшественников широко не изучались. Реабилитация репрессиро­ванных бывших "красных" офицеров растянулась на годы, а "белых" -- на десятилетия. Их общее идейное наследие и нравственный пример зачастую игнорировались. У советских офицеров -- хороших, если не отличных специалистов своего дела -- не воспитывалось нацио­нального самосознания, которое было заменено марксистско-ленинским мировоззрением, приучавшим больше думать о выполнении "ин­тернационального долга", чем о безопасности и действенной защите собственного Отечества.
  
   Результаты подобного подхода, разрыв пре­емственности и традиций, "оскорбительное" отношение к офицерско­му корпусу -- все это в 1991 году сказалось в развале Большой России (Советского Союза) и Советских Вооруженных Сил, всей гро­моздкой военной системы. Офицеры в очередной раз потеряли Отечество, оказавшись в армиях различных государств (бывших респуб­лик СССР), а то и по разные стороны баррикад.
  
   В последнее десятилетие XX века немало трудностей пережил и российский офицерский корпус. В результате обвальных сокращений и непродуманных военных реформ его представители оказались раз­бросанными по разным силовым структурам. Многие вынуждены были (в основном по тем же оскорбительным причинам, что и в начале века) уйти на "гражданку".
  
   И на рубеже ХХ-ХХI веков про­должает существовать значительный некомплект младших офицеров, которые по-прежнему "бегут из армии" из-за неудовлетворительных условий службы. Только за 1996-1998 гг. Вооруженные Силы Рос­сии (и их более чем 300-тысячный офицерский корпус) добровольно покинули 60 тыс. офицеров в возрасте до 30 лет -- несколько от­борных офицерских дивизий! (Хорешко В. Дивизии, которые мы потеряли // Ориентир. - 1999. - N 3. - С. 72)
  
   В 1999 году досрочно уволились с военной службы 35 тыс. офи­церов, из них почти половина в званиях от лейтенанта до капитана. Каждый год 7-8 тыс. молодых офицеров, получив высшее образова­ние и немного послужив в армии, пишут рапорта на увольнение, 10-11 тыс. курсантов, отбыв два года в военных училищах, переходят в гражданские вузы. Уходят не только курсанты и лейтенанты, но и золотой фонд -- капитаны и майоры, накопившие значительный слу­жебный и боевой опыт. (См.: Сокирко В. Господа офицеры //Московский комсомолец. - 2000. - 24 февраля; Талов Б. "Дешевые" офицеры дорого стоят //Российская газета. -1999. - 14 мая ).
  
   Несмотря на наличие более чем пятидесяти высших военно-учеб­ных заведений, первичные офицерские должности до сих пор прихо­дится пополнять в принудительном порядке, "по призыву" -- выпус­книками военных кафедр гражданских вузов, которым из-за их низ­кой подготовки "нельзя доверять командовать солдатами" (Российская газета. - 1999. - 14 мая. - Б. Талов также отмечает: "Как-то подзабыт в последние годы элементарный принцип, что офицер -- это в первую очередь командир, ему работать с людьми, управлять войсками. А вот этой науки многие молодые офицеры в училищах так и не постигли. Поэто­му и уходят на "гражданку"". Им приводятся и следующие данные: в 1996 году военных кафедр в гражданских вузах насчитывалось 89, три года спус­тя -- 260. Ежегодно они присваивают звание офицера запаса 60 тысячам человек).
  
   Дополнительно см. (А.К.):
  
   Мертвые души 87k "Фрагмент" Политика. Размещен: 11/04/2015, изменен: 11/04/2015. 88k. Статистика.
   "Военнослужащий запаса должен быть надежным резервом действующей армии. А те тысячи сегодняшних студентов-лейтенантов - фикция, "мертвые души". Они числятся в запасе, но на них нельзя рассчитывать, они небоеспособны"...
   Иллюстрации/приложения: 3 шт.
   http://artofwar.ru/editors/k/kamenew_anatolij_iwanowich/mertwyedushi.shtml
  
  
   Тем не менее, в звене рота-батальон 90% офицеров -- "двухгодичники". 80% из них после года службы уже знают, что в армии не останутся, чувствуют себя временщиками. "Да, в условиях дефицита кадров офицеры-двухгодичники делают немалую работу. Но, подчеркну, да­леко не все из них профессионалы, хотя любой работой, особенно военным делом, должен всегда заниматься профессионал, связавший свою жизнь с армией", -- отмечает начальник Главного управле­ния воспитательной работы Вооруженных Сил РФ генерал-полков­ник В.М. Азаров. (Азаров В. Нам есть чем гордиться //Красная звезда. - 2000. - 24 февраля).
  
   Некомплект должностей младших офицеров вы­нуждает руководство страны и в 2000-2005 гг. призывать офице­ров запаса на военную службу (ежегодно до 15 тысяч граждан) (См.: Указ Президента Российской Федерации от 10 апреля 2000 г. "О призы­ве офицеров запаса на военную службу в 2000-2005 годах" // Российская газета. - 2000. - 19 апреля).
  
   Сохраняются и многие другие хронические проблемы офицерско­го корпуса.
   В конце 90-х годов лишь 29% населения России испыты­вали доверие к армии (в два раза меньше, чем в конце 80-х), в то время как 52% относились к этому государственному институту, по крайней мере, опасливо и настороженно (в 4-4,5 раза больше), все чаще винили армию в неблаговидных поступках (См.: Самойлов В.С. Война и информация //Независимая газета. - 2000. - 21 апреля ).
  
   При таком отно­шении к Вооруженным Силам престиж офицерского звания, службы, значительно снизился. Частично он был восстановлен только благо­даря успешным действиям федеральных войск в борьбе с террориз­мом на Северном Кавказе (1999-2000 гг.)
  
   Жилищная проблема в Российской армии, по-прежнему, остается одной из трудноразрешимых. В 1998 году в списках бесквартирных военнослужащих насчитывалось около 100 тыс. человек. "Картина получается безрадостной: на пороге XXI века в Российской армии почти каждый третий офицер не имеет своего жилья. Хуже того, пер­спективы на его получение в ближайшем будущем весьма туманны" (См.: Корытин П. Каждый третий офицер без жилья //Независимая газета. - 2000. - N 9).
  
   В материально-денежном отношении офицерство, как и в начале XX века, продолжает бедствовать, вынуждено "подрабатывать"188, пус­каться нередко в сомнительные авантюры ради выживания семьи. Оклады, несмотря на периодические повышения, остаются мизерными (у командира взвода, например, -- 1354 руб. в месяц, что ниже сред­немесячной зарплаты по стране).
  
   Хроническое безденежье вынуждает даже высокообразованных офицеров "ша­башить", искать дополнительный заработок на стороне. Доцент одной из кафедр Военного университета связи (Санкт-Петербург) подполковник Л.А. Марчук -- 37-летний доктор технических наук, ведущий специалист в области защиты каналов связи, автор 19 изобретений и более сотни научных работ -- погиб в результате несчастного случая при рытье колодцев для дачников 30 октября 1999 г. ( См.: Починюк О. Печальная история. Офицер погиб, пытаясь зарабо­тать на пропитание семье //Красная звезда. - 1999. - 8 декабря).
  
   Учитывая, что у многих военнослу­жащих-офицеров жены не работают, можно констатировать:
   "Семьи командиров взводов вынуждены жить на сумму, составляющую от 29,4% до 52% прожиточного минимума, а командиров батальонов -- от 46,4% до 82%. На Дальнем Востоке даже адмиралы и генералы во многих случаях не могут содержать свои семьи на уровне выше прожиточного минимума" (Боград П.Л., Любошиц Е.Я., Цымбал В.И. Сокращение вооруженных сил не­избежно //Независимое военное обозрение. - 2000. - N 14).
  
   История частично повторяется. Ее уроки в отношении офицерского вопроса усваиваются с трудом. Достоинство офицера -- по объектив­ным и субъективным причинам -- по-прежнему унижается.
   Вызовы на дуэль больше невозможны, и Россия пока не та, чтобы, как во времена Лермонтова, можно было заметить, что здесь "следуют правилам чести так же строго, как и везде, и что мы меньше других позволяем себя оскорблять безнаказанно" (Из объяснительного письма М.Ю. Лермонтова по поводу мотивов его дуэли с сыном французского посланника де Баранта. - Российская газета. - 2000. -17 марта).
  
   Остается надеяться на соблюдение зако­нов и заботу государства, которое на собственном поучительном опыте (в том числе и на опыте ведущихся сегодня войн) начинает сознавать основополагающую роль офицерства.
  
   "Не защитим его честь -- не бу­дет и заступников у нашего Отечества!"
   Этот главный завет остается по-прежнему актуальным.
  
   Напомним о нем еще раз словами, которыми закончил свой великий труд о трагедии РККА в 1937-1938 годах от­ставной полковник Олег Федотович Сувениров:
  
   "По-разному можно подходить к оценке роли исторической науки. Поль Ва­лери, например, как-то заметил, что история -- это наука о вещах, которые не повторяются. Но мудрец Гете считал, что "прошедшее еще предстоит". И как бы ни складывались судьбы нашей России, нашей армии, один из главных уроков минувших этапов их многострадальной истории звучит так: "Бере­гите командира! Это было важно вчера, это нужно сегодня, это будет жиз­ненно необходимо завтра. Россияне! Берегите командира Российской армии!"...
  
  
  

А. Савинкин

ЗАВЕТНЫЕ ИДЕАЛЫ РУССКОГО ОФИЦЕРСКОГО КОРПУСА

(Фрагменты из кн.: "Офицерский корпус Русской Армии: Опыт самопознания. (В соавторстве: А.Каменев, А .Савинкин, И. Домнин и др.). - М., 2000. - С.537 - 608")

  
  
   0x01 graphic
  
   Информация к размышлению
  
  
   0x01 graphic
  
   Савинкин Александр Евгеньевич (р. 1951) -- кандидат философских наук, полковник запаса, редактор "Российского военного сборника".

Окончил Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище по специальности "командная разведывательная, переводчик-референт" (немецкий язык), Военно-политическую академию по специальности "военно-педагогическая, общественные науки".

Старший научный сотрудник Военного университета, ведущий научный сотрудник отдела истории российского зарубежья Дома Русского Зарубежья им. А.Солженицына. 

Награжден медалью "За заслуги перед Отечеством" второй степени, орденом РПЦ Святого Благоверного князя Дмитрия Донского третьей степени (за подготовку книг "Российского военного сборника"), дипломом победителю конкурса "Деловая книга России" в номинации "социально-политические науки" (1998 г.).

Область профессиональных научных интересов: отечественная история, русская военная классика, военная мысль русского зарубежья, политика обороны и безопасности.

Исследовательские проекты: подготовка, редактирование и издание "Российского военного сборника", на страницах которого публикуются отечественная и зарубежная военная классика, труды лучших представителей военной мысли русского зарубежья, результаты исследований по истории и современному состоянию политики безопасности и обороны России.
  
   0x01 graphic
  
  
   Выпуск 1. П.Пестель, Н.Обручев, А.Медведев и другие военные писатели о Русской Армии (1817-1917 гг.). - М.: ГА ВС, 1992. - 184 с.
Выпуск 2. Государственная наука и политика России в творческом наследии Б.Чичерина. - М.: ГА ВС, 1992. - 264 с.
Выпуск 3. История Русской Армии. - М.: ГА ВС, 1994. - 292 с.
Выпуск 4. История Русской Армии. - М.: ГА ВС, 1994. - 330 с.
Выпуск 5. Русская военная доктрина. - М.: ГА ВС, 1994. - 298 с.
Выпуск 6. Русское зарубежье: государственно-патриотическая и военная мысль. - М.: ГА ВС, 1994. - 310 с.
Выпуск 7. К познанию России. - М.: ГА ВС, 1994. - 312 с.
Выпуск 8. К познанию России: Взгляды русских мыслителей начала XX века. - М.: ГА ВС, 1994. - 310 с.
Выпуск 9. Какая армия нужна России? Взгляд из истории. - М.: Военный университет, 1995. - 368 с.
Выпуск 10. Военное законодательство Российской империи: Кодекс русского военного права. - М.: Военный университет, 1996. - 448 с.
Выпуск 11. Военно-морская идея России: Духовное наследие Императорского флота. - М.: Военный университет, Общественный совет "300 лет Российскому флоту", Русский путь, 1997. - 584 с.
Выпуск 13. Душа армии: Русская военная эмиграция о морально-психологических основах российской вооружённой силы. - М.: Военный университет, Независимый военно-научный центр "Отечество и Воин", Русский путь, 1997. - 624 с.
Выпуск 14. За профессиональную армию: Идеи Шарля де Голля и их развитие в XX веке. - М.: Военный университет, Независимый военно-научный центр "Отечество и Воин", Олма-Пресс, 1998. - 576 с.
Выпуск 15. Постижение военного искусства: Идейное наследие А.Свечина. - М.: Военный университет, Русский путь, 1999. - 696 с.
Выпуск 16. Военная мысль в изгнании: Творчество русской военной эмиграции. - М.: Военный университет, Русский путь, 1999. - 640 с.
Выпуск 17. Офицерский корпус Русской Армии: Опыт самопознания. - М.: Военный университет, Русский путь, 2000. - 640 с.
Выпуск 18. Не числом, а уменьем! Военная система А.В.Суворова. - М.: Военный университет, Русский путь, 2001. - 616 с.
Выпуск 20. Афганские уроки: Выводы для будущего в свете идейного наследия А.Е.Снесарева. - М.: Военный университет, Русский путь, 2003. - 896 с.
Выпуск 21. Хочешь мира, победи мятежевойну! Творческое наследие Е.Э.Месснера.-М.: Военный университет, Русский путь, 2005. - 696 с.
  

 Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2015