ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Карелин Александр Петрович
"Красные огурцы"

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
Оценка: 8.25*23  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Всепобеждающий армейский язык...


"Красные огурцы"

   От автора
  
   Выражаю огромную благодарность Соне Самник за коллекцию "крылатых выражений", любезно предоставленную в моё распоряжение, кроме того в рассказе были задействованы и личные "запасы" автора...
   "Улыбайтесь, господа! Все самые большие глупости на свете делались с самым серьёзным и умным выражением лица. Так что, господа, улыбайтесь чаще!" (Г.Горин, автор сценария к фильму "Тот самый Мюнхгаузен").
   Итак, "хотя в армии дебаты запрещены, мы дебали и будем дебать..."
  
  
  
   1
  
  
   Понедельники полковник Молочков особенно любил. Ёще бы! В этот день проводились совещания со всем офицерским составом слушателей, можно будет вдоволь упиваться своей властью. Он непременно выберет себе очередную жертву, будет с наслаждением смотреть на растерянное и такое жалкое лицо лейтенанта, капитана или даже майора. Он может исключить любого с учёбы, тогда служба офицера будет "брошена коту под хвост".
   Сколько лет Сергей Сергеевич руководит Интернатурой медицинского состава, где проходят специализацию по хирургии, терапии, дерматовенерологии и прочим медицинским специальностям, он уже и сам не помнит. По крайней мере, более десяти лет. Да и зачем ему помнить. Как посчитают "на верху", что он уже совсем стал старым, так и проводят его на заслуженную пенсию. Плохо только, что он ничего не помнит, забывает обычные слова, приходится мучительно вспоминать, о чём хотел сказать и что сказать.
   А зачем ему помнить? У него есть прекрасный заместитель, начальник учебной части Интернатуры. Молодой капитан, толковый и всё знающий. Вот пусть он всё и помнит. А он, полковник Молочков, будет проводить совещания и стращать этих молодых наглецов, что приехали учиться на специалистов. Полковник посмотрел в зеркало и изобразил самоё своё свирепое выражение лица. Этого вида особенно страшатся "зелёные" лейтенанты. Пожалуй, не стоит особенно злоупотреблять этим. Сергей Сергеевич "примерил" другое "лицо" - строгое, но справедливое. Наконец, можно и пожурить по-отечески, "лицо" в зеркале изменилось вновь.
   Но, чтобы совещание прошло на должном уровне, надо заранее побольше накопать замечаний и найти нарушений. Придётся с раннего утра пройтись по всем жилым комнатам общежития, посетить занятия во всех учебных группах. Так что пора ехать на службу...
   ... Офицеры, находящиеся на учёбе в Интернатуре, любили понедельники. Ещё бы! Опять будет не забываемое и яркое шоу под названием "совещание". Что на этот раз "отчебучит" их старик? Бывает забавно смотреть на него, особенно когда он пытается их пугать своим лицом. Еле-еле удаётся сдерживаться, чтобы не рассмеяться. И почему он не пошёл в артисты кино. Сейчас был бы достойным продолжателем великого французского актёра Луи де Фюнеса с его потешными ужимками и гримасами.
   А как смешно бывает слушать полковника Молочкова, когда он разражается "пламенной речью", путая при этом слова, мучительно вспоминая, о чём он говорил только что. Каждый второй офицер ведёт записи выражений Сергея Сергеевича, это настоящая "кладезь мудрости". Эти высказывания переписываются друг у друга, заучиваются наизусть. Будет, чем повеселить друзей и знакомых. Скорее бы наступало 17 часов - время совещания! Офицеры в предвкушении уже потирали руки, заранее посмеиваясь...
  
  
  
  
  
   2
  
   ... Самый большой учебный класс, в котором обычно проводились совещания, был почти полный: пришли даже те офицеры, кто и на занятия являлся не регулярно. Для небольшой части слушателей эта учёба была лишь благовидным предлогом, чтобы вырваться из повседневной армейской среды, поэтому они "отдыхали" здесь на "полную катушку". Отчасти они были правы, ведь получить позднее лечебную должность при открывшейся вакансии - требовалось везение. По существующей инструкции, каждый войсковой врач должен пройти учёбу по лечебной специальности один раз в пять лет - вот и ехали майоры и капитаны в эту Интернатуру. Был сейчас и один такой майор, который уже четвёртый раз учился, оставаясь неизменно на своей прежней должности. Все обращались к нему уважительно по имени-отчеству.
   -Ну, что, Иван Васильевич, вы приготовили свои каверзные вопросы нашему начальнику?
   - Не боись, лейтенант! Заставим нашего Сергея Сергеевича сегодня попотеть!
   ... Совещание, как обычно, начал начальник учебной части. Капитан коротко, по-деловому довёл все необходимые документы, ознакомил с рядом приказов. Затем ушёл за полковником Молочковым.
   Офицеры оживились, стали припоминать и зачитывать вслух прежние "ляпсусы" Сергея Сергеевича. Каждый раз раздавался дружный смех:
   "Что, машина не заводится? Поехали, потом заведёшь", "Отпечатать в трёх экземплярах, но чтоб первый был готов к обеду", "Лицо на фотографии должно быть квадратным", "Пора, товарищи, брать коня за рога!", "Я китель снял, значит, холодно не будет".
   Дневальный по Интернатуре, коротко хохотнув, доложил самые свежие "перлы", которые полковник важно изрекал, проверяя утром порядок в офицерском общежитии. Оставшись не доволен, как был помыт уборщицей пол в коридоре и в комнатах, полковник обратился к дневальному, сурово сдвинув брови:
   - Плохо помыла пол, почему вы, лейтенант, не проследили? Надо полы так тереть, чтобы вода скрипела. Конечно, я согласен, что не надо мыть полы ежедневно, но хотя бы каждый день надо!
   Пройдя по комнатам, покопавшись в тумбочках, Молочков снова строго выговорил дневальному:
   - Живёте вы, как свиньи в берлоге! И что вы передо мной стоите так, как будто радикулит скрючился. Вы же совсем ещё не старый солдат. Ладно, не будем философствовать. В философии можно как в двух пальцах заблудиться. А это что за свинья здесь прошла?! Корова, что ли?! А, так это мои, оказывается следы. Тает на улице, конец марта всё-таки. Ладно, уборщица потом подотрёт.
   Вернулся капитан Мухин. Фёдор Юрьевич, успокаивая офицеров, поднёс палец к губам и выжидательно стал смотреть на дверь. Дверь широко распахнулась. Важным шагом, высоко держа седую голову, вошёл начальник Интернатуры медицинского состава.
   -Товарищи офицеры!- подал команду капитан Мухин, офицеры приняли команду "Смирно!"
   Фёдор Юрьевич, печатая шаг, приблизился к полковнику и доложил: "Товарищ полковник! Офицеры Интернатуры собраны на совещание. Начальник учебной части капитан Мухин".
   -Товарищи офицеры!- принял доклад начальник и разрешил всем сесть.
  
  
  
  
  
  
   3
  
  
   - Товарищ полковник, разрешите мне убыть в Медицинскую службу округа, была телефонограмма.
   Капитан Мухин выжидательно смотрел на Молочкова.
   - Ну, если у офицеров к вам вопросов нет, тогда идите. Впрочем, вы ведь решаете только временные вопросы, а все вечные - решаю я.
   Капитан, козырнув, исчез за дверью. Полковник, не спеша, прошёл к трибуне, налил полный стакан воды из графина, с удовольствием выпил. Слушатели Интернатуры, молча, наблюдали за начальником.
   Тут в дверь постучали, вошли три опоздавших лейтенанта с цикла терапии. Вот это удача! Полковнику и не надо придумывать причину, чтобы показать весь свой гнев. Его лицо осветила хищная улыбка: так, наверное, удав улыбается, собираясь заглотить кролика.
   -Та-а-а-ак,- зловеще протянул полковник. Он даже помолодел лицом. Неслыханное дело - опоздали на совещание! Вот кого можно припугнуть на полную катушку отчислением!- Как это прикажите понимать?! И закрывайте скорее дверь, вы же не к любовнице пришли!
   -Извините, товарищ полковник. Был очень тяжёлый больной, мы помогали начальнику терапевтического отделения, задержались с разрешения старшины цикла.
   Лейтенант Петров преданно смотрел на сурового полковника.
   - Молчать!- на всю мощь своего голоса закричал Сергей Сергеевич, приняв самое своё страшное выражение лица.- Я вас не спрашиваю, где вы были! Я спрашиваю, откуда идёте!
   В классе воцарилась зловещая тишина. Лейтенанты у двери недоумённо переглядывались.
   Стараясь сохранить на лице "страшное" выражение, полковник кивнул на одного из опоздавших:
   - Товарищ офицер, да, вы, у которого крестообразные руки на яйцах! Я к вам обращаюсь. Отвечайте на мой откровенный вопрос! Где вы были? Ах, в туалете?! Вы бы ещё в театр сходили! Если у опоздавших нет ответа, то давайте подумаем.
   Поднялся старшина цикла терапии майор Трохин Иван Васильевич. Он прокашлялся и громко доложил:
   - Товарищ полковник, лейтенанты Петров, Орлов и Пашнин задержались в отделении с моего ведома, они помогали полковнику Яблонскому в работе с тяжёлым больным. Давайте ему позвоним, и он подтвердит, если вы не верите.
   - Вот теперь понял. Неужели нельзя это сказать более русским языком? Садитесь-садитесь. И что ты, лейтенант, которому я уже говорил про яйца, как девица, красный? Через пару месяцев терапевтом станешь! А вообще, подстригитесь, глядишь, и служба лучше пойдёт.
   Офицеры уже не могли сдерживать себя. Сначала один, затем другой, потом многие засмеялись, наблюдая такой "балаган".
   - Кто давал команду смеяться? - Перекричал смех начальник. Он выбрал одного из весельчаков.- Товарищ капитан, вы хотите что-то сказать? Встаньте! Закройте рот! Садитесь! Какие у меня к вам есть вопросы?
  
  
  
  
  
   4
  
  
  
   Снова поднялся майор Трохин:
   - Товарищ полковник! В понедельник у нас обычно смена постельного белья, а сегодня мы грязное сдали, а нового так и не получили. Как мы будем спать на голых матрасах?
   - Великий полководец Суворов вообще спал в канаве и не считал это для себя зазорным. После совещания бельё вы получите такое же белое, только синее. Машина утром сломалась, вот и не успели привезти из прачечной. Что вы на меня своё лицо вытаращили? Я ответил на свой вопрос вам. А вообще, товарищи офицеры, скромней надо быть. Гонору-то у вас много, мама откормила на сосисках и сметане! Займитесь лучше личной самодисциплиной, иначе завтра ей займусь я. Вы что думаете - вы все дураки, а я один умный?! У каждого человека свой собственный организм, и я думаю, что каждый офицер должен быть либо поощрён, либо наказан. Вы приехали на учёбу, так пользуйтесь этим. Вы теперь изучаете каждый раз новое, но почти одно и то же. А вы сурка образ жизни ведёте, товарищи офицеры. Я уж не говорю про бардак в ваших комнатах. Захожу утром в учебное время в пятую тумбочку, а там капитан Пухов спит. Я правильно вашу фамилию назвал, товарищ Петров?
   Полковник лихорадочно обводил взглядом лица всех офицеров, пытаясь вспомнить нарушителя. Ничего. Все на одно лицо. Ну и чёрт с ним!
   Он так и сказал вслух, потом добавил: "Пусть это останется на его совести, будет жить без мечты. А офицер без мечты, что собака без крыльев!"
   Сергей Сергеевич налил новый стакан воды, поспешно выпил, вытер носовым платком вспотевший лоб. Считая, что вопросы дисциплины обсуждены, он решил перейти к следующему разделу - учёба. Полковник взял первый попавшийся журнал группы, прочитал, подслеповато щурясь, фамилию:
   - Лейтенант Смирнов! Что сегодня на занятии ты изучил?
   Виталик подскочил с парты, как ужаленный - слишком неожиданным был этот вопрос. Как назло, всё вылетело из головы. Наконец, он промычал, запинаясь:
   - Отравляющие вещества мы изучали по военно-полевой терапии. Что я должен вам рассказать?
   - Если у вас вместо головы - задница, информацию надо в записных книжках помечать! Вот как у меня!
   Полковник с гордостью показал всем пухлую тетрадь, полистал её, потом решил подвести итог этой теме:
   - Даже я спросонья могу ответить, если вы придёте ночью ко мне, что отравляющие вещества - это когда один раз вдохнёшь, и больше не надо. Вы что на меня так смотрите? Первый раз на свет родились, не знали этого? У меня был знакомый офицер, работал с такими веществами. Он даже погиб! Садитесь, лейтенант. Плохо слушаете на занятиях. А у вас в учебное время основное выражение лица должно быть - это широко открытый от удивления рот. И больше слушайте меня, а не распускайте за моей спиной разговоры. Шу-шу, думаете, я не знаю?! Когда сделаете в жизни столько бесполезного, сколько я, тогда и будете меня критиковать.
   Давайте теперь поговорим о вашем свободном времени. Как скучно вы живёте! В городе столько заведений, а офицеры по своим комнатам тайком напьются водки и ходят красные, как огурцы. Стыдно вам должно быть. В какую я комнату не постучусь - не открывают. Вы что думаете, я про эти дела ничего не знаю. Сам ведь учился когда-то.
   Майор Трохин снова поднял руку:
   - Товарищ полковник, а что бы вы посоветовали нам посмотреть, где побывать? Мы ведь город плохо знаем, некоторые вообще первый раз в Свердловске.
   -Да, город у нас большой. Чего только тут нет! Есть не плохой Центральный рынок, есть и Центральный гастроном. Да что я вам, нянька, что ли? Сами, как хотите, так и выпутывайтесь. Голова у офицера - чтоб думать, а мозги - чтобы соображать.
   Полковник вдруг неожиданно пришёл в сильное раздражение. Задают дурацкие вопросы. Это майор вечно его достаёт! Как бы его выгнать с учёбы?! Надо найти подходящий повод. Да, не легко быть руководителем такого ответственного учреждения, как Интернатура. Словно подводя итог своим мыслям, Молочков отчеканил:
   - Итак, товарищи офицеры, не хотите жить как люди, будете жить по уставу! Я буду сурово наказывать провинившихся, только вы мне чётко называйте свою фамилию и следите, чтобы я её правильно записал в свою тетрадь. А вы, товарищ майор, что вы спите, стоя на ходу? Садитесь уже.
   И последнее на сегодня. Завтра после занятий будем сбрасывать снег с крыши. С лопатами я договорился. И надо привести в порядок территорию возле здания. Сделайте так, чтобы снег был белый и квадратный. И запомните и детям своим накажите, что для офицера субботник, хотя завтра и вторник, - это дело добровольное, а не так, что хочешь - участвуешь, а хочешь - нет. И я ставлю вопрос ребром: или мы будем или не без этого! Я всё сказал. Все свободны...
  
  
   ***
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

1

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Оценка: 8.25*23  Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2015