В парке спрятан игрушечный город. Домики с острыми крышами жмутся друг к другу, будто им холодно. Мальчик лет пяти зачарованно разглядывает их.
- В них прячутся маленькие человечки, - подсказываю я.
Он недоверчиво смотрит на меня.
- Днем спят, выходят ночью. Где ты живешь?
- С папой в санатории.
Мальчик садится на корточки, заглядывает в окна.
- Там никого нет!
- Вокруг листья, а в городке чисто, ночью они все убрали.
- Я построил замок из песка, а его смыло. Там, где дяденька ходит в море, ищет что-то.
- Ищет богатство. Мечта так и останется мечтой.
Мальчик топнул ногой.
- Не буди человечков! Они здесь с тех пор, когда город назывался Раушен. Ты и сам в нем живешь.
Он удивленно смотрит на меня.
- Санаторий - немногое, что осталось от прошлого.
Мужчина в камуфляже подходит, опираясь на палку, косится на меня, берет мальчика за руку.
Тот не хочет уходить, отец тащит его, тяжело ступая на раненую ногу.
- Город - это сказка? - издали кричит мальчик.
- Да! В нее надо верить...
Я иду к морю, сажусь в кабину фуникулера.
Белая от пены вода выбегает на пляж. Янтарщик ищет богатство на дне.
Летом город заполнят туристы. Жизнь начнется снова.
Пока волна времени не смоет нас и наши песочные замки.
Без выигрыша
В юности, подобрав красный червонец, грязный и затоптанный, ходил, опустив голову. Рукой в кармане гладишь отмытую купюру, идешь, всматриваясь в мусор на обочине.
Сверкнул стальной кругляшок. Пять рублей? Наклонился. Пробка от бутылки. Золотое кольцо? Ботинок поддел желтый пластиковый завиток.
Всю жизнь искать и кланяться. Среди замученных людей. Хмурые небритые мужики. Бабы тащат сумки. Чугунная походка. Косметика покойников. Мел лица и кровь губ.
Следом девушки. Цветок ночью поник. На солнце поднялся, раскрылись лепестки. Девушки выпорхнули и пошли со всеми.
Черепахами ползут старики. Щурят слепые глаза.
Молчаливая толпа тянется серой лентой. Свернешь - упрешься в стену. Побежишь - подставят ногу. Набив шишек, плетешься со всеми.
Лучше смотреть на солнце.
Солнце! Куда мы идем?
Солнце закрылось облаком-шторкой.
Вспомнил, куда в юности дел червонец. Купил лотерейные билеты. Глупые мечты молодых. Машина. Квартира. Миллион миллионов.
Люди встали в очередь к окошкам. Перебирают билеты, трут ногтем или монетой. Урна полна обрывков. Всю жизнь рвешь их один за другим. Что хочешь выиграть? Чего ждешь? На что надеешься? Старый и усталый.
Просто зеркало на стене пыльное.
Маркетплейс
Чудеса! В каталоге между носками с двойной пяткой и сушеной айвой - 'Счастье'. На фото непонятный мешочек, перевязанный ленточкой.
Недешево, но сегодня акция и персональная скидка. Беру!
Спустя два дня в пункте выдачи забираю коробку.
- Айва? Что-то еще было.
- 'Счастье'? Задерживают! - равнодушно бросает девушка за монитором.
Через неделю прилетели из Китая носки в пакете с иероглифами.
- 'Счастье'! - капризно напоминаю.
- Переадресовано. Ждите.
До полуночи ползал по каталогу. Выкинул из корзины шампунь, игрушку для кошки, ортопедические стельки. Положил 'Добро', 'Милосердие' - почему в коробке?! 'Искренность'.
Заснул в ожидании чего-то светлого. Странно, годами покупал ерунду, а не то, что нужно.
'Так и не пришло... Отменили... Тянул, денег не было, теперь не продается... Витамины взамен взял - не то... Перекупы расхватали... Валяется где-то в закрытом пункте среди коробок... Ловите, вдруг откажутся или вернут...'.
Глупо как. Добра нет. Счастья не будет. Искренность... Милосердие... ничего не осталось.
Только деньги с отмененных заказов со стеклянным звоном сыплются в кошелек...
Исполнение желаний
Утром на радио перепутали заготовленные диски. Случайно стерли утвержденные треки. Потеряли рекламные договоры. Стажер взял новости не из той папки.
И случилось страшное. Или странное.
Вместо оплаченной на год вперед певицы Клавы Коки прозвучал Чайковский, концерт для фортепиано с оркестром.
Народ прибавил громкость в приемниках. С волнением ждал новостей. И ему сообщили. Что четверо дагестанцев победили на международном турнире по химии.
- Какой?! - вскрикнул изумленный народ.
- Органической, - уточнил диктор и поставил увертюру 'Эгмонт'
Бетховена.
Кто стоял - присели. На всякий случай сами у себя проверили пульс, паспорта и гражданство.
Курьер Магомед спрятал борцовское трико и записался в химический кружок.
Диктор на радио, лихорадочно ища официальные новости, говорил, что очень красиво взошло солнце. День увеличился на две минуты, впереди лето, и все мы обязательно куда-то поедем. Ни разу не упомянул Трампа и козни Запада.
Не хохотали натужно над своими шутками утренние ведущие. Аналитик в обзоре 'что делать с миллионами' признал: в том, что его прогнозы не сбылись, виноваты не враги и непреодолимая сила, а он сам. И пусть зарплата консультанта по чужим миллионам всего сорок тысяч и висят на ней кредиты, ипотека и алименты, он готов хоть немного компенсировать потери.
Домашняя хозяйка Эльвира не вышла из машины у торгового центра. Всю дорогу ждала команды, что покупать сегодня. А ей сказали, что сила в простоте. Эльвира придирчиво рассмотрела себя, простоты не нашла и разревелась. От безысходности пересчитала, что имеет, ужаснулась и раздала на Авито фирменные вещи вместе со шкафами.
Пришло время концерта по заявкам слушателей.
Прораб Гавриков с утра ждал Лепса. Но рюмка водки так и осталась на столе. Получил 'Полет' Альфреда Шнитке из фильма 'Сказка странствий'.
Весь день Гавриков был тих и задумчив.
- Коллеги! Пожалуйста, разгрузите здесь, - сказал грузчикам.
Грузчики от изумления уронили палет с сантехникой. В коробках хрустнуло.
- Что же вы так? - вздохнул Гавриков.
Чиновник прервал совещание по распилу бюджетных денег. Дверь закрыли, радио не выключили. А по нему Рахманинов. Прелюдия соль минор.
Прапорщик Хохряков под марш Свиридова захотел подвига. Приволок с рынка арбуз на двадцать килограмм. Ел до заката, пальцами вырывая сердцевину.
Самый необычный день в году завершился.
Ночью на радио шли разборки. Стажера выгнали. Директор орал на ведущих. Размахивал рекламными договорами.
Утром люди с надеждой включили приемники, но все как обычно. Клава Кока... пожар... наводнение... Украл миллиард - получил условное... Ведущие хохотали как идиоты.
- Чего скалитесь?! - процедил грузчикам прораб Гавриков и высморкался на асфальт.
Курьер Магомед выкинул учебник химии и сосредоточенно вспоминал лезгинку.
Биржевой консультант помогал терять деньги.
- Я смог! - марширующий на плацу прапорщик вспоминал заваленную арбузными корками казарму.
Через неделю о происшествии забыли. Лишь иногда, когда на радио играли хорошую музыку или долго не вымогали денег, люди с надеждой вслушивались, но сразу включалась реклама.
Серега всегда против
- Свергнуть хунту!
Прорычал Серега, сжав кулаки.
Мы одни на трамвайной остановке. Дождь вот-вот начнется. Ветер налетел непонятно откуда.
- Как свергать будешь? - уточнил я.
- Качаю систему. Последнее голосование на сайте города - выбирали имя бегемоту в зоопарке. Ты какое выбрал?
- 'Толстяк' из предложенных.
- Из предложенных! Идешь, куда гонят. Ниже пустая строчка была. Свой вариант. Я вписал... - он оглянулся и хихикнул: - 'Единорос'!
- Но выбрали-то 'Толстяк'.
- Из-за таких как ты. 'Оцените домики для белок в парке 'Кузьминки!' От одного до пяти. Единица от меня белкам! Ты, небось, пятерку поставил?
Я кивнул.
Ветер холодный. Серега поежился и гордо заявил:
- Название улицы предложил: 'тупик Собянина'.
- Как-то это глупо.
- Из-за таких как ты... - процедил Серега, но я его остановил. Достал смартфон. Открыл и показал страницу голосований на сайте мэрии.
- Голосуешь 'за' или 'против', ставишь единицу или пятерку - получаешь те же баллы.
Серега насупился.
Смартфон пикнул, выдав новость: 'В пойме реки Алешинки обнаружили пять видов дятлов!'
- Я - против! - отвернулся он.
Закапал дождь.
Серега достал из сумки бирюзовую толстовку с гербом столицы. Нацепил на голову панаму с надписью: 'Активный гражданин', раскрыл зонт с символикой города.
Подкатил его трамвай.
- Куда едешь? - спросил я. - На демонстрацию или тайную сходку?
- В киоск при мэрии, - буркнул Серега из вагона, - сегодня за баллы рюкзаки дают и палки для скандинавской ходьбы.
И уехал.
Пока нужный трамвай ждал, хотел свои баллы за голосования поменять. Палки 'скандинавские' мне еще рано, а вот рюкзак бы пригодился. Снова зашел на сайт, но поздно, бабки и оппозиционеры все рюкзаки разобрали.
последний рассказ (03.12) опубликовала "Литературная газета", зачем-то переврав мою фамилию.
Простим им за помощь в продаже моих книг.
Кстати, книга "Дома и люди на Счастливой улице" в твердом переплете - остались последние экземпляры. Желающие еще могут ее приобрести в издательстве и интернет-магазинах.
Ну или эконом-вариант в мягком переплете.
По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2025