ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Сахончик Станислав Митрофанович
Расстрелянный остров

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
Оценка: 6.96*45  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Рассказ об истории создания ,обороны и эвакуации 933 ПМТО ТОФ на о.Нокра архипелага Дахлак и его защитниках.


   Расстрелянный остров
   В смутные годы развала СССР, когда от великой империи отваливались кусками целые государства, мало кто обращал внимание на потерю военных и военно-морских баз на территориях стран Африки, Юго-Восточной Азии, Ближнего Востока и Латинской Америки, некогда с таким трудом доставшихся. Было не до них. А ведь с этих баз советский флот контролировал ситуацию в Мировом океане, особенно в районе Африканского рога, оказывая сдерживающее влияние на политическую ситуацию в мире уже одним фактом своего существования. Нынешней России базы почему-то уже не нужны. Уходят в прошлое и драматические истории их возникновения и их ликвидации. Это большой исторический пласт, еще требующий своего изучения. Это и люди, рисковавшие своей жизнью, многие из которых сегодня незаслуженно забыты в суматохе перестройки и развала страны. В этой главе рассказывается о судьбе военно-морской базы на острове Нокра архипелага Дахлак в Красном море у берегов Эфиопии.

Создание базы

   Предыстория возникновения базы уходит корнями в эфиоп­ско-сомалийскую войну 1977г. Сомалийские войска, в свое время обученные советскими инструкторами и хорошо оснащенные советским оружием, вторглись в мятежную эфиопскую провинцию Огаден, жители которой постоянно восставали против центрального эфиопского правления. Тогдашний президент Сомали Сиад Барре попытался заручиться в этом политической поддержкой Кремля, но получил решительный отказ и прекращение военного сотрудничества. Уже в июне-июле 1977г. СССР начал поставки в Эфиопию морским путем военной техники; только за три месяца 1977г. около пятидесяти советских судов и судов стран Варшавского договора прошли через Суэцкий канал в порт Асэб, доставив в общей сложности 60 тыс. тонн грузов. Транспортные суда после выхода из Суэцкого канала конвоировались военными кораблями. В дальнейшем советский флот активно участвовал в переброске контингента кубинских войск, которые под руководством советских военных советников разгромили вторгшие­ся сомалийские части.
   Сомалийцы, по недавнему примеру Египта, быстро переориентировались на США, денонсировали договор с Совет­ским Союзом и дали трехдневный срок для эвакуации советских и кубинских специалистов. К тому времени в Сомали насчитывалось (вместе с семьями) свыше 2 тыс. советских граждан.
   Для этого в порт Бербера (где находилась тогда совсем недавно образованная наша база) 13 ноября 1977г. пришел БДК "Крым­ский комсомолец" с батальоном морской пехоты, боевые корабли и вспомогательные суда. Местные власти попытались воспрепятствовать эвакуации с целью захвата военного имущества, но артиллерийский огонь советских кораблей и высадка морского десанта с танками мгновенно нейтрализовали эту попытку.
   То же самое произошло и в порту Могадишо с большим десантным кораблем "50 лет шефства ВЛКСМ" - огонь и десант быстро отрезвили сомалийцев, жаждавших захватить базу с имуществом и оборудованием.
   Морякам и десантникам удалось вывести из окруженной Берберы плавучий док "ПД-66", плавбазу, суда обеспечения, часть оборудования и складов вооружения, но портовые сооружения, узел связи, станция слежения, огромный топливный терминал и две авиабазы - достались сомалийцам. Местом нахождения базы выбрали небольшой остров Нокра на архипелаге Дахлак. Архипелаг насчитывает свыше сотни островов, многие из них необитаемые.
   Плавучий док, плавбаза, и вывезенное в Эфиопию оборудование стали основой пункта материально-технического обеспечения (ПМТО) на Дахлаке, основательно засекреченного и практически неизвестного широкой общественности страны до самого его закрытия в 1991 г. Конечно, советские военные и торговые моряки, ходившие в этих широтах, знали о ней, но предпочитали в Союзе особо не распространяться.
  

Участие в войне

   База на архипелаге Дахлак сыграла немаловажную роль в сдерживании действий флотов западных стран во время эфиопско - сомалийской войны и боевых действий в Эритрее. А война на суше была страшной. По свидетельству одного из советников командующих фронтом генерал-лейтенанта Н. Забелого от воюющей эфиопской дивизии (12 тыс.человек) за неделю боев оставалось не более 2-3 тыс. Тела убитых не успевали убирать. Гибли и советские военные специалисты - в бою сложно быть только советником .
   Советские боевые корабли и суда обеспечения оказали существенную помощь правительственным эфиопским войскам в сдерживании наступления эритрейских сепаратистов, пока шла война. Они защищали морские перевозки в порты Асэб и Массауа, поддерживали правительственные войска в случае необходимости, огнем корабельной артиллерии, и участвовали в эвакуации беженцев.
   Так в декабре 1977-январе 1978г. тихоокеанский эсминец "Веский" оказывал артиллерийскую поддержку в боях с сепаратистами у порта Массауа (16 членов экипажа были награждены), там же участвовали в боях сторожевик " СКР-23"ТОФ, средние десантные корабли "СДК-109", "СДК-82" и черноморский БДК "Крымский комсомолец" и суда обеспечения 8-й оперативной эскадры Индийского океана. Морские перевозки транспортов и судов обеспечения проходили как конвойные операции - под постоянной угрозой нападения.
   Морские тральщики ТОФ "Контр-адмирал Першин" и "Контр-адмирал Хорошкин" обеспечивали безопасность наших судов в районе Баб-эль-Мандебского пролива, периодически вступая в морские бои с боевыми катерами и вооруженными шхунами сепаратистов.
   Официально пункт материально - технического обеспечения (ПМТО) на Дахлаке (остров Нокра, бухта Губбет-мус-Нефит) был образован в результате Договора о дружбе и сотрудничестве между СССР и Эфиопией 1978г. Основной задачей базы был ремонт и обеспечение подводных лодок и кораблей 8-й оперативной эскадры, действующих в зоне Индийского океана. На базе были оборудованы причалы, хранилища топлива и воды, склады, судоремонтная база, жилые помещения и казармы, медпункт, баня и вертолетная площадка. Был плавучий док "ПД-66",стоявший в самом начале бухты Губбет-мус-Нефит, плавмастерская "ПМ-129" из Петропавловска-Камчатского. Кроме того, в базе ремонтировались боевые корабли и катера эфиопского флота, получившие повреждения в боях с "москитным" флотом сепаратистов. Там же,на торговом судне, находился плавучий склад боеприпасов эфиопских ВМС.
   Дахлак во время итальянской оккупации был знаменит своей каторжной тюрьмой, из которой никому не удалось убежать - земля, выжженная солнцем, кишела ядовитыми змеями, а море и коралловые рифы вокруг - акулами, которым, по преданиям, скармливали заключенных.
   Правда, от тюрьмы оставалось немного - кусок стены с гордой надписью "Слава морской пехоте ВМФ СССР!", складское здание, да в проливе Урания на двадцатиметровой глубине лежал потопленный в войну итальянский транспорт. На островах архипелага жили и местные аборигены из племени афаров. Несмотря на суровые условия жизни, это было место отдыха экипажей советских боевых кораблей, судов обеспечения, атомных и дизельных подводных лодок.
   Здесь можно было немного отдохнуть после дальних морских переходов, искупаться, снять психологическое напряжение, ощутить под ногами твердую землю, запастись нехитрыми сувенирами - кораллами и ракушками. Разумеется о каких-либо роскошных условиях жизни речи не было - хронически не хватало кондиционеров, вода, привозимая танкерами из Адена, имела неприятный вкус, а от удушающей жары негде было спрятаться - на каменистом острове кроме чахлых пальм и верблюжьей колючки ничего не росло. И только в сезон дождей на короткое время остров бушевал зеленью. Жизнь и служба на Дахлаке были гораздо тяжелее ,чем на наших базах в Анголе и Вьетнаме, где наши специалисты размещались в благоустроенных военных городках оставленных португальцами и американцами.
  

Остров под угрозой

   В начале 1980г. возникла угроза деятельности ПМТО со стороны Сомали и эритрейских сепаратистов из Народного фронта освобождения Эритреи (НФОЭ). Необходимо было принимать меры по защите.
   В марте 1980г. на остров Нокра прибыл на БДК батальон морской пехоты Тихоокеанского флота, высадивший на берег взвод охраны (15 человек), 2 ЗСУ-23-4 "Шилка" и взвод ПЗРК "Стрела". После года службы их сменили морские пехотинцы Черноморского флота. Была оборудована взлетно-посадочная полоса, на которую периодически садились вертолеты из Асмэры, где была база противолодочной и военно-транспортной авиации. Аэродром в шутку прозвали "Шереметьево-3"
   Тем временем военно-политическая обстановка вокруг ПМТО продолжала ухудшаться. В марте 1984г. сепаратисты НФОЭ за­хватили порт Мерса-Фатма, разгромили крупнейшую эфиопскую базу снабжения в Афабете, произошел военный путч в Аддис-Абебе, мятеж эфиопских войск в Асмэре. Это немедленно отразилось и на положении советских военных моряков.
   31 мая 1988г. в проливе Массауа-Северный катерами впервые был обстрелян танкер Балтийского флота "Олекма", где был убит начальник радиостанции. Периодически ракетами обстреливали Дахлак, катера сепаратистов обстреливали и захватывали иностранные суда, идущие в порты Эфиопии. В связи с чем с июня 1988г. на о. Нокра постоянно базировались артиллерийские катера охранения, патрулировавшие архипелаг и периодически вступавшие в бои с катерами сепаратистов.
   Катера эритрейцев, несмотря на малые размеры, представляли собой серьезную силу - маневренные, скоростные, вооруженные 107-мм безоткатными орудиями, крупнокалиберными пулеметами "Браунинг" и установками "Град-ПИ", они контролировали проливы, нападали на конвои и обстреливали базу.
   Немало вреда доставляли и джонки с пластиковыми корпусами, дизелями "Ямаха" и экипажами из трех человек, внезапно появлявшиеся из-за многочисленных островов и так же внезапно исчезавшие после обстрела кораблей из крупнокалиберных пулеметов и безоткатных орудий. Они были особо опасны, так как почти не давали "засветки" на экранах радаров и только очень опытный глаз мог их различить на фоне островов архипелага.
   В феврале 1990г. сепаратистами Народного фронта освобождения Эритреи (НФОЭ) была захвачена главная база эфиопского флота - порт Массауа. Была захвачена и матчасть бригады береговой артиллерии, в том числе и 130-мм орудия СМ-4-1 с дальностью стрельбы 28 километров, что позволяло беспрепятственно обстреливать острова архипелага.
   Сначала еще бесприцельно, но постепенно огонь стал корректироваться разведывательно-диверсионными группами, высаженными на необитаемые острова и местной агентурой .Снаряды все чаще стали попадать в цель - район ПМТО, огневые позиции и места дислокации эфиопских частей, соседние острова .
   Корабли ВМС Эфиопии и остатки разбитых воинских частей были перебазированы в порт Асэб и (с согласия советского правительства) на остров Нокра, что сразу перенесло боевые действия на архипелаг Дахлак. Туда же срочно эвакуировались и летчики советской авиагруппы из Асмэры, оставив технику, имущество и запасы. Их противолодочные самолеты ИЛ-38, транспортные Ан-26 и вертолеты Ми-8 были уничтожены в результате нападения диверсантов. Война вплотную подошла к базе.
   12 февраля о. Нокра и архипелаг начал систематически обстреливаться дальнобойной артиллерией с полуострова Бури. К тому времени на ПМТО находились тральщик, десантный корабль ТОФ и ряд судов обеспечения. Возникла и угроза высадки десанта эритрейцев на архипелаг, к чему остров не был готов - никаких серьезных фортификационных сооружений и запасов боеприпасов, кроме штатного боекомплекта, там просто не было предусмотрено. Для усиления наземной обороны с БДК была высажена десантно-штурмовая рота морской пехоты капитана А. Семыкина.
   Эфиопская армия и флот также активно оборонялись. Эфиопской авиацией было проведено несколько бомбардировок позиций береговой артиллерии, нанесены удары крылатыми ракетами "П-15" с ракетных катеров. Сторожевики и патрульные катера постоянно вступали в схватки с эритрейским "москитным" флотом.
   В войне участвовали даже местные жители, доведенные до отчаяния постоянными обстрелами. Однажды ночью афары на своих лодках подошли к береговой батарее эритрейцев и, сняв часовых, вырезали всех, взорвав орудия. Но все эти меры уже не могли повлиять на ситуацию
  

Война на море

   А в Красном море тем временем начались настоящие сражения. При конвоировании танкера "Иман" Черноморского флота, доставлявшего горючее и пресную воду из Адена, морской тральщик "Разведчик" и артиллерийский катер "АК-312" ответным огнем уничтожили 3 из 4 атаковавших катеров сепаратистов. За тридцать рейсов, совершенных СМТ "Иман" в составе конвоев, только один прошел без обстрела реактивными снарядами с островов или без боя с катерами.
   В феврале 1990г. на танкере "Иман", несмотря на его непри­способленность , были эвакуированы члены семей военнослужащих ПМТО (21 женщина и 17 детей), так как обстановка вокруг базы ухудшалась с каждым днем. Все понимали, что попадание в танкер хотя бы одного реактивного снаряда вызвало бы немедленный взрыв и гибель всех. Но другого выхода не было. На этот раз обошлось, хотя вся база жила "на нервах", пока не пришло подтверждение о прибытии изАдена.
   Капитан 1 ранга Г.И. Агеенко, зам. командира 933 ПМТО по политической части:
   В период, когда начались массированные обстрелы островов архипелага Дахлак и снаряды стали попадать на Нокру, близко к нашему городку, когда начались перебои с доставкой воды и продовольствия командование ПМТО стало запрашивать Главный штаб ВМФ о возможности эвакуации женщин и детей, находящихся с нами на остров. Мы считали кощунством подвергать опасности родных и близких людей.
   И, в конце концов, такое разрешение из ГШ ВМФ было получено-Отправляйте! А на чем? На танкере!
   На этой "пороховой бочке" которую только недавно ,перед заходом к нам ,обстреляли реактивными снарядами...
   Как на грех, при посещении судна одна из женщин нашла на палубе осколок снаряда и принесла в городок. Реакция других женщин была вполне предсказуемой. До этого мы просили, чтобы эвакуация семей с ПМТО проводилась пассажирским судном - нам было отказано. Позже мы узнали, что гражданские экипажи просто отказывались идти на Дахлак из-за постоянных обстрелов. Их можно было понять.
   Женщины категорически отказались эвакуироваться на танкере и выдвинули свое требование - уйти только вместе с мужьями. Это поставило бы под угрозу весь план эвакуации базы. Три дня мы уговаривали женщин .В промежутках между работой с семьями мы выходили на связь с Москвой, чтобы обеспечить достойную встречу женщинам и детям по прилету. Это ведь у нас была жара за 40, а в Москве - морозы под 30.Там обещали, что будут автобусы, теплые вещи и, главное, финансист с деньгами.
   Не знаю, как люди проводили эту, последнюю на Дахлаке ночь. Я лично сидел как опустошенный, не было сил ни думать, ни спать.
   В 5.30 встретились на пирсе. Посадка женщин и детей прошла организованно и танкер, сопровождаемый артиллерийским катером АК-312, вышел в Красное море. Эфиопские ВВС обеспечили воздушное прикрытие. Мы долго смотрели с берега на удаляющийся танкер, увозивший самых дорогих людей.
   14 мая 1990г. четырьмя катерами у о.Шума был атакован танкер Приморского пароходства "Интернационал", шедший в охранении морского тральщика "Разведчик". Тральщик прикрыл танкер своим бортом и выставил дымзавесу.
   Катера эритрейцев открыли огонь из крупнокалиберных пулеметов и безоткатных 106-мм орудий. Командир "Разведчика" передал на эскадру сигнал "Подвергся нападению. Вступил в бой". Тральщик дал полный ход и открыл огонь из кормовой артустановки, зениток и двух пулеметов ДШК, установленных на мостике. Из них вели огонь штурман лейтенант Дмитрий Самохвалов и старшина 2-й статьи Игорь Швец. Кроме того, в бой вступили и автоматчики из минной команды мичмана Николая Ледовских. Тральщик развил небывалую скорость в 16 узлов, из трубы летели искры, во все стороны летели трассы огня. Старшина-радиометрист Александр Невзрачный поймал в прицел маневрирующий головной катер и вовремя нажал на гашетку орудийной установки.
   Залп кормового орудия был точен - за кормой раздался мощный взрыв. Минуту спустя радиометрист доложил, что на экране остались только три уходящих цели. Бой продолжался 8 минут, на тральщике был ранен гидроакустик, стоявший за пулеметом. Корабль получил многочисленные мелкие повреждения и пробоины, на нем были перебиты некоторые кабель - трассы, посечена мачта. Несколько пуль попали в центральный пост РЛС, не нанеся особого вреда.
   Об интенсивности огня говорит то, что за время боя тральщик израсходовал четыре с половиной тонны боезапаса из шести, штатно имевшихся на борту. Стреляли из всех стволов, включая личное оружие. 20 человек из экипажа тральщика были представлены к наградам.
   Настоящий подвиг совершил артиллерийский катер "АК-312" Керченско-Феодосийской базы ЧФ, на котором с о. Нокра перевозили в Аден уволенных в запас матросов и старшин срочной службы для отправки в Севастополь на госпитальном судне "Енисей". Окруженный катерами сепаратистов, он, маневрируя на большой скорости и ведя ответный огонь, прорвал смыкающееся кольцо катеров и неожиданно для сепаратистов начал сбрасывать глубинные бомбы с взрывателями, поставленными на малую глубину. Взрывы бомб разнесли в щепки флагманский катер и подняли столбы воды перед другими. Остальные катера сразу отвернули и отстали, огрызаясь пулеметными очередями.
   На обратном пути "АК-312" в проливе Массауа-Восточный снова был перехвачен тремя уцелевшими катерами; отважный экипаж капитан-лейтенанта Н. Белого орудийным огнем уничтожил два из них, третий на большой скорости бежал.
   Рассказывает матрос АК-312 Н.Заброцкий.
   Мы часто ходили в конвоях и так, как были быстроходнее тральщиков, то носились вдоль конвоя, сбрасывая дымовые шашки.
   27 мая в 21.45 мы вышли на встречу с госпитальным судном "Енисей" ,взяв на борт 67 человек . Морпехов разместили в кубриках личного состава , по 3-4 человека на койку и в столовой. При выходе в море кондиционер отключился, и внутри было очень душно.
   Катер, помимо своих двух 30-мм пушек АК-230,имел 2 станковых пулемета "Утес" (один на баке ,один на спардеке)и 4 ручных пулемета ПК. Ранее была получена информация ,что у сепаратистов появились самолеты. Поэтому на треногу одного "Утеса" наварили вертикальный кусок трубы для стрельбы по воздушным целям. Пулеметчиком на нем был командир отделения акустиков старшина 2-й статьи В. Круминьш.
   Было очень темно. В 23.35 справа по курсу на траверзе о.Шума радиометристом была засечена цель.
   В 23.31 цель приблизилась на 7 кабельтовых и обстреляла нас из "безоткатки" и пулеметов. Открыв огонь из пушки и пулеметов, мы эту цель уничтожили.
   Во время боя труба, наваренная на треногу "Утеса" , отломилась. Пулемет Круминьша упал на мешки с песком, которыми была обложена пулеметная точка. "Утес" сам по себе громоздкий и тяжелый, а раскаленный от стрельбы его вообще нереально установить одному.
   Но Круминьш, уперев приклад в плечо, продолжал стрелять из лежащего пулемета.
   Из-за о.Шума выло еще 4 цели. На расстоянии 5 кабельтовых он преследовали катер, не открывая огня. И тогда командир решил сбросить глубинные бомбы...Они-то и рванули перед головным катером...
  
   Всего катер АК-312 с ноября 1989 по май 1990 выполнил 47 выходов на боевое патрулирование, осуществил проводку и конвоирование 60 кораблей и судов, 12 раз вступал в боевые столкновения с катерами противника.
   В 1990г. охранявшая базу десантная группа черноморцев капитана 2 ранга Горбачева была сменена тихоокеанским "БДК-101" с десантной группой морской пехоты подполковника Филонюка, которой и предстояло впоследствии оборонять и эвакуировать базу.
   В августе 1990г. тральщик "Разведчик" был сменен малым противолодочным кораблем МПК-118 "Комсомолец Молдавии" ЧФ и МТЩ "Параван" ТОФ. Всего "Разведчик" осуществил 29 проводок за тралом и конвоирование 52 судов. Одиннадцать раз конвои проходили под огнем.
   19 октября конвой из двух БДК, МТЩ "Параван", МПК-118 и танкера "Шексна" был обстрелян береговыми батареями с о. Асарка-Северная и мыса Кароли.
   В ответ 76-мм артиллерия "Комсомольца Молдавии" прямыми попаданиями уничтожила батареи. На их месте поднялся столб огня от взрыва склада боеприпасов. Командир корабля капитан 3 ранга С.В. Старый был награжден орденом Боевого Красного Знамени. И в последующем комендоры МПК отличались точными попаданиями, за что корабль прозвали "злым молдаваном".
   Пришедший на замену МПК-118 в декабре 1990г. черноморский МТЩ "Дизелист" уже 19 декабря при конвоировании танкера "Шексна" (единственного источника воды и топлива для базы) уничтожил 2 из 6 атаковавших конвой катеров. Так вот и воевали.
   По полученным разведданным, сепаратисты НФОЭ стали готовиться к десантной операции по захвату архипелага - подобрав подходящий остров, они начали тренировки. Это было очень опасно, эритрейские войска имели большой боевой опыт и абсолютно превосходили количеством.
   Командование базы приняло срочные меры по строительству дополнительных бомбоубежищ, запасного командного пункта и системы огневых позиций для круговой обороны, дополнив ранее имевшиеся.
   Опорный пункт, в срочном порядке, был оборудован дополнительными траншеями, блиндажами и железобетонными огневыми точками, бомбоубежищами. Командный пункт базы был перенесен в подземелье. Использовали для полевых укреплений даже подручные материалы - металлические бочки, залитые бетоном. Известняк, из которого состоял остров, был очень твердым материалом, и копать его было очень трудно. Даже снаряды делали в нем только небольшие углубления. Капониры для боевой техники (танков и БМП)и пулеметные гнезда были обложены мешками с песком и камнями. Из личного состава базы были созданы нештатные подразделения для наземной и воздушной обороны - пулеметный и стрелковые взводы, по боевой тревоге занимавшие окопы и дзоты и зенитчики с ПЗРК "Стрела-2" и "Шилками".
   Были определены сектора ведения огня, проведена пристрелка личного оружия, огневые точки укомплектованы боезапасом. Были спланированы различные варианты отражения десанта, проведены учения с личным составом базы, отработано взаимодействие с эфиопскими союзниками. Каждый матрос, мичман и офицер базы знал свое место по боевой тревоге, в "оружейках" стояли заряженные автоматы и пулеметы, подсумки с запасными магазинами, гранатометы. Офицеры хранили оружие дома.
   К ведению огня по суше были готовы и немногочисленные боевые корабли, включенные в систему обороны базы.
   Положение в январе еще более ухудшилось, к артиллерийским обстрелам добавились штурмовые и бомбовые авиаудары с самолетов "МиГ-23", появившихся у сепаратистов, и ночные ракетные и пулеметные обстрелы с катеров. Участились демонстративные попытки высадок десантных групп под прикрытием ночных обстрелов.
   С ними боролись экипажи врытого в землю танкового взвода ПТ-76, БТР, танки Т-55, открывая заградительный огонь по данным радиометристов с БДК, которые обнаруживали катера противника еще далеко в море. Все нападения успешно отбивались. Но от снарядов береговых батарей спасения не было - они разбивали склады и жилые помещения, падали по всей территории базы и на соседнее острова. Надо сказать, что эритрейцы старались сохранить для себя основные сооружения базы, поэтому основной огонь велся по позициям эфиопских войск и пирсам с эфиопскими катерами.
   От потерь советских моряков спасали высочайший профессионализм офицеров морской пехоты, руководивших сухопутной обороной, дисциплина и организованность личного состава и командования базы. Не было ни одного случая паники и неподчинения приказам. Но эфиопские части прикрытия базы несли тяжелые потери, было много раненых, которым оказывали помощь врачи ПМТО во главе с начальником медслужбы майором Я.А. Демеевым. Достаточно сказать, что врачи базы под его руководством провели более трехсот операций.
   Командиры ПМТО капитан 1 ранга Б. Пленков, а затем и капитан 1 ранга А.Вялов неоднократно докладывали в Москву о дальнейшей нецелесообразности пребывания советского флота на Дахлаке, фактически вынужденного принимать участие в чужой гражданской войне, на базе, не рассчитанной на длительное ведение наземной обороны, уязвимой со всех сторон для десантов.
   Кроме того, личный состав базы состоял из экипажей кораблей и вспомогательных судов, мастеров-ремонтников и снабженцев, не обученных тактике боев на суше и не имевших боевого опыта. Вряд ли удалось бы долго удержаться трем сотням моряков и морских пехотинцев, сражаясь в полном окружении, имея ограниченный объем боеприпасов, тем более что противником выступали закаленные в боях эритрейские части, только недавно наголову разгромившие регулярную эфиопскую армию.
   Но ответы Москвы на рапорты были отрицательными. Более того, моряков даже обвиняли в перестраховке и паникерстве. Из Москвы-то оно, конечно, виднее...
  

Эвакуация базы

   В феврале 1991 г. эфиопские войска в Эритрее были пол­ностью разгромлены. На очереди были остатки эфиопских армейских частей и флота, закрепившиеся на островах архипелага Дахлак. Разведка докладывала о скоплении эритрейских войск и десантных судов в порту Массауа и ближайших островах. Обстановка накалялась с каждым днем.
   В Москве, осознав ситуацию, срочно приняли решение о передаче Эфиопии по остаточной стоимости сооружений базы и части имущества, которое уже невозможно было вывезти и, нако­нец-то, решили эвакуировать ПМТО, существование которого уже не имело никакого военного значения. Для оформления договора в Аддис-Абебу прибыла группа офицеров во главе с первым заместителем Главкома ВМФ адмиралом флота И.М. Капитанцем. После подписания договора была, наконец, разрешена и эвакуация ПМТО.
   В 7 часов утра 4 февраля 1991г. началась (под видом очередной тренировки) экстренная погрузка личного состава и имущества на плавмастерские "ПМ-129", "ПМ-156", "БДК-101", другие корабли, вспомогательные суда и баржи. Паники не было, все проходило организованно, несмотря на близкие разрывы снарядов. Сказывались выучка личного состава и частые тренировки. Был спущен с мачты государственный флаг СССР. Эвакуацией до последнего момента руководили командир и замполит базы.
   Эвакуация шла под постоянной угрозой обстрела с моря и берега и возможностью перекрытия входа в бухту. Стоило эритрейцам затопить на входе в бухту какую-либо баржу и поставить пару пушек - и флот был бы заперт и уничтожен. Многое из складского имущества и запасов базы пришлось просто оставить эфиопам. Но штатное имущество было на корабли погружено полностью. Последними опустевшую базу покинули бойцы Черноморского отряда ПДСС - 6 человек во главе с командиром, капитаном 2 ранга Л. Губко.
   В 11.30 корабли и вспомогательные суда отошли от причалов и встали на якоря на внутреннем рейде острова Дахлак бухты Мус-Нефит в ожидании приказа.
   С кораблей эфиопского флота и берега за эвакуацией с горечью следили чернокожие моряки и солдаты - теперь они оставались одни против многочисленного и жестокого врага.
   Восемь дней, пока не было приказа на переход от Главкома ВМФ адмирала флота Чернавина, моряки, стиснув зубы, наблюдали, как эритрейская береговая артиллерия и катера массированным огнем беспрепятственно обстреливают острова архипелага, как горят и тонут эфиопские корабли, как медленно затонул плавучий док, получив в борт два снаряда, как поднялось пламя над складами горючего. На базе сражались и гибли их недавние союзники - эфиопские солдаты и моряки.
   Наконец был получен приказ на переход в место дислокации 8-й оперативной эскадры - в Аден, и пылающий остров скрылся из виду, хотя зарево еще долго было видно в бинокли. Конвой демонстративно и бесприцельно обстреливался береговой артиллерией (всплески ложились редко и далеко). В небе была эфиопская авиация, наносившая удары по батареям.
   На переходе в Аден конвой попал в шторм, во время которого затонул плашкоут с пожарной машиной. Боевые корабли вернулись домой без потерь.
   Так закончилась славная и драматическая история ПМТО советского военно-морского флота в Эфиопии. Советский Союз, впрочем, пережил ее ненадолго.
   Последующие события показали, что база была эвакуирована очень вовремя.
   21 мая Аддис-Абебу покинул Менгисту Хайле Мариам, сбежав в Зимбабве. 28 мая оппозиционные войска вошли в столицу. Шестнадцатилетняя гражданская война закончилась. Остатки эфиопского флота ушли частично в Йемен, частично в Саудовскую Аравию. В Йемен ушли 24 корабля и судна.
   Свято место, как известно, пусто не бывает. Ныне на двух островах архипелага Дахлак (Фатма и Дахлак Кебир) располагается база ВМС великого морского государства Израиль, полученная за израильскую поддержку при оккупации йеменского острова Эль-Кунейш.
   Там сейчас размещена РЛС для слежения за воздушным пространством Саудовской Аравии, Йемена и Судана и судоходством в Красном море. Ну, что ж. Шолом, как говорится, алейхем!
   А на нескольких островах (Диссеи, Дахрэт, Дур Гаам, Дур Гхела) теперь место отдыха туристов и дайверов со всего мира. Особенно привлекают дайверов затопленный плавучий док на Нокре и Дахлак Кебире (как место обитания красивейших рифовых рыб и кораллов) и затонувшие корабли эфиопского флота. Да еще отлично сохранившаяся и постоянно действующая офицер­ская баня на 20 человек, пользующаяся большой популярностью у нынешних туристов.
   На одном из интернетовских сайтов по дайвингу красочно пишется: " Два крана бывшего плавающего дока поднимаются над уровнем моря в северном направлении между островом Нокра и Дахлак Кебир, в то время как остальная часть дока и затонувшие корабли служат местом обитания рифовых рыб, разновидностей кораллов и голубых и черных пятнистых скатов...".

Судьбы защитников

   Но база - не только склады, мастерские и корабли: это еще и люди, ее строившие, служившие на ней и защищавшие ее с оружием в руках, и несмотря ни на что, не потерявшие ни одного бойца.
   По "доброй" советской (а потом и российской) традиции - "наказание невиновных и награждение непричастных" большинство из них не были награждены ничем (поскольку СССР к тому времени не существовал и советских наград уже не было, а российские еще не придумали) и участниками боевых действий не признаны, поскольку на войну Министерством обороны СССР (Управлением по международному военному сотрудничеству) официально не направлялись.
   Только в 2009г. в Государственной Думе был утвержден закон о признании военнослужащих, принимавших участие в конфликтах в Анголе, Мозамбике и Эфиопии участниками военных действий.

Эпилог

   Я не ставил своей целью подробный и обстоятельный рассказ обо всех локальных конфликтах в тех жарких местах и незаслуженно забытых их участниках - это будущее дело профессиональных историков, имеющих доступ к засекреченным архивам. Там есть много такого, о чем и сейчас нельзя рассказывать. Я пишу лишь о том, что знаю сам, и то, о чем мне поведали участники этих событий - мои друзья-моряки Тихоокеанского флота , и очень благодарен им за их письма, фотографии и воспоминания, которые легли в основу этого повествования.
   Писать об этом - мой личный долг перед ними (ушедшими и живыми) и перед Российским военно-морским флотом.
  

Перечень использованной литературы

   1. А. Розин. Горячее Красное море-ВМФ СССР в боях у берегов Эфиопии.
   2. А. Розин. Траление в Суэцком заливе - 1974 год.
   3. А. Розин. Таинственные взрывы мин в Красном море в 1984 году.
   4. В. Иванов. "Разведчик" - корабль конвоя (Уголок журнала "Воин России").
   5. В. Дюбкин. Гробы для живых (журнал "Советский воин", N 11, 1992 г.).
   6. В. Моисеев. На африканских берегах (журнал "Танкомастер", N 1, 2001 г.).
   7. М. Манаенков. Эритрея, дайвинг в Эритрее, описание погружений и особенности...
  

Оценка: 6.96*45  Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2018